АРБИТРАЖНЫЙ СУД СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ

620075 г. Екатеринбург, ул. Шарташская, д.4,

www.ekaterinburg.arbitr.ru   e-mail: info@ekaterinburg.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело №А60-2622/2022

06 июня 2022 года

г. Екатеринбург

 

Резолютивная часть решения объявлена 30 мая 2022 года

Полный текст решения изготовлен 06 июня 2022 года

Арбитражный суд Свердловской области в составе судьи И.В. Хачёва, при ведении протокола судебного заседания помощником судьи М.А. Андрияновой, рассмотрел в судебном заседании дело №А60-2622/2022 по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО5 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 304661727100012)

к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 14 по Свердловской области (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

третье лицо – ФИО1 

о признании недействительным решения № 1 от 31.08.2021 в части,   

при участии в судебном заседании: 

от заявителя – ФИО2, представитель по доверенности от 28.12.2021, предъявлено удостоверение; 

от заинтересованного лица – ФИО3, представитель по доверенности № 03-17/03872 от 04.04.2022, предъявлено удостоверение, ФИО4, представитель по доверенности № 03-17/16509 от 09.01.2020, предъявлено удостоверение;

от третьего лица – представитель не явился.

Лицам, участвующим в деле, процессуальные права и обязанности разъяснены. Отводов составу суда не заявлено. 

Индивидуальный предприниматель ФИО5 обратился в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 14 по Свердловской области о  признании недействительным решения № 1 от 31.08.2021г. о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части: доначисления НДС в сумме 6 007 455 руб. и соответствующих сумм пени; доначисления НДФЛ в сумме 1 510 144 руб. и соответствующих сумм пени; доначисления налога по УСН в сумме 208 311 руб., соответствующих сумм и штрафа в размере 83 324 руб. 40 коп.; привлечения к ответственности по ст. 123 НК РФ за неперечисление (неполное перечисление) в установленный срок НДФЛ (как налоговый агент) в сумме, превышающей 763 руб. (снижение штрафа в 4 раза); привлечения к ответственности по ст. 126.1 НК РФ за ошибки в расчетах 6-НДФЛ за 9 месяцев 2018г. и 12 месяцев 2018г. в сумме, превышающей 250 руб. (снижение штрафа в 4 раза).

Определением суда от 05.03.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО1. 

Рассмотрев материалы дела, суд 

УСТАНОВИЛ:

В отношении индивидуального предпринимателя ФИО5 (далее - ИП, предприниматель, налогоплательщик, заявитель) Межрайонной ИФНС России № 14 по Свердловской области (далее - налоговый орган, инспекция) была проведена выездная налоговая проверка по вопросу правильности исчисления и своевременности уплаты единого налога на вмененный доход, единого налога, уплачиваемого в связи с применением упрощенной системы налогообложения, налога на доходы физических лиц (налоговый агент и от осуществления предпринимательской деятельности), налога на добавленную стоимость, транспортного налога, земельного налога, налога на имущество за период с 01.01.2016г. по 31.12.2018г. и страховых взносов за период с 01.01.2017г. по 31.12.2018г.

Итоги проверки были оформлены актом № 1 от 14.09.2020г., а также дополнением к акту от 28.01.2021г., по результатам рассмотрения которых было принято решение № 1 от 31.08.2021г. о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения по п. 3 ст. 122, ст. 123, ст. 126.1 Налогового кодекса РФ (далее - НК РФ), взыскании налога и пени с общей суммой доначислений - 9 948 971. 82 руб., в том числе:

недоимка - 7 725 910 рублей;

пени - 2 135 685 рублей 42 копейки;

штраф - 87 376 рублей 40 копеек.

Решением от 13.12.2021г. № 13-06/41570 Управления ФНС по Свердловской области решение нижестоящего налогового органа оставлено без изменения.

ИП ФИО5 полагает решение № 1 от 31.08.2021г. о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения (далее - Решение) недействительным.

В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с частями 4 и 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, ненормативный акт, решение и действие (бездействие) органа, осуществляющего публичные полномочия могут быть признаны недействительными (незаконными) при наличии одновременно двух условий: в случае, если данный ненормативный акт, действие (бездействие) не соответствует закону и нарушают права и охраняемые законом интересы заявителя.

ФИО5 является индивидуальным предпринимателем с 1995 года. С момента получения статуса ИП осуществлял деятельность по реализации продуктов питания, строительных и отделочных материалов. В проверяемый период (2016 - 2018 годы) осуществлял торговлю строительными и отделочными материалами по адресу: 

<

...> (с 2005 года), собственником которого стал впоследствии (16.11.2012г.), и в арендованном помещении по адресу ХМ АО, 

<

...> (с 2016 года). Налогоплательщик применял упрощенную систему налогообложения (далее - УСН) с объектом налогообложения «доходы, уменьшенные на величину расходов».

Инспекция установила, что с 2011 года помещение по адресу 

<

...>, используется также предпринимателем ФИО1, приходящейся супругой ИП ФИО5, которая осуществляла торговлю отделочными материалами, сантехникой и сопутствующими товарами, применяя ЕНВД, а также впоследствии УСН с объектом налогообложения «доходы, уменьшенные на величину расходов». ИП ФИО5 в проверяемый период (2016-2018 годы) осуществляла также торговую деятельность в городе Серове Свердловской области (с 2013 года) и городе Югорске ХМАО (с 2015 года).

Посчитав, что таким образом ИП ФИО5 осуществил «дробление» бизнеса путем использования взаимозависимого предпринимателя - ФИО5, применяющей УСН, в целях создания фиктивного документооборота (видимости хозяйственной деятельности), инспекция пришла к выводу, что налогоплательщик фактически создал схему ухода от налогообложения, выразившуюся в выводе из под обложения налогом на прибыль и НДС доходов, полученных от реализации товара путем применения УСН в отношении торговли строительными, отделочными материалами, сантехникой, сопутствующими товарами и получения необоснованной налоговой выгоды посредством применения льготного режима налогообложения.

По результатам налоговой проверки налоговый орган объединил выручку обоих предпринимателей, что повлекло начисление ИП ФИО5 налогов (НДС и НДФЛ) по общей системе налогообложения (далее - ОСН) за 4 квартал 2016 года и 2017 год, а также перерасчет налога, уплачиваемого в связи с применением УСН за 9 месяцев 2016 года и 2018 год, а именно:

1.НДС (стр. 66 Решения) в общей сумме 6 007 455 руб.:

1.1.за 4 квартал 2016 год: 0 руб. (по причине превышения налоговых вычетов над

суммой исчисленного налога на сумму «- 2 542 623 руб.»);

1.2.за 2017 год: + 6 007 455 руб.'

2.НДФЛ (стр. 74 Решения) в общей сумме 1 510 144 руб.:

2.1.за 4 квартал 2016 года: + 215 346 руб.;

2.2.за 2017 год: + 1 294 798 руб.

3.УСН (стр. 111 Решения) в общей сумме 208 311 руб.:

3.1.за 9 месяцев 2016 года: + 437 528 руб.;

3.2.за 2017 год: - 532 383 руб. (переплата по причине перевода инспекцией

налогоплательщика на ОСН);

3.3.за 2018 год: + 303 166 руб.

В соответствии со ст. 23 НК РФ налогоплательщики обязаны вести в установленном порядке учет своих доходов (расходов) и объектов налогообложения, исчислять и уплачивать в установленные сроки законно установленные налоги, представлять в налоговый орган по месту учета налоговые декларации и расчеты в установленном порядке.

Согласно статье 52 НК РФ налогоплательщик самостоятельно исчисляет сумму налога, подлежащую уплате за налоговый период, исходя из налоговой базы, налоговой ставки и налоговых льгот.

Виды налогов и сборов, уплачиваемых налогоплательщиками на территории Российской Федерации, установлены главой 2 НК РФ. В частности, статьями 13 - 15 НК РФ установлен ряд налогов - федеральных, региональных, местных, относящихся к общей системе налогообложения, а п. 7 ст. 12 и ст. 18 НК РФ устанавливают возможность использования специальных налоговых режимов, которые могут предусматривать освобождение налогоплательщиков от обязанности по уплате отдельных федеральных, региональных и местных налогов и сборов, указанных в статьях 13-15 НК РФ.

Согласно п. 1 ст. 34 Конституции РФ каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности. Второй нормой Конституции РФ, закрепляющей идею свободы предпринимательской деятельности, являются правила п. 1 ст. 8 о свободе экономической деятельности, а также о единстве экономического пространства и свободном перемещении товаров, услуг и финансовых средств.

Гражданское законодательство регулирует отношения между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность или с их участием, исходя из того, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг (абз. 3 п. 1 ст. 2 ГК РФ); при этом юридические и физические лица наделены правомочием осуществлять принадлежащие им гражданские права по своему усмотрению (п. 1 ст. 9 ГК РФ).

Еще в 2007 году Конституционный Суд Российской Федерации (определения от 04.06.2007 № 320-О-П и 366-О-П) указал, что налоговые органы не могут оценивать целесообразность, рациональность, эффективность деятельности налогоплательщика или понесенных им расходов с точки зрения полученного результата.

Исходя из принципа свободы экономической деятельности налогоплательщик самостоятельно и единолично оценивает ее эффективность и целесообразность. При этом принцип диспозитивности в налоговых правоотношениях и право налогоплательщика на выбор того или иного метода учетной политики (применение налоговых льгот или отказ от них, применение специальных налоговых режимов и т.п.) не должны использоваться для неправомерного сокращения налоговых поступлений в бюджет в результате злоупотребления налогоплательщиками своими правомочиями.

Положения Налогового кодекса РФ не ограничивают само право налогоплательщиков проводить свои хозяйственные операции так, чтобы налоговые последствия были минимальными, однако в избранном налогоплательщиком варианте сделки (операции) не должно присутствовать признака искусственности, лишенной хозяйственного смысла. Кроме того, налоговый орган не вправе настаивать на том, что налогоплательщик должен был выбрать тот или иной вариант построения хозяйственных операций.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении от 3 июня 2014г. № 17-П, Определении от 4 июля 2017г. № 1440-О, налоговое законодательство допускает возможность выбора налогоплательщиком того или иного метода учетной политики (применения налоговых льгот или отказа от них, применения специальных налоговых режимов и т.п.), которая, однако, не должна использоваться для неправомерного сокращения налоговых поступлений в бюджет в результате злоупотребления налогоплательщиками своими правомочиями.

Применительно к дроблению бизнеса эта позиция выражена в письме ФНС России от 29.12.2018г. № ЕД-4-2/25984: необходимо исключить предъявление необоснованных претензий к разделению бизнеса, не направленному на злоупотребления, поскольку выбор и изменение бизнес-структуры является исключительным правом хозяйствующего субъекта. Следует разграничивать дробление бизнеса, представляющее собой добросовестную реализацию права на свободу экономической деятельности, и искусственное (формальное) дробление бизнеса как форму злоупотребления правом.

Таким образом, согласно нормам гражданского и налогового законодательства хозяйствующие субъекты на свое усмотрение и свой предпринимательский риск выбирают способы ведения предпринимательской деятельности. Налоговые же органы обязаны лишь обеспечить контроль соблюдения налогоплательщиками законодательства о налогах и сборах, а не вменять им доходы исходя из своего видения деловых целей финансово-хозяйственной деятельности и способов достижения экономического эффекта.

Для обоснования вывода о применении налогоплательщиком схемы дробления бизнеса налоговому органу необходимо располагать доказательствами, которые будут однозначно свидетельствовать о совершении налогоплательщиком совместно с подконтрольными ему лицами умышленных согласованных действий, направленных не столько на разделение бизнеса как таковое, сколько на получение в результате применения такой схемы необоснованной налоговой выгоды.

Статьей 346.12 НК РФ предусмотрено, что организации и индивидуальные предприниматели, перешедшие на упрощенную систему налогообложения и применяющие ее в порядке, установленном главой 26.2 Кодекса, признаются налогоплательщиками единого налога, уплачиваемого в связи с применением упрощенной системы налогообложения.

В соответствии с п. 1 ст. 346.11 НК РФ упрощенная система налогообложения организациями и индивидуальными предпринимателями применяется наряду с иными режимами налогообложения, предусмотренными законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

Переход к упрощенной системе налогообложения или возврат к иным режимам налогообложения осуществляется организациями и индивидуальными предпринимателями добровольно в порядке, предусмотренном главой 26.2 Кодекса.

Применение УСН индивидуальными предпринимателями предусматривает их освобождение от обязанности по уплате налога на доходы физических лиц, налога на имущество. ИП, применяющие упрощенную систему налогообложения, не признаются налогоплательщиками налога на добавленную стоимость, за исключением налога на добавленную стоимость, подлежащего уплате в соответствии с Налоговым кодексом РФ при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации (п. 3 ст. 346.11 НК РФ).

Налоговое законодательство, как правило, не предусматривает возможности возложения налоговых обязанностей одного юридического лица (индивидуального предпринимателя) на другое юридическое лицо (индивидуального предпринимателя), поскольку указанные лица являются самостоятельными участниками как гражданских, так и налоговых правоотношений.

Данный порядок действует в отношении добросовестных налогоплательщиков, не использующих гражданско-правовые инструменты правоотношений в целях достижения противоправных налоговых последствий.

Вместе с тем, Налоговый кодекс РФ предусматривает возможность изменения юридической квалификации заключенных налогоплательщиком гражданско-правовых сделок, статуса и характера деятельности налогоплательщика, если имеются основания полагать, что действия налогоплательщика направлены исключительно на получение необоснованной налоговой выгоды.

Принципы оценки необоснованной налоговой выгоды изложены Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации в Постановлении Пленума № 53 от 12.10.2006г. «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - Постановление № 53), согласно которому судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Под налоговой выгодой для целей указанного постановления понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов,

предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

При этом вывод о необоснованности налоговой выгоды должен быть основан на объективной информации, с бесспорностью подтверждающей, что действия налогоплательщика не имели разумной деловой цели, а были направлены исключительно на создание благоприятных налоговых последствий.

В пунктах 3, 4 Постановления № 53 закреплено, что налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера). Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

При этом вывод о необоснованности налоговой выгоды должен быть основан на объективной   информации,   с   бесспорностью   подтверждающей,   что   действия налогоплательщика не имели разумной деловой цели, а были направлены исключительно на создание благоприятных налоговых последствий. Обязанность по доказыванию недобросовестности налогоплательщика действующее законодательство возлагает на налоговые органы.

Кроме того, в пунктах 8, 9 Постановления № 53 отмечено, что в силу п. 1 ст. 45 НК РФ налоговый орган определяет объем прав и обязанностей хозяйствующего субъекта в соответствии с действительным экономическим содержанием сделок и в этих целях вправе переквалифицировать, признать недействительными сделки, совершенные налогоплательщиком исключительно или преимущественно в целях получения налоговой выгоды.

В данном случае налоговым органом не доказана направленности действий налогоплательщика на получение необоснованной налоговой выгоды вследствие создания искусственных условий для применения наиболее благоприятной системы налогообложения, в частности, путем «дробления бизнеса».

Напротив, из материалов дела следует и не оспаривается налоговым органом (стр. 7 Решения), что ФИО5 зарегистрирован в качестве ИП в 1995 году, с момента создания осуществлял деятельность по реализации продуктов питания, а также строительных и отделочных материалов, применял УСН и ЕНВД. Индивидуальный предприниматель ФИО5 зарегистрирована в 2010 году, с момента регистрации применяла ЕНВД (позднее, с 2013 года, УСН), занималась реализацией кафельной плитки, обоев и сопутствующих товаров. Оба предпринимателя применяли специальные налоговые режимы без каких-либо претензий со стороны инспекции вплоть до спорного периода, самостоятельно исчисляя и уплачивая соответствующие налоги.

Налоговый орган настаивает, что налогоплательщик в проверяемый период использовал схему минимизации налогов путем реализации товара через взаимозависимых индивидуальных предпринимателей ФИО5 и ФИО5, являющихся соответственно мужем и женой (брак зарегистрирован в 2009 году).

Как было указано выше ФИО5 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 14 июля 1995 года, им заявлено 15 видов экономической деятельности в сфере розничной и оптовой торговли, аренды и управления собственным или арендованным нежилым недвижимым имуществом.

период

2010

2011

2012

2013

2014

2015

2016

2017

2018

доход (УСН и/или ЕНВД), руб.

18,443 млн.

17,723 млн.

18,477 млн.

20,964 млн.

19,957 млн.

20,622 млн.

32,290 млн.

53,238 млн.

62,690 млн.

предел для УСН, руб.

60 млн.

60

млн.

60 млн.

60 млн.

64,02 млн.

68:82 млн.

79,74 млн.

150 млн.

150 млн.

запас между доходом и пределом, руб.

41,557 млн.

42,277 млн.

41,523 млн.

39,036 млн.

44,063 млн.

48,198 млн.

47,45 млн.

96,762 млн.

87,31 млн.

ФИО5 зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя 09.09.2010г., заявлено 16 видов экономической деятельности в сфере розничной торговли. Созданию ИП предшествовало обучение курсов для начинающих предпринимателей «начни свое дело», создание бизнес-проекта по розничной продаже кафельной плитки и получение гранта от государства в размере 270 000 рублей на открытие собственного дела.

период

2010

2011

2012

2013

2014

2015

2016

2017

2018

доход (УСН и/или ЕНВД), руб.

0,27 млн.

4,735 млн.

17,140 млн.

35,371 млн.

56,013 млн.

55,001 млн.

73,420 млн.

68,289 млн.

57,309 млн.

предел для УСН, руб.

60 млн.

60 млн.

60 млн.

60 млн.

64,02 млн.

68,82 млн.

79,74 млн.

150 млн.

150 млн.

запас между доходом и пределом, руб.

59,73 млн.

55,265 млн.

42,86 млн.

24,629 млн.

8,007 млн.

13,819 млн.

6,32 млн.

81,711 млн.

92,691 млн.

-ИП ФИО5 в течение 6 лет анализируемого 9-ти летнего периода получал примерно равный доход в размере 18,5-20,5 миллионов рублей, далее, начиная с 2016 года, происходило постепенное стабильное увеличение дохода в 1,5-2 раза (максимальный доход получен в 2018 году). ФИО5 ни разу не приближался к максимально возможному к получению дохода для применения УСН.

-ИП ФИО5 начала деятельность в 2010 году, уровень дохода соответствовал предпринимателю на начальной стадии развития бизнеса (270 000 руб.). Далее происходит постепенное увеличение дохода в каждом из последующих периодов (год) с пиком в 2016 году и следующим затем постепенным снижением. Доход ФИО5 в 2014 - 2016 годах был относительно близок к предельному значению для сохранения права на применение УСН, установленному п. 4 ст. 346.13 НК РФ.

-ФИО5 была зарегистрирована в качестве ИП в 2010 году, превышение предельного размера дохода (обоих предпринимателей при сложении) произошло только в 2014году, то есть спустя 4 года после регистрации ИП ФИО5, и продолжилось в  2015и 2016 году, после чего прекратилось. Величина предельного размера доходов налогоплательщика, ограничивающая право налогоплательщика на применение упрощенной системы налогообложения, согласно абз. 4 п. 4 ст. 346.13 НК РФ подлежала индексации в порядке, предусмотренном п. 2 ст. 346.12 НК РФ. В период с 2010 года по 2014 год редакция указанной нормы менялась дважды, также изменялся коэффициент-дефлятор: Законом от 19.07.2009г. № 204-ФЗ был увеличен размер доходов, при превышении которого налогоплательщики утрачивают право применять УСН, до 60 миллионов рублей, эта предельная величина предполагалась использоваться с 2010г. по 2012г. включительно без индексации; Законом от 25 июня 2012г. № 94-ФЗ предельный размер доходов для целей применения УСН был зафиксирован в сумме 60 млн. руб., коэффициент-дефлятор на 2013г. установлен в размере, равном 1; Приказом Минэкономразвития России от 07 ноября 2013г. № 652 коэффициент-дефлятор на 2014г. установлен в размере, равном 1,067. Впоследствии редакция статьи менялась еще несколько раз, как и показатель коэффициента-дефлятора.

То есть каждый из предпринимателей имел самостоятельную стратегию развития бизнеса, несогласованную с другим, иначе такая разница в полученном доходе, периодах роста и падения выручки не могла существовать; ФИО5 начала заниматься предпринимательской деятельностью задолго до превышения совместного дохода над максимально возможным для применения УСН, превышение имело место в течение 2014-2016годов, после чего прекратилось, вывод налогового органа, что умысел на создание схемы «дробления» бизнеса возник у ИП ФИО5 в 2010 году (стр. 8 Решения) не является убедительным и доказанным. Налогоплательщик не мог в 2010 году предвидеть размер лимита для применения УСН в 2011 году и последующие годы, как и того, сохраниться ли такой лимит, будет ли существовать упрощенная система налогообложения в принципе, будут ли приняты новые ограничения и т.п., поскольку такие вопросы находятся исключительно в ведении законодателя.

Фактически налоговый орган в подтверждение вывода о формальном вовлечении налогоплательщиком своей супруги в качестве предпринимателя исключительно с целью соблюдения условий для сохранения права на применение УСН основан на анализе признаков, свидетельствующие о согласованности действий участников схемы дробления бизнеса, указанных в Письме Федеральной налоговой службы от 11 августа 2017г. № СА-4-7/15895@, однако такой анализ сделан без учета статуса предпринимателей вне предпринимательской деятельности - наличие зарегистрированных брачных отношений. Точнее сам факт наличия брачных отношений ставится им в вину, хотя взаимозависимость в предпринимательские деятельности прямо предусмотрена Налоговым кодексом РФ и не запрещена им, а имеет своим последствием лишь вопросы трансфертного ценообразования. Любые действия между ФИО5 и ФИО5, если они формально подпадают под признаки «дробления» бизнеса, рассматриваются инспекцией исключительно как доказательство умышленных действий, направленных на минимизацию налоговых обязательств ИП ФИО5, а не как взаимовыручка и поддержка. В данном случае имело место семейное предпринимательство с самостоятельностью каждого из супругов в предпринимательской сфере, однако правовой режим имущества супругов (общее имущества, глава 7 Семейного кодекса РФ, далее - СК РФ), равенство супругов (ст. 31 СК РФ), иные правила и ценностей семейных отношений, взаимопомощь безусловно накладывали свой отпечаток на предпринимательскую деятельность. При этом по смыслу ст. 3 НК РФ учет государством семейного положения налогоплательщика обусловлен принципом равенства налогообложения - налоговый закон не должен ухудшать положение физического лица, находящегося в браке, по сравнению с положением физического лица, не находящегося в браке.

Семейное предпринимательство нередко ведут в нескольких организационных формах, что не делает всех участников одним субъектом и не предрешает с их стороны нарушений закона. Обязывать всех родственников участвовать лишь в одном юридическом лице при осуществлении предпринимательской деятельности либо состоять исключительно в найме у родственника-предпринимателя невозможно.

В пользу вывода о реальной и самостоятельной деятельности каждого предпринимателя в целях получения собственного дохода свидетельствуют следующие обстоятельства, установленные налоговым органом в рамках проверки.

I. Начало осуществления ИП ФИО5 предпринимательской деятельности через курсы начинающих предпринимателей и получение гранта о государства в размере 270 ООО руб. на открытие розничного магазина.

II.Торговая деятельность осуществлялась предпринимателями преимущество на разных адресах. Совпадение адреса: 

<

...> было обусловлено взаимной поддержкой лиц, имеющих родственные отношения, для получения дохода в личных интересах каждого конкретного лица, а также оформлением соответствующего объекта в собственность ФИО5 и режимом совместной собственности имущества супругов. Наличие родственных отношений логически объясняет совместное использование помещений для самостоятельной деятельности предпринимателей. При этом другие адреса предприниматели совместно не использовали.

III.У каждого из предпринимателей в спорный период имелся свой кадровый персонал, все сотрудники предпринимателей были трудоустроены у соответствующих налогоплательщиков на основании их заявлений и приказов о приеме на работу с внесением об этом записи в трудовые книжки, выплату заработной платы работникам производили соответствующие налогоплательщики - работодатели, работники застрахованы непосредственно данными налогоплательщиками; налог на доходы физических лиц исчисляли и перечисляли также работодатели, которыми представлялись справки 2-НДФЛ.

IV.Получение ИП ФИО5 кредитов на осуществление предпринимательской деятельности в ПАО «СКБ-банк» в 2012 году на общую сумму 1 500 000 руб., в 2013 году в ПАО «Сбербанк» на сумму 2 500 ООО руб., в 2014 году в ПАО «Сбербанк» на сумму 3 ООО ООО руб., самостоятельное гашение этих кредитов.

V.Первые три года после регистрации в качестве индивидуального предпринимателя ФИО5 фактически применяла систему налогообложения в виде ЕНВД, о чем указано в таблице № 2.2/2 на стр. 54 Решения, упрощенная система налогообложения стала применяться только с конца 2013 года в связи с арендой торгового объекта у ИП ФИО6, площадь которого составляла 400 м2.

VI.Разделения видов хозяйственной деятельности ИП ФИО5 после регистрации ФИО5 в качестве предпринимателя осуществлено не было.

VII.В момент регистрации ФИО5 в качестве ИП доход налогоплательщика составлял 18,5 млн. руб. при верхней границе предельного размера дохода для применения УСН, равной 60 млн. руб.

VIII.После регистрации ИП ФИО5 торговый оборот ИП ФИО5 не уменьшился, что также свидетельствует против вывода о создании схемы «дробления» бизнеса.

IX. Фактическое прекращение предпринимательской деятельности по розничной торговле ИП ФИО5 в 2019 году и, несмотря на это, продолжение предпринимательской деятельности ИП ФИО5

X. Для ИП ФИО5 отсутствовали препятствия для выделения (или аренды) объекта торговли, площадью менее 150 кв. м, и осуществления в нем розничной торговли с применением ЕНВД. В результате чего при совершенно законных методах ведения деятельности и одновременным применением УСН и ЕНВД он законно уменьшил бы свои общие налоговые обязанности. Соответственно для организации розничной торговли и уплаты от данного вида деятельности ЕНВД предпринимателю ФИО5 не требовалось создавать схему «дробления» бизнеса.

Все доводы инспекции, приводимые по тексту оспариваемого Решения, исключительно формальны, при этом налогоплательщик последовательно, обоснованно и логически возражал на каждый довод в многочисленных процессуальных документах (возражениях по акту, возражениях по дополнению к акту, апелляционной жалобе; копии которых приложены к настоящему заявлению), однако его доводы остались без внимания.

В рассматриваемом случае налоговым органом не представлено доказательств наличия в действиях ИП ФИО5 признаков недобросовестности, направленной на получение необоснованной налоговой выгоды посредством создания схемы «дробления» бизнеса. Инспекцией не представлено доказательств, что действия по регистрации в 2010 году ИП ФИО5 и её последующая торговая деятельность была несамостоятельна и направлена исключительно на создание схемы необоснованного снижения налоговых обязательств ИП ФИО5, а не на получение дохода от торговой деятельности каждым предпринимателем.

Таким образом, является неправомерным доначисление налогоплательщику НДС в сумме 6 007 455 руб. и соответствующих сумм пени, а также НДФЛ в сумме 1 510 144 руб. и соответствующих сумм пени.

Налоговый орган доначислил предпринимателю минимальный налог, уплачиваемый в связи с применением УСН за 1-3 кварталы 2016 года и 2018 год в сумме 208 311 руб. Сумма недоимки определена путем объединения доходов и расходов ИП ФИО5 и ИП ФИО5 за указанные периоды. При этом в соответствующие периоды совокупный доход двух предпринимателей не превысил предельного размера, ограничивающего право налогоплательщика на применение УСН.

Несмотря на то, что официального определения термина «дробление бизнеса» в законодательстве не существует, на практике под ним подразумевается использование нескольких организаций или ИП для перераспределения между ними выручки, имущества или работников с единственной целью - экономить на налогах при применении специальных режимов, когда налоги должны были быть уплачены по общей системе налогообложения. В данном случае инспекция не доначисляет ИП ФИО5 НФДЛ и

НДС за 1-3 кварталы 2016 года и 2018 год, поскольку даже в условиях объединения его доходов с доходами ИП ФИО5 утраты права на применение УСН не происходит. Следовательно, перерасчет налоговых обязательств путем объединения доходов двух предпринимателей, когда система налогообложения остаётся неизменной, лишен какого-либо смысла, инспекцией не мотивирован и не обоснован.

Налогоплательщик полагает возможным предположить, что причиной такого перерасчета явился способ определения суммы НДФЛ, начисленного инспекцией ИП ФИО5 за 4 квартал 2016 года и 2017 год. В частности, в расходах при исчислении НДФЛ учтены суммы налога по УСН, уплаченные ИП ФИО5 за 2016 год в сумме 984 183 руб. и за 2017 год в сумме 814 650 руб. (стр. 74, 88 Решения). И если по 2017 году учет в расходах ИП ФИО5 суммы налога по УСН, уплаченной ИП ФИО5, соответствует требованию определения действительного размера налогового обязательства при консолидации раздробленного бизнеса в целях недопущения двойного налогообложения одних и тех же операций (такая позиция изложена в постановлении Высший Арбитражный Суд РФ от 21 июня 2005 года № 2347/05), то учет суммы налога по УСН, уплаченной ФИО5 за весь 2016 год, а не только за 4 квартал, не видится обоснованным. Более того, сумма налога по УСН, уплаченная ФИО5 за 2018 год в размере 573 090 руб. не была учтена в расходах ИП ФИО5 ни при доначислении НДФЛ за 4 квартал 2016 года и 2017 год, ни при перерасчете суммы налога по УСН за 1-3 кварталы 2016 года и 2018 год.

Если инспекция полагает, что ИП ФИО5 занизил размер налоговой базы для исчисления налога по УСН за 1 -3 кварталы 2016 года и 2018 год, то должна была установить размер такого занижения с доначислением налога по УСН, но исключительно в рамках деятельности проверяемого налогоплательщика. Однако таких расчетов оспариваемое Решение не одержит.

В целом налоговый орган не имел полномочий на объединение доходов ИП ФИО5 и ИП ФИО5 за 1-3 кварталы 2016 года, 2018 год и следующий за этим перерасчет сумм налога, подлежащих уплате ИП ФИО5 по УСН за указанные периоды, поскольку «дробление» бизнеса в такие периоды ему не вменяется.

Сумма налога по УСН в размере 208 311 руб. начислена неправомерно.

В указанной части заявленные требования подлежат удовлетворению.

В части требований о снижении штрафов по ст. 123, 126.1 НК РФ, суд не усматривает оснований для снижения размеров штрафа.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Руководствуясь ст. 110, 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

1. Заявленные требования удовлетворить.

2. Признать недействительным решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 14 по Свердловской области от 31.08.2021г. № 1 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части: доначисления НДС в сумме 6 007 455 руб. и соответствующих сумм пени; доначисления НДФЛ в сумме 1 510 144 руб. и соответствующих сумм пени; доначисления налога по УСН в сумме 208 311 руб., соответствующих сумм и штрафа в размере 83 324 руб. 40 коп. 

В остальной части в удовлетворении заявленных требований отказать.

3. В порядке распределения судебных расходов (ст. 110 АПК РФ) взыскать с Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 14 по Свердловской области (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО5 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 304661727100012) 3 000 руб. – в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

4. Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

5. Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме).

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через арбитражный суд, принявший решение. Апелляционная жалоба также может быть подана посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» http://ekaterinburg.arbitr.ru.

В случае обжалования решения в порядке апелляционного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить на интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда http://17aas.arbitr.ru.

6. В соответствии с ч. 3 ст. 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исполнительный лист выдается по ходатайству взыскателя или по его ходатайству направляется для исполнения непосредственно арбитражным судом.

С информацией о дате и времени выдачи исполнительного листа канцелярией суда можно ознакомиться в сервисе «Картотека арбитражных дел» в карточке дела в документе «Дополнение». 

По заявлению взыскателя дата выдачи исполнительного листа (копии судебного акта) может быть определена (изменена) в соответствующем заявлении, в том числе посредством внесения соответствующей информации через сервис «Горячая линия по вопросам выдачи копий судебных актов и исполнительных листов» на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» либо по телефону Горячей линии (343) 371-42-50.

В случае неполучения  взыскателем исполнительного листа в здании суда в назначенную дату, исполнительный лист не позднее следующего рабочего дня будет направлен по юридическому адресу взыскателя заказным письмом с уведомлением о вручении. 

В случае если до вступления судебного акта в законную силу поступит апелляционная жалоба, (за исключением дел, рассматриваемых в порядке упрощенного производства) исполнительный лист выдается только после вступления судебного акта в законную силу. В этом случае дополнительная информация о дате и времени выдачи исполнительного листа будет размещена в карточке дела «Дополнение». 

 

Судья                                                                                             И.В. Хачев