﻿АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-43010/2018

г. Краснодар

15 июня 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 9 июня 2020 года

Постановление в полном объеме изготовлено 15 июня 2020 года

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Гиданкиной А.В., судей Герасименко А.Н. и Денека И.М., при участии в судебном заседании финансового управляющего должника Юндина Феликса Владимировича  (паспорт), от Вивчарь Игоря Григорьевича – Миронова Д.А. (доверенность от 14.11.2019), от публичного акционерного общества «Юг-Инвестбанк» – Скирда О.И. (доверенность от 14.05.2020), в отсутствие иных участвующих в деле о банкротстве лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу финансового управляющего должника Юндина Феликса Владимировича на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.12.2019 по делу № А32-43010/2018, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя Орловского Ю.А. (далее – должник) ОАО «ЮГ-Инвестбанк» (далее – банк) обратилось в арбитражный суд с жалобой на действия (бездействие) финансового управляющего должника Юндина Ф.В. (далее – управляющий) (с учетом уточненных требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; далее – Кодекс). 

Определением суда от 05.11.2019 в удовлетворении заявленных требований отказано. Судебный акт мотивирован тем, что все действия управляющий фиксировал, опубликовывал и не скрывал от сторон, недобросовестности управляющего не установлено, жалоба правопреемника на управляющего отсутствует. Оспариваемые действия управляющего не нарушают права и законные интересы банка.

Постановлением апелляционного суда от 30.12.2019 определение суда от 05.11.2019 отменено. Признаны незаконным действие управляющего об исключении голосов банка из реестра требований кредиторов должника (далее – реестр) в сумме                   8 млн рублей без судебного акта о процессуальной замене в ходе проведения собрания кредиторов от 23.08.2019. Признаны незаконными действия управляющего, выразившиеся в неправильном подсчете голосов на собрании кредиторов должника, состоявшемся 23.08.2019. В остальной части в удовлетворении жалобы на действия арбитражного управляющего отказано. 

В кассационной жалобе управляющий просит отменить постановление апелляционного суда от 30.12.2019. По мнению заявителя, обжалуемый судебный акт принят с нарушением норм материального и процессуального права. Заявитель указывает, что он не мог исключить и не исключал голоса банка из реестра в сумме 8 млн рублей, а только отразил, что данные требования в сумме 8 млн рублей погашены банку залогодателем. Податель жалобы не согласен с выводом апелляционного суда о неправильном подсчете голосов на собрании кредиторов должника.

В отзывах на кассационную жалобу банк и ООО «Агросоюз» просят обжалуемый судебный акт оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения. 

В судебном заседании управляющий поддержал доводы жалобы, представитель Вивчарь И.Г. поддержал заявление управляющего, представитель банка поддержал доводы отзыва.

Изучив материалы дела, оценив доводы кассационной жалобы и отзывов, выслушав пояснения представителей участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что обжалуемый судебный акт надлежит отменить, определение суда первой инстанции от 05.11.2019 надлежит оставить в силе по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, Вивчарь И.Г. обратился в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом). Определением суда от 22.10.2018 заявление принято, возбуждено производство по делу. 

Определением суда от 17.12.2018 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден Юндин Ф.В. Сообщение о введении в отношении должника процедуры банкротства (реструктуризация долгов гражданина) опубликовано на официальном источнике (газета «КоммерсантЪ») от 29.12.2018 № 242, в ЕФРСБ – 24.12.2018. 

Определением суда от 18.03.2019 требования банка в сумме 81 010 541 рубля 30 копеек задолженности и отдельно 8 841 596 рублей 66 копеек финансовых санкций включены в третью очередь реестра (обособленный спор 13-УТ). При этом, указанные обязательства также обеспечены залогом имущества Могилина Д.В., поскольку  22.12.2017 банк и Могилин Д.В. заключили договор об ипотеке № 25-1753/696/8Z, согласно которому в обеспечение исполнений обязательств Орловским Ю.А. по кредитному договору от 22.12.2017 № 25-1753/696 залогодатель Могилин Д.В. предоставляет в залог банку недвижимое имущество. 

Могилин Д.В. (продавец-залогодатель) и ООО «Технопромэкспорт» (покупатель) с согласия банка 01.03.2019 заключили договор купли-продажи недвижимого имущества № 25-153/696-2019/1. Согласно пункту 3 договора общая стоимость недвижимого имущества составляет 36 млн рублей. Данное имущество в полном объеме находится в залоге у банка на основании договора об ипотеке от 20.12.2016 № 25-1653/562/1И и договора ипотеки от 22.12.2017 № 25-1753/696/8Z. В соответствии с пунктом 5 договора оплата приобретаемого недвижимого имущества осуществляется в следующем порядке: 8 млн рублей перечисляются на счет залогодержателя, 24 млн рублей – на счет продавца-залогодателя, остаются в распоряжении Могилина Д.В.

2 сентября 2019 года в арбитражный суд поступила жалоба на действия управляющего. По мнению банка, ненадлежащее исполнение обязанностей управляющим выражено в незаконном исключении требований банка из реестра в сумме 8 млн рублей, а также в неправильном подсчете голосов на собрании кредиторов должника, состоявшемся 23.08.2019 по вопросам повестки дня № 1, № 4 и № 5.

Отказывая в удовлетворении жалобы, суд первой инстанции руководствовался статьями 65, 71, 223 Кодекса, статьями 15, 16, 20.3, 32, 60, 213.9,  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), разъяснениями постановления Правительства Российской Федерации от 09.07.2004 № 345 «Об утверждении Общих правил ведения арбитражным управляющим реестра требований кредиторов» (далее – Правила № 345), пункта 14 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15.11.2017 (далее – Обзор).

Суд первой инстанции установил, что Могилин Дмитрий Владимирович, будучи залогодателем, 20.03.2019 выплатил банку за должника 8 млн рублей. Банком указанные денежные средства учтены в счет погашения основного долга. Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 19.09.2019 (резолютивная часть от 17.09.2019) произведена замена кредитора –  банка в реестре требований кредиторов должника на Могилина Дмитрия Владимировича в размере 8 млн рублей, как обеспеченное залогом имущества должника по следующим договорам залога:  от 22.12.2017 № 25-1753/696/3Z;  от 22.12.2017 № 25-1753/696/4Z;  от 22.12.2017                          № 25-1753/696/5Z; от 22.12.2017 № 25-1753/696/6Z; от 14.08.2018 № 25-1753/696/9Z.

Также банк указал на то, что на собрании кредиторов управляющим было озвучено иное место проведения собрания кредиторов, нежели то, что указано в протоколе собрания кредиторов. Управляющий пояснил, что установил неточность при изготовлении протокола собрания кредиторов должника. В материалы дела сопроводительным письмом от 02.09.2019 повторно приобщен протокол собрания кредиторов от 23.08.2019 (с учетом исправленных опечаток). По пятому вопросу в протоколе указано, что решение не принято. Материалами дела не подтверждено причинение конкурсным управляющим убытков кредиторам и должнику или его недобросовестные действия. Суд указал, что банк сам просил управляющего исключить требования из реестра требований кредиторов должника 8 млн рублей. Усомнившись в наличии полномочий, управляющий передал вопрос на разрешение суда. Кроме того, банку надлежало учесть положения последнего абзаца пункта 14 Обзора с учетом того, что у правопреемника и банка различные позиции. Все действия управляющий фиксировал, опубликовывал и не скрывал от сторон. Недобросовестности управляющего не установлено. Жалоба правопреемника на управляющего отсутствует.

Отменяя определение суда и частично удовлетворяя заявленные требования, апелляционный суд руководствовался следующим.

Поскольку, исходя из толкования условий договора об ипотеки, залог обеспечивал часть обязательства заемщика перед банком, то, направив на погашение задолженности 8 млн рублей и получив согласие банка, выразившееся в подписании договора купли-продажи и снятии обременения с имущества, залогодатель выполнил свои обязательства и вправе претендовать на замену в части этих требований. 

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения управляющего 03.07.2019 в арбитражный суд с заявлением о замене банка на Могилина Д.В. Определением суда от 19.09.2019 произведена замена кредитора – банка в реестре на Могилина Д.В. в сумме 8 млн рублей, как обеспеченное залогом имущества должника по следующим договорам залога: от 22.12.2017 № 25-1753/696/3Z; от 22.12.2017                        № 25-1753/696/4Z; от 22.12.2017 № 25-1753/696/5Z; от 22.12.2017 № 25-1753/696/6Z; от 14.08.2018 № 25-1753/696/9Z. Постановлением апелляционного суда от 20.12.2019 определение от 19.09.2019 в части замены оставлено без изменения, резолютивная часть дополнена указанием на то, что исполнение по требованиям Могилина Д.В. осуществляется не ранее исполнения по требованиям банка при недостаточности средств для погашения требований.

Апелляционный суд установил, что в период после обращения в суд с заявлением о замене и до вынесения определения об удовлетворении заявления управляющий провел первое собрание кредиторов, оформленное протоколом № 1 собрания кредиторов от 23.08.2019. К первому собранию кредиторов должника управляющий Юндин Ф.В. подготовил реестр, согласно которому требования банка представлены в реестре в сумме 81 010 541 рубль 30 копеек. Вместе с тем, при проведении собрания кредиторов требования банка учтены в другом размере. 

Из протокола собрания кредиторов от 23.08.2019 апелляционный суд установил, что для целей участия в собрании управляющий учел требования банка в сумме 73 239 182 рублей 77 копеек, что составляет 36,11% от общего размера требований, включенных в реестр. Соответственно, управляющий учел требования за вычетом 8 млн рублей, которые удовлетворены за счет реализации имущества Могилина Д.В.

Согласно пункту 1 статьи 16 Закона о банкротстве, пункту 5 Правила № 345 реестр требований кредиторов ведет арбитражный управляющий. Требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом. 

Как следует из пункта 14 Обзора, сама по себе замена в материальном правоотношении не наделила нового кредитора правом на участие в собрании и не ограничила право банка до момента вынесения арбитражным судом судебного акта о замене в реестре требований кредиторов должника правопреемником голосовать по ранее включенным требованиям всей суммой голосов. 

Апелляционный суд установил, что процессуальная замена кредитора на Могилина Д.В. в реестре состоялась уже после проведения собрания кредиторов определением суда от 17.09.2019, указал на то, что на момент проведения собрания кредиторов требования банка в сумме 8 млн рублей не подлежали исключению из состава голосов по состоянию на 23.08.2019. Поскольку требования банка учтены в меньшем размере необоснованно, то распределение голосов в случае неисключения 8 млн рублей из реестра было бы представлено иначе, что свидетельствует о значительности совершенного арбитражным управляющим нарушения. Суд апелляционной инстанции обоснованно счел доказанным факт нарушения арбитражным управляющим норм статьи 16 Закона о банкротстве, которые повлекли неверный подсчет голосов при проведении собрания кредиторов, что нарушило права банка как кредитора, поэтому признал незаконными действия управляющего в данной части.  

Вместе с тем, выводы апелляционного суда об исключении Юндиным Ф.В. из реестра требований кредиторов требований банка в размере 8 млн рублей без судебного акта о процессуальной замене в ходе проведения собрания кредиторов от 23.08.2019 противоречат имеющемуся в деле реестру требований кредиторов должника, в котором требования банка в размере 8 млн рублей учтены как погашенные (т. 1, л. д. 35). Таким образом, в данной части жалоба банка не подлежала удовлетворению, поскольку действия управляющего в данной части соответствуют требованиям Закона о банкротстве.

Поскольку банк получил погашение своего требования к должнику от залогодателя в размере 8 млн рублей на момент проведения собрания кредиторов, у банка отсутствовали правовые основания для голосования погашенными требованиями по формальному основанию отсутствия замены  в реестре на залогодателя, оплатившего банку 8 млн рублей. 

При применении Обзора, апелляционный суд не учел, что согласно абзацу 11 пункта 14 Обзора исходя из принципа добросовестности (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) до проведения процессуальной замены лицо, включенное в реестр требований кредиторов, обязано выдать приобретателю доверенность  на голосование или голосовать на общем собрании в соответствии с указанием приобретателя. Суд первой инстанции установил, что в настоящем споре имелись разногласия по голосованию на собрании кредиторов между банком и залогодателем, оплатившем банку 8 млн рублей, однако банк не выдал доверенность залогодателю и не имел намерение голосовать на собрании в соответствии с указаниями залогодателя в оплаченной части. С учетом изложенного, суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о том, что в данной части жалобы по учету управляющим голосов банка на собрании кредиторов без учета погашенных требований  не нарушают права и законные интересы банка. Апелляционный суд ошибочно отклонил выводы суда первой инстанции в данной части.

Анализ материалов дела свидетельствует о том, что выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильной системной оценке подлежащих применению норм процессуального права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (часть 1 статьи 65,  части 1 – 5 статьи 71 Кодекса).

В соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 287 Кодекса по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или постановлений.

Апелляционный суд, отменяя определение суда первой инстанции, неправильно применил нормы материального права, не опроверг выводы суда первой инстанции, поэтому постановление апелляционного суда от 30.12.2019 подлежит отмене.

Суд первой инстанции правильно рассмотрел обособленный спор, нарушения им норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 288 Кодекса, кассационной инстанцией не установлены.  

Таким образом, определение суда от 05.11.2019 следует оставить в силе.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.12.2019 по  делу №  А32-43010/2018 отменить, определение Арбитражного суда Краснодарского края от 05.11.2019 по данному делу оставить в силе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

А.В. Гиданкина

 

Судьи

А.Н. Герасименко

 

И.М. Денека