Арбитражный суд Московской области

107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва 

http://asmo.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело №А41-67952/23

16 апреля 2025 года

г.Москва

 

Резолютивная часть решения объявлена 05 марта 2025 года

Полный текст решения изготовлен 16 апреля 2025 года

Арбитражный суд Московской области в составе судьи Е.А. Морозовой,

при ведении протокола судебного заседания секретарем А.Н. Мухортых,

рассмотрев в открытом судебном заседании  дело по исковым требованиям 

ООО "КАЛИНБАР",  ООО «Фрегат»  ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ООО "ХК "ОКЕАНИЯ", ФИО5, ФИО13, ФИО6, ФИО7, третье лицо Финансовый управляющий ФИО1 - ФИО8,  о привлечении к субсидиарной ответственности, солидарном взыскании денежных средств, 

при участии в судебном заседании:

Истец: представитель – ФИО9, представлена доверенность №2412/24-1 от ООО «Калинбар» и ООО «ФРЕГАТ» от 24 декабря 2024 г., также доверенность от 23.12.2024 г. Представлен диплом о высшем юридическом образовании 

Ответчик: представитель ФИО3 – ФИО10, представлена доверенность №77АД 6524524 от 24 июня 2024 г. Представлен диплом о высшем юридическом образовании. 

Ответчик: представитель – ФИО11 ,представлена доверенность №77АД6356637 от 28 мая 2024 г. Представлен диплом о высшем юридическом образовании. 

Ответчик: ФИО2 лично.  

Третье лицо: представитель финансового управляющего – ФИО12, представлена доверенность №5 от 05 марта 2024 г. со сроком действия – 1 год. Представлен диплом о высшем юридическом образовании рег. №827. 

УСТАНОВИЛ:

ООО "КАЛИНБАР" обратилось в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением (уточненным в порядке ст. 49 АПК РФ, уточнения приняты судом) к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ООО "ХК "ОКЕАНИЯ", ФИО5, ФИО13, ФИО6, ФИО7  о привлечении к субсидиарной ответственности и солидарном взыскании 4 035 273 руб. 00 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами с 24.03.2021 г. по дату фактического исполнения, начисляемые на сумму 3 728 640 руб. 00 коп. по правилам ст. 395 ГК РФ.  

Определением суда  от 30.01.2024г. судом приняты к рассмотрению заявления ФИО1 в лице финансового управляющего ФИО8, ООО «Фрегат» о присоединение к требованиям о защите прав и законных интересов группы лиц.

Определением суда от 18.04.2024г. в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, к участию в деле привлечен  финансовый управляющий ФИО1 - ФИО8

Определением суда от 28.08.2024г. ФИО1 привлечен к участию в деле соистцом.

В судебном заседании представитель ООО «Калинбар» и ООО «ФРЕГАТ», третье лицо финансовый управляющий ФИО1 свои требования к ответчикам поддержали в полном объеме, просили их удовлетворить. 

Явившиеся в судебное заседание представители ответчиков  ФИО3, ФИО4, ответчик ФИО2 возражали против заявленных требований по основаниям, изложенным  в отзывах, просили в заявленных к ним требованиям отказать, полагая их необоснованными. 

Ответчики ООО "ХК "ОКЕАНИЯ", ФИО5 в судебное заседание не явились, представили отзывы по заявленным к ним требованиям, просили в их удовлетворении отказать. Остальные ответчики в судебное заседание не явились, извещались судом надлежащим образом, свои позиции по заявленным к ним требованиям не представили. 

Дело рассмотрено в порядке частей 3, 5 ст. 156 АПК РФ в их отсутствие. 

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела письменные доказательства, рассмотрев доводы, изложенные в заявленных требованиях ООО "КАЛИНБАР",  ФИО1, ООО «Фрегат», письменных пояснениях и дополнениях к ним, и выслушав объяснения представителей сторон, третьего лица, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации арбитражный суд осуществляет защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

Согласно части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном названным Кодексом.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, из действий граждан и юридических лиц которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим в силу пункта 3 части 1 указанной статьи гражданские права и обязанности возникают из судебного решения, установившего гражданские права и обязанности.

Как установлено материалами дела и  следует из содержания искового заявления ООО "КАЛИНБАР" Решением Арбитражного суда города Москвы от 04.06.2021 г. по делу № А40- 70599/21-171-537 с ООО «Морей» в пользу ООО «Калинбар» взыскана задолженность в размере 3 728 640 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами с 07.04.2020 г. по 24.03.2021 г., в размере 164 169 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами с 24.03.2021 г. по дату фактического исполнения, начисляемые по правилам ст. 395 ГК РФ, расходы по государственной пошлине в размере 42 464 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.09.2021 г. по делу № А40- 70599/21-171-537 с ООО «Морей» в пользу ООО «Калинбар» взысканы судебные расходы в размере 100 000 руб.

Возбужденные исполнительные производства на основании указанных судебных актов были окончены в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 46 Закона об исполнительном производстве в связи с тем, что невозможно установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в кредитных организациях.

02.05.2023 г. ООО «Калинбар» обратилось в суд с заявлением о признании ООО «Морей» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Московской области от 28.06.2023 г. по делу № А41-37016/23 производство по делу прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур.

В соответствии с п. 3 ст. 61.14 Закона о банкротстве, правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом.

Руководствуясь ст. 61.14 Закона о банкротстве, ООО «Калинбар» обратилось в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по долгам общества, мотивируя заявленные требования следующим.

В соответствии ст. 61.10 Закона о банкротстве контролирующим должника лицом является физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Возможность определять действия должника может достигаться:

в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подп. 2 п. 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в п. 1 cm. 53.1 ГК РФ.

ООО «Калинбар»  указало, что контролирующими Должника лицами в соответствии с Законом о банкротстве являются следующие лица:

ФИО2 (ИНН 

<

***>)

В соответствии с пп. 1 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве «пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника».

ФИО2 являлся руководителем Должника в период с 09.04.2018 г. по 23.08.2021г., а также в период с 30.12.2020 г. по 04.06.2021 г. являлся руководителем ООО «ХК «Океания», которое в свою очередь является 100% участником Должника.

ФИО3 (ИНН 

<

***>)

В соответствии с пп. 1 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве шока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника».

ФИО3 являлся генеральным директором Должника с 31.08.2021г. по 13.04.2023г.

ФИО16 Керим-Султанович (ИНН 

<

***>)

В соответствии с пп. 1 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве шока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника».

ФИО16К-С. является действующим генеральным директором Должника с 20.04.2023г.

ООО «ХК «Океания» (ИНН 

<

***>)

В соответствии с пп. 1 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника».

ООО «ХК «Океания» является участником Должника с 13.03.2020 г. по настоящее время с долей в размере 100%.

ФИО5 (ИНН 

<

***>)

В соответствии с пп. 1 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве шока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника».

ФИО5 является руководителем ООО «ХК «Океания» с 30.09.2021 г., а следовательно, имеет право распоряжаться 100% голосов в общем собрании и (или) назначать руководителя должника.

ФИО13 (ИНН 

<

***>)

В соответствии с пп. 1 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве «пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника».

ФИО13 являлась руководителем ООО «ХК «Океания» с» с 04.06.2021 г. по 30.09.2021г., а также является участником ООО «ХК «Океания» с 26.05.2021 г. по настоящее время с долее 60%.

При этом ФИО13 совместно с ФИО6 имела право распоряжаться более чем половиной долей уставного капитала ООО «Морей» и назначать (избирать) руководителя ООО «Морей» исходя из опосредованного владения: 100% в период с 20.07.2021 по настоящее время (доля опосредованного участия ФИО13 60% + доля ФИО6 40%).

ФИО6 (ИНН 

<

***>)

В соответствии с пп. 1 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве «пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника».

ФИО6 является участником ООО «ХК «Океания» с 20.07.2021 г. по настоящее время.

Совместно с ФИО13 он имел право распоряжаться более чем половиной долей уставного капитала ООО «Морей» и назначать (избирать) руководителя ООО «Морей» исходя из опосредованного владения: 100% в период с 20.07.2021 по настоящее время (доля опосредованного участия ФИО13 60% + доля ФИО6 40%).

ФИО7 (ИНН 

<

***>)

В соответствии с пп. 1 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве «пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника».

ФИО7 являлся генеральным директором ООО «ХК «Океания» с 18.11.2019 г. по 30.09.2020 г., а также участником ООО «ХК «Океания» с 09.06.2020 г. по 26.05.2021 г. с долей 100%.

Следовательно, он с 09.06.2020 г. единолично распоряжался 100% долей в уставном капитале Должника.

ООО «Калинбар»  указало, что основанием для привлечения к субсидиарной ответственности является невозможность погашения требований кредиторов.

В соответствии со ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

ООО «Калинбар» указало, что в период руководства ФИО2 в отношении Должника было возбуждено 5 исполнительных производства по принудительному взысканию задолженностей, все из них окончены по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст.46 Закона об исполнительном производстве, а именно - невозможность установления местонахождения должника, его имущества либо получения сведений о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в банках или иных кредитных организациях.

Кроме того, из исполнительных производств должника возбуждено на основании Акта МИФНС № 13 по Московской области о взыскании с должника налогов и сборов, наличие которых говорит о неисполнении ФИО2 своих руководящих функций должным образом, поскольку эффективный руководитель компании контролировал бы уплату налогов и сборов и осуществлял бы свою деятельность таким образом, что это способствовало бы достижению основной цели коммерческой организации.

В соответствии с ст. 54 ГК РФ, место нахождения юридического лица определяется местом его государственной регистрации на территории Российской Федерации путем указания наименования населенного пункта (муниципального образования). Государственная регистрация юридического лица осуществляется по месту нахождения его постоянно действующего исполнительного органа, а в случае отсутствия постоянно действующего исполнительного органа - иного органа или лица, уполномоченных выступать от имени юридического лица в силу закона, иного правового акта или учредительного документа, если иное не установлено законом о государственной регистрации юридических лиц. В едином государственном реестре юридических лиц должен быть указан адрес юридического лица в пределах места нахождения юридического лица.

Согласно ст. 25 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» за непредставление или несвоевременное представление необходимых для включения в государственные реестры сведений, а также за представление недостоверных сведений 4 заявители, юридические лица и (или) индивидуальные предприниматели несут ответственность, установленную законодательством Российской Федерации.

ООО «Калинбар» указало, что в  период деятельности ФИО3 в качестве генерального директора ООО «Морей» налоговый орган внес в отношении должника сведения в ЕГРЮЛ о недостоверности его юридического адреса. Однако ФИО3 не предпринял никаких действий по устранению указанного нарушения.

Также в период его руководства было возбуждено еще 4 исполнительных производства, при этом задолженность по ранее возбужденным исполнительным производствам погашена не была, они были прекращены в связи с невозможность установления местонахождения должника, его имущества либо получения сведений о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в банках или иных кредитных организациях

В период руководства ФИО4  возбуждено исполнительное производство на основании Акта ОСФР по г. Москве и Московской области об уплате страховых взносов, что свидетельствует о ненадлежащем исполнении руководителем своих обязанностей.

Согласно информации с Картотеки арбитражных дел, за весь спорный период руководителями должника не предпринимались действия по взысканию дебиторской задолженности.

Отчетность в налоговую не сдавалась или сдавалась с недостоверными сведениями. Так, в бухгалтерском балансе за 2020 г. и 2021 г. отсутствуют сведения о какой-либо кредиторской задолженности, в том числе перед ООО «Калинбар».

За 2022 г. отчетность вообще не сдавалась.

03.07.2023 г. налоговым органом принято решение об исключении ООО «Морей» из ЕГРЮЛ.

Таким образом, ООО «Калинбар» полагает, что ответчики ФИО2, ФИО3 и ФИО16 К-С., являясь контролирующими должника лицами, в нарушение принципов разумности, заботливости и осмотрительности при ведении хозяйственной деятельности, не приняли каких-либо мер, направленных на обеспечение нормальной хозяйственной деятельности должника, уменьшение кредиторской задолженности, что существенно ухудшило финансовое положение должника и явилось основанием для появления у него признаков несостоятельности (банкротства).

В соответствии с п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

В соответствии с абз. 6 п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением о признании его банкротом в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения указанных признаков (п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве).

В соответствии со ст. 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. Недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

ООО «Калинбар»  указало, что Должник обязан был поставить товар не позднее 06.04.2020 г.

30.09.2020 г. Сторонами был подписан Акт сверки, согласно которому должник признал задолженность в размере 3 728 640 руб., однако денежные средства не вернул. Согласно сведениям с официального сайта ФССП России, в январе 2021 г. в отношении Должника было возбуждено исполнительное производство на основании требования налогового органа (2891/21/50043-ИП от 18.01.2021). Следовательно, по состоянию на январь 2021 г. у должника имелись не исполненные обязательства по уплате обязательных платежей, а также отсутствовали денежные средства для погашения (в противном случае задолженность была бы погашена путем списания денежных средств с банковского счета по требованию налогового органа).

Следовательно, момент объективного банкротства наступил не позднее 01.01.2021 г., срок подачи заявления руководителем должника - не позднее 01.02.2021 г.

По состоянию на 01.02.2018 руководителем должника являлся ФИО2, который занимал должность генерального директора в период с 09.04.2018 по 31.08.2021.

Таким образом, ФИО2 не исполнил обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом.

Последующие руководители Должника ФИО3 и ФИО16 К-С. также не исполнили эту обязанность при том, что уже с 2021 г. Должник деятельность не вел, о чем свидетельствует сведения из бухгалтерского баланса должника и данных об исполнительных производствах.

Если в течение месяца с даты возникновения соответствующих обстоятельств руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника, решение об обращении в суд должно принять общее собрание участников должника.

В течение десяти календарных дней со дня истечения срока, установленного для руководителя, следующие лица обязаны потребовать проведения собрания участников:

лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания

акционеров (участников) должника,

иные контролирующие должника лица.

Собрание должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника (п. 3.1. ст. 9 Закона о банкротстве).

Поскольку генеральным директором ФИО2 обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве в срок до 01.02.2021 не исполнена, указанные выше лица должны были потребовать созыва собрания в срок до 11.05.2018.

Внеочередное общее собрание участников общества созывается исполнительным органом общества по его инициативе, по требованию совета директоров (наблюдательного совета) общества, ревизионной комиссии (ревизора) общества, аудитора, а также участников общества, обладающих в совокупности не менее чем одной десятой от общего числа голосов участников общества.

В период с 01.02.2021 г. по настоящее время единственным участником Должника является ООО «ХК «Океания».

Таким образом, ООО «ХК «Океания»», как единственный участник ООО «Морей», было обязано обратиться к должнику с требованием о проведении внеочередного общего собрания участников в целях решения вопроса об обращении в суд с заявлением должника о признании его банкротом.

Данная обязанность ООО «ХК «Океания» не исполнило, в связи с чем данное лицо подлежит ответственности за неподачу заявления о банкротстве.

Как было указало ООО «Калинбар» ранее, по состоянию на 01.02.2021 г. ФИО2 являлся не только руководителем должника, но и руководителем ООО «ХК «Океания».

ФИО2, действуя от имени ООО «ХК «Океания», осуществляя полный контроль над данным обществом, обладал полномочиями по созыву общего собрания участников должника, однако данную обязанность при наступлении объективного банкротства должника не исполнил.

Эту же обязанность в дальнейшем не исполнила ФИО13, которая с 25.05.2021 г. по настоящее время стала участником ООО «ХК «Океания» с долей 60%, а с 04.06.2021 г. по 30.09.2021 г. была руководителем ООО «ХК «Океания».

ФИО5, являющийся руководителем ООО «ХК «Океания» с 30.09.2021 г. по настоящее время, также в нарушение действующего законодательства не принял решение об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника.

ФИО6, являющийся участником ООО «ХК «Океания» с 20.07.2021 г. с долей 40%, не инициировал внеочередное собрание по вопросу обращения Должника в суд с заявлением о собственном банкротстве.

ФИО7, являвшийся участником ООО «ХК «Океания» с 09.06.2020 г. по 26.05.2021г. с долей 100%, также эту обязанность не выполнил.

В соответствии с пп. 1 п. 12 ст. 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо несет ответственность по правилам названной статьи также в случае, если невозможность погашения требований кредиторов наступила вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Как следует из абз. второго п. 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве причинно- следственная связь между неподачей заявления должника и невозможностью удовлетворения требований кредиторов презюмируется, пока привлекаемым к субсидиарной ответственности лицом не доказано иное.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в Определении от 30.09.2019 №305-ЭС19-10079, что предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как "признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц" по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде "невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц", а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ.

Далее, в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.2016 №309- ЭС15-16713 изложена правовая позиция, в соответствии с которой бездействие руководителя, не исполняющего обязанность по подаче заявления должника, которая возложена на него Законом о банкротстве, является противоправным и виновным, что влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов.

По сути, данное толкование названных норм разъясняет механизм применения абзаца второго пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, который устанавливает опровержимую презумпцию взаимосвязи между неподачей заявления должника (статья 61.12 Закона о банкротстве) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве).

Таким образом, пока не доказано обратное, субсидиарная ответственность контролирующего должника лица за невозможность полного удовлетворения требований кредиторов наступает в случае, если привлекаемое к субсидиарной ответственности лицо допустило бездействие в форме неподачи заявления должника.

На основании изложенного, ООО «Калинбар» полагает, что, ФИО2, ФИО3, ФИО16 К-C., ООО «ХК «Океания», ФИО13, ФИО5, ФИО6, ФИО7 несут субсидиарную ответственность за неподачу заявления должника о банкротстве.

В соответствии с пунктом 54, Постановления Пленума Верховного суда РФ от 21.12.2017 №53:            «кредиторы, обладающие правом на присоединение, могут присоединиться к уже предъявленному требованию в любое время до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, путем направления в письменной форме соответствующего сообщения с приложением документов, подтверждающих наличие у них такого права заявителю.

Обосновывая свои требования к ответчикам  ООО «Фрегат» указал следующее.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 15.06.2021 г. по делу №А40- 79879/21-21-587 в пользу ООО «Фрегат» с ООО «Морей» было взыскано 433 452 руб. 95 коп., из которых задолженность по договору от 05.09.2019 г. № ОТ141118 в размере 423 200 руб. 00 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 19.09.2020 г. по 13.04.2021 г. в размере 10 252 руб. 95 коп., а также расходы по госпошлине в размере 11 669 руб. 00 коп.

Дополнительным решением Арбитражного суда города Москвы от 19.07.2021 г. по делу №А40-79879/21-21-587 с ООО «Морей» взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке ст. 395 ГК РФ на сумму задолженности в размере 423 200 руб. 00 коп. за период с 14.04.2021г. по день фактического исполнения обязательства.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 24.09.2021 г. по делу №А40- 79879/21-21-587 с ООО «Морей» взысканы судебные расходы в размере 50 000 руб.

Общая сумма задолженности ООО «Морей» перед ООО «Фрегат» составляет 495 121,95 руб., а также проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке ст. 395 ГК РФ на сумму задолженности в размере 423 200 руб. 00 коп. за период с 14.04.2021г. по день фактического исполнения обязательства.

До настоящего времени ООО «Морей» задолженность перед ООО «Фрегат» не погасило.             Возбужденные исполнительные производства на основании указанных судебных актов были окончены в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 46 Закона об исполнительном производстве в связи с тем, что невозможно установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в кредитных организациях.

Таким образом, имеются правовые основания для присоединения ООО «Фрегат» к заявлению ООО «Калинбар».

Из заявления ООО «Калинбар» и приложенных к нему документов усматривается, что бывшие руководители должника ФИО2, ФИО3 и действующий директор ФИО4 С., являясь контролирующими должника лицами, в период руководства должником не предприняли каких-либо мер для обеспечения нормальной хозяйственной деятельности должника, уменьшения кредиторской задолженности, что повлекло в последующем несостоятельность общества.

Отчетность в налоговые органы не сдавалась или сдавалась недостоверная, так как в представленном в материалы дела бухгалтерском балансе задолженность перед ООО «Фрегат» также отсутствует.

Таким образом, вследствие действий и бездействий указанных контролирующих должника лиц невозможно полное погашение требований кредиторов, в том числе требования ООО «Фрегат».

Как указывает ООО «Калинбар», по состоянию на январь 2021 г. у должника имелись не исполненные обязательства по уплате обязательных платежей, а также отсутствовали денежные средства на расчетных счетах для их погашения.

Поскольку никто из директоров должника (ни бывшие, ни действующий) и участников не исполнил обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника, то, по мнению ООО «Морей», все эти лица должны быть привлечены к субсидиарной ответственности по долгам ООО «Морей».

Обосновывая свои требования к ответчикам ФИО1 указал следующее.

Решением Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-182164/21-174-506 от 20.07.2022г (опубликовано 29.12.2021г.) в отношении ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН 

<

***>, адрес: 115404, 

<

...>) введена процедура реализации имущества гражданина на шесть месяцев.

Финансовым управляющим утверждена ФИО8 (ИНН: 

<

***>, СНИЛС: 

<

***>, адрес для корреспонденции: 115533, г. Москва, а/я 30), член, адрес: 628305, Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, г. Нефтеюганск, промышленная зона Пионерная, ул. Жилая, стр. 13, офис 205).

Сведения об этом опубликованы в газете Коммерсантъ - 30.07.2022г. №137 (номер объявления 7338) и в Едином Федеральном реестре сведений о банкротстве - сообщение №9275820 от 24.07.2022г.

Определением Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-182164/21-174-506 от 27.06.2023г. (опубликовано 04.07.2023г.) срок реализации имущества гражданина в отношении ФИО1 продлен на шесть месяцев, до 21.12.2023г.

ФИО1 является кредитором ООО «Морей», требования которого составляют сумму в размере 2 521 000,00 и установлены Определением Арбитражного суда г. Москвы от 29.03.2023г. по делу № А40-182164/21 (вступило в законную силу 13.04.2023г).

Указанная задолженность возникла в связи с неисполнением ООО «Морей» обязательств по возврату денежных средств, необоснованно полученных по п/п №16 от 13.02.2020г. по счету №5 от 12.02.2020.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.03.2023г. установлено, что оспариваемые перечисления денежных средств в сумме 2 521 000 были осуществлены в адрес ООО «Морей» в отсутствие встречного предоставления и оснований.

Арбитражным судом города Москвы, на основании Определения по делу А40- 182164/21-174-506 от 29.03.2023г. финансовому управляющему ФИО8 выдан исполнительный лист ФС №044224497, которым суд определил применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Морей» в конкурсную массу ФИО1 денежных средств в размере 2 521 000,00 руб.

16.06.2023г. Финансовый управляющий направил исполнительный лист ФС №044224497 в адрес Химкинского РОСП Управления Федеральной службы судебных приставов по Московской области. Исполнительное производство № 179126/23/50043-ИП возбуждено 21.08.2023г.

От судебного пристава-исполнителя Химкинского РОСП Управления Федеральной службы судебных приставов по Московской области получена сводка по исполнительному производству №179126/23/50043-ИП от 21.08.2023г. согласно которой, не установлено наличие имущества ООО «Морей» достаточного для осуществления расчетов с кредитором.

22.12.2022г. в Единый государственный реестр юридических лиц МИФНС №23 по Московской области внесена запись о недостоверности сведений о юридическом лице ООО «Морей» (ИНН: 

<

***>; ОГРН: 

<

***>) - сообщение № 14249643 от 22.12.2022 на сайте Федресурс.

05.07.2023г. МИФНС № 23 по Московской области опубликованы сведения о принятии регистрирующим органом решения о предстоящем исключении ООО «Морей» из ЕГРЮЛ (в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности) - сообщение № 15869673 от 05.07.2023.

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ) для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ установлено, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Исключение юридического лица из реестра по причине отсутствия отчетности, расчетов в течение долгого времени, равно как и неисполнение обязательств перед кредиторами является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью при условии, если судом установлены неразумные и/или недобросовестные действия (бездействия).

Под действиями (бездействием) контролирующего общества лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы.

Так как любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации, гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лиц (руководителей, участников) в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества, в том числе привлечение к субсидиарной ответственности руководителя, участника при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица, возмещение убытков.

Задолженность ООО «Морей» возникла в период участия данных лиц в уставном капитале, в связи с чем, по мне7нию ФИО1, ответчики должны быть  привлечены к ответственности по долгам ООО «Морей».

Так, при наличии задолженности в значительном размере, руководитель Общества не предпринимал действия к ее погашению, а участники Общества не принимали мер по управлению Обществом. Так, из отчетности Общества за 2021г., опубликованной на общедоступных ресурсах, следует, что по итогам кредиторская задолженность Общества составила 0 руб. что является недостоверным.

За 2020 и 2022 год отчетность Обществом не сдавалась, что свидетельствует о ненадлежащем исполнении руководителем и участниками Общества обязательств по управлению Обществом.

Поскольку годовая отчетность подлежит утверждению участниками Общества, в соответствии с положениями закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» участники Общества, действуя добросовестно и разумно, как минимум один раз в год должны проводить проверку и анализ деятельности Общества, утверждать отчетность, представленную руководителем Общества.

Контролирующими должника лицами утверждалась и сдавалась в налоговый орган недостоверная отчетность, в которой не отражались обязательства перед контрагентами, возникшие обязательства, в том числе, на основании судебных актов также не отражались в отчетности, меры по погашению задолженности, в том числе перед ФИО1 не предпринимались в течение длительного времени.

Из указанных признаков следует, что контролирующие должника лица не осуществляли управление Обществом, что повлекло невозможность удовлетворения требований

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпорацией в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества, законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" требование о возмещении убытков (в виде прямого ущерба и (или) упущенной выгоды), причиненных действиями (бездействием) директора юридического лица, подлежит рассмотрению в соответствии с положениями пункта 3 статьи 53 ГК РФ, в том числе в случаях, когда истец или ответчик ссылаются в обоснование своих требований или возражений на статью 277 Трудового кодекса Российской Федерации.

При этом с учетом положений пункта 4 статьи 225.1 АПК РФ споры по искам о привлечении к ответственности лиц, входящих или входивших в состав органов управления юридического лица, в том числе в соответствии с абзацем первым статьи 277 Трудового кодекса Российской Федерации, являются корпоративными, дела по таким спорам подведомственны арбитражным судам (пункт 2 части 1 статьи 33 АПК РФ) и подлежат рассмотрению по правилам главы 28.1 АПК РФ.

Пунктом 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" предусмотрено, что юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом. Согласно пункту 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" при наличии одновременно всех указанных в пункте 1 настоящей статьи признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц (далее - решение о предстоящем исключении).

В соответствии с пунктом 5 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129- ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" предусмотренный настоящей статьей порядок исключения юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц применяется также в случаях: б) наличия в едином государственном реестре юридических лиц сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи.    Согласно части 3 статьи 64.2 Гражданского Кодекса Российской Федерации исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 Кодекса. Таким образом, исходя из норм действующего законодательства лицом, имеющим право требовать возложения субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью, исключенного из Единого государственного реестра юридических лиц как недействующего, на лицо, которое в силу закона уполномочено выступать от его имени, является кредитор такого общества по неисполненному обязательству.

ФИО1 указал, что по состоянию на дату направления настоящего заявления ООО «Морей» не исключено из ЕГРЮЛ, однако основания для этого имеются, что подтверждается сведениями на сайте Федресурс, Общество фактически не ведет деятельность, что подтверждается предоставленными заявителем сведениями.

Согласно правовой позиции, сформированной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 N 30-П, действующие во всех видах судопроизводства общие правила распределения бремени доказывания предусматривают освобождение от доказывания входящих в предмет доказывания обстоятельств, к числу которых процессуальное законодательство относит обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным решением по ранее рассмотренному делу (статья 90 УПК РФ, статья 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее — ГПК РФ), статья 69 АПК РФ).

Таким образом, установленные факты Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.03.2023г. по делу №А40-182164/2021-174-506 а также установление размера задолженности ООО «Морей» перед ФИО1 в размере 2 521 000,00 рублей имеют преюдициальное значение и не подлежат повторному установлению, в том числе, в рамках настоящего дела.

Как следует из пункта 2 статьи 46 АПК РФ, процессуальное соучастие допускается, если: 1) предметом спора являются общие права и (или) обязанности нескольких истцов либо ответчиков; 2) права и (или) обязанности нескольких истцов либо ответчиков имеют одно основание; 3) предметом спора являются однородные права и обязанности.

При процессуальном соучастии суд должен вынести единое решение, в котором указывает, в какой части оно относится к каждому из истцов, или указывает, что право требования является солидарным на основании части 1 статьи 175 АПК РФ.

При рассмотрении дела судом в отношении ответчика ФИО7 установлено следующее. 

Согласно п. 1. ст. 61.12. ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» № 127- ФЗ от 26.10.2002 г. (далее Закон о банкротстве), неисполнение обязательства руководителем должника по подаче заявления в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника и (или) принятия такого решения и (или) подаче заявления) влечет за собой субсидиарную ответственность.

В соответствии с абз. 6 п. 1, ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением о банкротстве в арбитражный суд.

Действия по подаче заявления в арбитражный суд и созыву заседания по принятию решения лежали на Единоличном исполнительном органе Общества-Генеральных директорах ФИО2, ФИО3, ФИО16 Кери-Султановиче.

Однако, ФИО7 пояснил, что должностные лица не созвали собрание и не подали заявление о банкротстве в арбитражный суд, единственного участника общества о сложившейся экономической ситуации не уведомили.

Единственный участник общества ООО «ХК «ОКЕАНИЯ» не знал о возникшей задолженности перед Заявителем ООО «Калинбар», что не позволило в сложившейся ситуации принять необходимые решения.

Суд также отмечает что, ФИО7 выполнял полномочия генерального директора в ООО «ХК «ОКЕАНИЯ», являвшееся участником ООО «Калинбар», в период с 18.12.2019 г. по 14.12.2020 г., до подачи 05.04.2021 г. заявления в арбитражный суд и принятия Решения Арбитражным судом города Москвы от 04.06.2021 года по делу А40-70599/21-171-537 о взыскании в пользу ООО «Калинбар» задолженности. И до вынесения определения Арбитражного суда г. Москвы от 29.03.2023г. по делу А40-182164/21 о признании недействительной сделкой действия по перечислению денежн6ых средств.  И до подачи искового заявления ООО «Фрегат» в Арбитражный суд г. Москвы по делу № А40-79879/21. (определение суда от 15.04.2021, вступило в законную силу 01.07.2021г.)

До подачи заявления в судебную инстанцию ООО «Калинбар» не предъявляло конкретных требований по возврату денежных средств за оплаченный товар, ожидая поставку Товара по согласию Сторон на более позднюю дату в связи с пандемийной ситуацией в Российской Федерации.

Таким образом, у заявителя ООО «Калинбар» отсутствует основание привлекать ФИО7 к субсидиарной ответственности в связи с образовавшейся задолженностью перед ООО «Калибар».

В силу п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума ВАС РФ от 01.07.1996 г. № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее Постановление № 6/8), при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско- правовой ответственностью. В связи с этим привлечение контролирующего должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника осуществляется по правилам ст. 15 ГК РФ.

Согласно ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с указанной нормой обязательство вследствие причинения убытков возникает при наличии в совокупности следующих оснований:

противоправные деяния (действия, бездействия);

наличие вреда;

причинно-следственные связи между противоправным деянием и наступившими последствиями (убытками);

вины лица, ответственного за убытки.

Таким образом, отсутствие доказательства хотя бы одного из указанных оснований не дает права требовать возмещения убытков.

По смыслу правой позиции Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ, изложенные в п. 22 Постановления № 6/8, для привлечения ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам предприятия необходимо установить совокупность таких обстоятельств как:

наличие у ФИО7 права давать обязательные для должника указания, либо возможность иным образом определять действия должника;

использование ФИО7 вышеназванного права или вышеуказанной возможности;

наличие причинно-следственной связи между указаниями (действиями), данными (совершенными) ФИО7 в отношении должника, и несостоятельностью последнего; недостаточностью имущества предприятия (должника) для расчетов с кредиторами.

Ни одно из вышеназванных обстоятельств не доказано истцами.

Истцы не представили в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, изложенных в заявлениях.

Доводы истцов не могут служить основанием для привлечения ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Как следует из требований истцов, основанием для привлечения ООО «ХК «Океания» по мнению истца, является то, что учредитель не обратился к должнику с требованием о рассмотрении вопроса подачи заявления о признании ООО «Морей» банкротом.

Между тем, заявления истцов о привлечении к субсидиарной ответственности ООО «ХК Океания» не содержит доказательств, когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом и какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника.

Контролирующее должника лицо не отвечает за вред, причиненный имущественным правам кредиторов, если докажет, что действовало добросовестно и разумно в интересах должника (Постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 21.10.2019 N Ф02- 5173/2019 по делу N АЗЗ-1277/2009).

Согласно ч. 10 ст. 61.10 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Истцами не представлено доказательств о том, что ООО «ХК Океания» действовало во вред интересам должника.

Более того, ООО «ХК Океания» действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов.

Таким образом, нет никаких оснований для удовлетворения требований истцов в отношении ООО «ХК Океания» о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности, поскольку контролирующими должника лицами доказано отсутствие вины в совершении действий (бездействия), повлекших невозможность полного погашения требований кредиторов, истцами не доказана вина контролирующих органов за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника.

Заявленные требования истцов о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 не содержат сведений о том, на каком основании кредиторы считают, что ответчик ФИО5 должен быть привлечен к субсидиарной ответственности.

Кроме того, решение о взыскании с ООО «Морей» долга по договору поставки в пользу ООО "КАЛИНБАР" было вынесено 04.06.2021 года, а генеральным директором ООО «ХК «Океания» ФИО5 был назначен только 30.09.2021 г., что указывает на отсутствие вины ответчика в невозможности полного погашения требования кредиторов, а также указывает на непричастность ответчика в принципе к договору поставки, заключенного между кредитором и должником. Вышеуказанный договор поставки мог быть подписан за тот период только ФИО2 (ИНН 

<

***>), который являлся на тот момент руководителем должника ООО «Морей».

Таким образом, нет никаких оснований для удовлетворения требований заявлений о привлечении ответчика ФИО5 к субсидиарной ответственности, поскольку ответчиком доказано отсутствие вины в совершении действий (бездействия), повлекших невозможность полного погашения требований кредиторов.

При рассмотрении дела судом в отношении ответчика ФИО3 установлено следующее. 

            Как следует из уточненного искового заявления ООО «Калинбар», основанием для привлечения ФИО15 к субсидиарной ответственности является то, что ФИО3 был назначен на должность генерального директора ООО «Морей» и представил в налоговую недостоверную бухгалтерскую отчетность за 2021 г.

По данным сервиса налоговой службы «Прозрачный бизнес» с 09.12.2021 г. в отношении ФИО3 введено ограничение сроком на 3 года на участие в обществе, в связи с участием последнего в обществе, в отношении которого имеется запись о недостоверности сведений.

Согласно решению Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-70599/21-171-537 от 04.06.2021 года взыскано с ООО "МОРЕЙ" в пользу ООО "КАЛИНБАР" долг в размере 3 728 640,00 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами с 07.04.2020 г. по 24.03.2021 г., в размере 164 169,00 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами с 24.03.2021 г. по дату фактического исполнения, начисляемые по правилам ст. 395 ГК РФ., расходы по государственной пошлине в размере 42 464,00 руб.

Кроме того, 19.07.2021 года Арбитражный суд города Москвы вынес решение по делу № А40-79879/21-21-587, которым взыскал с ООО "МОРЕЙ" (141402, 

<

...> ЛИТ А Э 2 ОФ 32, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 09.04.2018, ИНН: 

<

***>) в пользу ООО "ФРЕГАТ" (125362, МОСКВА ГОРОД, УЛИЦА ТУШИНСКАЯ, ДОМ 17, Э 9 П I ЧК 22 КОМ 23, 24, 26, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 15.08.2018, ИНН: 

<

***>) проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке ст. 395 ГК РФ на сумму задолженности в размере 423 200 руб. 00 коп. за период с 14.04.2021г. по день фактического исполнения обязательства.

Вместе с тем, ФИО3 назначен на должность генерального директора ООО «Морей» уже после совершения сделок с ООО «Калинбар» и с ООО «Фрегат», а также после образования задолженности по обязательствам перед кредиторами по соответствующим сделкам и установления долгов судебными решениями, что свидетельствует о необоснованности доводов заявителей относительно нанесения ФИО3 убытков кредиторам.

Довод заявителя о том, что ФИО3, исполняя обязанности генерального директора, подал в налоговую инспекцию недостоверную финансовую отчетность никак не подтверждается представленными заявителем документами в дело.

Сами по себе данные об ограничении сроком на 3 года с 09.12.2021 г. в отношении ФИО3 на участие в обществе, что следует из сервиса налоговой службы «Прозрачный бизнес», не является основанием для привлечения руководителя к субсидиарной ответственности.

Согласно п. 10 ст. 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

В соответствии со ст. 9, ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения процессуальных действий.

Между тем, материалы дела не содержат доказательств того, что ФИО3 является лицом, совершившим сделки, которые явились необходимой причиной банкротства должника.

Доказательств того, что ФИО3 получил личную финансовую выгоду и его поведение может быть расценено как незаконное или недобросовестное, в материалы дела заявителем не представлено.

В связи с изложенным, на основании п. 10 ст. 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», ст. 9, ч. 1 ст. 65 АПК РФ, суд не находит оснований  в удовлетворении заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3.

При рассмотрении дела судом в отношении ответчика ФИО6, ФИО13  установлено следующее. 

Как следует из материалов дела, единственным участником ООО «Морей» является ООО «ХК «Океания», одним из участников которой выступает ФИО6 (доля в уставном капитале - 40 %), друг участником выступает ФИО13 (доля в уставном капитале – 60%) 

В этой связи ФИО6, доля участия которого в уставном капитале ООО «ХК «Океания» составляет менее 50 %, не является контролирующим должника (ООО «Морей») лицом.

Как было указано выше, ФИО6 не является контролирующим лицом, и не мог  знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя, ликвидационной комиссии возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о невыполнении ими данной обязанности;

ФИО6 не мог знать о нахождении ООО «Морей» в таком состоянии, поскольку не является непосредственным участником должника. ФИО13 также не является непосредственным участником должника, само по себе участие  в Обществе, которое в свою очередь является участником должника, не может является основанием для привлечения ФИО6, и ФИО13 к субсидиарной ответственности.

При рассмотрении дела судом в отношении ответчика ФИО2 установлено следующее. 

Согласно материалам дела, ООО «Морей» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) зарегистрировано в качестве юридического лица 09.04.2018.

Судом установлено, что ФИО2  являлся генеральным директором ООО «Морей» с 09.04.2018 г. по 31.08.2021 г.

Затем генеральным директором Общества стал ФИО3

В качестве действий, существенно ухудшивших финансовое положение должника, указано на то, что ФИО2, якобы, систематически выводил денежные средства со счета Должника

ООО «Калинбар»  указывает, что, согласно выписке по счету № 40702810602540002437 за период с 01.01.2019 г. по 30.12.20219 г. сумма по кредиту счета (поступления) составила 5 817 563,64 руб., по дебету счета (расходы) - 5 936 543,05 руб., из которых ФИО2, якобы, 1 71 1 953,93 руб. вывел, обналичил и потрачены исключительно на свои личные нужды.

По данному обстоятельству, ФИО2 пояснил, что договор поставки № 1 консервированной рыбной продукции между ООО «Калинбар» и ООО «Морей» был заключен только 07 февраля 2020 года. Видом деятельности ООО «Морей», в частности, являлась переработка и консервирование рыбы, ракообразных и моллюсков.

Таким образом, в период с 01.01.2019 г. по 30.12.20219 г. никаких взаимоотношений между ООО «Морей» и ООО «Калинбар» не существовало.

ООО «Калинбар» так же указало, что, согласно выписке по счету № 40702810602540002437 за период с 01.01.2020 г. по 24.12.2020 г. сумма поступлений составила 26 745 564,10 руб., сумма затрат составила 26 746 325,45 руб., из которых ФИО2, якобы, 5 838 807,72 руб. (т.е. 22% от всех поступлений) вывел, обналичил и потратил на свои личные нужды при наличии задолженности по налогам и перед кредиторами.

При этом истец указывал, что по указанному договору от 07 февраля 2020 года для приобретения товара им было оплачено 10 970 640 рублей, а товара было поставлено на сумму 7 242 000 рублей.

ФИО2, пояснил, что для производства товара, который поставлялся ООО «Калинбар» сырье закупается не только за безналичные денежные средства, а, иногда, производители требовали от ООО «Морей» оплаты сырья за наличные денежные средства, путем внесения их в кассу поставщиков. Как правило, 50% стоимости сырья вносилась в качестве предоплаты, а по окончании поставки в кассу поставщика вносились оставшиеся денежные средства, в соответствии с весом поставленного товара. Таким образом, наличные денежные средства были израсходованы исключительно на нужды ООО «Морей». Впоследствии это сырье было переработано. Эти процессы не является выводом денежных средств, а обычной хозяйственной деятельностью по переработке и консервированию рыбы, ракообразных и моллюсков.

Снятие наличных денежных средств было обусловлено тем, что покупка сырья была дешевле за наличные денежные средства либо покупка сырья была возможна только за наличные денежные средства.

Бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий лиц, входящих в состав органов юридического лица, к которым относятся его участники, возлагается на лицо, требующее привлечения данных лиц к ответственности, то есть в настоящем случае на истца.

ООО «Калинбар» же ограничился голословными предположениями, доказательств недобросовестности либо неразумности  действий ФИО2 не привел.

Учитывая исключительный характер субсидиарной ответственности, по данной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. При оценке действий (бездействия) контролирующих должника лиц, в результате которых кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества, кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физических лиц - руководителя и учредителя общества, должен обосновать наличие в действиях таких лиц умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

ООО «Калинбар» не приведено никаких доказательств вывода, обналичивания и траты денег ФИО2 на свои личные нужды. Производители сырья не являлись аффилированными лицами ООО «Морей», обратное истцом не доказано.

Таким образом, обстоятельство приобретение ООО «Морей» сырья за наличные денежные средства само по себе не свидетельствует об умышленном выводе ФИО2 активов ООО «Морей» из Общества.

ООО «Калинбар» так же не приведено доказательств, свидетельствующих о том, что ООО «Морей» намеренно уклонялось от поставки товара ООО «Калинбар», намеренно и вводил ООО «Калинебар» в заблуждение, скрывало имущество Общества или отчуждало активы Общества без правовых оснований в иные юридические лица.

Судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, в связи с чем покупка ООО «Морей» сырья за наличные денежные средства, не могла сама по себе свидетельствовать о намеренном уклонении ответчиком от исполнения обязательств перед истцом, либо о его недобросовестном поведении в управлении обществом и установлении очередности погашения требований перед контрагентами.

Из разъяснений, приведенных в пункте 23 Постановления № 53, следует, что, рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе, сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Однако, таких доказательств ООО «Калинбар», в материалы дела не представлено. Указанные сделки по покупке ООО «Морей» сырья за наличные денежные средства в установленном действующим законодательством порядке признаны недействительными не были.

Доказательств того, что именно действия по покупке и сырья и переработке его в товар (консервирование), который не был в дальнейшем поставлен, являлись для общества заведомо убыточными, в результате которых должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее доход, и, как следствие, стали причиной объективного банкротства должника, а также повлекли невозможность удовлетворения требований кредиторов, в материалах дела отсутствуют, не доказана направленность данных перечислений денежных средств именно на причинение существенного вреда истцу как кредитору, их безосновательность и отсутствие экономического обоснования.

Реализуя свободу предпринимательской деятельности, ФИО2, как директор ООО «Морей» самостоятельно определял необходимость оплаты закупки сырья, с целью в дальнейшем осуществлять предпринимательской деятельность общества в соответствующей сфере переработки и консервирования рыбы, ракообразных и моллюсков.

Не выполнение ООО «Морей» обязанностей по поставке оплаченного ООО «Калинбар» товара, привело к невозможности получить прибыль, на которую общество рассчитывало при продолжении реализации произведенного товара.

Это не действия контролирующего лица, вредящего обществу, а обычный предпринимательский (разумный) риск.

Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) обязательства управляемым им обществом, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Само по себе наличие у общества непогашенной задолженности перед ООО «Калинбар», а также  ФИО1, ООО «Фрегат»  не может являться доказательством  вины ФИО2

Как разъяснено в пункте 24 Постановления № 53 лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что отсутствие у него документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Следовательно, для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходимо установить факт неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, вину субъекта ответственности и причинно-следственную связь между отсутствием документации (несвоевременным предоставлением) и существенным затруднением проведение процедуры банкротства, невозможностью формирования конкурсной массы (формирования не в полном объеме) и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Между тем, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве возможно при установлении судом всего состава правонарушения. Отсутствие причинно-следственной связи между действием (бездействием) контролирующих должника лиц и возникшим вредом у кредиторов должника исключает привлечение лица к такому виду ответственности.

Истцами в материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие об умышленном выводе ФИО2 активов, свидетельствующих о намеренном уклонении от исполнения обязательств.

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о том, что  ФИО2 принимал до окончания своих полномочий генерального директора все меры для получения денежных средств для погашения задолженности, в том числе перед истцами, об отсутствии безусловных оснований для вывода о заведомо неразумном или недобросовестном характере его действий при осуществлении руководства контролируемым им юридическим лицом.

Таким образом, основания для удовлетворения исковых требований в отношении ФИО2 не имеется.

При рассмотрении дела судом в отношении ответчика ФИО4  установлено следующее. 

Действующим законодательством не предусмотрен правовой механизм привлечения к субсидиарной ответственности руководителя и учредителей общества с ограниченной ответственностью к субсидиарной ответственности по обязательствам общества по требованию кредиторов общества, в случае если общество не ликвидировано или не исключено из реестра юридических лиц.

При наличии у общества статуса действующего юридического лица неосуществление юридическим лицом хозяйственной деятельности не порождает у кредитора права на привлечение к субсидиарной ответственности лиц, контролирующих Общество, на основании пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон N 14-ФЗ). Нормы закона о банкротстве по общему правилу допускают право заинтересованного лица обратиться с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам в рамках дела о банкротстве. Вне рамок дела о банкротстве подобное обращение возможно в определенных случаях. Так, в силу пункта 1 статьи 61.19 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 данного Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьи 61.11 данного Закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Должник ООО «Морей» не исключено из ЕГРЮЛ, дело о несостоятельности (банкротстве) в отношении общества прекращено определением Арбитражного суда Московской области от 28.06.2023 г. по делу № А41-37016/23 в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур.

Задолженность ООО «Морей» перед ООО "Калинбпр",  ФИО1, ООО «Фрегат» не погашена. 

Как следует из пунктов 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.

В то же время правовая форма юридического лица (корпорации) не должна использоваться его участниками и иными контролирующими лицами для причинения вреда независимым участникам оборота (пункт 1 статьи 10 и статья 1064 ГК РФ, пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", далее - постановление N 53).

Следовательно, если неспособность удовлетворить требования кредитора подконтрольного юридического лица спровоцирована реализацией воли контролирующих это юридическое лицо лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности, то участники корпорации и иные контролирующие лица в исключительных случаях могут быть привлечены к имущественной ответственности перед кредиторами данного юридического лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, статья 61.10 Закона о банкротстве, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве.

Так, участник корпорации или иное контролирующее лицо могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их "продолжением" (alter ego), в частности, когда самим участником допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества (например, использование участником банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими кредиторами), если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным. В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового решения.

Положениями пункта 3 статьи 44 Закона N 14-ФЗ предусмотрено, что при определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа общества, членов коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

При рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) последнего с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Постановление N 62), в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Исходя из пункта 2 Постановления N 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке.

Неразумность действий директора считается доказанной, в том числе, когда директор до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации (подпункт 2 пункта 3 Постановления N 62).

В силу пункта 4 Постановления N 62, добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо.

Лицо, которому участниками общества доверено руководство его деятельностью, должно использовать предоставленные ему полномочия для удовлетворения общих интересов общества, отвечающих интересам его участников, не вправе подменять интересы корпорации своим личным интересом либо интересами третьих лиц (конфликт интересов) и обязано возместить убытки, причиненные обществу, если в условиях конфликта интересов такое лицо действовало недобросовестно.

В пункте 1 статьи 15 ГК РФ указано, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В пункте 2 статьи 15 ГК РФ предусмотрено, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применение такой меры гражданско-правовой ответственности, как возмещение убытков, возможно при доказанности совокупности нескольких условий: противоправности действий причинителя убытков, причинной связи между противоправными действиями и возникшими убытками, наличия и размера понесенных убытков. При этом для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения исковых требований.

В пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Доказательств того, что ФИО4  действовал согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, не нарушая при этом имущественные права кредиторов, а его действия (бездействие) совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов, в материалах дела не имеется. Ответчик ФИО4 ни на одно судебное заседание не явился, свою позицию по заявленным требованиям не представил.

В пункте 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Вина ответчика в причинении спорных убытков подтверждается его бездействием, и не желанием исполнять судебные акты в пользу истцов. 

При указанных обстоятельствах, истцами в отношении ответчиков ФИО2, ФИО3, ООО "ХК "ОКЕАНИЯ", ФИО5, ФИО13, ФИО6, ФИО7 не доказана вся необходимая совокупность юридически значимых обстоятельств для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности в порядке статьи 61.12 Закона о банкротстве. Вместе с тем, суд приходит к выводу о том, что имеются основания для привлечения ответчика ФИО4 к субсидиарной ответственности по долгам ООО «Морей».

Судебные расходы по уплате государственной пошлины подлежат распределению между сторонами согласно положениям статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

РЕШИЛ:

Привлечь к субсидиарной ответственности  ФИО16 по обязательствам ООО «Морей» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

            Взыскать с ФИО16 в пользу ООО "Калинбар" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) задолженность в размере 4 035 273 руб. 00 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленными по правилам ст. 395 ГК  РФ на сумму 3 728 640 руб. 00  коп., с 24.03.2021 по дату фактического погашения долга, с учетом моратория, введенного Постановление Правительства РФ от 28.03.2022 N 497 (ред. от 13.07.2022) "О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами", расходы по уплате государственной пошлины 43 176 руб. 00 коп.

            Взыскать с ФИО16  в пользу ООО «Фрегат» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 495 121 руб. 95 коп., проценты, начисленные по правилам ст. 395 ГК  РФ на сумму 423 200 руб. за период с 14.04.2021 по фактическое исполнение обязательства, с учетом моратория, введенного Постановление Правительства РФ от 28.03.2022 N 497 (ред. от 13.07.2022) "О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами", расходы по уплате государственной пошлины в размере 12 902 руб. 00 коп.

            Взыскать с ФИО16 в пользу ФИО1 2 521 000 руб. 00 коп., расходы по уплате государственной пошлины в размере 35 605 руб. 00 коп.

            В удовлетворении требований ООО "КАЛИНБАР"  ООО «Фрегат», ФИО1 к  ФИО2, ФИО3 ООО "ХК "ОКЕАНИЯ", ФИО5, ФИО13, ФИО6, ФИО7 .отказать. 

Решение может быть обжаловано в Десятый арбитражный апелляционный суд в течение месяца после принятия арбитражным судом первой инстанции обжалуемого решения.

Судья                                                                      Е.А. Морозова