АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-9778/22 

Екатеринбург

16 февраля 2023 г.

 

Дело № А47-16544/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 14 февраля 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме  16 февраля 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Сухановой Н. Н.,

судей Гавриленко О.Л., Жаворонкова Д.В. 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Тихомировой А. А. рассмотрел в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Оренбургской области  кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Инженерные технологии» (далее – общество «Инженерные технологии», налогоплательщик) и Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 13 по Оренбургской области (далее – налоговый орган, инспекция) на решение Арбитражного суда Оренбургской области от 20.05.2022 по делу № А47-16544/2020 и  постановление Восемнадцатого  арбитражного апелляционного суда    от 21.11.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в здание Арбитражного суда Оренбургской области приняли участие представители:

общества «Инженерные технологии» - ФИО1 (доверенность от 20.07.2022, диплом), ФИО2 (доверенность от 13.02.2022), 

инспекции – ФИО3 (доверенность от 09.09.2022, диплом), ФИО4 (доверенность от 08.12.2021).

Общество «Инженерные технологии» обратилось в Арбитражный суд Оренбургской области с заявлением к инспекции о признании недействительным решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 18.08.2020 № 16-25/3989, за исключением штрафа в размере 250 рублей по пункту 1 статьи 126.1 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) (с учетом уточнения требований, принятых судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Инспекция Федеральной налоговой службы по Ленинскому району г. Оренбурга переименована в Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 13 по Оренбургской области.

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 20.05.2022 заявленные требования удовлетворены.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда                  от 21.11.2022 решение суда изменено, абзацы 2 и 3 резолютивной части  решения изложены в следующей редакции: 

Требования  общества «Инженерные технологии» удовлетворить частично.  

Признать недействительным решение инспекции Федеральной налоговой службы по Ленинскому району г. Оренбурга от 18.08.2020                                     № 16-25/3989 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части доначисления налога на добавленную стоимость в сумме 3 206 700 рублей, налога на прибыль организаций в сумме 7 793 478 рублей, штрафов по пунктам 1 и 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации и пени в соответствующих суммах.

В остальной части решение арбитражного суда оставить без изменения.

Общество «Инженерные технологии» с постановлением  апелляционной  инстанции не согласно в части изменения решения суда первой инстанции, полагает, что выводы, содержащиеся в оспариваемом судебном акте, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, ссылаясь в обоснование возражений  на следующее.

При проведении налогового контроля в целях определения фактической цены сделки между взаимозависимыми лицами, в которой предполагается занижение суммы налога, подлежащего уплате в бюджетную систему Российской Федерации, пунктом 1 статьи 105.7 Налогового кодекса Российской Федерации  (далее – НК РФ) установлено применение следующих методов: 1) метод сопоставимых рыночных цен; 2) метод цены последующей реализации; 3) затратный метод; 4) метод сопоставимой рентабельности; 5) метод распределения прибыли.

В спорном  эпизоде налоговый  орган должен доказать взаимозависимость между обществом «Инженерные технологии» и обществом с ограниченной ответственностью «Снабсервис» (далее – общество «Снабсервис», спорный контрагент) и при ее установлении - определить фактическую цену сделки между взаимозависимыми лицами с использованием методов, предусмотренных пунктом 1 статьи 105.7 НК РФ.

Общество «Инженерные технологии»  обращает внимание,  что инспекция  указывая на подконтрольность ему  общества «Снабсервис» просто перенесла налоговую обязанность с одной стороны сделки на другую, доначислив спорные суммы налога на добавленную стоимость (далее – НДС) и налога на прибыль организаций, что поддержал и суд апелляционной инстанции.

При этом  налоговый орган в качестве доказательств взаимозависимости налогоплательщика и общества «Снабсервис» ссылается на то, что заявитель является производителем запорной арматуры и занимает преимущественное положение на рынке; согласно показаниям свидетелей, должностные лица указанных обществ находились в родственных отношениях и служебной зависимости; продукция обществу «Инженерные технологии» реализовывалась по себестоимости; денежные средства, полученные обществом «Снабсервис»,  возвращены налогоплательщику; дооборудование полученных обществом «Снабсервис» отсечных клапанов производилось за счет материалов и запчастей налогоплательщика; по цепочке сделок между заявителем - обществом «Снабсервис» - обществом с ограниченной ответственностью «РусТЭК-Индустрия» - акционерным обществом «СХЗ» основным выгодоприобретателем является общество «Инженерные технологии».

Податель кассационной жалобы отмечает, что апелляционный суд, отдавая преимущество показаниям свидетеля ФИО5, работавшего слесарем в обществе «Инженерные технологии» в 2016-2018 годах, опрошенного без предупреждения об уголовной и налоговой ответственности за дачу заведомо ложных показаний, критически отнесся к показаниям иных 25 свидетелей, опровергающих показания данного лица. Указанные 25 свидетелей, как действующие, так и бывшие работники налогоплательщика, контрагентов и т.д. сообщили сведения, которые объективно должны были быть им известны в силу должностных полномочий.

Напротив, объяснения данного лица также подтверждают фактическое исполнение обществом «Снабсервис» договоров,  как с налогоплательщиком, так и с обществом «РусТЭК Индустрия», а именно предоставление в указанный период ФИО6. на территории налогоплательщика производственных площадей, на которых он самостоятельно организовал производственные операции с запорной арматурой.

Ни одним из свидетелей не подтверждён факт дружеских отношений ФИО6. и директора  общества «Инженерные технологии».

Заявитель, возражая против вывода о том, что  он являлся производителем, а также гарантом качества отсечных, регулирующих клапанов и приводов, приобретенных обществом «РусТЭК Индустрия» у общества «Снабсервис», (который налоговым органом подкреплен наличием  сертификатов о соответствии произведенных налогоплательщиком  клапанов и приводов требованиям техрегламента Таможенного союза), настаивает на ошибочности такого вывода, ввиду того, что общество «Инженерные технологии» гарантирует качество и сертифицирует продукцию, проведённую непосредственно обществом, на что в свободном доступе предоставляет соответствующую документацию. В материалах проверки имеется документация полученная от общества «Стандарт-тест» в составе которой приобщен паспорт № 0761-15 включающий чертеж изделия подлежащего сертификации, согласно данного чертежа навесное оборудование (приводы) в состав изделия не входят. 

Допрошенный в ходе проверки представитель акционерного общества СХЗ ФИО7 пояснил, что клапана были окрашены в ярко- оранжевый или красный цвет, а установленные на них приводы - в черный, общество «Снабсервис», приобретало и комплектовало заказ для общества «РусТЭК Индустрия», как оборудованием, приобретенным у общества «Инженерные технологии» так и у третьих лиц.

В качестве адреса с которого осуществлялся совместный доступ общества  «Снабсервис» и  налогоплательщика инспекцией указан IP адрес 188.186.238.215, который является статичным адресом и через него осуществляется доступ в интернет общества «Инженерные технологии». Согласно акта на основании заказ от 14.07.2015 № 9511929,  представленного в материалы проверки акционерного общества «Эртелеком Холдинг», обществу «Инженерные технологии» присвоен выделенный IP-адрес и смонтировано оборудование для доступа в сеть интернет с этого адреса включающее в себя маршрутизатор WiFi netgear JW№R2000. 

Таким образом, интернет провайдером на территории налогоплательщика была развернута WiFi сеть и любые устройства выходящие в интернет через нее  получают именно этот IP адрес.

Как следует из акта проверки, доступ к системе Клиент-Банк с адреса, принадлежащего обществу «Инженерные технологии» спорный контрагент осуществлял лишь единожды - 25 октября 2017г.

Сдача обществом «Снабсервис» отчетности с адреса, принадлежащего обществу «Инженерные технологии» в период с 27.04.2017 по 25.10.2017.

Указанные даты полностью согласуются со временем нахождения директора общества «Снабсервис» на территории общества «Инженерные технологии» в целях обсуждения условий и заключения договора поставки и его исполнения.

Кассатор настаивает на отсутствии в материалах дела  доказательств, подтверждающих создание им с обществом «Снабсервис» искусственной схемы движения денежных средств или осуществление расчетов по замкнутой цепочке в целях получения необоснованной налоговой выгоды. Обстоятельства, которые бы свидетельствовали о том, что заявитель принимал участие в осуществлении транзитных платежей между участниками взаимосвязанных хозяйственных операций либо о том, что общество «Инженерные технологии»  использовало особые формы расчетов, свидетельствующие о групповой согласованности хозяйственных операций, в ходе рассмотрения настоящего спора не подтверждены.

Иных доказательств, позволяющих с достоверностью утверждать, кто и как со стороны налогоплательщика  осуществлял контроль за деятельностью общества «Снабсервис» и являлся выгодоприобретателем от создания «схемы по получению необоснованной налоговой выгоды», в материалах настоящего дела не имеется.

Податель кассационной жалобы особо отмечает несостоятельность вывода  инспекции об искажении с его стороны сведений о фактах хозяйственной жизни для получения необоснованной налоговой выгоды,  поскольку конечным приобретателем спорного оборудования являлось акционерное общество «СХЗ», а налоговые вычеты по НДС и расходы по налогу на прибыль организаций были учтены у общества «РусТЭК Индустрия». 

Также ссылается на то, что признание  обществом «Снабсервис»   технической организацией,  должно влечь за собой  отказ в вычете по НДС и уменьшении налогооблагаемой базу по налогу на прибыль организаций, однако для общества «РусТЭК Индустрия» таких налоговых последствий не возникло.

Обращает внимание на несоответствие сумм налогов, указанных в резолютивной части постановления суда апелляционной инстанции (суммы несоответствия указаны в таблице, как один из доводов кассационной жалобы).

Налоговый орган просит принятые по спору судебные акты в части выводов о неправомерном доначислении обществу налога на прибыль организаций по единовременному включению заявителем в расходы затрат по реконструкции объекта «Ремонтно-механическая мастерская» отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать полностью, считая, что  в данной части  решение и постановление приняты с неправильным применением норм материального и процессуального права (статьи 64 - 67, 69, 71, 75 Арбитражного процессуального кодекса российской Федерации, статьи 54.1, 247, 252, 257, 258, 270 НК РФ) приводя доводы о том, что в целях установления всех обстоятельств по исполнению спорной сделки в соответствии со статьей 95 НК РФ, принято постановление о назначении экспертизы на предмет отнесения работ на объекте недвижимого имущества к текущим ремонтным работам или к работам по реконструкции, модернизации здания (сооружения), переустройство которого привело к неотделимым улучшениям технологического или служебного назначения указанного здания. Под подпись ФИО8 разъяснены положения статьи 95 НК РФ, статьи 51 Конституции Российской Федерации. Ознакомление директором общества «Инженерные Технологии» ФИО8 с данным постановлением зафиксировано протоколом от 22.04.2019 № 16-26/1/1 об ознакомлении проверяемого лица с постановлением о назначении экспертизы с разъяснением ему его прав. Экспертиза по спорному вопросу проведена специализированной организацией с соблюдением всех норм законодательства, заключение эксперта обществом не оспорено, какие-либо возражения не заявлены, правами, предусмотренными статьей 95 НК РФ, заявитель не воспользовался.

По результатам проведенного экспертом сравнительного анализа основных характеристик рассматриваемого объекта капитального строительства установлено (стр. 28 заключения эксперта):

-        после проведения исследуемого комплекса ремонтных и строительно-монтажных работ зафиксированы изменения в сторону увеличения всех сравниваемых параметров ТЭП объекта (увеличилась площадь застройки, общая площадь, рабочая площадь);

-        зафиксированы изменения в объемно-планировочных решениях объекта, выраженные в увеличении количества производственных и подсобных помещений и размещение части из них в надстроенных помещениях 2 - го этажа (кабинет, столовая) (стр. 28 заключения эксперта);

-  объем здания после проведения работ стал использоваться более эффективно и рационально;

-  объемно-планировочные решения, реализованные на объекте в ходе работ, позволили повысить эффективность и экономическую целесообразность его использования.

Инспекция обращает внимание, что в соответствии с пунктом 3 «Выводы» заключения от 20.05.2019 №190033 (стр. 29 заключения) экспертом однозначно установлено, что результатом проведения комплекса  исследуемых ремонтных и строительно-монтажных работ, произведенных подрядной организацией общества Строительная фирма «Квадратный метр» на объекте недвижимого имущества общества «Инженерные Технологии», расположенного по адресу: 460034, 

<

...>, литер В8 явилась реконструкция указанного объекта.

 Налоговый орган указывает, что судами нижестоящих инстанций необоснованно принят довод налогоплательщика  о том, что действительная воля сторон направлена на проведение капитального ремонта, суды при этом не учли, что заявитель отразил спорные работы в бухгалтерской отчетности, как текущий, а не капитальный ремонт (при текущем ремонте в принципе не возможно отнести в расходы по таким работам как достройка и перепланировку, проведение которых заявителем не отрицается;  без соответствующего судебного акта по существу спорной сделки (гражданский спор), в котором бы была установлена действительная воля сторон, не обоснованно утверждение о том, что она установлена; в спорном договоре отражено, что проводится реконструкция (пункт 2.1 договора), что и свидетельствует о действительной воле сторон провести реконструкцию.

На основании изложенного, судами отклонено единственное доказательство (заключение эксперта), которое свидетельствует о том, какие работы были проведены по спорной сделке: реконструкция или текущий ремонт.

При этом доначисленные инспекцией суммы по данному эпизоду признаны незаконными исключительно на основании непринятия заключения эксперта, как допустимого доказательства, без каких-либо других оснований и при отсутствии письменных доказательств обратного, поскольку повторная экспертиза не проведена по причине отмены судом назначенной экспертизы без указания причин.

Довод о том, что в материалах отсутствует проект реконструкции, никак не влияет на произведенные подрядчиком работы (и на вид проведенных работ), поскольку изначально общество данные работы поименовало текущим ремонтом (к которому и не должен создаваться проект реконструкции).

Общество и инспекция представили отзывы на кассационные жалобы, в которых просят судебные акты в части разрешенного вопроса в их пользу оставить без изменения.

Проверив законность судебных актов в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд округа пришел к следующим выводам. 

Как следует из материалов дела, инспекцией проведена выездная налоговая проверка общества по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов и сборов за период с 01.01.2017 по 31.12.2017. По результатам проверки вынесено решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 18.08.2020 № 16-25/3989 (далее - решение от 18.08.2020 № 16-25/3989). Заявителю предложено уплатить налог на добавленную стоимость в сумме 11 542 105 рублей, налог на прибыль организаций в сумме 17 063 561 рубль, пени в сумме 5 284 050 рублей и штрафы в соответствии с пунктами 1 и 3 статьи 122, пунктом 1 статьи 126.1 НК РФ с учетом положений статей 112 и 114 НК РФ в размере 5 297 483 рубля.

Основанием для доначисления НДС за 4 квартал 2017 года в сумме                    11 542 105 рублей и налога на прибыль организаций за 2017 год в сумме 12 824 561 рубль, начисления пени и предъявления штрафов в соответствующих суммах явилась установленная инспекцией совокупность обстоятельств, свидетельствующая о направленности действий общества на умышленное уменьшение налоговых обязательств в целях получения налоговой экономии по сделке с контрагентом обществом «Снабсервис».

Инспекцией в ходе выездной налоговой проверки установлено занижение заявителем выручки (доходов) от реализации товаров в результате создания обществом «Инженерные Технологии» формального документооборота по реализации продукции (клапанов), путем вовлечения подконтрольной организации общества «Снабсервис» с целью минимизации налоговых обязательств. По мнению инспекции фактически продукция изготовлена обществом «Инженерные Технологии» и реализована напрямую в адрес общества «РусТЭК Индустрия», минуя подконтрольную ему организацию общество «Снабсервис».

Основанием для доначисления налога на прибыль организаций за 2017 год в сумме 4 239 000 рублей начисления пени и предъявления штрафа в соответствующих суммах явилось завышение обществом «Инженерные Технологии» расходов, учитываемых в целях налогообложения прибыли в результате необоснованного единовременного включения в расходы затрат по достройке, дооборудованию, модернизации и реконструкции объекта «Ремонтно-механическая мастерская».

Не согласившись с выводами инспекции, заявитель подал апелляционную жалобу на указанное решение инспекции в Управление Федеральной налоговой службы по Оренбургской области (далее - управление).

Решением от 04.12.2020 № 16-10/18896@ управления заявителя отказано в удовлетворении апелляционной жалобы.

Не согласившись с принятыми по результатам проверки решением в оспариваемой части общество обратилось в Арбитражный суд Оренбургской области с соответствующим заявлением.

Суд первой инстанции, удовлетворяя требования общества, пришел к выводу о том, что налоговым органом не доказано нарушение обществом пределов осуществления прав по исчислению налоговой базы и суммы налогов, установленных пунктами 1, 2 статьи 54.1 НК РФ.

Суд апелляционной инстанции, отменяя в части судебный акт, принял во внимание доводы инспекции о занижении обществом выручки (доходов) от реализации товаров по сделке с обществом «Снабсервис».

В отношении доначисления сумм налога по операциям с завышением обществом расходов, учитываемых в целях налогообложения прибыли в результате необоснованного единовременного включения в расходы затрат по достройке, дооборудованию, модернизации и реконструкции объекта «Ремонтно-механическая мастерская» суды обеих инстанций исходили из правомерности действий налогоплательщика.

Суд кассационной инстанции, рассмотрев доводы кассационных жалоб, приходит к следующему. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

В силу пункта 7 статьи 3 НК РФ судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, достоверны.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.02.2004 № 3-П разъяснено, что судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 4 постановления от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - Постановление № 53) разъяснил, что налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой (при уплате налогов в большем размере) не может являться основанием для признания налоговой выгоды необоснованной, если соответствующая налоговая экономия получена в связи с осуществлением реальной хозяйственной деятельности.

В пункте 9 Постановления № 53 разъяснено, что установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Судам необходимо учитывать то, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому, если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 04.07.2017 № 1440-О отмечал, что налоговое законодательство не исключает в налоговых правоотношениях действия принципа диспозитивности и допускает возможность выбора налогоплательщиком того или иного метода учетной политики (применения налоговых льгот или отказа от них, применения специальных налоговых режимов и т.п.), которая, однако, не должна использоваться для неправомерного сокращения налоговых поступлений в бюджет в результате злоупотребления налогоплательщиками своими правомочиями. Данная правовая позиция неоднократно подтверждалась Конституционным Судом Российской Федерации применительно к уплате различных налогов и сборов (Постановление от 3 июня 2014 года № 17-П, Определение от 7 июня 2011 года № 805-О-О и др.).

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2021 № 305-ЭС21-18005 следует, что подходы к оценке обоснованности налоговой выгоды в налоговых отношениях, указанные в пунктах 2 - 4 Постановления № 53, сохраняют свою актуальность после принятия Федерального закона от 18.07.2017 № 163-ФЗ, которым часть первая НК РФ дополнена статьей 54.1, конкретизировавшей обстоятельства и условия, принимаемые во внимание при оценке допустимости поведения налогоплательщика.

Положения статьи 54.1 НК РФ направлены на противодействие налоговым злоупотреблениям и получению необоснованной налоговой выгоды за счет причинения ущерба бюджетам публично-правовых образований в результате неуплаты сумм обязательных платежей, которые должны были быть уплачены, если бы злоупотреблений не было.

Таким образом, основанием для признания налоговой выгоды необоснованной является выявление по результатам налогового контроля налоговой экономии, полученной в результате злоупотреблений со стороны налогоплательщика.

Основанием для вывода инспекции об искажении заявителем сведений о фактах хозяйственной жизни и нереальности исполнения сделок спорными контрагентами явились установленные в ходе выездной налоговой проверки следующие обстоятельства:

- общество «Снабсервис» создано 30.03.2017 и осуществление финансово-хозяйственной деятельности велось с 30.11.2017, т.е. незадолго до совершения спорной сделки с обществом, связанной с поставкой клапанов в адрес общества «РусТЭК Индустрия»;

- прекращение 26.12.2018 деятельности общества «Снабсервис» (ИНН 

<

***>) путем реорганизации в форме присоединения к обществу «Снабсервис» (ИНН 

<

***>) после совершения сделки;

- общество «РусТЭК Индустрия» являлось единственным покупателем спорного товара у общества «Снабсервис»;

- общество «Инженерные Технологии» являлось основным поставщиком спорного товара для ощества «Снабсервис»;

- деловая переписка по вопросам поставки оборудования велась непосредственно между обществом «РусТЭК Индустрия» и обществом без привлечения спорного контрагента;

- установлены факты, свидетельствующие о подконтрольности общества «Снабсервис» обществу. Так, руководитель общества «Снабсервис» ФИО6 ранее неофициально являлся сотрудником общества «Инженерные Технологии». Установлено наличие дружеских отношений между ФИО9 (супруг учредителя общества «Инженерные Технологии» ФИО10) и руководителем общества «Снабсервис» ФИО6 Кроме того, ранее ФИО6, ФИО8 (директор общества «Инженерные Технологии») и ФИО9 являлись сотрудниками одной организации – общества с ограниченной ответственностью «Производственная фирма «ТехноАзия» (далее – общество «ПФ «ТехноАзия»);

- общество «Инженерные технологии» и общество «Снабсервис» открыты расчетные счета в одних банках: публичного акционерного общества «Промсвязьбанк» и публичного акционерного общества                                        «АКБ «АК БАРС»;

- осуществление доступа к системе «Клиент-Банк» публичного акционерного общества «Промсвязьбанк», а также направление отчетности общества и общества «Снабсервис» с использованием одного IP-адреса 188.186.238.215, принадлежащего обществу;

- отсутствие у общества «Снабсервис» материальных и трудовых ресурсов, необходимых для осуществления хозяйственной деятельности;

- согласно представленной обществом «РусТЭК Индустрия» информации заключить договор с обществом «Снабсервис» предложено заявителем (письмо от 02.04.2018 № 248/04);

-предоставление обществом спорному контрагенту производственных площадей и оборудования, а также осуществление функций контроля за комплектацией общества «Снабсервис» клапанов и приводов на безвозмездной основе;

- наличие у общества производственных помещений, оборудования и укомплектованного штата сотрудников, необходимых для производства клапанов;

- из свидетельских показаний сотрудника общества ФИО5 следует, что на территории заявителя работники общества «Снабсервис» отсутствовали (протокол опроса от 28.08.2019);

- приобретение (импорт) обществом и отпуск в производство клапанов и приводов по типу соответствующих клапанам, впоследствии реализованным конечному покупателю акционерному обществу «СХЗ». Приобретение обществом «Инженерные технологии» клапанов отсечных и регулирующих с приводами пневматическими подтверждаются сведениями, заявленными в ГТД № 10409070/091217/0002756, согласно которой отправителем указанного товара является SHANGHAI HONG OIU VALVE CO. LTD.;

- согласно товарно-транспортным накладным, а также документам, полученным от организаций, оказывающих автотранспортные услуги и показаниям свидетелей поставка товара осуществлялась напрямую с территории общества в адрес конечного покупателя акционерного общества «СХЗ»;

- из свидетельских показаний специалиста отдела контроля строительства и комплектации акционерного общества «СХЗ» ФИО11 следует, что испытание поставленной продукции в сборе в целом производилось на специализированном оборудовании, принадлежащем обществу, при отсутствии специалистов общества «Снабсервис» (протоколы допроса свидетеля от 16.10.2018 № 2219, от 27.03.2019 № 1);

- изготовление и комплектация спорной продукции производились под конкретный заказ конечному покупателю акционерному обществу «СХЗ» в рамках госзаказа, поэтому производство и комплектация клапана с приводом, с учетом установленной цены контракта, не могли быть произведены и укомплектованы разными производителями без согласования акционерного общества «СХЗ»;

- сертификаты соответствия и паспорта качества на спорное оборудование оформлены обществом;

- наличие у общества «Снабсервис» задолженности перед обществом в сумме 27 867 315,57 рублей. Следует отметить, что согласно сведениям официального сайта федеральных арбитражных судов Российской Федерации: www.arbitr.ru общество для взыскания задолженности с общества «Снабсервис» в судебные органы обратилось лишь после получения акта выездной налоговой проверки (09.07.2019);

- в результате анализа карточек бухгалтерского учета общества по счетам 43 «Готовая продукция», 20 «Основное производство», 62 «Расчеты с покупателями и заказчиками», 90.1 «Доходы», 90.2 «Расходы» установлено, что заявителем спорное оборудование реализовано в адрес общества «Снабсервис» по себестоимости. Таким образом, налоговая нагрузка общества по сделке с обществом «Снабсервис» равна нулю, при этом в адрес конечного потребителя акционерного общества «СХЗ» оборудование реализовано с наценкой 140%;

- невозможность поставки приводов в адрес общества «Снабсервис» номинальными организациями (общества с ограниченной ответственностью «Техинвест» и «Атлантис»). Инспекцией установлено отсутствие у общества «Снабсервис» необходимости приобретения приводов и комплектующих у обществ «Атлантис» и «Техинвест», поскольку клапаны, укомплектованные приводами, на дату приобретения комплектующих, были отгружены в адрес акционерного общества «СХЗ». Фактически общество реализовано в адрес общества «Снабсервис» оборудование соответствующее требованиям конечного получателя – акционерного общества «СХЗ» и не требующее дальнейшей доработки;

- денежные средства, поступившие от общества «РусТЭК Индустрия» на расчетный счет общества «Снабсервис», в дальнейшем перечисляются в адрес общества, обществ «Атлантис» и «Техинвест». При этом в ходе проведения мероприятий налогового контроля инспекцией установлено, что у контрагентов общества «Снабсервис» (обществ «Техинвест» и «Атлантис») и далее по «цепочке», имеющих признаки номинальных организаций, отсутствует возможность для поставки спорных товаров ввиду отсутствия материальных и трудовых ресурсов. Учредитель и руководитель общества «Техинвест» отрицает участие в хозяйственной деятельности данной организации. Налоговая отчетность указанными организациями представляется с минимальными суммами к уплате в бюджет. При анализе движения денежных средств по расчетным счетам обществ «Техинвест» и «Атлантис» налоговым органом установлено отсутствие расходов на приобретение спорных товаров «по цепочке». Движение денежных средств по расчетным счетам обществ «Техинвест» и «Атлантис» носит «транзитный характер» с дальнейшим обналичиванием.

Инспекция в ходе выездной налоговой проверки пришла к выводу о занижении выручки у общества «Инженерные технологии» клапанов в 4 квартале 2017 на сумму 75 664 910,69 руб. (с НДС) (175 964 906,26 руб. – 100 299 995,57 руб.) следовательно, по мнению заинтересованного лица, общество должно было отразить выручку от реализации клапанов с учетом цены последующей реализации клапанов общества «Снабсервис» в адрес общества «РусТЭК Индустрия»  и, соответственно, в книге продаж за 4 квартал 2017 года по контрагенту обществу «Снабсервис» отразить выручку в сумме 175 964 906,26 руб., в том числе НДС 26 842 104,34 руб. (т.е. заявленную обществом «Снабсервис» в книге продаж за 4 квартал 2017 года по контрагенту общества «РусТЭК Индустрия»).

Как следует из материалов судебного дела, основной вид деятельности общества «Инженерные технологии» - «Производство машин и оборудования общего назначения».

Согласно представленным обществом документам, общество «Инженерные технологии» (поставщик) заключило с обществом «Снабсервис» ИНН 

<

***> (покупатель) договор на создание и поставку продукции от 01.11.2017 № 01/11-01-ИТ, в соответствии с которым поставщик обязуется изготовить и поставить покупателю отсечные клапаны с пневмоприводами и регулирующие клапаны различных марок. Общая стоимость поставляемой продукции составляет 100 299 995,57 руб., в т.ч. НДС - 15 299 998,64 руб.

В соответствии со спецификацией к договору предметом поставки являлись: отсечные клапаны с пневмоприводами различных модификаций; регулирующие клапаны различных модификаций.

Согласно договору поставки от 01.11.2017 № РТИ /2017-56 общество «Снабсервис» (поставщик) поставляет в адрес общества «РусТЭК Индустрия»). (покупатель) отсечную и регулирующую арматуру согласно спецификации. Изготовителем товара, согласно условиям договора, является общество «Инженерные технологии». Цена товара в соответствии со спецификацией составляет 175 964 906,26 руб., в т.ч. НДС 26 842 103,34 руб.

В книге продаж общества «Инженерные технологии» (раздел 9 налоговой декларации по НДС) за 4 квартал 2017 года отражена реализация по контрагенту обществу «Снабсервис» ИНН 

<

***> в сумме 100 299 995,57 руб. (в том числе НДС - 15 299 998,64 руб.).

Исходя из представленных документов, общество «Снабсервис» приобрело у налогоплательщика отсечные клапаны с пневмоприводами и регулирующие клапаны различных марок, а также в проверяемом периоде приобретало пневмоприводы и комплектующие у обществ «Атлантис» и «Техинвест».

Далее общество «Снабсервис» осуществило сборку оборудования, которое в дальнейшем реализовано в адрес общества «РусТЭК Индустрия». 

В последующем поставка отсечных клапанов с пневмоприводами и регулирующие клапаны различных марок осуществлялась в рамках выполнения государственного контракта от 23.10.2017 № 00000000259151110002/01.08/2017/324, заключенного между обществом «РусТЭК Индустрия» и акционерным обществом «СХЗ». Цена договора составляет 241 464 905,95 руб., в т.ч. НДС - 36 833 629,72 руб. Место доставки товара покупателю: г. 

<

...>, площадка основного производства акционерного общества «СХЗ».

В подтверждение реальности финансово-хозяйственных операций общество представило в налоговый орган для проверки и в материалы дела договор на создание и поставку продукции, счета-фактуры, товарные накладные.

Хозяйственные операции отражены обществом в бухгалтерском и налоговом учете в установленном порядке, что налоговым органом не оспаривается.

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Судом первой инстанции установлено, что представленные налогоплательщиком документы, в том числе счета-фактуры, содержат все обязательные реквизиты - в них указаны наименование, адрес продавца и покупателя, их ИНН/КПП, подписи руководителей, т.е. документы соответствуют требованиям, предъявляемым статьей 169 НК РФ.

При соблюдении контрагентом требований по оформлению необходимых документов, оснований для вывода о недостоверности либо противоречивости сведений, содержащихся в упомянутых счетах-фактурах, не имеется, если не установлены обстоятельства, свидетельствующие о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о предоставлении продавцом недостоверных либо противоречивых сведений (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.04.2010 № 18162/09). 

Основания полагать, что налогоплательщик располагал сведениями о недобросовестности контрагентов отсутствуют.

Так, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что  право на отнесение расходов при исчислении налога на прибыль организаций и получением вычетов по НДС не связано с соотношением величины расходов и доходов контрагента, с наличием персонала, основных средств и складских помещений, а также наличия платежей, направленных на обеспечение ведения финансово-хозяйственной деятельности (аренду имущества, коммунальные услуги, электроэнергию).

Отсутствие у контрагентов налогоплательщика трудовых и материальных ресурсов, не указывает на невозможность осуществления хозяйственных операций обществом, и не является доказательством недобросовестности. Гражданское законодательство предполагает привлечение контрагентом третьих лиц для исполнения обязательств по договору. Действующее законодательство не запрещает подобные действия, являющиеся нормальной деловой практикой. 

Кроме того, заинтересованным лицом указанный вопрос не был исследован в ходе выездной налоговой проверки. Инспекция ограничилась лишь констатацией отсутствия по данным ФИР у контрагентов необходимых, по мнению инспекции, ресурсов для выполнения обязательств по договорам поставки товара и оказанием услуг по перевозке груза. То, что контрагенты заявителя не имели в собственности транспортные средства, не влияет на их способность выполнять договорные обязательства.

Доводы, на которые ссылается налоговый орган в обоснование своей позиции об отсутствии реальных взаимоотношений налогоплательщика и контрагентов ввиду отсутствия у последних необходимых условий для осуществления экономической деятельности и невозможности осуществления ими фактических услуг в адрес налогоплательщика, судом отклоняются как противоречащие правовым позициям Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенным в постановлении Президиума 03.07.2012 № 2341/12, а также в определениях Верховного Суда Российской Федерации № 305-КГ16-10399 от 29.11.2016, № 305-КГ16-14921 от 06.02.2017.

Согласно позиций высших судебных инстанции, сформулированных в указанных судебных актах, установление налоговым органом в отношении спорного контрагента негативных признаков, характеризующих его как номинальную структуру (отсутствие управленческого, технического персонала, основных средств, производственных активов и транспортных средств) само по себе не может быть положено в основу вывода о нереальности рассматриваемой хозяйственной операции.

Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды как по налогу на прибыль, так и по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика.

На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

При этом действующее законодательство не содержит положений, обязывающих налогоплательщика нести ответственность за действия своих контрагентов и третьих лиц, и, более того, не наделяет налогоплательщика подобными полномочиями в силу того, что общество не является контролирующим органом, уполномоченным проводить встречные проверки.

Согласно Определению Конституционного Суда Российской Федерации от 16.10.2003 г. № 329-О истолкование статьи 57 Конституции Российской Федерации в системной связи с другими положениями Конституции Российской Федерации не позволяет сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет.

Невыполнение или неполное исполнение контрагентами и третьими лицами общества своих налоговых обязанностей, в том числе, за счет указания в отчетности незначительных сумм, сокрытия наличия основных средств и действительного количества работников, использования расчетов с нанятыми работниками, оплату аренды и других расходов наличными средствами (при таких расчетах денежные средства через банковский счет не проходят), а также перевод денежных средств в иные организации, не означает, что заявитель, проявивший надлежащую осмотрительность при их выборе и не располагающий возможностью влиять на выполнение контрагентами и третьими лицами их конституционных обязанностей, лишается права на вычеты по НДС или утрате права на включение соответствующих расходов при исчислении налога на прибыль организаций.

Отказ в праве на вычет «входящего» налога обусловливается фактом неисполнения обязанности по уплате НДС контрагентом налогоплательщика или (и) поставщиками предыдущих звеньев в той мере, в какой это указывает на отсутствие экономического источника вычета (возмещения) налога, но один лишь этот факт не может быть достаточным, чтобы считать применение налоговых вычетов покупателем неправомерным. Лишение права на вычет НДС налогоплательщика- покупателя, который не преследовал цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, а при отсутствии такой цели - не знал и не должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях, действуя в рамках поведения, ожидаемого от разумного участника хозяйственного оборота, по существу означало бы применение меры имущественной ответственности за неуплату налогов, допущенную иными лицами, в том числе, при искажении ими фактов своей хозяйственной деятельности, к налогоплательщику-покупателю, не имевшему возможности предотвратить эти нарушения и (или) избежать наступления их последствий. Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного суда Российской Федерации от 14.05.2020 № 307-ЭС19-27597.

Оценивая материалы проверки в совокупности и взаимосвязи, необходимо, чтоб налоговым органом был доказан факт, свидетельствующий о создании налогоплательщиком схемы, направленной на получение необоснованной налоговой выгоды, в частности, ввиду аффилированности и подконтрольности контрагентов самому налогоплательщику, и неуплате в бюджет налога на прибыль и налога на добавленную стоимость в результате создания этой схемы. Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного суда Российской Федерации от 23.11.2020                                                                   № 305-ЭС20-17829.

Такие доказательства и доводы налоговым органом не приведены, из материалов проверки и выводов налогового органа не следует, что налоги не уплачены обществом, или его контрагентом, а также контрагентами 2-ого и 3-ого звеньев, а также производителем товара. Так же не установлены факты подконтрольности и аффилированной подконтрольности контрагентов налогоплательщику.

В ходе рассмотрения судебного дела налоговым органом также не представлено доказательств непредставления контрагентом декларации по НДС и налогу на прибыль организаций за спорные периоды и не отражения спорных операции по реализации, исчисление и последующее перечисление налога с них.

Кроме того, нарушений, выявленных в ходе выездных или камеральных проверок по заявленным контрагентам в рамках исполнения ими спорных сделок налоговым органом не представлено.

Если товар и услуги был получены, работы выполнены и оплачены, то недостатки в оформлении документов не должны влиять на налоговые последствия у налогоплательщика.

Суд кассационной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии доказательств взаимозависимости между налогоплательщиком и его контрагентом, о наличии противоречий в свидетельских показаниях, о неподтвержденности систематического осуществления доступа к системе «Клиент-Банк» публичного акционерного общества «Промсвязьбанк», а также направление отчетности общества и общества «Снабсервис» с использованием одного IP-адреса 188.186.238.215, принадлежащего обществу (факт направления отчетности и пользование системой интернет связи на территории общества однократно не может являться таким доказательством), уплату налогов всеми получателями товара.  

Доводы заинтересованного лица о подконтрольности заявителю общества «Снабсервис»  основаны на предположениях о знакомстве должностных лиц общества «Снабсервис» и общества «Инженерные Технологии», наличии дружеских отношений, а также на осуществлении данными лица трудовой деятельности в одной организации -                                      обществе «ПФ «ТехноАзия». 

Данные выводы налогового органа основаны на свидетельских показаниях ФИО12 (уборщицы общества «Инженерные Технологии»), ФИО13 (бывшей супруги директора общества «Снабсервис») и сотрудников общества «ПФ «ТехноАзия» ФИО14 и ФИО15 При этом доводы инспекции о том, что ФИО6 в 2015 - 2018 годы осуществлял неофициально трудовую деятельность в обществе «Инженерные Технологии» документально не подтверждены.

Налоговым органом должны были быть доказаны взаимозависимость между налогоплательщиком и обществом «Снабсервис», и, как следствие этого, определена фактическая цена сделки между взаимозависимыми лицами с использованием методов, предусмотренных пунктом 1                                 статьи 105.7 НК РФ.

Фактически инспекцией перенесена налоговая обязанность с одной стороны сделки на другую.

Довод инспекции о создании общества «Снабсервис» в интересах заявителя и использовании данного контрагента для минимизации налоговых обязательств, судом первой инстанции обоснованно был отклонен как носящий предположительный характер, исходя из следующего.

На момент регистрации общества «Снабсервис» (30.03.2017) решение о его создании не могло быть связано со спорной сделкой, поскольку государственный контракт, в рамках которого осуществлялась спорная поставка, заключен 23.10.2017.

Кроме того, после завершения операций общества по спорной сделке с обществом «Снабсервис» данная организация продолжала деятельность, не связанную с сотрудничеством с налогоплательщиком, а именно: заключало за свой счет сделки с третьими лицами, в том числе приобрело дорогостоящее оборудование, что свидетельствует о самостоятельности и реальности хозяйственной деятельности спорного контрагента.

Как следует из анализа движения денежных средств по расчетному счету общества «Снабсервис», установлено получение данной организацией оплаты за оборудование от обществ «ИВА», «Оренбургская Тампонажная Компания» и «РМНТК-Термические системы». При этом обстоятельства данных поставок налоговым органом не опровергнуты.

Кроме того, не опровергнут заинтересованным лицом также тот факт, что общество «Снабсервис» осуществляло платежи на обеспечение реальной хозяйственной деятельности (на оплату заработной платы, налогов и взносов, арендных платежей, а также мебели, оргтехники и другие). Кроме того, общество «Снабсервис» за 4 квартал 2017 года представлена декларация по НДС с суммой налога к уплате в размере 3 206 523 руб.

Ссылка заинтересованного лица о том, что сделки с указанными организациями осуществлялись в 1 квартале 2018 года, то есть за пределами проверяемого периода, вместе с тем не свидетельствует об их нереальности и не ведении обществом «Снабсервис» реальной финансово - хозяйственной деятельности.

Приводимые возражения налогового органа о том, что  перечисление денежных средств является распространенным способом создания видимости реальной хозяйственной операции и сам факт движения денежных средств по расчетному счету не может бесспорно подтверждать реальность хозяйственной операции, судом  первой инстанции также отклонен, как носящий вероятностный характер и не подтвержденный материалами судебного дела.

Выручка от продаж общества «Инженерные Технологии» в 2017 году составила 580 млн. рублей, при этом сделка с обществом «Снабсервис» на сумму 100 млн. рублей не являлась определяющей для его деятельности. Обществом в 2017 году получена чистая прибыль в размере 95 млн. рублей, прибыль от продаж - 125 млн. рублей, рентабельность деятельности общества «Инженерные Технологии», превышающая среднеотраслевые значения (около 6%) в 4 раза. Безусловных доказательств обратного заинтересованным лицом не представлено.

Доводы инспекции о том, что переговоры между обществом «РусТЭК Индустрия» и общества «Инженерные Технологии» осуществлялись напрямую, без участия общества «Снабсервис», судом также  отклонены, поскольку заинтересованным лицом не исследованы все фактически обстоятельства предшествующие заключению сделки и не дана оценка проводимой деловой переписки между данными организациями после заключения договоров по спорной сделке в рамках их исполнения.

При этом, как следует из материалов дела, в переписке общества «Инженерные Технологии» указано на участие в цепочке поставки общества «Снабсервис», кроме того, инспекцией не учтена информация, представленная обществом «РусТЭК Индустрия» в письме от 02.04.2018 № 248/04.

Судом первой инстанции заключено, что сам по себе факт того, что производителем продукции, поставляемой обществом «Снабсервис» в адрес общества «РусТЭК Индустрия», является заявитель, не противоречит действующему законодательству и является распространенной коммерческой практикой.

Кроме того, сам по себе факт основной реализации обществом «Снабсервис» в 2018 году товаров в адрес общества «Инженерные Технологии» и общества «Научно производственное предприятие «Индустрия», не может свидетельствовать о его недобросовестности.

Судом принято во внимание, что обществом «Снабсервис» также реализовано оборудование в адрес общества «РусТЭК Индустрия» на общую сумму 175 964 906,00 рублей.

Исходя из фактических обстоятельств  дела Арбитражный суд Оренбургской области  пришел  к  обоснованному выводу о том, что суждения заинтересованного лица о заключении договора между обществом «Снабсервис» и налогоплательщиком с целью получения налоговых льгот, не основаны на безусловных доказательствах.

Доказательства, свидетельствующие об обналичивании или возвратности денежных средств обществом налоговым органом не приведены.

Факт наличия у общества «Инженерные технологии» и общества «Снабсервис» расчетных счетов в одних банках: публичного акционерного общества «Промсвязьбанк» и публичного акционерного общества                               «АКБ «АК БАРС» также не свидетельствует о подконтрольности или взаимозависимости заявителя и контрагента.

Факт доработки запорно-регулирующей арматуры, поставленной обществом «Снабсервис» в адрес общества «РусТЭК Индустрия», подтверждается заключенными обществом «Снабсервис» договорами на приобретение комплектующих у иных контрагентов (в том числе общество с ограниченной ответственностью «Конкорд»).

Кроме того, факт поставки обществом «РусТЭК  Индустрия» в адрес акционерного общества «СХЗ» продукции, произведенной обществом «Инженерные Технологии» и отражение в договорах адреса поставки конечного получателя также свидетельствует о реальном участии общества «Снабсервис» в поставке спорного оборудования.

Кроме того, как установлено судом первой инстанции,  оформление актов приемо-сдаточных испытаний на фирменных бланках производителя запорно-регулирующей арматуры (общество «Инженерные Технологии») не противоречит действующему законодательству, поскольку именно заявителем произведено испытание данного оборудования.

В оспариваемом решении не приведены доказательства причинения ущерба бюджету, поскольку факт уплаты налогов обществами «Инженерные Технологии» и «Снабсервис» заинтересованным лицом не оспаривается.

Из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 25.07.2001 № 138-О и от 15.02.2005 № 93-О, следует, что для подтверждения недобросовестности налогоплательщика налоговому органу необходимо представить доказательства совершения сторонами по сделке умышленных совместных действий в целях получения необоснованной налоговой выгоды, убыточности предпринимательской деятельности налогоплательщика, фиктивности хозяйственных операций, неосуществления налогоплательщиком экономической деятельности, для которой приобретались товары и другие доказательства.

Однако таких доказательств инспекция при рассмотрении дела не представила.

Следовательно, общество, осуществляя в проверяемый период деятельность, направленную на получение дохода, произвело экономически оправданные затраты, выраженные в денежной форме и оформленные соответствующими первичными документами.

Противоречия в доказательствах, подтверждающих последовательность товародвижения, но не опровергающих сам факт поступления товара налогоплательщику, равно как и факты неисполнения соответствующими участниками сделок (поставщиками первого, второго и более дальних звеньев по отношению к налогоплательщику) обязанности по уплате налогов сами по себе не могут являться основанием для возложения соответствующих негативных последствий на налогоплательщика, выступившего покупателем товаров.

Суд округа констатирует, исходя из вышеизложенного, что  суд первой инстанции с достаточной полнотой выяснил имеющие значение для дела обстоятельства, его выводы основаны на доказательствах, указание на которые содержатся в решении суда и которым дана оценка в соответствии со статьями 67, 68, 71 АПК РФ. 

С учетом изложенного, суд кассационной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции  о неправомерности доначисления налоговым органом обществу НДС за 4 квартал 2017 года в сумме 11 542 105 рублей и налога на прибыль организаций за 2017 год в сумме 12 824 561 рубль, начисления пени и предъявления штрафов по сделке с обществом «Снабсервис». 

Поскольку решение суда первой инстанции вынесено в соответствии с установленными обстоятельствами дела и с учетом подлежащих применению норм материального права, у суда апелляционной инстанции не имелось оснований для его изменения, выводы суда апелляционной инстанции основаны исключительно на переоценке доказательств.

Таким образом, на основании пункта 5 части 1 статьи 287 АПК РФ по данному эпизоду постановление апелляционного суда подлежит отмене, а решение суда первой инстанции оставлению в силе.

Относительно эпизода, связанного с завышением обществом «Инженерные технологии» расходов, учитываемых в целях налогообложения прибыли в результате необоснованного единовременного включения в расходы затрат по достройке, дооборудованию, модернизации и реконструкции объекта «Ремонтно-механическая мастерская» судами установлены следующие обстоятельства.

04.07.2017 между обществом «Инженерные технологии» (заказчик) с обществом «Строительная фирма «Квадратный метр» (подрядчик) заключен договор № 04/07/01/ИТ на выполнение работ по текущему ремонту (общестроительные работы и электромонтажные работы) объектов, расположенных по адресу: 

<

...>. Согласно условиям данного договора подрядчик обязуется исполнять полученные указания заказчика, если такие указания не противоречат условиям договора и не представляют собой вмешательство в оперативно-хозяйственную деятельность подрядчика.

В подтверждение произведенных расходов обществом «Инженерные технологии» представлены счет-фактура от 29.12.2017 № 52, акт о приемке выполненных работ (форма КС-2) от 29.12.2017 № 1, справка о стоимости выполненных работ и затрат (форма КС-3) от 29.12.2017 № 1, согласно которым стоимость указанных работ составила 64 910 355,48 рублей (в том числе НДС 9 901 579,65 рублей).

В соответствии с актом о приемке выполненных работ (форма КС-2) от 29.12.2017 № 1 обществом «Строительная фирма «Квадратный метр» выполнены работы на следующих объектах: ремонтно-механической мастерской, главного корпуса, склада хранения сыпучих материалов, здания склада спецодежды, благоустройство территории.

Как установлено судами, заявителем арендованы объекты недвижимого имущества (двух-одноэтажное административное здание с подвалом; главный корпус; одно-двухэтажная закрытая стоянка автомобилей; одно-двухэтажное здание ремонтно-механической мастерской, литер В8 (общая площадь 675,6 квадратных метров); одноэтажное здание - склад спецодежды; земельный участок (общая площадь 364 квадратных метра); земельный участок (площадью 22 370 квадратных метров); склад хранения сыпучих материалов; железнодорожный тупиковый путь необщего пользования), расположенные по данному адресу, по договору недвижимого имущества от 05.05.2015 № 05/05/15-01, заключенному с индивидуальным предпринимателем ФИО10

Согласно условиям данного договора арендатор обязуется производить за свой счет текущий ремонт арендуемого недвижимого имущества. Капитальный ремонт, вызванный потребностями арендатора, арендатор производит без письменного согласия арендодателя.

Из представленных индивидуальным предпринимателем ФИО10 документов следует, что ею согласовано проведение обществом «Инженерные Технологии» любого вида ремонта и реконструкции всех помещений и территории производственной базы по  указанному выше адресу. 

При этом предоставленные индивидуальным предпринимателем ФИО10 в аренду заявителю объекты недвижимого имущества приобретены ею в 2015 году у общества «Буровая компания ОАО «Газпром».

Инспекция пришла к выводу о том, что при проведении подрядных работ объект основных средств «Ремонтно-механическая мастерская» (далее - спорный объект) приобрел новые неотделимые части: надстройка помещений столовой и кабинета, расположенных на 2-м этаже, перепланировка и расширение объекта капитального строительства, которые составили с ним единое целое и изменили показатели работы (качество применения) в лучшую сторону.

Однако расходы, связанные со строительными работами на спорном объекте, на сумму 21 195 001,42 рубль, единовременно учтены заявителем в составе расходов при исчислении налога на прибыль организаций за 2017 год.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 252 НК РФ расходами (за исключением расходов, указанных в статье 270 НК РФ) признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных статьей 265 НК РФ, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком, при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода. Расходы в зависимости от их характера, а также условий осуществления и направлений деятельности налогоплательщика подразделяются на расходы, связанные с производством и реализацией, и внереализационные расходы.

Пунктом 5 статьи 270 НК РФ предусмотрено что, при определении налоговой базы не учитываются расходы в виде расходов по приобретению и (или) созданию амортизируемого имущества, а также расходы, осуществленные в случае достройки, дооборудования, реконструкции, модернизации, технического перевооружения объектов основных средств.

Согласно пункту 1 статьи 258 НК РФ капитальные вложения, произведенные арендатором с согласия арендодателя, стоимость которых не возмещается арендодателем, амортизируются арендатором в течение срока действия договора аренды исходя из сумм амортизации, рассчитанных с учетом срока полезного использования, определяемого для арендованных объектов основных средств в соответствии с Классификацией основных средств, утверждаемой Правительством Российской Федерации.

Таким образом, исходя из данных норм, для целей налогообложения прибыли порядок учета расходов на ремонт основных средств отличается от порядка учета расходов на достройку, дооборудование, реконструкцию, модернизацию и техническое перевооружение основных средств, которые увеличивают первоначальную стоимость объекта основных средств и подлежат списанию для целей налогообложения через механизм амортизации в соответствии со статьями 256 - 259 НК РФ, соответственно, налоговое законодательство разделяет понятие ремонт, который может быть как текущим, так и капитальным, и понятие капитальные вложения, которые осуществляются в форме достройки (дооборудования), реконструкции, модернизации, технического перевооружения.

При этом в первом случае, если работы носят характер текущего или капитального ремонта (цель - поддержание объекта в рабочем состоянии), то расходы единовременно уменьшают налогооблагаемую прибыль арендатора, во втором случае, если расходы осуществлены в виде капитальных вложений, они увеличивают стоимость основных средств и амортизируются арендатором.

Для целей налогообложения прибыли порядок учета расходов на ремонт основных средств отличается от порядка учета расходов на достройку, дооборудование, реконструкцию, модернизацию и техническое перевооружение основных средств, которые увеличивают первоначальную стоимость объекта основных средств и подлежат списанию для целей налогообложения через механизм амортизации в соответствии со статьями 256 - 259 НК РФ, соответственно, налоговое законодательство разделяет понятие ремонт, который может быть как текущим, так и капитальным, и достройку (дооборудования), реконструкции, модернизации, технического перевооружения.

Согласно абзацу 2 пункта 16 Письма Госкомстата России от 09.04.2001 № МС-1-23/1480 под расходами на проведение ремонта (текущего, среднего и капитального) подразумевается стоимость работ по поддержанию объектов основных фондов в рабочем состоянии в течение срока их полезного использования, не приводящих к улучшению первоначальных нормативных показателей функционирования.

С учетом указанных нормативных положений, ремонт основных средств (в том числе капитальный) отличается от реконструкции (модернизации) основных средств целями и результатами. Для квалификации проведенных работ имеют значение не их виды, а цель их проведения и последствия для объекта. Под реконструкцией понимается изменение параметров объектов или их участков (частей), которое влечет за собой изменение первоначально установленных показателей функционирования (мощности, грузоподъемности и других). Под ремонтом понимаются работы по поддержанию объектов основных фондов в рабочем состоянии в течение срока их полезного использования, не приводящих к улучшению первоначальных нормативных показателей функционирования. При этом, в рамках ремонта или реконструкции (модернизации) могут выполняться одинаковые виды работ.

Данный правовой подход основан на правовой позиции, сформированной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.02.2011 № 11495/10, согласно которой положения пункта 2 статьи 257 НК РФ не ставят квалификацию работ, увеличивающих стоимость основных средств, в зависимость от того, в каком объеме и какие части основного средства заменены. Для квалификации работ имеет значение цель их проведения и последствия для объекта.

Понятия достройки (дооборудования), реконструкции, модернизации, технического перевооружения (в результате которых налогоплательщик должен увеличить первоначальную стоимость основного средства) содержатся непосредственно в НК РФ.

Так, в соответствии с пунктом 2 статьи 257 НК РФ к работам по достройке, дооборудованию, модернизации относятся работы, вызванные изменением технологического или служебного назначения оборудования, здания, сооружения или иного объекта амортизируемых основных средств, повышенными нагрузками и (или) другими новыми качествами.

К реконструкции относится переустройство существующих объектов основных средств, связанное с совершенствованием производства и повышением его технико-экономических показателей и осуществляемое по проекту реконструкции основных средств в целях увеличения производственных мощностей, улучшения качества и изменения номенклатуры продукции.

К техническому перевооружению относится комплекс мероприятий по повышению технико-экономических показателей основных средств или их отдельных частей на основе внедрения передовой техники и технологии, механизации и автоматизации производства, модернизации и замены морально устаревшего и физически изношенного оборудования новым, более производительным.

В соответствии с пунктом 1 статьи 11 НК РФ институты, понятия и термины гражданского, семейного и других отраслей законодательства Российской Федерации применяются в том значении, в каком они используются в этих отраслях законодательства.

Понятия капитального ремонта и реконструкции содержатся и Градостроительном кодексе Российской Федерации (далее - ГрК РФ), в соответствии с пунктом 14.2 статьи 1 которого капитальный ремонт объектов капитального строительства (за исключением линейных объектов) это замена и (или) восстановление строительных конструкций объектов капитального строительства или элементов таких конструкций, за исключением несущих строительных конструкций, замена и (или) восстановление систем инженерно-технического обеспечения и сетей инженерно-технического обеспечения объектов капитального строительства или их элементов, а также замена отдельных элементов несущих строительных конструкций на аналогичные или иные улучшающие показатели таких конструкций элементы и (или) восстановление указанных элементов.

Согласно пункту 14 указанной статьи ГрК РФ реконструкцией объектов капитального строительства (за исключением линейных объектов) является изменение параметров объекта капитального строительства, его частей (высоты, количества этажей, площади, объема), в том числе надстройка, перестройка, расширение объекта капитального строительства, а также замена и (или) восстановление несущих строительных конструкций объекта капитального строительства, за исключением замены отдельных элементов таких конструкций на аналогичные или иные улучшающие показатели таких конструкций элементы и (или) восстановления указанных элементов.

Таким образом, критерием разграничения ремонтных работ, осуществляемых в отношении основных средств, является не объем и характер выполненных работ, а цель их выполнения: работы, выполненные для поддержания и частичного улучшения основных характеристик основного средства, подлежат квалификации как капитальный ремонт основного средства; работы, в результате которых изменились функциональные характеристики основного средства, позволяющие эксплуатировать объект по другому назначению или с другой технологией производства, квалифицируются как достройка, дооборудование, реконструкция, модернизация, или техническое перевооружение и являются капитальными вложениями, увеличивающими стоимость амортизируемого имущества.

Суд округа соглашается с судами первой и апелляционной инстанции о том, что вывод инспекции о проведении реконструкции спорного объекта недостаточно обоснован в силу следующего.

В соответствии с актом о выявленных дефектах помещений от 14.02.2017 № 14/02-01 в ремонтно-механической мастерской обнаружены следующие дефекты: растрескивание фундамента, растрескивание стен, растрескивание напольного покрытия, протечка кровли (т. 67, л.д. 27).

Приказом директора общества «Инженерные технологии»                                  от 01.03.2017 № 01/03-01 указано на необходимость проведения текущего ремонта помещений, в том числе, ремонтно-механической мастерской, период проведения ремонта с 01.04.2017 по 31.12.2017, затраты на ремонт списать на прочие расходы.

Из решения налогового органа следует, что выполнены работы, указанные в Разделе 1 «Ремонт Ремонтно-механической мастерской» на общую сумму 21 195 001,42 руб., из которых, в том числе, работы -                                 8 834 826,70 руб., материал - 9 247 358,77 руб. (листы решения 353-357).

В рамках договора подряда в отношении здания ремонтно - механической мастерской (литер В8) выполнены следующие работы: по демонтажу бетонного основания, асфальта под бетонную балку и отдельно стоящие фундаменты; устройство основания под фундаменты ПГС; устройство бетонной подготовки фундамента (устройство ж/б фундаментов); разработка грунта под отдельно стоящие фундаменты; изготовление и монтаж анкерного блока; металлоконструкций каркаса; конька кровли; устройство промышленных бетонных полов с применением материалов: щебень, ПГС, бетон М-300, арматура, франкфурт; выравнивание оснований под отмостку из ПГС; бетонирование отмостки с применением материалов: бетон М-250, ПГС; монтаж и анкеровка плит перекрытия; устройство каркаса из профтрубы для монтажа перегородок; устройство каркаса для монтажа рам ворот; остекление фасада 2-го этажа перегородками из алюминиевых профилей (раздел 1 «Ремонт ремонтно-механической мастерской» акта о приемке выполненных работ (форма КС-2) от 29.12.2017 № 1).

10.04.2019 инспекцией в присутствии главного инженера общества «Инженерные технологии» ФИО16 проведен осмотр территорий                    (

<

...>), установлено нахождение объектов недвижимого имущества, в том числе,  цеха № 1 для механической обработки составных частей ЗРА, отмечено, что на первом этаже цеха имеются раздевалки для рабочих, кабинеты начальника цеха, ОТК, технологов. В части помещения цеха имеются помещения на втором этаже: кабинет охраны труда, столовая, архив и кабинеты для технических работников. Входная группа на второй этаж в виде металлической лестницы.

Из решения налогового органа усматривается, что с целью отнесения работ на объекте к текущим ремонтным работам или к работам по реконструкции, модернизации здания постановлением от 22.04.2019                               № 16-26/1 назначена экспертиза, производство которой поручено обществу «Агентство экспертиз и оценки «Прайд». 

Инспекцией получено заключение эксперта от 20.05.2019 № 190033, на основании которого налоговый орган пришел к выводу об отнесении работ на спорном объекте не к текущему ремонту, а к реконструкции.

В силу статьи 95 НК РФ налоговый орган имеет право при проведении мероприятий налогового контроля привлечь для дачи заключения эксперта.

В соответствии с пунктом 8 статьи 95 НК РФ эксперт дает заключение в письменной форме от своего имени. В заключении эксперта излагаются проведенные им исследования, сделанные в результате их выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы. Если эксперт при производстве экспертизы установит имеющие значение для дела обстоятельства, по поводу которых ему не были поставлены вопросы, он вправе включить выводы об этих обстоятельствах в свое заключение.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 16.07.2009 № 928-О-О, привлечение эксперта в порядке статьи 95 НК РФ позволяет получить при осуществлении мероприятий налогового контроля достоверную и объективную информацию для целей налогообложения.

Соответственно, с учетом возникновения сомнений у налогового органа относительно квалификации выполненных работ (текущий/капитальный ремонт либо реконструкция) средством устранения таких сомнений с целью определения действительной налоговой обязанности общества «Инженерные технологии» по налогу на прибыль, будет являться заключение эксперта.

Судами установлено, что 12.04.2019 эксперт ФИО17 совместно с представителем налогового органа выехал на спорный объект,  при этом, как следует из материалов дела, постановление о назначении экспертизы налоговым органом вынесено только 22.04.2019, заключение эксперта датировано 20.05.2019.

Налоговый орган полагает, что исследование экспертом ФИО17 спорного объекта до назначения экспертизы не является обстоятельством, препятствующим принятию в качество допустимого доказательства.

В соответствии с пунктом 3 статьи 95 НК РФ, в постановлении налогового органа о назначении экспертизы указываются основания для назначения экспертизы, фамилия эксперта и наименование организации, в которой должна быть произведена экспертиза, вопросы, поставленные перед экспертом, и материалы, предоставляемые в распоряжение эксперта.

Пунктом 4 указанной статьи определено, что эксперт вправе знакомиться с материалами проверки, относящимися к предмету экспертизы, заявлять ходатайства о предоставлении ему дополнительных материалов.

Буквальное толкование приведенных норм позволяет прийти к выводу о том, что налоговый орган первоначально при назначении экспертизы определяет объем передаваемых эксперту материалов для исследования, то есть именно с материалами, предоставленными налоговым органом эксперт имеет право работать для дачи заключения. Однако, не исключена ситуация, при которой эксперт уже по результатам работы с первоначальными документами придет к выводу о необходимости получения дополнительных материалов для проведения экспертизы, что также может включать (с учетом объекта экспертизы) и натурное обследование.

Следовательно, проведение экспертизы как процессуальное действие уполномоченного лица определяется моментом назначения такой экспертизы, а эксперт приобретает права и статус эксперта (в рамках каждой конкретной назначенной экспертизы) с момента вынесения соответствующего постановления налоговым органом. До указанного момента, у эксперта отсутствуют правовые и фактические основания для совершения каких-либо действий, в том числе, для проведения экспертизы, которая будет назначена в будущем.

В рассматриваемом же случае, фактически лицо, формально не имеющее отношения к проведению экспертизы (производство по которой еще отсутствовало), совершало действия по осмотру и обмеру конструкций спорного объекта, а в дальнейшем использовало полученные вне какого-либо процессуального порядка сведения для дачи ответов на поставленные налоговым органом вопросы ему, как уже эксперту.

При этом как верно отмечено судами, в постановлении от 22.04.2019                   № 16-26/1 какие-либо сведения о предоставлении в распоряжение эксперта акта либо протокола осмотра от 12.04.2019 отсутствуют.

Ссылка налогового органа на проведение в дальнейшем экспертом осмотра после 22.04.2019 не принимается, поскольку из заключения эксперта следует, что выводы им сделаны на основании результатов осмотра, проведенного 12.04.2019.

Кроме того, в процессе классификации работ эксперт неоднократно приходил к выводу о том, что часть работ, проведенных на спорном объекте является работами по капитальному ремонту: в части устройства фундамента (лист 16), в части устройства конструкций металлического несущего каркаса (лист 17), в части устройства кровельного покрытия (лист 20), в части устройства ограждения наружных стен и перегородок (лист 21), в части устройства полов (лист 22), в части устройства отмостки (лист 23), в части окраски металлоконструкций (лист 25), что свидетельствует об отсутствии логической обоснованности хода и результатов экспертного исследования.

Перед экспертом налоговым органом был поставлен вопрос об отнесении выполненных работ к текущим работам либо к работам по достройке, дооборудованию, реконструкции, модернизации здания, между тем, из содержания исследовательской части заключения экспертом неоднократно указывалось на возможность отнесения ряда работ к капитальным, при этом сделан итоговый вывод о проведении реконструкции спорного объекта, что не позволяет суду прийти к выводу об однозначности и непротиворечивости выводов эксперта с учетом содержания экспертного исследования.

Приведенные выше обстоятельства исключают принятие в качестве допустимого доказательства заключения эксперта с целью категоричного вывода о характере работ как реконструкции спорного объекта.

В силу статьи 65, часть 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение.

Следовательно, с учетом распределения бремени доказывания, на налоговый орган возложена обязанность доказывания неверного учета налогоплательщиком заявленных расходов на проведенный ремонт, что требует от налогового органа представление доказательств соответствующих выводов, которые подлежат оценке судом.

Судами нижестоящих инстанций заключено, что допустимыми доказательствами вывод налогового органа о проведении налогоплательщиком реконструкции спорного объекта не подтвержден, соответственно, у судов отсутствовали основания для сомнения в правильности учета налогоплательщиком по этому эпизоду операций при налогообложении прибыли.

Налогоплательщиком представлены доказательства того, что спорный объект в целях возможности его эксплуатации требовал проведения ремонта, указание в приказе № 01/03-01 от 01.03.2017 на текущий с учетом видов выполненных работ не свидетельствует о проведении обществом реконструкции здания. Проведенные работы с учетом выявленных обществом недостатков здания были направлены на поддержание его в работоспособном состоянии.

В соответствии с подпунктом Б пункта 3 Положения о проведении планово-предупредительного ремонта зданий и сооружений МДС 13-14.2000, утвержденного постановлением Госстроя СССР от 29.12.1973 № 279 (действовал в 2017 г.), к капитальному ремонту производственных зданий и сооружений относятся такие работы, в процессе которых производится смена изношенных конструкций и деталей зданий и сооружений или замена их на более прочные и экономичные, улучшающие эксплуатационные возможности ремонтируемых объектов, за исключением полной смены или замены основных конструкций, срок службы которых в зданиях и сооружениях является наибольшим (каменные и бетонные фундаменты зданий и сооружений, все виды стен зданий, все виды каркасов стен, трубы подземных сетей, опоры мостов и др.). Перечень работ по капитальному ремонту зданий и сооружений приведен в Приложении 8 Положения.

При этом может осуществляться экономически целесообразная перепланировка здания, не вызывающая изменения основных технико-экономических показателей здания.

Экономически обоснованная модернизация здания (монтаж внутренних перегородок), его перепланировка (образование кабинета и столовой), не вызывающие изменения основных технико - экономических показателей здания не свидетельствуют о том, что имели место модернизация и (или) реконструкция в смысле, изложенном в оспариваемом решении.

Из материалов дела не усматривается, что после проведения ремонта здание цеха стало использоваться по иному назначению, чем до ремонта, а его функциональные характеристики изменились таким образом, что спорный  объект является иным чем ранее существовавший.

Кроме того, судами верно учтено то, что согласно пункту 2                          статьи 257 НК РФ реконструкция осуществляется на основании проекта реконструкции основного средства в целях увеличения производственных мощностей, улучшения качества и изменения номенклатуры продукции. Вместе с тем заинтересованным лицом не доказано наличие данного проекта, материалы дела содержат только сметную документацию в отношении работ по капитальному ремонту объекта.

Указание инспекции на свидетельские показания по поводу ведения производственного процесса и расширения производства в 2017 году                        (стр. 362-363 оспариваемого решения) не является однозначным основанием для установления факта реконструкции здания. 

Так, в качестве свидетелей  допрошены сотрудники общества, не имеющие отношения к проводимым ремонтным работам, равно как и не обладающие специальными познаниями в области реконструкции, модернизации либо расширения производства (токари, слесари, начальник отдела сбыта, мастер по ремонту бурового оборудования)

Таким образом, у суда округа не имеется оснований для непринятия   вывода нижестоящих судов о том, что спорные ремонтные работы проведены с целью реконструкции спорного объекта,  в связи с чем следует признать, что судами  правомерно удовлетворены требования заявителя по данному эпизоду.

Все доводы налогового органа, изложенные в кассационной жалобе являются  его позицией по делу, судами рассмотрены и отклонены со ссылкой на установленные по настоящему делу обстоятельства и имеющиеся в деле доказательства с изложением в судебных актах мотивов их непринятия.

Указанные доводы, несмотря на ссылку на нарушение норм материального и процессуального права, по существу выражают несогласие с результатами оценки доказательств, направлены на их переоценку и установление иных фактических обстоятельств, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, определенных                                             в главе 35 АПК РФ.

Несогласие  заинтересованного лица с оценкой судами представленных доказательств и сделанных на ее основе выводов по фактическим обстоятельствам, их иная оценка со стороны налогового органа не может являться основанием для отмены обжалуемых судебных актов в обжалуемой части.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Инженерные технологии» удовлетворить, постановление Восемнадцатого  арбитражного апелляционного суда от  21.11.2022 по делу № А47-16544/2020 Арбитражного суда Оренбургской области в части изменения решения Арбитражного суда Оренбургской области от 20.05.2022 по данному делу   по взаимоотношениям с обществом с ограниченной ответственностью «Снабсервис» отменить. 

В указанной части  оставить в силе решение Арбитражного суда Оренбургской области от 20.05.2022 по данному делу.  

В остальной части  решение Арбитражного суда Оренбургской области от 20.05.2022 по делу № А47-16544/2020 и  постановление Восемнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 21.11.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 13 по Оренбургской области – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                     Н.Н. Суханова

 

Судьи                                                                                  О.Л. Гавриленко

 

                                                                                             Д.В. Жаворонков