АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА 

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075 

http://fasuo.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

 № Ф09-3328/17  

Екатеринбург 

05 июля 2017 г. Дело № А60-27763/2016  

Резолютивная часть постановления объявлена 03 июля 2017 г.  Постановление изготовлено в полном объеме 05 июля 2017 г.  

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Оденцовой Ю.А., судей Новиковой О.Н., Плетневой В.В. 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Раевского Сергея  Анатольевича на определение Арбитражного суда Свердловской области  от 06.02.2017 по делу № А60-27763/2016 и постановление Семнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 13.04.2017 по тому же делу о признании  Харина Александра Сергеевича (далее – должник) несостоятельным  (банкротом).  

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения  кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично,  путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на  сайте Арбитражного суда Уральского округа.  

В судебном заседании приняли участие представитель Раевского С.А. –  Раевская О.А. (доверенность от 03.07.2017).  

Финансовый управляющий должника Рыбникова Анна Вячеславовна  представила в Арбитражный суд Уральского округа ходатайство о  рассмотрении кассационной жалобы в её отсутствие. Ходатайство судом  удовлетворено.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.06.2016  возбуждено дело о признании Харина А.С. несостоятельным (банкротом).  

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 02.08.2016 Харин  А.С. признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена  процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим  имуществом должника утверждена Рыбникова А.В.  

Раевский С.А. обратился в Арбитражный суд Свердловской области с  заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника  задолженности в размере 13 200 000 руб. на основании заключенного им с  Хариным А.С. соглашения о ведении дела от 02.02.2011 № 002133 и  дополнительного соглашения от 29.02.2016 к нему.  

Финансовый управляющий должника обратился в Арбитражный суд  Свердловской области с заявлением о признании недействительным  дополнительного соглашения от 29.02.2016 к соглашению от 02.02.2011   № 002133 о ведении дела, а задолженности в размере 13 200 000 руб. -  отсутствующей.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 06.02.2017  (судья Сушкова С.А.) заявление финансового управляющего удовлетворено  частично; дополнительное соглашение от 29.02.2016 к соглашению от  02.02.2011 № 002133 о ведении дела признано недействительным; в остальной  части в удовлетворения заявленных требований отказано.  

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 13.04.2017 (судьи Романов В.А., Васева Е.Е., Плахова Т.Ю.) определение  от 06.02.2017 оставлено без изменения.  

В кассационной жалобе Раевский С.А. просит определение от 06.02.2017  и постановление от 13.04.2017 отменить, ссылаясь на несоответствие выводов  судов о признании недействительным дополнительного соглашения от  29.02.2016 обстоятельствам дела. Заявитель считает, что наличие оснований,  достаточных для признания спорной сделки недействительной по п. 2 ст. 61.2  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Закон о банкроте), не доказано, поскольку  оспариваемое дополнительное соглашение является возмездным, так как  заявитель в течение шести лет представлял интересы должника в рамках  уголовного дела и был его единственным представителем, заявитель не  является заинтересованным лицом по отношению к Харину А.С., а тот факт,  что заявитель и Харин А.С. формализовали в письменной форме  предшествующие устные договоренности о стоимости услуг адвоката лишь в  2016 году, при наличии доказательств реального оказания заявителем должнику  соответствующих услуг с 2011 года, не свидетельствует о злоупотреблении  правом и о цели причинения вреда кредиторам должника, при том, что  распространение действия заключаемого договора на ранее возникшие между  сторонами отношения законодательством не запрещено. По мнению заявителя,  выводы судов о том, что стоимость услуг адвоката в спорном дополнительном  соглашении завышена, поскольку заявитель не принимал постоянного участия  в процессуальных действиях по уголовному делу, являются ошибочными и не  соответствуют материалам дела, в том числе письму Уральской коллегии  адвокатов о стоимости названных услуг, а также постановлению следователя, в  котором указано, что заявитель более 6 лет являлся представителем Харина  А.С. по уголовному делу и участвовал в связи с этим в значительном  количестве процессуальных действий.  

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом  кассационной инстанции в порядке, предусмотренном ст. 284, 286  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах  доводов кассационной жалобы.  

Как следует из материалов дела, в производстве Следственной части  Главного следственного управления Главного управления Министерства  

внутренних дел Российской Федерации по Свердловской области находится  уголовное дело № 111021909, возбужденное 28.01.2011 по признакам  преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской  Федерации (мошенничество в особо крупном размере).  

В ходе предварительного следствия установлено, что в период с 2005 года  по 2010 год в г. Екатеринбурге и Свердловской области фактические  руководители закрытого акционерного общества «Еврогрупп», НКО КПКГ  «Актив» и открытого акционерного общества «Удмуртинвестстройбанк»  Брыляков И.Г. и Харин А.С. совместно с иными неустановленными лицами  разработали и применили преступную схему завладения денежными  средствами граждан путем создания «финансовой пирамиды» и похитили в  указанный период времени путем обмана денежные средства у более 25000  граждан на сумму более 1,5 млрд. руб., в связи с чем Брылякову И.Г. и  Харину А.С. органами предварительного следствия предъявлено обвинение в  совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 и ч. 2 ст. 174  Уголовного кодекса Российской Федерации.  

Предварительное следствие завершено, 29.03.2016 обвиняемому  Харину А.С. и его защитнику адвокату Раевскому С.А. предъявлены для  ознакомления материалы уголовного дела, содержащиеся в 2307 томах.  

Между Хариным А.С. и адвокатом Раевским С.А. было заключено  соглашение о ведении дела от 02.02.2011 № 002133, согласно которому адвокат  Раевский С.А. принимает на себя обязательство по защите Харина А.С. на  стадии предварительного следствия с выплатой гонорара в размере 500 000 руб.  

В дальнейшем (более чем через пять лет) Харин А.С. и Раевский С.А.  заключили дополнительное соглашение от 29.02.2016 к соглашению от  02.02.2011 № 002133, по условиям которого размер вознаграждения (гонорара)  адвоката Раевского С.А. был значительно увеличен и определен в размере 200  000 руб. ежемесячно в период с 02.02.2011 с выплатой данного вознаграждения  каждый месяц (п. 2.1 дополнительного соглашения), при этом стороны  согласовали условие о том, что действие дополнительного соглашения от  29.02.2016, в соответствии со ст. 425 Гражданского кодекса Российской  Федерации, распространяется на отношения сторон по соглашению № 002133 с  02.02.2011 включительно (п. 2 дополнительного соглашения).  

Определением от 09.06.2016 по настоящему делу принято к производству  заявление Арапова В.П. о признании Харина А.С. несостоятельным  (банкротом), основанное на вступившем в законную силу решении Кировского  районного суда г. Екатеринбурга от 04.07.2011 о взыскании с Харина А.С. в  пользу открытого акционерного общества «Удмуртинвестстройбанк» денежных  средств в размере 15 500 000 руб., а также на вступившем в законную силу  24.12.2015 определении Кировского районного суда г. Екатеринбурга от  16.07.2015 о замене стороны в исполнительном производстве.  

Неисполнение должником обязательств по соглашению о ведении дела  от 02.02.2011 № 002133 в редакции дополнительного соглашения от 29.02.2016  и введение в отношении должника процедуры конкурсного производства,  явились основанием для обращения Раевского С.А. в суд с заявлением о  

включении в реестр требований кредиторов должника требования в сумме  13 200 000 руб.  

Полагая, что спорное дополнительное соглашение от 29.02.2016  совершено при наличии в действиях должника и Раевского С.А. признаков  злоупотребления правом в целях причинения вреда должнику и его кредиторам,  финансовый управляющий должника обратился в суд с заявлением о признании  дополнительного соглашения от 29.02.2016 недействительным на основании п.  2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

Отказывая в удовлетворении заявления Раевского С.А., и, удовлетворяя  заявление финансового управляющего должника, суды по результатам  исследования и оценки доказательств пришли к выводам о доказанности  материалами дела наличия в данном случае всех необходимых оснований для  признания оспариваемого дополнительного соглашения недействительным и о  недоказанности требования Раевского С.А.  

Выводы судов являются верными, основанными на правильном  применении норм материального права, соответствуют материалам дела.  

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов,  может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка  была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании  должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате  ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если  другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту  совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая  сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если  она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов  должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности  имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов  предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была  совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо  направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю  (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников)  должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:  стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких  взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или)  обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости  активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов  балансовой стоимости активов должника, определенной по данным  бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед  совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место  жительства или место нахождения без уведомления кредиторов  непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо  скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие  

документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные  документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской  Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником  обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были  уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по  передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или)  владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об  определении судьбы данного имущества.  

В п. 5 - 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных  с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» разъяснено, что п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве  предусматривает возможность признания недействительной сделки,  совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам  кредиторов (подозрительная сделка).  

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному  основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие  совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с  целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате  совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в)  другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки (с учетом п. 7 названного  постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд  отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует  иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается  уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение  размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия  совершенных должником сделок или юридически значимых действий,  приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности  кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам  должника за счет его имущества.  

Согласно абз. 2 - 5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения  вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо  одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки  должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности  имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств,  предусмотренных абз. 2 - 5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

В силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что  другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред  имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным  лицом (ст. 19 данного Закона) либо если она знала или должна была знать об  ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные  

презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не  доказано другой стороной сделки.  

Как следует из материалов дела и правильно установлено судами,  оспариваемое дополнительное соглашение от 29.02.2016 заключено Хариным  А.С. и Раевским С.А. в период подозрительности, установленный ст. 61.2  Закона о банкротстве, поскольку настоящее дело о банкротстве должника  возбуждено 09.06.2016, а оспариваемое дополнительное соглашение заключено  сторонами 29.02.2016, то есть менее, чем за четыре месяца до возбуждения  данного дела о банкротстве должника.  

Исследовав и оценив все имеющиеся в материалах дела доказательства,  приняв во внимание, что должником на протяжении длительного времени не  исполнялись обязательства перед открытым акционерным обществом  «Удмуртинвестстройбанк» и его правопреемниками в размере более 15 500 000  руб., что подтверждено решением Кировского районного суда г. Екатеринбурга  от 04.07.2011, и перед обществом с ограниченной ответственностью «УК  «Панорама» в размере 2 781 940 руб. 49 коп., что подтверждается решением  Кировского районного суда от 25.03.2015, а, кроме того, Хариным А.С. не  исполнялись обязанности по уплате обязательных платежей на сумму не менее  58999 руб. 74 коп., при том, что названные задолженности включены в реестр  требований кредиторов должника, суды также правильно установили, что по  состоянию на 29.02.2016 Харин А.С. отвечал признакам неплатежеспособности.  

Кроме того, по результатам исследования и оценки доказательств, исходя  из конкретных обстоятельств дела, приняв во внимание, что, осуществляя  защиту Харина А.С. в рамках предварительного расследования по уголовному  делу № 111021909, возбужденному по факту совершения имущественного  преступления (хищения чужого имущества) в период с февраля 2011 года, и  присутствуя, как следует из справки следователя от 09.01.2017, при проведении  следственных и процессуальных действий по названному уголовному делу,  связанных, в том числе, с арестом имущества Харина А.С., Раевский С.А., как  доверенное лицо Харина А.С., не мог не иметь всех необходимых сведений о  фактическом финансово-хозяйственном положении Харина А.С. как от самого  своего подзащитного, так и из совокупности сведений, которыми  сопровождается выполнение следственных действий по уголовному делу  (обыски, выемки, арест имущества и т.д.), суды пришли к правильным выводам  о том, что Раевский С.А. на момент совершения оспариваемого  дополнительного соглашения от 29.02.2016 был достоверно осведомлен о  наличии у Харина А.С. признаков неплатежеспособности, при том, что  доказательства иного не представлены.  

Учитывая изложенные обстоятельства, принимая во внимание, что  результатом совершения дополнительного соглашения от 29.02.2016 является  значительное увеличение (в несколько десятков раз) размера имущественных  требований к должнику, способное привести к частичной утрате возможности  иных кредиторов получить удовлетворение своих требований по  обязательствам Харина А.С. за счет его имущества, суды пришли к правильным  выводам о том, что в результате совершения между Хариным А.С. и Раевским  

С.А. дополнительного соглашения от 29.02.2016 был причинен вред  имущественным правам кредиторов должника Харина А.С.  

Кроме того, по результатам исследования и оценки всех представленных  в материалы дела доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела,  приняв во внимание отсутствие доказательств того, что вплоть до 29.02.2016  между Хариным А.С. и Раевским С.А. имели место какие-либо договоренности  и соглашения об увеличении размера вознаграждения, первоначально  определенного сторонами в соглашении от 02.02.2011 № 002133, а также то,  что соответствующая договоренность была достигнута и оформлена только  29.02.2016, то есть более, чем через пять лет после заключения соглашения от  02.02.2011 № 002133 и менее, чем четыре месяца до возбуждения в отношении  Харина С.А. настоящего дела о банкротстве, при том, что на протяжении всего  периода предварительного следствия, в ходе которого адвокат Раевский С.А.  принимал участие в различных следственных действиях по уголовному делу №  111021909, Харин А.С. и Раевский С.А. полагали установленный соглашением  от 02.02.2011 № 002133 размер вознаграждения достаточным и адекватным тем  услугам, которые фактически были адвокатом оказаны на протяжении  соответствующего периода времени, и, учитывая, что надлежащие и  достаточные доказательства, подтверждающие соразмерность и  обоснованность размера вознаграждения, указанного в оспариваемом  дополнительном соглашении, не представлены, суды пришли к обоснованным  выводам о том, что существенное изменение величины и порядка уплаты  вознаграждения с одновременным распространением достигнутых  договоренностей на весь предшествующий более чем пятилетний период  отношений является неправомерным и нарушает права и законные  имущественные интересы иных кредиторов Харина А.С.  

При этом суды также правильно приняли во внимание то, что  неплатежеспособный должник должен быть стеснен в произвольном  определении гонорара нанятого им адвоката, поскольку иное означало бы  возможность злоупотребления правами за счет имущественных интересов  кредиторов, в то время как в данном случае предусмотренный оспариваемым  дополнительным соглашением от 29.02.2016 размер вознаграждения Раевского  С.А. существенно (в несколько десятков раз) отличается в сторону завышения в  сравнении, например, с размером вознаграждения адвоката, предусмотренным  Порядком расчета вознаграждения адвоката, участвующего в качестве  защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания,  органов предварительного следствия или суда, в зависимости от сложности  уголовного дела (утвержден приказом Министра юстиции Российской  Федерации и Министра финансов Российской Федерации от 05.09.2012 №  174/122н).  

Учитывая изложенное, суды обоснованно установили, что в данном случае  имеется совокупность всех условий, необходимых для признания оспариваемой  сделки недействительно в порядке ст. 61.2 Закона о банкротстве, и правомерно  признали дополнительное соглашение от 29.02.2016 недействительным в части  распространения его действия на период с 02.02.2011 по 29.02.2016 и в части,  

устанавливающей размер вознаграждения на будущий период, как сделку, в  названной части совершенную с целью причинения вреда имущественным  правам кредиторов должника, в результате которой был причинен вред  имущественным правам кредиторов должника.  

Довод заявителя о том, что размер вознаграждения, установленный  обжалуемым дополнительным соглашением, обоснован и соразмерен  оказанным услугам, по результатам исследования и оценки доказательств  правильно не принят судами во внимание, как имеющий предположительный  характер и не подтвержденный надлежащими и достаточными  доказательствами, при том, что сам по себе объем уголовного дела не может  свидетельствовать об обоснованности и соразмерности вознаграждения,  установленного спорной сделкой, а доказательств, свидетельствующих о  характере, трудоемкости и иных особенностях следственных действий, при  которых присутствовал заявитель, и позволяющих установить обоснованный  размер вознаграждения, а также расчета размера вознаграждения, в материалах  дела не имеется.  

Таким образом, удовлетворяя требования финансового управляющего о  признании дополнительного соглашения от 29.02.2016 недействительным, суды  исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и  доказанности материалами дела указанных требований, а также из отсутствия  доказательств, свидетельствующих об ином (ст. 9, 65, 71 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации).  

Судами первой и апелляционной инстанций правильно установлены  фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая  правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие  спорные отношения.  

Ссылка заявителя на письмо Уральской коллегии адвокатов о стоимости  названных услуг судом кассационной инстанции во внимание не принимается,  так как данное письмо отсутствует в материалах настоящего обособленного  спора.  

Все доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобах, судом  кассационной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о  нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по  делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на  незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с  произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть  данное дело по существу, переоценить имеющиеся в деле доказательства и  предоставить заявителю возможность представить в материал дела новые  дополнительные доказательства. Суд кассационной инстанции полагает, что все  обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами  установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с  требованиями ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их  основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (ст. 286  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся  основанием для отмены судебных актов (ст. 288 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной  инстанции не установлено.  

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставить без  изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Руководствуясь ст. 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 06.02.2017 по делу   № А60-27763/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 13.04.2017 по тому же делу оставить без изменения,  кассационную жалобу Раевского Сергея Анатольевича – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию  Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух  месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Ю.А. Оденцова  

Судьи О.Н. Новикова  

 В.В. Плетнева