АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  

НИЖЕГОРОДСКОЙ  ОБЛАСТИ

 

Именем Российской Федерации

 

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А43-24813/2021

г. Нижний Новгород                                                                  23 марта 2022 года

Арбитражный суд Нижегородской области в составе:

судьи Алмаевой Елены Николаевны (шифр 23-449),

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело

по иску Государственного предприятия Нижегородской области «Нижегородская областная фармация» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г.Нижний Новгород,к ответчику: акционерному обществу «Концерн радиоэлектронные технологии» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Москва,

при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, акционерного общества «Уральский приборостроительный завод» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), Сысертский район, Свердловская область.

о взыскании 2 628 198 руб. 13 коп.,

при участии представителей сторон:

от истца - ФИО2 по доверенности от 01.10.2020;

от ответчика - ФИО3 по доверенности от 01.07.2021 №25/2021; ФИО4 по доверенности от 15.01.2021 №1/2021;

от третьего лица - не явился;

установил:

в Арбитражный суд Нижегородской области обратилось Государственное предприятие Нижегородской области «Нижегородская областная фармация» (далее - ГПНО «НОФ», истец) с исковым заявлением к акционерному обществу «Концерн радиоэлектронные технологии» (далее - АО «КРТ», ответчик) о взыскании 276 374 руб. 73 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, в связи с неправомерным удержанием поставленного оборудования, и   35 610 руб. 75 коп. неустойки за просрочку поставки товара по договору от 24.04.2020 №465-ЕП; 1 381 873 руб. 64 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, в связи с неправомерным удержанием поставленного оборудования, по договору поставки от 13.04.2020 №426-ЕП; 934 339 руб. 01 коп. убытков по договорам поставки от 13.04.2020 №426-ЕП, от 24.04.2020 №465-ЕП, а также 36 141 руб. 00 коп. расходов по оплате государственной пошлины.

Истец в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме. В обоснование иска, с учетом возражений ответчика, пояснил, что спорное оборудование было изъято из оборота и принято от истца на основании приказа Росздравнадзора от 12.05.2020. Производителем оборудования является АО «Уральский приборостроительный завод», в связи с чем к обстоятельствам непреодолимой силы не относятся нарушение обязанностей со стороны контрагента должника. Истец считает, что отношения по передаче оборудования на проверку на соответствие качеству не относятся к хранению, в связи с чем доводы ответчика о выборке товара с хранения и об изменении сроков хранения не подлежат применению к указанным отношениям. Истец также представил платежные поручения в подтверждение оплаты штрафных санкций.

Ответчик с исковыми требованиями не согласился и указал, что меры реагирования в виде властного запрета и/или ограничения являются исключительным обстоятельством, необычным для производственного и жизненного цикла изделия, такой риск находится вне разумного контроля как производителя оборудования, так и самого ответчика. В результате властного запрета, ограничивающего оборот оборудования, надлежащее исполнение обязательства становится невозможным. Соответственно, исполнение ответчиком обязательств в периоды приостановки применения аппаратов ИВЛ, получения переоформленного регистрационного удостоверения на оборудование, проведение дополнительной проверки либо эксплуатация истцом аппаратов ИВЛ в этот период противоречило бы правомерному предписанию органа государственной власти.

Третье лицо, извещенное о времени и месте рассмотрения дела в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, явку своего представителя не обеспечило. В отзыве на иск третье лицо пояснило, что на основании письма Росздравнадзора от 12.05.2020 № 01И-873/20 приостановлено применение медицинского изделия АИВЛ «Авента-М». По результатам проведенных экспертных исследований ФГБУ «ВНИИМТ» аппаратов ИВЛ «Авента-М» установлено соответствие выпускаемой АО «УПЗ» продукции требованиям законодательства и технической документации. Приказом от 06.07.2020 № 5666 Росздравнадзором отменено действие письма от 12.05.2020 № 01И-873/20, все наложенные ограничения сняты. АО «УПЗ» не могло предвидеть приостановление обращения медицинского изделия и не могло повлиять на принятия данного решения. Таким образом, исполнение АО «УПЗ» обязательств по заключенным контрактам в течение 55 дней было объективно невозможно.

По правилам части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие представителя третьего лица.

Как следует из материалов дела, между истцом (заказчик) и ответчиком (поставщик) заключены договоры поставки от 13.04.2020 № 426-ЕП, от 24.04.2020 № 465-ЕП (далее – договоры), по условиям которого поставщик обязуется поставить, а заказчик принять и оплатить медицинские изделия аппараты искусственной вентиляции легких (далее – оборудование) на условиях и в сроки в соответствии со спецификацией (приложение № 1 к договору) и надлежащим образом оказать услуги по доставке, разгрузке, сборке, установке, монтажу, вводу в эксплуатацию оборудования, обучению правилам эксплуатации и инструктажу специалистов, эксплуатирующих оборудование и специалистов, осуществляющих техническое обслуживание оборудования, правилам эксплуатации и технического обслуживания оборудования в соответствии с требованиями технической  и (или) эксплуатационной документации производителя (изготовителя) оборудования (далее – услуги), а заказчик обязуется в порядке и сроки, предусмотренные договором, принять и оплатить поставленное оборудование и надлежащим образом оказанные услуги (пункт 1.1. договоров).

Согласно пункту 1.2. договоров наименование, количество и цены на оборудование, поставляемое поставщиком, указаны в спецификации, технические показатели – техническими требованиями, являющимися неотъемлемой частью настоящего договора.

В соответствии с пунктом 2.7. договоров поставка оборудования осуществляется поставщиком в срок не позднее 150 календарных дней с момента поступления 100% предоплаты на расчетный счет поставщика в дату и время, согласованное с заказчиком.

Спецификацией (приложение № 1 к договору от 13.04.2020 № 426-ЕП) стороны согласовали поставку 50 единиц оборудования по общей стоимости 93 100 000 руб. 

Спецификацией (приложение № 1 к договору от 24.04.2020 № 465-ЕП) стороны согласовали поставку 25 единиц оборудования по общей стоимости 46 550 000 руб.

В обоснование исковых требований истец указывает, что во исполнение условий договоров ответчик поставил в его адрес оборудование, в том числе:

- по договору от 13.04.2020 № 426-ЕП – 21.04.2020 20 шт., 28.04.2020 20 шт., 13.05.2020 10 шт., 

- по договору от 24.04.2020 № 465-ЕП 13.05.2020 10 шт., 07.10.2020 15 шт.

По договору от 24.04.2020 № 465-ЕП ответчик поставку второй партии оборудования произвел с нарушением, допустив просрочку на 9 календарных дней, что подтверждается товарной накладной от 07.10.2020 № Пн-00080805.

12.05.2020, в связи с угрозой причинения вреда жизни и здоровью граждан, Росздравнадзор письмом уведомило о приостановлении применения оборудования.

Письмом от 04.06.2020 № 43/3686 ответчик уведомил истца об обязательном проведении программы по проверке аппаратов «Авента-М».

По акту о приеме-передаче ТМЦ  от 28.06.2020 истец передал ответчику 56 единиц оборудования. Срок хранения сторонами был согласован не более 14 рабочих дней.

28.07.2020 истец направил в адрес ответчика письмо № 4007, в котором просил сообщить о результатах тестовых испытаний, ответа на которое не последовало.

Фактически все переданные для проверки аппараты были возвращены истцу лишь 16.11.2020. Период неправомерного удержания поставленного оборудования без учета согласованного срока хранения 14 дней, составил 127 дней.

Поскольку ответчиком допущена просрочка поставки АИВЛ и неправомерное удержание оборудования сверх периода проверки, истец начислил ответчику проценты за пользование чужими денежными средствами, в связи с неправомерным удержанием поставленного оборудования, в размере 276374 руб. 73 коп., неустойку за просрочку поставки оборудования в размере 35610 руб. 75 коп. по договору от 24.04.2020 №465-ЕП, и проценты за пользование чужими денежными средствами, в связи с неправомерным удержанием поставленного оборудования, в размере 1381873 руб. 64 коп. по договору поставки от 13.04.2020 №426-ЕП.

Истцом также понесены убытки в виде штрафных санкций, предъявленных ему конечными заказчиками в связи с просрочкой поставки АИВЛ.

Размер штрафных санкций предъявленных конечными заказчиками истцу составил 934 339 руб. 01 коп.

Истец направил в адрес ответчика претензии от 14.12.2020 № 6247, от 31.03.2021 № 1557 с требованием произвести оплату штрафных санкций, процентов, которые остались последним без удовлетворения. 

Указанные обстоятельства послужили истцу основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Изучив материалы дела, суд не находит оснований для удовлетворения иска, по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства сторон должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованием закона.

Согласно статей 506, 516 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поставки поставщик обязуется передать в обусловленный срок товары покупателю, а последний обязуется оплатить поставляемые товары.

В соответствии со статьей 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом или договором.

В связи с ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по поставке товара истец заявил требование о взыскании неустойки.

Согласно статье 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств, в частности просрочки исполнения.

В соответствии с пунктом 10.2. договоров в случае нарушения срока поставки, указанного в пункте 2.7. настоящего договора, заказчик имеет право потребовать от поставщика уплаты неустойки в размере  одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных поставщиком за каждый день просрочки.

Факт просрочки поставки второй партии оборудования по договору от 24.04.2020 № 465-ЕП (9 дней) и возврата оборудования после проверки (14 дней) подтверждается материалами дела.

Возражая против предъявленных требований, ответчик указал, что просрочка исполнения обязательства по поставке оборудования вызвана непреодолимыми обстоятельствами, в связи с чем отсутствуют основания для начисления штрафных санкций.

Возражения судом рассмотрены и признаны обоснованными в силу следующего.

Материалами дела подтверждается, что предметом по спорным государственным контрактам выступал товар – аппарат искусственной вентиляции легких марки «Авента-М», 2020 года выпуска, страны происхождения Россия, завод-изготовитель – АО Уральский приборостроительный завод». Данные аппараты на территории Российской Федерации изготавливаются только АО «Уральский приборостроительной завод», что следует из письма Росздравнадзора.

В соответствии с приказом Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения (далее - Росздравнадзор) от 12.05.2020 №3752 было приостановлено применение (эксплуатация) аппаратов ИВЛ «Авента-М», производства АО «Уральский приборостроительный завод».

АО «КРТ» письмом от 18.05.2020 № РЭТ-ВЗ-3131, направленным в адрес ответчика, уведомило последнего о наступлении по спорным договорам обстоятельств непреодолимой силы, возникших в связи с приостановлением Росздравнадзором применения АИВЛ «Авента-М» и необходимости возврата оборудования для проведения проверки на функциональность и безопасность.

Приказом от 06.07.2020 №5666 по итогам проведенных экспертных исследований ФГБУ «ВНИИМТ» Росздравнадзор отменил приостановление применения (эксплуатации) аппаратов АИВЛ.

Учитывая изложенное, арбитражный суд соглашается с доводами ответчика о том, что исполнение обязательства в срок по договорам от 13.04.2020 № 426-ЕП, от 24.04.2020 № 465-ЕП было объективно невозможно в период с 12.05.2020 по 06.07.2020 (55 дней) при сложившихся обстоятельствах.

Кроме того, Федеральной службой по надзору в сфере здравоохранения у завода-изготовителя АИВЛ «Авента-М» в период с 21.07.2020 по 08.12.2020 (141 день) было аннулировано регистрационное удостоверение на медицинское изделие, являющееся предметом спорных контрактов, что также явилось обстоятельством невозможности поставки АИВЛ в предусмотренные контрактами сроки, поскольку оборот медицинских изделий без регистрационного удостоверения не допустим, о чем подтвердил и Росздравнадзор в письме №04-28633/21 от 26.05.2021. 

Тем самым арбитражный суд приходит к выводу, что в общей сложности по не зависящим от поставщика причинам, являющимися обстоятельствами непреодолимой силы, ответчик не мог исполнять обязательства по поставке товара - АИВЛ в течение 196 дней (с 12.05.2020 по 06.07.2020 и с 21.07.2020 по 08.12.2020), о чем истцу было известно.

Исходя из положений заключенных между сторонами договоров, ответчик является ответственным за соблюдение сроков исполнения обязательств по поставке, монтажу, вводу в эксплуатацию и обучению правилам эксплуатации. Поскольку участником отношений, связанных с реализацией контрольно-надзорных функций уполномоченным органом (Росздравнадзором), ответчик не является, соответствующие отношения находятся вне его разумного контроля.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», должник не отвечает перед кредитором за убытки, причиненные просрочкой исполнения обязательств, если причиной просрочки явились обстоятельства непреодолимой силы.

Между тем, ответчик 03.09.2020 уведомил истца о готовности поставить оборудование в ноябре 2020 года. 

Последующие совместные действия ответчика и истца по приемке и вводу в эксплуатацию медицинского оборудования свидетельствуют о том, что стороны подтвердили дальнейшее продолжение исполнения контрактов.

Таким образом, следует, что срок исполнения обязательства по поставке товара должен быть продлен на время приостановки применения аппаратов ИВЛ (с 12.05.2020 по 06.07.2020), а также на время отсутствия (аннулирования) регистрационного удостоверения у завода-изготовителя на медицинские изделия, составляющие предмет контрактов (с 21.07.2020 по 08.12.2020), всего на 196 дней.

Фактически оборудование было поставлено 15.11.2020 по договору от 13.04.2020 № 426-ЕП, 29.09.2020 – по договору от 24.04.2020 № 465-ЕП.

Принимая во внимание положения статьи 401 Гражданского кодекса российской Федерации, арбитражный суд приходит к выводу об отсутствии вины ответчика (поставщика) в нарушении сроков поставки аппаратов искусственной вентиляции легких по государственным контрактам.

Учитывая вышеизложенное, доводы истца о том, что поскольку производителем оборудования является АО «Уральский приборостроительный завод», в связи с чем к обстоятельствам непреодолимой силы не относятся нарушение обязанностей со стороны контрагента должника подлежат отклонению.

При таких обстоятельствах, требования истца о взыскании 276 374 руб. 73 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, в связи с неправомерным удержанием поставленного оборудования, и   35 610 руб. 75 коп. неустойки за просрочку поставки товара по договору от 24.04.2020 №465-ЕП; 1 381 873 руб. 64 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, в связи с неправомерным удержанием поставленного оборудования, по договору поставки от 13.04.2020 №426-ЕП заявлены неправомерно.

Кроме того, за нарушение ответчиком срока возврата оборудования, истец просит взыскать проценты за пользование чужими денежными средствами, предусмотренные статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации  за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств.

Между тем, нарушение срока возврата оборудования не является денежным обязательством, и статья 395 Гражданского кодекса Российской Федерации к спорным правоотношениям неприменима. 

В данном случае неправомерное пользование ответчиком денежными средствами не установлено, истцом доказательств не представлено.

За нарушение срока возврата оборудования ответственность сторонами не предусмотрена.

На основании изложенного,  требования истца о взыскании 276 374 руб. 73 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, в связи с неправомерным удержанием поставленного оборудования, и   35 610 руб. 75 коп. неустойки за просрочку поставки товара по договору от 24.04.2020 №465-ЕП; 1 381 873 руб. 64 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, в связи с неправомерным удержанием поставленного оборудования, по договору поставки от 13.04.2020 №426-ЕП удовлетворению не подлежат. 

Рассмотрев требование о взыскании 934 339 руб. 01 коп. убытков по договорам поставки от 13.04.2020 №426-ЕП, от 24.04.2020 №465-ЕП, суд приходит к следующим выводам.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации  должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются по правилам статьи 15 Кодекса.

На основании статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации  лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, под которыми понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно части 1 статьи 394 Гражданского кодекса Российской Федерации, если за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства установлена неустойка, то убытки возмещаются в части, не покрытой неустойкой.

Наряду с этим, по общему правилу, предусмотренному пунктом 3 статьи 308 Кодекса, обязательство не создает прав и обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Кодекса).

По смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации  кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Кодекса). Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков (пункт 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Пунктом 10.7. договоров предусмотрено, что поставщик обязуется компенсировать заказчику все понесенные последним убытки, вызванные наложением на заказчика штрафных санкций в рамках исполнения заказчиком обязательств перед третьими лицами, если такие санкции явились следствием неисполнения поставщиком своих обязательств по поставке оборудования, в том числе вследствие пропуска сроков, установленных пунктом 2.7. договора.

Суд установил и материалами дела подтверждается, что в качестве убытков истец заявил расходы, понесенные в связи с компенсацией своим контрагентам – конечным заказчикам медицинским организациям Нижегородской области затрат по уплате неустойки, сославшись на условия сделок, стороной которых ответчик не являлся и, соответственно, не мог повлиять на их условия.

При этом суд отмечает, что истец, как и конечные заказчики оборудования АИВЛ «Авента-М» - медицинские организации, являются субъектами обращения медицинских изделий, соответственно указанным лицам было известно о приостановлении применении (эксплуатация) аппаратов ИВЛ «Авента-М», производства АО «Уральский приборостроительный завод». 

Заключенные между истцом и конечными потребителями договоры регулируются так же Федеральным законом  от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – ФЗ № 44). В соответствии с пунктом 42.1 статьи 112 ФЗ № 44 начисленные поставщику, но не списанные заказчиком суммы неустоек (штрафов, пеней) в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением в 2020 году обязательств, предусмотренных контрактом, подлежат списанию в случаях и в порядке, которые установлены Постановлением Правительства РФ от 04.07.2018 № 783 «Об осуществлении заказчиком списания сумм неустоек (штрафов, пеней), начисленных поставщику (подрядчику, исполнителю), но не списанных заказчиком в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением в 2015, 2016 и 2020 годах обязательств, предусмотренных контрактом», по которым на заказчика возложена обязанность осуществлять списание начисленных сумм неустоек. 

Учитывая изложенное, при наличии обстоятельств, предусмотренных ФЗ № 44 и Постановлением № 783, списание начисленных поставщику сумм неустоек является обязанностью заказчика и не зависит от усмотрения последнего.

Данная правовая позиция изложена в Определениях Верховного Суда РФ от 22.12.2017 № 302-ЭС17-13455, от 24.04.2018 № 305-ЭС17-23242.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к выводу о том, что несение истцом расходов по уплате неустойки контрагентам, не находится в причинно-следственной связи с действиями ответчика по просрочке поставке оборудования, более того, истец имел право на списание начисленной контрагентами ГП НО «НОФ» неустоек за просрочку поставки аппаратов ИВЛ «Авента-М», однако, истец в добровольном порядке произвел выплату 934 339 руб. 01 коп.

Таким образом, требование истца о взыскании 934 339 руб. 01 коп. убытков подлежит отклонению.

При таких обстоятельствах, правовые основания для удовлетворения исковых требований отсутствуют.

Государственная пошлина по иску в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относится на истца. 

Руководствуясь статьями 110, 167 - 171, 176, 180, 181, 182, 228, 229, 319  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований истцу отказать.

Настоящее решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Нижегородской области в течение месяца с момента его принятия. 

Решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного акта, при условии, что оно было предметом рассмотрения Первого арбитражного апелляционного суда апелляционной инстанции или Первый арбитражный апелляционный суд отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья                                                                                                                Е.Н. Алмаева