Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А45-19442/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 05 сентября 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 09 сентября 2024 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                    Качур Ю.И.,

судей                                                                  Доронина С.А.,

ФИО1 –

при протоколировании судебного заседания помощником судьи Спиридоновым В.В. с использованием системы веб-конференции (в режиме онлайн) рассмотрел кассационную жалобу ФИО2 на определение Седьмого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2024 (судьи Михайлова А.П., Дубовик В.С., ФИО3) по делу № А45-19442/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Девелопмент групп» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – ООО «Девелопмент групп», должник) о процессуальной замене умершего ФИО4 его правопреемником (наследником) – ФИО2 в пределах стоимости наследственного имущества.

В судебном заседании в онлайн-режиме посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» принял участие представитель ФИО2 – ФИО5 по доверенности от 26.06.2024.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве ООО «Девелопмент групп» 27.10.2022 в Арбитражный суд Новосибирской области поступило заявление конкурсного управляющего ФИО6 (далее – управляющий) о привлечении ФИО4, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 (далее – ответчики) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 21.06.2023 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4, ФИО9, ФИО10 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в части определения размера субсидиарной ответственности ответчиков производство по заявлению приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

ФИО4, привлеченный к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, умер 17.07.2023.

Его отец – ФИО11, умер 23.11.2023.

Наследником первой очереди по закону после смерти мужа и сына является ФИО2

На стадии апелляционного производства определением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2024 произведена процессуальная замена умершего ФИО4 его правопреемником – матерью ФИО2, в пределах стоимости наследственного имущества, перешедшего к ней по праву представления.

ФИО2 обратилась с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение апелляционного суда от 19.06.2024 о процессуальном правопреемстве.

В обоснование жалобы податель приводит следующие доводы: материалы наследственных дел ФИО4 и ФИО11 не содержат сведений о принятии наследства после смерти сына ее мужем ФИО4, а также самой ФИО2; ФИО2 не подпадает под круг лиц, которые могут является наследником по праву представления после смерти ФИО4, поэтому обжалуемое определение вынесено с существенным нарушением норм статей 1146, 1152 и 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ); ФИО2 отказалась от принятия наследства после смерти сына – ФИО4, приняв наследство только после смерти мужа – ФИО11, при этом действий по фактическому принятию наследства за своего умершего супруга после смерти сына не совершала, соответствующих заявлений не подавала.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал кассационную жалобу по доводам, изложенным в ней.

Другие лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Проверив в пределах, предусмотренных статьями 286, 287 АПК РФ, правильность применения судом норм материального и соблюдение процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд округа пришел к выводу о наличии оснований для его отмены.

Как следует из материалов наследственного дела ФИО4, на дату смерти у него имелись наследники по закону: ФИО12 (супруга должника), ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (сын), ФИО14, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (дочь), ФИО2 (мать), ФИО11 (отец).

Супруга должника ФИО12 15.08.2023 обратилась к нотариусу, в производстве которого находится наследственное дело, с заявлением об отказе от наследства на имущество, оставшееся после смерти супруга. С аналогичным заявлением обратилась и мать наследодателя ФИО2

Сведения о принятии наследства иными наследниками умершего ФИО4 материалы дела не содержат.

Срок, установленный пунктом 1 статьи 1154 ГК РФ, для принятия наследства ФИО4, истек 17.01.2024. Доказательства принятия кем-либо наследства после смерти ответчика ФИО4 в материалах дела отсутствуют. Свидетельства о праве на наследство не выдавались.

ФИО11, являющийся наследником первой очереди после смерти умершего ФИО4, умер 23.11.2023, то есть после открытия наследства и смерти наследодателя, но до истечения шестимесячного срока для его принятия.

Согласно материалам наследственного дела ФИО11 с заявлением о принятии наследства обратилась только супруга наследодателя – ФИО2

Суд апелляционной инстанции, производя процессуальную замену умершего ФИО4 его правопреемником – матерью ФИО2, в пределах стоимости наследственного имущества, исходил из того, что после смерти ФИО11, который от наследства умершего ФИО4 не отказался, в состав его наследственной массы вошло наследство сына, поэтому ФИО2, приняв наследство после смерти мужа, является и наследником ФИО4 по праву представления в пределах стоимости перешедшего от сына наследственного имущества.

Вместе с тем апелляционным судом не учтено следующее.

Абзацем вторым пункта 2 статьи 218 ГК РФ установлено, что в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В силу пункта 1 статьи 1141 ГК РФ наследники по закону призываются к наследованию в порядке очередности, предусмотренной статьями 1142 – 1145 и 1148 ГК РФ.

Наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя (пункт 1 статьи 1142 ГК РФ).

Вместе с тем в соответствии с пунктом 1 статьи 1156 ГК РФ если наследник, призванный к наследованию по завещанию или по закону, умер после открытия наследства, не успев его принять в установленный срок, право на принятие причитавшегося ему наследства переходит к его наследникам по закону, а если все наследственное имущество было завещано – к его наследникам по завещанию (наследственная трансмиссия).

Таким образом, вывод судов о том, что ФИО2 после смерти мужа и сына стала наследником последнего по праву представления, основан на неправильном применении норм материального права, а именно статей 1141 - 1146 ГК РФ, поскольку она в любом случае не подпадает под перечень тех потомков, которые могут наследовать по данному основанию наследство после смерти ФИО4, тем более в ситуации, когда ФИО11 умер после смерти сына, то есть после открытия его наследства и не одновременно с ним.

В рассматриваемой ситуации ФИО2 в порядке наследственной трансмиссии после смерти мужа ФИО11 в силу пункта 1 статьи 1152 ГК РФ для приобретения наследства после смерти ФИО4 должна была его принять.

При этом принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство (пункт 1 статьи 1153 ГК РФ).

Признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности, если наследник вступил во владение или в управление наследственным имуществом (пункт 2 статьи 1153 ГК РФ).

Как следует из статьи 1152 ГК РФ принятие наследства по своей юридической природе представляет собой одностороннюю сделку, посредством которой наследник, призванный к правопреемству после умершего лица, принимает причитающееся ему наследственное имущество и становится его собственником.

В связи с этим к принятию наследства как к односторонней сделке применяются общие положения об обязательствах и о договорах, поскольку это не противоречит закону, одностороннему характеру и существу сделки (статья 156 ГК РФ).

К числу таких положений относятся нормы статьи 431 ГК РФ, предусматривающие, что при толковании условий сделки судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в ней слов и выражений. Буквальное значение условия сделки в случае неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом сделки в целом.

В соответствии с пунктом 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по дела о наследовании» (далее – Постановление № 9) наследник, принявший наследство, независимо от времени и способа его принятия считается собственником наследственного имущества, носителем имущественных прав и обязанностей со дня открытия наследства вне зависимости от факта государственной регистрации прав на наследственное имущество и ее момента (если такая регистрация предусмотрена законом).

В пункте 49 Постановления № 9 разъяснено, что неполучение свидетельства о праве на наследство не освобождает наследников, приобретших наследство, в том числе при наследовании выморочного имущества, от возникших в связи с этим обязанностей (выплаты долгов наследодателя, исполнения завещательного отказа, возложения и т.п.).

Таким образом, наследник, принявший наследство и не отказавшийся от него в течение срока, установленного для принятия наследства, считается собственником этого имущества с момента открытия наследства независимо от времени получения свидетельства о праве на наследство и момента государственной регистрации права собственности на наследственное имущество.

Между тем судами установлено, что ФИО2 отказалась от принятия наследства после смерти сына ФИО4 Доказательств того, что она совершила в установленный законом срок все необходимые и достаточные действия для принятия наследства сына от имени своего умершего супруга ФИО4, материалы дела также не содержат. Учитывая проживание ФИО4 вместе с супругой и несовершеннолетними детьми по другому адресу, отличному от места регистрации его родителей, фактическое принятие наследства со стороны ФИО2 после смерти сына также не подтверждено, что ею, в свою очередь, отрицается.

Таким образом, суд апелляционной инстанции неправильно применил нормы материального права о наследовании по закону родителей после смерти их детей, не установил действительную волю наследника – ФИО2, не принял во внимание то обстоятельство, что ФИО11 при жизни после смерти своего сына ФИО4 наследство не принял, а ФИО2 ни от себя лично, ни за своего супруга это право не реализовала. Следовательно, ФИО2 не является наследником ФИО4 ни как наследник первой очереди по закону, ни в порядке наследственной трансмиссии после смерти своего супруга.

С учетом изложенного обжалуемое апелляционное определение в части проведенного процессуального правопреемства умершего ФИО4 его правопреемником - матерью ФИО2, подлежит отмене.

Руководствуясь статьями 287-290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Седьмого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2024 по делу № А45-19442/2019 отменить. Принять новый судебный акт.

В проведении процессуальной замены умершего ФИО4 его правопреемником матерью – ФИО2, в пределах стоимости наследственного имущества отказать.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                                                  Ю.И. Качур

 

Судьи                                                                                                                 С.А. Доронин

 

ФИО1