ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

17.06.2024

Дело № А41-89044/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 11 июня 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 17 июня 2024 года

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

председательствующего-судьи Голобородько В.Я.,

судей Каменецкого Д.В., Калининой Н.С.

при участии в заседании:

от ФИО1: ФИО2 по дов. от 28.09.2022

от ФИО3: ФИО4 по дов. от 30.05.2023

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО3

на определение от 22.11.2023

Арбитражного суда Московской области

на постановление от 29.02.2024

Десятого арбитражного апелляционного суда

по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО6 о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника и заявлению ФИО3 об оспаривании сделки должника с индивидуальным предпринимателем ФИО6 (оспаривание агентского договора № 1 от 21.05.2021) и применении последствий недействительности сделки

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Автогарант»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 24.04.2023 ООО «Автогарант» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО7.

Индивидуальный предприниматель ФИО6 обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 7 759 242,44 руб.

ФИО3 обратилась в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании недействительной сделкой агентского договора от 21.05.2021, заключенного между должником и индивидуальным предпринимателем ФИО6

Определением Арбитражного суда Московской области от 08.08.2023 указанные заявления объединены и назначены к совместному рассмотрению.

Определением Арбитражного суда Московской области от 22.11.2023 заявление ФИО3 о признании недействительным агентского договора № 1 от 21.05.2021, заключенного ООО «Автогарант» с индивидуальным предпринимателем ФИО6 оставлено без удовлетворения; требование индивидуального предпринимателя ФИО6 в размере 7 759 242,44 руб. признано обоснованным и включить в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 29.02.2024 Определение Арбитражного суда Московской области от 22.11.2023 оставлено без изменения.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО3 обратилась в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, отказать ИП ФИО6 во включении его требований в реестр требований кредиторов, а также удовлетворить заявление ФИО3 в полном объеме.

Заявитель в кассационной жалобе указывает на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, утверждая, что  должник и кредитор являются аффилированными друг к другу лицами; оспариваемый договор был заключен на стадии ликвидации должника и повлек для должника существенный ущерб; недоказанность требований кредитора в части исполнения обязанностей Агента; невозможность возмещения кредитору расходов по оплате в пользу ресурсноснабжающих организаций на сумму 3 529 672,83 руб.;  агентский договор является притворной сделкой, которая прикрывала договор банковского счета, который кредитор в силу отсутствия у него статуса банковской организации не имел права заключать с должником; суды не применили по делу разъяснения, содержащиеся в пункте 5 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru. Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 АПК РФ, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

До судебного заседания от ИП ФИО6 поступил отзыв на кассационную жалобу, который приобщен к материалам дела в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Представитель ФИО3 в судебном заседании доводы кассационной жалобы поддержал.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, заслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления в обжалуемой части по доводам кассационной жалобы, поскольку они основаны на неправильном толковании заявителем норм материального права и направлены на переоценку исследованных судами доказательств, что, в силу норм статьи 286 и части 2 статьи 287Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Исходя из норм статей 71, 100, 142 Закона о банкротстве, пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 35 от 22.06.12 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны, требование кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

Целью такой проверки является установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку включение таких требований приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также интересов должника.

В круг доказывания по спору об установлении размера требований кредиторов в деле о банкротстве в обязательном порядке входит исследование судом обстоятельств возникновения долга.

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только такие требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 21.05.2021 между индивидуальным предпринимателем ФИО6 и ООО «Автогарант» в лице ликвидатора общества ФИО8, действующего на основании постановления Десятого арбитражного апелляционного суда от 13.05.2021 по делу № А41-71585/2020, заключен агентский договор № 1, в соответствии с пунктом 1.1. которого агент за вознаграждение обязуется от своего имени, по поручению, в интересах и за счет принципала совершать необходимые юридические действия, связанные с обеспечением функционирования эксплуатации недвижимого имущества принципала.

В период с 21.05.2021 по 14.11.2022 в соответствии с условиями агентского договора агент совершил оплаты за ООО «Автогарант» ресурсоснабжающим организациям и контрагентам должника в размере 5 096 836,42 руб.

В соответствии с пунктом 2.1.3 агентского договора принципал обязан возмещать агенту понесенные издержки, оплаченные коммунальные и иные платежи.

В соответствии с пунктом 4.1 агентского договора принципал обязан уплачивать агенту вознаграждение в размере 150 000 руб. ежемесячно.

За период с 21.05.2021 по 15.11.2021 размер агентского вознаграждения составил 2 662 406 руб.

В соответствии со статьей 1005 Гражданского кодекса РФ по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершить по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала. По сделке, совершенной агентом с третьим лицом от имени и за счет принципала, права и обязанности возникают непосредственно у принципала.

В силу положений статьи 1011 ГК РФ к отношениям, вытекающим из агентского договора, соответственно применяются правила, предусмотренные главой 49 или главой 51 ГК РФ, в зависимости от того, действует агент по условиям этого договора от имени принципала или от своего имени, если эти правила не противоречат положениям главы 52 ГК РФ или существу агентского договора.

Кредитором в обоснование наличия задолженности и в качестве подтверждения факта исполнения принятых на себя обязательств в материалы спора представлены копии актов выполненных работ, отчеты агента.

Также кредитор в качестве подтверждения оказания услуг по агентскому договору представил копии платежных поручений на сумму 5 096 836,42 руб., подтверждающих перечисление денежных средств за должника в пользу ресурсноснабжающих организаций.

Кредитором в обоснование наличия задолженности и в качестве подтверждения факта исполнения принятых на себя обязательств в материалы спора представлены копии актов выполненных работ, отчеты агента и акт сверки расчетов.

Рассматривая заявление о признании сделки недействительной и отказывая в его удовлетворении, суды правомерно исходили из того, что в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах,   связанных  с  применением  главы Федерального  закона  "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного Постановления закреплено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на    момент    совершения    сделки    должник    отвечал    признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 Постановления Пленума Высшего

Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах,   связанных  с  применением  главы         Федерального  закона  "О несостоятельности (банкротстве)", в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно пункту 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу. В связи с этим, для квалификации действий как совершенных со злоупотреблением правом должны быть представлены доказательства того, что совершая определенные действия, сторона намеревалась причинить вред другому лицу.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В обоснование требований о признании агентского соглашения недействительным ФИО3 приводит довод о заключении спорного договора в преддверии банкротства должника при наличии признаков неплатежеспособности должника.

Отклоняя доводы заявления в данной части, суды правомерно указали, что само по себе наличие у должника признаков неплатежеспособности не является единственным и достаточным основанием для признания сделки недействительной.

Доказательств того, что ответчик знал или мог знать о наличии у ООО «Автогарант» задолженности заявителем в материалы дела не представлено.

Суды указали, что ФИО6 не относится к лицам, прямо перечисленным в статье 19 Закона о банкротстве.

Кроме того, суды также отметили, что казание ФИО6 услуг должнику до заключения спорного агентского договора не свидетельствует о наличии у него аффилированности с должником.

Ссылка ФИО3 на решение Арбитражного суда Московской области по делу № А41-32023/2020 от 27.01.2021 в обоснование недействительности оспариваемого договора отклонена судами, поскольку в рамках указанного дела устанавливались и исследовались обстоятельства заключение иного агентского договора.

Также заявитель ссылался на то, что спорный договор заключен безвозмездно, должником не получено встречное исполнение взамен отчуждаемому имуществу.

Судами установлено, что, исполняя обязанности по оспариваемому агентскому договору, индивидуальный предприниматель ФИО6 осуществлял оплаты коммунальных и иных услуг за ООО «Автогарант», в частности, ресурсоснабжающим организациям за потребленные обществом коммунальные услуги, что подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями с отметкой Сбербанка России об их исполнении,  банковскими выписками по расчетному счету индивидуального предпринимателя ФИО6 № 40802810240000090560 в ПАО «Сбербанк России», в качестве основания платежа указано, что платежи осуществляются за ООО «Автогарант», с указанием реквизитов договоров и дат возникновения задолженности.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что ФИО6 не представил доказательств того, что денежные средства должника были направлены на погашение задолженности ООО «Автогарант», а не на погашение собственной задолженности, отклонен апелляционным судом, как опровергающийся опровергается материалами спора.

Исходя из анализа пункта 1 статьи 170 ГК РФ, существенными чертами мнимой сделки являются следующие: стороны совершают эту сделку лишь для вида, заранее зная, что она не будет исполнена; по мнимой сделке стороны преследуют иные цели, нежели предусмотрены в договоре. Для признания сделки мнимой суд должен установить, что ее стороны не намеревались создать соответствующие ей правовые последствия.

Заключенную сделку стороны фактически не исполняли и исполнять не намеревались. Правовые последствия, предусмотренные заключенной сделкой, не возникли. Таким образом, исходя из буквального толкования данной нормы, для признания сделки мнимой требуется, чтобы в результате ее совершения не возникли правовые последствия, характерные исполнению соответствующей сделки.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.11.2005 N 2521/05, исполненный сторонами договор не может являться мнимой сделкой.  Для признания договора мнимой сделкой необходимо доказать, что истец и ответчик не имели намерений исполнять договор или требовать его исполнения. При этом если любая из сторон договора реально осуществила действия, направленные на создание правовых последствий характерных для подрядных отношений, договор не может быть признан мнимой сделкой. Между тем, как установлено судом, ответчик совершил передачу товара по контракту, что подтверждается представленными в материалы спора документами, а должник, в свою очередь, оплачивал алкогольную продукцию.

Таким образом, данная сделка не может быть признана мнимой, поскольку стороны спорных сделок реально осуществили действия, направленные на создание правовых последствий. Доводы о притворности агентского договора также не нашли своего документального подтверждения.

В силу разъяснений, изложенных в п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Как справедливо отметили суда, ссылаясь на притворность сделки, ФИО3 не указывает, какие конкретные сделки прикрывает оспариваемый агентский договор № 1 от 21.05.2021.

Факт отсутствия реальности правоотношений сторон по рассматриваемому договору не доказан, как и не доказан факт злоупотребления своими правами сторонами данной сделки.

Поскольку факт злоупотребления правом сторон оспариваемого агентского договора не установлен, в отсутствие доказательств недействительности данной сделки суды обоснованно отказали в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной.

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой выяснили имеющие значение для дела обстоятельства, установив, что требование кредитора подтверждено надлежащими доказательствами, пришли к обоснованным выводам о наличии оснований для удовлетворения заявления кредитора.

Суд кассационной инстанции полагает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства, в связи с чем оснований для иной оценки выводов судов у суда кассационной инстанции не имеется.

Доводы кассационной жалобы, повторяющие доводы апелляционной жалобы,  подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального и процессуального права и направленные на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции. Кроме того, все доводы кассационной жалобы приводились при рассмотрении дела в суде первой и апелляционной инстанции и им была дана надлежащая оценка.

Переоценка имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 22.11.2023, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 29.02.2024 по делу № А41-89044/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                                  В.Я. Голобородько

Судьи:                                                                                          Д.В. Каменецкий

Н.С. Калинина