ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-1130/2020, 10АП-1133/2020, 10АП-1141/2020, 10АП-1146/2020, 10АП-1148/2020, 10АП-1175/2020, 10АП-1177/2020, 10АП-1178/2020, 10АП-1179/2020, 10АП-1180/2020, 10АП-1183/2020

Дело № А41-21198/15

10 сентября 2020 года

г. Москва

Резолютивная часть постановления объявлена  02 сентября 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме  10 сентября 2020 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Муриной В.А.,

судей Воробьевой И.О., Терешина А.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Чугуевой Н.Н.,

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего АО «Петушинский металлический завод» ФИО1 - ФИО2, доверенность от 27.01.2020, (онлайн);

от ООО «Селигер Парк»: ФИО3, по доверенности от 09.01.19; ФИО4, по доверенности от 01.09.20; ФИО5, по доверенности от 22.06.20, ФИО6, по доверенности от 01.09.20;

от ООО «ТЕТИС Кэпитал» Д.У. Закрытым комбинированным фондом «Якорь» под управлением ООО «ТЕТИС Кэпитал»: ФИО7, по доверенности от 28.04.20 №ТЕТ-019/200428/2-009, ФИО8, по доверенности от 28.04.20 №ТЕТ-019/200428/2-006;

от ФИО9: ФИО10, по доверенности от 04.02.19;

от ФИО11: ФИО10, по доверенности от 04.02.19;

от ФИО24 ФИО22: ФИО12, по доверенности от 26.02.20;

от ПАО Банк «ТРАСТ»: ФИО13, доверенность от 17.06.2020;

от ПАО Банк «ВТБ»: ФИО14, доверенность от 26.12.2019;

от ФИО15: ФИО15, лично, паспорт;

от ООО «Файнбер»: ФИО16, доверенность от 01.01.20, (онлайн);

от ФИО17: ФИО18, по доверенности от 11.02.20;

от ФИО19: ФИО20, по доверенности от 06.02.19;

от ООО «Восток»: ФИО21, по доверенности от 02.03.20 (онлайн);

рассмотрев в судебном заседании по правилам, установленным для рассмотрения дел в суде первой инстанции, заявление Банка ВТБ (ПАО) о привлечении контролирующих должника лиц (Шигина С.А., Коледина В.Ю., Царёвой А.В., Перовского С.В., Свищева М.А., Христофиду Хрисоваланто, ООО «Селигер Парк», ООО «Файнбер», ООО «Восток», компания «Ливоция Лтд.») к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по делу №А41-21198/15 о несостоятельности (банкротстве) АО «Петушинский металлический завод»,

УСТАНОВИЛ:

В производстве Арбитражного суда Московской области находится дело № А41-21198/2015 о несостоятельности (банкротстве) АО «Петушинский металлический завод».

Определением Арбитражного суда Московской области от 30.06.2015 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО23.

Определением суда от 13.11.2015 требования Банка ВТБ (ПАО) в размере 1 858 369 324, 9 рублей основного долга, 69 448 725, 75 рублей неустойки признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов.

Решением Арбитражного суда Московской области от 28.04.2016 АО «Петушинский металлический завод» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО23.

20.12.2018 года Банк ВТБ (ПАО) обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц (ФИО17, ФИО19, ФИО15, ФИО9, ФИО11, ФИО22 Христоваланто, ООО «Селигер Парк», компании Пирбрайт Трэйдинг Лимитед и компании Демко Продактс Корп.) к субсидиарной ответственности. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 28.02.2019 к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ООО «Файнбер», ООО «Восток», компания «Ливоция Лтд.», в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено ООО «Тетис Кэпитал».

Определением Арбитражного суда Московской области от 24 декабря 2019 года  к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «ПМЗ» привлечены: ФИО17, ФИО19, ФИО15, ФИО9, ФИО11, ФИО22 Христоваланто, ООО «Селигер Парк», ООО «Файнбер», ООО «Восток», компания «Ливоция ЛТД.». Производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «ПМЗ» Пирбрайт Трэйдинг Лимитед и Демко Продактс Корп. прекращено. Производство по заявлению Банка ВТБ (ПАО) в части определения размера субсидиарной ответственности привлеченных лиц приостановлено до завершения расчетов с кредиторами.

Не согласившись с определением Арбитражного суда Московской области от 24 декабря 2019 года, компания «Ливоция ЛТД», ООО «ТЕТИС Кэпитал», ФИО15, ФИО17, ФИО19, ФИО9, ФИО24 ФИО22, ООО «Селигер Парк», ООО «Восток», ООО «Файнбер» и ФИО11 обратились в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами.

При рассмотрении апелляционных жалоб арбитражным апелляционным судом установлено наличие оснований, предусмотренных пунктом 2 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены определения суда первой инстанции, поскольку Общество с ограниченной ответственностью «ТЕТИС Кэпитал»  не было надлежаще уведомлено судом первой инстанции о рассмотрении настоящего заявления.

Определением от 10 сентября 2020 года Десятый арбитражный апелляционный суд перешел к рассмотрению заявления Банка ВТБ (ПАО) о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по правилам, установленным для рассмотрения дел в суде первой инстанции. Этим же определением к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, относительно предмета спора, привлечено ООО «ТЕТИС Кэпитал» Д.У. Закрытым комбинированным фондом «Якорь» под управлением ООО «ТЕТИС Кэпитал».

В суд апелляционной инстанции от Ливоция ЛТД поступило ходатайство о приобщении к материалам дела проекта судебного акта.

От ООО «ТЕТИС Кэпитал» Д.У. Закрытым комбинированным фондом «Якорь» под управлением ООО «ТЕТИС Кэпитал», ООО «Селигер Парк» поступили письменные пояснения.

Кроме того, в апелляционный суд поступили консолидированные письменные пояснения от ФИО11, ФИО9 и ФИО17 

От ФИО24 ФИО22 в суд поступил отзыв на заявление Банка ВТБ (ПАО). 

От ООО «Селигер Парк» в апелляционный суд поступили письменные пояснения.

В судебном заседании представитель ПАО Банк ВТБ в полном объеме поддержал заявление о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц: ФИО17, ФИО19, ФИО15, ФИО9, ФИО11, ФИО22 ФИО24, ООО «Селигер Парк», ООО «Файнбер», ООО «Восток», компания «Ливоция Лтд.».

Представитель ФИО19 возражал против удовлетворения заявления Банка. Заявил о пропуске срока исковой давности для подачи в суд заявления о привлечении ФИО19 к субсидиарной ответственности по обязательства должника.

ФИО15 возражала против удовлетворения заявления Банка.

Представитель ФИО17 возражал против удовлетворения заявления.

Представитель ФИО24 ФИО22 возражал против удовлетворения заявления Банка.

Представитель ООО «Селигер Парк» возражал против удовлетворения заявления Банка. Также заявил о пропуске Банком ВТБ (ПАО) срока исковой давности для обращения в суд с настоящим заявлением.

Представители ООО «ТЕТИС Кэпитал» Д.У. Закрытым комбинированным фондом «Якорь» под управлением ООО «ТЕТИС Кэпитал» возражали против удовлетворения заявления ПАО Банк ВТБ. Просили приобщить к материалам дела экспертные заключения в обоснование своей правовой позиции.

Представитель ООО «Файнбер» возражал против удовлетворения заявления Банка, по доводам, изложенным в письменных пояснениях. 

Представитель ООО «Восток» возражал против удовлетворения заявления.

Представитель ФИО11 и ФИО9 возражали против удовлетворения заявления ПАО Банк ВТБ со ссылками на поступившие в суд консолидированные пояснения. Также заявили о пропуске заявителем срока исковой давности для обращения в суд с настоящим заявлением.

Представитель конкурсного управляющего должником оставил вопрос об удовлетворении заявления Банка ВТБ на усмотрение суда. 

Представитель Банка «ТРАСТ» (ПАО) поддержал заявление ПАО Банк ВТБ.

В отсутствие возражений письменные позиции лиц, участвующих в деле, приобщены судом к материалам дела в порядке ст. 81 АПК РФ.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, выслушав объяснения представителей участвующих в  деле лиц, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для удовлетворения заявления Банка ВТБ (ПАО) о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности ввиду следующего.

Обращаясь с настоящим заявлением, Банк ВТБ (ПАО) указал на то, что контролирующими должника лицами в 2014 году были приобретены 100% долей в ООО «Дмитровка» (ОГРН 

<

***>) за 982 832 000 рублей без произведения оплаты в пользу продавца - КОО Гетрок Файнанс Лимитед. Далее в 2015 контролирующими лицами были совершены действия по необоснованной и экономически нецелесообразной передаче активов (объектов недвижимого имущества стоимостью 1 965 725 000 рублей) из ООО «Дмитровка» в пользу ООО «Селигер Парк» (ОГРН 

<

***>) через корпоративное участие в ООО «Раздолье» (ОГРН 

<

***>).

В ходе процедуры банкротства должника 100% долей ООО «Дмитровка» без активов были проданы с торгов во много раз ниже стоимости их приобретения в 2014 году (цена составила 15 001 рублей). 

По мнению Банка ВТБ, именно указанные действия контролирующих лиц привели к образованию у АО «Петушинский металлический завод» непогашенной задолженности свыше 20% от балансовой стоимости его активов, что привело его к банкротству. Кроме того, действия контролирующих лиц существенным образом уменьшили поступления в конкурсную массу должника от реализации приобретенных 100% долей в ООО «Дмитровка».

Кроме того, как указал Банк ВТБ (ПАО), контролирующие лица уже в ходе процедур банкротства через ООО «ТД «Люмсвет» и ООО «Файнбер» длительное время эксплуатировали основной производственный комплекс должника в г. Петушки Владимирской области. На доход от такой деятельности контролирующие лица выкупили на ООО «Восток» наиболее ликвидные объекты недвижимости производственного комплекса.

Указанные действия контролирующих лиц, по мнению заявителя, привели к образованию у должника дополнительной непогашенной текущей задолженности и окончательной невозможности погашения требований кредиторов.

В качестве контролирующих должника лиц Банк ВТБ указал: ФИО11 в качестве бенефициара должника и группы ТЕРНА, ранее являвшегося генеральным директором и членом совета директоров должника с 09.12.2002 по 31.03.2010; ФИО9, которого заявитель рассматривает в качестве бенефициара должника и группы ТЕРНА, и который ранее являлся генеральным директором и членом (председателем) совета директоров должника с 27.09.2010 по 13.04.2011; ФИО19, который являлся генеральным директором должника с 02.07.2013 по 21.10.2014 и выдал ФИО15 доверенность на совершение сделки, которая согласно позиции Банка, была совершена во вред кредиторам (том 12 л.д. 64); ФИО17, который являлся генеральным директором должника с 22.10.2014 по 20.08.2015 (том 12 л.д. 141, том 13 л.д. 4); ФИО22 ФИО24 - руководитель управляющей организации и акционера Пирбрайт Трэйдинг Лимитед с 21.08.2015 по 31.05.2016 (том 12, л.д. 107, том 13 л.д. 76, 78); Компанию «Ливоция Лтд.», которая, согласно позиции Банка, является фактически заинтересованным по отношению к должнику лицом, участником сделки/последующих действий во вред кредиторам, повлекших невозможность восстановления платежеспособности должника и наиболее полное удовлетворение требований кредиторов должника; ФИО15, являвшуюся представителем должника по доверенности, совершившую сделку, согласно позиции Банка, во вред кредиторам должника и повлекшую невозможность восстановления платежеспособности; ООО «Селигер Парк», являвшееся, согласно позиции заявителя, выгодоприобретателем от вывода активов должника из конкурсной массы; ООО «Файнбер», также являющееся, согласно позиции Банка, также выгодоприобретателем от ведения экономической деятельности должником в период ведения процедур банкротства для последующего приобретения ими наиболее ликвидных его активов; ООО «Восток», являющееся, согласно позиции Банка, выгодоприобретателем.

Возражения привлекаемых к субсидиарной ответственности лиц в целом сводятся к тому, что они не могут быть признаны контролирующими лицами; основной причиной банкротства АО «Петушинский металлический завод» явился экономический кризис и резкий рост курса иностранной валюты, что, с учетом отказа кредиторов в реструктуризации задолженности, повлекло банкротство должника. Также ответчики настаивают на том, что действия должника, в том числе по приобретению ООО "Дмитровка" имели разумное экономическое основание и совершались с целью выхода на новый рынок, чему способствовало приобретение складских помещений для складирования произведенной продукции.

Ответчики также заявили о пропуске Банком ВТБ (ПАО) срока исковой давности обращения с настоящим заявлением.

При разрешении настоящего обособленного спора арбитражный апелляционный суд принимает во внимание следующее.

Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее по тексту - Закон N 266-ФЗ) в Закон о банкротстве внесены изменения, вступающие в силу со дня его официального опубликования - 30.07.2017.

Как предусмотрено пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ, рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" в редакции настоящего Федерального закона.

Как следует из материалов дела, заявление Банка ВТБ (ПАО) о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц поступило в суд 25.10.2018, заявление Банка ВТБ (ПАО) подано 20 декабря 2018 года.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам - пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в Постановлениях от 22.04.2014 N 12-П и от 15.02.2016 N 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137, по которому к материальным правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Поскольку обстоятельства, явившиеся основанием для обращения Банка ВТБ (ПАО) с настоящим требованием о привлечении ФИО17, ФИО19, ФИО15, ФИО9, ФИО11, ФИО22 ФИО24, ООО «Селигер Парк», ООО «Файнбер», ООО «Восток», компании «Ливоция Лтд.» к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «Петушинский металлический завод» имели место в 2014-2015 гг. (неразумная политика менеджмента должника, которая привела к отсутствию пополнения собственных источников оборотных средств и как следствие к невозможности продолжения финансово-хозяйственной деятельности предприятия), основания привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на дату обращения Банка в арбитражный суд с настоящим заявлением, определялись статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям" (далее - Федеральный закон N 134-ФЗ).

В соответствии с п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона N 134-ФЗ, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

В силу абзаца третьего пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в том числе в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона N 134-ФЗ) под контролирующим должника лицом понимается лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность в силу нахождения с должником в отношениях родства или свойства, должностного положения либо иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

По смыслу указанных правовых норм контролирующее должника лицо подлежит привлечению к субсидиарной ответственности лишь в том случае, если несостоятельность (банкротство) организации (предприятия) является прямым последствием действий либо бездействия такого лица.

Ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

При установлении вины контролирующих должника лиц (органа управления и акционеров должника) необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", при разрешении вопросов, связанных с ответственностью учредителя (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Из разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в постановлении от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", следует, что арбитражным судам необходимо принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Поскольку судебный контроль признан обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.

В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки.

Согласно абзаца 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 18 и 19 постановления Пленума Верховного суда РФ от 21 декабря 2017 N 53, контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

Обращаясь с настоящим заявлением о привлечении ФИО19 к субсидиарной ответственности, Банк ВТБ указывает, что ФИО19 в период с 02.07.2013 по 21.10.2014 являлся генеральным директором должника и выдал ФИО15 доверенность на совершение сделки по покупке 100% долей ООО «Дмитровка», что, по мнению Банка, стало безусловной причиной банкротства должника.

Арбитражный апелляционный суд не может согласиться такой позицией заявителя.

Как следует из материалов дела,  определением арбитражного суда Московской области от 06 марта 2018 года по делу № А41-21198/15, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2019 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 10.06.2019, признан недействительным договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Дмитровка» 02.06.2014, заключенный между КОО Гетрок Файнанс Лимитед и АО «Петушинский металлический завод», в удовлетворении заявления в части требований о применении последствий недействительности сделки Банку ВТБ (ПАО) отказано.

В постановлении апелляционного суда от 15.02.2019 указано, что должник стоимость доли в уставном капитале ООО «Дмитровка» не оплатил.

Должник получил в пользование актив ООО «Дмитровка» за который не оплатил стоимость, установленную договором – 1,9 млрд. рублей. 

Соответственно, данная сделка не могла повлиять на имущественное положение предприятия должника, поскольку не повлекла никаких убытков для должника.

Необходимо отметить, что договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Дмитровка» был признан недействительным по основаниям п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, как сделка, совершенная в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом при неравноценном встречном исполнении обязательств. 

Неравноценность заключалась в том, что цена, определенная в договоре купли-продажи в размере 1,9 млрд. рублей, не соответствовала рыночной стоимости доли, которая была определена в ходе судебного разбирательства в размере 1 рубль. 

Более того, кредитор, который был включен в реестр кредиторов должника - КОО Гетрок Файнанс Лимитед (впоследствии правопреемник - компания «Ливоция ЛТД»), на основании сделки по приобретению 100 % доли в уставном капитале ООО «Дмитровка», не участвовал в распределении конкурсной массы должника, а в ходе процедуры банкротства был исключен из реестра требований кредиторов должника. 

Вред иным конкурсным кредиторам и самому должнику отсутствует. 

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд пришел также к выводу об отсутствии доказательств того, что в период нахождения ФИО19 в должности генерального директора АО «Петушинский металлический завод», должник имел признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Так, за первые три квартала 2014 г. к аналогичному периоду прошлого года рост выручки составил 15%, снижение запасов с 1,9 млрд. руб. до 1,4 млрд. рублей, снижение кредиторской задолженности перёд поставщиками с 500 млн. руб. до 300 млн. рублей за счет высвобождения средств из дебиторской задолженности (она снизилась с 500 млн. руб. до 250 млн. рублей).

Деятельность ФИО25 была направлена на долгосрочное устойчивое развитие предприятия путем освоения новых технологий и запуска перспективных изделий. Были разработаны новые модели светильников светодиодного освещения, организовано серийное производство электронные пускорегулирующие аппараты, которые до этого закупались за рубежом. 

Было запущено новое производство светильников бытового освещения.

Каких-либо претензий банков-кредиторов к предприятию не было. 

Предприятие должника имело положительную репутацию на рынке. 

Поставки готовой продукции всегда осуществлялись своевременно, в соответствии со спецификациями. 

Оплата за сырье производилась в соответствии с контрактными сроками.

Платежи по кредитам осуществлялись своевременно. 

Независимый аудит не выявил никаких проблемных моментов в финансово-хозяйственной деятельности предприятия.

За 2014 г. на цели погашения кредитов было направлено 2.961 млрд. руб. и 1.696 млн. долларов. 

В том числе, за II-III кварталы 2014 г. предприятие вернуло 955 млн. руб. кредитов, которые были погашены за счет оборотных средств предприятия.

За период деятельности ФИО19 сохранялась положительная динамика по увеличению объемов выручки, увеличению чистой прибыли должника, что следует из данных бухгалтерских балансов и финансового анализа должника.

Таким образом, действия ФИО19 в должности генерального директора должника, заключившего сделку по покупке 100% долей ООО «Дмитровка», не могли являться причиной объективного банкротства. 

Относительно требований Банка ВТБ (ПАО) о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО17 арбитражный апелляционный суд отмечает следующее.

Банк ВТБ (ПАО) ссылается на причинение вреда кредиторам в том числе в связи с внесением недвижимого имущества, принадлежавшего ООО «Дмитровка», в уставный капитал ООО «Раздолье». 

04.03.2015 года единственным участником ООО «Дмитровка» - АО «ПМЗ» (генеральным директором ФИО17) принято решение об участии ООО «Дмитровка» в юридическом лице - ООО «Раздолье» путем внесения в его уставный капитал вклада в размере 2 677 437 рублей недвижимым имуществом (т. 14 л.д. 136). 

05.03.2015 года ООО «Дмитровка» направило в адрес ООО «Раздолье» заявление о принятии в общество и о внесении вклада в уставной капитал в размере 2 677 437 руб. указанным недвижимым имуществом (т.14 л.д.131). 

Решением от 06.03.2015 единственного участника ООО «Раздолье» ФИО27 ООО «Дмитровка» было принято в качестве участника ООО «Раздолье» с долей участия в размере 99,6279% в уставном капитале общества, что соответствует номинальной стоимости доли в размере 2 677 437 руб. (т.14 л.д.124).

Указанные объекты недвижимости были переданы ООО «Дмитровка» в уставный капитал ООО «Раздолье» по акту приема передачи от 06.03.2015 (т.14 л.д.128-129).

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц ООО «Дмитровка» было зарегистрировано в качестве участника ООО «Раздолье» 17.03.2015 (том 14 л.д. 106).

18.03.2015 года по договору купли-продажи доли ООО «Дмитровка» произвело отчуждение доли в ООО «Раздолье» в пользу ООО «ПРОФИ» за 3 000 000 рублей (т.14 л.д.95), сделка сторонами была исполнена, сведения об ООО «ПРОФИ» как участнике общества внесены в ЕГРЮЛ 25.03.2015 (т.14 л.д.93). 

При отчуждении долей ООО «Раздолье» к ООО «ПРОФИ», ООО «Дмитровка» получило встречное предоставление в сумме 3 000 000 рублей, что соответствует рыночной стоимости недвижимого имущества по состоянию на март 2015 года, с учетом имевшихся у него залоговых обременений.

В рамках дела № А40-71749/2015  о банкротстве ООО «Дмитровка» определением суда от 17.05.2019 была назначена оценочная экспертиза в ФБУ Московская лаборатория судебных экспертиз Министерства Юстиции России по определению рыночной стоимости объектов недвижимости, принадлежавших ООО «Дмитровка».

Заключением эксперта от 28.10.2019 было установлено, что на момент отчуждения стоимость недвижимого имущества составляла 2 995 000 рублей, что меньше стоимости их итоговой продажи составляющей 3 000 000 рублей.

При таких обстоятельствах, доводы Банка ВТБ о том, что при совершении сделок с долями ООО «Дмитровка» либо принадлежащим ему недвижимым имуществом могли быть или были причинены убытки кредиторам АО «ПМЗ», не соответствуют действительности. 

С учетом возмездности совершенных сделок на условиях равноценного встречного предоставления, а также признания недействительной первоначальной сделки по приобретению долей ООО «Дмитровка», последующее отчуждение объектов недвижимого имущества, ранее принадлежавшего указанному обществу, не имеет правового значения для рассмотрения настоящего спора

Таким образом, отчуждение имущества, принадлежащего ООО «Дмитровка», путем внесения в уставный капитал ООО «Раздолье», не повлияло на имущественное положение АО «Петушинский металлический завод», и не является причиной его банкротства.

Более того, в период нахождения ФИО17 в должности генерального директора АО «Петушинский металлический завод» не имело признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Наоборот, финансово-экономическое состояние ЗАО «ПМЗ» до конца 2014 года было нормальным, предприятие успешно вело хозяйственную деятельность и выполняло свои обязательства.

Должник обеспечивал полный цикл производства электрических светильников (и иного осветительного оборудования), потолочных панелей, в том числе алюминиевых, а также подвесных систем для потолка.

Годовой цикл производства на предприятии выглядит следующим образом.

Первое полугодие традиционно для строительной отрасли и отрасли производства стройматериалов — низкий сезон, период малой загрузки мощностей.

Начиная с лета, объем продаж увеличивается, а в производстве отделочных материалов пик приходится на последние месяцы года (в связи с тем, что отделочные работы выполняются в конце цикла).

Осуществление хозяйственной деятельности должника обусловлено наличием сырья и комплектующих изделий (сталь, алюминий, гофр картона, кабельно- проводниковой продукции, метизов, полимерных материалов и краски) закупка которого, в свою очередь, приходятся на III-IV квартал года и осуществляется за счет предоставленных кредитными организациями денежных средств, выраженных в том числе в иностранной валюте (существенную часть закупаемых материалов составляет импортная продукция).

К обязательствам, выраженным в иностранной валюте, относятся в частности, вытекающие из аккредитива в ОАО «Сбербанк РФ», г. Москва (6.4 млн. долларов США), ОАО «КИТ Финанс Инвестиционный банк» (ОАО «Абсолют Банк») (30 млн. Евро), Банк ВТБ (ПАО) (900 млн. руб.). 

При сохранении существовавших на момент заключения кредитных соглашений (2011-2013 гг.) условий (курс рубля 30-40 руб./USD, ставка кредитования 10%-14%) должник осуществлял своевременно и в обусловленном графиком объеме расчеты по своим обязательствам.

Предприятие успешно выполняло план, по итогам первых трех кварталов 2014 г. выручка увеличилась на 15% к аналогичному периоду прошлого года.

До конца 2014 г. ЗАО «ПМЗ» выполняло свои денежные обязательства перед поставщиками сырья и кредиторами, точно и в срок обеспечивало поставки продукции.

Именно на этом основывалась длительная история сотрудничества с банками-кредиторами.

Обществом на регулярной основе осуществлялась передача в ПАО Сбербанк, Банк ВТБ (ПАО) и иные кредитные организации финансовой отчетности, включая все расшифровки, справки из банков, справки из налоговой инспекции об исполнении обязательств, расшифровки обеспечения обязательств, справка о дополнительных показателях, письма об отсутствии негативных факторов, об отсутствии обязательств, банковских гарантий, факторинга, информация об арендованном имуществе и погашенных кредитах.

По результатам указанных проверок банки не приходили к заключению о том, что Общество не соответствовало требованиям банков, предъявляемым к финансовому положению и деловой репутации заемщиков.

Таким образом, оснований считать, что причиной банкротства предприятия должника являлась деятельность ФИО17 в должности генерального директора, не имеется.

В отношении требований Банка ВТБ о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО15 арбитражным апелляционным судом установлено следующее.

В качестве единственного основания для привлечения ФИО15 к субсидиарной ответственности Банк ВТБ указывает на подписание ей по доверенности договора купли-продажи доли ООО «Дмитровка» от 02.06.2014.

В силу статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого. Полномочие может также явствовать из обстановки, в которой действует представитель (продавец в розничной торговле, кассир и т.п.).

Полномочия представителя могут быть подтверждены доверенностью, законом, актом уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления. Полномочия могут быть также подтверждены выражением воли путем совершения конклюдентных действий, то есть полномочие может явствовать из обстановки, в которой действует представитель (например, продавец в розничной торговле).

Согласно пункту 1 статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии прямо не одобрит данную сделку.

Как следует из материалов дела, договор купли-продажи доли ООО «Дмитровка» от 02.06.2014 подписан от имени ЗАО «ПМЗ» ФИО15 на основании  нотариально удостоверенной доверенности от 28.05.2014.

Доверенность не наделяла ФИО15 полномочиями, касающимися существа сделки: она не могла определять условия сделки, выбирать контрагента, определить цену доли, порядок оплаты и т.п. 

Наоборот, в доверенности были указаны все существенные условия указанной сделки: продавец доли, описание покупаемой доли, цена покупки доли, условия и порядок оплаты и другие условия.

Таким образом, ФИО15 как представитель общества не относится к числу лиц, контролирующих должника, а лишь исполняет обязанности по представлению интересов ЗАО «ПМЗ»  в отношениях последнего с иными лицами.

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Доказательств того, что ФИО15 в силу выданной ей доверенности имела право давать обязательные к исполнению указания или получила личную выгоду от совершенной сделки, не представлено.

При этом доказательств совершения сделок от имени должника с превышением имевшихся у ФИО15 полномочий не представлено.

Материалами дела также подтверждается, что ФИО15  в штате АО «ПМЗ» не состояла, руководящих должностей не занимала.

Никаких управленческих решений, определяющих финансово-хозяйственную деятельность АО «ПМЗ», она не принимала.

Таким образом, ФИО15 не имела возможности давать АО «ПМЗ» обязательные для исполнения указания или иным образом определять действия руководителей, осуществлять контроль над его деятельностью.

При таких обстоятельствах оснований для привлечения ФИО15 к субсидиарной ответственности как представителя должника не имеется.

В отношении требований Банка ВТБ о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО22 ФИО24.

Обосновывая требование о необходимости возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на ФИО22 ФИО24, кредитор - Банк ВТБ ссылается на то обстоятельство, что она занимала должность руководителя управляющей компании должника - Пирбрайт Трейдинг Лимитед в период с 21.08.2015 по 31.05.2016, и имела возможность изменить кандидатуру генерального директора должника, а также не предприняла каких-либо действий по переоценке финансовых вложений должника в ООО «Дмитровка», с учетом того обстоятельства, что наиболее ликвидные активы были отчуждены в ООО «Раздолье».

Как указывалось ранее, заключение сделки по приобретению должником 100% долей в ООО «Дмитровка», а также сделки по внесению недвижимого имущества ООО «Дмитровка» в качестве вклада в уставный капитал ООО «Раздолье» не могло явиться основанием для наступления банкротства общества. 

Так, при заключении сделки по приобретению 100% долей в ООО «Дмитровка» АО «ПМЗ» не понесло никаких фактических расходов, поскольку она была совершена с отсрочкой платежа. 

В результате заключения сделки финансовое положение должника не могло ухудшиться. 

Сам банк, заявляя свои требования, ссылается на безвозмездность сделки.

Впоследствии сделка по приобретению долей ООО «Дмитровка» признана недействительной, не влекущей каких-либо правовых последствий с момента ее совершения (т.8 л.д.82-91, т.26 л.д.131). 

Как продавец по сделке, так и его правопреемник были исключены из реестра требований кредиторов АО «ПМЗ», то есть никаких выгод от совершения сделки не получили. 

Заключение указанной сделки не являлось основанием для возбуждения в отношении должника процедур банкротства (т.27 л.д.1-138).

Признание недействительной первоначальной сделки по приобретению 100% долей в ООО «Дмитровка» само по себе означает, что имущество, принадлежащее обществу, никогда не находилось в управлении должника, а следовательно, его отчуждение не могло ухудшить финансовое положение АО «ПМЗ».  Иное не доказано.

Исследовав материалы дела, арбитражным апелляционным судом также установлено, что в период совершения сделок, с которыми, по мнению Банка ВТБ (ПАО), был причинен вред конкурсным кредиторам, ФИО24 ФИО22 не являлась контролирующим должника лицом.

Согласно материалам дела компания Пирбрайт Трейдинг Лимитед осуществляла полномочия управляющей компании по отношению к должнику на основании договора передачи полномочий от 20.07.2015 (т.13 л.д.95-99), в период с 01.08.2015 по 20.04.2016.

Акционером компании Пирбрайт являлась Демко Продактс Корпорэйшн (т.1, л.д.111), ее директором, от имени которого заключался договор на передачу полномочий управляющей компании - компания ФИО26 Номини Сервисез Лимитед, а ФИО22 ФИО24 - лишь сотрудником указанной компании (т.1, л.д.110). 

Как сотрудник компании Джей Эф Номини Сервисез Лимитед, она подписывала документы компании Пирбрайт Трейдинг Лимитед, для которой Джей Эф Номини Сервисез Лимитед оказывала услуги фидуциарного управления и выполняла функции директора и секретаря.

В компании Пирбрайт Трейдинг Лимитед ФИО22 ФИО24 никогда не работала, корпоративная связь между ними отсутствовала. 

В период, когда управляющей компанией являлась компания Пирбрайт Трейдинг Лимитед, ЗАО «ПМЗ» уже находилось в состоянии банкротства, в процедуре наблюдения, введенной 30.06.2015. 

Таким образом, сделки, на которые ссылается Банк, и одна из которых признана недействительной, совершены в период до того, как компания Пирбрайт Трейдинг Лимитед стала управляющей компанией должника. 

По этим же причинам не имеет правового значения кандидатура генерального директора АО «ПМЗ», а также наличие или отсутствие необходимости переоценки финансовых вложений должника в ООО «Дмитровка» (с учетом того обстоятельства, что финансовые вложения как таковые не имели места, а впоследствии сделка по приобретению долей ООО «Дмитровка» признана недействительной).

Доказательств того, что, осуществляя свои полномочия, ФИО22 ФИО24 действовала недобросовестно и неразумно, во вред должнику, в материалы дела не представлено.

Таким образом,  совокупность обстоятельств, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, для привлечения ФИО22 ФИО24 к субсидиарной ответственности отсутствует.

В обоснование требований о привлечении субсидиарной ответственности ФИО11 Банк ВТБ (ПАО) указывает на то, что он является бенефициаром должника и группы ТЕРНА, ранее являлся генеральным директором и членом совета директоров должника с 09.12.2002 по 31.03.2010 (том 9, л.д. 9, л.д. 14, л.д. 84, л.д. 143, л.д. 163, том 10 л.д. 118).

Вопреки доводам Банка, арбитражным апелляционным судом не установлено оснований считать ФИО11 контролирующим должника лицом.

Согласно данным из ЕГРЮЛ ФИО11 являлся руководителем должника с 09.12.2002 по 14.04.2004.

Согласно протоколу № 8 от 09.03.2004 заседания Совета директоров АО «Петушинский металлический завод» полномочия ФИО11 в качестве генерального директора прекращены с 30.03.2004 (том 9, л. д. 143).

С учетом того, что полномочия ФИО11 в качестве руководителя были прекращены в 2004 году, а Банк ВТБ указывает в качестве основания для субсидиарной ответственности события, имевшие место в 2014-2015 гг. (даты заключения сделок должником), то ФИО11 не мог оказывать влияние на должника в период 2014-2015 гг.

Кроме того после своего увольнения с должности генерального директора в 2004 году, ФИО11 не входил в органы управления должником: не являлся членом совета директоров, не владел акциями должника. 

ФИО11 также не имел возможности определять действия должника, в том числе: не действовал от имени должника на основании доверенности;  не заключал какие-либо сделки от имени должника.

ФИО11 не владел акциями должника ни прямо, ни косвенно и не может быть признан конечным бенефициаром должника в целях привлечения его к субсидиарной ответственности. 

Кроме того, ФИО11 никогда не получал какую-либо выгоду от заключаемых должником сделок, не имел возможности осуществлять контроль над должником с использованием корпоративных связей, так как не являлся руководителем или мажоритарным участником юридических лиц, которые имели корпоративную связь с должником.

Банком ВТБ в материалы дела не представлены доказательства, которые свидетельствовали бы о наличии у ФИО11 контроля над должником, совершении им противоправных действий или о получении им выгоды от деятельности должника.

В деле также нет доказательств того, что ФИО11 являлся участником группы компаний «Терна», конечным бенефициаром АО «Петушинский металлический завод», а также влиял на принятие решений, в результате которых был причинен вред кредиторам должника.

Таким образом, оснований для привлечения ФИО11 к субсидиарной ответственности не имеется.

Также арбитражный апелляционный суд не находит оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО9 

В своем заявлении Банк ВТБ ссылается на то, что ФИО9 является бенефициаром должника и группы ТЕРНА, ранее являлся генеральным директором и членом (председателем) совета директоров должника с 27.09.2010 по 13.04.2011 (том 9, л.д. 49, л.д. 143, л.д. 163, том 10 л.д. 118, том 11 л.д. 99).

15.02.2011 между должником и Пи Ти Дримленд (акционерная компания с ограниченной ответственностью) был заключен договор поручительства № ПВ-03 по двум простым векселям на общую сумму 378 000 000 рублей в обеспечение исполнения обязательств его 100% акционера - ЗАО «ТПГ Терна». 

От имени должника договор подписан ФИО9

Определением Арбитражного суда Московской области от 07.12.2025 в реестр требований кредиторов должника были включены требования Пи Ти Дримленд в общей сумме 502 000 000 рублей, в том числе, основанные на данном договоре поручительства.

Определением Арбитражного суда Московской области в порядке процессуального правопреемства произведена замена кредитора Пи Ти Дримленд на правопреемника - компанию «Ливоция Лтд.» (заинтересованное по отношению к Должнику лицо).

Определением Арбитражного суда Московской области от 14.01.2019 договор поручительства № ПВ-03 признан недействительной сделкой как совершенной со злоупотреблением правом, с целью причинения вреда правам и охраняемым закона интересам кредиторов в деле о банкротстве должника. При этом судом отмечено, что договор поручительства заключался аффилированными лицами и не отражался в бухгалтерской отчетности должника.

Банк ВТБ (ПАО) считает, что согласованные действия по заключению недействительной сделки поручительства, её сокрытию от кредитных организаций, а также по последующему включению задолженности из такой сделки в реестр требований кредиторов должника в 2015 году, совершенные подконтрольными ФИО9 и ФИО11 компаниями, подтверждают факт контроля названных ответчиков за деятельностью должника после 2011 года.

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд не может согласиться с указанным доводом кредитора, поскольку признание договора поручительства от 15.02.2011 недействительным не является основанием для привлечения ФИО9 и ФИО11 к субсидиарной ответственности, так как исполнение по договору поручительства не было произведено, указанная сделка не причинила убытков должнику, не представлены доказательства того, что ФИО9 и ФИО11 являлись выгодоприобретателями.

В материалах дела также нет доказательств того, что в период заключения сделок ФИО9 являлся контролирующим должника лицом.

Он не являлся руководителем должника (в период совершения сделок), не являлся членом совета директоров, не владел акциями, не осуществлял контроль над должником через корпоративные связи, не являлся конечным бенефициаром должника.

ФИО9 не контролировал иные компании, которые, по доводам Банка ВТБ, входили в группу «Терна».

Представленные в дело корпоративные документы не свидетельствуют о наличии у ФИО9 контроля над должником после увольнения (13.04.2011) и до принятия судом заявления о признании должника банкротом (07.05.2015), так как эти документы относятся к периоду до увольнения ФИО9 с должности руководителя.

ФИО9 не имел никакой связи и не контролировал ООО «Селигер Парк», ООО «Дмитровка», ООО «Раздолье».

Таким образом, оснований для привлечения ФИО9 к субсидиарной ответственности не имеется.

В отношении требований Банка ВТБ о привлечении к субсидиарной ответственности компании «Ливоция Лтд.».

Как указывает Банк ВТБ, компания «Ливоция Лтд.» как материальный и процессуальный правопреемник компаний КОО Гетрок Файнанс Лимитед и Пи Ти Дримленд и одновременно заинтересованное по отношению к должнику лицо непосредственным образом участвовало в продаже должнику 100% долей в ООО «Дмитровка», а также в установлении фиктивных требований в его реестре в ходе процедур банкротства. Именно компания «Ливоция Лтд.», обладая значительным количеством голосов в процедуре банкротства должника (около 30%), длительное время определяла его действия на собраниях кредиторов (включая принятие решений по вопросу о продолжении хозяйственной деятельности в интересах выгодоприобретателя ООО «Файнбер»).

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд считает указанные доводы кредитора необоснованными, поскольку, как указывалось выше, заключение сделки по приобретению должником 100% долей в ООО «Дмитровка» не могло явиться основанием для наступления банкротства общества. 

Кроме того, в деле отсутствуют доказательства того, что компания «Ливоция Лтд.» аффилирована с продавцом либо с покупателем.

Также компания Ливоция Лтд. не является контролирующим должника лицом, поскольку не может и не могло давать обязательные для исполнения должником указания, так как не является ни органом управления данного общества, ни его бенефициаром; отсутствуют доказательства заинтересованности Ливоция Лтд.

На момент совершения сделки Ливоция Лтд. не имело никаких взаимоотношений ни с АО «ПМЗ», ни с Гетрок Финанс Лимитед, ни с другими лицами, привлекаемыми к субсидиарной ответственности.

Как следует из материалов дела, требование компании Ливоция Лтд. было включено в реестр требований кредиторов АО «ПМЗ» на основании договоров уступки прав требований. Сделка по переводу долга Гетрок Финанс Лтд. была совершена уже в процедуре банкротства. Таким образом, Ливоция Лтд. не имело возможности влиять на принимаемые должником решения, которые могли бы привести его к банкротству. Компания Ливоция Лтд. не получила никакой прибыли с банкротства АО «ПМЗ». Никаких выплат в пользу кредитора не производилось.

Таким образом, компания Ливоция Лтд. не являлась контролирующим АО «ПМЗ» лицом.

Арбитражный апелляционный суд принимает во внимание также то обстоятельство, что компания Ливоция Лтд. никогда не имела возможности единолично принимать решения по процедуре банкротства. 

Для принятия решения о продолжении АО «ПМЗ» хозяйственной деятельности в процедуре банкротства, необходима поддержка кредиторов, имеющих еще как минимум 1/3 голосов.

Согласно Протоколу №2 собрания кредиторов АО «ПМЗ» (том 30, стр. 84) Ливоция Лтд. на момент собрания обладала 8,38 % голосов.

 Решение принято 68,44% голосов, то есть за принятие данного решения проголосовали иные кредиторы.

Таким образом, оснований для привлечения Ливоция Лтд. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника не имеется.

В отношении требований Банка ВТБ о привлечении к субсидиарной ответственности Общества с ограниченной ответственностью «Селигер Парк».

Как указывает Банк ВТБ, необходимость привлечения ООО «Селигер Парк» к субсидиарной ответственности обусловлена тем, что данный ответчик являлся тем лицом, которое по цепочке убыточных для должника сделок получило его существенный актив, структурированный на ООО «Дмитровка» и отраженный в бухгалтерской отчетности (получило существенную выгоду от действий контролирующих лиц).

По мнению Банка ВТБ (ПАО), покупка объектов недвижимости через корпоративное участие не является стандартным условием на рынке недвижимости. Напротив, такой способ приобретения недвижимости, как правило, направлен на уклонение от уплаты налога на прибыль организации. Разумных объяснений именно такому способу со стороны ООО «Селигер Парк» в суде первой инстанции приведено не было.

Арбитражный апелляционный суд считает данные аргументы Банка несостоятельными.

Как следует из материалов дела, ООО «Селигер Парк» не могло до 18.09.2017 года оказывать какого-либо влияния на должника или ООО «Дмитровка» в лице их органов и аффилированных лиц, поскольку не существовало в качестве юридического лица. 

После 18.09.2017 года и должник (с 28.04.2016) и ООО «Дмитровка» (с 19.07.2016 года) уже более года находились в процедуре конкурсного производства под управлением назначенных судом конкурсных управляющих, что полностью исключает возможность влияния ООО «Селигер Парк» на указанных лиц, поскольку Закон о банкротстве прямо предусматривает запрет на назначении арбитражным судом подобного рода лиц в качестве арбитражных управляющих должников (в частности нормы пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве).

Из материалов дела также следует, что ООО «Селигер Парк» приобрело недвижимое имущество, в действительности ранее принадлежащее ООО «Дмитровка», в порядке, предусмотренном законодательством - при учреждении хозяйственного общества, - внесение учредителем данного общества (ЗПИФ Якорь) имущества в качестве вклада в уставной капитал. 

Указанное подтверждается договором купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Раздолье» от 03.04.2015 между ООО «Информационные системы» и ООО «Тетис Капитал» Д.У. ЗПИФ «Якорь», договором купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Раздолье» от 25.05.2015 между ФИО27 и ООО «Тетис Капитал» Д.У. ЗПИФ «Якорь», а также платежными поручениями об оплате. 

Указанные документы подтверждают, что возмездным было и приобретение ООО «Тетис Капитал» 100% в уставном капитале ООО «Раздолье», в результате чего оно стало собственником имущества, впоследствии внесенного в качестве вклада в уставной капитал ООО «СЕЛИГЕР ПАРК».

Таким образом, оснований для вывода о недобросовестности ООО «СЕЛИГЕР ПАРК» из материалов дела не установлено.

В отношении требований Банка ВТБ о привлечении к субсидиарной ответственности ООО «Файнбер» и ООО «Восток».

В качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности ООО «Файнбер», ООО «Восток», Банком рассматривается перевод контролирующими лицами производственного комплекса должника в г. Петушки Владимирской области на давальческую схему работы. 

По доводам Банка, с 2015 года основной производственный комплекс должника фактически был переведен контролирующими лицами на давальческую схему работы, подразумевающую переработку сырья, предоставляемого аффилированными лицами – сначала ООО «ТД «Люмсвет», а затем ООО «Файнбер». При этом все расходы для переработки сырья концентрировались на должнике. 

По мнению Банка, поскольку ООО «Файнбер» аффилированно по отношению к должнику и группе «Терна» и длительное время вело хозяйственную деятельность с использованием его производственного комплекса, повлекшую увеличение состава текущих обязательств, то оно подлежит привлечению к субсидиарной ответственности как выгодоприобретатель в результате банкротства должника.

В связи с тем, что в 2018 году основной производственный комплекс должника фактически был взят под охрану, а затем выкуплен контролирующими лицами в пользу ООО «Восток», Банк ВТБ считает, что ООО «Восток» также является выгодоприобретателем от банкротства должника и подлежит привлечению к субсидиарной ответственности.

Однако из материалов дела следует, что ООО «Файнбер» было зарегистрировано 23.08.2016 г., когда ЗАО «ТПГ ТЕРНА» уже было ликвидировано в соответствии с решением Арбитражного суда г. Москвы от 13.01.2014 по делу № А40-48273/12.

Довод Банка о том, что данное общество входило в структуру группы «ТЕРНА» не подтвержден материалами дела, также как и довод об аффилированности ООО «Файнбер» к должнику.

Как указывает ООО «Файнбер», примененная схема работы являлась не только экономически обоснованной для предприятия должника, но и единственно возможной для него в условиях банкротства. 

Так, в процедуре банкротства реализация любого коммерческого заказа покупателя возможна только через процедуру публичных торгов на электронной площадке. Это делает невозможным получение и исполнение коммерческих заказов, для которых требуются короткие сроки поставки и простая процедура документального оформления.

Любая готовая продукция, изготовленная из сырья и материалов предприятия, находящегося в процедуре банкротства, становится залогом и не может быть реализована иначе как через процедуру реализации залогового имущества по согласию всех кредиторов. 

Таким образом, только договор на переработку сырья дает возможность вести производственную деятельность и реализовывать готовую продукцию в условиях банкротства. 

Других правовых возможностей для того, чтобы предприятие в процедуре банкротства имело денежные поступления и обеспечивало собственные текущие потребности, кроме работы по договорам переработки не имелось.

Договор на переработку сырья обеспечивал АО «ПМЗ» поставки сырья и комплектующих изделий в условиях, когда у предприятия отсутствовали оборотные средства. 

Другим способом получить необходимое для производства сырье и комплектующие изделия АО «ПМЗ» не могло, поскольку поставщики прекратили работу с ним из-за наличия просроченной задолженности.

Работа по договору на переработку сырья обеспечивала АО «ПМЗ» поступление заказов. Самостоятельно обеспечить реализацию своей продукции АО «ПМЗ» было не в состоянии из-за увольнения менеджеров по продажам и распада коммерческих подразделений, что привело к потере клиентской базы. 

По мнению арбитражного апелляционного суда, договоры на переработку сырья не могли быть убыточными для должника по следующим причинам.

Так, расчеты за выполненные работы производились по рыночной цене. Платежи осуществлялись полностью и своевременно, задержек по оплатам не было.  Цена переработки соответствовала рыночной. Она формировалась исходя из рыночной цены на конкурентную продукцию.

При этом, выполняя работы по договору переработки сырья, АО «ПМЗ» получало  средства на содержание и обслуживание производственной базы и инфраструктуры, оплату коммунальных услуг. Непрерывная работа предприятия позволяла сохранить в исправном состоянии и обеспечить техническое обслуживание находящегося на его балансе электросетевого хозяйства и тепловых сетей, которые используются для обеспечения теплом и энергией жилого фонда г. Петушки.

Поступающие средства позволяли покрывать текущие затраты АО «ПМЗ». Поскольку предприятие выпускало менее 15% от ранее изготовлявшейся продукции, а при этом вынуждено было содержать всю инфраструктуру (в т.ч. обеспечивающую его социальные обязательства – тепловые мощности для отопления жилого фонда г. Петушки и электрохозяйство для транзита электроэнергии), то могли покрываться только первоочередные потребности.

В общей сложности затраты предприятия во время процедуры банкротства (текущие обязательства должника) по данным отчета конкурсного управляющего на 1.01.2019 г составили 213,7 млн. рублей. 

Из них 144,6 млн. рублей были заработаны должником за счет производственной деятельности и погашены.

В случае прекращения производства сразу после начала банкротства, все эти расходы (более 200 млн. руб.) пришлось бы профинансировать кредиторам.

Более того, вопрос о целесообразности ведения хозяйственной деятельности для должника, а также разумность использования договоров на оказание услуг по переработке сырья ранее уже являлись предметом исследования в рамках настоящего дела о банкротстве АО «Петушинский металлический завод». 

Определением Арбитражного суда Московской области от 22.07.2019, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного суда от 18.10.2019, постановлением Арбитражного суда Московского округа от 24.01.2020 года установлено, что в ходе продолжения хозяйственной деятельности должника в конкурсную массу поступали денежные средства, которые ранее отсутствовали в конкурсной массе, и которые позволили погасить задолженность по заработной плате и нести расходы на содержание имущества должника до его реализации. 

В связи с чем, продолжение хозяйственной деятельности не только не причиняло убытков должнику и его кредиторам, но и позволяло сокращать текущую задолженность.

Учитывая установленные судебными актами обстоятельства, а также сравнительно небольшие объемы экономической деятельности при работе по схеме переработки сырья, начало ее реализации после введения процедуры банкротства, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу, что указанные действия ответчиков не могли быть причиной банкротства должника.

Таким образом, факт экономически неэффективной эксплуатации производственного комплекса не нашел своего подтверждения. 

При этом довод Банка о том, что производственный комплекс был приобретен именно за денежные средства, являющиеся доходом от эксплуатации данного комплекса, так же не подтвержден надлежащими доказательствами. 

Само по себе то обстоятельство, что ООО «Восток» приобрело право собственности на имущественный комплекс, как объект гражданских прав, не ограниченный в обороте, в результате сделок, не оспоренных участниками гражданского оборота, и при отсутствии признаков причинения вреда кредиторам должника, не может являться основанием для привлечения ООО «Восток» к субсидиарной ответственности.

Следует отметить, что указанное недвижимое имущество являлось залоговым имуществом Банка и было приобретено ООО «Восток» на торгах. 

Банк как конкурсный кредитор, требования которого были обеспечены залогом реализуемого имущества, сам устанавливал начальную продажную цену предмета залога, порядок и условия проведения торгов, а также имел возможность оставить предмет залога за собой в ходе торгов. 

Организатором торгов (ООО «КОРТ») в соответствии с положениями статьи 110 Закона о банкротстве заинтересованность по отношению к должнику, кредиторам, внешнему управляющему, выявлена не была.

Результаты торгов кредиторами не оспорены.

Доказательства того, что ООО «Восток» является заинтересованным лицом отсутствуют. 

Приобретение ООО «Восток» имущества на торгах не может являться основанием для привлечения ООО «Восток» к субсидиарной ответственности. 

При таких обстоятельствах ООО «Восток» не могло быть признано лицом, контролирующим должника, в силу несоответствия его установленным законом критериям.

В связи с этим оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ответчиков ООО «Файнбер», ООО «Восток»  арбитражным апелляционным судом не установлено.

При указанных обстоятельствах, оценив в совокупности в соответствии со ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления конкурсного кредитора ПАО "Банк "ВТБ" о привлечении  ФИО17, ФИО19, ФИО15, ФИО9, ФИО11, ФИО22 ФИО24, ООО «Селигер Парк», ООО «Файнбер», ООО «Восток», компании «Ливоция Лтд.» к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «Петушинский металлический завод».

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд пришел также к выводу о том, что банкротство АО «Петушинский металлический завод» стало следствием совокупности внешних неблагоприятных экономических факторов и не связано непосредственно с действиями его руководства.

Согласно материалам дела, финансово-экономическое состояние ЗАО «ПМЗ» до конца 2014 года было нормальным, предприятие успешно вело хозяйственную деятельность и выполняло свои обязательства.

Должник обеспечивал полный цикл производства электрических светильников и иного осветительного оборудования, потолочных панелей, в том числе алюминиевых, а также подвесных систем для потолка.

Годовой цикл производства на предприятии выглядит следующим образом.

Первое полугодие традиционно для строительной отрасли и отрасли производства стройматериалов — низкий сезон, период малой загрузки мощностей.

Начиная с лета, объем продаж увеличивается, а в производстве отделочных материалов пик приходится на последние месяцы года (в связи с тем, что отделочные работы выполняются в конце цикла).

Осуществление хозяйственной деятельности должника обусловлено наличием сырья и комплектующих изделий (сталь, алюминий, гофр картона, кабельно-проводниковой продукции, метизов, полимерных материалов и краски) закупка которого, в свою очередь, приходятся на III-IV квартал года и осуществляется за счет предоставленных кредитными организациями денежных средств, выраженных в том числе в иностранной валюте (существенную часть закупаемых материалов составляет импортная продукция).

К обязательствам, выраженным в иностранной валюте относятся в частности, вытекающие из аккредитива в ОАО «Сбербанк РФ», г. Москва (6.4 млн. долларов США), ОАО «КИТ Финанс Инвестиционный банк» (ОАО «Абсолют Банк») (30 млн. Евро), Банк ВТБ (ПАО) (900 млн. руб.). 

При сохранении существовавших на момент заключения кредитных соглашений (2011-2013 гг.) условий (курс рубля 30-40 руб./USD, ставка кредитования 10%-14%) должник осуществлял своевременно и в обусловленном графиком объеме расчеты по своим обязательствам.

Предприятие успешно выполняло план, по итогам первых трех кварталов 2014 г. выручка увеличилась на 15% к аналогичному периоду прошлого года.

До конца 2014 г. ЗАО «ПМЗ» выполняло свои денежные обязательства перед поставщиками сырья и кредиторами, точно и в срок обеспечивало поставки продукции.

Однако  макроэкономические показатели, которые позволяли предприятию должника нормально вести хозяйственную деятельность (курс рубля 30-40 руб./USD, ставка кредитования 10%-14%, рост строительной отрасли на 4%-5% за год) существенным образом изменились в IV квартале 2014 г. Курс рубля изменился практически в два раза и составил 60-65 руб./USD, значительно увеличились процентные ставки по кредитам (до 25%-30%). 

Указанные обстоятельства привели к следующим последствиям:

а) увеличение стоимости кредитного обслуживания по уже существующим обязательствам;

б) существенное увеличение затрат на производство продукции.

Валютные кредиты и аккредитивы в ОАО «Сбербанк РФ» и ОАО «Абсолют Банк», которые были важным и эффективным инструментом пополнения оборотного капитала предприятия и коммерческого финансирования, в условиях стремительной девальвации рубля в IV квартале фактически стали причиной удвоения обязательств должника.

Ослабление курса рубля помимо увеличения объема уже существующих обязательств увеличивало текущие затраты должника на покупку сырья и комплектующих изделий.

Это напрямую касается импортируемой продукции, а также поставщиков –резидентов РФ (ПАО «Северсталь», ПАО «Новолипецкий металлургический комбинат», АО «Монди Сыктывкарский ЛПК», ООО «Стораэнсопакаджингбб», АО «Архангельский ЦБК», АЦБК, Светлогорский целлюлозно-картонный комбинат – Республика Беларусь), которые в IV квартале 2014 г. и I квартале 2015 г. информировали АО «ПМЗ» о повышении цен с начала 2015 г. цены повышались от 5-7% до 26-28% в зависимости от характера сырья.

Важнейшим сырьем, от обеспечения которым зависит работа всего производства, является алюминиевый прокат.

Алюминиевый прокат закупается в России, однако является биржевым товаром, который продается по ценам Лондонской биржи металлов, т.е. фактически его цена в рублях привязана к валютной цене на мировом рынке.

В результате девальвации рубля основное сырье предприятия подорожало в рублевом эквиваленте в два раза в течение одного месяца, что крайне негативно  сказалось на сбыте ключевых товарных групп -  подвесных потолков и панелей.

В материалы дела представлены письма ОАО «Банк «Петрокоммерц» об увеличении процентной ставки. 

Из представленных в материалы дела заключений специалистов, финансового анализа временного управляющего следует, что банкротство должника обусловлено следующими  факторами: низкий уровень обеспеченности общества собственными средствами на протяжении всего анализируемого периода; высокая степень зависимости от привлеченного капитала; вложение капитала в проекты высокого уровня риска;  отсутствие прибыли и возможности дальнейшего развития.

Временным управляющим установлено, что на момент совершения сделки по приобретению долей в ООО «Дмитровка» (02.06.2014) финансовое положение должника отличалось низкой платежеспособностью, отсутствием возможности погашения задолженности перед кредиторами, отсутствием собственных оборотных средств и возможности независимого финансового маневра.

Кроме того, финансово-хозяйственная деятельность должника и обстоятельства, которые привели к неисполнению обязательств перед кредиторами, являлись предметом проверок в УЭБиПК ГУ МВД России по г. Москве, СЧ ГСУ ГУ МВД по Московской области, МУ МВД России «Мытищинское».  

В ходе указанных проверок была проведена комплексная экспертиза МВД по деятельности предприятий группы компаний «Терна» (в которую входило предприятие должника) в предбанкротный период.

Органами следствия была привлечена независимая аудиторская компания, которая на основе анализа первичной учетно-бухгалтерской документации АО «Петушинский металлический завод» сделала вывод о хозяйственной целесообразности и должной коммерческой осмотрительности деятельности предприятий.

При этом из Постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 09.11.2015 по заявлению ОАО «АКБ Абсолют Банк» ФИО28 следует, что согласно заключению специалистов ООО «Институт финансовых экспертиз и аудита» от 11.09.2015, ЗАО «Петушинский металлический завод», ЗАО «Терна Полимер» и ЗАО «Лайнер» в ходе исполнения кредитных договоров осуществили выплату основного долга и процентов по нему на общую сумму 3,3 млрд. руб. и 3,5 млн. евро.

В соответствии с бухгалтерскими справками и карточками счета 51 и 52 (расчетные и валютные счета) ЗАО «Петушинский металлический завод»  за 2013-2014 годы кредитные средства указанных коммерческих банков были перечислены в полном объеме поставщикам сырья и комплектующих, то есть израсходованы на производственно-закупочную деятельность указанных предприятий.

Согласно заключению финансово-аналитической экспертизы № 8/204 от 23.07.2015, установить наличие признаков преднамеренного банкротства ЗАО «Петушинский металлический завод» и конкретные сделки, которые повлияли на платежеспособность должников, не представилось возможным.

В соответствии с заключением специалистов ООО «Институт финансовых экспертиз и аудита» от 11.09.2015 в ходе проведенного анализа финансового состояния ЗАО «Петушинский металлический завод» за период с 31.12.2011 по 31.03.2015 и сделок, совершенных в данный период, признаки преднамеренного банкротства не выявлены.

При этом установлено отсутствие сделок по безвозмездному выводу активов, необоснованному замещению активов менее ликвидным имуществом и иных сделок, повлекших создание или увеличение их неплатежеспособности.

По материалам проверки сделан вывод о том, что увеличение неплатежеспособности ЗАО «Петушинский металлический завод» произошло в результате увеличения курсовой разницы по валютным кредитам и увеличения задолженности по другим кредитам в результате снижения продаж готовой продукции, за счет выручки которой погашалась кредиторская задолженность перед коммерческими банками.

Указанные обстоятельства подтверждаются и имеющейся перепиской ЗАО «Петушинский металлический завод» с банками – кредиторами (письмо КБ ГарантиБанк от 18.03.2014 № 186/03-14, письмо КБ «ЛОКО-Банк» от 22.10.2014 № 16-00-05/19884, письмо ОАО Банк «Петрокоммерц» от 11.06.2014 № 59/691), в которой банки, воспользовавшись предусмотренным кредитными договорами правом, проинформировали ЗАО «Петушинский металлический завод» об увеличении в одностороннем порядке кредитных ставок (процентов за пользование кредитом) 10-14 % до 25-30%.

Доказательств, опровергающих выводы, установленные в результате анализа финансово-хозяйственной деятельности предприятия должника, о том, что банкротство ЗАО «Петушинский металлический завод» было вызвано совокупностью внешних неблагоприятных факторов, Банком ВТБ в материалы дела не представлено.

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (ч. 2 ст. 9 АПК РФ).

При разрешении настоящего спора арбитражным апелляционным судом учитывается также то обстоятельство, что в рамках дела № А41-21207/15 о банкротстве ЗАО «Терна Полимер», входящего наряду с предприятием ЗАО «Петушинский металлический завод» в группу компаний «Терна», судами был сделан аналогичный вывод о том, что в период банкротства предприятия ЗАО «Терна Полимер» имелась совокупность внешних неблагоприятных факторов, сложившихся в российской экономике во второй половине 2014 - начале 2015 гг., которые негативно отразились на деятельности группы «Терна»: ростом инфляции; напряженной ситуацией на денежном рынке, связанной с существенным ростом курсы валют по отношению к рублю; дефицитом рублевой ликвидности на российском денежном рынке; ростом ключевой ставки Банка России для кредитования коммерческих банков, и как следствие существенным и неоднократным ростом процентных ставок за пользование кредитными средствами, предоставленным коммерческими банками должнику; кризисом платежей; неблагоприятной ситуацией в производственной отрасли.

Кроме того, в рамках дела  №А41-22739/15 о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «Лайнер», также входившего наряду с должником в спорный период в группу лиц «Терна», определением суда первой инстанции оставлено без удовлетворения заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, поскольку судом установлено, что причинами банкротства  предприятия признаны экономические факторы сложившиеся в российской экономике во второй половине 2014 - начале 2015 гг., в том числе рост курса валют, требования поставщиков должника авансировать приобретение сырья, отсутствие у покупателей готовой продукции ЗАО «Терна Полимер» возможности своевременно и в полном объеме оплатить закупаемую продукцию; неоднократное и существенное повышением в одностороннем порядке ставок по кредитам, предоставленных должнику коммерческим банками.

Факт того, что ЗАО «Петушинский металлический завод», ЗАО «Терна Полимер» и ЗАО «Лайнер» входят в одну группу лиц, установлен судебными актами по делу о банкротстве ЗАО «Петушинский металлический завод» № А41-21198/15.

Доказательства неразумности и недобросовестности действий руководства предприятия должника в материалы дела не представлены, учитывая деятельность менеджмента ЗАО «ПМЗ» в рассматриваемый период, а также принимавшиеся меры для урегулирования отношений с кредиторами-банками, предложение банкам различных вариантов реструктурирования долгов.

Данные обстоятельства подтверждаются письмами генерального директора ЗАО «ПМЗ» ФИО17 в адрес ЗАО «Банк Интеза» (от 30.01.2015), ОАО «МДМ Банк» (от 30.01.2015), ОАО «Банк «Петрокоммерц» (от 30.01.2015), ЗАО «ЮниКредит Банк» (от 30.01.2015), в которых руководитель просил рассмотреть возможность реструктуризации задолженности предприятия перед банками, включая суммы просроченных процентов по кредитам в условиях резкого ухудшения экономической ситуации на товарных и сырьевых рынках и рынках сбыта продукции, выпускаемой на предприятии должника.

Факт ведения переговоров руководства ЗАО «ПМЗ» с банками подтвердили также представители банков при проведении предварительной проверки СЧ ГСУ ГУ МВД по Московской области (постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 09.11.2015).

При указанных обстоятельствах арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии вины в действиях руководителей ЗАО «Петушинский металлический завод» ФИО17 и ФИО19 в невозможности погашения требований кредиторов, поскольку в такой ситуации их действия не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Увеличение неплатежеспособности ЗАО «Петушинский металлический завод» произошло в результате совокупности внешних неблагоприятных факторов.

При разрешении настоящего спора привлекаемыми к субсидиарной ответственности лицами (ФИО19, ООО «Селигер Парк», ФИО11 и ФИО9) заявлено о пропуске Банком ВТБ (ПАО) срока исковой давности для подачи в суд настоящего заявления.

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд отклоняет доводы о пропуске срока исковой давности на обращение в суд с настоящим заявлением.

В соответствии с абзацем 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротства (в редакции Федерального закона №134-ФЗ) заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 по делу № 308-ЭС17-6757 (2, 3) норма абзаца 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве содержала указание на необходимость применения двух сроков исковой давности: 

- однолетнего субъективного (исчисляется с момента, когда лицо, имеющее право обратиться с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, узнало или должно было узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для привлечения указанных лиц к такой ответственности);

 - трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

Также в соответствии с п. 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2(2018) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018), срок исковой давности по требованию о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности по долгам должника-банкрота, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, а именно: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами.

При этом, в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (применительно к настоящему делу - не ранее введения процедуры конкурсного производства, т.е. 28.04.2016).

Поскольку институт срока исковой давности и правила его течения устанавливаются нормами материального права, подлежат применению положения законодательства, действовавшие в момент возникновения соответствующего отношения (п. 1 ст. 4 ГК РФ, ст. 200 ГК РФ).

В момент, когда кредитор  - Банк ВТБ узнал или должен были узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, как установлено судом, действовал Закон о банкротстве в редакции N 134-ФЗ от 28.06.2013 (требования Банка ВТБ (ПАО) в размере 1 858 369 324, 9 рублей основного долга и 69 448 725, 75 рублей включены в реестр требований кредиторов должника определением суда от 13.11.2015).

Данная применяемая норма абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве содержала указание на необходимость применения двух сроков исковой давности:

- однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ);

- трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

Предполагается, что в пределах объективного срока, отсчитываемого от даты признания должника банкротом, выполняются мероприятия конкурсного производства, включающие в себя, в том числе выявление сведений об основаниях для предъявления к контролирующим лицам иска о привлечении к субсидиарной ответственности.

Таким образом, в соответствии с действующим законодательством РФ после признания решением Арбитражного суда Московской области от 28.04.2016 должника несостоятельным (банкротом) и введения в отношении должника конкурсного производства, Банк ВТБ должен был обратиться в арбитражный суд с соответствующим заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в течение одного года с даты, когда он узнал или должен был узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника.

Судом установлено, что настоящее заявление подано в суд 20.12.2018.

Таким образом, апелляционная коллегия приходит к выводу, что кредитор Банк ВТБ обратился в суд с настоящим заявлением, когда узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, а именно: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами.

Таким образом, трехлетний объективный срок исковой давности на подачу заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, установленный абзацем четвертым пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона N 134-ФЗ, исчисляемый со дня признания должника банкротом, в любом случае не истек.

В то же время субъективный срок не начал течь до того момента, когда Банку ВТБ (ПАО) стали известны основания для подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. 

Применительно к обстоятельствам настоящего обособленного спора такие основания представляют из себя совокупность юридических и фактических действий с участием значительного количества юридических лиц, включая организации, контроль над которыми контролирующие лица не раскрывали перед кредиторами (например, ООО «Дмитровка» и ООО «Раздолье»).

Таким образом, трехлетний объективный срок, установленный абзацем четвертым пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона N 134-ФЗ, исчисляемый со дня признания должника банкротом, в любом случае не истек.

При таких обстоятельствах оснований для отказа в удовлетворении требований Банка ВТБ (ПАО) о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по мотиву пропуска срока исковой давности не имеется.

Однако, поскольку по результатам разрешения настоящего обособленного спора арбитражным апелляционным судом не установлено фактических оснований для возложения на ответчиков субсидиарной ответственности по обязательствам АО «Петушинский металлический завод», заявление Банка ВТБ (ПАО) удовлетворению не подлежит.

 В суд апелляционной инстанции от ПАО Банк «ТРАСТ» поступило ходатайство о приостановлении производства по настоящему делу до вступления в законную силу судебного акта об оспаривании сделок в рамках дела №А40-71749/15 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Дмитровка».

В своем ходатайстве Банк ссылается на то, что при разрешении спора об оспаривании сделок по делу №А40-71749/15 могут быть установлены обстоятельства, имеющие существенное значение для настоящего дела (информация о структуре цепочки сделок по передаче активов из ООО «Дмитровка»).

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 143 АПК РФ арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого арбитражным судом.

Обязательным условием приостановления производства по делу является объективная невозможность рассмотрения и разрешения дела арбитражным судом до разрешения дела, рассматриваемого иным судом.

Такая невозможность означает, что если производство по делу не будет приостановлено, разрешение дела может привести к незаконности судебного решения, неправильным выводам судов или к вынесению противоречивых судебных актов.

Рассмотрение одного дела до разрешения другого дела следует признать невозможным, если обстоятельства, исследуемые в другом деле, либо результат рассмотрения другого дела имеют значение для данного дела, то есть могут повлиять на результат его рассмотрения по существу. Следовательно, невозможность рассмотрения спора обусловлена тем, что существенные для дела обстоятельства подлежат установлению при разрешении другого дела в арбитражном суде.

Невозможность рассмотрения данного дела означает необходимость установления в другом деле фактов, имеющих значение для того дела, производство по которому должно быть приостановлено.

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для приостановления производства по настоящему обособленному спору до вступления в законную силу судебного акта об оспаривании сделок в рамках дела №А40-71749/15 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Дмитровка», поскольку  информация о сделках с долями ООО «Дмитровка», а также объектах недвижимого имущества содержится в регистрационных делах, которые имеются в материалах настоящего спора.

Также арбитражным апелляционным судом не установлено оснований для удовлетворения ходатайства ООО "Тетис Кэпитал" Д.У. ЗПИФН "Якорь" о приобщении к материалам дела дополнительных документов, за исключением платежных поручений.

В соответствии с частью 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный апелляционный суд рассматривает дело по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции при установлении обстоятельств, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На отмену решения арбитражного суда первой инстанции указывается в постановлении, принимаемом арбитражным судом апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы.

На основании изложенного и  руководствуясь статьями 223, частью 6.1 статьи 268, п. 2 ч. 4 ст. 270 ст. 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 24 декабря 2019 года по делу №А41-21198/15 отменить.

В удовлетворении заявления Банка ВТБ (ПАО) отказать о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам АО "ПМЗ" отказать.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий

В.А. Мурина

Судьи

И.О. Воробьева

А.В. Терешин