АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

кассационной инстанции по проверке законности и обоснованности судебных актов арбитражных судов, вступивших в законную силу 

«

Дело № А14-9/2018

г. Калуга

21» ноября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14.11.2023 Постановление в полном объеме изготовлено 21.11.2023 

Арбитражный суд Центрального округа в составе: 

Председательствующего Гнездовского С.Э.  Судей Ахромкиной Т.Ф.  

 ФИО1  

при ведении протокола помощником судьи Аникеевым А.А., 

при участии в заседании: 

от заявителей кассационной жалобы: ФИО2 – представитель по доверенности  

 от 28.02.2023 (явился а Арбитражный суд  

 Воронежской области);  

от конкурсного управляющего ФИО3 – представитель по доверенности  

ООО «Фарн» ФИО4: от 21.09.2023 (явился в Арбитражный суд  Центрального округа);  

от иных лиц, участвующих в деле: не явились, извещены надлежаще;  

р ассмотрев в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц- связи при содействии Арбитражного суда Воронежской области кассационную жалобу  ФИО5 и ФИО6 на определение Арбитражного суда Воронежской области от 21.03.2023 и постановление Девятнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 14.07.2023 по делу № А14-9/2018,  

УСТАНОВИЛ:

Конкурсный управляющий должника - общества с ограниченной ответственностью «ФАРН» обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц: ФИО7,  ФИО6, ФИО5 (с учетом отказа от  требований к ФИО8, принятым определением арбитражного  суда от 06.10.2020).  

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 26.03.2021 (судья  Тимашов О.А.), оставленным без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.07.2021 (судьи Орехова Т.И., Безбородов Е.А.,  Владимирова Г.В.), признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ФАРН» на основании пп. 2 и 4 п. 2 ст. 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»,  

приостановлено рассмотрение заявления в указанной части до окончания расчетов с  кредиторами; в удовлетворении заявленных требований в остальной части отказано.  

Постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 18.10.2021 определение Арбитражного суда Воронежской области от 26.03.2021 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.07.2021 в части отказа в удовлетворении требований о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6 и ФИО5 по обязательствам ООО «ФАРН» в связи с совершением сделок по отчуждению имущества отменено, дело в указанной части  направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Воронежской области. В  остальной обжалуемой части определение Арбитражного суда Воронежской области от  26.03.2021 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от  12.07.2021 по делу № А14-9/2018 оставлено без изменения, а кассационная жалоба - без  удовлетворения.  

По результатам нового рассмотрения спора в указанной части определением Арбитражного суда Воронежской области от 21.03.2023 (судья Калашникова Е.В.), оставленным без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного  суда от 14.07.2023 (судьи Потапова Т.Б., Мокроусова Л.М., Ботвинников В.В.), признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО6 и  ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам  ООО «ФАРН».  

Не соглашаясь с названными судебными актами судов первой апелляционной  инстанций, вынесенными по результатам нового рассмотрения спора в соответствующей части, ФИО5 и ФИО6 обратились с  кассационной жалобой, в которой просят их отменить в связи с несоответствием выводов судов обстоятельствам дела, неправильным применением норм права и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять по делу новый судебный акт, которым отказать в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 и ФИО6  

ФИО5 и ФИО6, в кассационной жалобе ссылаются на то, что практически всё имущество, являющееся предметом недействительной сделки, было возвращено в конкурсную массу должника. Полагают, что данная сделка не была существенно убыточной, а также что по её результатам должник не утратил возможность  продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносившей ему ранее существенный доход. Также заявители кассационных жалоб выражают несогласие с судебной оценкой имеющихся в деле доказательств, по результатам которой установлены фактические обстоятельства, имеющие существенное  значение для рассмотрения настоящего спора.  

В силу ст. 286 АПК РФ суд кассационной инстанции проверяет законность решений и постановлений, принятых судом первой и апелляционной инстанций исходя из  доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.  

Доводы кассационной жалобы поддержаны представителями их заявителей в заседании арбитражного суда кассационной инстанции.  

Представитель конкурсного управляющего, возражая доводам жалоб, просил  оставить обжалуемые судебные акты без изменения.  

Проверив в порядке ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм  материального и процессуального права, а также соответствие оспариваемых выводов,  содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, обсудив доводы кассационной  жалобы, возражения на нее, судебная коллегия полагает обжалуемые судебные акты не  подлежащими изменению или отмене.  

Как следует из материалов дела и установлено судами, ООО «ФАРН» зарегистрировано в качестве юридического лица 10.03.2004.  

Определением арбитражного суда от 02.02.2018 заявление АО «ОФС РУС  ВОКК» о несостоятельности (банкротстве) ООО «ФАРН» принято к производству.  Определением арбитражного суда от 24.04.2018 признано обоснованным, в отношении  должника введено наблюдение, утвержден временный управляющий. Решением арбитражного суда от 17.08.2018 ООО «ФАРН» признано несостоятельным (банкротом), в  отношении него открыто конкурсное производство, утвержден конкурсный управляющий.  

ФИО6 являлся генеральным директором и учредителем ООО "ФАРН" с  момента его создания, размер его доли составлял 50%. ФИО5 также являлась  учредителем должника с момента его создания, размер ее доли составлял 50%. Указанные лица состояли в браке в период с 25.01.1986 по 09.05.2018.  

28.04.2017 нотариально удостоверено заявление ФИО9 о выходе из  ООО "ФАРН", 28.04.2017 состоялось общее собрание учредителей ООО "ФАРН", на  котором присутствовали участники ФИО6 и ФИО9 По третьему вопросу  повестки дня участники решили выплатить ФИО9 действительную стоимость  принадлежащей ей доли в размере 31 004 842 руб. 75 коп. согласно бухгалтерского баланса по основным средствам на 31.07.2017 или же выдать в натуре имущество такой  же стоимости.  

На основании приказа № 12 от 29.04.2017 стороны установили, что с учетом  амортизации и проведенной комиссией по инвентаризации и оценке основных средств,  стоимость основных средств ООО «ФАРН» составила 62 009 685 руб. 49 коп., сумма  выплат по протоколу № 1 собрания участников общества от 28.04.2017 в пользу ФИО5 составляет 31 004 842 руб. 75 коп. Так как ООО «ФАРН» не располагало достаточными денежными средствами для выплаты ФИО5 стоимости ее доли, с  согласия самой ФИО5 ей было передано недвижимое имущество, а также  транспортные средства, принадлежащие ООО «ФАРН».  

В ту же дату - 29.04.2017 между ООО «ФАРН» и ФИО5 был подписан  соответствующий передаточный акт.  

С использованием системы подачи электронных документов «Мой арбитр»  09.09.2018 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего ООО  «ФАРН» ФИО4 о признании недействительной сделкой приказа № 12 генерального директора ООО «ФАРН» от 29.04.2017, передаточного акта от 29.04.2017, которым генеральным директором ООО «ФАРН» в пользу ФИО5 передано  имущество и права:  

1. Сооружение-резервуар с кадастровым номером 36:34:0106032:3010; 

2. Нежилое здание резервуар площадью 574,7 кв.м. с кадастровым номером  36:34:0106032:3352;  

3. Нежилое здание-сторожка площадью 31 кв.м. с кадастровым номером  36:34:0106032:2752;  

4. Нежилое здание резервуар площадью 1287,2 кв.м. с кадастровым номером  36:34:0106032:3351;  

5. Нежилое «Здание - служебное помещение» площадью 66,3 кв.м. с кадастровым номером 36:34:0106032:2827;  

6. Нежилое «здание-вольер» площадью 42.2 кв.м. с кадастровым номером  36:34:0106032:2902;  

7. Нежилое «сооружение - ворота» протяженностью 12 м. с кадастровым номером 36:34:0106032:2829;  

8. Нежилое «здание-вольер» площадью 27,8 кв.м. с кадастровым номером  36:34:0106032:3011;  

9. Нежилое здание «резервуар» площадью 574,7 кв.м. с кадастровым номером  36:34:0106032:3350;  

10. Нежилое «сооружение-резервуар» объемом 239 куб. м. с кадастровым номером 36:34:0106032:3009;  

11. Нежилое здание резервуар площадью 1287,2 кв.м.. с кадастровым номером  36:34:0106032:3349;  

12. Право аренды на земельный участок площадью 16 441 кв.м. с кадастровым  номером 36:34601006032:70, а также следующее движимое имщество  

1. Автомобиль легковой Land Rover Range Rover 2013 г.в., гос. номер  

<

***> VIN: 

<

***>;  

2. Автомобиль легковой Audi Q7, 2008 г.в., гос. номер 

<

***> VIN:  

<

***>;  

3. Автомобиль легковой Land Rover Discovery 4, 2010 г.в., гос. номер 

<

***>  VIN: 

<

***>;  

4. Автомобиль грузовой DAF 95XF430, 2001 г.в., гос. номер 0825М036, VIN:  

<

***>;  

5. Автомобиль грузовой Вольво FH12, 2003 г.в., гос. номер 

<

***> VIN:  

<

***>;  

6. Прицеп LORD MUENSTERL, 1988 г.в., гос. номер 

<

***> VIN: 

<

***>; 

7. Вагон-дом передвижной T.E.C.WELTBUMMLER TN5, 1990 г.в., гос. номер  

<

***> VIN: 

<

***>;  

8. Автомобиль легковой Лада 212140 4x4, 2015 г.в., гос. номер 

<

***> VIN:  

<

***>;  

9. Автобус Реал 0000010, 2009 г.в., гос. номер С072ТО36,  VIN:Z7EU3FBHX90000348;  

10. Автомобиль легковой Volkswagen 2k Caddy Maxi, 2008 г.в., гос. номер  С109РУ36, VIN: 

<

***>;  

11. Грузовой фургон Ford Transit VAN, 2010 г.в., гос. номер К216С036, VIN  

<

***>;  

12. Автомобиль легковой Renault SR, 2010 г.в., гос. номер 

<

***>  VIN:X7LLSRBYHAH338052.  

Определениями арбитражного суда от 26.09.2019 и от 10.12.2019 сделка признана недействительной, применены последствия её недействительности.  

Судами было установлено, что на момент совершения сделок по передаче имущества ФИО5 в качестве выплаты ее части доли в уставном капитале ООО  "ФАРН", у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, о чем  стороны сделки, являясь супругами и участниками ООО "ФАРН" не могли не знать. В  результате данных сделок ухудшилось материальное положение должника, который  лишился ликвидного имущества, необходимого для расчетов с кредиторами.  

Ссылаясь на то, что в результате сделки из владения должника было выведено  наиболее ликвидное имущество (около 90% активов, в том числе около 98% объектов  недвижимости), конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением о  привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "ФАРН".  

Разрешая спор *при его новом рассмотрении), суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь нормами ст.ст. 10, 61.11, 129, 142 ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)», ст.ст. 401, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришли  к выводу о доказанности правовых оснований для привлечения ФИО6 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

Согласно п. 1 ст. 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 32 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», дела о несостоятельности  (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным  Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями,  

установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности  (банкротства).  

В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении  изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ)  ст. 10 Закона № 127-ФЗ признана утратившей силу и Закон № 127-ФЗ дополнен главой  III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».  

Согласно п.3 ст. 4 Закона № 266 рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции  настоящего Федерального закона).  

Вместе с тем, исходя из общих правил о действии закона во времени (п.1 ст.4  Гражданского кодекса Российской Федерации) основания для привлечения к субсидиарной ответственности определяются на основании закона, действовавшего в момент  совершения противоправного действия (бездействия) привлекаемого к ответственности  лица. В то время как процессуальные правила применяются судом в той редакции закона, какая действует на момент рассмотрения дела арбитражным судом.  

Согласно п. 4 ст. 10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции на дату заключения сделки), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его  обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих  должника лиц при наличии, в том числе, следующего обстоятельства: причинен вред  имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу  этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в ст. 61.2 и 61.3 данного закона.  

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и  (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают  солидарно (п.4 ст. 10 Закона о банкротстве).  

Согласно разъяснениям, данным в п. 12 Обзора судебной практики Верховного  Суда Российской Федерации № 4 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации 23.12.2020, предусмотренное ст. 10 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)» (в редакции Федерального закона от 28.06.2013   № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по  существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время  ст. 61.11 указанного закона основания ответственности в виде «невозможности полного  погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего,  так и ныне действующего законодательства является общим (в том числе это относится  к разъяснениям норм материального права, изложенным в постановлении Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах,  связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при  банкротстве»).  

В соответствии с разъяснениями п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда  РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», п.п.1 п.2 ст. 61.11 Закона о  банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки  (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой  (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся,  

в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. 6 При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки,  отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах,  статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая  вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить  из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также  сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник  утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.  

Согласно ч. 1 ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и  возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (ч. 2 ст. 9 АПК РФ).  

Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права  (ч.2 ст. 65 АПК РФ).  

Вместе с тем, при рассмотрении споров о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, распределение бремени доказывания обстоятельств, имеющих существенное значение для рассмотрения спора имеет важные  особенности.  

Согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 N 308-ЭС17- 6757(2, 3), иск о привлечении к субсидиарной ответственности является групповым  косвенным иском, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах  группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к  контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их негативных  действий по доведению должника до банкротства.  

Наряду с конкурсным оспариванием (которое также осуществляется посредством предъявления косвенного иска) институт субсидиарной ответственности является правовым механизмом защиты нарушенных прав конкурсных кредиторов, возмещения причиненного им вреда.  

В отношении конкурсного оспаривания судебной практикой выработано толкование, согласно которому при разрешении такого требования имущественные интересы  сообщества кредиторов несостоятельного лица противопоставляются интересам контрагента (выгодоприобретателя) по сделке. Соответственно, право на конкурсное оспаривание в материальном смысле возникает только тогда, когда сделкой нарушается баланс интересов названного сообщества кредиторов и контрагента (выгодоприобретате- ля), последний получает то, на что справедливо рассчитывали первые (определения  Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации  от 03.08.2020 N 306-ЭС20-2155, от 26.08.2020 N 305-ЭС20-5613).  

Равным образом при разрешении требования о привлечении к субсидиарной ответственности интересы кредиторов противопоставляются лицам, управлявшим должником, контролировавшим его финансово-хозяйственную деятельность.  

При этом гражданское законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности (пункт  1 статьи 48, пункты 1 и 2 статьи 56, пункт 1 статьи 87 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Однако, в настоящем случае, определениями арбитражного суда от 26.09.2019,  10.12.2019 на основании п.2 ст. 61.2. ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» признана  недействительной сделка оформленная приказом № 12 генерального директора ООО  «ФАРН» от 29.04.2017 и передаточным актом от 29.04.2017 по выплате действительной  стоимости доли Хицковой С. И. в форме передачи имущества и прав.  

В ходе рассмотрения спора конкурсный управляющий, представляя бухгалтерскую (финансовую) документацию, иные документы (справки) указал на то, что в результате вышеназванных сделок выведено наиболее ликвидное имущество (около 90%  активов, в том числе около 98% объектов недвижимости), в результате данных действий выбыли основные средства, без которых предприятие не смогло продолжить финансово-хозяйственную деятельность, документальных доказательств иного лицами  участвующими в споре не представлено (ст. ст. 9,65 АПК РФ).  

Как было указано судом округа при направлении обособленного спора на новое  рассмотрение (в соответствующей части), факт того, что определениями суда сделки по  передаче имущества должника признаны недействительными и применены последствия их недействительности не исключает возможность привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в том случае, если доказаны основания, приведенные в п. 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве". При этом следует  отметить, что фактический возврат имущества и денежных средств в конкурсную массу  в результате исполнения судебных актов о признании сделок недействительными повлечет расчеты с кредиторами и, следовательно, уменьшение размера субсидиарной  ответственности, в связи с чем не приведет к двойному взысканию денежных средств с  контролирующих должника лиц.  

Из материалов дела следует, что в распоряжении должника соответствующее,  переданное ФИО5 имущество должника отсутствовало длительный период – с  29.04.2017 (дата акта приема передачи в пользу ФИО5) до, по меньшей мере,  26.09.2019 (дата первого из определений суда первой инстанции о признании сделки  недействительной).  

Реализация частично возвращенного ФИО5 в конкурсную массу имущества (в том числе, не выплачены взысканные в качестве одного из последствий недействительности сделки денежные средства в размере более 7 000 000 руб.) подлежит  учету при определении размера субсидиарной ответственности, но, сам по себе факт  его возвращения по результатам конкурсного оспаривания, не исключает субсидиарную ответственность ФИО10, как таковую.  

В данном случае ответчики, фактически контролирующие должника, не доказали, что при той степени заботливости и осмотрительности, в том числе, в отношении  соблюдения прав и законных интересов кредиторов должника, какая от них требовалась в обычных условиях делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности  общества предпринимательских рисков, они действовали добросовестно и приняли все  необходимые меры для исполнения должником принятых на себя обязательств перед  кредиторами.  

Более того, в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона  о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно  совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение  должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его  действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отноше- 

нии должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех  долговых обязательств в будущем. (пункт 17 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").  

Поскольку контролирующими должника лицами – ФИО6 и ФИО5 с учетом правил распределения бремени доказывания в обособленных спорах о  привлечении к субсидиарной ответственности не опровергнута их ответственность за  невозможность полного удовлетворения требований кредиторов, вывод судов об их  привлечении субсидиарной ответственности по обязательствам должника также является обоснованным.  

С учетом изложенного, доводы кассационной жалобы не могут быть приняты во  внимание, поскольку не опровергают обоснованности выводов судов первой и апелляционной инстанций, их соответствия обстоятельствам дела и представленным доказательствам.  

Несогласие заявителя кассационной жалобы с судебной оценкой имеющихся в  материалах дела доказательств, не является основанием для отмены принятых по делу  судебных актов в порядке кассационного производства. Оснований для переоценки у  суда округа не имеется.  

Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 287, ст. 289, ст.290 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Воронежской области от 21.03.2023 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2023 по делу №  А14-9/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Судебную коллегию Верховного Суда Российской  Федерации в порядке, предусмотренном ст. 291.1 АПК РФ.  

Председательствующий С.Э. Гнездовский  

Судьи Т.Ф. Ахромкина  

 ФИО1