ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-15159/2019

г. Вологда

14 февраля 2023 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 февраля 2023 года.

В полном объеме постановление изготовлено 14 февраля 2023 года.

 

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Селецкой С.В., судей Марковой Н.Г. и                 Шумиловой Л.Ф. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии от публичного акционерного общества «Россети                  Северо-Запад» представителя ФИО2 по доверенности от 31.12.2021 № 115-21,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего акционерного общества «Роскоммунэнерго» ФИО3 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 27.10.2022 по делу № А13-15159/2019, 

 

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Вологодской области от 05.09.2019 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Союзэнерготрейд» (место нахождения: 160000, 

<

...>;                 ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; далее – должник,                                      ООО «Союзэнерготрейд») возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Определением суда от 05.11.2019 в отношении должника введено наблюдение; временным управляющим утвержден ФИО4.

Соответствующие сведения опубликованы в печатном издании «Коммерсантъ» от 16.11.2019 № 211.

Акционерное общество «Роскоммунэнерго» (далее – Общество,                        АО «Роскоммунэнерго») в лице конкурсного управляющего ФИО3 16.09.2020 обратилось в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника (далее – реестр) 9 863 602 руб. 74 коп. задолженности, установленной определением Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 25.12.2019 по делу № А25-605-356/2018, из них                                    9 857 602 руб. 74 коп. взыскано в порядке регресса в связи с признанием недействительными платежей на указанную сумму, 6000 руб. судебных расходов.

Решением суда от 10.06.2021 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден ФИО5.

Соответствующие сведения опубликованы в печатном издании «Коммерсантъ» от 19.06.2021 № 104.

Определением суда от 28.10.2021, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2022, требование Общества признано обоснованным в сумме                      9 863 602 руб. 74 коп. задолженности и подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 29.04.2022 определение суда от 28.10.2021 и постановление апелляционного суда отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Вологодской области.

При новом рассмотрении определением суда от 27.10.2022 требование Общества в размере 9 857 602 руб. 74 коп. признано обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр; производство в части требования в размере 6 000 руб. судебных расходов прекращено.

Конкурсный управляющий АО «Роскоммунэнерго» с определением от 27.10.2022 в части очередности удовлетворения требований кредитора не согласился, обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил отменить судебный акт в обжалуемой части, включить заявленное требование в реестр (с учетом уточнения жалобы, принятого судом).

В обоснование апелляционной жалобы ее податель изложил аргументы, аналогичные по смыслу и содержанию доводам, приведенным суду первой инстанции, также указал на неверную, по его мнению, оценку данных доводов судом предыдущей инстанции. Апеллянт полагает, что требование                                           АО «Роскоммунэнерго» в размере 9 857 602 руб. 74 коп. необоснованно понижено в очередности, поскольку судом не учтено, что данное требование является реституционным и следует из сделки, признанной недействительной на основании статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ                    «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Считает, что суд пришел к ошибочному выводу о том, что расчетный счет должника использовался как транзитный, а должник не получил фактической выгоды от поступивших на счет денежных средств. При этом суд исследовал платежи, не связанные с оспариваемыми. Возражает против вывода суда о том, что целью перечисления оспариваемых платежей являлось компенсационное финансирование, поскольку финансовое положение должника, структура его баланса в рассматриваемый период являлись удовлетворительными. Нахождение должника в состоянии имущественного кризиса в период совершения платежей (с 14.03.2018 по 28.03.2018) не доказано. По мнению апеллянта, вывод суда об обратном противоречит выводам, изложенным в определении от 14.02.2022 по данному делу, согласно которым обращение руководителя должника в суд с заявлением о банкротстве признано правомерным в связи с наступившими 01.07.2019 признаками банкротства. Вместе с тем в спорный период именно Общество обладало признаками неплатежеспособности. При этом в течение 2015–2017 года его финансовое состояние последовательно ухудшалось вплоть до момента фактического статуса гарантирующего поставщика. Согласно определению суда от 25.12.2019 по делу № А25-605-356/2018 оспариваемые платежи квалифицированы как вывод активов Общества в пользу должника с целью сохранения денежной массы внутри одной группы компаний и недопущения обращения взыскания. Апеллянт считает, что общая сумма оспариваемых платежей                               (9 857 602 руб. 74 коп.) в свете объемов активов должника не свидетельствует о возможности выведения должника из состояния имущественного кризиса. Включение заявленного требования в реестр не влияет на возможность получить голоса, позволяющие контролировать процедуру банкротства должника. Кроме того, понижение очередности удовлетворения заявленных требований влечет причинение вреда интересам его кредиторов, а также исключает восстановление их прав. Отмечает, что оспариваемый платеж в размере 1 500 000 руб. (28.03.2018) не является транзитным, поскольку направлен должником на погашение задолженности по обязательным платежам.

Определениями апелляционного суда от 19.12.2022, 19.01.2023 судебное заседание отложено.

В судебном заседании представитель публичного акционерного общества «Россети Северо-Запад» возражал против удовлетворения жалобы по основаниям, изложенным в отзыве и дополнении к нему.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили.

Конкурсный управляющий должника представил отзыв с возражениями против доводов апелляционной жалобы. В удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего должника об истребовании у налогового органа бухгалтерской отчетности должника за I квартал 2018 года протокольным определением от 09.02.2023 отказано; апелляционным судом приняты во внимание доводы конкурсного управляющего относительно отсутствия у него истребуемой отчетности должника, а также получение конкурсным управляющим в налоговом органе всей бухгалтерской отчетности должника.

Дело рассмотрено в отсутствие указанных лиц в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12                    «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», при применении части 5 статьи 268 АПК РФ необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства арбитражный суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Поскольку возражений относительно проверки судебного акта в обжалуемой части не поступило, суд апелляционной инстанции пересматривает судебный акт в пределах доводов апелляционной жалобы.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к следующему. 

Из указаний, приведенных в постановлении кассационного суда от 29.04.2022, следует, что при новом рассмотрении спора суду надлежало проверить обстоятельства перечисления должнику спорных денежных средств и определить очередность удовлетворения заявленных требований. При определении очередности необходимо установить, имело ли место финансирование должника со стороны Общества, предоставил ли аффилированный с должником кредитор финансирование под влиянием контролирующего должника лица и каково было имущественное положение должника в момент получения им финансирования.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), части 1  статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

В силу статей 100, 142 Закона о банкротстве, разъяснений, приведенных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Как следует из материалов дела и установлено судом, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Общества № А25-605/2018 вступившим в законную силу определением суда от 25.12.2019 удовлетворено заявление конкурсного управляющего Общества ФИО3 о признании недействительными сделками банковские операции, совершенные в период с 14.03.2018 по 28.03.2018, по списанию с расчетного счета Общества в пользу должника 9 857 602 руб. 74 коп., применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с должника в пользу Общества указанной суммы.

Из определения суда от 25.12.2019 по делу № А25-605/2018 следует, что рассматриваемые платежи Общества, признанные недействительными сделками, осуществлены по договору уступки прав требования (цессии) от 02.10.2017 № 6/СЭТ-17/58, заключенному должником и Обществом в отсутствие экономической целесообразности в приобретении прав требования по договору купли-продажи ценных бумаг от 11.04.2014 (далее – договор от 11.04.2014), заключенному должником (продавец) с обществом с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Паритет» (покупатель), в силу которого продавец продал покупателю простой вексель эмитента ООО «Базисэнерго трейд» номинальной стоимостью 175 100 000 руб. В дальнейшем на основании договора уступки прав от 02.10.2017 № 6/СЭТ-17/58 (далее – договор уступки от 02.10.2017) должник уступил Обществу право требования к ООО «Паритет» по договору от 11.04.2014 в размере 129 620 299 руб. 12 коп. Кроме того, суд установил отсутствие доказательств наличия реальных хозяйственных взаимоотношений, в том числе опосредовавших обращение векселя; отсутствие разумного обоснования целесообразности приобретения Обществом прав требования к ООО «Паритет»; значительную просрочку (2 года 9 месяцев) оплаты по договору от 11.04.2014 на момент заключения договора уступки от 02.10.2017. Суд пришел к выводу о том, что сделки, послужившие основанием для осуществления спорных платежей, совершены при злоупотреблении правом.

Согласно части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Таким образом, обстоятельства признания сделок (платежей) недействительными, а также размер недействительных платежей                                    (9 857 602 руб. 74 коп.) установлены вступившими в законную силу судебными актами арбитражного суда, имеют преюдициальное значение для настоящего судебного разбирательства и не требуют повторного доказывания.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве кредиторы и иные лица, которым передано имущество или перед которыми должник исполнял обязательства или обязанности по сделке, признанной недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 и пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, в случае возврата в конкурсную массу полученного по недействительной сделке имущества приобретают право требования к должнику, которое подлежит удовлетворению в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве), после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр требований кредиторов.

Как указано в пункте 27 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», понижение очередности восстановленного требования на основании пункта 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве является ответственностью особой природы. В связи с этим при отсутствии неправомерного поведения или вины кредитора в совершении оспоренной сделки такая ответственность к этому кредитору не применяется и его восстановленное требование удовлетворяется по правилам пункта 3 статьи 61.6 Закона о банкротстве.

При повторном рассмотрении заявленного требования суд с учетом представленных в материалы дела сведений об аффилированности должника и  Общества применил к последнему повышенный стандарт доказывания, что соответствует правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор).

В Обзоре обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности удовлетворения (субординации) требования аффилированного с должником лица.

При возникновении любого из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, считается, что должник находится в состоянии имущественного кризиса и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве. 

Контролирующее должника лицо, отклоняющееся от такого стандарта поведения и пытающееся вернуть подконтрольное общество к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления ему компенсационного финансирования, должно принимать на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты указанного финансирования на случай объективного банкротства, которые не могут перекладываться на других кредиторов получателя финансирования (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее – ГК РФ). В этом случае в деле о банкротстве подконтрольного общества соответствующее требование контролирующего лица подлежит субординации: оно удовлетворяется после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты) (пункт 3 Обзора). 

Указанные правовые позиции об очередности удовлетворения требования распространяются и на предоставившее компенсационное финансирование аффилированное с должником лицо, которое не имело прямого контроля над должником, но действовало под влиянием общего для него и должника контролирующего лица (пункт 4 Обзора).

Рассмотрев вопрос об очередности удовлетворения заявленного требования, суд первой инстанции установил следующее.

Оспариваются платежи от 14.03.2018 в размере 6 875 602 руб. 74 коп., от 20.03.2018 в размере 1 500 000 руб. и от 28.03.2018 в размере 1 500 000 руб.

Судебными актами по делам № А25-605-78/2018, А25-846-461/2018,  А25-605-288/2018, А13-15159/2019, А05-1780/2020 установлено, что в группу компаний «Межрегионсоюзэнерго» (далее – МРСЭН) входят энергосбытовые компании: публичное акционерное общество «Архэнергосбыт» (далее –               ПАО «Архэнергосбыт»), ПАО «Вологдаэнергосбыт», АО «Роскоммунэнерго», акционерное общество «Хакасэнергосбыт», ПАО «Челябэнергосбыт», учрежденная ими управляющая компания – АО «МРСЭН», а также иные компании. Московско-Уральский акционерный коммерческий банк (акционерное общество) (далее – Банк) является финансовым центром группы.

Учредителем и генеральным директором должника является ФИО6, одновременно являвшийся членом совета директоров ПАО «Архэнергосбыт».

В данном случае наличие фактической и юридической аффилированности Общества с должником, а также другим участникам группы компаний не опровергнут, что обоснованно явилось основанием для применения к Обществу повышенного стандарта доказывания.

Согласно выписке из расчетного счета должника                                                 № 40702810810040000036, открытого в Банке, оспариваемые платежи имели транзитный характер, равно как и расчетный счет должника, который использовался для внутригруппового перевода денежных средств на счета иных аффилированных лиц, входящих в группу компаний МРСЭН. Судом объективно учтены обстоятельства списания 14.03.2018 спорного платежа          на 6 875 602 руб. 74 коп., а также 154 155 000 руб. (платежное поручение от 14.03.2018 № 2203) со ссылкой на оплату по агентскому договору от 15.07.2013 № СЭТ-13/73 (далее – агентский договор № СЭТ-13/73), признанному определением суда от 29.10.2021 по делу № А25-605/2018 мнимым, в день оформления их зачисления на счет должника, а также дальнейшее использование указанных сумм во внутригрупповых расчетах с Банком с целью погашения кредита и процентов по кредитному договору от 14.12.2018 № 4665. Тогда как ранее сумма кредита, полученного должником по указанному кредитному договору, в тот же день переведена на расчетный счет Общества со ссылкой на агентский договор № СЭТ-13/73.

Анализируя оспариваемый платеж в размере 1 500 000 руб. (20.03.2018), суд верно установил, что перевод денежных средств имел транзитный характер, поскольку в тот же день (20.03.2018) он переведен должником на счет аффилированного с ним ООО «Базисэнерго трейд»; назначение платежа в части суммы 1 479 178 руб. 08 коп. указано как «возврат ошибочно пер-ых ден. средств по п/п № 58 от 31.10.2017, № 612 от 25.12.2017 по согл. о новации             дол-ого обяз-ва по агентскому дог. № СЭТ-12/91 от 26.12.2012 «23.01.2013». Также судом правомерно учтены обстоятельства аффилированности должника и ООО «Базисэнерго трейд» (руководитель и учредитель должника                 ФИО6 является генеральным директором ООО «Базисэнерго трейд»), отсутствие долга перед ООО «Базисэнерго трейд» по агентскому договору от 26.12.2012 № СЭТ-12/91 и признание данного договора мнимой сделкой, равно как и соглашения о новации от 23.01.2013 (определения суда от 21.11.2018 и 29.01.2020 по делу № А25-605/2018).

Необходимо отметить, что вступившими в законную силу определением суда от 16.02.2022, постановлениями апелляционного суда от 20.06.2022 и кассационного суда от 26.09.2022 по данному делу, законность которых подтверждена определением Верховного Суда Российской Федерации от 03.02.2023 № 307-ЭС21-20189(2), установлен факт использования расчетного счета должника, открытого в Банке, в качестве технического для транзитного перевода денежных средств, перечисляемых аффилированным по отношению к должнику Банком, с указанием назначения платежей как кредитование. 

Как верно указано в обжалуемом судебном акте, к аналогичным выводам суды пришли при рассмотрении требований Общества о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника (определения от 03.02.2021 и 19.01.2022 по делу № А13-15159/2019), а также при рассмотрении дел о банкротстве других участников группы компаний МРСЭН (определения суда от 05.03.2022 по делу № А25-846/2018, от 29.10.2021 по делу                      № А25-605/2018).

Вопреки доводам жалобы, материалами дела с очевидной достоверностью подтверждается нахождение должника в состоянии имущественного кризиса на момент перечисления ему Обществом оспариваемых платежей.

Так, на основании решения от 20.10.2016 правления акционерного общества «АТС» должник с 01.01.2017 лишен права участия в торговле электрической энергией и мощностью на оптовом рынке, а с 26.01.2017 лишен статуса субъекта оптового рынка (решение наблюдательного совета ассоциации «НП Совет рынка» от 26.01.2017).

Также судом установлено и следует из материалов дела, в том числе кредитных досье должника, составленных Банком в связи с заключением кредитных договоров от 12.07.2017 № 4513 и от 17.10.2017 № 4592, основным поставщиком электроэнергии должника являлось ПАО «Вологдаэнергосбыт», а основными покупателями – ООО «Торговый дом Вологодская ягода»,                   ООО «Вологодская ягода» и ООО «Проект-2002». Между тем выручка от объемов поставки энергии и от ее продажи практически идентична, то есть прибыль отсутствует.

Вывод суда первой инстанции о том, что деятельность должника по продаже электроэнергии нельзя признать доходом, обеспечивающим субъекту надлежащее самостоятельное ведение хозяйственной деятельности, следует признать верным.

О неплатежеспособности должника, упомянутой в абзаце шестом               пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, может свидетельствовать отсутствие у него возможности за счет собственных средств (без финансовой поддержки контролирующего лица) поддерживать текущую деятельность.

Как усматривается в материалах дела, сдача в аренду                                      ПАО «Вологдаэнергосбыт» (арендатор) объекта недвижимости (здание) обеспечивала должнику получение ежемесячной прибыли в виде арендных платежей в размере 457 000 руб. Однако указанный актив на основании договора от 28.12.2017 должник реализовал ПАО «Вологдаэнергосбыт», соответственно, получение прибыли в виде арендных платежей прекращено; основной источник финансирования деятельности Должника выбыл.

Вырученные от реализации актива денежные средства в размере                       34 456 084 руб. 96 коп. должник направил Банку на погашение процентов по кредитным договорам от 13.09.2017 № 4566, от 12.07.2017 № 4513, от 22.01.2018 № 4652, АО «Роскоммунэнерго» на погашение задолженности по указанному агентскому договору, признанному мнимой сделкой, а также на предоставление аффилированному с должником АО «Финэнергоинвест» процентного займа (договор от 28.12.2017 № СЭТ-17/53). Впоследствии возвращенные заемные денежные средства вновь направлены должником Банку с целью погашения процентов по кредитным договорам.

Следует отметить, в рамках данного дела судами установлено, что процедура согласования выдачи Банком кредитов носила формальный характер, материалы кредитного досье к договору от 12.07.2017 содержат недостоверную информацию о деятельности должника. Все платежи должника в счет погашения процентов по кредитным договорам опосредованы поступлением на его счет выплат от аффилированных лиц, то есть расчеты по процентам также являлись формой транзитных платежей, связанных с внутренним перераспределением денежных средств в группе аффилированных лиц (определение от 16.02.2022, постановления апелляционного суда от 20.06.2022 и кассационного суда от 03.10.2022).

Для объективного разрешения вопроса о наличии имущественного кризиса в спорный период, подлежала исследованию бухгалтерская (финансовая) отчетность, отвечающая требованиям части 1 статьи 13 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете». 

Из анализа показателей бухгалтерской отчетности следует, что прибыль в 2017 году составила 10 931 000 руб., в 2018 году отсутствовала, а убыток по итогам 2018 года составил 7 103 000 руб. Однако сведения о наличии прибыли по итогам 2017 года при совершении оспариваемых платежей в марте 2018 года не могут являться аргументом, свидетельствующим об отсутствии кризиса. Бухгалтерская отчетность за I квартал 2018 года в материалах дела отсутствует; соответствующих заявлений о наличии таковой судам двух инстанций не последовало.

Ссылки апеллянта на положительные показатели бухгалтерской отчетности должника за 2017 год подлежат отклонению; обоснованные сомнения суда относительно достоверности бухгалтерской отчетности документально не опровергнуты.

Доводы апеллянта о том, что направление должником денежных средств в размере 1 500 000 руб. (28.03.2018), полученных от Общества, на погашение задолженности по обязательным платежам (налоги) не свидетельствует о транзитном характере данного платежа, подлежат отклонению. При установленных обстоятельствах такое погашение задолженности, по мнению суда, подтверждает отсутствие у должника собственных денежных средств, имущества, достаточных для погашения долга по обязательным платежам, а также соответствующее финансирование АО «Роскоммунэнерго» должника.

Вопреки доводам жалобы, выводы суда в обжалуемом определении не противоречат выводам, сделанным в определении от 14.02.2022 по данному делу.

Резюмируя изложенное, суд приходит к выводу о том, что наиболее вероятной причиной перечисления Обществом денежных средств должнику в отсутствие надлежащих документов, обосновывающих это перечисление с точки зрения обычных обязательственных отношений двух коммерческих организаций, являлось использование лицами, контролировавшими группу компаний, в том числе плательщика и получателя, преимуществ своего положения для выведения одного члена группы (должник) из состояния системного имущественного кризиса, выразившегося в недостаточности денежных средств.

По общему правилу, основания для субординации устанавливаются на момент возникновения обязательства по возврату компенсационного финансирования. Тот факт, что впоследствии в отношении контролирующего (аффилированного) лица, предоставившего компенсационное финансирование, открыта процедура конкурсного производства и операции по выдаче такого финансирования оспорены в деле о его несостоятельности, сам по себе не является основанием для отказа в субординации реституционного требования о возврате компенсационного финансирования.

В рассматриваемом случае платежи признаны недействительными в рамках дела о банкротстве Общества (плательщик) в связи с тем, что оно, несмотря на наличие собственных кредиторов, передало получателю денежные средства в отсутствие встречного предоставления. Констатация того, что таким финансированием нарушены права кредиторов Общества, не меняет правовую природу финансирования, его компенсационный характер в отношениях «плательщик – получатель».

Таким образом, заявленное требование подлежало субординации до очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, осуществляемой в порядке пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве. Аналогичный правовой подход содержится в пунктах 3, 4 Обзора, в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27.01.2022 № 308-ЭС18-3917(2), от 29.12.2022               № 307-ЭС21-14747(5, 6).

Вывод суда о признании требования АО «Роскоммунэнерго» подлежащим удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требования кредиторов, включенных в реестр, сделан при неправильном применении норм материального права и противоречит установленным обстоятельствам.

С учетом изложенного судебный акт в обжалуемой части следует изменить.

Руководствуясь статьями 268–272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Вологодской области от 27 октября            2022 года по делу № А13-15159/2019 в обжалуемой части изменить, изложив абзац первый резолютивной части определения в следующей редакции:

«Признать обоснованным требование публичного акционерного общества «Роскоммунэнерго» в сумме 9 857 602 руб. 74 коп. и подлежащим удовлетворению за счет имущества должника в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, осуществляемой в порядке пункта 1 статьи 148 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                     Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

С.В. Селецкая

 

Судьи

Н.Г. Маркова

 

Л.Ф. Шумилова