ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8(87934) 6-09-16, факс: 8(87934) 6-09-14

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А20-2670/2018

г. Ессентуки

26 сентября 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 19 сентября 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 26 сентября 2022 года.

 

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Бейтуганова З.А., судей: Годило Н.Н., Джамбулатова С.И., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, при участии в судебном заседании представителя ПАО НБ «Траст» – ФИО2 (доверенность от 21.12.2021), ФИО3 (лично), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО3 и конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Росалко» - ФИО4 на определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 24.06.2022 по делу № А20-2670/2018, принятое по заявлению конкурного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Росалко» ФИО4 к ФИО5 (ИНН 

<

***>) к ФИО6 (ИНН 

<

***>), к ФИО3 (ИНН 

<

***>), к ФИО7 (ИНН 

<

***>), к ФИО8 (ИНН 

<

***>), о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Росалко» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 29.05.2019  (резолютивная часть от 22.05.2019) общество с ограниченной ответственностью «Росалко» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 361044, 

<

...>; далее - должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО9. 

          13.05.2020 в суд от конкурсного управляющего должника поступило заявление о привлечении к солидарной субсидиарной ответственности ФИО8, ФИО3, ФИО6, ФИО7, Компании с ограниченной ответственностью Пинелита Холдингс лтд, Компании с ограниченной ответственностью Римотансо Холдинг, Компании с ограниченной ответственностью Молофентро Инвестментс лтд. 

          Определением суда от 07.08.2020 суд выделил в отдельное производство требования конкурного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Росалко» ФИО9 к компании с ограниченной ответственностью Пинелита Холдингс лтд, к компании с ограниченной ответственностью Римотансо Холдинг, к компании с ограниченной ответственностью Молофентро Инвестментс лтд.

          Определением суда от 25.11.2020 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО8, ФИО3, ФИО6 и ФИО7 к солидарной субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Росалко». Приостановлено производство по рассмотрению заявления о привлечении ФИО8, ФИО3, ФИО6 и ФИО7 к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами по настоящему делу. 

          Постановлением Шестнадцатого арбитражного суда от 26.02.2021 по делу №А20- 2670/2018 определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 25.11.2020 оставлено без изменений, а апелляционные жалобы без удовлетворения. 

          Постановлением арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 19.05.2021 по делу № А20-2670/2018 определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 25.11.2020 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.02.2021 по делу № А20-2670/2018 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кабардино-Балкарской Республики.   

          Определением суда от 18.06.2021 объединены в одно производство требования конкурного управляющего: 1) к компании с ограниченной ответственностью Пинелита Холдингс лтд, к компании с ограниченной ответственностью Римотансо Холдингc лтд, к компании с ограниченной ответственностью Молофентро Инвестментс лтд; 2) к ФИО8, к ФИО3, к ФИО6, к ФИО7. 

          Определением суда от 19.07.2021, оставленным без изменения постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.10.2021, производство по заявлению в части требований к компании с ограниченной ответственностью Молофентро Инвестментс лтд, к компании с ограниченной ответственностью Пинелита Холдингс лтд, к компании с ограниченной ответственностью Римотансо Холдингc лтд прекращено. 

          По ходатайству конкурсного управляющего в качестве ответчика привлечен  ФИО5. Кроме того, к участию в обособленном споре привлечены финансовый управляющий ФИО7 ФИО10 и финансовый управляющий ФИО5 ФИО11. 

          Определением от 06.04.2022 суд заменил заявителя по настоящему обособленному спору на конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Росалко» ФИО4.

Определением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 24.06.2022 взыскано с ФИО8 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Росалко» 88 556 600 (восемьдесят восемь миллионов пятьсот пятьдесят шесть тысяч шестьсот) рублей 14 копеек убытков. Взыскано с ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Росалко» 131 414 453 (сто тридцать один миллион четыреста четырнадцать тысяч четыреста пятьдесят три) рубля 55 копеек убытков. Взыскано с ФИО6 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Росалко» 69 905 549 (шестьдесят девять миллионов девятьсот пять тысяч пятьсот сорок девять) рублей 05 копеек убытков. В остальной части в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО3 обратился в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции в части взыскания с ФИО3 убытков отменить и принять по делу в данной части новый судебный акт. Апеллянт ссылается на то, что оснований для взыскания с него убытков не имеется, поскольку перечисления денежных средств со счетов осуществлены не им, а ФИО5

Конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Росалко» - ФИО4 обратился в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении заявленных требований отменить и принять по делу в данной части новый судебный акт. Апеллянт ссылается на то, что отказывая в удовлетворении заявленных требований о привлечении к субсидиарной ответственности суд первой инстанции необоснованно не усмотрел оснований для такого привлечения.

Определением суда от 19.09.2022 в соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Макаровой Н.В. на судью Годило Н.Н.

В судебном заседании ФИО3 поддержал доводы своей апелляционной жалобы, просил определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представитель ПАО НБ «Траст» поддержал доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего, просил определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу управляющего – удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена 28.06.2022 в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб, отзывов, заслушав лиц, участвующих в настоящем обособленном споре и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 24.06.2022 по делу № А20-2670/2018 подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве, Закон) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Вопросы привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц прямо урегулированы нормами Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в частности, на момент обращения истца с настоящим заявлением главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве" ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", при этом на момент совершения вышеуказанных действий - статьей 10 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)". Изменения в ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", в соответствии с которыми статья 10 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" была признана утратившей силу, были внесены Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях".

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее - Информационное письмо № 137) означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 Гражданского кодекса Российской Федерации. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма № 137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

При рассмотрении требований о привлечении к ответственности контролирующих должника лиц применению подлежит редакция Закона о банкротстве, действовавшая в тот момент, когда имели место названные обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения соответствующих лиц к ответственности.

В настоящем случае заявитель привел обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, которые имели место в 2014 году, поэтому основания ответственности (материально-правовые нормы) должны применяться те, которые действовали в момент совершения правонарушения.

С учетом обстоятельств дела и названных конкурсным управляющим оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, при разрешении настоящего спора применению подлежит положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям".

Заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным настоящим Федеральным законом, а также заявление о возмещении должнику убытков, причиненных ему его учредителями (участниками) или его органами управления (членами его органов управления), по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации, рассматривается арбитражным судом в деле о банкротстве должника.

Круг лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам должника, основания и порядок привлечения к такой ответственности установлены статьей 10 Закона № 134-ФЗ.

Основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности установлены в статье 10 Закона № 134-ФЗ, действовавшей в спорный период.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

При этом по смыслу указанной нормы, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника (абзац 9 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Таким образом, в конструкцию пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ, действовавшей после 30.06.2013) заложена презумпция причинно-следственной связи между приведенными действиями (бездействием) контролирующих должника лиц и признанием должника несостоятельным (банкротом). При доказанности условий, составляющих презумпцию вины в доведении до банкротства, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

Следует учитывать, что субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на ответчиков обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, и потому для их привлечения к субсидиарной ответственности необходимо доказать наличие в их действиях противоправности и виновности, а также наличие непосредственной причинно-следственной связи между соответствующими виновными и противоправными действиями (бездействием) и наступившими вредоносными последствиями в виде банкротства соответствующего предприятия.

Для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной приведенными нормами права, необходимо установление совокупности условий: наличие у ответчика права давать обязательные указания для истца либо возможности иным образом определять действия истца; совершение ответчиком действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении истца и действиями истца, повлекшими его несостоятельность (банкротство); недостаточность имущества истца для расчетов с кредиторами; необходимость установления вины ответчика для возложения на него ответственности (пункт 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

В соответствии с абзацами 1 и 2 пункта 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016, при наличии доказательств, свидетельствующих о существовании причинно-следственной связи между действиями контролирующего лица и банкротством подконтрольной организации, контролирующее лицо несет бремя доказывания обоснованности и разумности своих действий и их совершения без цели причинения вреда кредиторам подконтрольной организации. Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Таким образом, субсидиарная ответственность лица по названному основанию наступает в зависимости от того, привели ли его действия или указания к несостоятельности (банкротству) должника.

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Из материалов дела следует, что управляющий ссылается на то, что признаки неплатежеспособности возникли у должника, начиная с 2014 года, при этом анализ производственной деятельности должника с 2014 года отсутствует, расчет коэффициентов абсолютной и текущей ликвидности не может свидетельствовать о возникновении признаков неплатежеспособности должника, начиная с 2014 года.

Согласно данным представленного в материалы дела бухгалтерского баланса должника за 2016 года, на 31.12.2016 активы должника составляли 248 590 тыс. рублей, на 31.12.2015 - 287 176 тыс. рублей, на 31.12.2014 - 782 347 тыс. рублей; кредиторская задолженность в 2014 году составляла 277 702 тыс. рублей, в 2015 году - 14 737 тыс. рублей, в 2016 году - 5226 тыс. рублей

Следовательно, с учетом размера активов должника в 2014 году, последний не обладал признаками неплатежеспособности в меняемый период.

Управляющий, в качестве доказательства наличия признаков неплатежеспособности в меняемый период ссылается на заключение должником, в лице его руководителей договора поручительства перед АО «Автовазбанк» по кредитному договору, заключенному с аффилированным лицом.

Между тем, срок возврата полученного должником кредита наступал 01.02.2018; в заявлении о признании должника банкротом правопреемник банка указывал, что должник своевременно уплачивал банку проценты, начисленные на текущую задолженность; дата погашения кредитных обязательств ООО "Риал" - 01.02.2018; 

Доказательства, свидетельствующие о том, что основной заемщик допускал нарушение сроков погашения обязательств по кредитным договорам на 31.12.2014, в связи с чем к должнику, как поручителю, были предъявлены требования о погашении задолженности, в дело не представлены. 

Напротив, из приложенных к заявлению акционерного общества «Автовазбанк» о признании должника банкротом расчетов задолженности следует, что по кредитным договорам просрочка не допускалась до 01.02.2018. Следовательно, в данном случае, необходимость обращения в суд контролирующего должника лица с заявлением о признании должника банкротом не могла возникнуть ранее обращения банка к должнику как к поручителю ООО «Риал» с требованиями от 04.04.2018 №№ 25536-ВА и 25538- ВА.

В свою очередь, с учетом правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.03.2021 № 310-ЭС20-18954 по делу № А36-7977/2016, в соответствии с которой сама по себе выдача поручительств по обязательствам организации, входящий в одну группу с должником, в пользу кредитной организации, настаивающей на дополнительном обеспечении, не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении руководителя поручителя по отношению к его кредиторам даже в ситуации, когда поручитель с целью реализации общегрупповых интересов, а не для причинения вреда кредиторам, принимает на себя солидарные обязательства перед банком в объеме, превышающем его финансовые возможности, полагая при этом, что в перспективе результат деятельности группы позволит погасить обязательства ее членов перед кредиторами. Для констатации сомнительности поручительства, его направленности на причинение вреда остальным кредиторам поручителя, должны быть приведены веские аргументы, свидетельствующие о значительном отклонении поведения от сложившейся практики, в частности, о том, что поручитель действовал злонамеренно: цель привлечения независимого кредитного финансирования группой, объединяющей заемщика и лиц, выдавших обеспечение, в действительности ими не преследовалась, им было очевидно, что в дальнейшем обязательства заведомо не будут исполнены. Сама по себе выдача должником поручительства за аффилированное лицо не может быть вменена контролирующему лицу в качестве основания для привлечения его к субсидиарной ответственности даже при условии, что размер обязательства, исполнение которого обеспечено поручительством, превышает размер активов должника. Это объясняется тем, что при кредитовании одного из участников группы лиц, как правило, в конечном счете, выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 №305-ЭС18-17611). В то же время ссылка на поручительство как причину банкротства не может использоваться контролирующим лицом как условие, освобождающее его от ответственности, если такое контролирующее лицо осуществляло действия, например, по выводу активов поручителя, что в свою очередь снизило эффективность обеспечения (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 №305-ЭС19-10079 по делу №А41-87043/2015).

Из представленных в материалы дела выписок по счету должника, открытому в ПАО «Промсвязьбанк» № 40702810300000011569 (представлена в электронном виде 12.10.2021 с уточнением к заявлению) следует, что 25.12.2013 в адрес должника поступили денежные средства в размере 67 837 680 рублей с назначением платежа: «Выдача ссуды по К/Д № 

<

***> от 25.12.2013 г.». В этот же день должник перечислил в адрес УФК МФ РФ по КБР 67 837 680 рублей с назначением платежа: «Акцизы на алкогольную продукцию с объемной долей этилового спирта свыше 9 %. НДС не облагается». 

Указанное свидетельствует о том, что денежные средства направлены не на вывод активов, а на осуществление хозяйственной деятельности. 

Судом первой инстанции также исследован вопрос о том, осуществлял ли должник с 2014 года и до даты подачи заявления о его банкротстве производственную деятельность, выпуск и продажу продукции.

Согласно сведениям из Межрегионального управления Федеральной службы по регулированию алкогольного рынка по Северо-Кавказскому округу 01.12.2021, должник в 2014 году произвел поставку алкогольной продукции в объеме 3 750 литров, в 2015-2016 годах сведения о производстве и поставке продукции отсутствуют, в 2017 году произведено 606 162 литра и поставлено 82 150 литров, в период с 01.01.2018 по 14.06.2018 осуществлена поставка 533 585 литров алкогольной продукции. 

Таким образом, в 2017-2018 годах объем производства увеличился по сравнению с предыдущими годами. Следовательно, должник осуществлял хозяйственную деятельность после 2014 года, что также не может свидетельствовать о наличии у должника признаков объективного банкротства в меняемый период.

Кроме того, с учетом представленных пояснений и выписок по счету, суд первой инстанции установил, что погашение процентов по кредитному договору осуществлялось за счет перераспределения в группе. Так, после оплаты акциз на алкогольную продукцию должник был лишен возможности самостоятельно нести расходы на текущую финансово-хозяйственную деятельность, все расчеты происходили за счет денежных средств, поступивших от Группы компаний «РИАЛ». Об этом свидетельствуют следующие обстоятельства. Для того, чтобы оплатить ЗАО «Гласс Технолоджис» стоимость поставленных стеклобутылок в размере 1 500 000 рублей, 25.12.2013 ООО «Концерн Риал» в пользу ООО «Росалко» перечисляет денежные средства по договору займа № 05/04/2013 от 05.04.2013 в размере 1 200 000 руб. Для того, чтобы оплатить ЗАО «Гласс Технолоджис» стоимость поставленных стеклобутылок в размере 750 000 рублей, 27.12.2013 ООО «Концерн Риал» в пользу ООО «Росалко» перечисляет денежные средства по договору займа № 05/04/2013 от 05.04.2013 в размере 750 000 рублей. Для того, чтобы оплатить ЗАО «Гласс Технолоджис» стоимость поставленных стеклобутылок в размере 5 000 000 рублей, 10.01.2014 ООО «Концерн Риал» в пользу ООО «Росалко» перечисляет денежные средства по договору займа №05/04/2013 от 05.04.2013 в размере 5 000 000 рублей. Для того, чтобы оплатить ОАО «Центр по перевозке грузов в контейнерах ТрансКонтейнер» стоимость транспортноэкспедиционного обслуживания в размере 920 000 рублей, 15.01.2014 ООО «Концерн Риал» в пользу ООО «Росалко» перечисляет денежные средства по договору займа №05/04/2013 от 05.04.2013 в размере 500 000 рублей. При этом, все денежные средства, поступающие на счет ООО «Росалко» от реализации алкогольной продукции, направлялись сразу же в адрес ООО «Концерн Риал» с назначением платежей: «Возврат денежных средств согласно договорам займа…». Для того, чтобы оплатить проценты за использование кредитной линии по кредитному договору № 

<

***> от 25.12.2013 в размере 720 406 рублей 88 копеек, 31.03.2014 ООО «Гласс Технолоджис» в пользу ООО «Росалко» перечисляет денежные средства по договору займа №14/12/11 от 14.12.2011 в размере 620 000 рублей. ООО «Росалко» неоднократно использовал денежные средства ООО «Концерн Риал» на погашение процентов за использование кредитной линии по кредитному договору № 

<

***> от 25.12.2013, в том числе: 30.04.2014, 30.06.2014. Для того, чтобы оплатить акцизы на алкогольную продукцию в размере 15 000 000 рублей, 29.04.2014 ООО «Концерн Риал» в пользу ООО «Росалко» перечисляет денежные средства по договору займа № 29/04/2014 от 29.04.2014 в размере 14 900 000 рублей. Аналогичные схемы расчетов по текущим расходам на финансово-хозяйственную деятельность ООО «Росалко» осуществляло вплоть до возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве), в том числе за счет денежных средств ООО «Концерн Риал», ООО «Вереск», ООО «Гласс Технолоджис» и других компаний, входящих в Группу Компаний «РИАЛ». Кроме того, из анализа выписок о движении денежных средств по счетам ООО «Росалко» следует, что имело место погашение задолженности одной компанией перед кредиторами другой компании.

Также судом установлено, что должник в период с 01.01.2014 по 14.06.2018 уплатил налогов, сборов, акцизов в общей сумме 289 222 749 рублей 30 копеек. В письме от 14.02.2022 названное Управление уточнило, что в 2014 году поступило 151 587 тыс. рублей, в 2015 году – 322 тыс. рублей, в 2016 году – 181 тыс. рублей, в 2017 году – 126 351 тыс. рублей, в период с 01.01.2014 по 14.06.2018 – 1 414 тыс. рублей.

При рассмотрении заявления уполномоченного органа о включении требований в реестр суды установили, что должнику по результатами выездной проверки от 15.02.2017 доначислен налог на добавленную стоимость за 2017 год в сумме 579 322 рубля, доначислен налог на прибыль организаций за 2014 год в сумме 239 512 рублей, иная задолженность по обязательным платежам не установлена.

Указанное выше свидетельствует о том, что должник в названный период осуществлял производственную деятельность, уплачивал обязательные платежи, что соответственно не может свидетельствовать о наличии у него признаков объективного банкротства в меняемый период.

В соответствии с бухгалтерской отчетностью должника за 2018 год (прилагается к рассматриваемому заявлению, поданному в электронном виде 12.05.2020), по состоянию на 21.12.2018 (последняя отчетная дата, предшествующая введению конкурсного производства в отношении должника) на балансе должника числилось следующее имущество общей стоимостью 522 368 тыс. рублей: основные средства на сумму 39 764 тыс. рублей; прочие внеоборотные активы на сумму 2 529 тыс. рублей; запасы на сумму 314 290 тыс. рублей; дебиторская задолженность на сумму 164 746 тыс. рублей; денежные средства на сумму 1 039 тыс. рублей. 

В ходе проведенной в отношении должника инвентаризации имущества, установлено наличие у должника 165 объектов имущества стоимостью 169 573 756 рублей. Наличие у должника иного имущества, отраженного в бухгалтерской отчетности установлено не было.

Таким образом, управляющим не представлено доказательств, подтверждающих наличие у контролирующего должника лица обязанности подать в суд заявление о признании должника банкротом после 2014 года, поскольку доказательств наличия у должника признаков объективного банкротства в указанный период не представлено.

Из приложенных к заявлению акционерного общества «Автовазбанк» о признании должника банкротом расчетов задолженности следует, что по кредитным договорам просрочка не допускалась до 01.02.2018.  Задолженность, возникшая в период с 11.05.2018 до 20.06.2018 у должника перед иными кредиторами отсутствует. Дело о банкротстве в отношении должника возбуждено 20.06.2018 на основании заявления акционерное общество «Автовазбанк».

Таким образом, конкурсным управляющим должника не представлены доказательства, подтверждающие необходимость обращения контролирующих должника лиц в суд с заявлением в 2014 году, поскольку доказательств, подтверждающих, что должник в указанный период стал отвечать признакам объективного не представлено. Доказательств обратного не было представлено и в суд апелляционной инстанции.

С учетом изложенного, оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по данному основанию не имеется.

Относительно требований к ФИО7 суд исходит из того, что доля участия ФИО7 в обществе сотавила 0,12% и 0,15%.

Согласно правовой позиции, приведенной в пункте 15 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2018) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018), пока не доказано иное, предполагается, что мажоритарные участники (акционеры), голоса которых имели решающее значение при назначении руководителя, своевременно получают информацию о действительном положении дел в хозяйственном обществе. При наличии такой информации контролирующие участники (акционеры) дефакто принимают управленческие решения о судьбе должника - о даче согласия на реализацию выработанной руководителем стратегии выхода из кризиса и об оказании содействия в ее реализации либо об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника.

Следовательно, оценив доли участия ФИО7 в обществе, суд приходит к выводу о том, что указанное лицо не может быть признано участником, имевшим влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника, доказательств обратного не представлено. В связи с чем, в удовлетворении требований управляющего к ФИО7 обоснованно отказано.

Также управляющий в качестве основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности ссылается на не передачу ему первичных документов должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия. Руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.10.2017 по делу № 302-ЭС17-9244, указанное требование Закона о банкротстве обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о несостоятельности (банкротстве), если иное не предусмотрено названным Федеральным законом, в целях упомянутого Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Подпунктом 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

Из письма Пенсионного фонда России от 19.05.2022 следует, что руководителями должника являлись: ФИО8 – с мая 2013 года по февраль 2016 года, ФИО3 – с мая 2016 года по июль 2018 года, ФИО6 – с марта 2017 года по июнь 2019 года.

Таким образом, с учетом полученных сведений с Пенсионного фонда России и Управления ФНС России по Кабардино-Балкарской Республике 24.05.2022 суд приходит к выводу, что ФИО8 являлся руководителя должника с 29.03.2013 по 19.05.2016, ФИО3 - с 20.05.2016 по 19.07.2018, ФИО6 – с 20.07.2018 по 22.05.2019.

Следовательно, на дату признания должника банкротом ФИО6 являлся контролирующим должника лицом и в силу указанных выше норм права ответственным лицом за хранение, а, следовательно, передачу документации управляющему.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В силу пункта 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. Ежемесячно руководитель обязан информировать временного управляющего об изменениях в составе имущества должника. Данной обязанности руководителя должника корреспондирует право временного управляющего, предусмотренное пунктом 1 статьи 66 Закона о банкротстве, получать любую информацию и документы, касающиеся деятельности должника, а также, предусмотренная пунктом 1 статье 67 Закона о банкротстве обязанность временного управляющего провести анализ финансового состояния должника.

В свою очередь, в материалы дела не представлено доказательств подтверждающих передачу ФИО6 каких-либо первичных документов предыдущими руководителями должника. Доказательств обратного не представлено и в суд апелляционной инстанции.

Ссылка ФИО3 на копию акта о передаче-передаче дел при смене директора от 19.07.2018 между ФИО3 и ФИО6, судом отклоняется, поскольку указанный акт представлен лишь в копии, оригинал отсутствует. Кроме того, из акта не представляется возможным установить какие именно документы были переданы ФИО6, поскольку в акте содержатся лишь общие фразы – названия видов документов, и отсутствуют какие-либо идентифицирующие признаки документации (даты, номера, периоды и т.п.).

С учетом изложенного, ввиду отсутствуя доказательств нахождения первичных документов у ФИО6, у последнего не возникло соответствующая обязанность по передачи спорных документов управляющему.

Также управляющий не обосновал причины предъявления требований по передаче документации и имущества должника к ФИО8 и ФИО3, которые на дату признания должника банкротом не являлись его руководителями, что также исключало обязанности по передачи спорных документов управляющему.

Таким образом, оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, за не передачу документов управляющему, не имеется.

Кроме того, управляющий ссылается на причинение контролирующими должника лицами вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения сделок по перечислению денежных средств заинтересованным по отношению к должнику лицам.

Согласно абзацу 4 пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление № 53) независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Таким образом, суд вправе переквалифицировать требование заявителя с требования о привлечении бывших руководителей должника к субсидиарной ответственности на требование о взыскании убытков.

При таких обстоятельствах, при недоказанности оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве, но доказанности противоправного поведения ответчиков, суд вправе переквалифицировать требование заявителя на требование о взыскании убытков.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Аналогичные нормы содержатся в статье 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

В пункте 1 и подпункте 1 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Постановление № 62) разъяснено, что лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д.), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Предусмотренная приведенными нормами права ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно только при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, а также причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 2 Постановления № 62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.). Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

Таким образом, в силу приведенных норм и разъяснений руководитель несет ответственность за деятельность общества в тот период, когда он фактически осуществлял руководство им. Презюмируется, пока не доказано обратное, что руководитель располагает всей информацией о сделках, заключенных обществом в его лице, и об исполнении этих сделок.

Так из материалов дела следует, что определением от 06.07.2020 суд признал недействительной сделку по перечислению должником денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью «Калининградский винодельческий завод» на сумму 39 000 рублей 20.03.2018 с назначением платежа «Оплата по договору займа от 01.02.18 НДС не облагается», Применить последствия недействительности сделки и взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Калининградский винодельческий завод» в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Росалко» денежные средства в размере 39 000 рублей. На дату совершения указанной сделки директором должника был ФИО3 

Определением от 06.08.2020, оставленным без изменения, суд признал недействительными сделки по перечислению с расчетного счета должника денежных средств за общество с ограниченной ответственностью «Калининградский винодельческий завод» на общую сумму 1 616 163 рубля 52 копейки (в период с 28.04.2018 по 25.03.2019 – ФИО3 и ФИО6), применил последствия недействительности сделок и взыскал с общества с ограниченной ответственностью «Калининградский винодельческий завод» в конкурсную массу должника денежные средства в размере 1 616 163 рубля 52 копейки. Из них в период работы ФИО3 - 895 311 рублей 88 копеек (28.04.18 - 355 рублей 18 копеек, 450 рублей, 1 738 рублей 77 копеек 2 810 рублей 97 копеек, 13 419 рублей 13 копеек, 15 000 рублей, 19 860 рублей, 16.05.18 - 820 рублей 58 копеек, 7 934 рубля 90 копеек, 13 954 рубля 49 копеек, 34 500 рублей, 34 500 рублей, 60 195 рублей 84 копейки, 18.05.18 - 3 308 рублей, 05.06.18 - 1 900 рублей, 12.07.18 - 21 206 рублей 03 копейки, 17.07.18 - 947 рублей 99 копеек, 100 000 рублей, 19.07.18 - 3 308 рублей, 21 060 рублей 45 копеек, 33 000 рублей, 45 000 рублей, 51 405 рублей 55 копеек, 65 398 рублей, 88 238 рублей, 120 000 рублей, 135 000 рублей). В остальной части – 720 851 рубль 64 копейки - в период работы ФИО6 

Определением от 08.12.2020 суд признал недействительными сделки по перечислению с расчетного счета должника денежных средств за общество с ограниченной ответственностью «Калининградский винодельческий завод» на общую сумму 395 000 рублей (19.07.2018 в размере 120 000 рублей, 135 000 рублей – когда директором был ФИО3, 12.09.2018 в размере 140 000 рублей – когда директором был ФИО6); суд применил последствия недействительности сделок и взыскал с общества с ограниченной ответственностью «Калининградский винодельческий завод» в конкурсную массу должника денежные средства в размере 395 000 рублей. Указанная сумма оплачена в полном объеме, о чем указано конкурсным управляющим в пояснениях от 07.06.2022, в связи с чем она не учитывается при определении размера ответственности З.С.ПБ. и ФИО6 

Определением от 21.12.2020 суд признал недействительным соглашение о зачете встречных требований от 30.04.2019, заключенное между обществом с ограниченной ответственностью «Калининградский винодельческий завод» и должником, применил последствия признания сделки недействительной - восстановил задолженность общества с ограниченной ответственностью «Калининградский винодельческий завод» перед должником по договору займа №01/02/18 от 01.02.2018 в размере 1 781 602 рубля 81 копейка. Соглашение о зачете заключено ФИО6

Определением от 21.07.2020 суд признал недействительными сделки по перечислению должником денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью «РИАЛ» на общую сумму 48 818 195 рублей 57 копеек (с расчетного счета, открытого в ПАО «Сбербанк», в размере 32 485 000 рублей за период с 11.10.2017 по 28.04.2018 и с расчетного счета, открытого в ПАО «Промсвязьбанк», в размере 16 333 195 рублей 57 копеек за период с 20.12.2016 по 28.04.2018); суд применил последствия недействительности сделок и взыскал с общества с ограниченной ответственностью «РИАЛ» в конкурсную массу должника денежные средства в размере 48 818 195 рублей 57 копеек. В указанные периоды директором должника был ФИО3 

Определением от 22.07.2020 суд признал недействительной сделку по перечислению должником денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью «Росалко» (ИНН 

<

***>) на сумму 821 257 рублей 81 копейка (дата совершения операции - 30.06.2015), суд применил последствия недействительности сделок и взыскал с общества с ограниченной ответственностью «Росалко» (ИНН 

<

***>) в конкурсную массу должника 821 257 рублей 81 копейка. На указанную дату директором должника был ФИО8 

Определением от 23.07.2020 суд признал недействительными сделки по перечислению должником денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью «СК Символ» на общую сумму 1 800 000 рублей, из которых: дата совершения операции - 26.04.2018 (когда директором был ФИО3), сумма операции - 300 000 рублей; дата совершения операции - 09.07.2018 (когда директором был ФИО3), сумма операции - 900 000 рублей; дата совершения операции - 24.07.18 (когда директором был ФИО6), сумма операции - 600 000 рублей. Суд применил последствия недействительности сделок и взыскал с общества с ограниченной ответственностью «СК Символ» в конкурсную массу должника 1 800 000 рублей. 

Определением от 28.07.2020 суд признал недействительными сделки по перечислению должником денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью «Хэппи компани» на общую сумму 12 340 750 рублей (дата совершения операции - 02.10.2015, сумма операции – 2 390 000 рублей; дата совершения операции - 05.10.2015, сумма операции – 2 790 000 рублей; дата совершения операции - 07.10.2015, сумма операции – 2 700 000 рублей; дата совершения операции - 08.10.2015, сумма операции – 4 460 750 рублей). Суд применил последствия недействительности сделок и взыскал с общества с ограниченной ответственностью «Хэппи компани» в конкурсную массу должника 12 340 750 рублей. На даты совершения названных сделок директором должника был ФИО8 

Определением от 29.07.2020 суд признал недействительными сделки по перечислению с расчетного счета должника денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью «Росалко» (ИНН 

<

***>) на общую сумму 357 000 рублей: дата совершения операции - 28.05.2018 (ФИО3), сумма операции – 285 000 рублей; дата совершения операции - 09.07.2018 (ФИО3), сумма операции – 33 000 рублей; дата совершения операции - 10.10.2018 (ФИО6), сумма операции – 39 000 рублей). Суд применил последствия недействительности сделок и взыскал с общества с ограниченной ответственностью «Росалко» (ИНН 

<

***>) в конкурсную массу должника 357 000 рублей. 

Определением от 03.08.2020 суд признал недействительными сделки по перечислению с расчетных счетов должника денежных средств за общество с ограниченной ответственностью «РИАЛ» в пользу различных лиц на общую сумму 3 966 767 рублей 07 копеек (с расчетного счета, открытого в ПАО «Сбербанк», в период с 05.06.2018 по 25.02.2019 (в периоды руководства ФИО3 и ФИО6) на общую сумму 3 194 767 рублей 07 копеек, а также с расчетного счета, открытого в ПАО «Промсвязьбанк», в период с 06.07.2016 по 20.03.2018 (в период работы ФИО3) на общую сумму 772 000 рублей). Суд применил последствия недействительности сделок и взыскал с общества с ограниченной ответственностью «РИАЛ» в конкурсную массу должника 3 966 767 рублей 07 копеек. Из названных 3 966 767 рублей 07 копеек (с расчетного счета, открытого в ПАО «Сбербанк») произведены перечисления в период работы ФИО3 (по 19.07.2018) – 1 960 998 рублей 61 копейка (05.06.2018 - 1 500 рублей, 2 600 рублей, 2 600 рублей, 06.06.2018 - 2 816 рублей, 34 800 рублей, 09.06.2018 - 27 рублей 69 копеек, 147 рублей 68 копеек, 374 рублей 40 копеек 443 рубля 04 копейки, 1 851 рубль 46 копеек, 1 996 рублей 80 копеек, 1 996 рублей 80 копеек, 3 000 рублей, 5 990 рублей 40 копеек, 7 076 рублей 94 копейки, 8 106 рублей 98 копеек, 9 631 рубль, 65 034 рубля 28 копеек, 18.06.2018 - 15 000 рублей, 1 000 000 рублей, 20.06.2018 - 7 876 рублей 60 копеек, 8 172 рубля 33 копейки, 8 910 рублей, 9 810 рублей, 10 560 рублей, 12 000 рублей, 12 320 рублей, 19 062 рубля, 23 105 рублей, 34 200 рублей, 250 000 рублей, 21.06.18 - 168 000 рублей, 22.06.2018 – 755 рублей, 1 040 рублей, 2 200 рублей, 10 000 рублей, 23 500 рублей, 70 000 рублей, 25.06.2018 - 11 000 рублей, 11 000 рублей, 11 000 рублей, 26.06.2018 - 7 701 рубль 87 копеек, 13 792 рубля 34 копейки, 70 000 рублей). В остальной части – 1 233 768 рублей 46 копеек – в период работы ФИО6 

Определением от 04.08.2020 суд признал недействительными сделки по перечислению с расчетного счета должника денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Росалко» на общую сумму 151 759 рублей 79 копеек в период с 16.07.18 по 26.04.19 (ФИО3 и ФИО6). Применены последствия недействительности сделок, с общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Росалко» взыскано в конкурсную массу должника 151 759 рублей 79 копеек. Из них в период работы ФИО3 – 40 119 рублей (16.07.2018 - 1 700 рублей, 2 000 рублей, 3 000 рублей, 4 830 рублей, 5 000 рублей, 6 786 рублей, 16 803 рублей). В остальной части – 111 640 рублей 79 копеек - в период работы ФИО6

Определением от 04.08.2020 суд признал недействительными сделки по перечислению с расчетных счетов должника денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью «Росалко» (ИНН 

<

***>) на общую сумму 415 448 рублей 58 копеек (перечисления денежных средств за ООО «Росалко» (ИНН 

<

***>) в пользу различных лиц: с расчетного счета, открытого в ПАО «Сбербанк», в период с 09.06.2018 по 08.11.2018 (в периоды работы ФИО3 и ФИО6) на общую сумму 349 335 рублей 81 копейка, а также с расчетного счета, открытого в ПАО «Промсвязьбанк», 03.05.2017 (в период работы ФИО3) на общую сумму 66 112 рублей 77 копеек). Суд применил последствия недействительности сделок и взыскал с общества с ограниченной ответственностью «Росалко» (ИНН 

<

***>) в конкурсную массу должника 415 448 рублей 58 копеек. Из названных 349 335 рублей 81 копейка в период работы ФИО3 – 98 857 рублей 23 копейки (09.06.2018 - 26 156 рублей 19 копеек, 39 761 рубль 04 копейки, 10.07.2018 - 11 940 рублей, 21 000 рублей). В остальной части - 250 478 рублей 58 копеек - период работы ФИО6 

Определением от 04.08.2020 суд признал недействительной сделку по перечислению 06.06.2018 (период работы ФИО3) с расчетного счета должника денежных средств за общество с ограниченной ответственностью «Риалбио» на сумму 2 600 рублей, применил последствия недействительности сделки и взыскал с общества с ограниченной ответственностью «Риалбио» в конкурсную массу должника 2 600 рублей. 

Определением от 04.08.2020 суд признал недействительной сделку по перечислению с расчетного счета должника денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью «Риал-Пласт» на сумму 38 300 рублей (08.09.2017 - период работы ФИО3), применил последствия недействительности сделки и взыскал с общества с ограниченной ответственностью «Риал-Пласт» в конкурсную массу должника 38 300 рублей. 

Определением от 04.08.2020 суд признал недействительной сделку по перечислению с расчетного счета должника денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью «Инвестиционная строительная компания» на сумму 20 101 рубль 30 копеек (22.10.2018 – период работы ФИО6), применил последствия недействительности сделки и взыскал с общества с ограниченной ответственностью «Инвестиционная строительная компания» в конкурсную массу должника 20 101 рубль 30 копеек. 

Определением от 06.08.2020 суд признал недействительными сделки по перечислению с расчетного счета должника денежных средств за общество с ограниченной ответственностью «Концерн «РИАЛ» на общую сумму 2 502 777 рублей 81 копейка в период с 04.06.2018 по 17.05.2019 (ФИО3 и ФИО6). Суд применить последствия недействительности сделок и взыскал с общества с ограниченной ответственностью «Концерн «РИАЛ» в конкурсную массу должника 2 502 777 рублей 81 копейка. Из них в период работы ФИО3 – 141 546 рублей 91 копейка (04.06.2018 - 506 рублей 46 копеек, 1 200 рублей, 1 640 рублей 45 копеек, 70 000 рублей, 09.06.2018 - 33 000 рублей, 22.06.2018 - 2 200 рублей, 25.06.2018 – 11 000 рублей, 11 000 рублей, 11 000 рублей). В остальной части - 2 361 230 рублей 90 копеек – в период работы ФИО6 

Определением от 19.08.2020 суд признал недействительными сделки по перечислению с расчетного счета должника денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью «Европромпродукт» за общество с ограниченной ответственностью «Риалбио» на общую сумму 353 734 рубля 43 копейки (09.06.2018 – в период работы ФИО3). Суд применил последствия недействительности сделок и взыскал с общества с ограниченной ответственностью «Риалбио» в конкурсную массу должника 353 734 рубля 43 копейки. 

Определением от 26.08.2020 суд признал недействительными сделки по перечислению с расчетного счета должника денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью «РИАЛ-Агро» на общую сумму 3 191 000 рублей (30.05.2018 в размере 840 000 рублей; 04.06.2018 в размере 23 000 рублей; 13.06.2018 в размере 143 000 рублей; 14.06.2018 в размере 1 185 000 рублей; 28.06.2018 в размере 1 000 000 рублей – в период работы ФИО3); применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с общества с ограниченной ответственностью «РИАЛ-Агро» в конкурсную массу должника 3 191 000 рублей. Постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.12.2021 определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 26.08.2020 по делу №А20-2670/2018 отменено; принят по делу новый судебный акт: признать недействительными сделки по перечислению с расчетного счета общества с ограниченной ответственностью «Росалко» денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью «РИАЛ-Агро» на общую сумму 3 191 000 рублей, применить последствия недействительности сделок и взыскать с общества с ограниченной ответственностью «РИАЛ-Агро» в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Росалко» денежные средства в размере 3 191 000 рублей. Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 10.03.2022 постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.12.2021 по делу № А20-2670/2018 отменено в части признания недействительной сделки по перечислению 14.06.2018 ООО «Росалко» в пользу ООО «Риал-Агро» 1 185 000 рублей и применения последствий недействительности данной сделки, в этой части в удовлетворении заявления отказано; в остальной части постановление от 01.12.2021 оставлено без изменения. Таким образом, недействительными признаны сделки, совершенные в период работы ФИО3, на общую сумму 2 006 000 рублей. Указанная сумма оплачена платежным поручением № 9 от 18.04.2022, в связи с чем исключается из размера ответственности ФИО3 

Определением от 27.08.2020 суд признал недействительными сделки по перечислению с расчетных счетов должника денежных средств в пользу закрытого акционерного общества «Гласс Технолоджис» на общую сумму 16 379 994 рубля (20.02.2018 в размере 1 000 000 рублей, 31.05.2018 в размере 1 200 000 рублей, 4 031 263 рублей 39 копеек, 10 148 730 рублей 61 копейка – в период работы ФИО3). Суд применил последствия недействительности сделок и взыскал с закрытого акционерного общества «Гласс Технолоджис» в конкурсную массу должника 16 379 994 рубля. Указанная задолженность продана за 18 120 рублей, в связи с чем на 18 120 рублей размер ответственности ФИО3 следует уменьшить. 

Определением от 27.08.2020 суд признал недействительной сделку по перечислению с расчетного счета должника денежных средств в пользу ФИО5 на сумму 1 400 000 рублей (05.09.2016 – в период работы ФИО3). Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО5 в конкурсную массу должника 1 400 000 рублей. 

Определением от 28.08.2020 суд признал недействительными сделки по перечислению с расчетного счета должника денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью «Авангард-А» на общую сумму 385 000 рублей (06.11.2018 в размере 150 000 рублей; 20.12.2018 в размере 85 000 рублей; 20.12.2018 в размере 150 000 рублей – в период работы ФИО6). Применены последствия недействительности сделок, с общества с ограниченной ответственностью «Авангард-А» взыскано в конкурсную массу должника 385 000 рублей. 

Определением от 02.09.2020 суд признал недействительными сделки по перечислению с расчетных счетов должника денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью «Концерн «РИАЛ» на общую сумму 60 606 906 рублей 83 копейки. Из них перечисления денежных средств с расчетного счета, открытого в ПАО «Сбербанк», в общей сумме 12 715 800 рублей: 09.10.2015 в размере 30 800 рублей (в период работы ФИО8), 22.12.2016 в размере 12 685 000 рублей (в период работы ФИО3); также с расчетного счета, открытого в ПАО «Промсвязьбанк», в период с 30.06.2015 по 24.01.2017 (ФИО8 и ФИО3) перечислено в общей сумме 47 891 106 рублей 83 копейки. Применены последствия недействительности сделок, взыскано с общества с ограниченной ответственностью «Концерн «РИАЛ» в конкурсную массу должника 60 606 906 рублей 83 копейки. Из названных 47 891 106 рублей 83 копеек в период работы ФИО3 – 34 279 012 рублей 82 копейки (07.07.2016 - 100 000 рублей, 08.07.2016 - 23 000 рублей, 27.07.2016 - 12 100 000 рублей, 10 700 897 рублей 04 копейки, 07.12.2016 - 436 587 рублей 47 копеек, 1 666 037 рублей 89 копеек, 1 916 474 рубля 23 копейки, 2 272 174 рубля 29 копеек, 20.12.2016 - 4 828 287 рублей 34 копейки, 26.12.2016 - 202 948 рублей 64 копейки, 24.01.2017 - 32 605 рублей 92 копейки). В остальной части - 13 612 094 рубля 01 копейка - в период работы ФИО8 

Определением от 23.11.2020 суд признал недействительными сделки по перечислению с расчетного счета должника денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью «Прохладненский комбикормовый завод» на общую сумму 20 537 400 рублей (в период с 01.06.2018 по 02.10.2018 – ФИО3 и ФИО6). Применены последствия недействительности сделок, взыскано с общества с ограниченной ответственностью «Прохладненский комбикормовый завод» в конкурсную массу должника 20 537 400 рублей. Из них в период работы ФИО3 – 3 395 400 рублей (01.06.2018 - 240 000 рублей, 04.06.2018 - 50 000 рублей, 60 000 рублей, 500 000 рублей, 07.06.2018 – 51 500 рублей, 08.06.2018 – 51 500 рублей, 09.06.2018 - 150 000 рублей, 185 400 рублей, 13.06.2018 - 721 000 рублей, 14.06.2018 - 31 000 рублей, 18.06.2018 – 50 000 рублей, 19.06.2018 - 84 000 рублей, 21.06.2018 - 42 000 рублей, 26.06.2018 – 31 000 рублей, 154 000 рублей, 27.06.2018 – 206 000 рублей, 248 000 рублей, 28.06.2018 – 540 000 рублей). В остальной части - в период работы ФИО6 Кроме того, этим же определением суд признал недействительным соглашение о зачете взаимных требований от 31.10.2018, заключенное между обществом с ограниченной ответственностью «Прохладненский комбикормовый завод» и должником, применил последствия признания сделки недействительной и восстановил задолженность общества с ограниченной ответственностью «Прохладненский комбикормовый завод» перед должником по договору займа №28/05/18 от 28.05.2018 в размере 19 896 618 рублей 18 копеек. Признанное недействительным соглашение о зачете совершено от имени должника ФИО6 Таким образом, размер ответственности по сделкам с обществом с ограниченной ответственностью «Прохладненский комбикормовый завод»: ФИО3 – 3 395 400 рублей, ФИО6 – 37 038 618 рублей 18 копеек. На торгах по продаже дебиторской задолженности названная задолженность в общем размере 40 434 018 рублей 18 копеек продана за 11 210 рублей. Пропорционально распределив вырученную от продажи задолженности сумму, размер ответственности руководителей должника следует уменьшить: ФИО3 – на 941 рубль 35 копеек (8%), ФИО6 – на 10 268 рублей 65 копеек (92%). 

Определением от 08.12.2020 суд признал недействительными сделки по перечислению с расчетного счета должника денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью «Инвестиционная строительная компания» на общую сумму 34 325 рублей 04 копейки (23.10.2018 в размере 14 524 рублей 44 копеек, 07.11.2018 в размере 19 800 рублей 60 копеек – в период работы ФИО6). Применены последствия недействительности сделок, взыскано с общества с ограниченной ответственностью «Инвестиционная строительная компания» в конкурсную массу должника 34 325 рублей 04 копейки. 

Определением от 08.12.2020 суд признал недействительной сделку по перечислению с расчетного счета должника денежных средств в пользу ФИО12 на сумму 726 360 рублей (18.05.2018 – в период работы ФИО3). Применены последствия недействительности сделки, взыскано с ФИО12 в конкурсную массу должника 726 360 рублей. Указанная задолженность продана за 17 000 рублей, на эту сумму следует уменьшить размер ответственности ФИО3 

Определением от 16.12.2020 суд признал недействительными сделки по перечислению с расчетных счетов должника денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Росалко» на общую сумму 2 735 666 рублей 30 копеек (перечисление денежных средств с расчетного счета, открытого в ПАО «Сбербанк», в период с 09.10.2015 по 09.10.2018 (периоды работы всех трех руководителей) в размере 2 602 166 рублей 30 копеек; с расчетного счета, открытого в ПАО «Промсвязьбанк», в период с 14.03.2017 по 12.09.2017 (когда директором был ФИО3) в размере 133 500 рублей). Применены последствия недействительности сделок, взыскано с общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Росалко» в конкурсную массу должника 2 735 666 рублей 30 копеек. Из названных 2 602 166 рублей 30 копеек: в период работы ФИО8 – 57 300 рублей (09.10.2015 – 40000 рублей, 28.10.2015 – 17300 рублей), ФИО3 – 2 178 666 рублей 30 копеек (07.07.2017 – 30 000 рублей, 25.04.2018 – 8 666 рублей 30 копеек, 29.05.2018 – 900 000 рублей, 30.05.2018 – 1 240 000 рублей), в остальной части – 366 200 рублей – в период работы ФИО6 

Определением от 18.12.2020 суд признал недействительными сделки по перечислению с расчетных счетов должника денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью «Охранное предприятие «РИАЛ-Эгида» на общую сумму 794 758 рублей 90 копеек (со счета, открытого в ПАО «Сбербанк», в период с 28.09.2015 по 24.05.2019 в размере 336 000 рублей; с расчетного счета, открытого в ПАО «Промсвязьбанк», в период с 09.10.2015 по 14.09.2017 в размере 458 758 рублей 90 копеек). Применены последствия недействительности сделок, взыскано с общества с ограниченной ответственностью «Охранное предприятие «РИАЛ-Эгида» в конкурсную массу должника 794 758 рублей 90 копеек. Из 336 000 рублей в период работы ФИО8 – 36 000 рублей (28.09.2015 – 24 000 рублей, 05.10.2015 – 12 000 рублей), ФИО3 – 168 000 рублей (17.11.2016 – 36 000 рублей, 25.12.2017 – 20 000 рублей, 26.04.2018 – 24 000 рублей, 76 000 рублей, 09.06.2018 – 12 000 рублей), в остальной части – 132 000 рублей - ФИО6 Из 458 758 рублей 90 копеек в период работы ФИО8 – 342 758 рублей 90 копеек (09.10.2015 – 150 000 рублей, 22.01.2016 – 24 000 рублей, 26.01.2016 – 24 000 рублей, 29.01.2016 – 4 000 рублей, 25.03.2016 – 140 758 рублей 90 копеек), ФИО3 – 116 000 рублей (16.06.2016 – 36 000 рублей, 07.07.2016 – 24 000 рублей, 14.09.2017 – 56 000 рублей). 

Определением от 25.02.2021 признаны недействительными сделки по перечислению с расчетных счетов должника денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью «Гласс Технолоджис» на общую сумму 61 507 524 рубля 63 копейки (с расчетного счета, открытого в ПАО «Сбербанк», в период с 10.07.2015 по 26.10.2015 (ФИО8) в размере 1 792 500 рублей; с расчетного счета, открытого в ПАО «Промсвязьбанк»; в период с 06.07.2015 по 21.07.2016 (ФИО8 и ФИО3) в размере 59 715 024 рублей 63 копеек); применены последствия недействительности сделок, взыскано с общества с ограниченной ответственностью «Гласс Технолоджис» в конкурсную массу должника 61 507 524 рубля 63 копейки. Из 59 715 024 рублей 63 копеек в период ФИО3 - 186 700 рублей (24.06.2016 - 65 000 рублей, 04.07.2016 – 53 000 рублей, 08.07.2016 – 55 000 рублей, 21.07.2016 – 13 700 рублей), в остальной части – 59 528 324 рубля 63 копейки – в период работы ФИО8 Право (требование) к обществу с ограниченной ответственностью «Гласс Технолоджис» на общую сумму 61 507 524 рубля 63 копейки продано за 5 201 рубль (протокол от 15.03.2022 о результатах продажи имущества ООО «Росалко» по договорам купли-продажи, заключаемым без проведения торгов)

Определением от 01.03.2021 суд признал недействительными сделки по перечислению с расчетных счетов должника денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью «Гласс-Технолоджис» на общую сумму 28 293 727 рублей 04 копейки (перечисление денежных средств с расчетного счета, открытого в ПАО «Сбербанк», в период с 05.06.2018 по 05.03.2019 (ФИО3 и ФИО6) в размере 25 541 000 рублей; с расчетного счета, открытого в ПАО «Промсвязьбанк», 03.08.2017 (ФИО3) в размере 2 752 727 рублей 04 копейки). Применены последствия недействительности сделок, взыскано с общества с ограниченной ответственностью «Гласс-Технолоджис» в конкурсную массу должника 28 293 727 рублей 04 копейки. Из 25 541 000 рублей в период работы ФИО3 – 1 900 000 рублей (05.06.2018), в остальной части – 23 641 000 рублей - ФИО6 

Определением от 01.12.2021 суд признал недействительной сделку по перечислению с расчетного счета должника денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью «СРВ» 18.06.2018 (в период работы ФИО3) на сумму 1 000 000 рублей; признал недействительным договор на оказание услуг юридического характера от 07.06.2018 (в период работы ФИО3), заключенный между должником и обществом с ограниченной ответственностью «СРВ», в части установления цены (пункты 2.1.1, 2.1.2); применены последствия недействительности сделок, взыскано с общества с ограниченной ответственностью «СРВ» в конкурсную массу должника 1 199 000 рублей.

С учетом изложенного, оценив указанные выше судебные акты, суд обоснованно пришел к выводу о том, что в результате заключения указанных сделок должнику был причинен ущерб, его финансовое положение ухудшилось, ввиду вывода активов должника.

Указанное свидетельствует о доказанности оснований для привлечения ФИО8, ФИО3 и ФИО6 к ответственности по статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в виде взыскания убытков в следующем размере: ФИО8 – 88 556 600 рублей 14 копеек, ФИО3 – 131 414 453 рубля 55 копеек, ФИО6 – 69 905 549 рублей 05 копеек.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции не имеется.

Ссылка ФИО3 на то, что оснований для взыскания с него убытков не имеется, поскольку перечисления денежных средств со счетов осуществлены не им, а ФИО5, судом апелляционной инстанции отклоняется как документально не подтвержденные. Кроме того, сделки по перечислению спорных денежных средств заключены в период руководства должником именно ФИО3, судебные акты о признании спорных сделок недействительными не содержат какой-либо информации подтверждающей перечисление денежных средств ФИО3 под руководством ФИО5

Иные доводы жалоб основаны на неверном толковании норм материального права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Учитывая изложенное, оценив в совокупности материалы дела и доводы апелляционных жалоб судебная коллегия считает, что выводы, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют обстоятельствам дела, судом применены нормы права, подлежащие применению, вследствие чего апелляционные жалобы не подлежат удовлетворению.

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что доводы апелляционных жалоб основаны на неверном толковании норм материального права и не влияют на правильность принятого по делу судебного акта, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и являющихся безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции также не допущено.

Согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена. 

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 24.06.2022 по делу № А20-2670/2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий

 

З.А. Бейтуганов

 

Судьи

 

Н.Н. Годило

 

С.И. Джамбулатов