ИМЕНЕМ  РОССИЙСКОЙ  ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А40-238398/16-111-86

г. Москва

13 февраля 2017 года

Резолютивная часть решения объявлена 06 февраля 2017 года.

Полный текст решения изготовлен 13 февраля 2017 года.

Арбитражный суд города Москвы в составе:

судьи: Цыдыповой А.В. 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ликшиковым Э.Б.

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению:

ООО"СЕНЕЖ-ПРЕПАРАТЫ" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата гос.рег. 27.04.1999 г., 111625, 

<

...>; 121351, 

<

...>), ООО "СЕНЕЖ-ДИСТРИБУЦИЯ" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата гос.рег. 19.11.2004 г., 121351, 

<

...>), ООО "СОФИТЕКСТ" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата гос.рег 28.02.2001 г., 141503, 

<

...>; 121351, 

<

...>) 

к ответчику ФИО1 (дата рождения - ДД.ММ.ГГГГ г., 121467, 

<

...>, индивидуальный предприниматель ОГРНИП 315774600430294) 

о признании ФИО1 с 29.12.2015 г. вышедшим из состава участников ООО «Сенеж-препараты», ООО «СЕНЕЖ-Дистрибуция», ООО «Софитекст» и утратившим правовой статус участника данных обществ, признании доли ФИО1 в ООО «Сенеж-препараты», ООО «СЕНЕЖ-Дистрибуция», ООО «Софитекст» в размере 33,3 % (номинальной стоимостью 3330 руб.) в каждом обществе, перешедшими в собственность данных обществ с 29.12.2015 г., взыскав с ООО «Сенеж-препараты» в пользу ФИО1 действительную стоимость причитающейся ему по выходу из общества доли в размере 20331000 руб. 98 коп., взыскав с ООО «СЕНЕЖ-Дистрибуция» в пользу ФИО1 действительную стоимость причитающейся ему по выходу из общества доли в размере 19277 руб. 37 коп., взыскав с ООО «Софитекст» в пользу ФИО1 действительную стоимость причитающейся ему по выходу из общества доли в размере руб. 00 коп., 

а также по встречному исковому заявлению ФИО1 к истцам по первоначальному иску о признании недействительной односторонней сделки по выходу участника ФИО1 по выходу из состава участников ООО "Сенеж - препараты", ООО "Сенеж - дистрибуция", ООО "Софитекст оформленную заявлением без даты от лица участника обществ ФИО1

при участии:

от истцов по первоначальному иску – ФИО2 дов. № 08/15-Д от 23.03.2016 г., № 08/15-С от 23.03.2016 г., № 08/16-П от 23.03.2016 г.

от ответчика по первоначальному иску – ФИО1 лично, паспорт, ФИО3 дов. №Д- 77 АВ 0217193 от 24.03.2016 г.

УСТАНОВИЛ:

«Сенеж-препараты» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата гос.рег. 27.04.1999 г., 111625, 

<

...>; 121351, 

<

...>), ООО «СЕНЕЖ-Дистрибуция» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата гос.рег. 19.11.2004 г., 121351, 

<

...>), ООО «Софитекст» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата гос.рег 28.02.2001 г., 141503, 

<

...>; 121351, 

<

...>) обратились в Арбитражный суд г. Москвы с иском к ФИО1 (дата рождения - ДД.ММ.ГГГГ г., 121467, 

<

...>, индивидуальный предприниматель ОГРНИП 315774600430294) о признании ФИО1 с 29.12.2015 г. вышедшим из состава участников ООО «Сенеж-препараты» (ОГРН 

<

***>), ООО «СЕНЕЖ-Дистрибуция» (ОГРН 

<

***>) и ООО «Софитекст» (ОГРН 

<

***>) и утратившим правовой статус участника данных обществ, признании доли ФИО1 в ООО «Сенеж-препараты, ООО «СЕНЕЖ-Дистрибуция», ООО «Софитекст» в размере 33,3 % (номинальной стоимостью 3330 руб.) в каждом обществе, перешедшими в собственность данных обществ с 29.12.2015г., взыскав с ООО «Сенеж-препараты» в пользу ФИО1 действительную стоимость причитающейся ему по выходу из общества доли в размере 20 331 000 (Двадцать миллионов триста тридцать одна тысяча) руб. 98 коп., взыскав с ООО «СЕНЕЖ-Дистрибуция» в пользу ФИО1 действительную стоимость причитающейся ему по выходу из Общества доли в размере 19 277 (Девятнадцать тысяч двести семьдесят семь) руб. 37 коп., взыскав с ООО «Софитекст» в пользу ФИО1 действительную стоимость причитающейся ему по выходу из Общества доли в размере 1 041 624 (Один миллион сорок одна тысяча шестьсот двадцать четыре) руб. 00 коп.

06.02.2017 г. ФИО1 в судебном заседании представлено встречное исковое заявление о признании недействительной односторонней сделки по выходу участника ФИО1 по выходу из состава участников обществ ООО"СЕНЕЖ-ПРЕПАРАТЫ" (ОГРН 

<

***>), ООО "СЕНЕЖ-ДИСТРИБУЦИЯ" (ОГРН 

<

***>), ООО "СОФИТЕКСТ" (ОГРН 

<

***>) оформленную заявлением без даты от лица участник обществ ФИО1

Протокольным определением Арбитражного суда г. Москвы от 06.02.2017 г. встречное исковое заявление принято к совместному рассмотрению с первоначальным иском.

ФИО1 против удовлетворения исковых требований возражал по основаниям, изложенным в письменных объяснениях и встречном иске.

Выслушав представителей сторон, изучив материалы дела, оценив представленные по делу доказательства, суд считает исковые требования подлежащими удовлетворению, встречные исковые требования не подлежащими удовлетворению.

Из материалов дела следует, что согласно данным ЕГРЮЛ ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является участником истцов, ООО «Сенеж-препараты», ООО «СЕНЕЖ-Дистрибуция», ООО «Софитекст», доля которого в каждом обществе составляет 33,3 % (номинальная стоимость 3 330 руб. в каждом из Обществ). Другими участниками истцов являются ФИО4 и ФИО5 Между участниками Обществ имеется корпоративный конфликт, о чем обе стороны сообщили суду. 

В августе 2015 года ФИО1 решает продать свои доли в указанных Обществах, направляет истцам уведомления в силу наличия преимущественного права покупки долей у других участников Обществ (истцов), о чем уведомляет об этом истцов, а также их участников – ФИО5 и ФИО4, что подтверждается Уведомлением (ОФЕРТА) по продаже доли в ООО «Сенеж-препараты» - цена доли определена ФИО1 в размере 138 312 838 руб.; Уведомлением (ОФЕРТА) по продаже доли в ООО «СЕНЕЖ-Дистрибуция» - цена доли определена ФИО1 в размере 128 320 500 руб.; Уведомлением (ОФЕРТА) по продаже доли в ООО «Софитекст» - цена доли определена ФИО1 в размере 33 330 000 руб. 

Правовое обоснование размера цены ФИО1 в офертах не указано. ФИО1 лишь указал на желание продать указанные доли ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ г.р., проживающему в 

<

...>.

В ходе судебного разбирательства стороны не оспаривали, что ни участники, ни Общество, ни третьи лица не приобрели доли ФИО1 по указанной цене.

По прошествии пяти месяцев, в декабре 2015 г. в адрес ООО «Сенеж-препараты», ООО «СЕНЕЖ-Дистрибуция» и ООО «Софитекст» поступило письмо, вложение в которое содержало заявление о выходе ФИО1 из состава участников трех обществ (истцов). Письмо было вскрыто и освидетельствовано в нотариальном порядке 29.12.2015 г., что подтверждается нотариальным протоколом осмотра вещественного или письменного доказательства 77АБ 9440574, совершённым в условиях нетерпящих отлагательств. Из содержания поступившего документа следует заявление ФИО1 о его выходе из состава участников истцов с просьбой считать его вышедшим из состава участников ООО «Сенеж-препараты», ООО «СЕНЕЖ-Дистрибуция» и ООО «Софитекст».

Как следует из переписки сторон, искового заявления, встречного искового заявления между сторонами спора имеется длительный корпоративный конфликт, подтверждаемый многочисленными судебными актами. С учетом изложенного, истцы по первоначальному иску (Общества группы компаний «СЕНЕЖ»), систематически прибегали к такому средству обеспечения доказательств как нотариальное освидетельствование вскрытия корреспонденции, что подтверждается нотариальным протоколом осмотра доказательств от 22.01.2016г., вместе с почтовым конвертом, отправителем которого является ФИО1, и копией доверенности на представителя ФИО1 серия 77АБ № 8341011, нотариальным протоколом осмотра доказательств от 24.08.2015г. вместе с конвертом и документами, находящимися во вскрытом конверте, адресатом которого указан ФИО1; Нотариальный протокол осмотра доказательств от 06.07.2015г., вместе с конвертом и документами, находящимися во вскрытом конверте, адресатом которого указан ФИО1, нотариальным протоколом осмотра доказательств от 08.07.2015г., вместе с конвертом и документами, находящимися во вскрытом конверте, адресатом которого указан ФИО1

Судом принимается нотариальный протокол осмотра вещественного или письменного доказательства 77АБ 9440574 в качестве допустимого и относимого доказательства, поскольку в соответствии с частью 5 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, подтвержденные нотариусом при совершении нотариального действия, не требуют доказывания, если подлинность нотариально оформленного документа не опровергнута в порядке, установленном статьей 161 АПК РФ, или если нотариальный акт не был отменен в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством для рассмотрения заявлений о совершенных нотариальных действиях или об отказе в их совершении. Доказательств оспаривания, совершенных нотариусом действий ФИО1 не представлено. 

Судом, в судебном заседании обозревался подлинник данного протокола, из которого следует подтверждение нотариусом факта осмотра подлинника вышеуказанного заявления о выходе из Обществ, а также обозревался подлинник данного заявления о выходе ФИО1 из состава участников всех трех Обществ (истцов). Сверка копии с подлинником проведена нотариусом г. Москвы при составлении протокола осмотра вещественного или письменного доказательства 77АБ 9440574 без каких-либо замечаний. 

Таким образом, данный документ отвечает признакам части 6 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку копии заявления о выходе из Обществ, представленные лицами, участвующими в деле, тождественны между собой и подтверждены в нотариальном порядке, что освобождает стороны от доказывания обстоятельств по ним.

Как пояснил представитель истцов по результатам ознакомления с полученным заявлением, Общества (истцы) направили в адрес ФИО1 требования о предоставлении реквизитов счета ФИО1, на который Общества могли бы перечислить денежные средства в счет выплаты действительной стоимости доли в уставных капиталах. 

В ответ на данные требования ФИО1 направил телеграммы, в которых просил не рассматривать данное заявление, поскольку его не подписывал. С учетом сделанного заявления, требование о предоставлении данного документа для ознакомления не направил. Каких-либо иных юридически-значимых действий в обоснование сделанного заявления ФИО1, в пределах годичного срока давности не осуществил. Сделку о выходе из обществ не оспорил в установленном законом порядке. 

Согласно пункту 1 статьи 26 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества. В силу подпункта 2 пункта 7 статьи 23 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" доля или часть доли переходит к обществу с даты получения обществом заявления участника общества о выходе из общества, если право на выход из общества участника предусмотрено уставом общества.

Таким образом, заявление о выходе участника из общества является односторонней сделкой, поскольку для ее совершения необходимо только волеизъявление участника, посредством подачи соответствующего заявления.

Представленное в Общества заявление о выходе из состава участников – это совершенная сделка, право на оспаривание которой или ее последствий принадлежит ФИО1, как лицу чьи материально-правовые интересы напрямую связаны с корпоративными правами и обязанностями в правоотношениях с Обществами (истцами). Согласно пункту 2 статьи 1 ГК РФ субъекты гражданского права приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего его содержание и подписанного лицом или лицами, совершившими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Подача заявления участником общества о выходе из общества порождает правовые последствия - доля выбывшего участника общества переходит к обществу с даты получения им заявления участника о выходе из общества. Указанные положения также закреплены в Уставах ООО «Сенеж-препараты» (п. 9.4. Устава), ООО «СЕНЕЖ-Дистрибуция» (п.9.4. Устава) и ООО «Софитекст» (п. 9.4 Устава).

После получения данного заявления о выходе из состава участников, в связи с не оспариванием ФИО1 последствий полученного истцами заявления о выходе, у Обществ возникли формальные обязанности по внесению соответствующих изменений в ЕГРЮЛ, которые Общества объективно не могли исполнить по не зависящим от них обстоятельствам. Определением Дорогомиловского районного суда г. Москвы от 02 сентября 2015г. в целях обеспечения иска установлены запреты УФНС и ИФНС на совершение каких-либо регистрационных действий в отношении долей ФИО1 в ООО «Сенеж-препараты», ООО «СЕНЕЖ-Дистрибуция», ООО «Софитекст», ООО «СЕНЕЖ-КАРГО», ООО «Сенеж-Логистика». Сведениями об отмене данных обеспечительных мер суд не располагает. С указанным определением ФИО1 был ознакомлен (Апелляционное определение Московского городского суда от 18.03.2016г.).

В ходе судебного заседания ФИО1 сделал заявление о фальсификации представленных в дело доказательств – заявления о выходе ФИО1 из состава участников истцов, просил о назначении экспертизы давности составления реквизитов данного заявления (текста и подписи), а также о назначении почерковедческой экспертизы принадлежности текста и подписи ФИО1 на нем с последующим исключением его из числа доказательств по делу.

В соответствии со статьей 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами. Фактически проверка заявления о фальсификации доказательства сводится к оценке оспариваемого доказательства на предмет возможности его участия в оценке собранных по делу доказательств по правилам ст.ст.67-71АПК РФ. Заявление о фальсификации может проверяться не только с помощью экспертного исследования документа, но и путем оценки совокупности имеющихся в материалах дела доказательств.

Согласно п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" в соответствии со статьей 133 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на стадии рассмотрения дела суд выносит на обсуждение вопрос о юридической квалификации правоотношения для определения того, какие нормы права подлежат применению при разрешении спора (абзац второй). По смыслу части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле.

В случае несоблюдения запрета, установленного п. 1 ст. 10 ГК РФ, суд на основании п. 2 ст. 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Согласно п. 5 ст. 166 ГК РФ и разъяснениям, приведенным в п. 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Как следует из пояснений истцов, не оспариваемых ответчиком, по причине наличия судебных ограничений на внесение изменений в ЕГРЮЛ, с одной стороны, и требований со стороны органов нотариата по уведомлению всех лиц указанных в ЕГРЮЛ в качестве участников Обществ-истцов для целей проведения собраний участников с участием нотариуса, с другой стороны, для целей свидетельствования факта проведения собраний Обществ, Общества приглашали ФИО1 на общие собрания участников в качестве вышедшего участника, но указанного в ЕГРЮЛ по вышеуказанным судебным ограничениям. Направленные ФИО1 уведомления о созыве годовых собраний истцов содержат указание на приглашение ФИО1 именно в качестве лица, вышедшего из Обществ истцов и подавшего заявление о выходе из Обществ истцов. После получения уведомлений, направленных ему заблаговременно, никаких заявлений относительно своего участия, либо неучастия в Обществах ФИО1 не осуществлял и сохранял молчание.

Судом установлено, что в ходе данных собраний ФИО1 неоднократно своими действиями подтверждал и признавал, что не является участником указанных Обществ, а также то, что заявление о выходе подано именно им, что подтверждается следующим.

В ходе очередного общего собрания участников ООО «Сенеж-препараты» от 26.04.2016г., по прошествии более четырех месяцев с момента поступления в общество оспариваемого заявления, в Листе регистрации участников Общества, напротив фразы – «ФИО1 приглашен Обществом на собрание, не является участником ООО «Сенеж-препараты» на основании п. 6.1. ст. 23 ФЗ «Об ООО» «14-ФЗ от 08.02.1998г. ввиду поступления в Общество 29.12.2015г. заявления о выходе ФИО1 из состава участников Общества» - проставлена подпись ФИО1 данный факт ФИО1 во встречном иске не отрицал. Также ФИО1 подписал итоговый протокол  собрания № 16 от 26.04.2016г., в котором прямо указано, что ФИО1 29.12.2015г. подано заявление о выходе из состава участников ООО «Сенеж-препараты» и, что он не является участником Общества, а приглашен на указанное собрание лишь в качестве гражданина, имеющего возможность выражать свое мнение по вопросам повестки дня. Нотариус г. Москвы ФИО7 удостоверила факт проведения данного собрания в нотариально-оформленном свидетельстве.

В ходе очередного общего собрания участников ООО «СЕНЕЖ-Дистрибуция» от 26.04.2016г. в Листе регистрации участников, на против фразы – «ФИО1 приглашен Обществом на собрание, не является участником ООО «СЕНЕЖ-Дистрибуция» на основании п. 6.1. ст. 23 ФЗ «Об ООО» ввиду поступления в Общество 29.12.2015г. заявления о выходе ФИО1 из состава участников Общества» - ФИО1 проставлена его подпись. По результатам собрания ФИО1 пописал итоговый протокол собрания № 106 от 26.04.2016г., где указано, что ФИО1 29.12.2015г. подано заявление о выходе из состава участников ООО «СЕНЕЖ-Дистрибуция» и, что он не является участником Общества, а приглашен на указанное собрание лишь в качестве гражданина, имеющего возможность выражать свое мнение по вопросам повестки дня. Нотариус г. Москвы ФИО7 удостоверила факт проведения данного собрания в нотариально-оформленном свидетельстве.

В ходе очередного общего собрания участников ООО «Софитекст» от 10.03.2016г. в листе регистрации участников и в протоколе собрания участников №6 ФИО1 также признал подачу именно им заявления о выходе из состава участников ООО «Софитекст» 29.12.2015г.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, суд исходит из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В материалы дела стороны не представили каких-либо иных заявлений требующих судебной оценки для целей правильного разрешения вопроса о выходе из состава участников истцов ФИО1 оформленные той же датой, что представленное заявление о выходе ФИО1 из состава участников, полученное истцами 29.12.2015г. 

С учетом изложенного, согласно части 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

При таких обстоятельствах, документами, представленными в материалы дела подтверждается совершение ФИО1 сделки по своему выходу из состава участников ООО «Сенеж-препараты», ООО «СЕНЕЖ-Дистрибуция и ООО «Софитекст» и наступление ее правовых последствий для него.

Согласно п. 5 ст. 166 ГК РФ, заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Поведение ФИО1 после получения истцами заявления о выходе, в том числе, связанные с не оспариванием данной сделки в разумные сроки, давало основание истцам полагаться на действительность данной сделки, в том числе после выражения ФИО1 в вышеуказанных документах своего письменного согласия не только с фактом подачи данного заявления в Общества, но и признания его последствий в виде прекращения корпоративной связи с Обществами в связи с переходом прав на доли к Обществам. 

Таким образом, бремя доказывания (ст.65 АПК РФ) того, кто именно ФИО1 или иное лицо подписало заявление о выходе из Обществ не может быть возложено судом на стороны, поскольку доказанность данных обстоятельств не будет иметь правового значения для правильного разрешения дела. Такое существенное значение для сторон спора имеют устанавливаемые судом по правилам оценки собранных доказательств юридически-значимые факты последующего поведения ФИО1 как участника корпоративных правоотношений после получения истцами спорного заявления (п. 5 ст. 166 ГК РФ) для целей дальнейшего определения факта выхода или невыхода ФИО1 из состава участников общества. ФИО1 знал о поступлении в Общества указанного заявления на момент приглашения его на собрания Обществ и продолжая реализовывать свои намерения по подтверждению своего выхода подписал вышеуказанные документы с указанием на подачу спорного заявления именно им.

Иное толкование норм ст.166 ГК РФ и требований АПК РФ, предъявляемых к оценке доказательств привело бы к ситуации, при которой произошло бы исключение защиты добросовестных участников гражданского оборота по одним лишь формальным правовым основаниям и предоставление защиты недобросовестным лицам, действующим в нарушении основополагающих принципов гражданского права, в частности принципа недопущения осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу (п.1 ст.10 ГК РФ).

Кроме того, после фактического признания факта подачи в Общества заявления о выходе из состава их участников, ФИО1 изменил свою позицию и пояснил суду, что представленный документ, протокол осмотра вещественных доказательств от 29.12.2015г. не свидетельствует о том, что ФИО1 подписывал заявление о выходе из состава 3 обществ). Наоборот, когда он его получил, то постоянно возражал, указывая, данное заявление написано не почерком ФИО1, и подпись поставлена была ранее на пустом бланке, который лежал в офисе, затем на бланк был нанесен текст, поэтому волеизъявление ФИО1 на подписание данного заявления нет. Также ФИО1 пояснил, что в период моей работы в ООО «Софитекст», ООО «Сенеж-препараты» и ООО «СЕНЕЖ-Дистрибуция» (до 2014 года) на период отпуска я оставлял несколько чистых листов со своей подписью для оформления платежных поручений. Полагаю, что участники общества М-вы совместно с генеральным директором ФИО8 могли воспользоваться указанными листками с моей подписью для оформления данного ложного заявления.

Представитель истцов пояснил, что в судебном заседании 16.11.2016 г. по делу № А40- 160810/16-57-949 ФИО1 вновь изменил свою позицию и начал утверждать, что подпись на заявлении о выходе из состава 3х Общества принадлежит не ему.

Такое поведение ФИО1 суд квалифицирует как недобросовестное, и с учетом всех обстоятельств дела, характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ему права на проведение судебной экспертизы и в удовлетворении заявления о фальсификации в полном объеме, а также применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), суд, признает доказанным факт выхода ФИО1 из состава участников истцов (пункт 3 статьи 157 ГК РФ), а также приходит к выводу о том, что его заявление о недействительности представленного истцами заявления о выходе из состава участников, посредством заявления о его фальсификации, не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ). 

Частью 4 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что арбитражный суд не принимает признание стороной обстоятельств, если располагает доказательствами, дающими основание полагать, что признание такой стороной указанных обстоятельств совершено в целях сокрытия определенных фактов или под влиянием обмана, насилия, угрозы, заблуждения, на что арбитражным судом указывается в протоколе судебного заседания. В этом случае данные обстоятельства подлежат доказыванию на общих основаниях. Таких обстоятельств судом не установлено.

Руководствуясь указанными нормами права, а также в соответствии с ч. 1 ст. 71 АПК РФ обязывающей арбитражный суд оценивать доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, суд приходит к выводу об отказе в назначении экспертизы по поставленным вопросам и отклонении сделанного заявления о фальсификации доказательств по причине отсутствия существенного правового влияния при рассмотрении настоящего дела результатов экспертизы заявления о выходе из состава участников обществ на выводы суда относительно дачи правовой квалификации правоотношений сторон с учетом правового основания иска о том, что ФИО1 своими последующими юридически-значимыми действиями одобрил указанное заявление о выходе из Обществ (Эстоппель) и на протяжении 2016 года, давал понять истцам о действительности своего волеизъявления, направленного на прекращение корпоративного участия в Обществах, несмотря на наличие отрицания своей причастности к подписанию данного заявления, сделанного только в ходе настоящего судебного заседания, что в свою очередь суд рассматривает как злоупотребление правом, направленным на сохранение своего формального участия в составе участников Обществ в нарушение имущественных прав истцов на указанные доли как лиц, к которым перешли права на доли в уставном капитале.

Истцами заявлено ходатайство о приобщении в материалы дела Акта экспертного исследования №1231 Бюро Независимой экспертизы «ВЕРСИЯ» от 21.11.2016г., проведенного ФИО9 исследования, имеющим стаж экспертной работы в области судебного почерковедения 36 лет. По результатам проведения указанного выше исследования на основании подлинника заявления о выходе из Общества, им были сделаны выводы о том, что подписи от имени ФИО1 единоличному исполнительному органу истцов в заявлении о выходе из состава участников выполнены лично ФИО1

Также истцами заявлено ходатайство о приобщении в дело заключения специалиста № 2016/21-Э1 от 11.12.2016г. ООО «Экспертно-криминалистической лаборатории», выполненной ФИО10, имеющим стаж работы в данной области более двадцати лет, имеющим сертификацию в РФЦСЭ при МЮ РФ, который пришел к выводу о том, что рукописный текст и подпись на подлиннике представленного заявления о выходе из Обществ выполнена в апреле 2015г.. т.е. задолго до получения истцами данного заявления 29.12.2015г. 

ФИО1 заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела, заключения специалиста в области судебно-почерковедческой экспертизы № 18/03-2016 ООО «Центр независимой экспертизы и права» от 23.03.2016 г. из содержания которого следует, что эксперту ФИО11 ФИО1 передал ксерокопию заявления о выходе из Обществ на исследование, и эксперт исследовал ксерокопию, а не подлинник заявления. После исследования ксерокопии без изучения подлинника самого заявления специалист заключил, что подпись на заявлении выполнена не ФИО1, а иным лицом. 

В соответствии со ст. 89 АПК РФ иные документы и материалы допускаются в качестве доказательств, если содержат сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела. Иные документы и материалы могут содержать сведения, зафиксированные как в письменной, так и в иной форме. К ним могут относиться материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Представленные в материалы дела заключения, полученные в качестве доказательств в досудебном порядке содержат сведения об обстоятельствах, связанных с подписанием ФИО1 спорного заявления, которые, по мнению суда, не имеют существенного значения для правильного рассмотрения настоящего дела заявленного по основаниям п.5 ст.166 ГК РФ. 

Оценив заключения по правилам ст. 71 АПК РФ, суд приходит к выводу, что данные доказательства, прямо не опровергают утверждение сторон спора об отсутствии либо наличии волеизъявления на выход из состава участников Обществ, как ранее указывал суд, для целей применения эстоппеля значения не имеют. 

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что данные заключения хоть и относятся к категории иных документов и материалов, допускаемых в качестве доказательств, но применительно к положениям ст.ст. 71,89 АПК РФ при установленных выше правоотношениях сторон подлежат возврату сторонам процесса без приобщения в дело в качестве доказательств, подлежащих исследованию при постановлении судебного решения как не относимые к предмету первоначального и встречного исков.

В силу пункта 6.1 статьи 23 Закона об обществах с ограниченной ответственностью в случае выхода участника из общества в соответствии со 26 настоящего Федерального закона его доля переходит к обществу.

Суд считает доводы ответчика по первоначальному иску, изложенные в письменном отзыве, а также встречное исковое заявление не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Истцами представлено письменное заявление о применении последствий пропуска срока исковой давности на оспаривание заявления о выходе из Обществ как сделки и ее правовых последствий в качестве дополнительных возражений на встречный иск. 

Согласно положениям пункта 1 статьи 168 ГК РФ по общему правилу сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой.

В силу пункта 2 статьи 181 ГК РФ годичный срок исковой давности по искам о признании недействительной оспоримой сделки следует исчислять со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена такая сделка (пункт 1 статьи 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как ранее установлено судом, заявление о выходе истцы получили 29.12.2015г., последующее одобрение ФИО1 данной сделки и наступление ее правовых последствий влечет исчисление срока давности с указанной даты (ст.ст.190-192 ГК РФ). Кроме того, что не оспаривается сторонами, ФИО1 узнал о факте получения заявления о выходе из Обществ посредством получения телеграмм от истцов, содержащих требование о предоставлении банковских реквизитов для осуществления расчетов, направленных истцами 22.01.2016г. в то время как встречный иск поступил в суд лишь 03.02.2017г. Таким образом, в силу части 2 статьи 9 АПК РФ, именно ФИО1, как лицо, участвующее в деле, несет риск наступления последствий совершения или не совершения им процессуальных действий, поскольку ему было известно об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной до истечения срока исковой давности.

Общество обязано выплатить участнику общества, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли. Общество обязано выплатить участнику общества действительную стоимость его доли или части доли в уставном капитале общества либо выдать ему в натуре имущество такой же стоимости в течение трех месяцев со дня возникновения соответствующей обязанности, если иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли или части доли не предусмотрен уставом общества.

Согласно п.2. ст. 14 ФЗ от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", действительная стоимость доли участника должна соответствовать части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли.

Стоимость чистых активов общества определяется по данным бухгалтерского учета в порядке, установленном уполномоченным Правительством РФ федеральным органом исполнительной власти (п. 2 ст. 30 Закона об ООО).

Порядок определения стоимости чистых активов для ООО утвержден Приказом Минфина России № 84н от 28 августа 2014 года, согласно которому, стоимость чистых активов определяется как разность между величиной принимаемых к расчету активов организации и величиной принимаемых к расчету обязательств организации. Объекты бухгалтерского учета, учитываемые организацией на забалансовых счетах, при определении стоимости чистых активов к расчету не принимаются. Принимаемые к расчету активы включают все активы организации, за исключением дебиторской задолженности учредителей (участников, акционеров, собственников, членов) по взносам (вкладам) в уставный капитал (уставный фонд, паевой фонд, складочный капитал), по оплате акций. Принимаемые к расчету обязательства включают все обязательства организации, за исключением доходов будущих периодов, признанных организацией в связи с получением государственной помощи, а также в связи с безвозмездным получением имущества. Стоимость чистых активов определяется по данным бухгалтерского учета. При этом активы и обязательства принимаются к расчету по стоимости, подлежащей отражению в бухгалтерском балансе организации (в нетто-оценке за вычетом регулирующих величин) исходя из правил оценки соответствующих статей бухгалтерского баланса".

Согласно Бухгалтерской справке по расчету оценки стоимости чистых активов ООО «Сенеж-препараты» на 31.12.2014г., действительная стоимость доли ФИО1 в размере 33,3% составляет 20 331 000 руб. 98 коп.

Согласно Бухгалтерской справке по расчету оценки стоимости чистых активов ООО «СЕНЕЖ-Дистрибуция» на 31.12.2014г., действительная стоимость доли ФИО1 в размере 33,3 % уставного капитала составляет 19 277 руб. 37 коп.

Согласно Бухгалтерской справке по расчету оценки стоимости чистых активов ООО «Софитекст» на 31.12.2014г., действительная стоимость доли ФИО1 в размере 33,3 % уставного капитала составляет 1 041 624 руб. 00 коп.

Доводы ФИО1 о том, что имеются искажения бухгалтерской отчетности в части строки 1370 «Нераспределенная прибыль» Бухгалтерского баланса (форма 1) суд отклоняет, поскольку представленные истцами бухгалтерские балансы не содержат различий в содержании с полученными ФИО1 их копий в инспекции. 

Кроме того, в строке 1370 «Нераспределенная прибыль» Бухгалтерского баланса отражается сальдо счета 84 «Нераспределенная прибыль (непокрытый убыток)» на отчетную дату. В соответствии с планом счетов, утвержденным приказом Минфина РФ от 31.10.2000г. №94н (в редакции от 08.11.2010) счета 84 «Нераспределенная прибыль (непокрытый убыток)» имеет корреспонденцию как по дебету (51,52,55,70,75,79,80,82,83,84,99) так и по кредиту (73,75,79,80,82,83,84,99). Решения об отражении операций на счете 84 принимаются внутри организации в соответствии с Инструкцией по применению плана счетов и не содержит прямого запрета на отражение операций по счету только при наличии решений общего собрания участников, поэтому довод о том, что проводок по этому счету в течении года не может быть - не доказан ФИО1

Доводы ФИО1 о том, что не совпадают контрольные цифры отчетности форм 1, 2, 3 не свидетельствует о неправильном расчете чистых активов. Расчет чистых активов производится на основании данных бухгалтерской отчетности (бухгалтерского баланса форма 1) в соответствии утвержденным Приказом Минфина России 84н от 28.08.2014 Об утверждении порядка определения стоимости чистых активов. Кроме того, относимые к рассмотрению дела балансы, на которые ссылается ответчик за 2014 г., утверждены общим собранием участников Обществ-истцов с участием ФИО1, не оспорившего их результаты в разумный срок.

Судом также признается несостоятельным довод ФИО1 о том, что не учтена действительная рыночная стоимость около 50 товарных знаков, полезных моделей, промышленных образцов и патентов, принадлежащих ООО «Софитекст», что повлекло искажение стоимости чистых активов, поскольку ФИО1 не представлено в дело допустимых и относимых доказательств наличия товарных знаков, полезных моделей, промышленных образцов и патентов, принадлежащих ООО «Софитекст» в связи с чем, он несет неблагоприятное бремя последствий связанных с уклонением от реализации положений ст.65 АПК РФ. 

Кроме того, согласно ПБУ 14/2007, утвержденному приказом №153н Минфина РФ от 27.12.2007 с последующими изменениями и дополнениями и статьи 257 Налогового Кодекса РФ «Учет нематериальных активов» согласно пункту 8 ПБУ 14/2007 стоимость товарных знаков для целей бухгалтерского и налогового учета принимается равной затратам на его создание. На стоимость нематериальных активов относятся только израсходованные материальные ресурсы, расходы по оплате труда, оплата услуг сторонних организаций, патентные пошлины. Нет закрепленной прямой обязанности организаций производить оценку нематериальных активов по рыночной стоимости.

Расчет чистых активов производился на основании данных бухгалтерской отчетности в соответствии утвержденным Приказом Минфина России 84н от 28.08.2014 Об утверждении порядка определения стоимости чистых активов. 

В соответствии с частью 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Согласно статье 94 Гражданского кодекса Российской Федерации участник общества с ограниченной ответственностью вправе выйти из общества путем отчуждения обществу своей доли в его уставном капитале независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества. При выходе участника общества с ограниченной ответственностью из общества ему должна быть выплачена действительная стоимость его доли в уставном капитале общества или выдано в натуре имущество, соответствующее такой стоимости, в порядке, способом и в сроки, которые предусмотрены Законом об обществах с ограниченной ответственностью и уставом общества. 

Вместе с тем, по смыслу приведенных правовых норм, правом на получение указанных сумм обладает только ответчик. Как установлено судом ранее, ФИО1 уклонился от сообщения сведений о своих банковских реквизитах для целей исполнения своих обязанностей истцами по выплате в связи с выходом из Обществ. С учетом изложенного, подлежит защите материальный интерес истцов по присуждению к выплате ФИО1 вышеуказанных сумм денежных средств, поскольку для истцов возможно наступление неблагоприятных материально-правовых последствий удержания указанных средств.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд, оценив все имеющиеся доказательства по делу в их совокупности и взаимосвязи, как того требуют положения, содержащиеся в части 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и другие положения Кодекса, признает необоснованными исковые требования, заявленные ФИО12 (115093, 

<

...>; 125284, 

<

...>) к ФИО13 (111673, 

<

...>).

На основании изложенного, руководствуясь Федеральным законом от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" ст.ст. 110, 112, 156, 161-167, 171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

Первоначальный иск удовлетворить.

Признать ФИО1 вышедшим из состава участников Общества с ограниченной ответственностью «Сенеж – препараты», Общества с ограниченной ответственностью «Сенеж – Дистрибуция», Общества с ограниченной ответственностью «Софитекс» с 29.12.2015 г.

Признать доли ФИО1 в Обществе с ограниченной ответственностью «Сенеж – препараты» в размере 33,3 %, Обществе с ограниченной ответственностью «Сенеж – Дистрибуция» в размере 33,3 %, Обществе с ограниченной ответственностью «Софитекс» в размере 33,3 %, перешедшими в собственность указанных обществ с 29.12.2015 г.

Взыскать с ООО «Сенеж – препараты» в пользу ФИО1 действительную стоимость причитающейся ему доли в размере 20331000 (Двадцать миллионов триста тридцать одна тысяча) руб. 98 коп.

Взыскать с ООО «Сенеж – дистрибуция» в пользу ФИО1 действительную стоимость причитающейся ему доли в размере 19277 (Девятнадцать тысяч двести семьдесят семь) руб. 37 коп.

Взыскать с ООО «Софитекс» в пользу ФИО1 действительную стоимость причитающейся ему доли в размере 1041624 (Один миллион  сорок одна тысяча шестьсот двадцать четыре) руб. 00 коп.

Взыскать с ФИО1 в пользу ООО «Сенеж – препараты» расходы по госпошлине в размере 6000 (Шесть тысяч) руб. 00 коп.

Взыскать с ФИО1 в пользу ООО «Сенеж – дистрибуция» расходы по госпошлине в размере 6000 (Шесть тысяч) руб. 00 коп.

Взыскать с ФИО1 в пользу ООО «Софитекс» расходы по госпошлине в размере 6000 (Шесть тысяч) руб. 00 коп.

В удовлетворении встречного искового заявления ФИО1 к ООО «Сенеж – препараты», ООО «Сенеж – дистрибуция», ООО «Софитекс» о признании недействительности сделки отказать.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в месячный срок с момента его изготовления в полном объеме.

Судья А.В. Цыдыпова