АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075, http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-9753/18 

Екатеринбург

30 января 2019 г.

Дело № А76-28627/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 24 января 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 30 января 2019 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шершон Н.В.,

судей Столяренко Г.М., Кудиновой Ю.В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Кушина Виктора Тимофеевича на постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.11.2018 по делу Арбитражного суда Челябинской области№ А76-28627/2017.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времении месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители обществас ограниченной ответственностью Научно-производственное объединение «Гелион» (далее – общество НПО «Гелион») – Азаров Э.В. (доверенностьот 20.11.2018); Кушина В.Т. – Леонов Ю.Р. (доверенность от 22.01.2019).

Кушин В.Т. обратился 12.09.2017 в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о признании закрытого акционерного общества «Челябинский завод технологической оснастки» (далее – общество «ЧЗТО», должник) банкротом, введении в отношении него процедуры наблюдения, признании требований Кушина В.Т. в размере 44 755 604 руб. 91 коп.,в том числе 41 289 000 руб. основного долга, 3 406 604 руб. 91 коп. процентов по договору займа от 30.10.2008 № 01/08, установленных дополнительным соглашением от 21.09.2016 № 4 за период с 22.09.2016 по 25.01.2017,а также 60 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины обоснованными и включении их в реестр требований кредиторов должника, утверждении в качестве временного управляющего Киселева Олега Александровича.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 30.09.2018 (судья Строганов С.И.) заявление Кушина В.Т. признано обоснованным,в отношении общества «ЧЗТО» введена процедура наблюдения, требования Кушина В.Т. в общем размере 44 755 604 руб. 91 коп. включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника, временным управляющим утвержден Киселев Олег Александрович.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.11.2018 (судьи Тихоновский Ф.И., Забутырина Л.В., Калина И.В.) вышеуказанное определение отменено, во введении в отношении общества «ЧЗТО» наблюдения отказано, требование Кушина В.Т. оставленобез рассмотрения.

В кассационной жалобе Кушин В.Т. просит апелляционное постановление от 21.11.2018 отменить, оставив в силе определение суда первой инстанции от 30.09.2018. По мнению заявителя, вывод апелляционного судао недобросовестности Кушина В.Т. и должника является необоснованным; указывает на отсутствие в материалах дела доказательств тому, что источником средств, за счёт которых выдан заём должнику, являлись денежными средствами самого должника, в том числе распределенными в качестве прибыли от хозяйственной деятельности, отмечает, что дивиденды выплачивались лишь в 2014 году и в незначительном (меньше сумм займа) размере, заемные отношения между Кушиным В.Т. и должником носили длительный характер (с 2008 по 2016 год), предусматривали уплату процентов, часть займов была предоставлена и истребовалась Кушиным В.Т.не как акционером или директором должника, что, по мнению заявителя,в совокупности позволяет заключить о наличии между ним и должником гражданско-правовых заёмных отношений, а не корпоративных, что исключает выводы о его недобросовестности. Заявитель жалобы полагает, что правовая позиция, закреплённая в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (2) по делу № А32-19056/2014, не подлежала применению к отношениям должника и Кушина В.Т., возникшим в период с мая 2015 по сентябрь 2016 года. Кроме того, заявитель обращает внимание на то, что вывод апелляционного суда об отсутствии у сторон займов намерения создать реальные правовые последствия, вытекающие из заёмных отношений, противоречит вступившему в законную силу решению Ленинского районного суда г. Челябинска по делу № 22-392/2017 (с учётом определения Челябинского областного суда).

В силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материальногои процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, а также проверяет соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. 

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемого судебного акта с учетом положенийстатьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,суд кассационной инстанции оснований для его отмены не усматривает.

Как следует из материалов дела, общество «ЧЗТО» зарегистрированов Едином государственном реестре юридических лиц 14.12.2002 с присвоением ОГРН 1027402703900.

Между Кушиным Виктором Тимофеевичем (займодавец) и обществом «ЧЗТО» (заемщик) в лице генерального директора Кушина Виктора Тимофеевича заключен договор денежного займа от 30.10.2008 № 01/08,в соответствии с пунктом 1.1. которого займодавец обязался передать заемщику заём в размере 20 000 000 руб., а заемщик обязался вернуть полученный заемв обусловленный договором срок. Согласно пункту 1.2 договора заем является возобновляемым в пределах лимита, установленного пунктом 1.1. договора.

Проценты за пользование займом не устанавливались (пункт 1.3. договора).

К данному договору займа заключено дополнительное соглашениеот 22.10.2010, по условиям которого пункт 2.2. изложен в следующей редакции: «Возврат Заемщиком указанной в настоящем Договоре суммы займа определяется по требованию Займодавца. Сумма займа должна быть выплачена Заемщиком в течение тридцати дней со дня предъявления заимодавцем требования об этом».

Дополнительным соглашением от 10.01.2014 № 2 сумма лимита по займу была увеличена до 30 млн. руб., а дополнительным соглашением от 16.05.2016 № 3 - до 50 млн. руб.

Дополнительные соглашения подписаны Кушиным В.Т. в качестве заимодавца и в качестве генерального директора общества-должника.

В период действия договора Кушин В.Т. предоставлял займы для пополнения оборотных и внеоборотных средств заемщика, что подтверждается платежными поручениями: от 19.12.2014 № 28934 на сумму 10 000 000 руб., от 20.01.2015№ 33121 на сумму 9 500 000 руб., от 19.03.2015 № 639 на сумму10 000 000 руб., от 15.04.2015 № 45939 на сумму 6 000 000 руб., от 28.04.2015 № 38561 на сумму 4 000 000 руб., от 07.05.2015 № 58259 на сумму5 000 000 руб., от 14.05.2015 № 39188 на сумму 5 000 000 руб., от 22.05.2015№ 973543 на сумму 5 000 000 руб., от 19.06.2015 № 618471 на сумму6 000 000 руб., от 14.07.2015 № 40083 на сумму 3 000 000 руб., от 13.08.2015№ 350557 на сумму 4 000 000 руб., от 24.08.2015 № 24209 на сумму2 000 000 руб., от 14.12.2015 № 28756 на сумму 5 000 000 руб., от 28.12.2015№ 44434 на сумму 2 000 000 руб., от 18.01.2016 № 811491 на сумму1 000 000 руб., от 18.01.2016 № 944856 на сумму 2 000 000 руб., от 15.03.2016 № 19698 на сумму 2 500 000 руб.

В период действия договора должником денежные средства частично возвращались Кушину В.Т.;  к 17.08.2016 задолженность согласно акту сверки по состоянию на указанную дату составила 38 000 000 руб..

Кушин В.Т обратился в Ленинский районный суд г. Челябинска с заявлением о взыскании задолженности, которое вступившим в законную силу решением от 18.05.2017 по делу № 2-392/2017 удовлетворено, в пользу Кушина В.Т. взыскана задолженность по договору денежного займа от 30.10.2008 № 01/08 в размере 41 289 000 руб., проценты, установленные дополнительным соглашением от 21.09.2016 № 4 к указанному договору за период с 22.09.2016 по 25.01.2017, в сумме 3 406 604 руб. 91 коп. и 60 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Исполнительный лист для принудительного исполнения данного решения взыскателю не выдавался. В добровольном порядке упомянутое решение должником не исполнено, что послужило поводом для обращения Кушина В.Т.в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Общество НПО «Гелион» против удовлетворения заявленныхКушиным В.Т. требований возражало, ссылаясь на корпоративный характер спорных требований, а также на то, что Кушиным В.Т. реальностьего взаимоотношений с должником в полной мере не раскрыта.

Суд первой инстанции, осуществив проверку обоснованности предъявленного Кушиным В.Т. требования, пришел к выводу о наличии заёмных правоотношений; поскольку заявленное требование соответствует требованиям пункта 2 статьи 33 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), суд признал наличествующими основания для введения в отношении общества «ЧЗТО» наблюдения, включения требований Кушина В.Т. в реестр требований кредиторов и утверждения предложенной им кандидатуры в качестве временного управляющего должника.

Отменяя определение суда, отказывая во введении в отношении должника процедуры наблюдения и оставляя заявленное Кушиным В.Т. требование без рассмотрения, апелляционный суд исходил из следующего.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено,что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Законао банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительноэтих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторовв деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Из абзаца четвертого статьи 2 Закона о банкротстве следует, что для целей законодательства о банкротстве под денежным обязательством понимается обязанность должника уплатить кредитору определенную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному, предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации, бюджетным законодательством Российской Федерации основанию.

В соответствии с пунктом 7 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации оставшееся после удовлетворения требований кредиторов имущество юридического лица передается его учредителям (участникам), имеющим вещные права на это имущество или обязательственные права в отношении этого юридического лица, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или учредительными документами юридического лица.

В силу пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве требование учредителя (участника) должника может быть удовлетворено только за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований всех других кредиторов.

Таким образом, учредители (участники) юридического лица (должника) по правоотношениям, связанным с таким участием (корпоративные отношения), не могут являться его кредиторами в деле о банкротстве; требования участника юридического лица не могут конкурировать с обязательствами должника перед иными кредиторами - участниками гражданского оборота: участники должника вправе претендовать лишь на часть имущества общества, оставшегося после расчетов с другими кредиторами.

По смыслу приведенной правовой позиции к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

В этой связи при оценке допустимости включения основанныхна договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должникоми заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействияна хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяяна случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшенияв интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств деласуд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо при установлении противоправнойцели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признавза прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

Указанная правовая позиция приведена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 по делу № 308-ЭС17-1556 (2), от 12.02.2018 по делу № 305-ЭС15-5734 (4, 5), от 15.02.2018 по делу № 305-ЭС17-17208.

При представлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.

В данном случае, исследовав доводы и возражения лиц, участвующих в деле, оценив представленные в материалы дела документы, проанализировав сложившиеся между Кушиным В.Т. и обществом-должником отношения, установив, что на момент предоставления займа Кушин В.Т. являлся единственным акционером должника и его единоличным исполнительным органом, настоящее время (с июля 2016 года) директором должника является сын Кушина В.Т. - Кушин Михаил Викторович; деньги предоставлялись должнику единственным акционером постоянно в течение длительного времени (с учетом даты заключения договора и представленных платежных документов предоставление денежных средств охватывает период 2008 - 2016 годов), их целью являлось пополнение оборотных и внеоборотных средств заемщика (на что, в частности, указано в дополнительных соглашениях), при этом заем длительное время являлся беспроцентным (проценты установлены лишь дополнительным соглашением от 21.09.2016), предоставлен на значительную сумму без предоставления обеспечения, срок его возврата с 2010 года определен моментом востребования, что в совокупности не характерно для заключаемых в обычном обороте гражданско-правовых заемных сделок,  апелляционный суд признал, что внесение денежных средств обусловлено выработанной Кушиным В.Т. моделью ведения бизнеса по финансированию текущих расходов при недостаточной капитализации общества «ЧЗТО» за счет привлечения денежных средств его акционера. Учитывая изложенное, исходя из отсутствия со стороны последнего разумных объяснений избранию договорной, а не корпоративной модели отношений при заключении договора займа от 30.10.2008 № 01/08, приняв при этом во внимание наличие заявлений иных кредиторов о признании должника банкротом, размер требований которых значительно уступает объёму требований Кушина В.Т., суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что рассматриваемое требование вытекает из факта участия Кушина В.Т. в деятельности предприятия-должника, а его предъявление направлено на установления контроля за предстоящей процедурой банкротства, вследствие чего правильно отказал Кушину В.Т. во введении наблюдения и оставил предъявленное требование без рассмотрения.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела считает, что судом апелляционной инстанции верно определен круг обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения настоящего спора, им дана правовая оценка, приведённые сторонами спора доводы и возражения исследованы в полном объёме с указанием в обжалуемом судебном акте мотивов, по которым они были приняты или отклонены, выводы апелляционного суда соответствуют установленным им фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на верном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения.

Довод заявителя кассационной жалобы о неприменимости в настоящем споре правовой позиции, выраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (2), отклоняется судом округа; рассмотрение настоящего спора имело место после вынесения данного определения, содержащиеся в этом судебном акте правовые выводы касаются применения норм права, действовавших, в том числе, в указанный заявителем период, при этом, как уже указано выше, соответствующая правовая позиция приведена в ряде определений Верховного Суда Российской Федерации и представляет собой сложившееся направление (линию) судебной практики.

Ссылка заявителя жалобы о том, что реальность заёмных отношений подтверждена вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда г. Челябинска по делу № 22-392/2017, подлежит отклонению, посколькуиз указанного судебного акта не усматривается, что бы предметом рассмотрения суда общей юрисдикции являлся вопрос о корпоративном характере займов.

Иные доводы заявителя жалобы судом округа также отклоняются, поскольку приведённые заявителем в кассационной жалобе доводыи обстоятельства являлись предметом исследования суда апелляционной инстанции, получили надлежащую правовую оценку, её обоснованностьне опровергают и не свидетельствуют о нарушении апелляционным судом норм права при принятии обжалуемого судебного акта; данные доводы касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросових оценки, что выходит за пределы компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьями 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Само по себе несогласие заявителя с выводами суда, основаннымина оценке фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств,не свидетельствует о наличии в принятом по спору апелляционном постановлении существенных нарушений норм материальногои (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства, или допущенной судебной ошибке, а у суда кассационной инстанции в силу требований статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для переоценки доказательстви сделанных на их основании выводов не имеется.

Таким образом, учитывая, что нарушений норм материальногои (или) процессуального права, являющихся основанием для измененияили отмены судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено, следует признать, что обжалуемое апелляционное постановление является законным и обоснованным и отмене по приведенным в кассационной жалобе доводам не подлежит.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного судаот 21.11.2018 по делу Арбитражного суда Челябинской области№ А76-28627/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу Кушина Виктора Тимофеевича – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий	Н.В. Шершон 

Судьи	Г.М. Столяренко 

	Ю.В. Кудинова