ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-18927/2014

г. Саратов

13 июня 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена  «06»     июня   2019    года.

Полный текст постановления изготовлен  «13»    июня  2019  года.

 

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Грабко О.В., 

судей Макарова   И.А., Самохваловой  А.Ю.    

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств   аудиозаписи секретарём судебного заседания ФИО1,   

рассмотрев  в открытом судебном заседании апелляционную   жалобу   ФИО2                                  

 на определение Арбитражного суда Саратовской  области от 05 апреля 2019 года по делу № А57-18927/2014 (судья Котова Л.А.),

о завершении реализации имущества гражданина ФИО2                     (

<

...>, ИНН 

<

***>; СНИЛС 

<

***>),

при участии   в  судебном заседании  до  и после объявлении перерыва  представителя    Банк   ВТБ  (публичное    акционерное   общество)    ФИО3, действующего на    основании  доверенности от   26   сентября   2018 года, представителя  финансового   управляющего  ФИО2   ФИО4   ФИО5,  действующей на  основании доверенности от   08 февраля  2019 года, ФИО2,  ФИО6, представителя   ФИО7    ФИО8, действующей на  основании доверенности от   28 апреля   2018 года 

 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Саратовской области от 09 апреля 2015  года в отношении должника -  индивидуального  предпринимателя ФИО2 (далее    ИП  ФИО2, должник)  введена процедура наблюдения. Временным управляющим должника – ФИО2 утвержден ФИО9, член Некоммерческого партнерства «Саморегулируемая организация независимых арбитражных управляющих «ДЕЛО».

Публикация сообщения произведена в газете «Коммерсантъ» №77 от 30 апреля 2015 года.

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 11 марта 2016  года  ИП ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина; финансовым управляющим утвержден ФИО10.

Публикация произведена в газете «Коммерсант» №46 от 19 марта 2016 года.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 16 января 2019 года ходатайство Ассоциации «Межрегиональной саморегулируемой организации профессиональных арбитражных управляющих» об отстранении ФИО10 от исполнения обязанностей финансового управляющего должника ФИО2 удовлетворено, арбитражный управляющий ФИО10 отстранен от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО2  в связи с его дисквалификацией по решению Арбитражного суда Чувашской Республики от 30 июля 2018 года по делу №А79-5029/2018, оставленным без изменения Постановлением первого арбитражного апелляционного суда от 18 декабря 2018 года.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 12 февраля 2019  года финансовым управляющим должника – ФИО2 утверждена ФИО4, член Ассоциации «Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Определением    Арбитражного  суда  Саратовской  области от    05 апреля  2019 года   завершена  реализация  имущества гражданина в отношении должника – ФИО2 Отказано  в освобождении должника - ФИО2  от исполнения требований кредитора Банк ВТБ (ПАО)  на сумму 49275026 рублей 17 копеек, в том числе: 48555305 рублей 95 копеек – основной долг и проценты, 719720 рублей 22 копейки – комиссия, неустойка.  Освобожден ФИО2  от дальнейшего исполнения двух требований остальных кредиторов, и требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина.

Не согласившись с указанным определением суда, ФИО2  обратился       в суд апелляционной инстанции с апелляционной  жалобой, в которой   просит отменить определение   в части не освобождения  его от  дальнейшего исполнения     требований    перед  Банк   ВТБ (ПАО).  

Апелляционная  жалоба   мотивирована  тем,  что   суд  первой   инстанции неправомерно   пришел   к  выводу  о том, что   ФИО2  действовал    недобросовестно: противодействовал финансовым управляющим должника в осуществлении мероприятий в деле о банкротстве, не  представлял и скрыл  информацию  о своей трудовой     деятельности  и участии   в организациях. 

В силу пункта 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Поскольку в порядке апелляционного производства обжалуется только часть определения,  при этом иные  лица,  возражений против этого не заявили и на проверке законности определения  суда в полном объеме не настаивали, то суд апелляционной инстанции не может выйти за рамки апелляционной жалобы и проверяет законность и обоснованность определения суда первой инстанции только в обжалуемой части.

Представитель   Банк    ВТБ  (ПАО)   возражает против  удовлетворения  апелляционной жалобы  по  основаниям,  изложенным  в отзыве.

Финансовый  управляющий   ФИО2 ФИО4 поддерживает  апелляционную  жалобу,   по  основаниям,  изложенным   в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле о  банкротстве, в судебное заседание не явились. Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru) 26 апреля  2019   года, что подтверждено отчётом о публикации судебных актов на сайте. 

В соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие извещенных  лиц. 

Согласно статье 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании  объявлялся перерыв до 06 июня 2019 года до 12 час. 00 мин.

Исследовав материалы дела, арбитражный суд апелляционной инстанции находит, что апелляционная  жалоба  подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина.

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).

Пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", по общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Если обстоятельства, указанные в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, будут выявлены после завершения реализации имущества должника, определение о завершении реализации имущества должника, в том числе в части освобождения должника от обязательств, может быть пересмотрено судом, рассматривающим дело о банкротстве должника, по заявлению конкурсного кредитора, уполномоченного органа или финансового управляющего.

Следовательно, обращение в суд с целью освобождения гражданина от обязательств само по себе не является безусловным основанием считать действия заявителя-гражданина недобросовестными, поскольку в соответствии с вышеприведенными разъяснениями Постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2015 N 45 и с учетом положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в деле о банкротстве гражданина, возбужденном по заявлению самого должника, суду необходимо оценивать поведение заявителя как по наращиванию задолженности и причины возникновения условий неплатежеспособности и недостаточности имущества, так основания и мотивы обращения гражданина в суд с заявлением о признании его банкротом.

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статьи 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абз. 17, 18 ст. 2 и ст. 213.30 Закона о банкротстве), возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора (ст. 138, 139 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, абз. 19 ст. 2, ст. 213.31 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеприведенных разъяснений Постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2015 N 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

Кроме того, согласно разъяснениям, изложенным в абзацах 2 и 3 пункта 28 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.06.2011 N 51 "О рассмотрении дел о банкротстве индивидуальных предпринимателей", неудовлетворенные требования о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, о взыскании алиментов, а также иные требования, неразрывно связанные с личностью кредитора, независимо от того, связаны ли они с предпринимательской деятельностью должника, сохраняют свою силу независимо от того, были ли они предъявлены при осуществлении процедуры банкротства (п. 2 ст. 212 Закона о банкротстве). Сохраняется также обязанность должника погасить судебные расходы по делу о банкротстве, если их за должника понес арбитражный управляющий или иное лицо, а также оставшиеся непогашенными текущие платежи.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо не исполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и т.п.), суд вправе в определении о завершении конкурсного производства указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств (статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд    первой    инстанции пришел     к   выводу  о  неприменении к должнику положений Закона о банкротстве об освобождении от обязательств, установленных   статьей   213. 28 Закона    о  банкротстве перед  Банк   ВТБ (ПАО).

Так,  суд    первой   инстанции   исходил     из  того,  что  ФИО2 в рамках всего дела действовал недобросовестно, а именно: еще с момента введения процедуры наблюдения не предоставил полную информацию о своей трудовой деятельности и участии в организациях, а именно – ни в заявлении о признании банкротом от 28 августа 2014 года, ни позже не сообщил временному управляющему, что с 01 июля 2014 года  работал в ООО «Русские инвестиции» и владел 100% доли в уставном капитале ООО «Сарторг» и ООО «Меридиан», 50% в уставном капитале ООО «СТС» (л.д. 38-47 т.3); на запрос временного управляющего от 19 мая 2015 года должник на момент проведения анализа финансового состояния не представил документы, необходимые для проведения такого анализа (отчет временного управляющего от 11 января 2016 года, л.д.44-47 том 3, анализ финансового состояния ФИО2, л.д. 1-12 том 4).

Также ФИО2 не сотрудничал с финансовым управляющим: 09 марта 2016 года уже финансовым управляющим в адрес ФИО2 направлено требование о передаче бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей финансовому управляющему, однако должник передал финансовому управляющему только здание-цех, площадью 1959,7 кв.м., по адресу: г.Саратов, п.Гуселка, б/н и оригинал свидетельства о государственной регистрации права на данный объект (отчет финансового управляющего от 06 июня 2016 года, л.д. 148-154 том 4; отчет финансового управляющего от 29 августа 2016 года, л.д. 45-51 том 5; отчет финансового управляющего от 08 декабря 2016 года, л.д. 21-28 том 5; отчет финансового управляющего от 07 марта 2017 года, л.д. 37-53 том 6; отчет финансового управляющего от 07 июня 2017 года, л.д. 108-126 том 6; отчет финансового управляющего от 08  сентября 2017 года, л.д. 82-91 том 7; отчет финансового управляющего от 08 декабря 2017 года, л.д. 148-167 том 7; отчет финансового управляющего от 05 марта 2018 года, л.д. 17-26 том 8; отчет финансового управляющего от 05 июня 2018 года, л.д. 141-159 том 8; отчет финансового управляющего от 11 сентября 2018 года, л.д. 6-25 том 11). 

21 марта 2016 года финансовым управляющим в адрес ФИО2 направлен запрос №16/015-Д о предоставлении сведений и документов: сведения о составе имущества и месте нахождения, сведения о дебиторах и кредиторах и подтверждающие документы, сведения о действующих договорах хозяйственной деятельности, однако документы не переданы, ответ не получен (отчет финансового управляющего от 06 июня 2016 года, л.д. 148-154 том 4; отчет финансового управляющего от 29 августа 2016 года, л.д. 45-51 том 5; отчет финансового управляющего от 08 декабря 2016 года, л.д. 21-28 том 5; отчет финансового управляющего от 07 марта 2017 года, л.д. 37-53 том 6; отчет финансового управляющего от 07 июня  2017 года, л.д. 108-126 том 6). 

И только согласно отчету финансового управляющего от 08 сентября 2017  года информация получена ( л.д. 82-91 том 7).

При этом, судом первой  инстанции также установлено, что копия трудовой книжки и сведения с места работы в форме справок 2-НДФЛ представлены в материалы дела должником только 31 октября 2018 года, то есть уже после поступления в суд ходатайства финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества гражданина ФИО2 с ходатайством об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина, от 04 сентября 2018 года и возражений Банк ВТБ (ПАО) в прощении долгов.

Однако   суд    первой   инстанции   оставил    без   внимания следующие   обстоятельства.

В  2016 году, то есть еще за три года до завершения дела о банкротстве,   ФИО2  фактически передал   финансовому  управляющему  все  материальные  ценности и документы. 

Поскольку суд первой инстанции  не освободил должника от исполнения обязательств перед одним из кредиторов, то суд апелляционной инстанции выяснял у участников дела вопрос о наличии в действиях ФИО2 неправомерного поведения, свидетельствующего о его недобросовестности, противодействии проведению процедур банкротства и сокрытии информации от финансового управляющего, кредиторов и арбитражного суда.

Так, представитель  Банк    ВТБ (ПАО)   пояснил, что  ФИО2    не подлежит  освобождению      от исполнения     требований  Банк   ВТБ  (ПАО) в  связи с тем, что   должник    на  протяжении 5 лет  скрывал    от  финансовых  управляющих    информацию   о   своей    работе     и размере    заработной   платы,  получаемой    по  месту    работы, не сообщил финансовому управляющему и суду общедоступные сведения о своем участии в ряде коммерческих и некоммерческих организаций,  тем  самым,    по  мнению  Банка ВТБ (ПАО),  ФИО2 вел  себя   недобросовестно и противодействовал финансовым управляющим в  осуществлении    полномочий   в деле     о банкротстве. Иных доводов в обоснование недобросовестности поведения должника в судах первой и апелляционной инстанций не заявлено.

Вместе с тем, судом апелляционной инстанции установлено, что доводы Банк ВТБ (ПАО) и суда первой инстанции о недобросовестности должника ФИО2 при проведении процедур его банкротства не свидетельствуют о его недобросовестности и противодействии арбитражным управляющим и суду в осуществлении мероприятий по его банкротству.

Так, суд   апелляционной   инстанции установил,   что   ФИО2  информацию   о  своем  трудоустройстве  и размере  заработной  платы в период дела о его банкротстве не  скрывал от финансовых   управляющих  должника. В  подтверждении   указанного   довода     об  информировании арбитражных управляющих ФИО2   представил копии  соответствующих  писем,   отправленных   по почте в   адрес    финансового    управляющего    ФИО10

Согласно пояснениям представителя последнего финансового   управляющего  должника  -  ФИО4 на   основании   имеющихся  документов, в том числе   представленных   ФИО2,  финансовый   управляющий   ФИО4 и предыдущий финансовый   управляющий  ФИО10 смогли  достоверно определить  размер и состав   конкурсной  массы. Должник – ФИО2 никакого противодействия финансовым управляющим не оказывал, недобросовестных действий с его стороны, препятствующих проведению процедур по делу о банкротстве, не было. Длительность процедур по делу о банкротстве была вызвана длительностью торгов проводимых с единственным ликвидным имуществом должника, отказом банка оставить имущество за собой и отсутствием покупателей на указанное имущество. Сведения об участии должника в ряде организаций были известны как еще временному управляющему должника, так и последующим финансовым управляющим должника, данные сведения являются общедоступными, должник их не скрывал и не мог скрыть в силу закона, материальной ценности доли должника от участия в указанных организациях не имели, поскольку организации либо были ликвидированы до признания ФИО2 банкротом, либо были признаны банкротами и ликвидированы в период банкротства ФИО2, документы переданные ФИО2 финансовому управляющему по судебному акту в 2017 году, ничего нового не содержали и уже имелись в материалах дела, подтверждали отсутствие иного ликвидного имущества должника, кроме того, что было изначально указано должником при обращении в суд с заявлением о банкротстве в 2014 году. Относительно сокрытия информации ФИО2 о своей работе и получаемых заработках, финансовый управляющий ФИО4 пояснила, что документы о местах работы и заработной платы должника она получила от предыдущего финансового управляющего ФИО10 при приеме-передаче документов, поскольку сведения о заработной плате были на уровне минимального размера оплаты труда в Саратовской области, а также учитывая нахождение на иждивении у должника его несовершеннолетнего сына, то указанная заработная плата подлежала бы исключению из конкурсной массы и не влияла на возможность удовлетворения требований кредиторов должника. В связи с чем, представитель финансового управляющего должника поддержала позицию должника о возможности его освобождения от долгов перед всеми кредиторами, включая Банк ВТБ (ПАО).

Рассматривая    вопрос     о  завершении    реализации   имущества   должника  суд первой  установил, что  все   имущество  должника (нежилое  здание-цех, право   аренды земельного  участка)   было   реализовано. Иного     имущества   либо   активов  должника,  ни финансовым управляющим, ни   иными   независимыми кредиторами  и участниками дела     о банкротстве   не    выявлено.

В  связи  с  чем,  финансовый   управляющий   ФИО10 обратился в  Арбитражный   суд   Саратовской  области  с ходатайством  о  завершении  в отношении должника    процедуры     банкротства -  реализации  имущества    гражданина,  с освобождением  от  дальнейшего    исполнения   требований  кредиторов, в том  числе    требований   кредиторов, не заявленных    при  введении   реализации  имущества   гражданина.

Аналогичной   позиции  придерживался    и финансовый   управляющий   ФИО4, которая     также     пояснила    суду   первой   и апелляционной    инстанций, что  никаких  противодействий    со стороны    должника на  протяжении   5 лет (с 2014 по  2019 года)    не  осуществлялось,  претензий    со стороны   финансовых   управляющих  к  поведению    должника    не имеется. Каких   либо  активов    у должника   кроме    здания  и права  аренды    у ФИО2   не  имелось  и не имеется.

Кроме  того, финансовый   управляющий   ФИО4 пояснила,  что  после  отстранения    ФИО10 от  исполнения    обязанностей    финансового    управляющего  ФИО2, она   приняла   все   документы   должника,  среди  которых    имелись  почтовые   конверты  формата А5  с печатями  и  штампами Почты России, свидетельствующие    об    отправке  указанных   писем ФИО2  в адрес  финансового   управляющего   ФИО10, а также    имелись   приложенные   к конвертам   сами  подлинные письма формата А4 с подписями ФИО2,  в которых    была   информация    о месте     и времени   работы    и сведения  о   размере   заработной   платы.

Вывод  суда     первой    инстанции   о неприятии   в качестве    доказательств    писем ФИО2  в  адрес  финансового   управляющего   ФИО10  о  своей    работе     и сведения о  заработной  платы, по  причине     отсутствия    сгибов бумаги, характерных    для  почтовых отправлений, вкладываемых    в почтовые  конверты    формата А-5, судом   апелляционной   инстанции  не   принимаются,   поскольку    ФИО2 категорически  утверждает, что   им  производились указанные почтовые  отправления. Факт   отправки  и получения    указанных почтовых отправлений подтверждается  почтовыми конвертами   с печатями и штампами   Почты России, указанные    документы    в  подлинниках    были  своевременно     переданы    ФИО10     новому   финансовому   управляющему   ФИО4

Лица, участвующие  в  деле,  заявлений  о   фальсификации   указанных   писем  в порядке   статьи  161  Арбитражного   процессуального   кодекса   Российской Федерации не  заявляли. 

Суд   первой инстанции  сделал    вывод     об отсутствии   сгибов    на письмах, и как следствие о непринятии их в качестве доказательств по делу,    без  соответствующих экспертиз и  технических  исследований, не   выяснив    при этом  обстоятельства    и условия  хранения  писем после их получения и вскрытия    конвертов.

Вместе с тем,  оценивая    обстоятельства    так  называемого    «сокрытия  ФИО2  от финансовых    управляющих,  кредиторов    и суда   информации   о   местах своей  работы  и сведений о   размере своей  заработной   платы», суд   апелляционной   инстанции   также  учитывает.

ФИО2  осуществлял   трудовую  деятельность:

-с 01 июля  2014 года    по   30 июня   2016 года    в ООО  «Русские    инвестиции»    на  должности   заместителя    в АУП, сумма  дохода  за  один  календарный   месяц     составляла  8 800 руб.

- с 05 июля   2016 года    по   14 ноября  2016 в ООО «Интермикс»    на должности менеджера   по  продажам,  сумма   дохода    за  один   календарный   месяц    составляла    от 737,29 руб. до   987,50  руб.

- с 01 декабря   2016  года    по 31  мая  2018 года    работал    в  должности    заместителя    директора   ООО «Саратовстройконтракт» (переименовано   в ООО «Делишес» с 07 декабря   2016 года),  с 01 июня   2018 года     переведен    на  должность    заместителя    директора    по производству, где в настоящее     время  и  продолжает  работать, сумма    оклада   за  один    календарный   месяц    составляет  12 000 руб.

Указанные   обстоятельства подтверждаются    копией трудовой  книжки ФИО2, справками   о  доходах    физических  лиц    по   форме   2-НДФЛ. Размер заработной платы должника лицами участвующими в деле не оспаривается.

 Таким образом,  ФИО2, находясь  в трудоспособном   возрасте    продолжал   трудиться   с 2014 года     по  настоящее     время.

Апелляционным судом установлено, что должник ранее состоял в законном браке, от брака имеет двоих детей – сына и дочь, после расторжения брака по договоренности с бывшей супругой, они проживают раздельно, при этом дочь проживает со своей матерью – бывшей супругой, а должник с 2006 года проживает   совместно  со  своим    несовершеннолетним   сыном Максимом ДД.ММ.ГГГГ года рождения  и полностью  его содержит, в настоящее время сын является студентом, своих доходов не имеет. Указанное обстоятельство подтверждается документами приобщенными судом апелляционной инстанции (свидетельство о заключении брака должником, свидетельство о расторжении брака должником, свидетельство о рождении сына ФИО11 ДД.ММ.ГГГГ г.р., копиями паспортов должника и его сына с одинаковым местом регистрации). 

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством (статья 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 101 Закона о несостоятельности).

В соответствии со статьей 24 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом, за исключением имущества, на которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание. Перечень имущества граждан, на которое не может быть обращено взыскание, устанавливается гражданским процессуальным законодательством.

Абзацем восьмым части 1 статьи 446 Гражданского   процессуального    кодекса   Российской  Федерации  предусмотрено, что взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на продукты питания и деньги на общую сумму не менее установленной величины прожиточного минимума самого гражданина-должника и лиц, находящихся на его иждивении.

Согласно пункту 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан" при рассмотрении дел о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника (в том числе его правами на достойную жизнь и достоинство личности).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, по смыслу части 2 статьи 99 Федерального закона "Об исполнительном производстве" во взаимосвязи с его статьей 4, конкретный размер удержания из заработной платы и иных доходов должника при исполнении исполнительного документа подлежит исчислению с учетом всех обстоятельств данного дела, при неукоснительном соблюдении таких принципов исполнительного производства как уважение чести и достоинства гражданина и неприкосновенности минимума имущества, необходимого для существования должника-гражданина и членов его семьи (определения от 13 октября 2009 года N 1325-О-О, от 15 июля 2010 года N 1064-О-О и от 22 марта 2011 года N 350-О-О).

Таким образом, при определении размера удержания из доходов должника-гражданина, являющихся для него единственным источником существования, надлежит учитывать в числе прочего размер этого дохода, с тем, чтобы обеспечить самому должнику и лицам, находящимся на его иждивении, условия, необходимые для их нормального существования.

В статье 1 Федерального закона от 24.10.1997 N 134-ФЗ "О прожиточном минимуме в Российской Федерации" сказано, что величина прожиточного минимума представляет собой стоимостную оценку потребительской корзины, включающей минимальные наборы продуктов питания, непродовольственных товаров и услуг, необходимых для сохранения здоровья человека и обеспечения его жизнедеятельности, а также обязательные платежи и сборы.

Прожиточный минимум необходим при установлении гражданам государственных гарантий получения минимальных денежных доходов.

Имущество, перечисленное в пункте 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе денежные средства в размере прожиточного минимума, изначально не являются частью конкурсной массы. Распоряжаться этим имуществом, иначе как путем передачи должнику, финансовый управляющий не вправе.

На основании пункта 3 статьи  213.25 Закона о банкротстве,  пункта 1 статьи  446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации исключению из конкурсной массы подлежали   денежные средстве в размере установленной величины прожиточного минимума ФИО2  и его  несовершеннолетнего  ребенка ФИО11, находящегося  на его иждивении.

Согласно  общедоступной информации из сети Интернет размер установленной величины прожиточного минимума на  трудоспособного гражданина   в Саратовской   области  в 2014 году      составлял   6998 руб., на     несовершеннолетнего   - 6 481 руб.;    в 2015 году    на   трудоспособного  гражданина    8 892   руб.,    на  несовершеннолетнего   8406 руб.,  в 2016 году     на   трудоспособного  гражданина    8 902    руб.,    на  несовершеннолетнего   8406 руб.,   в 2017  году на   трудоспособного  гражданина  9 581 руб., на  несовершеннолетнего   9 159 руб.,  в 2018 году  на   трудоспособного  гражданина    9 354   руб.,    на  несовершеннолетнего   9 022 руб.. 

Как   пояснил   финансовый   управляющий  ФИО4  и данные   обстоятельства     никем не  оспаривались,   ФИО2 не обращался     в  суд    с ходатайством     об исключении  из   конкурсной   массы    денежных   средств   в размере    установленной   величины   прожиточного   минимума    на  себя   и  своего   несовершеннолетнего    ребенка, денежных   средств   из   конкурсной   массы не   получал.

ФИО2  также  пояснил, что    не   обращался  в  суд   с таким ходатайством,  поскольку  получал   доход    не  превышающий  размер     прожиточного   минимума на   себя    и несовершеннолетнего    ребенка. 

Следовательно,  вывод   суда    первой    инстанции    о  злоупотреблении       правом  со  стороны   ФИО2  при   непредставлении сведений   о    месте  своей работы и размере   заработной   платы, является необоснованным, поскольку  сокрытие такой информации не доказано, а само   сокрытие  данной   информации   не могло   повлиять    на формирование  конкурсной   массы.

Кроме   того,  суд   первой   инстанции,  делая   вывод    о  не сотрудничестве    должника  с финансовыми  управляющими, указал   на  сокрытие  им  информации   об участии ФИО2 в уставном  капитале ООО «СарТорг», ООО «Меридиан», ООО «Саратовский  торговый   союз». Дополнительно представитель Банка ВТП (ПАО) представил информацию из материалов дела об участии должника еще в одном из СНТ.

Вместе   с  тем,  информация   об участии любого    лица   в создании  и управлении   юридических  лиц на территории Российской   Федерации  носит   общедоступный  характер,  следовательно, вывод    суда   первой   инстанции   о  злоупотреблении  правом   должника путем  сокрытия   общедоступной   информации от профессионального арбитражного управляющего и арбитражного суда не  может  быть признан   обоснованным.

Представители финансового   управляющего   ФИО4 и кредитора ФИО7  пояснили, что    информация   об  участии ФИО2   в уставном капитале  ООО «СарТорг», ООО «Меридиан», ООО «Саратовский    торговый   союз» была  известна  всем    финансовым управляющим   должника  и не    была  сокрыта, а сведения об участии должника в садоводческом товариществе (СНТ) взята представителем Банка из материалов дела, то есть была известна всем участникам дела и соответственно арбитражным управляющим и арбитражному суду.

Кроме  того,  решением    Арбитражного   суда  Саратовской   области от   13 марта   2013 года     по  делу  №А57-23055/2012 ООО  «СарТорг»    признан   несостоятельным   (банкротом)    как  ликвидируемый    должник    и в отношении    него   открыто    конкурсное   производство. Решением    Арбитражного   суда  Саратовской   области от   08  апреля   2014  года     по  делу  №А57-15193/2013 ООО  «Меридиан»    признан   несостоятельным   (банкротом)    как  ликвидируемый    должник    и в отношении    него   открыто    конкурсное   производство. 25  апреля   2014 года    прекращена     деятельность    юридического    лица    ООО  «Саратовский  торговый союз» в связи   с исключением     из  ЕГРЮЛ.

Таким  образом,   доля  участия    ФИО2    в ООО «СарТорг», ООО «Меридиан», ООО «Саратовский    торговый   союз» ни номинальной, ни   рыночной  стоимости  не    имела.

На   основании вышеизложенного, выводы  суда первой инстанции о  недобросовестности должника противоречат   материалам  дела. 

Суд   апелляционной   инстанции   учитывает,   что     отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным и злонамеренным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

В рассматриваемом случае анализ финансового состояния должника свидетельствует об отсутствии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства, отсутствии подозрительных сделок должника по отчуждению имущества. Сокрытие или уничтожение принадлежащего ему имущества, равно как сообщение должником недостоверных сведений финансовому управляющему или кредиторам материалами дела не подтверждается и судом не установлено.

Оценив в совокупности доказательства по делу, суд   апелляционной    инстанции   приходит к выводу, что обращение ФИО2   с заявлением о банкротстве было обусловлено не противоправной и недобросовестной  целью получения преимущества в виде необоснованного освобождения от долгов, а социально-реабилитационной целью потребительского банкротства, достигаемой путем списания непосильных долговых обязательств гражданина с одновременным введением в отношении него ограничений, установленных статьей 213.30 Закона о банкротстве. 

В   Определении Верховного    Суда  РФ  N 305-ЭС17-13146(2) от 28 апреля 2018 года   изложена позиция относительно предусмотренного законом правила освобождения физического лица - банкрота от исполнения своих обязательств, признав право его применения лишь в исключительных случаях и только в отношении лиц, в силу объективных причин оказавшихся в финансово сложных жизненных ситуациях, в принципе исключающих возможность рассчитаться по своим долгам, при этом честно, открыто и добросовестно сотрудничавших с судом, финансовым управляющим и конкурсными кредиторами, принявших все возможные меры к погашению задолженности, в целях получить возможность начать выстраивать свои финансовые отношения, а в ряде случаев и свою жизнь "с чистого листа". При этом факты, свидетельствующие об умышленном увеличении кредиторской задолженности в отсутствие намерения и/или реальных возможностей и средств для ее погашения, утаивании своего имущества и доходов, недобросовестное поведение в ходе процедур банкротства являются безусловными основаниями для неприменения такой меры защиты от кредиторов как освобождение от дальнейшего исполнения обязательств.

По мнению коллегии судей Верховного Суда Российской Федерации, институт банкротства граждан предусматривает исключительный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов, который позволяет гражданину заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, но при этом в определенной степени ущемляет права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им удовлетворения.

Исключительных случаев, являющихся основанием для неприменения к гражданину процедуры освобождения от долгов, в данном случае не имелось.

В рассматриваемом случае, судом апелляционной  инстанции в полной мере исследованы все имеющиеся в материалах дела документы и сделаны выводы об отсутствии  наличии в действиях ФИО2 признаков недобросовестности.

В связи   с чем,  основания  у суда  первой  инстанции   для   не   применения    в  отношении   ФИО2    правил    об   освобождении    от  исполнения    обязательств перед  кредитором  - Банк  ВТБ  (ПАО), установленных     статьей   213.38 Закона  о банкротстве     не имелось.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований к отмене определения суда первой инстанции в обжалуемой части, с разрешением вопроса  по  существу.

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской  области от 05 апреля   2019 года по делу № А57-18927/2017 в  обжалуемой  части, а именно в части отказа   в  освобождении   должника  ФИО2 от  исполнения      требований кредитора   Банк   ВТБ (ПАО)  на   сумму   49 275 026 руб. 17 коп., в  том  числе: 48 555 305 руб. 95 коп. -  основной   долг и проценты, 719720  руб. 22  коп. – комиссия, неустойка отменить.

Освободить ФИО2 от дальнейшего исполнения требований кредитора   Банк   ВТБ (ПАО)  на   сумму   49 275 026 руб. 17 коп., в  том  числе: 48 555 305 руб. 95 коп. -  основной   долг и проценты, 719720  руб. 22  коп. – комиссия, неустойка.

Постановление арбитражного  суда  апелляционной   инстанции  вступает   в законную   силу со дня   его  принятия и может  быть обжаловано  в Арбитражный  суд  Поволжского  округа  в течение   одного месяца   со дня изготовления постановления в полном объёме через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                   О.В.  Грабко

 

 

 Судьи                                                                                                        И.А.  Макаров         

 

 

А.Ю.  Самохвалова