Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                   Дело № А45-4214/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 04 декабря 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 11 декабря 2023 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Зюкова В.А.,

судей                                                                  Ишутиной О.В.,

ФИО1 -

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего ФИО2 Бон-Хековича (далее – финансовый управляющий) на определение Арбитражного суда Новосибирской области  от 13.06.2023 (судья ФИО3) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 15.08.2023 (судьи Михайлова А.П., Сбитнев А.Ю., Хайкина С.Н.) по делу № А45-4214/2022 о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (ИНН 

<

***>, далее - должник), принятые по заявлениям общества с ограниченной ответственностью «Стройинвестцентр» (далее – ООО «Стройинвестцентр», кредитор) о включении требования  в размере 4 674 474,52 руб. в реестр требований кредиторов должника и финансового управляющего об оспаривании сделок должника.

Суд установил:

ФИО4 21.02.2022 обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 05.05.2022 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден Им ФИО5.

ООО «Стройинвестцентр» 11.07.2022 обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением о включении требования в размере 4 674 474,52 руб. в реестр требований кредиторов должника.

Определением суда от 10.11.2022 в одно производство для совместного рассмотрения с требованием ООО «Стройинвестцентр» объединено заявление финансового управляющего, о признании недействительными договоров займа от 25.12.2017 № 4 и от 29.01.2018 № 5 на сумму 900 000 руб. и 2 700 000 руб. соответственно, заключенные между ООО «Стройинвестцентр» и должником.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 13.06.2023, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 15.08.2023, требование ООО «Стройинвестцентр» в сумме 4 674 474,52 руб., в том числе: 3 600 000 руб. - основной долг; 1 043 059, 52 руб. - проценты, 31 415 руб. - расходы по уплате государственной пошлины включено в реестр требований кредиторов должника с отнесением в третью очередь реестра кредиторов, в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, финансовый управляющий обратился с кассационной жалобой, в которых просят отменить определение Арбитражного суда Новосибирской области от 13.06.2023 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 15.08.2023, направить дело на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

Финансовый управляющий, настаивая на недействительности договоров займа по мотивам их притворности указывает, что оспариваемые договоры не являются обычной хозяйственной сделкой, экономическая обоснованность которых не раскрыта. Лица, которым должником выдавалась заработная плата, были трудоустроены в ООО «Стройинвестцентр». Судами не приняты во внимание пояснения финансового управляющего относительно выдачи денежных средств работникам. По мнению кассатора, отказ в удовлетворении ходатайств финансового управляющего об истребовании дополнительных доказательств является неправомерным.

Отзыв на кассационную жалобу не представлен.

Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Изучив материалы дела, доводы, изложенные в кассационной жалобе, проверив в соответствии со статьями 274, 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Как усматривается из материалов дела и установлено судами, в соответствии с трудовым договором от 01.12.2016 № 05/2016 с 01.12.2016 должник осуществлял трудовую деятельность в должности главного инженера ООО «Стройинвестцентр».

Между ООО «Стройинвестцентр» и ФИО4 заключен договор займа от 25.12.2017 № 4, по условиям которого ООО «Стройинвестцентр» передал ФИО4 900 000 руб. под 10 % годовых за пользование, на срок до 30.06.2018.

Кроме того, между ООО «Стройинвестцентр» и ФИО4 заключен 29.01.2018 заключен договор займа № 5 на сумму 2 700 000 руб. под 10 % годовых, также на срок до 30.06.2018.

Вступившим в законную силу решением Дзержинского районного суда города Новосибирска от 12.11.2021 по делу № 2-958/2021 с должника в пользу ООО «Стройинвестцентр» взыскана задолженность по договорам займа № 4 от 25.12.2017 на сумму 900 000 руб., № 5 от 29.01.2018 на сумму 2 700 000 руб.

Ссылаясь на ненадлежащее исполнение должником обязательств по договорам займа, подтвержденных решением Дзержинского районного суда города Новосибирска, ООО «Стройинвестцентр» обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Полагая, что сделки по договорам займа являются притворными, денежные средства, выданные ООО «Стройинвестцентр» ФИО4 фактически направлены на выдачу должником заработной платы работникам ООО «Стройинвестцентр», финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с указанным заявлением.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований финансового управляющего, исходил из недоказанности им притворного характера сделок, принял во внимание, что требование кредитора подтверждено судебным актом, вступившим в законную силу, пришел к выводу об отсутствии оснований для оспаривания сделок по правилам статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Суд апелляционной инстанции согласился с арбитражным судом.

Выводы суда первой и апелляционной инстанций соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и примененным нормам права.

В силу положений пунктов 3 - 5 статьи 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) арбитражный суд осуществляет проверку обоснованности заявленных требований.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411, суд должен установить обоснованность долга, возникшего из договора, и не допустить включения в реестр необоснованных требований; такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению законных прав и интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В данном случае требования ООО «Стройинвестцентр» основаны на договорах займа, о недействительности которых заявлено финансовым управляющим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2. и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную, мнимую (статьи 10, 168, 170 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ» разъяснено, что притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; что не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ (определение Верховного Суда Российской Федерации от 27.08.2020 № 306-ЭС17-11031(6)).

Таким образом, для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент ее совершения стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида, и совершали ее с целью прикрыть другую сделку.

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа, являясь реальным, считается заключенным с момента передачи денег или других вещей, определяемых родовыми признаками, в том числе на сумму переданных денег или вещей.

Следует отметить, что само по себе наличие судебного акта о взыскании денежных сумм с должника не препятствует последующему оспариванию сделки, повлекшей возникновение обязательства, в рамках дела о банкротстве. Применительно к заемным отношениям сложившаяся судебная практика исходит из того, что решение суда о взыскании долга не всегда сопровождается установлением обстоятельств, подтверждающих фактическое предоставление денежных средств заемщику (например, в случаях признания ответчиком иска или констатации судом факта наличия расписки).

Между тем в настоящем случае действительность договоров займа являлась обстоятельством, установленным судом (абзацы 1-7, страница 3 решения районного суда; абзац 5 страница 3 апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда; абзац 8 страница 4, абзац 4 страница 5 определения судебной коллегии по гражданским делам восьмого кассационного суда).

К тому же, должником реализован механизм оспаривания решения районного суда в апелляционном и кассационном порядке, однако ему было отказано.

Кроме того, в рамках рассмотрения настоящего обособленного спора, проанализировав содержание представленных доказательств по правилам статьи 71 АПК РФ суды установили следующее.

Дополнительным соглашением от 01.01.20108 № 1 к трудовому договору от 01.12.2016 № 05/2016 оклад ФИО4, как ответственному работнику, изменен с 50 000 руб. в месяц на 75 000 руб. в месяц.

Обосновывая мотивы заключения спорных договор займа, общество ссылается на то, что рассчитывало на долгое сотрудничество с данным работником.

При этом необращение в течение длительного периода времени после увольнения ФИО4 за судебной защитой своих прав вызвано тем, что в штате на постоянной основе отсутствовал юрист. При подготовке бухгалтерских отчетов бухгалтер обратила внимание руководителя ООО «Стройинвестцентр» на тот факт, что по данным договорам займа истекает установленный ГК РФ трехлетний срок исковой давности, в связи, с чем, было принято решение об обращении к сторонним юридическим организациям и взыскания задолженности по данным договорам.

Доводы кассационной жалобы указанные выводы судов не опровергают.

Отклоняя суждения финансового управляющего о том, что денежные средства, выданные ФИО4 по договорам займа в действительности переданы должнику ответчиком для осуществления выплаты заработной платы работникам ООО «Стройинвестцентр» суды исходили из следующего:

- представленные финансовым управляющим авансовые отчеты от 28.01.2018 № 1 и от 28.04.2018 № 2 составлены ФИО4, на них отсутствует подпись генерального директора и бухгалтера ООО «Стройинвестцентр», в связи с чем данные документы не могут быть признаны надлежащими доказательствами по делу ввиду несоблюдения формы;

- доказательства того, что руководитель ООО «Стройинвестцентр» давал указания ФИО4 о распоряжении полученными заемными денежными средствами, в том числе, указания на выдачу полученных должником денежных средств в качестве заработной платы работникам общества, не представлены;

- согласно авансовому отчету от 28.01.2018 № 1 и приложенным к нему расходно-кассовым ордерам ФИО4 якобы выдал 29.12.2017 наличными средствами работникам 471 000 руб., 26.01.2018 в размере 154 185 руб., однако снятий наличных денежных средств по счету, на который поступил заем, не осуществлялось.

- по состоянию на 30.12.2017 остаток на счете составил 651 000 руб. при условии, что 28.12.2018 ФИО4 перечислил на свой счет в безналичной форме 200 000 руб.;

Общая сумма выданных наличных средств 29.12.2017 и 26.01.2018 составила 625 185 руб., однако исходя из информации по выпискам, предоставленным в материалы дела по всем счетам и картам, снятие наличных в сумме необходимой для выдачи заработной платы в период с 27.12.2017 по 26.01.2018 не осуществлялось.

Таким образом, суды верно указали на недоказанность выдачи ФИО4 заработной платы в указанные им дни, из денежных средств, полученных по договору займа.

Анализируя взаимоотношения работников ООО «Стройинвестцентр» с ФИО4 суды установили, что ФИО4 за период с 27.12.2017 по 28.04.2018 перечислил ФИО6 165 615 руб., а ФИО6 за тот же период ФИО7 225 512,50 руб., что свидетельствует о наличии иных отношений между данными лицами.

В период работы в ООО «Стройинвестцентр» в должности главного инженера, с 01.12.2016 по 09.01.2020, должник также осуществлял трудовую деятельность в ООО «СТС» (ИНН 

<

***>) с 24.11.2016 по 26.02.2021 в должности заместителя главного инженера, а также в ООО «СК «Искусственные сооружения» (учредитель и директор ФИО8 - брат ФИО4), в период с 01.06.2014 по 01.10.2018 - на должности главного инженера.

Между ООО «Стройинвестцентр», как генподрядчиком, и ООО СК «Искусственные сооружения», как субподрядчиком, подписан договор субподряда от 17.11.2016 № 02/16-02 (далее - договор), согласно которому субподрядчик принял на себя обязательства по выполнению подрядных работ на объекте «Здания и сооружения для размещения тяжелого ионного коллайдера NICA на площадке ЛФВЭ ОИЯИ в городе Дубна с частичной реконструкцией здания 1» в соответствии с «Ведомостью объемов и стоимости работ».

В конце 2017 года у ООО «СК «Искусственные сооружения» (учредитель и директор ФИО8), где ФИО4 работал также на должности главного инженера, образовались финансовые сложности и 22.02.2019 в отношении ООО «СК «Искусственные сооружения» введена процедура банкротства (дело № А45-43701/2018). С 24.10.2018 ФИО4 - директор и учредитель ООО «Устой» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

Большая часть работников после увольнения из ООО «Стройинвестцентр» были приняты в ООО «Устой»: ФИО9 с 11.09.2020, ФИО10 с 01.06.2020, ФИО11, согласно показаниям, работает в ООО «Устой». ФИО12 также работал в ООО «ИССО», ООО «СТС».

На основании изложенного суды пришли к обоснованным выводам о том, что все работники, являясь взаимосвязанными с ФИО4, могли получать денежные средства от ФИО4 за выполняемые работы для ООО «Искусственные сооружения», ООО «СТС» и ООО «Устой».

По заявлениям нескольких работников ООО «Стройинвестцентр», которые были опрошены по ходатайству ответчика в качестве свидетелей при рассмотрении дела в гражданском суде, прокуратурой города Дубна была проведена проверка, в ходе проведенной проверки данных, свидетельствующих о наличии двойной бухгалтерии в ООО «Стройинвестцентр» не установлено.

При этом к заявлениям работников в органы прокуратуры в качестве доказательств были приложены расходные кассовые ордера, которые заявитель считает доказательством выплаты «неофициальной» части заработной платы.

Расходные кассовые ордера, представленные ответчиком подписаны либо ответчиком, либо свидетелем по данному делу ФИО11, которые не являлись лицами, уполномоченными выплачивать заработную плату работникам истца: ответчик работал на должности главного инженера, ФИО11 на должности начальника участка, при этом у них имелся доступ к печати ООО «Стройинвестцентр», что подтвердил сам ответчик в судебном заседании при рассмотрении дела в гражданском суде.

Учитывая многочисленные обращения сторон с заявлениями, жалобами в органы прокуратуры, МВД и пр., ООО «Стройинвестцентр» - по факту хищения, незаконного изготовления и использования печатей, работники - по вопросам начисления и невыплаты заработной платы, мошеннических действий, указания в протоколах допроса об отсутствии неприязненных отношений не соответствует действительности.

В постановлении указано, что ФИО4 указал на имеющиеся расходно-кассовые ордера и иную документацию, которая подтверждает совершение преступления, однако в материалы проверки документы не предоставлены.

В рассматриваемом случае финансовым управляющим не опровергнуты обоснованные сомнения в возможном использовании ФИО4 выданных ему по договорам займа денежных средств по своему усмотрению, в том числе, с целью перечисление денег на расчетные счета иных физических лиц - коллег, взаимосвязанность с которыми установлена.

В материалы дела также представлен ответ ПАО «Сбербанк», согласно которому 27.12.2015 на банковскую карту ФИО4 поступили денежные средства в размере 900 000 руб. с основанием платежа: «выплата по договору займа 4 от 25 декабрь 2017 г. ндс не облагается».

Суды верно указали, что из представленной таблицы усматривается, что денежные средства в размере 274 815 руб. перечислены на карты физических лиц, при этом не указано основание платежа.

При анализе представленных в материалы дела выписок ПАО «Сбербанк» усматривается, что оставшаяся сумма более 600 000 руб., исходя из данного ответа, была израсходована ФИО4 по своему усмотрению.

Также, согласно ответу ПАО «Сбербанк» 30.01.2018 на банковскую карту ФИО4 поступили денежные средства в размере 2 700 000 руб. с основанием платежа: «выплата по 12 договору займа 5 от 29 января 2018 г. ндс не облагается».

После многочисленных переводов между банковскими картами, принадлежащими ФИО4 в конечном счете денежные средства в размере 2 600 000 руб. 01.02.2018 были переведены с карты OSB 2561 0070 Е. (выписка по счету дебетовой карты MASTERCARD MASS •••• 2527 с 27.12.2017 по 28.04.2018).

Таким образом, суждения финансового управляющего о притворности совершенных должником договоров не нашли своего подтверждения.

Доводы финансового управляющего о допущенных судом первой инстанции нарушениях (отказ в истребовании доказательств) не являются основанием для изменения (отмены) обжалуемых судебных актов, поскольку заявленное ходатайство мотивированно отклонено судом, при этом истребование доказательств является правом, а не обязанностью суда, разрешение данного вопроса осуществляется судом исходя из конкретных обстоятельств дела с учетом необходимости и значимости данного доказательства для разрешения спора. В рассматриваемом же случае, совокупность имеющихся в деле доказательств обоснованно признана судами достаточной для разрешения рассматриваемого обособленного спора, по существу.

Доводы кассатора о наличии оснований для признания сделок притворными оценены судами и обоснованно отклонены.

Так, в рамках дела № 2-958/2021по иску  ООО «Стройинвестцентр» к должнику о взыскании задолженности по договорам займа, процентов за пользование займом, должник как следует из текста апелляционного постановления Новосибирского областного суда, приводил доводы о том, что перечисленные истцом 3600000 руб. были выданы в качестве заработной платы, что подтверждается расходными кассовыми ордерами, чеками по операциям Сбербанк онлайн, выписками по счетам ответчика из Сбербанка, ответами Сбербанка на обращения ответчика от 12.08.2019 и от 23.11.2019, также свидетельскими показаниями, сделки являются мнимыми, притворными. 

Однако суды общей юрисдикции дали надлежащую оценку действиям сторон по заключению договоров займа и учли действительную волю сторон, удовлетворив требования о взыскании задолженности по договорам займа, процентов, исходя из реальности заемных правоотношений, доказанности факта передачи ООО «Стройинвестцентр» денежных средств должнику по договорам займа и отсутствия доказательств возврата денежных средств ответчиком.

А именно, Новосибирский областной суд рассматривая апелляционную жалобу должника в постановлении по делу № 2-958/2021 оценивая доводы апелляционной жалобы о том, что полученные ФИО4 от ООО «Стройинвестцентр» денежные средства были выданы в качестве зарплаты работникам организации, указал, что они были предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями статей 56, 59, 60, 67 ГПК РФ.

При этом суд указал, что доводы жалобы о притворности договоров не могут служить основанием для отмены судебных актов.

В соответствии со статьей 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях.

Из содержания указанной нормы и разъяснений Пленума следует, что для признания прикрывающей сделки недействительной в связи с ее притворностью суду необходимо установить, что действительная воля всех сторон сделки была направлена на заключение иной (прикрываемой) сделки.

В силу статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Установив, что ответчиком каких-либо достоверных и бесспорных доказательств, подтверждающих притворность оспариваемых договора займа не представлено, суд обоснованно отклонил соответствующие доводы ответчика.

Довод жалобы о мнимости договора займа также был отклонен судебной коллегией Новосибирского областного суда, поскольку для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также для признания сделки мнимой на основании статьи 170 этого же Кодекса необходимо установить, что обе стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.

Вопреки доводам жалобы, доказательств, свидетельствующих о недобросовестности кредитора, либо о его намерении совершить сделки займа исключительно для вида, без их реального исполнения не представлено и судами не установлено.

Дополнительно Новосибирским областным судом установлено, что стороны при заключении договоров займа не заблуждались относительно природы сделки, совершили действия, направленные на исполнение договоров, после заключения договоров наступили соответствующие правовые последствия. Кроме того, буквальное содержание договоров займа не позволяет усомниться в действительности общей воли сторон на получение денежных средств в долг с обязательством их возврата.

Также в решении Дзержинского районного суда города Новосибирска по делу № 2-958/2021 указано на то, что ФИО4 пояснил, что он понимал, что заключает договор займа, что денежные средства он должен вернуть в том же размере, в каком получил от истца, в установленный в договорах срок. Однако он рассчитывал, что директор даст ему денежные средства для погашения долга по договорам займа. При этом суд пришел к выводу о том, что договор займа не прикрывает другую сделку между ООО «Стройинвестцентр» и ФИО4, отклонив довод о притворности сделки. 

Определением Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 01.06.2022 судебные акты оставлены без изменения. 

Таким образом, как констатировали суды двух инстанций, вопросы притворности  сделки, в том числе по мотиву их использования на выдачу заработной платы, о чем заявляет финансовый управляющий в настоящем обособленном споре,  как и фактическое получение должником денежных средств от кредитора, являлись предметом оценки судов,  следовательно, указанные обстоятельства исследованы и подтверждены вступившими в законную силу судебными актами, которые в силу статьи 69 АПК РФ имеют преюдициальное значение и освобождают предполагаемого ответчика по заявлению о признании сделки недействительной от повторного доказывания.

Объем имеющейся по настоящему обособленному спору доказательственной базы не позволяет преодолеть свойства преюдиции установленных ранее обстоятельств, в отсутствие доказательств, опровергающих установленный судом ранее факт реальности предоставления ответчиком денежных средств должнику в рамках спорных сделок (статьи 8, 9, 65, 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), при том, что должником заявлялись аналогичные основания для признания сделки притворной (мнимой),

Аргументы кассатора о том, что должник, получая денежные средства от кредитора выдавал заработную плату после обналичивания денежных средств также оценены судами и отклонены.

Так, суды указали, что из сведений, которые приводятся управляющим как выплата заработной платы, часть платежей является либо заведомо незначительным для того, чтобы являться заработной платой (например, 200 руб., 500 руб.), либо заведомо превышающим размер заработной платы даже за несколько месяцев, в частности, передача наличными денежными средства ФИО11 1 580 000 руб. (02.02.2018), 170 000 руб. (06.02.2018 также ФИО11), фактически если принимать доводы должника, заработная плата выдана ФИО11 дважды за один месяц.

Также, как указано выше ФИО4 за период с 27.12.2017 по 28.04.2018 перечислил ФИО6 165 615 руб., а ФИО6 за тот же период ФИО7 225 512,50 руб., что свидетельствует о наличии иных отношений между данными лицами.

Кроме этого, как следует из материалов дела ФИО7 01.02.2018 снял наличные денежные средства, а денежные средства переводились, в том числе ФИО6 и в марте, и в течении апреля 2018 года.

Расходные кассовые ордера, представленные ответчиком подписаны либо ответчиком, либо свидетелем по данному делу ФИО11, которые не являлись лицами, уполномоченными выплачивать заработную плату работникам истца: ответчик работал на должности главного инженера, ФИО11 на должности начальника участка, при этом у них имелся доступ к печати ООО «Стройинвестцентр», что подтвердил сам ответчик в судебном заседании при рассмотрении дела в гражданском суде.

Кроме этого, судами верно учтено, что на дату заключения оспариваемых договоров займа кредиторы у должника отсутствовали.

Таким образом, суды, по результатам оценки всей совокупности представленных доказательств, а также приняв во внимание наличие вступившего в законную силу судебного акта, в котором дана оценка доводам должника о притворности указанных сделок, пришли к верному выводу об отсутствии оснований для признания сделок недействительными.

Оснований для иных выводов у суда округа не имеется.

Доводы жалобы получили надлежащую правовую оценку судов и направлены на переоценку установленных судами обстоятельств.

Переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допущена (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями части 7 статьи 71 АПК РФ. Нормы материального права применены правильно. Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено.

Несогласие заявителя с выводами судов не свидетельствует о неправильном применении ими норм материального и процессуального права, повлиявшем на исход дела, а потому не может служить основанием для отмены судебных актов в кассационном порядке (статьи 286, 287 АПК РФ).

В связи с предоставлением кассатору отсрочки по уплате государственной пошлины и отказом в удовлетворении кассационной жалобы на основании статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина в размере 3 000 руб. подлежит взысканию в доход федерального бюджета с должника.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Новосибирской области от 13.06.2023 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 15.08.2023 по делу № А45-4214/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с ФИО4 в доход федерального бюджета 3 000 руб. государственной пошлины.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                       В.А. Зюков

 

Судьи                                                                                    О.В. Ишутина

 

ФИО1