АРБИТРАЖНЫЙ СУД СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А63-16909/2021

г. Ставрополь

28 июня 2022 года

Резолютивная часть решения объявлена 21 июня 2022 года

                                               Решение изготовлено в полном объеме 28 июня 2022 года

Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи Костюкова Д.Ю., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании заявление общества с ограниченной ответственностью «АМИР», г. Москва, ОГРН 

<

***>, к Северо-Кавказской электронной таможне, г. Минеральные Воды, ОГРН 

<

***>, об оспаривании решений таможенного органа,

при участии в судебном заседании представителей: заявителя – ФИО2 по доверенности от 25.10.2021, заинтересованного лица – ФИО3 по доверенности от 20.12.2021,

                                                       УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «АМИР» (далее – заявитель, общество, декларант) обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с заявлением к Северо-Кавказской электронной таможне (далее – заинтересованное лицо, таможня, таможенный орган) о признании незаконными решений Северо-Кавказского таможенного поста (центр электронного декларирования) Северо-Кавказской электронной таможни от 19.04.2021 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары № 10805010/150121/0002071, № 10805010/250221/0006815.

В обоснование заявленных требований общество указало о несоответствии оспариваемых решений действующему законодательству, противоречии представленным документам и сведениям, поскольку представлены все запрошенные таможенным органом документы. Полагает, что таможенному органу следовало исходить из презумпции достоверности представленной информации (документов и сведений), в принятые решения не являются достаточно обоснованными, противоречия в представленных документах отсутствуют. Общество указало, что таможенным органом таможенный контроль проведен не в полном объеме, как этом предусмотрено действующим законодательством, а декларируемая (на момент подачи таможенных деклараций) находилась в минимальных значениях по ФТС России и средних значениях по СКТУ, что свидетельствовало об отсутствии существенного отклонения таможенной стоимости и не являлось основанием для начала проведения дополнительной проверки.

Таможенный орган с заявленными требованиями не согласился. По мнению заинтересованного лица решения приняты в соответствии с таможенным законодательством ЕАЭС, при принятии оспариваемых решений осуществлен таможенный контроль документов и сведений в том объеме документов, которые были представлены обществом в ходе осуществления декларирования товаров до принятия оспариваемых решений. Указал, что декларантом не представлены запрошенные в ходе проверки документы в установленные таможенным органом сроки по второму запросу, а представленные к таможенному декларированию сведения о таможенной стоимости не явились достаточными, позволяющими принять таможенную стоимость, заявленную декларантом. Считает, что у таможенного поста (ЦЭД) имелись основания для принятия оспариваемого решения, процедура и сроки их вынесения не нарушены.

Полагает, что общество не предприняло достаточных мер, направленных на сбор доказательств, подтверждающих приобретение товаров по заявленной цене, не воспользовалось своим правом доказать правомерность использования метода определения таможенной стоимости товара на этапе декларирования и соблюдения структуры таможенной стоимости по первому методу. Отмечает, что таможенным органом предоставлена декларанту реальная возможность доказать достоверность заявленных сведений и правомерность применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

В судебном заседании представители общества и таможенного органа поддержали озвученные позиции.

Выслушав доводы сторон, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, арбитражный суд считает требования заявителя не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, таможенную стоимость товаров, ввезенных на таможенную территорию ЕАЭС  на условиях поставки CPT Махачкала (гр. 20 ДТ) в рамках внешнеторгового контракта от 16.09.2020 № А-08092020, заключенного между обществом и продавцом товара LANOVA EV GERECLERI SANAYI VE TICARET A.S (Турция) (далее – контракт) и продекларированных по декларациям на товары (далее – ДТ) № 10805010/150121/0002071 и № 10805010/250221/0006815, декларант определил с применением основного (первого) метода таможенной стоимости, исходя из стоимости сделки с ввозимыми товарами (статья 39 ТК ЕАЭС).

В графе 31 указанных ДТ общество заявило сведения о товарах: бытовые встраиваемые варочные панели для приготовления пищи», код 8516 60 500 0 ТН ВЭД ЕАЭС, «независимый электрический духовой шкаф», код 8516 60 800 0  по ТН ВЭД ЕАЭС соответственно (далее - товары). В подтверждение заявленной таможенной стоимости декларант наряду с указанными ДТ представил в таможенный орган: контракт, инвойсы, иные документы согласно описям документов, представленных при их подаче в таможенный орган в электронном виде. 

В ходе проведения контроля таможенной стоимости по рассматриваемой ДТ таможенным постом (ЦЭД) установлены признаки не подтверждения должным образом декларируемых сведений, либо их недостоверности (пункт 5 Положения об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза, утвержденного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27.03.2018 № 42 (далее – Решение № 42).

К таким признакам отнесены выявленные несоответствия сведений, влияющих на таможенную стоимость ввозимых товаров и содержащихся в одном документе, иным сведениям, содержащимся в том же документе, а также сведениям, содержащимся в других документах, а также занижение цены ввозимых товаров по сравнению с ценой идентичных или однородных товаров при сопоставимых условиях их ввоза при наличии таких сведений в базах данных.

Из материалов дела следует, что на этапе совершения таможенных операций по результатам контроля таможенной стоимости товаров, начатого до выпуска, установлены следующие несоответствия и не подтверждения декларируемых сведений в отсутствие подтверждающих документов: отсутствие спецификации, подтверждающей количество, ассортимент, номенклатуру продукции и цену в соответствии с условиями пунктов 1.1., 1.4, 2.3 Контракта в целях подтверждения суммы, складывающейся из спецификаций; отсутствие заказа на поставку в целях соблюдения пункта 1.2 контракта об ассортименте и условиях поставки партии товара; отсутствие пояснений по пункту 1.6 контракта в отношении не осуществления поставок товара марки «AMIR» И «SEELE» или любого иного товарного знака при дальнейших согласованиях, хотя в рассматриваемых ДТ декларируется товара торговой марки «AMIR»; отсутствие всех предусмотренных пунктом 1.7 контракта документов; отсутствие документов об оплате товара в установленный срок согласно пункту 3.1 контракта; отсутствие документов по пункту 3.2 контракта (инвойс, упаковочный лист и любые другие документы по просьбе покупателя); отклонение уровня таможенной стоимости в сторону занижения от стоимости идентичных, однородных товаров. 

Таможенным постом (ЦЭД) по основаниям пунктов 1, 4 статьи 325 ТК ЕАЭС 18.01.2021 и 25.02.2021 направлены запросы документов и (или) сведений в срок до 29.01.2021 и до 26.02.2021 с направлением расчетов обеспечения исполнения обязанности по уплате таможенных платежей. 

Выпуск товара по ДТ №  10805010/150121/0002071 осуществлен таможенным постом (ЦЭД) 18.01.2021 под обеспечение исполнения обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов с оформлением таможенной расписки на сумму 764 779,93 руб., 25.02.2021 по ДТ № 10805010/250221/0006815 - с оформлением таможенной расписки на сумму 194 996,26 руб.

Запрошенные 18.01.2021 и 25.02.2021 документы поступили на таможенный пост (ЦЭД) 12.03.2021 письмом декларанта от 10.03.2021 (вх. № 20-23/339), по результатам рассмотрения которых, таможенным органом установлено, что ранее выявленные признаки недостоверности заявленной таможенной стоимости декларантом не устранены.

В соответствии с пунктами 14, 15 статьи 325 ТК ЕАЭС 07.04.2021 таможенный пост запросил в срок до 16.04.2021 документы, предоставив обществу право доказать правомерность использования избранного метода определения таможенной стоимости товаров и достоверность представленных документов и сведений, а также устранить возникшие у таможенного органа сомнения в достоверности заявленной таможенной стоимости, с предоставлением пояснений и (или) возражений с приложением подтверждающих документов, необходимых для подтверждения правильности определения таможенной стоимости товаров, заявленной в ДТ № 10805010/150121/0002071 и № 10805010/250221/0006815.

В запросах от 07.04.2021 таможенным постом (ЦЭД) указаны фактические обстоятельства, которые не позволили принять заявленную таможенную стоимость: экспортная декларация от 28.12.2020 № 20341300EX877787 не содержит отметок таможенных органов о прохождении таможенного оформления в стране вывоза, а ее перевод не содержит сведений о переводчике и его компетенции; информация о стоимости партии, заявленной в экспортной декларации № 20341300EX877787 от 28.12.2020, не корреспондируют со сведениями, заявленными в ДТ № 10805010/150121/0002071 и № 10805010/250221/0006815, а также в инвойсе от № LNV2020000001019 от 28.12.2020 и других документах, что исключает основания для исполнения требований, установленных статьей п. 10 статьи 38 ТК ЕАЭС, согласно которой таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации; отсутствует идентификация оплаты товарных партий по платежным поручениям от 13.01.2021 № 2, от 08.10.2020 № 116, в графе 70 назначение платежа отсутствует ссылка на инвойс от 28.12.2020 № LNV2020000001019, суммы на перевод, указанные в платежных поручения, не соотносятся с суммой поставки; в заказе от 20.09.2020 и проформе инвойс не определены условия поставки товара в нарушение п. 1.2 контракта, а номер заказа не соотносится с номером указанным в коммерческом инвойсе № LNV2020000001019 от 28.12.2020 (заказ № STS188707-708); проформа инвойс № LNV2020000001021 от 28.12.2020 содержит ссылку на номер заказа, однако заказ от 20.09.2020 не содержит номера, также проформа инвойс № LNV2020000001021 от 28.12.2020 представлена на запасные части, а на товары, задекларированные в ДТ № 10805010/150121/0002071, № 10805010/250221/0006815 проформа инвойс не представлена, в связи с чем, невозможно отследить соблюдение исполнения пунктов  1.2 и 4.1 контракта; в прайс-листе отсутствует период действия, а также отсутствуют полные характеристики товаров, указанные в ДТ; упаковочный лист № LNV2020000001019 от 28.12.2020 не утвержден печатями с обеих сторон в нарушение пункта 1.4 контракта; при анализе коммерческого инвойса № LNV2020000001019 от 28.12.2020 имеется ссылка на условия 100% отсрочки оплаты в течение 60 дней с даты инвойса, однако данные условия платежа не прописаны в контракте; в п.1.1 Контракта № А-08092020 от 16.09.2020 указано "продавец производит и продает, а покупатель покупает товар, в количестве, ассортименте и по ценам, указанным в спецификациях (счетах), являющихся неотъемлемой частью контракта", что является противоречиям пояснениям, указанным в сопроводительном письме к документам БН от 10.03.2021, где указано, что "инвойс и упаковочный лист являются спецификациями". Данное обстоятельство не нашло документальное подтверждение, необходимы пояснения данных несоответствий от поставщика; в коммерческом инвойсе № LNV2020000001019 от 28.12.2020 отсутствует ссылка на номер заказа снабжения и отсутствует дата отгрузки товаров (указана дата отправки в вышеуказанном документе и заказ №STS188707-708); в соответствии с п. 3.1. контракта продавец обязуется поставить покупателю товар в срок, не превышающий 45 (сорока пяти) рабочих дней с момента подтверждения заказа (после поступления на счет продавца авансового платежа), для первого заказа срок поставки не должен превышать 80 (восьмидесяти) рабочих дней. Документы, подтверждающие подтверждение заказа не представлены; в сопроводительном письме к документам от 10.03.2021 пункт 11 указано, что представлена «калькуляция цены товара, выданная производителем товара с отражением стоимости товаров», однако в комплекте документов к ДТ указанный документ не представлен. 

Запрошенные таможенным органом в срок до 16.04.2021 дополнительные документы и сведения, либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, декларант таможенному органу не направил. 

С учетом изложенных обстоятельств таможенный орган пришел к выводу, что таможенная стоимость товаров не может быть определена по методу стоимости сделки с ввозимыми товарами и 19.04.2021 принял оспариваемые решения по таможенной стоимости.

Согласно решениям от 19.04.2021 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10805010/150121/0002071 и № 10805010/250221/0006815 таможенная стоимость товаров определена в соответствии со статьей 45 ТК ЕЭАС на основе данных, имеющихся на таможенной территории ЕАЭС.

Не согласившись с решениями таможенного органа, общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении требований общества, суд исходит из следующего.

В силу статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 4 статьи 200 АПК РФ, при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с положениями Договора о Евразийском экономическом союзе (подписан в г. Астана 29.05.2014) (далее - Договор) с 01.01.2018 в Евразийском экономическом союзе (далее - Союз) осуществляется единое таможенное регулирование в соответствии с Таможенным кодексом Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС) и регулирующими таможенные правоотношения международными договорами и актами, составляющими право Союза, а также в соответствии с положениями Договора.

По правилам пункта 2 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с главой 5 ТК ЕАЭС, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза.

Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 ТК ЕАЭС).

Пунктом 15 этой же статьи предусмотрено, что основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 ТК ЕАЭС.

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 ТК ЕАЭС, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость  товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 статьи 39 ТК ЕАЭС.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств членов.

Как установлено пунктом 1 статьи 104 ТК ЕАЭС, товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

В декларации на товары подлежат указанию сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 ТК ЕАЭС (подпункты 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

К документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения таможенной стоимости товаров (подпункт 10 пункта 1 статьи 108 ТК ЕАЭС).

По правилам пункта 2 статьи 108 ТК ЕАЭС, в случае если в документах, указанных в пункте 1 названной статьи, не содержатся сведения, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, такие сведения подтверждаются иными документами.

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Пунктом 2 статьи 313 ТК ЕАЭС предусмотрено, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Если подача таможенной декларации не сопровождалась представлением документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, таможенный орган вправе в отношении проверяемых сведений запросить у декларанта документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации (пункт 1 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 4 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в следующих случаях:

1) документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения;

2) таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений ТК ЕАЭС и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

На основании пункта 18 статьи 325 ТК ЕАЭС в случае, если  при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если документы и (или) сведения, запрошенные таможенным органом в соответствии с пунктами 4 и 15 настоящей статьи, либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, не представлены в установленные настоящей статьей сроки, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации.

Суд отклоняет довод заявителя, как не подтвержденный документально  о том, что документы и сведения  по запросу таможенного поста от 07.04.2021 представлены  16.04.2021 нарочным в почтовый ящик таможенного органа для корреспонденции, расположенный в помещении контрольно – пропускного пункта по адресу 

<

...>, как не подтвержденный.

Согласно пункту 22 Порядка использования Единой автоматизированной информационной системы таможенных органов при таможенном декларировании и выпуске (отказе в выпуске) товаров в электронной форме, после выпуска таких товаров, а также при осуществлении в отношении них таможенного контроля, утвержденного приказом ФТС России от 17.09.2013 № 1761 (зарегистрирован в Минюсте России 28.02.2014 № 31465), декларант на мотивированный запрос направляет в таможенный орган декларирования с использованием специализированных программных средств в электронной форме, подписанные электронной подписью дополнительно запрошенные таможенным органом документы и сведения, подтверждающие заявленную таможенную стоимость. В случае отправки указанных документов и сведений посредством почтовой связи на бумажных носителях декларант с использованием специализированного программного средства направляет в таможенный орган автоматизированное сообщение, содержащее сопроводительное письмо и опись направленных в таможенный орган документов, а также сведения подтверждающие отправку указанных документов по почте.

Какие-либо относимые доказательства в виде автоматизированного сообщения, содержащее сопроводительное письмо и опись направленных в таможенный орган документов, в ответ на запрос таможенного органа от 07.04.2021 документов в материалах судебного дела отсутствуют.

Отсутствие наличия таких относимых доказательств по данному обстоятельству подтверждено представителем общества непосредственно и в судебном заседании.

Оценивая основания для принятия оспариваемых решений по таможенной стоимости, помимо изложенных выше, суд также установил, что товары по обеим ДТ вывезены из Турции одной партией. Отгруженная партия товаров оформлена компанией LANOVA на экспорт по таможенным декларациям № 20341300EX877787 на сумму 49 111,58 долл. США (инвойс № LNV2020000001019 и проформа инвойса № LNV2020000001021) и № 20341300EX877786 на сумму 8 000 долл. США (инвойс № LNV2020000001020).

Однако инвойс № LNV2020000001020 содержит сведения о сумме другого товара итальянского происхождения - «стеклянный противень для запекания» в количестве 40 шт. в размере 800 долл. США, который в рассматриваемых ДТ не декларировался. 

Кроме того, в соответствии с представленным коммерческим инвойсом от 28.12.2020 № LNV2020000001019 общая сумма подлежащая уплате за ввозимые товары составила 49 085,18 долл. США. Однако в рассматриваемых ДТ по инвойсу от 28.12.2020 № LNV2020000001019 продекларированы товары на общую сумму 48 987,98 долл. США:

- по ДТ № 10805010/150121/0002071 продекларированы товары турецкого происхождения, классифицируемые кодом 8516608000 ТН ВЭД ЕАЭС на общую сумму 22 204,4 долл. США: товар №5 - марка: AMIR, модель: SOB 3339 B, количество: 100 шт., заявленная цена 7 984 долл. США, товар № 6: - марка: AMIR, модель: SOK 3339 B, количество: 50 шт., заявленная цена 4 830,5 долл. США, товар №7 - марка: AMIR, модель: SORPK 3123 B, количество: 50 шт., заявленная цена 4 436 долл. США, товар № 8 - марка: AMIR, модель: SORPK 3113 A, количество: 70 шт., заявленная цена 4 953,90 долл. США.

- по ДТ № 10805010/250221/0006815 продекларированы товары турецкого происхождения, классифицируемые кодом 8516605000 ТН ВЭД ЕАЭС на общую сумму 26 783,58 долл. США: товар №1 - модель: SG36 SGX 51440C, количество: 100 шт., заявленная цена 5 414 долл. США, товар №2 - модель: SG36 GK 51441C, количество: 136 шт.,  заявленная цена 8 266,08 долл. США, товар №3 - модель: SG38 PRK 41551C, количество: 150 шт.,  заявленная цена 10 831,5 долл. США, товар № 4 модель: AG36 PRK 31441C, количество: 50 шт., заявленная цена 2 272 долл. США.

Выпиской банка операций по лицевому счету (период 01.10.2020 - 10.03.2021) не подтверждается полная оплата товара. На 13.01.2021 оплачено только 20 000 долл. США, в то время как обязательства по полной оплате с учетом условий пункта 4.1 контракта (поэтапная оплата) при наличии коммерческих инвойсов и проформы от одной даты – 28.12.2020, в размере 80% от счета (проформы - инвойса) наступила 25.02.2021.

Указанная сумма произведена, как предоплата за товар по инвойсу от 28.12.2020         № LNV2020000001019 (письмо продавца от 13.04.2021 № 55-163).

Пояснения оплаты по остатку в размере 28 987, 98 долл. США в ходе таможенного контроля не представлены, однако на момент направления таможенным органом запросов о подтверждении оплаты по контракту общество должно было обладать платежными документами.

При этом в комплекте документов отсутствуют документальные доказательства о детализации последующих поставок на установленную разницу оплаты суммы, списанной в рамках контракта, и указанной в инвойсах. 

Указанные выше обстоятельства в ходе таможенного контроля начатого до выпуска товара общество не устранило.

Установлено, что в материалах дела по обеим ДТ имеется заказ и проформа – инвойс, в которых не определены условия поставки товара в нарушение пункта 1.2 контракта. Номер заказа не соотносится с номером коммерческого инвойса. 

Представленная проформа инвойс содержит ссылку на номер заказа, однако представленный в комплекте заказ не содержит номера. Также проформа инвойс № LNV2020000001021 от 28.12.2020 представлена на запасные части, однако на товары, ввезенные по рассматриваемым ДТ проформа инвойс не представлена, что не позволяет убедиться в реальности намерений сторон, связанных с исполнения условий контракта (1.2, 4.1).

Прайс-лист не содержит периода действия, отсутствуют полные характеристики в описании товаров с целью идентификации коммерческого предложения в отношении рассматриваемых товаров. 

Согласно документам, предметом контракта является товар, количество, ассортимент и  цена которого определяются в спецификациях (счетах), являющихся его неотъемлемой частью (п. 1.1). Одновременно, пояснениями предоставлены иные сведения о том, что инвойс и упаковочный лист являются спецификациями. 

Данные противоречия создают для таможенного органа неопределенность, связанную с необходимостью рассмотрения конкретных документов в подтверждении заявленных сведений о товаре.

Более того, как правильно установлено таможенным органом, в заявлениях на перевод валюты № 2 от 13.01.2021, № 116 от 08.10.2020, представленных декларантом в качестве документов, подтверждающих факт оплаты товара (партии), его цену, имеется ссылка только на рамочный контракт. Ссылки на инвойсы отсутствуют.

Соответственно, с учетом  понятия о таможенной стоимости товаров, которой является стоимость сделки с ними, т.е. цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза (п. 1 статьи 38 ТК ЕАЭС), соотнести данный платежный документ с оплатой конкретной товарной партии, таможенному органу не представляется возможным.

В связи с чем, таможенный орган правомерно посчитал, что такие документы не могут рассматриваться в качестве подтверждения заявленных декларантом сведений о цене товара, в том числе, подтверждающих оплату рассматриваемой товарной партии. 

Таким образом, общество не привело доказательств по выявленным таможенным постом расхождениям в ведомости банковского счета по списываемым суммам и суммам поставки согласно инвойсам в отсутствие документов, подтверждающих фактическую оплату товарной партии.

Пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС предусмотрены ограничения к применению метода определения таможенной стоимости по стоимости сделки с ввозимыми товарами, предусматривающее наличие каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено (подпункт 2).

Согласно пункту 8 Правил применения метода определения таможенной стоимости товаров по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1), утвержденных решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 20.12.2012 № 283, метод 1 не применяется, если сделка купли-продажи предусматривает условие, которое влияет на продажу или цену ввозимых товаров, но при этом определить и документально подтвердить его количественное (то есть в стоимостном выражении) влияние на цену этих товаров не представляется возможным. В таких случаях на цену ввозимых товаров оказывают влияние определенные условия индивидуального характера, связанные с конкретной продажей определенному покупателю, что свидетельствует об отклонении от обычной торговой практики на свободном, конкурентном рынке соответствующих товаров.

Суд отклоняет довод общества о том, что в рассматриваемом случае требование таможни о предоставлении экспортной таможенной декларации не соответствует положениям пунктов 1, 2 статьи 108 ТК ЕАЭС, поскольку общество толкует норму избирательно.

Как следует из положений пункта 2 статьи 108 ТК ЕАЭС, в случае, если в документах, указанных в пункте 1 настоящей статьи не содержатся сведения, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, такие сведения подтверждаются иными документами.

Как установлено в ходе судебного разбирательства, при декларировании структуры таможенной стоимости предоставленные документы имели несоответствия и противоречия, либо не были представлены по второму запросу в целях устранения сомнений, возникших у таможенного органа при рассмотрении поступивших документов.

В соответствии с подпунктом в) пункта 8 Решения № 42 при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенным органом может быть запрошена таможенная декларация страны отправления товаров, если заполнение такой таможенной декларации предусмотрено в стране отправления товаров. 

Необходимость предоставления данного документа обосновывается тем, что при декларировании товаров в таможенном органе страны вывоза и в таможенном органе Российской Федерации сторонами внешнеэкономической сделки предоставляются документы, подтверждающие сведения о товаре. 

Экспортная декларация является документом, позволяющим уточнить сведения, заявленные продавцом при вывозе товара (определения Верховного суда Российской Федерации от 23.12.2015 №№ 303-КГ15-10416, 303-КГ15-10774).

Соответственно, сведения, заявленные при экспортном декларировании в стране вывоза должны быть идентичными сведениям, заявленным при декларировании в таможенном органе Российской Федерации, поскольку  данные условия влияют на формирование структуры и величины таможенной стоимости по стоимости сделки с ввозимыми товарами, предусмотренной статьями 39, 40 ТК ЕАЭС. 

Представитель общества в судебном заседании указал, что сведения об экспортной таможенной декларации страны – экспортера возможно получить путем сканирования в программном средстве на сайте Евразийской экономической комиссии.

Однако, документальное подтверждение данному доводу не привел, не доказал о наличии на указанном сайте рассматриваемых экспортных таможенных деклараций с соответствующими сведениями, которые устранили бы выявленные таможенным органом противоречия.

Экспортные ТД от 28.12.2020 № 20341300EX877787, № 20341300EX877786 не содержат отметок таможенных органов о прохождении таможенного оформления в стране вывоза, запрошенных таможней. Сведения о стоимости партии в экспортной ТД от 28.12.2020 № 20341300EX877787 на сумму 49 111,58 долл. США не корреспондируют со сведениями, заявленными в ДТ № 10805010/150121/0002071 – общая фактурная стоимость 48 987,98 долл. США, а в инвойсе от № LNV2020000001019 от 28.12.2020 - 49 085,18 долл. США.

По указанной экспортной декларации ввозится товар другой торговой марки – ADDR, в то время как к таможенному декларированию заявлен товар торговой марки AMIR. Кроме того, согласно сведениям из экспортной декларации условия поставки товара – CFR RUSYAQ  не содержат сведений о пункте назначения согласно международным правилам международной торговли Инкотермс.

При направлении судебного заявления общество направило в материалы судебного дела пакет документов, запрошенный таможенным органом 07.04.2021, которому оценка в ходе таможенного контроля при декларировании таможенной стоимости в административном порядке не давалась.

Также, представитель общества с возражениями на отзыв таможни к материалам судебного дела направил пояснения и дополнительные новые документы, которые не были предметом рассмотрения и анализа таможенным органом.

При этом, таможенная декларация № 10805010/130421/0010730, направляемая суду обществом в ходе таможенного контроля таможенной стоимости по рассматриваемым таможенным декларациям также не была предметом рассмотрения таможенным органом, равно, как указанная ДТ не является предметом настоящего спора.

Суд отмечает, что вновь направляемые суду документы были запрошены в ходе таможенного контроля, однако не представлены декларантом, и свидетельствует о том, что декларант своевременно не воспользовался правом доказать правомерность заявленного метода по стоимости сделки.

Учитывая, что дополнительно запрошенные документы и сведения представлены декларантом не в полном объеме, а представленные к таможенному декларированию сведения о таможенной стоимости товара не явились достаточными, количественно определяемыми, документально подтвержденными, в соответствии с требованиями п. 10 ст. 38 ТК ЕАЭС и п. 14 ст. 325 ТК ЕАЭС таможенным органом обоснованно принято решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в рассматриваемых таможенных декларациях в отношении таможенной стоимости товаров на основании ценового анализа.

Согласно пункту 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 при оценке выполнения декларантом требований пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса судам следует принимать во внимание, что таможенная стоимость, определяемая исходя из установленной договором цены товаров, не может считаться количественно определяемой и документально подтвержденной, если декларант не представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме, или содержащаяся в представленных им документах ценовая информация не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара.

Согласно пункту 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49, исходя из пункта 13 статьи 38 Таможенного кодекса, таможенные органы вправе убеждаться в достоверности декларирования таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с их действительной стоимостью. В то же время с учетом положений пункта 1 статьи 38 Таможенного кодекса предъявляемые к декларанту требования по подтверждению таможенной стоимости должны быть совместимы с коммерческой практикой.

В связи с этим судам следует исходить из того, что лицо, ввозящее на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, должно обладать документами, подтверждающими действительное приобретение товара по такой цене и доступными для получения в условиях внешнеторгового оборота.

Согласно пункту 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 не предоставление декларантом документов (сведений), обосновывающих заявленную им таможенную стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, если у декларанта имелись объективные препятствия к предоставлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу.

Вместе с тем при сохранении неполноты документального подтверждения таможенной стоимости и (или) сомнений в достоверности заявленной декларантом таможенной стоимости, не устраненных по результатам таможенного контроля, по смыслу пункта 17 статьи 325 Таможенного кодекса решение о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, может быть принято таможенным органом с учетом информации, имеющейся в его распоряжении и указывающей на подтверждение того, что таможенная стоимость ввозимых товаров не соответствует их действительной стоимости.

Согласно пункту 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 рассматривая споры, связанные с результатами таможенного контроля таможенной стоимости, начатого до выпуска товаров, включая споры о возврате таможенных платежей в связи с несогласием плательщика с результатами таможенного контроля, судам следует учитывать, что исходя из взаимосвязанных положений статей 313, 325 Таможенного кодекса вывод о неподтвержденности заявленной таможенной стоимости формулируется таможенным органом в соответствии с тем объемом документов, сведений и пояснений, которые были им собраны и даны (раскрыты) декларантом на данной стадии таможенного контроля.

С учетом того, что судебное разбирательство не должно подменять осуществление таможенного контроля в соответствующей административной процедуре, новые доказательства признаются относимыми к делу и могут быть приняты (истребованы) судом, если ходатайствующее об этом лицо обосновало наличие объективных препятствий для получения этих доказательств до вынесения оспариваемого решения таможенного органа.

В частности, новые доказательства могут быть приняты судом, если со стороны таможенного органа декларанту не была обеспечена возможность устранения сомнений в достоверности заявленной таможенной стоимости (пункт 15 статьи 325 Таможенного кодекса).

Предоставляемые обществом новые доказательства принимаются судом, если обоснованы объективные причины, препятствовавшие их своевременному получению до вынесения решения о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации (Определение Верховного Суда РФ от 01.12.2017 № 304-КГ17-11378 по делу № А46-9491/2016, А63-20063/2020, А63-12409/2020, А63-13044/2019).

Суд установил, что со стороны общества в рассматриваемом случае отсутствовала должная степень раскрытия информации, которая позволила бы таможенному органу в ходе таможенного контроля удостовериться в наличии всех искомых сведений, подтверждающих обоснованность заявленной таможенной стоимости. Достоверность информации (документов, сведений), представленной обществом в ходе таможенного контроля, не подтверждена.

Кроме того, направляя суду новые документы, в нарушение указанных выше положений закона, общество в установленном порядке не привело доказательств их отсутствия на этапе таможенного контроля, не направило суду доказательств невозможности их направления таможне, либо наличия объективных препятствий к предоставлению запрошенных таможенным органом документов (сведений), либо доказательств, подтверждающих, что соответствующие объяснения даны таможенному органу.

Суд отклоняет довод общества со ссылками на Инструкцию о действиях должностных лиц таможенных органов по проведению проверки правильности определения, декларирования таможенной стоимости товаров, ввозимых (ввезенных) на таможенную территорию Евразийского экономического союза, при контроле, проведении дополнительной проверки и корректировке таможенной стоимости товаров, утвержденную приказом ФТС России от 13.10.2017 № 1627 (далее - Инструкция), на письмо ФТС России от 26.10.2017 № 21-101/60407, об обязанности таможенного органа до выпуска товара самостоятельно осуществлять таможенным органом сбор и анализ дополнительной информации, включая направление запросов в государственные органы и иные организации, а также запрашивать необходимые документы и сведения у перевозчика и экспедиторов и у иностранного контрагента.

Как следует из раздела XI Инструкции действия, указанные представителем декларанта, являются правом таможенного органа, но не обязанностью, а письмо ФТС России от 26.10.2017 № 21-101/60407 не является нормативным правовым актом, носит информационный характер, в связи с чем, ссылка заявителя на положения указанного документа судом отклоняется.

Также, утверждение представителя декларанта о наличии такой обязанности не соответствует положениям статьи 325 ТК ЕАЭС, регламентирующей порядок проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, начатой до выпуска товаров.

Согласно пункту 8 статьи 324 ТК ЕАЭС проверка таможенных, иных документов и (или) сведений в отношении таможенной декларации, документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, сведений, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в представленных таможенным органам документах, начатая до выпуска товаров, проводится в соответствии со статьей 325 настоящего Кодекса.

Уполномоченное должностное лицо таможенного органа в случае, если ДТ не сопровождалась представлением документов, подтверждающих сведения о таможенной стоимости ввозимых (вывозимых) товаров, заявленные в ДТ, в соответствии с пунктом 1 статьи 325 ТК ЕАЭС запрашивает у декларанта документы, сведения о которых указаны в ДТ.

В соответствии с требованиями статьей 325 ТК ЕАЭС на таможенные органы не возложена обязанность производить запросы организациям с целью проверки сведений и документов, представленных декларантом.

При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу ЕАЭС (пункт 2 статьи 313 ТК ЕАЭС).

В  порядке  реализации  положений  пункта  2  статьи   313, пункта   15 статьи  325 ТК ЕАЭС декларант предоставляет пояснения об экономических и иных разумных причинах значительного отличия стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, имеющейся у таможенного органа, которые должны быть приняты во внимание при вынесении окончательного решения. 

В соответствии подпунктом  4 пункта  1 статьи 106 ТК ЕАЭС в ДТ подлежат указанию сведения о товарах, в том числе сведения о таможенной стоимости товаров (величине, методе определения таможенной стоимости товаров).

В соответствии с пунктом 3.8 Генерального приложения к «Международной конвенции об упрощении и гармонизации таможенных процедур» (совершено в Киото 18.05.1973), пунктами 2, 3 статьи  84 ТК ЕАЭС декларант несет ответственность перед таможенной службой за достоверность сведений, указанных в декларации на товары, и уплату пошлин и налогов, а также за неисполнение обязанностей по предоставлению документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации.

Также, обязанность по предоставлению дополнительных документов и (или) сведений, в том числе письменных пояснений, подтверждающих заявленную таможенную стоимость товаров, возложена статьей 325 ТК ЕАЭС на декларанта.

Законодателем бремя доказывания заявленных в ДТ о таможенной стоимости товаров сведений и их полноты возлагается на декларанта.

Таким образом, принятые таможней меры в рамках рассматриваемых проверок, начатых до выпуска товаров, по получению дополнительных документов от самого декларанта являются обоснованными.

Отсутствие в деле запросов перевозчику, а также иностранному контрагенту само по себе не исключает необходимость оценки судом иных доводов таможенного органа.

Из материалов дела следует, что в ходе таможенного контроля таможенным органом индекс таможенной стоимости (далее - ИТС) декларируемых товаров №№ 5, 6, 7, 8 по ДТ № 10805010/150121/0002071 установлен в значениях 2,18 долл. США за 1 кг веса нетто, в то время, как ИТС однородных товаров, ввезенных в период с 24.08.2020 по 15.01.2021 составил 4,29 долл. США за 1 кг веса нетто или 143,92 долл. США за единицу (дополнительная единица измерения – далее ДЕИ), в средних значениях по ФТС России (отклонение ИТС составило 50,82 %), а ИТС декларируемых товаров №№ 1, 2, 3, 4 по ДТ № 10805010/250221/0006815  заявлен обществом в значениях от 4,08 до 4,72 долл. США за 1 кг веса нетто,  в то время, как ИТС однородных товаров, ввезенных в период с 21.10.2020 по 25.02.2021 составил 9,33 долл. США за 1 кг веса нетто или 80,04 долл. США за ДЕИ в средних значениях по ФТС России (отклонение ИТС составило от 49,41 % до 56,27 %), что подтверждается справочной системой таможенных органов «Мониторинг - Анализ». 

Таким образом, таможенная стоимость товаров, заявленная обществом в рассматриваемых таможенных декларациях, значительно занижена по сравнению со средним уровнем таможенной стоимости однородных и идентичных товаров турецкого  происхождения по ФТС России, а довод общества об их соответствии минимальным значениям по ФТС России не соответствует положениям подпунктов 2, 6 пункта 5 ТК ЕАЭС.

Суд отклоняет довод общества о том, что ввозимые товары не декларируются по средним значениям, как не соответствующий обстоятельствам дела, поскольку такого обоснования принятых решений таможенный орган не приводил.

Исходя из положений пункта 5 статьи 45 ТК ЕАЭС, таможенная стоимость ввозимых товаров не должна определяться на основе системы, предусматривающей принятие для таможенных целей более высокой из двух альтернативных стоимостей, а также минимальной таможенной стоимости товаров.

Таким образом, новая таможенная стоимость ввозимых товаров в соответствии с указанной правовой нормой должна определяться на основе среднего уровня стоимости товаров, а также при наличии оснований о не подтверждении декларируемой таможенной стоимости по стоимости сделки с возимыми товарами (статьи 38, 39, 40 ТК ЕАЭС).

Суд отклоняет довод представителя общества о необходимости таможенному органу руководствоваться средними значениями по Северо – Кавказскому таможенному управлению (СКТУ), поскольку рассматриваемый товар ввозится в регион деятельности подчиненных таможенных органов (РТУ) при установлении признаков существенного отклонения от принятой таможенной стоимости первым методом, как не соответствующий  подпункту 1 пункта 1 статьи 5 Федерального закона «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» от 03.08.2018 № 289-ФЗ (далее – Закон № 289), поскольку ввоз товаров на таможенную территорию Союза не ограничивается территориями РТУ.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 5 Закона № 289 под ввозом товаров в Российскую Федерацию понимается фактическое перемещение товаров через Государственную границу Российской Федерации и (или) пределы искусственных островов, установок и сооружений, в отношении которых Российская Федерация имеет суверенные права и юрисдикцию в соответствии с законодательством Российской Федерации и нормами международного права, в результате которого товары прибыли из других государств - членов Союза или с территорий, не входящих в единую таможенную территорию Союза, на территорию Российской Федерации и (или) на территории искусственных островов, установок и сооружений, в отношении которых Российская Федерация имеет суверенные права и юрисдикцию в соответствии с законодательством Российской Федерации и нормами международного права, а также все последующие действия с указанными товарами до их выпуска таможенными органами, если такой выпуск предусмотрен международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования и (или) настоящим Федеральным законом.

Таким образом, иные нормативные критерии, не позволяющие таможенному органу исходить из анализа ценовой информации по ФТС России, общество не привело.

В этой связи довод представителя о том, что заявленный ИТС (2,42 дол.) декларируемых товаров находился выше минимальных значений по ФТС России, но ниже СКТУ.

Суд установил, что в результате анализа источника ценовой информации, примененной таможенным органом к товарам 5-8 ДТ № 10805010/150121/0002071, СРТ Махачкала, код ТН ВЭД ЕАЭС 8516608000, использована информация о таможенной стоимости однородного товара, задекларированного первым методом в ДТ № 10805010/240820/0048197  (товар № 10): турецкого происхождения – электроприборы бытовые для приготовления и подогрева пищи в бытовых условиях:  встраиваемая электрическая духовка, объем 58 л, количество режимов работы 8, электрический термостат, цифровой таймер, часы, управление стандартные переключатели, материал панели управления стекло, цвет прибора черный, вес нетто – 984,56 кг с таможенной стоимостью 297 472,59 руб., ввезенный на условиях поставки EXW Кайсери, код ТН ВЭД ЕАЭС 8516608000.

Согласно расчету таможенной стоимости с применением источника ценовой информации ИТС вновь определенной таможенной стоимости товаров 5 – 8 составил – 4,09 долл. США за 1 кг веса нетто.

В результате анализа источника ценовой информации, примененной таможенным органом к товарам 1-4 ДТ № 10805010/250221/0006815, СРТ Махачкала, код ТН ВЭД ЕАЭС 8516608000, использована информация о таможенной стоимости однородного товара, задекларированного первым методом в ДТ № 10805010/211020/0058411 (товар № 2): турецкого происхождения – встраиваемые варочные панели комбинированного типа (газ, электричество) для приготовления пищи, для бытового применения: варочная панель, количество конфорок - 4 (3-и конфорки на газовом топливе, 1-а конфорка с электрическим нагревом). электроподжиг автоматический, без наличия газ-контроля, цвет: бежевый.  Производитель FEMAS METAL SAN VE TIC AS тов. знак REEX, модель PG-6310RBE, вес нетто - 1650 кг с таможенной стоимостью 702 906,98 руб., ввезенный на условиях поставки FCA Кайсери, код ТН ВЭД ЕАЭС 8516605000.

Согласно расчету таможенной стоимости с применением источника ценовой информации ИТС вновь определенной таможенной стоимости товаров 1 -4 составил – 5,78 долл. США за 1 кг веса нетто.

С учетом приобщенных таможней в материалы судебного дела доказательств в виде ценовой информации однородных (идентичных) товаров ИАС «Мониторинг - Анализ» к каждой рассматриваемой декларации следует, что доводы дополнений к заявлению общества в виде «расчета» не обоснованы, опровергаются документами таможенного контроля, произведен неверно.

Приведенными в отзыве таможни расчетами в совокупности с доказательствами ЕАИС «Мониторинг - Анализ» подтверждается, что заявленный обществом ИТС находится в минимальных значениях декларируемых однородных товаров по ФТС России.

Суд установил доказанными таможенным органом фактические обстоятельства, при которых условия поставки однородного товара, задекларированного в ДТ основы №  10805010/240820/0048197 -  EXW Кайсери являются сопоставимыми с условиями поставки товара в   ДТ № 10805010/150121/0002071 - СРТ Махачкала, а условия поставки однородного товара, задекларированного в ДТ основы № 10805010/211020/0058411 - FCA  Кайсери, сопоставимы с условиями поставки, указанными в ДТ № 10805010/250221/0006815 СРТ Махачкала, ввиду следующего.

Согласно международным правилам Incoterms® 2010 при условиях поставки CFR (Перевозка оплачена до) все расходы, связанные с перевозкой товара (погрузкой, разгрузкой, страхованием и т.д.), таможенным оформлением уже включены в таможенную стоимость товара. Стороны обязаны наиболее четко определить в договоре место поставки товара, в котором риск переходит на покупателя, а также поименованное место назначения, до которого продавец обязан заключить договор перевозки.

Условия поставки FCA (Франко перевозчик) означает, что продавец осуществляет передачу товара перевозчику или иному лицу, номинированному покупателем, в своих помещениях или в ином обусловленном пункте. Стороны обязаны четко определить пункт в поименованном месте поставки, так как риск переходит на покупателя в этом пункте. Указывается адрес места передачи товара. Продавец выполняет таможенные формальности для ввоза.

При условиях поставки EXW (Франко завод) продавец осуществляет поставку, когда он предоставляет товар в распоряжение покупателя в своих помещениях или в ином согласованном месте (т.е. на предприятии, складе и т.д.). Погрузка товара на любое транспортное средство, в также формальности, необходимые для вывоза, возлагаются на покупателя. Обязательно определяется пункт в поименованном месте поставки, а также то, что до этого пункта расходы и риски лежат на продавце. Покупатель несет все-расходы и риски, связанные с принятием товара в согласованном пункте в поименованном месте поставки. EXW возлагает на продавца минимальные обязанности. 

Согласно пункту 2 статьи 42 ТК ЕАЭС, при определении таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с настоящей статьей при необходимости производится поправка к стоимости сделки с однородными товарами для учета значительной разницы в указанных в подпунктах 4-6 пункта 1 статьи 40 настоящего Кодекса расходах в отношении оцениваемых и однородных товаров, обусловленной различиями в расстояниях, на которые они перевозятся (транспортируются), и в видах транспорта, которым осуществляется перевозка (транспортировка) товаров.

Таким образом, с учетом указанной нормы, поправка производится «при необходимости» и «для учета значительной разницы» и одним из ключевых вопросов является установление степени значимости разницы в транспортных расходах в оцениваемых таможенных деклараций и деклараций, взятых за основу.

С целью установления доли транспортных расходов и их расчета в структуре таможенной стоимости основы и рассматриваемых ДТ, таможенным органом использована другая таможенная декларация № 10511010/271020/0190097, согласно которой стоимость транспортных расходов в 2020 году при перевозке товара того же класса и вида (№ 3 электрические приборы бытового назначения для приготовления пищи, код ТНВЭД ЕАЭС – 8516609000) с таможенной стоимостью 253 834,06 руб., весом нетто 1 170 кг, перемещаемого автомобильным видом транспорта из Турции на условиях поставки EXW Стамбул до пункта пересечения таможенной границы ЕАЭС в МАПП Троебортное составляла 12 346,52  рубля.

В ДТ № 10511010/271020/0190097 доля транспортных расходов в таможенной стоимости составляла 4,8 % (12 346,52 руб. транспортные расходы / 253 834,06 руб. таможенная стоимость).

Согласно графе 29 рассматриваемой ДТ № 10805010/150121/0002071 пунктом прибытия товаров на таможенную территорию ЕАЭС также является МАПП Троебортное.

При согласованных сторонами контракта условиях поставки товаров, задекларированных по ДТ № 10805010/150121/0002071 СРТ Махачкала согласно Инкотермс 2010, в стоимость товара уже включена стоимость расходов на перевозку товаров, расходов по осуществлению таможенных формальностей в стране вывоза товаров. 

Таким образом, в таможенную стоимость указанных товаров включены те же компоненты структуры таможенной стоимости товаров, перемещаемых на условиях поставки товаров EXW при сопоставимости условий ввоза (вид транспортного средства, вес товара, маршрут перевозки, период ввоза).

При согласованных сторонами контракта условиях поставки товаров EXW декларант при расчете таможенной стоимости товаров обязан включить согласно требованиям статьи 40 ТК ЕАЭС дополнительные начисления к цене товаров, связанные с доставкой товаров до места прибытия товаров на таможенную территорию ЕАЭС (расходы на перевозку товаров и расходы по осуществлению таможенных формальностей в стране вывоза товаров и другие).

Таким образом, расчетная стоимость транспортных расходов по доставке на таможенную территорию ЕАЭС товаров, задекларированных в оспариваемой ДТ № 10805010/150121/0002071, исходя из доли стоимости транспортных расходов 4,8% (в ДТ № 10511010/271020/0190097) на этапе подачи ДТ составит: для товара № 5: 28 281,03 руб. (4,8 % х 589 188,06 руб. таможенная стоимость товаров/100); для товара № 6: 17 110,66 руб. (4,8 % х 356 472,06 руб. таможенная стоимость товаров/100); для товара № 7: 15 713,26 руб. (4,8 % х 327 359,5 руб. таможенная стоимость товаров/100); для товара № 8: 17 547,77 руб. (4,8 % х 365 578,5 руб. таможенная стоимость товаров/100).

Расходы по доставке товара № 10 ДТ № 10805010/240820/0048197 до МАПП Верхний Ларс (гр. 17 ДТС-1) составили  22 902,80 руб. без дополнительных начислений к цене товара, подлежащих включению в таможенную стоимость однородного товара согласно статье 40 ТК ЕАЭС.

Доля транспортных расходов в таможенной стоимости товара № 10, заявленных в ДТ № 10805010/240820/0048197 и которая взята таможенным органом за основу, при подаче ДТ составляла 7,6 % (22 902,80 руб. транспортные расходы / 297 472,59 руб. таможенная стоимость).

Таким образом, суд по ДТ № 10805010/150121/0002071 установил незначительную разницу в 2,8 % (7,6%-4,8%) между долей дополнительных начислений в структуре таможенной стоимости товаров, задекларированных в ДТ основы № 10805010/240820/0048197 (7,6 %), а также расчетной долей дополнительных начислений в структуре таможенной стоимости товаров, задекларированных  в оспариваемой ДТ № 10805010/150121/0002071    (4,8 %), что свидетельствует об отсутствии необходимости осуществления таможенным органом поправки на различия в условиях поставки товаров, стоимость которых использована в качестве основы для расчета таможенной стоимости оцениваемых товаров. С учетом места назначения товара, таможенная стоимость которых взята за основу и заявлена в ДТ № 10805010/240820/0048197 (г. Аксай), и места назначения товара по оспариваемой ДТ № 10805010/150121/0002071 (г. Махачкала), необходимость в применении поправки при определении таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с пунктом 2 статьи 42 ТК ЕАЭС отсутствовала, в виду отсутствия значительной разницы в расстояниях на которые перевозятся товары, подлежащей учету.

Согласно графе 29 рассматриваемой ДТ № 10805010/250221/0006815 пунктом прибытия товаров на таможенную территорию ЕАЭС также является МАПП Троебортное.

При согласованных сторонами контракта условиях поставки товаров, задекларированных по ДТ № 10805010/250221/0006815 СРТ Махачкала согласно Инкотермс 2010, в стоимость товара уже включена стоимость расходов на перевозку товаров, расходов по осуществлению таможенных формальностей в стране вывоза товаров. 

Таким образом, расчетная стоимость транспортных расходов по доставке на таможенную территорию ЕАЭС товаров, задекларированных в оспариваемой ДТ № 10805010/250221/0006815, исходя из доли стоимости транспортных расходов 4,8% (в ДТ № 10511010/271020/0190097) на этапе подачи ДТ составит: для товара № 1: 19 166,39 руб. (4,8 % х 399 299,82 руб. таможенная стоимость товаров в рассматриваемой ДТ /100); для товара № 2: 29 263,19 руб. (4,8 % х 609 649,85 руб. таможенная стоимость товаров в рассматриваемой ДТ 100); для товара № 3: 38 345,17 руб. (4,8 % х 798 857,79 руб. таможенная стоимость товаров/100); для товара № 4: 8 043,23 руб. (4,8 % х 167 567,27 руб. таможенная стоимость товаров/100).

Расходы по доставке товара № 2 ДТ № 10805010/231020/0058411 до МАПП Верхний Ларс (гр. 17 + гр. 19 ДТС-1) составили  48 786,07 руб. (транспортировка до пункта пропуска) +  785,71 руб. (страхование транспортировки).

Доля транспортных расходов в таможенной стоимости товара № 2, заявленных в ДТ № 10805010/231020/0058411 и таможенная стоимость которого взята таможенным органом за основу, при подаче ДТ составляла 6,1 % (48 786,07 руб. транспортные расходы + 785,71 руб. страхование / 808 033,55 руб. таможенная стоимость товара № 2 основы).

Таким образом, суд по ДТ № 10805010/250221/0006815 установил незначительную разницу в 1,3 % (6,1%-4,8%) между долей дополнительных начислений в структуре таможенной стоимости товаров, задекларированных в ДТ основы № 10805010/211020/0058411 (6,1 %), а также расчетной долей дополнительных начислений в структуре таможенной стоимости товаров, задекларированных  в оспариваемой ДТ № 10805010/250221/0006815 (4,8 %), что свидетельствует об отсутствии необходимости осуществления таможенным органом поправки на различия в условиях поставки товаров, стоимость которых использована в качестве основы для расчета таможенной стоимости оцениваемых товаров.

С учетом места назначения товара, таможенная стоимость которых взята за основу и заявлена в ДТ № 10805010/211020/0058411 (г. Махачкала), и места назначения товара по оспариваемой ДТ № 10805010/250221/0006815 (г. Махачкала), необходимость в применении поправки при определении таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с пунктом 2 статьи 42 ТК ЕАЭС отсутствовала, в виду отсутствия значительной разницы в расстояниях на которые перевозятся товары, подлежащей учету.

Приведенные таможенным органом расчеты декларантом не опровергнуты и признаются судом обоснованными.

С учетом совокупности и правовой обоснованности установленных обстоятельств, суд установил соблюдение таможней при принятии оспариваемых решений всех условий, предусмотренных статьей 45 ТК ЕАЭС.

Выбор в качестве основы декларации с иными условиями поставки в рассматриваемом случае не противоречит правилам определения таможенной стоимости и соответствует критериям, предусмотренным статьями 37, 41 и 45 ТК ЕАЭС.

При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что декларантом не исполнена в полной мере обязанность по представлению достоверной и не противоречивой информации, которая позволила бы таможенному органу в ходе таможенного контроля удостовериться в наличии всех искомых сведений, подтверждающих обоснованность заявленной таможенной стоимости.

Таким образом, выявленные нарушения, в совокупности с иными доводами таможенного органа относительно недостоверности таможенной стоимости товаров и сведений, относящихся к определению таможенной стоимости товаров и сведений, свидетельствует о документальной неподтвержденности заявителем таможенной стоимости товаров, в связи с чем, таможенный орган правомерно пришел к выводу, что первый метод определения таможенной стоимости в рассматриваемом случае не применим.

Согласно части 4 статьи 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, для признания ненормативного акта, решения органа государственной власти незаконным необходимо соблюдение двух условий: несоответствие данного акта, решения закону и нарушение данным актом, решением прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

Оценив в совокупности вышеуказанные обстоятельства в совокупности, суд считает, что оспариваемые решения Северо – Кавказской электронной таможни соответствуют ТК ЕАЭС и не нарушают права общества, в связи с чем, правовых оснований для удовлетворения требований общества не имеется.

руководствуясь статьями 167, 168, 169, 170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

                                                              Р Е Ш И Л :

В удовлетворении требований общества с ограниченной ответственностью «АМИР, г. Москва, ОГРН 

<

***>, о признании незаконными решений Северо-Кавказского таможенного поста (центр электронного декларирования) Северо-Кавказской электронной таможни от 19.04.2021 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары № 10805010/150121/0002071, № 10805010/250221/0006815, отказать.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и в Арбитражный суд Северо – Кавказского округа в двухмесячный срок со дня вступления в законную силу при условии, что решение было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья                                                                                                 Д.Ю. Костюков