СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А45-17247/2020

город Томск

18 ноября 2020 года

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе судьи Логачева К.Д., рассмотрел в порядке упрощенного производства апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 (№ 07АП-9253/2020) на решение от 06.10.2020 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-17247/2020 (судья Шевченко С.Ф.), рассмотренному в порядке упрощенного производства, по иску Rovio Entertainment Corporation (компания Ровио Энтертейнмент Корпорейшн) к индивидуальному предпринимателю ФИО2, г. Новосибирск о взыскании 45 000 рублей.

УСТАНОВИЛ:

Rovio Entertainment Corporation (Ровио Энтертейнмент Корпорейшн) (далее – иностранная компания, истец) обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП 304543315500029) о взыскании 15 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак № 1 086 866; 15 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак № 1 091 303; 15 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак № 1 163 222; 145 руб. стоимости вещественных доказательств – товара, приобретенного у Ответчика; 180,94 руб. почтовых расходов; 2000 руб. государственной пошлины.

Настоящее дело в соответствии с главой 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) рассмотрено в порядке упрощенного производства.

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 06.10.2020 (резолютивная часть изготовлена 11.09.2020) исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с принятым судебным актом, индивидуальный предприниматель ФИО1 обратилась в суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что, судом первой инстанции не исследован спорный товар на предмет схожести до степени смешения с товарным знаком, находящимся под защитой истца. Кроме того, в материалы дела не представлено доказательств реализации ответчиком спорного товара. Предприниматель указывает на необоснованность выводов истца относительно того, что ответчик уклонялся от досудебного урегулирования спора, ввиду того, что ответчик не получал претензию, направленную истцом. Предприниматель   ссылается на чрезмерность заявленной суммы компенсации, указав на возможность снижение размера компенсации ниже минимального предела  в соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении от 13.12.2016 № 28-П.

Определением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 02.10.2020 апелляционная жалоба принята к производству в соответствии с частью 1 статьи 272.1 АПК РФ, с учетом разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, отраженных в пунктах 47, 49 постановления от 18.04.2017 № 10 «О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном производстве», 

Истец в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) отзыв, в материалы дела не представил.

На основании части 1 статьи 272.1 АПК РФ (в редакции Федерального закона от 02.03.2016 № 45-ФЗ), пункта 47 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18.04.2017 № 10 «О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном производстве» апелляционные жалобы на решения арбитражного суда по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются в суде апелляционной инстанции судьей единолично без проведения судебного заседания, без извещения лиц, участвующих в деле, о времени и месте проведения судебного заседания, без осуществления протоколирования в письменной форме или с использованием средств аудиозаписи по имеющимся в деле доказательствам.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в порядке, установленном статьями 266, 268 АПК РФ, изучив доводы апелляционной жалобы, отзывов, исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции считает решение суда первой инстанции не подлежащим отмене.

Как следует из материалов дела и установлено судом, в ходе закупки, произведенной 25.03.2018 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: Новосибирская область, РП Краснообск, Торговый Центр, установлен факт продажи контрафактного товара (Игрушки «Angry Birds» 2 шт). 

В подтверждение продажи был выдан чек, на котором указано наименование продавца: ИП ФИО1, дата продажи: 25.03.2018, ИНН продавца: 543307416941, ОГРНИП продавца: 304543315500029.

На товаре содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками: №1 091 303, №1 086 866, № 1 163 222,  исключительные права на которые принадлежат компании «Rovio Entertainment Corporation» («Ровио Энтертейнмент Корпорейшн») (далее – Компания) и ответчику не передавались.

Компания является действующим юридическим лицом, которое было учреждено 24.11.2003 в качестве публичного акционерного общества, код предприятия 1863026-2.

Согласно выписке из торгового реестра компании допустимым является наименование компании как на финском языке «Rovio Entertainment Oyj» («Ровио Энтертейнмент Оюй»), так и на иностранных языках «Rovio Entertainment Corporation» («Ровио Энтертейнмент Корпорейшн»).

Компания является правообладателем товарного знака № 1 091 303 (логотип «ANGRY BIRDS»). В Международный реестр товарных знаков, зарегистрированных в соответствии с Мадридским соглашением о международной регистрации знаков от 28.06.1989 и протоколом к нему, внесена запись о регистрации за Правообладателем товарного знака в виде логотипа «ANGRY BIRDS» от 15.04.2011, что подтверждено свидетельством Всемирной организации интеллектуальной собственности № 1 091 303.

Товарный знак № 1 091 303 (логотип «ANGRY BIRDS») имеет правовую охрану в отношении перечня товаров и услуг – 03, 09, 14, 16, 18, 20, 21, 24, 25, 27, 28, 29, 30, 32, 33, 34, 35, 36, 38, 41, 43 класса МКТУ, в том числе в отношении товара, который был реализован Ответчиком. 

Кроме того, Компания является правообладателем товарного знака № 1 086 866. В Международный реестр товарных знаков, зарегистрированных в соответствии с Мадридским соглашением о международной регистрации знаков от 28.06.1989 и протоколом к нему, внесена запись от 15.04.2011 о регистрации за Правообладателем товарного знака № 1 086 866, что подтверждено соответствующим свидетельством Всемирной организации интеллектуальной собственности.

Товарный знак № 1 086 866 имеет правовую охрану в отношении перечня товаров и услуг – 03, 09, 14, 16, 18, 20, 21, 24, 25, 27, 28, 29, 30, 32, 33, 34, 35, 36, 38, 41, 43 класса МКТУ, в том числе в отношении товара, который был реализован Ответчиком.

Кроме того, Компания является правообладателем товарного знака № 1 163 222. В Международный реестр товарных знаков, зарегистрированных в соответствии с Мадридским соглашением о международной регистрации знаков от 28.06.1989 и протоколом к нему, внесена запись от 08.08.2012 о регистрации за Правообладателем товарного знака № 1 163 222, что подтверждено соответствующим свидетельством Всемирной организации интеллектуальной собственности.

Товарный знак № 1 163 222 имеет правовую охрану в отношении перечня товаров и услуг – 03, 05, 09, 14, 15, 16, 18, 20, 21, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 32, 33, 34, 35, 36, 38, 41, 43 класса МКТУ, в том числе в отношении товара, который был реализован Ответчиком.

Ссылаясь на то, что разрешение на использование указанных объектов интеллектуальной собственности путем заключения соответствующих договоров ответчик не получал, договоры на такое использование не заключал, истец пришел к выводу о нарушении его исключительных прав действиями ответчика по продаже спорных товаров.

27.08.2018 истцом направлена в адрес ответчика претензия с требованием о выплате компенсации за нарушение исключительных прав, которая оставлена ответчиком без удовлетворения, что и послужило основанием для обращения Rovio Entertainment Corporation (Ровио Энтертейнмент Корпорейшн) с настоящим иском в арбитражный суд.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из доказанности факта нарушения предпринимателем исключительного авторского права на товарные знаки 

№ 1 091 303, № 1 086 866, № 1 163 222.

Арбитражный апелляционный суд поддерживает выводы арбитражного суда первой инстанции, в связи с чем, отклоняет доводы апелляционной жалобы, при этом исходит из установленных фактических обстоятельств дела и следующих норм права.

Права на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации охраняются Гражданским кодексом Российской Федерации.

Товарные знаки и знаки обслуживания в соответствии с пунктом 14 части 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) относятся к результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью).

Согласно пункту 14 части 1 статьи 1225 ГК РФ товарные знаки и знаки обслуживания являются результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью).

В соответствии с частью 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

В силу части 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 ГК РФ).

Согласно статье 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 статьи 1229 ГК РФ. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак (часть 1).

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2).

Частью 3 статьи 1484 ГК РФ установлено, что никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В соответствии со статьей 1479 ГК РФ на территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Из содержания приведенных норм следует, что под незаконным использованием товарного знака признается любое действие, нарушающее исключительные права владельцев товарного знака: несанкционированное изготовление, применение, ввоз, предложение о продаже, продажа, иное введение в хозяйственный оборот или хранение с этой целью товарного знака или товара, обозначенного этим знаком, или обозначения, сходного с ним до степени смешения, при этом незаконность воспроизведения чужого товарного знака является признаком контрафактности.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных названным Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 43.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 5, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 29 от 26.03.2009 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков.

Из материалов дела следует, что Rovio Entertainment Corporation является обладателем исключительных прав на товарные знаки № 1 091 303, №1 086 866, № 1 163 222, что подтверждено свидетельствами Всемирной организации интеллектуальной собственности.

В пункте 7 Информационного письма от 13.12.2007 № 122 Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» указано, что действия лица по распространению контрафактных экземпляров произведения образуют самостоятельное нарушение исключительных прав. При этом сам по себе факт приобретения этих экземпляров у третьих лиц не свидетельствует об отсутствии вины лица, их перепродающего.

В соответствии со статьей 493 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором розничной купли-продажи, в том числе условиями формуляров или иных стандартных форм, к которым присоединяется покупатель (статья 428), договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

В пункте 6 Информационного письма от 13.12.2007 № 122 Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» указано, что доказательствами незаконного распространения контрафактной продукции путем розничной продажи могут выступать кассовый чек, отчет частного детектива, свидетельские показания, контрафактный диск с записью и отличающийся от лицензионного диска внешним видом обложки и наклейки на диск, отсутствием средств индивидуализации, сведений о правообладателе и производителе.

С учетом указанных разъяснений доказательством незаконного распространения контрафактной продукции может быть как одно из перечисленных доказательств, признаваемых в качестве допустимых, так и их совокупность.

Судом апелляционной инстанции отклоняется довод индивидуального предпринимателя о недоказанности реализации товара ответчиком, исходя из следующего.

В подтверждение продажи товара в материалах дела имеются кассовый чек от 25.03.2018, содержащими ИНН и ОГРНИП продавца, дату продажи, цену и наименование товара, а также видеосъемка покупки и непосредственно сами вещественные доказательства.

Указанные в кассовом чеке идентифицирующие данные совпадают с данными ответчика. Кассовый или товарный чек применительно к статьям 65, 67, 68 АПК РФ и статье 493 ГК РФ является достаточным доказательством надлежащего заключения договора купли-продажи.

При этом судом апелляционной инстанции запрошены и непосредственно исследованы доказательства, имеющиеся в материалах дела: товар (игрушки «Angry Birds» 2 шт.), оригинал кассового чека, компакт-диск с видеозаписью процесса покупки контрафактного товара.

Как следует из представленной истцом в материалы дела видеозаписи, объектом съемки являлся процесс приобретения контрафактного товара.

Ведение видеозаписи (в том числе и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статьям 12 и 14 ГК РФ и корреспондирует норме части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Таким образом, представленные истцом доказательства в совокупности содержат необходимые идентифицирующие сведения о продавце и реализованном товаре, а также о факте его реализации. 

О фальсификации доказательств (видеозаписи и кассового чека) в соответствии со статьей 161 АПК РФ ответчиком не заявлено. 

Оснований полагать, что в действиях истца имеются признаки злоупотребления правом согласно статье 10 ГК РФ, у суда апелляционной инстанции не имеется.

При этом товар, реализованный ответчиком, не вводился в гражданский оборот истцом и (или) третьими лицами с его согласия, в связи с чем ответчик, осуществив действия по распространению товара, нарушил исключительное право истца на товарные знаки № 1 091 303, №1 086 866, № 1 163 222, так как разрешение на такое использование объектов интеллектуальной собственности истца путем заключения соответствующего договора ответчик не получал, иного из материалов дела не следует, следовательно, такое использование осуществлено незаконно.

Исходя из положений статей 1229, 1252, 1484, 1515 ГК РФ, под незаконным использованием товарного знака следует понимать любое действие, нарушающее права владельца товарного знака, то есть не только несанкционированное изготовление этого знака, но и ввоз, хранение, предложение к продаже, продажу и иное введение в хозяйственный оборот товара, обозначенного этим знаком или сходным с ним до степени смешения обозначением, без разрешения владельца товарного знака.

Согласно пункту 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы. Вопрос о сходстве до степени смешения обозначений, применяемых на товарах истца и ответчика, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.

Угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что оба товарных знаков принадлежат одному и тому же предприятию. Такая угроза зависит от нескольких обстоятельств: во-первых, от различительной способности знаков, от сходства противопоставляемых знаков, от оценки однородности обозначенных знаком товаров и услуг.

При сопоставлении товарных знаков с точки зрения их графического и визуального сходства должно быть учтено основное правило, согласно которому вывод делается на основе восприятия не отдельных элементов, а товарных знаков в целом (общего впечатления). Для признания сходства товарных знаков достаточно уже самой опасности, а не реального смешения товарных знаков в глазах потребителей.

Обозначение является сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. При определении сходства словесных обозначений они сравниваются: со словесными обозначениями; с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

При установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному производителю. Для установления однородности товаров принимается во внимание род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товара, круг потребителей и другие признаки.

Таким образом, сравнив спорный товар (Игрушки «Angry Birds» 2 шт), а также изображение «ANGRY BIRDS на кассовом чеке с товарными знаками истца, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о сходстве, приводящем к смешению указанного товара с товарными знаками истца с точки зрения рядового потребителя.

При таких обстоятельствах, на спорном товаре имеется изображение, сходное до степени смешения с товарными знаками № 1 091 303, №1 086 866, №1 163 222, 

Таким образом, подлежат отклонению доводы предпринимателя о том, что судом не исследовался спорный товар на предмет схожести до степени смешения с товарными знаками № 1 091 303, №1 086 866, №1 163 222.

Довод ответчика о том, что претензию, в целях досудебного урегулирования спора, ответчик не получал, апелляционным судом отклоняется.  

Как указано выше, истец направил в адрес ответчика претензию от 27.08.2018, в которой требовал прекратить продажу контрафактного товара и связаться  с истцом для досудебного урегулирования спора. 

Данная претензия была получена ответчиком 18.10.2018. Факт получения истцом претензии подтверждается почтовой квитанцией от 27.08.2018, описью вложения с указанием номера почтового идентификатора и отчетом об отслеживании отправления с почтовым идентификатором 63055021009173, согласно которому письмо, направленное по  адресу ответчика, вручено адресату 18.10.2018.

Таким образом, довод ответчика о том, что им не получена претензия от 27.08.2018, является голословным. 

Кроме того, из материалов дела не следует намерение ответчика урегулировать спор в досудебном порядке. При этом из поведения ответчика не усматривалось намерения добровольно и оперативно урегулировать возникший спор во внесудебном порядке, никаких действий со стороны ответчика в ответ на претензию не последовало.

Судом апелляционной инстанции отклоняется довод предпринимателя о несоответствии представленного кассового чека номенклатуре товара, поскольку ответчиком не приведено обоснований, доказательств указанному доводу, следовательно в указанной части доводы апеллянта имеют голословный и предположительный характер.

Суд апелляционной инстанции рассмотрел доводы индивидуального предпринимателя относительно отсутствия видеозаписи процесса покупки в материалах дела, отсутствия вещественных доказательств, ввиду наличия фотографий спорного товара, и считает их подлежащими отклонению как противоречащие материалам дела

Из материалов дела следует, что истец обратился в суд  с исковым заявлением  о взыскании именно компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак в сумме  45 000 рублей, исходя из размера 15000 рублей за каждое нарушение исключительных прав.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим интеллектуальные права (статья 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В соответствии с пунктом 3 статьи 401 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств. 

В пунктах 8, 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 (ред. от 07.02.2017) «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный и непредотвратимый при данных условиях характер. Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях. Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий. Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей. Должник обязан принять все разумные меры для уменьшения ущерба, причиненного кредитору обстоятельством непреодолимой силы, в том числе уведомить кредитора о возникновении такого обстоятельства, а в случае неисполнения этой обязанности - возместить кредитору причиненные этим убытки (пункт 3 статьи 307, пункт 1 статьи 393 ГК РФ). 

Таким образом, отсутствие вины доказывается ответчиком, который не представил в материалы дела доказательств наличия чрезвычайного и непредотвратимого при данных условиях обстоятельства, освобождающего его от ответственности.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении от 13.12.2016 № 28-П, суд, при определенных условиях, может снизить размер компенсации ниже низшего предела, установленного статьей 1301 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях:

- убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком;

- правонарушение совершено ответчиком впервые;

- использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика, и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Поэтому следует учитывать, что в соответствии с приведенными правовыми позициями снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев. При этом обязанность доказывания обстоятельств, соответствующих этим критериям, возлагается именно на ответчика.

В соответствии с частями 1 и 3 статьи 8 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия сторон. Арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон.

Статьей 9 АПК РФ определено, что судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Лица, участвующие в деле, вправе знать об аргументах друг друга до начала судебного разбирательства. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. 

Арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения ими процессуальных действий, оказывает содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

Таким образом, при установлении размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 1 статьи 1301 ГК РФ, снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях (с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и постановления от 13.12.2016 № 28-П), и лишь при мотивированном заявлении об этом ответчика, подтвержденным соответствующими доказательствами.

Данная правовая позиция сформулирована в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС16-13233 от 21.04.2017, № 308-ЭС17-3085 от 12.07.2017, № 308-ЭС17-2988 от 12.07.2017, № 308-ЭС17-3088 от 12.07.2017, № 308-ЭС17-4299 от 12.07.2017, № 305-ЭС17-16920 от 18.01.2018 и № 305-ЭС18-14243 от 13.11.2018.

Ответчик таких доказательств в материалы дела не представляет.

Ответчик ссылается на тяжелое материальное положение, мотивируя тем, что в связи с последствиями, вызванными ограничительными мероприятиями в целях предупреждения новой коронавирусной инфекции, вынуждена была пересмотреть условия аренды торговых площадей, отказываться от них, несла иные экономические последствия. 

Между тем, документы, подтверждающие обстоятельства, на которые ссылается ответчик, в материалы дела не представлены. 

Из представленного обращения в СФНЦА СО РАН данный факт не следует. 

Кроме того документальное подтверждение направления письма в СФНЦА СО РАН  с требованием об освобождении от арендной платы само по себе, безотносительно сведений о доходах предпринимателя, не может однозначно свидетельствовать о тяжелом материальном положении последнего.

Также возможность снижения компенсации ниже минимального предела, установленного законом, не может ставиться в зависимость только от наличия обстоятельства того, что у ответчика имеются трудности финансового характера.

Само по себе ходатайство ответчика о снижения размера компенсации, свидетельствующего, по его мнению, о тяжелом материальном положении, в отсутствие документов, подтверждающих реальный доход предпринимателя в спорный период и в момент рассмотрения дела в суде, не являются достаточными доказательствами, свидетельствующими о наличии оснований для снижения компенсации, рассчитанной Истцом исходя из минимально установленного законом размера.

Таким образом, в нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ ответчиком в материалы дела не представлены соответствующие доказательства о неспособности ответчика удовлетворить требования истца в отношении нарушения исключительных прав последнего.

Указанные ответчиком обстоятельства не могут свидетельствовать о его тяжелом материальном положении в соответствии со статьи 68 АПК РФ.

Таким образом, представленные ответчиком сведения не могут служить основанием для применения положений Конституционного суда о снижении размера компенсации.

Согласно пункту 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, то есть на ответчике лежала обязанность предпринять все меры, направленные на соблюдение прав третьих лиц при осуществлении им предпринимательской деятельности.

Соответственно, ответчик мог самостоятельно предпринять меры по проверке сведений о возможном нарушении исключительных прав истца на товарных знаки, однако таких мер предпринято не было.

Кроме того, ответчик на этапе приобретения товара имел возможность выяснить обстоятельства правомерности использования изображений на приобретаемом им товаре, получить информацию о наличии разрешения на такое использование путем запроса у поставщика лицензионного договора.

Учитывая характер допущенного правонарушения и исходя из необходимости сохранения баланса прав и законных интересов сторон, принимая во внимание то, что ответчик допустил нарушение исключительных прав, действия по заключению лицензионного договора ответчиком не предприняты, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что размер заявленной к взысканию компенсации является разумным и справедливым.

Кроме того, суд апелляционной инстанции учитывает, что компенсация является штрафной мерой ответственности и преследует, помимо прочих целей, цель общей превенции совершения правонарушений, что не выполняется в случае необоснованного снижения компенсации со стороны суда.

Требование о взыскании судебных расходов, в том числе стоимости приобретенного товара, почтовых расходов, государственной пошлины рассмотрено в соответствии со статьями 101, 106, 110, 112 АПК РФ. 

Апелляционная жалоба доводов в указанной части не содержит.

С учетом изложенного, в данном случае, суд первой инстанции оценил в соответствии со статьей 71 АПК РФ в совокупности и взаимосвязи все приведенные доводы и представленные в материалы дела доказательства и пришел к правомерному выводу о том, что ответчиком допущен факт нарушения исключительных прав, принадлежащих Rovio Entertainment Corporation (Ровио Энтертейнмент Корпорейшн). 

Оценивая иные доводы апеллянта, суд апелляционной инстанции с учетом вышеизложенных норм права, фактических обстоятельств настоящего дела и доказательств, представленных сторонами, также приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по указанным в ней основаниям.

При таких обстоятельствах, оценив в порядке статьи 71 АПК РФ, представленные в дело доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд первой инстанции принял законный и обоснованный судебный акт.

Доводы апелляционной жалобы основаны на неверном толковании действующего законодательства, не опровергают выводов суда первой инстанции, положенных в основу обжалуемого судебного акта, и не могут являться основанием для их принятия судом апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции считает, что судом первой инстанции нарушений норм материального и норм процессуального права не допущено.

Оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ, для отмены решения у суда апелляционной инстанции не имеется. Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьями 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 06.10.2020 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-17247/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу только по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Судья            К.Д. Логачев