﻿ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Санкт-Петербург

20 мая 2020 года

Дело №А56-77014/2018/сд.1

Резолютивная часть постановления объявлена 18 мая 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 20 мая 2020 года.

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Герасимовой Е.А.,

судей  Барминой И.Н., Юркова И.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Шамилиной А.Н.,

 

при участии:  

от заявителя: Гусев А.О. по доверенности от 05.04.2019; 

финансового управляющего Ермакова Д.В. по паспорту;

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-8348/2020) Островского Владимира Наумовича на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.02.2020 по обособленному спору № А56-77014/2018/сд.1 (судья                   Голоузова О.В.), принятое по заявлению конкурсного кредитора общества с ограниченной ответственностью «Легис Универсум» о признании недействительной сделкой брачного договора от 23.11.2012 № 78 АА 3134184, заключенного между Островской (Даровской) Мариной Владимировной и Островским Владимиром Наумовичем,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Островской Марины Владимировны, 

установил:

Островская Марина Владимировна 19.06.2018 обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании её несостоятельной (банкротом).

Определением суда первой инстанции от 10.07.2018 заявление                  Островской М.В. принято к производству. 

Решением суда первой инстанции от 22.10.2018 Островская М.В. признана несостоятельной (банкротом) в отношении неё введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден Цехместер Дмитрий Александрович.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 10.04.2019 решение суда первой инстанции отменено, принят новый судебный акт – заявление                  Островской М.В. признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден Цехместер Д.А.

Определением суда первой инстанции от 15.08.2019 арбитражный управляющий Цехместер Д.А. освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о несостоятельности (банкротстве)                Островской М.В., финансовым управляющим утвержден Лапин Артем Олегович.

Общество с ограниченной ответственностью «Легис Универсум» (далее – ООО «Легис Универсум») 25.06.2019 обратилось с заявлением о признании недействительной сделкой брачного договора от 23.11.2012 № 78 АА 3134184, заключенного между Островской (Даровской) М.В. и Островским Владимиром Наумовичем и восстановлении режима их совместной собственности.

Определением суда первой инстанции от 17.07.2019 заявление ООО «Легис Универсум» принято к производству. 

Определением суда первой инстанции от 08.02.2020 заявление ООО «Легис Универсум» удовлетворено, брачный договор от 23.11.2012 № 78 АА 3134184, заключенный между Островской М.В. и Островским В.Н. признан недействительной сделкой, применены последствия её недействительности. 

Решением суда первой инстанции от 06.02.2020 процедура реструктуризации долгов гражданина прекращена, введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден Ермаков Д.В.

В апелляционной жалобе Островский В.Н., ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от 08.02.2020 по обособленному спору № А56-77014/2018/сд.1 отменить, принять по делу новый судебный акт. В обоснование жалобы указывает на пропуск срока на предъявление заявленных требований; на отсутствие четко сформулированных оснований недействительности сделки; на отсутствие фактов, свидетельствующих о причинении вреда кредиторам, третьим лицам, совершении умышленных действий со стороны должника в периоды подозрительности.

В отзыве на апелляционную жалобу ООО «Легис Универсум» просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения.

От Островского В.Н. поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства в связи со сложной эпидемиологической ситуацией и введением режима самоизоляции.

В соответствии с частью 4 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) отложение судебного разбирательства в отсутствие представителя одной из сторон при заявленном ходатайстве об отложении рассмотрения дела в связи с невозможностью обеспечить явку представителя является не обязанностью, а правом суда, предоставленным законодательством для обеспечения возможности полного и всестороннего рассмотрения дела.

В рассматриваемом случае апелляционный суд счел возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие представителя Островского В.Н. по имеющимся в материалах дела доказательствам, в связи с чем признал указанное ходатайство не подлежащим удовлетворению.

В судебном заседании финансовый управляющий и представитель                  ООО «Легис Универсум» просили обжалуемый судебный акт оставить без изменения.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

Как следует из материалов обособленного спора, 10.10.2010 между Островской (Даровской) М.В. и Островским В.Н. был заключен брак, что подтверждается свидетельством о заключении брака от 25.01.2018 III-AK № 757910.

Таким образом, с 10.10.2010 в отношении имущества Островской М.В. и Островского В.Н. был установлен режим общей совместной собственности супругов. 

Между Островской М.В. и Островским В.Н., состоящими в браке с 10.10.2010, 23.11.2012 заключен брачный договор № 78 АА 3134184, согласно которому супруги пришли к соглашению изменить установленный законом режим совместной собственности и установить режим раздельной собственности как на нажитое имущество, так и на имущество, которое будет нажито в будущем в период брака. 

Указанный брачный договор от 23.11.2012 № 78 АА 3134184 зарегистрирован в реестре за № С-3730, удостоверен нотариусом Санкт-Петербурга Блотнер Ниной Тимофеевной.

Посчитав, что брачный договор от 23.11.2012 № 78 АА 3134184 является сделкой, совершенной при злоупотреблении правом в целях причинения вреда кредиторам, конкурсный кредитор должника ООО «Легис Универсум» 25.06.2019 обратился в суд первой инстанции с заявлением, в котором просил признать брачный договор недействительным на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и применить последствия его недействительности, восстановив режим совместной собственности на имущество Островской М.В. и Островского В.Н.

Указывая на наличие признаков ничтожности брачного договора от 23.11.2012, кредитор отметил, что на момент его заключения у должника имелась кредиторская задолженность перед Портновым И.М. по договору займа от 27.01.2010 на сумму 18 100 000 руб. со сроком возврата до 01.03.2010. На дату заключения оспариваемого договора срок исполнения обязательств должника по договору займа уже наступил (более двух лет просрочки), при этом к должнику уже были предъявлены исковые требования кредитора Портнова И.М. о погашении задолженности в суде общей юрисдикции, что подтверждается определением Колпинского районного суда города Санкт-Петербурга от 31.08.2012 по делу                              № 2- 1481/12 (в дальнейшем дело № 2-38/2013). Через непродолжительный период времени после заключения оспариваемого договора от 23.11.2012, по исковому заявлению Портнова И.М. было вынесено решение Колпинского районного суда города Санкт-Петербурга от 24.04.2013 по делу № 2-38/2013. Таким образом,                ООО «Легис Универсум» полагает, что брачный договор заключен с целью причинения вреда кредиторам при явном злоупотреблении правом, поскольку к моменту заключения брачного договора должник был неплатежеспособным, прекратил исполнение своих обязательств.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление ООО «Легис Универсум» об оспаривании брачного договора от 23.11.2012 № 78 АА 3134184, исходил из того, что в действиях должника и ответчика имелись признаки злоупотребления правом, так как в период наличия у Островской М.В. обязательств в значительном размере ею были предприняты меры по выводу собственных активов путем установления режима раздельной собственности супругов на нажитое имущество.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

Как следует из пунктов 1 и 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Наряду с указанными лицами, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

Как следует из материалов дела, Портновым Игорем Михайловичем (заимодавец) и Островской М.В. (заемщик) был заключен договор займа от 27.01.2010 на сумму 18 100 000 руб. со сроком возврата до 01.03.2010.

Решением Колпинского районного суда города Санкт-Петербурга от 24.04.2013 по делу № 2-38/2013 и апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 04.09.2013 рег. № 33-12375/2013 с              Островской М.В. в пользу Портнова И.М. были взысканы денежные средства в размере 18 630 000 руб., из которых 18 100 000 руб. основного долга, 500 000 руб. процентов и 30 000 руб. государственной пошлины.

Денежные средства Островской М.В. в пользу Портнова И.М. возвращены не были. 

Портнов И.М. (цедент) и ООО «Легис Универсум» 13.08.2018 заключили договор уступки прав (требований) к Островской М.В. из вышеназванного договора займа.

В связи с заключением договора об уступке прав (требований) от 13.08.2018 по ходатайству ООО «Легис Универсум» определением Колпинского районного суда города Санкт-Петербурга от 24.01.2019 было произведено процессуальное правопреемство по гражданскому делу № 2-38/13 на стороне истца с Портнова И.М. на правопреемника ООО «Легис Универсум».

Островская М.В. 19.06.2018 обратилась в суд первой инстанции с заявлением о признании её несостоятельной (банкротом), а 10.07.2018 заявление              Островской М.В. было принято к производству.

Определением суда первой инстанции в реестр требований кредиторов Островской М.В. было включено требование ООО «Легис Универсум», основанное на договоре займа от 27.01.2010 и судебных актах по гражданскому делу № 2-38/13 в общем размере 18 630 000 руб.

Определением суда от 30.05.2019 в реестр требований кредиторов должника включено требование ООО «Легис Универсум» в размере 4 320 092 руб. 81 коп.

Определением от 05.06.2019 в реестр требований кредиторов должника включено требование ООО «Легис Универсум» в размере 8 477 746 руб. 29 коп.

Как установил суд первой инстанции, ООО «Легис Универсум» является единственным конкурсным кредитором должника и имеет право на подачу заявления об оспаривании сделок должника.

Возражая на заявление конкурсного кредитора, должник и ответчик по спору заявили о пропуске срока исковой давности.

При рассмотрении данного заявления суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 ГК РФ в редакции, действовавшей на дату заключения оспариваемого договора, срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. 

Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Согласно пункту 9 статьи 3 Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Закон № 100-ФЗ) установленные положениями ГК РФ в редакции данного Закона сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01.09.2013.

Законом № 100-ФЗ в подразделы 4 и 5 раздела I части первой ГК РФ внесены изменения, вступившие в силу 01.09.2013, касающиеся, в том числе, порядка исчисления сроков исковой давности по требованиям о признании ничтожных сделок недействительными и применении последствий их недействительности (пункт 1 статьи 181 ГК РФ).

Переходными положениями (пунктом 9 статьи 3 Закона № 100-ФЗ) предусмотрено, что новые сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01.09.2013.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 69 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), положения пункта 9 статьи 3 Закона            № 100-ФЗ распространяются, в том числе, на правила, установленные статьей 181 ГК РФ.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – Постановление № 43), положения ГК РФ о сроках исковой давности и правилах их исчисления в редакции Закона № 100-ФЗ, в том числе закрепленные в статьях 181, 181.4, пункте 2 статьи 196 и пункте 2 статьи 200 ГК РФ, применяются к требованиям, возникшим после вступления в силу указанного закона, а также к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01.09.2013 (пункт 9 статьи 3 Закона № 100-ФЗ).

Согласно пункту 1 статьи 181 ГК РФ (в действующей в настоящее время редакции Закона № 100-ФЗ) срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Таким образом, ранее действовавшая редакция пункта 1 статьи 181 ГК РФ связывала начало течения срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и по требованиям о признании ее недействительной не с субъективным фактором – осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав, а с объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения такой сделки вне зависимости от субъекта оспаривания.

Как верно указал суд первой инстанции, поскольку оспариваемый брачный договор заключен и начал исполняться 23.11.2012 и на дату 01.09.2013 трехлетний срок исковой давности, исчисляемый по правилам, предусмотренным ранее действовавшим законодательством, не истек, к спорным правоотношениям применяются положения пункта 1 статьи 181 ГК РФ в редакции Закона № 100-ФЗ.

Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 32) исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. Исковая давность по такому требованию в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что брачный договор от 23.11.2012 оспаривается конкурсным кредитором ООО «Легис Универсум», то есть лицом, не являющимся стороной оспариваемой сделки, на 01.09.2013 трехлетний срок исковой давности по оспариванию данной сделки не истек, в связи с чем срок исковой давности необходимо исчислять со дня, когда конкурсный кредитор узнал или должен был узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее даты введения в отношении должника первой процедуры банкротства (22.10.2018). 

В связи с чем, судом первой инстанции было верно определено, что срок исковой давности на подачу соответствующего заявления ООО «Легис Универсум» не пропущен.

Федеральный закон от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 154) ввел в действие параграф 1.1 главы X Закона о банкротстве «Реструктуризация долгов гражданина и реализация имущества гражданина», в том числе статьей 6 предусмотрел право финансового управляющего обжаловать сделки должника-гражданина на основании статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 13 статьи 14 Закона № 154 абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями.

В соответствии со статьей 14 Закона № 154 сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 2-5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

Оспариваемый брачный договор был заключен 23.11.2012, то есть до 01.10.2015, должник на момент возбуждения производства по делу о банкротстве и на момент введения процедуры банкротства не являлся индивидуальным предпринимателем, сделка не была совершена в ходе предпринимательской деятельности, ввиду чего суд первой инстанции сделал верный вывод о том, что сделка может быть оспорена по правилам статей 10 и 168 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Суд первой инстанции правильно указал, что само по себе заключение сторонами брачного договора не противоречит формальным требованиям, установленным в главе 8 Семейного кодекса Российской Федерации законодательства, в то же время свобода договора (статья 421 ГК РФ) не является безграничной, а потому, если при совершении такой сделки допущено злоупотребление правом, она может быть признана судом ничтожной в силу статей 10 и 168 ГК РФ.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 10 Постановления № 32, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

В пункте 1 Постановления № 25 разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1  ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. 

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

По общему правилу статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Таким образом, для установления ничтожности договора на основании статьи 10 ГК РФ необходимо установить недобросовестность поведения (злоупотребление правом) контрагента.

Причинение вреда лицу является обязательным условием для вывода о наличии злоупотребления правом.

Обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с названной нормой является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности на уменьшение конкурсной массы.

Судом первой инстанции установлено и материалами обособленного спора подтверждается, что на дату заключения брачного договора от 23.11.2012 у Островской М.В. имелась кредиторская задолженность перед Портновым И.М. по договору займа от 27.01.2010 на сумму 18 100 000 руб. со сроком возврата до 01.03.2010.

Таким образом, суд первой инстанции сделал обоснованный вывод, что на момент заключения оспариваемого договора срок исполнения обязательств должника по договору займа уже наступил, при этом на дату заключения оспариваемого договора к Островской М.В. уже были предъявлены исковые требования кредитора Портнова И.М. о погашении задолженности в суде общей юрисдикции, о чем свидетельствует определение Колпинского районного суда города Санкт-Петербурга от 31.08.2012 по делу № 2-1481/12.

Решением Колпинского районного суда города Санкт-Петербурга от 24.04.2013 по делу № 2-38/2013 с Островской М.В. в пользу Портнова И.М. были взысканы денежные средства в размере 18 630 000 руб. 

Доказательств того, что у Островской М.В. на момент заключения брачного договора имелся доход либо имущество, достаточное для исполнения обязательств перед Портновым И.М., в материалы обособленного спора не представлено. 

При этом в деле присутствуют сведения о том, что в собственности у должника имеется недвижимое имущество – ? доли в праве собственности на квартиру по адресу: Санкт-Петербург, г. Павловск, ул. Детскосельская, д. 4, кв. 7. Также к заявлению об оспаривании сделки должника ООО «Легис Универсум» приложило документы, содержащие сведения из реестра собственности г. Адехе (Тенерифе) о приобретении супругами в Испании недвижимого имущества 22.07.2011 и 08.03.2012, которое было записано на имена обоих супругов. 

Вместе с тем, в материалы обособленного спора не представлены доказательства наличия у должника имущества, оставшегося после заключения брачного договора с супругом, и позволяющего погасить требования кредиторов.

Кроме того, как правильно отметил суд первой инстанции, в период после заключения супругами зарегистрированного брака и до заключения брачного договора, на имя супруга должника было приобретено следующее имущество: 

- доля в уставном капитале ООО «Престиж» (ИНН 780471760), дата приобретения права собственности 05.07.2011;

- доля в уставном капитале ООО «Тимберлайн» (ИНН 7820313941), дата приобретения права собственности 03.02.2012;

- доля в уставном капитале ООО «Научно-производственный центр «Трансмаст Инвест» (ИНН 7820313941), дата приобретения права собственности 30.03.2011.

В отношении всего указанного имущества в результате заключения брачного договора 23.11.2012 был изменен режим общей совместной собственности супругов Островской М.В. и Островского В.Н. на режим единоличной собственности Островского В.Н., что не может не свидетельствовать о злоупотреблении правом со стороны должника.

После заключения брачного договора все дальнейшее приобретение имущества, право на которое подлежит государственной регистрации, осуществлялось супругами только на имя Островского В.Н.

Островский В.Н. как супруг должника является по отношению к нему заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) и, действуя добросовестно, разумно и осмотрительно, знал или должен был знать о неудовлетворительном финансовом состоянии должника, а равно, совершая спорную сделку, осознавал или должен был осознавать нарушение прав иных кредиторов, имеющих право на получение удовлетворения своих требований из конкурсной массы должника.

Таким образом, судом первой инстанции был сделан обоснованный вывод, что заключение должником и Островским В.Н. брачного договора было направлено на предотвращение обращения взыскания на долю Островской М.В. в совместно нажитом имуществе супругов, что повлекло для единственного кредитора должника негативные последствия, нарушив его имущественные интересы, заключающиеся в удовлетворении требований, включенных в реестр требований кредиторов должника. В этой связи суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и в результате ее совершения такой вред фактически был причинен.

Заключение брачного договора, предусматривающего режим раздельной собственности супругов в отношении имущества, права на которое подлежат государственной регистрации, а также дальнейшие совместные действия сторон сделки по приобретению и оформлению имущества, на которое может быть обращено взыскание по требованиям кредиторов, исключительно на имя Островского В.Н., привели к искусственному уменьшению конкурсной массы должника в целях причинения имущественного вреда имевшемуся на дату заключения сделки кредитору Портнову И.М. путем сокрытия имущества должника от обращения на него взыскания.

В соответствии со статьей 42 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности и установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов.

В то же время в силу статьи 46 СК РФ супруг обязан уведомлять своего кредитора (кредиторов) о заключении, об изменении или о расторжении брачного договора.

При невыполнении этой обязанности супруг отвечает по своим обязательствам независимо от содержания брачного договора. Кредитор (кредиторы) супруга-должника вправе требовать изменения условий или расторжения заключенного между ними договора в связи с существенно изменившимися обстоятельствами в порядке, установленном статьями 451-453             ГК РФ.

Таким образом, допустив возможность договорного режима имущества супругов, законодатель – исходя из необходимости обеспечения стабильности гражданского оборота, а также защиты интересов кредиторов от недобросовестного поведения своих контрагентов, состоящих в брачных отношениях, и учитывая, что в силу брачного договора некоторая, в том числе значительная, часть общего имущества супругов может перейти в собственность того супруга, который не является должником, - предусмотрел в пункте 1 статьи 46 СК РФ обращенное к супругу-должнику требование уведомлять своего кредитора обо всех случаях заключения, изменения или расторжения брачного договора.

Пунктом 6 брачного договора от 23.11.2012 предусмотрено, что каждый из супругов обязан в случаях, когда это необходимо, своевременно уведомлять своих кредиторов о заключении, изменении или о расторжении этого брачного договора.

Доказательства извещения Портнова И.М., являвшегося кредитором должника, о заключении брачного договора в материалы обособленного спора не представлены.

Данные обстоятельства подтверждают недобросовестность поведения должника, которая будучи осведомленной о наличии значительных обязательств, взятых на себя перед Портновым И.М. по договору займа, заключила брачный договор супругом об установлении режима раздельной собственности, выводя из состава конкурсной массы ликвидное имущество, в целях недопущения обращения кредиторами на него взыскания.

Таким образом, брачный договор заключен с целью причинения вреда кредитору при явном злоупотреблении правом, поскольку к моменту заключения брачного договора должник являлся неплатежеспособным, прекратил исполнение своих обязательств.

В связи с этим признание судом первой инстанции брачного договора недействительной сделкой является законным и обоснованным.

Согласно статье 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Таким образом, последствием недействительности сделки является приведение сторон в первоначальное положение. 

Последствием признания судом недействительным брачного договора является восстановление статуса совместной собственности на имущество должника и его супруга.

Доводы подателя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, оснований для  его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь статьями 223, 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.02.2020 по обособленному спору № А56-77014/2018/сд.1  оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение одного месяца со дня принятия.

 

Председательствующий

Е.А. Герасимова

Судьи

И.Н. Бармина

 И.В. Юрков