ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Москва

19.02.2024                                                                                      Дело № А40-50939/17

 

Резолютивная часть постановления оглашена 14 февраля 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 19 февраля 2024 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей Морхата П.М., Уддиной В.З.,

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего Коммерческого банка «Нефтяной альянс» (публичное акционерное общество) в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» - ФИО1 по доверенности от 12.05.2023;

от ФИО2 - ФИО3 по доверенности от 20.01.2023;

от иностранного лица – компании Soral core inc (далее – компании) – ФИО4 по доверенности от 12.10.2022;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего Коммерческого банка «Нефтяной альянс» (публичное акционерное общество) в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2023

по заявлению о признании сделок недействительными

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) Коммерческого банка «Нефтяной альянс» (публичное акционерное общество),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 06.07.2017 публичное акционерное общество Коммерческий банк «Нефтяной Альянс» (далее – должник, банк) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, обязанности конкурсного управляющего должника возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов» (далее – организацию).

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о признании недействительными сделками ряда соглашений о переводе долга по кредитным договорам, заключенных банком с юридическими и физическими лицами, которое определением Арбитражного суда города Москвы от 27.12.2018 было удовлетворено, путем признания  недействительными соглашений о переводе долга: № КДЛВ-192/2016, заключенного 30.08.2016 между банком, иностранной компанией private limited company «Exonline limited» (далее – компании «Эксонлайн») и обществом с ограниченной ответственностью «ЦЗ инвест» (далее - обществом), № КДЛВ-192/2016/1, заключенного 31.01.2017 банком, компанией «Эксонлайн» и обществом, № КДВЛ-282/2016, заключенное 30.08.2016 банком, обществом с ограниченной ответственностью «Фортстар М» (далее – обществом «Фортстар М») и обществом, № КДВЛ-282/2016/1, заключенное 31.01.2017 банком, обществом и обществом «Фортстар М», № КДВЛ-23/2016, заключенное 30.08.2016 банком, обществом с ограниченной ответственностью «Оханефтеснаб» (далее – обществом «Оханефтеснаб») и обществом, № КДВЛ-23/2016/1, заключенное 31.01.2017 банком, обществом и обществом «Фортстар М», № КДЛ-545/2012, заключенное 30.08.2016 банком, обществом «Оханефтеснаб» и обществом, № КДЛ-545/2012/1, заключенное 31.01.2017 банком, обществом и обществом «Оханефтеснаб», № КДЛВ-121/2016, заключенное 30.08.2016 банком, обществом  «Фортстар М» и обществом, № КДЛВ-121/2016/1, заключенное 31.01.2017 банком, обществом и обществом «Фортстар М»; № КДЛ-441/2012, заключенное 31.01.2017 банком, обществом и обществом «Оханефтеснаб», № КДЛ-441/2012/1, заключенное между банком, обществом и обществом «Оханефтеснаб» 31.01.2017, № КДЛ-86/2014, заключенное 31.08.2016 банком, обществом с ограниченной ответственностью «Новое пространство» (далее – обществом «Новое пространство») и обществом, № КДЛ-86/2014/1, заключенное 31.01.2017 банком, обществом и обществом «Новое пространство», № КДЛВ-131/2016, заключенное банком, компанией «Эксонлайн» и обществом 30.08.2016, № КДЛВ-131/2016/1, заключенное 31.01.2017 банком, обществом и компанией «Эксонлайн», № ОТК/К-16/2016, заключенное 30.08.2016 банком, обществом с ограниченной ответственностью «Экостройсервис» (далее – обществом «Экостройсервис» и обществом, № ОТК/К-16/2016/1, заключенное 31.01.2017 банком, обществом и обществом «Экостройсервис»; № ОТК/К-24/2016, заключенное 30.08.2016 банком, обществом «Экостройсервис» и обществом, № ОТК/К-24/2016/1, заключенное 31.01.2017 банком, обществом и обществом «Экостройсервис», № ОТК/К-679/2016, заключенное 30.08.2016 банком, обществом «Экостройсервис» и обществом;№ ОТК/К-679/2016/1, заключенное 31.01.2017 банком, обществом и «Экостройсервис», № ОТК/К-680/2016, заключенное 30.08.2016 банком, обществом с ограниченной ответственностью «Старлайт» (далее – обществом «Старлайт») и обществом, № ОТКЖ-680/2016/1, заключенное 31.01.2017 банком, обществом и обществом «Старлайт» № ОТК/К-872/2016, заключенное 30.08.2016 банком, обществом и обществом «Старлайт», № ОТК/К-872/2016/1, заключенное 31.01.2017 банком, обществом и обществом «Старлайт», № ОТК/К-884/2016, заключенное 30.08.2016 банком, «Экостройсервис» и обществом, № ОТК7К-884/2016/1, заключенное 31.01.2017 банком, обществом и обществом «Экостройсервис», № ОТК/К-873/2016, заключенное 30.08.2016 банком, обществом «Старлайт» и обществом, № ОТК/К-873/2016/1, заключенное 31.01.2017 банком, обществом и обществом «Старлайт», № К-87/2016, заключенное 31.08.2016 банком, ФИО5 и обществом, N К-87/2016/1, заключенное банком, обществом и ФИО5, N К-226/2015, заключенное 08.09.2016 банком, обществом с ограниченной ответственностью «АЛЕКСАНОР-А» (далее – обществом «АЛЕКСАНОР-А»)  и обществом, № К-226/2015/1, заключенное 31.01.2017 банком, обществом и обществом «АЛЕКСАНОР-А»;№ К-23/2016, заключенное 30.08.2016 банком, ФИО2 и обществом, № К-23/2016/1, заключенное 31.01.2017 банком, обществом и ФИО2, № К-63/2016, заключенное 30.08.2016 банком, ФИО6 и обществом, № К-63/2016/1, заключенное 31.01.2017 банком, обществом и ФИО6, № КДЛ-64/2013, заключенное 30.08.2016 банком, обществом «Оханефтеснаб» и обществом, № КДЛ-64/2013/1, заключенное 31.01.2017 банком, обществом и обществом «Оханефтеснаб».

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2019 определение Арбитражного суда города Москвы от 27.12.2018 отменено, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 26.07.2019 определение Арбитражного суда города Москвы от 27.12.2018 в части отказа в применении последствий недействительности оспариваемых сделок и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2019 были отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение, поскольку судами не был разрешен вопрос о применении последствий признания спорных сделок недействительными, что недопустимо при удовлетворении заявления о признании сделок недействительными.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.05.2022 суд применил последствия недействительности сделок в виде восстановления банка в правах залогодержателя по договорам ипотеки.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий должника, компания, компания «Эксонлайн»,  ФИО6 и ФИО2 обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами.

Определением Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2023 суд перешел к рассмотрению спора по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2023 определение Арбитражного суда города Москвы от 06.05.2022 было отменено, суд применил последствия недействительности сделок в виде восстановления банка в правах кредитора по кредитным договорам: от 14.10.2011 № КДВЛ-282/2011, от 03.02.2012 № КДВЛ-23/2012 и от 24.04.2012 № КДЛВ-121/2012 с обществом «Фортстар м»; от 22.10.2012 № КДЛ-441/2012, от 20.12.2012 № КДЛ-545/2012 и от 09.04.2013 № КДЛ-64/2013 с «Оханефтеснаб»; от 17.10.2013 № ОТК/К-679/2013, от 24.12.2013 № ОТК/К-884/2013, от 17.01.2014 № ОТК/К-16/2014 и от 21.01.2014 № ОТК/К-24/2014 с обществом «Экостройсервис»; от 17.10.2013 № ОТК/К-680/2013, от 16.12.2013 № ОТК/К-872/2013 и от 16.12.2013 № ОТК/К-873/2013 с обществом «Старлайт»; в виде восстановления банка в правах кредитора и общества с ограниченной ответственностью «Нормаойл» в обязанностях поручителя по договорам поручительства от 22.10.2012 № П-441/3/2012, от 20.12.2012 № П-545-3/2012 и от 09.04.2013 № П-64/1/2013; общества с ограниченной ответственностью «Империо-гранд» в обязанностях поручителя по договору поручительства от 26.11.2015 № П-226/3/2015; общества с ограниченной ответственностью «Промэксим» в обязанностях поручителя по договору поручительства от 05.06.2014 № П-87/2014.

Производство по заявлению в отношении общества «АЛЕКСАНОР-А» и закрытого акционерного общества Холдинговой компании «Империо групп» (далее – общества «Империо групп») было прекращено, в удовлетворении остальной части заявления было отказано.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, постановление суда апелляционной инстанции отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего должника доводы кассационной жалобы поддержал, а представители компании и ФИО2 просили суд обжалуемое постановление оставить без изменения, ссылаясь на его законность и обоснованность, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Судебной коллегией отказано в приобщении к материалам обособленного спора направленных конкурсным управляющим должника за пределами срока кассационного обжалования дополнений к кассационной жалобе.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованного судебного акта, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Как усматривается из материалов дела, отменяя судебные акты судов нижестоящих инстанций в части и направляя обособленный спор на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции исходил из того, что при принятии определения от 27.12.2018, судом первой инстанции не был разрешен вопрос о применении последствий признания спорных сделок недействительными, что недопустимо при удовлетворении заявления о признании сделок недействительными.

Вынося обжалуемое постановление при новом рассмотрении спора в части, суд апелляционной инстанции исходил из следующего.

Между банком, обществом «ЦЗ Инвест» и заемщиками банка были заключены соглашения о переводе долга, согласно которым, кредитные обязательства были переданы обществу «ЦЗ Инвест», а впоследствии возвращены первоначальным заемщикам.

Указанные соглашения были признаны недействительными определением суда от 27.12.2018, которым было установлено, что в результате совершенных сделок по переводу долга кредитные обязательства, подтвержденные материалами обособленного спора, в том числе выписками по счету заемщиков, перестали быть обеспечены договорами поручительства и залога, что свидетельствует о снижении качества данного актива.

К тому же, ответчиками не представлено доказательств полного погашения задолженности по кредитным договорам, банк в свою очередь в результате совершения оспариваемых сделок лишен возможности обращения с требованием к поручителям, а также залогодателям.

Таким образом, заслуживают серьезного внимания доводы конкурсного управляющего должника о том, что оспариваемые соглашения о переводе долга носят притворный характер, поскольку прикрывают прекращение акцессорных обязательств.

Разрешая вопрос о допустимости восстановления обеспечительных требований в рассматриваемом случае, необходимо, чтобы выбранная позиция обеспечивала сохранение баланса экономических интересов сторон кредитных отношений исходя из распределенных ими юридических прав и обязанностей на момент достижения соглашения, то есть должны быть учтены справедливые правовые ожидания сторон, которые они имели при вступлении в договорные отношения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 № 308-ЭС16-1443).

Таким образом, с учетом того, что в случае признания сделки по исполнению недействительной, право требования кредитора по обязательству к должнику считается существовавшим независимо от совершения данной сделки (абзац 1 пункта 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве), следует признать принципиальную допустимость восстановления и обеспечительных требований.

При ином подходе, возникала бы ситуация, в рамках которой в условиях непогашенного долга лицо, выдавшее обеспечение, освобождалось бы от принятых на себя обязательств в отсутствие оснований для их прекращения.

Верховный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что в таком случае суд привлекает лиц, выдавших обеспечение, в качестве ответчиков и проверяет существование юридических связей между ними и истцом на момент разрешения спора, то есть проверяет основания возникновения обеспечительных обязательств (в том числе при наличии соответствующих возражений на предмет их действительности), а также устанавливает, имелись ли условия для их прекращения с учетом того, что осуществленное ранее и признанное недействительным исполнение не может считаться надлежащим.

Таким образом, в силу приведенных выше положений, допускается возможность восстановления банка в правах кредитора по кредитным договорам.

При этом, установление задолженности и ее размера может быть предметом самостоятельных споров при наличии и не является предметом настоящего спора.

Принимая во внимание признание недействительными соглашений переводе долга и восстановление банка в правах кредитора по кредитным обязательства, действующим законодательством предусмотрена возможность и восстановления акцессорных обязательств.

Однако, согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ), общества «Алексанор-а» и «Империо групп» прекратили деятельность в связи с их ликвидацией.

Согласно пункту 1 статьи 61 ГК РФ, ликвидация юридического лица влечет его прекращение без перехода в порядке универсального правопреемства его прав и обязанностей к другим лицам.

В силу пункта 9 статьи 63 ГК РФ, ликвидация юридического лица считается завершенной, а юридическое лицо - прекратившим существование после внесения сведений о его прекращении в единый государственный реестр юридических лиц в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц.

В силу пункта 3 статьи 49, статьи 64.2 ГК РФ, правоспособность юридического лица прекращается в момент внесения записи о его исключении из ЕГРЮЛ, что влечет правовые последствия, предусмотренные ГК РФ и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам.

Пунктом 5 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрены процессуальные последствия в виде прекращения производства по делу (спору), наступающие вследствие невозможности вынесения судебного акта, касающегося прав и обязанностей ликвидированной организации, являющейся стороной по спору.

Таким образом, указанное в названной норме основание для прекращения производства по делу подлежит обязательному применению арбитражным судом, установившим факт ликвидации организации, являющейся стороной в деле, поскольку при ликвидации юридического лица происходит полное прекращение его деятельности без перехода прав и обязанностей в порядке правопреемства к другим юридическим лицам.

Такой подход также согласуется с общим правилом о невозможности вынесения судебного акта, касающегося прав и обязанностей ликвидированной организации, являющейся стороной по делу - истцом или ответчиком (статья 44 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Принимая во внимание отсутствие правопреемников обществ «Алексанор-а» и «Империо групп», производство по спору в отношении данных ответчиков было правомерно прекращено.

В качестве применения последствий недействительности сделки, заявленных к компании, конкурсный управляющий должника заявил о восстановлении банка в правах залогодержателя по договору ипотеки от 25.04.2013 в отношении объекта недвижимости с кадастровым номером 77:07:0005001:1617.

Материалами обособленного спора подтверждается, что в обеспечение кредитного договора от 01.04.2013 № К-63/2013 между банком и иностранной компанией kitto iмрех limited (далее – компанией «Китто») 25.04.2013 был заключен договор ипотеки, в соответствии с условиями которого, компания «Китто» передала в залог банку квартиру, расположенную по адресу: Москва, ул. Звенигородская, д. 5, кв. 46, в обеспечение своевременного исполнения следующих обязательств: общества «Оханефтеснаб» по кредитному договору от 09.04.2013 № КДЛ-64/2013; ФИО6 по кредитным договорам от 01.04.2013 № К-63/2013 и от 04.04.2013 № К-66/2013.

Также, согласно договору ипотеки от 25.04.2013, на дату его заключения спорная квартира была передана в залог банку: по договору ипотеки от 30.11.2011, заключенному между банком и компанией «Китто» в обеспечение исполнения обязательств компании «Эксонлайн» перед банком по кредитному договору от 14.10.2011 № КДВЛ-282/2011, общества «Фортстар м» по кредитному договор от 14.10.2011 № КДВЛ-282/2011 и ФИО6 перед банком по кредитным договорам от 18.02.2011 № КДРЛ-20/2011, от 25.04.2011 № КДРЛ-70/2011, от 18.05.2011 № КДРЛ-90/2011, от 08.06.2011 № КДРЛ-117/2011, от 22.06.2011 № КДРЛ-131/2011, от 23.06.2011 № КДРЛ-134/20И, от 07.07.2011 № КДРЛ-157/2011, от 28.07.2011 № КДРЛ-181/2011 и от 19.08.2011 № КДРЛ-207/2011; по договору ипотеки от 26.12.2011, заключенному между банком и компанией «Китто» в обеспечение исполнения обязательств компанией «Эксонлайн» перед банком по кредитному договору от 14.12.2011 № КВ-345/2011; по договору ипотеки от 03.02.2012, заключенному банком и компанией «Китто» в обеспечение исполнения обязательств обществом «Фортстар м» перед банком по кредитному договору от 03.02.2012№ КДВЛ-23/2012; по договору ипотеки от 24.04.2012, заключенному между банком и компанией «Китто» в обеспечение исполнения обязательств обществом «Фортстар м» перед банком по кредитному договору от 24.04.2012 № КДВЛ-121/2012; по договору ипотеки от 25.12.2012, заключенному между банком и компанией «Китто» в обеспечение исполнения обязательств обществом «Оханефтеснаб» перед банком по кредитному договору от 22.10.2012 № КДЛ-144/2012, а также в обеспечение исполнения обязательств компанией «Эксонлайн» перед банком по кредитному договору от 25.12.2012 № КДВ-551/2012; по договору ипотеки от 28.02.2013, заключенному между банком и компанией «Китто» в обеспечение исполнения обязательств обществом с ограниченной ответственностью «Норма ойл» (далее – обществом «Норма ойл») перед банком по кредитному договору от 28.02.201 № КДР-25/2013.

В соответствии с договором ипотеки стороны оценили квартиру на общую сумму 97 650 000 руб.

Впоследствии спорный объект недвижимости был продан иностранной компании Бабилон финанс эйджи (далее – компании «Бабилон») по договору купли-продажи от 04.12.2017, и позднее - компании «Сорал» по договору купли-продажи от 13.11.2018 (дополнительное соглашение № 1 от 22.11.2018), о чем содержатся сведения в Едином государственном реестре сведений о недвижимости (ЕГРН).

Компания исполнила обязательства по договору купли-продажи от 13.11.2018, уплатив компании «Бабилон» 13.11.2018 - 9 200 000 руб., 12.12.2018 - 1 056 380 евро, 07.02.2019 - 34 200 евро.

В подтверждение платежей, ответчиком представлены расписка в получении платежа по договору купли-продажи жилого недвижимого имущества от 13.11.2018; платежный документ от AltPay - 34 200 евро от 07.02.2019; платежный документ от AltPay - 1 056 380 евро от 12.12.2018.

Доводы конкурсного управляющего о том, что платежные документы AltPay не содержат назначение платежа, судом оценены критически и отклонены, поскольку в представленных платежных документах в строке 70, исходя из нотариального перевода данных документов следует «остаток платежа по договору  от 13.11.2018 и дополнительным соглашениям № 1 и № 2 за жилую недвижимость».

Государственная регистрация перехода права собственности была произведена 26.11.2018, по акту приема-передачи от 13.11.2018 квартира была передана покупателю (ответчику).

Из материалов спора усматривается, что 10.02.2020 конкурсным управляющим должника было представлено заявление в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в котором заявлено о восстановлении банка в правах залогодержателя по договору ипотеки от 25.04.2013 в отношении спорной квартиры.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 28.08.2020 компания и компания «Бабилон» были привлечены к участию в споре.

Определением Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2023 суд перешел к рассмотрению спора по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции; к участию в споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора был привлечен Эглонс Даниелс.

Материалами дела подтверждается, что в соответствии с договором залога от 15.03.2019, компания передала квартиру в залог гражданину Латвии Эглонсу Даниелсу в счет обеспечения обязательств по договору займа от 28.09.2018 № 1, и данный залог зарегистрирован, о чем содержатся сведения в ЕГРН.

Судом апелляционной инстанции установлено, что в процессе рассмотрения заявления конкурсного управляющего должника о признании недействительными соглашений о переводе долга, конкурсным управляющим также были предъявлены исковые заявления в суды общей юрисдикции об обращении взыскания на предмет залога.

Вступившим в законную силу решением Гагаринского районного суда города Москвы по делу № 02-3684/20 установлено обстоятельство прекращения залога на основании пункта 6 статьи 367 ГК РФ.

Вступившим в законную силу решением Дорогомиловского районного суда города Москвы по делу № 2-84/2021 (33-147/2023) установлено обстоятельство пропуска конкурсным управляющим срока исковой давности по требованию об обращении взыскания на квартиру.

Апелляционным определением Московского городского суда от 26.02.2023 поддержаны выводы нижестоящего суда о применении срока исковой давности.

Исследуя действия компании на предмет добросовестности при приобретении спорного объекта недвижимости, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 302 ГК РФ, добросовестным приобретателем является лицо, которое не знало и не могло знать, что приобрело возмездно имущество у лица, не имеющего право на отчуждение.

В абзаце 3 пункта 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительности сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем.

Разрешая вопрос о добросовестности (недобросовестности) приобретателя жилого помещения, необходимо учитывать осведомленность приобретателя жилого помещения о наличии записи в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о праве собственности отчуждателя имущества, а также принятие им разумных мер для выяснения правомочий продавца на отчуждение жилого помещения.

Негативные последствия, вызванные наличием незарегистрированного залогодержателя, следует распределять с учетом правил о публичной достоверности записей государственного реестра об ипотеке и их общедоступности, смысла положений пункта 7 статьи 20 и статьи 45 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», в соответствии с которыми, для третьих лиц ипотека считается возникшей с момента ее государственной регистрации.

Компания представила в материалы дела документы о регистрации компании на Сейшельских островах, и том, что ее владелец (бенефициар) является иностранным гражданином.

Так, согласно свидетельству о должностных лицах, генеральным директором компании является Иэн Крис Джулио Эстер, а единственным акционером – иностранная компания «Лорэйн менджмент лтд.» (далее – компания «Лорэйн).

В то же время, генеральным директором и единственным акционером компании «Лорэйн» является ФИО7, проживающий на Сейшельских островах, что подтверждается свидетельством о должностных лицах компании «Лорэйн».

В обоснование регистрации компании за месяц до приобретения квартиры, ответчик ссылался на то, что компания «Сорал» изначально создавалась ФИО7 с целью приобретения объекта недвижимости в России и инвестиций.

Также, ответчик сослался на заключение 03.09.2020 договора аренды, по условиям которого, ежемесячная оплата составляет 250 000 руб., а с учетом пролонгации с 01.10.2021 ежемесячная стоимость - 300 000 руб., тогда как квартира была приобретена за 1 100 000 евро, а доход от аренды составляет 56 400 евро в год, то есть инвестиция приносит 5,13 % годовых.

Доказательств тому, что компания по договору от 13.11.2018 приобрела имущество ниже рыночной стоимости, материалы спора не содержат.

Договоры купли-продажи недвижимости, заключенные после 01.03.2013, в силу закона не подлежали государственной регистрации, а совершалась регистрация перехода права собственности на основании такого договора.

Таким образом, дополнительное соглашение к договору купли-продажи квартиры, заключенному после указанной даты, не подлежало государственной регистрации.

Из представленных ответчиком документов усматривается, что с момента приобретения спорной квартиры компания несет расходы по оплате коммунальных платежей, взносов на капитальный ремонт, и т.п.).

Доказательств того, что на момент совершения сделки (13.11.2018) у компании имелась информация об обременении спорного объекта ранее правом ипотеки в пользу банка материалы спора не содержат.

При этом, в ЕГРН на момент приобретения данным ответчиком квартиры отсутствовали сведения о наличии судебных споров в отношении объекта или отметок о наличии правопритязаний третьих лиц или иных ограничений на него.

Достоверных доказательств о наличии у компании какой-либо информации указывающей на возможную незаконность предстоящей сделки или наличия ограничений в ее совершении конкурсным управляющим должника не представлено.

Заинтересованность (фактическая или юридическая аффилированность) компании «с продавцом - компанией «Бабилон» и участниками спора, материалами дела не подтверждена.

Применительно к статье 10 ГК РФ, конкурсным управляющим не опровергнута презумпция добросовестности ответчика.

Таким образом, констатировал суд, компания не может быть признана недобросовестным приобретателем.

Подпунктом 2 пункта 1 статьи 352 ГК РФ предусмотрено, что залог прекращается, если заложенное имущество возмездно приобретено лицом, которое не знало и не должно было знать, что это имущество является предметом залога.

В пункте 25 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о залоге» (действовало до принятия постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2023 № 23 «О применении судами правил о залоге вещей» (далее – постановления от 27.06.2023 № 23)) разъяснено, что, исходя из общих начал и смысла гражданского законодательства (аналогия права) и требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 ГК РФ), не может быть обращено взыскание на заложенное имущество, возмездно приобретенное у залогодателя лицом, которое не знало и не должно было знать о том, что приобретаемое им имущество является предметом залога.

При этом, суды должны оценивать обстоятельства приобретения заложенного имущества, исходя из которых покупатель должен был предположить, что он приобретает имущество, находящееся в залоге.

В частности, суды должны установить, был ли вручен приобретателю первоначальный экземпляр документа, свидетельствующего о праве продавца на продаваемое имущество (например, паспорт транспортного средства), либо его дубликат; имелись ли па заложенном имуществе в момент его передачи приобретателю знаки о залоге.

В пункте 39 постановления от 27.06.2023 № 23 разъяснено, что если залогодатель - третье лицо произвел отчуждение находящейся у него во владении заложенной вещи без необходимого согласия залогодержателя (пункт 2 статьи 346 ГК РФ), залогодержатель вправе предъявить к нему требование о возмещении причиненных этим убытков.

Кроме того, залогодержатель вправе обратиться к новому собственнику этой вещи с требованием об обращении взыскания на предмет залога (подпункт 3 пункта 2 статьи 351, пункт 1 статьи 353 ГК РФ).

В целях исключения неосновательного обогащения к требованиям залогодержателя к залогодателю - третьему лицу и новому собственнику вещи в совпадающей части подлежат применению нормы о солидарных обязательствах.

Требование к новому собственнику не может быть удовлетворено, если заложенная вещь возмездно приобретена лицом, которое не знало и не должно было знать, что она является предметом залога (подпункт 2 пункта 1 статьи 352 ГК РФ), а также если к отношениям сторон применяются правила о залоге товаров в обороте (статья 357 ГК РФ).

В указанных случаях залог прекращается.

При наличии добросовестного приобретателя заложенной движимой вещи последующее внесение в реестр уведомлений записи о ее залоге на основании заявления залогодержателя не влечет восстановления залога; дальнейшее отчуждение вещи происходит без обременения.

Таким образом, констатировал суд апелляционной инстанции, доводы конкурсного управляющего должника о недобросовестном поведении компании подлежат отклонению, поскольку добросовестный приобретатель исполнил свои обязательства по договору в полном объеме, и на момент совершения сделки отсутствовала какая-либо информация об обременениях и ограничениях прав на объект.

При этом, банк не размещал на Едином федеральном реестре сведений о фактах деятельности юридических лиц информацию о залоговых обязательствах на спорное жилое помещение.

Вопреки доводам конкурсного управляющего должника об обратном, надлежащих доказательств, свидетельствующих об аффилированности ответчика (приобретателя) и залогодателя, извещении приобретателя о наличии обременения имущества залогом, конкурсным управляющим при рассмотрении настоящего дела не представлено.

Таким образом, у ответчика, как приобретателя отсутствовала объективная возможность проверить наличие залога имущественных прав на приобретаемое спорное помещение.

Кроме того, как ранее было установлено апелляционным судом, в соответствии с договором залога от 15.03.2019, компания передала квартиру в залог гражданину Латвии Эглонсу Даниелсу в счет обеспечения обязательств по договору займа от 28.09.2018 № 1 и данный залог был зарегистрирован, о чем содержатся сведения в ЕГРН.

Доказательств недобросовестности залогодержателя по договору залога от 15.03.2019 в материалы спора также не представлено.

Таким образом, в рассматриваемом случае, залог в отношении квартиры в пользу банка прекратился, так как имущество было приобретено добросовестным приобретателем, а именно компанией, которая не могла знать о наличии залога в пользу банка.

Суд апелляционной инстанции также учел обстоятельство того, что конкурсный управляющий должника предъявил требование о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности в связи с утратой залога, ссылаясь на то, что залог в отношении квартиры не заключался с новыми кредиторами по соглашениям о переводе долга.

Таким образом, в рамках спора о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий в обоснование своей позиции указывает на то, что залог прекращен вследствие виновных действий руководителей банка.

Материалами дела подтверждается, что регистрационная запись о залоге была погашена не на основании соглашения о переводе долга, а на основании совместно поданного заявления залогодержателя, в лице банка и залогодателя, в лице компании «Китто» 27.02.2017.

Таким образом, требования о восстановлении в правах залогодержателя не может являться реституционным по отношению к соглашению о переводе долга, поскольку прекращение права в качестве залогодержателя является правовым последствием совместного заявления сторон, а не заключения соглашения о переводе долга.

Тогда как, совместное заявление банка и компании «Китто» о погашении регистрационной записи об ипотеке, как сделка, конкурсным управляющим не оспаривается.

Компанией при разрешении спора было заявлено о применении срока исковой давности, с указанием на то, что срок давности по требованию конкурсного управляющего об обращении взыскания на квартиру, на основании договора ипотеки истек 04.04.2017.

Как следует из пункта 1.3.1.2 договора ипотеки от 25.04.2013, датой закрытия кредитной линии (датой окончательного возврата кредита) является 04.04.2014.

В силу пункта 6.4, договор ипотеки действует до прекращения обеспечиваемых ипотекой обязательств.

В пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о залоге» (действовало до принятия постановления от 27.06.2023 № 23) содержались разъяснения о том, что в случае увеличения срока исполнения обязательства, обеспеченного залогом, следует иметь в виду, что течение исковой давности по требованию об обращении взыскания на заложенное имущество не

ставится в зависимость от течения исковой давности по главному требованию, а определяется исходя из того, когда бы истекла исковая давность по основному обязательству, если бы срок исполнения обязательства, указанный в договоре о залоге, не менялся.

Течение срока исковой давности прерывается предъявлением иска в установленном порядке, а также совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга (статья 203 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 196 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет три года.

Согласно пункту 1 статьи 334 ГК РФ, в силу залога, кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя), за изъятиями, установленными законом.

В соответствии со статьей 348 ГК РФ, взыскание на заложенное имущество для удовлетворения требований залогодержателя может быть обращено в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обеспеченного залогом обязательства.

Таким образом, целью института залога является обеспечение исполнения основного обязательства, а содержанием права залога является возможность залогодержателя в установленном законом порядке обратить взыскание на заложенное имущество в случае неисполнения основного обязательства должником.

Исходя из назначения залога и необходимости обеспечения баланса прав и интересов как кредитора, так и собственника заложенного имущества, в случае невозможности принудительного обращения взыскания на заложенное имущество для удовлетворения требований залогодержателя залог утрачивает обеспечительную функцию, следовательно, подлежит прекращению.

В статье 352 ГК РФ определены основания для прекращения залога.

Как разъяснено в пункте 19 постановления от 27.06.2023 № 23, в случае истечения срока исковой давности по требованию об обращении взыскания на предмет залога залогодатель вправе потребовать от залогодержателя совершения действий, направленных на исключение сведений из ЕГРН или реестра уведомлений, а также возврата предмета залога, если он находится у залогодержателя.

Если залогодержатель не удовлетворит это требование в добровольном порядке, залогодатель вправе предъявить иск к залогодержателю о погашении записи о зарегистрированном залоге, возврате вещи (статья 6, пункт 2 статьи 352 ГК РФ).

По ходатайству залогодержателя о восстановлении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении такого иска при наличии предусмотренных статьей 205 ГК РФ оснований.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2020 № 5-КГ20-82-К2, право кредитора в отношении залогового имущества не может существовать бессрочно, осуществление кредитором такого права не должно нарушать права и законные интересы других лиц, на защиту данного права распространяются общие правила об исковой давности.

Исходя из назначения залога и необходимости обеспечения баланса прав и интересов как кредитора, так и собственника заложенного имущества в случае невозможности обращения взыскания на заложенное имущество в счет исполнения обеспеченного залогом обязательства залог утрачивает обеспечительную функцию, а следовательно, подлежит прекращению.

В перечне оснований прекращения залога, приведенном в пункте 1 статьи 352 ГК РФ, такое основание для прекращения залога, как истечение срока исковой давности, прямо не предусмотрено.

Однако, как указано в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 15.04.2020 № 18-П, перечень оснований прекращения залога является открытым.

Из приведенных правовых норм в их взаимосвязи следует, что истечение исковой давности по требованию об обращении взыскания на заложенное имущество свидетельствует о невозможности реализации залогодержателем своих прав в отношении предмета залога.

Из этого следует, что право кредитора в отношении залогового имущества не может существовать бессрочно, осуществление кредитором такого права не должно нарушать права и законные интересы других лиц, на защиту данного права распространяются общие правила об исковой давности.

При этом, прекращение залога в этом случае будет обусловлено именно истечением срока исковой давности по залоговому обязательству, и не зависит от того, будет или нет заявлено о пропуске срока исковой давности для обращения кредитора в суд с требованием по основному обязательству.

Вывод о необходимости применения сроков исковой давности к залоговым отношениям, возникшим до вступления в силу Федерального закона № 367-ФЗ содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.04.2022 № 308-ЭС22-648.

Таким образом, действующим законодательством не предусмотрено восстановление кредитора в правах залогодержателя после истечения срока исковой давности для обращения взыскания на предмет залога.

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о пропуске конкурсным управляющего срока исковой давности для обращения взыскания на предмет залога.

Доводы конкурсного управляющего о том, что заявление о погашении регистрационной записи об ипотеке не является сделкой и оно не может быть оспорено в рамках дела о банкротстве, подлежит отклонению, с учетом правовой позиции, изложенной в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 30.09.2020 по делу № А40-137960/17, согласно которой, вывод судов о том, что действия, направленные на погашение записей об ипотеке, не могут быть оспорены как сделки по специальным основаниям Закона о банкротстве, сделан без учета приведенных норм права и разъяснений постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановления от 23.12.2010 № 63).

При таких обстоятельствах, поскольку разрешение спора возможно по заявленным основаниям и представленным доказательствам, суд апелляционной инстанции не нашел правовых оснований для удовлетворения требования конкурсного управляющего к компании.

Доводы конкурсного управляющего о фактической заинтересованности ФИО2, а также компании, компаний «Китто» и «Бабилон» не нашли подтверждения в процессе разрешения настоящего спора.

Так, в опровержение указанного довода, ФИО2 в материалы представлены объяснения о том, что он являлся наемным работником в компаниях «Китто» и «Бабилон», а представителем компании раскрыты ее конечные бенефициары, среди которых данный ответчик не указан.

При заключении сделки ФИО2 выступал представителем компании «Бабилон» согласно письменным указаниям собственника компании.

При этом, компанией в материалы спора представлены свидетельство о должностных лицах, согласно которым директор компании - Иэн Крис Джулио Эстер и единственный акционер - компания «Лорэйн», и свидетельство о должностных лицах компании «Лорэйн».

Таким образом, применительно к статье 19 Закона о банкротстве, фактическая и юридическая аффилированность ФИО2 по отношению к компании, конкурсным управляющим не подтверждена.

Разрешая требования конкурсного управляющего о восстановлении банка в правах кредитора к ФИО8 по договору поручительства от 17.01.2014 № П-131/3/2013, и к ФИО9 по договорам поручительства от 17.10.2013 № ОТК/П-679, от 17.01.2014 № ОТК/П-16/2014 и от 21.01.2014 № ОТК/П-24/2014, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В силу пункта 1 статьи 361 ГК РФ, по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

Договор поручительства может быть заключен в обеспечение как денежных, так и не денежных обязательств, а также в обеспечение обязательства, которое возникнет в будущем.

В соответствии с пунктом 1 статьи 363 ГК РФ, при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя.

Поручительство прекращается по основаниям, предусмотренным статьей 367 ГК РФ.

В силу положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, разрешение спора возможно по заявленным основаниям и представленным доказательствам.

Однако, как следует из материалов дела, доказательств наличия договоров поручительства (подлинники, копии) с указанными ответчиками, а равно условий таких договоров, конкурсным управляющим банка в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах, с учетом статей 8 и 12 ГК РФ, правовых оснований для удовлетворения требований к указанным ответчикам, суд апелляционной инстанции не усмотрел.

Разрешая требования конкурсного управляющего о восстановлении банка в правах кредитора к ФИО10 по договорам поручительства от 22.10.2012 № П-441/2/2012, от 20.12.2012 № П-545-2/2012, от 09.04.2013 № П-64/2/2013, от 05.06.2013 № П-131/1/2013 и от 25.07.2013 № П-192/1/2013, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Требуя восстановления обязательств по договору поручительства от 22.10.2012 № П-441/2/2012, конкурсный управляющий данный договор (подлинник, копию) в материалы дела не представил.

Тогда как, разрешение спора возможно по представленным доказательствам.

Также апелляционным судом установлено, что в материалы дела представлены только копии договоров поручительства от 20.12.2012 № П-545-2/2012, от 09.04.2013 № П-64/2/2013, от 05.06.2013 № П-131/1/2013 и от 25.07.2013 № П-192/1/2013 с дополнительными соглашениями к ним.

Оригиналы указанных договоров на обозрение суда не представлены, что исключает возможность исследования на предмет тождественности представленных копий оригиналам с учетом возражений ответчика.

Материалами дела подтверждено, что 12.11.2019 конкурсным управляющим были представлены письменные объяснения, а 31.01.2020 принято уточнение требований и ФИО10 был привлечен к участию в споре в качестве ответчика.

Конкурсным управляющим также заявлено о восстановлении банка в правах кредитора к ФИО11 по договорам поручительства от 29.12.2012 № П-441/4/2012 и от 29.12.2012 № П-545-4/2012, а также к ФИО12 по договору поручительства от 26.11.2015 № П-226/2/2015.

Как предусмотрено пунктом 6 статьи 367 ГК РФ, поручительство прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано.

Если такой срок не установлен, оно прекращается при условии, что кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства не предъявит иск к поручителю.

Когда срок исполнения основного обязательства не указан и не может быть определен или определен моментом востребования, поручительство прекращается, если кредитор не предъявит иск к поручителю в течение двух лет со дня заключения договора поручительства.

В пункте 43 постановления от 24.12.2020 № 45 разъяснено, что условие договора о действии поручительства до момента фактического исполнения основного обязательства не свидетельствует о том, что установлен определенный срок поручительства.

В силу пункта 2 статьи 314 ГК РФ, кредитор должен предъявить требование к поручителю в течение сроков, установленных пунктом 6 статьи 367 ГК РФ.

Согласно позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в определении от 10.11.2015 № 80-КГ15-18, норма пункта 6 статьи 367 ГК РФ не допускает бессрочного существования обязательства поручителей в целях установления определенности в существовании прав и обязанностей участников гражданского оборота.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 42 постановления от 24.12.2020 № 4, срок действия поручительства не является сроком исковой давности.

Таким образом, при нарушении прав кредитора он вправе предъявить к поручителям исковые требования в период действия договора поручительства.

Указанные сроки не являются сроками исковой давности, и к ним не подлежат применению положения главы 12 ГК РФ.

Это означает, что срок поручительства является пресекательным сроком существования самого обеспечительного обязательства; этот срок не может быть продлен, восстановлен, приостановлен либо прерван (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2022 № 317-ПЭК21).

Таким образом, банк был вправе предъявить требования к должнику с момента истечения срока возврата кредита и процентов по нему, а данное требование к поручителю могло быть предъявлено в течение годичного срока, предусмотренного пунктом 6 статьи 367 ГК РФ.

Вместе с тем, пресекательный срок на предъявление требований к данным ответчикам на основании пункта 6 статьи 367 ГК РФ пропущен.

Довод конкурсного управляющего о прерывании срока поручительства вследствие заключения сделок по переводу долга между основным должником и банком, подлежит отклонению, как основанный на ошибочном толковании норм права.

Кроме того, вступившим в законную силу решением Гагаринского районного суда города Москвы от 15.12.2020 по делу № 2-3684/2020 по иску конкурсного управляющего о взыскании задолженности по договорам поручительства к кредитным договорам от 22.10.2012 № КДЛ-441/2012/1, от 09.04.2013 № КДЛ-64/2013 и от 20.12.2012 № КДЛ-545/2012, обязательства поручителей в отношении указанных договоров прекращены с учетом срока предъявления требований к поручителям.

Судом установлен пропуск истцом срока исковой давности, недобросовестность основного должника и цессионария.

В отношении поручителей не установлены подобные обстоятельства, и данное решение в части отказа в удовлетворении требований к поручителям оставлено без изменения судами апелляционной и кассационной инстанции.

Разрешая требования конкурсного управляющего о восстановлении банка в правах кредитора к ФИО2 по договорам поручительства от 14.10.2011 № П-282/2011, от 03.02.2012 № П-23/2012, от 24.04.2012 № П-121/2016, от 22.10.2012 № П-441/1/2012, от 20.12.2012 № П-545-1/2012, от 04.04.2013 № П-63/2013, от 09.04.2013 № П-64/3/2013, от 05.06.2013 № П-131/2/2013 и от 25.07.2013 № П-192/2/2013, суд апелляционной инстацнии также не нашел оснований для удовлетворения данного требования.

Апелляционным судом установлено, что конкурсный управляющий, требуя восстановления обязательств по договору поручительства от 22.10.2012 № П-441/1/2012, данный договор (подлинник, копию) в материалы дела не представил.

Тогда как, разрешение спора возможно по представленным доказательствам.

Также судом было установлено, что в материалы дела представлены только копии договоров поручительства от 14.10.2011 № П-282/2011, от 03.02.2012 № П-23/2012, от 24.04.2012 № П-121/2016, от 20.12.2012 № П-545-1/2012, от 04.04.2013 № П-63/2013, от 09.04.2013 № П-64/3/2013, от 05.06.2013 № П-131/2/2013 и от 25.07.2013 № П-192/2/2013 с дополнительными соглашениями к ним.

Оригиналы договоров на обозрение суда не представлены, что исключает возможность исследования на предмет тождественности представленных копий оригиналам с учетом возражений ответчика.

В силу приведенных ранее положений законодательства, банк был вправе предъявить требования к должнику с момента истечения срока возврата кредита и процентов по нему, а данное требование к поручителю могло быть предъявлено в течение годичного срока, предусмотренного пунктом 6 статьи 367 ГК РФ.

Вместе с тем, пресекательный срок на предъявление требований на основании пункта 6 статьи 367 ГК РФ в данном случае пропущен, с учетом установленного срока исполнения кредитных обязательств не позднее 15.01.2016.

Кроме того, ФИО2 в материалы дела представил справку от 22.03.2013 № К573/13 выданную банком об отсутствии ссудной задолженности, и о том, что не является принципалом по действующим банковским гарантиям, выданным банком, и не является поручителем или залогодателем по кредитам, предоставленным банком.

Также, суд учел обстоятельство обращения конкурсного управляющего с исками о взыскании денежных средств по кредитным договорам и договорам поручительства (Гагаринский районный суд города Москвы - дело № 2-3684/2020; Савеловский районный суд города Москвы - дело № 2-0576/2021; Дорогомиловский районный суд города Москвы - дело № 2-84/2021).

Так, определением Второго кассационного суда общей юрисдикции от 26.10.2021 по делу № 2-3684/20 отказано в удовлетворении требований конкурсного управляющего, основанного на договорах поручительства от 22.10.2012 № П-441/1/2012, о т 20.12.2012 № П-545-1/2012 и от 09.04.2013 № П-64/3/2013, и определением Московского городского суда от 26.01.2023 по делу № 33-0147/2023 отказано в удовлетворении требований по договору поручительства от 04.04.2013 № П-63/2013.

Разрешая требования конкурсного управляющего о восстановлении банка в правах кредитора к ФИО6 по кредитному договору от 01.04.2013 № К-63/2013, как применение последствия недействительной сделки по переводу долга от 30.08.2016, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Довод ответчика о пропуске срока исковой давности по требованию о применении последствий недействительности сделки по переводу долга, подлежит отклонению, как основанный на ошибочном толковании норм материального права, с учетом времени поступления заявления в суд и признания банком банкротом решением от 12.07.2017.

Материалами дела подтверждено, что имеется судебный акт о взыскании с ответчика задолженности по кредитному договору, а именно решение Дорогомиловского районного суда города Москвы от 29.06.2021 по  делу № 02-84/21 и апелляционное определение Московского городского суда от 08.12.2021.

При этом, последствием признания недействительным перевода долга является приведение сторон в первоначальное положение, существовавшее до заключения такой сделки.

При таких обстоятельствах, право банка и его кредиторов вступившим в законную силу судебным актом суда общей юрисдикции о взыскании долга по кредитному договору уже защищено по сделке о переводе долга, которая признана недействительной вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда.

Кроме того, в настоящем споре, конкурсный управляющий, требуя восстановить права в кредитора, не заявляет конкретный размер таких прав (сумма неисполненных обязательств).

Разрешая требования конкурсного управляющего о восстановлении банка в правах кредитора к компании «Эксолайн» по кредитным договорам от 05.06.2013 № КДЛВ-131/2013 и от 25.07.2013 № КДЛВ-192/2013, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения, поскольку нарушенное право банка уже восстановлено вступившим в законную силу судебным актом.

Так, апелляционным определением Московского городского суда от 06.12.2021 решение Савеловского районного суда города Москвы от 29.04.2021 в части отказа в удовлетворении исковых требований банка о взыскании задолженности по кредитным договорам было отменено, и в остальной части решение суда от 29.04.2021 оставлено без изменения.

Таким образом, имеется вступивший в законную силу судебный акт о взыскании с ответчика задолженности по кредитным договорам от 05.06.2013 № КДЛВ-131/2013 и от 25.07.2013 № КДЛВ-192/2013.

При этом, последствием признания недействительным перевода долга является приведение сторон в первоначальное положение, существовавшее до совершения такой сделки.

При таких обстоятельствах, право банка и его кредиторов вступившим в законную силу судебным актом суда общей юрисдикции о взыскании долга по кредитным договорам уже защищено по сделке о переводе долга, которая признана недействительной вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда.

Кроме того, в настоящем споре, конкурсный управляющий, требуя восстановить права в кредитора, не заявляет конкретный размер таких прав (сумма неисполненных обязательств).

Разрешая требования конкурсного управляющего о восстановлении банка в правах кредитора к обществу с ограниченной ответственностью «Новое пространство» (далее – обществу «Новое пространство») по кредитному договору от 11.03.2014 № ОТК/КДЛ-86/2014, как применение последствия недействительной сделки по переводу долга от 31.08.2016, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Общество «Новое пространство», возражая против удовлетворения требований, ссылалось на то, что денежные средства, согласно сведениям финансовой отчетности и выписок по счетам должника возвращены должнику вследствие направления ответчиком одностороннего отказа, в обоснование представив справку об исполнении обязательств, для предоставления в иной банк, а именно справку от 18.10.2016 № 22/4-256, соглашение о сотрудничество с Банком ВТБ 24 (публичное акционерное общество), разрешение на ввод в эксплуатацию объекта.

Кроме того, ответчик ссылался на статус застройщика и введение в эксплуатацию 2 жилых домов, в связи с чем, был вынужден получить справку об отсутствии ссудной задолженности по всем банкам.

Однако, в опровержение доводов ответчика не представил доказательств того, что сделка по возврату денежных средств банку вследствие направления ответчиком одностороннего отказа от договора, признана недействительной, банком не представлено.

Также, не представлены доказательства в опровержение справки от 18.10.2016 № 22/4-256, выданной почти за пять месяцев до отзыва у банка лицензии.

В материалах дела отсутствуют доказательства действия указанного кредитного договора от 11.03.2014 на настоящее время.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения требования о применении последствий недействительности сделки по переводу долга от 31.08.2016 к обществу «Новое пространство» суд не усмотрел.

Судом апелляционной инстанции неукоснительно и в полном объеме были выполнены письменные указания суда кассационной инстанции.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами суда апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы суда, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судом правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов суда первой инстанции не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует о неправильном применении судом норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

Между тем, приведенные в кассационной жалобе доводы фактически свидетельствуют о несогласии с принятым судом апелляционной инстанции судебным актом и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании самими заявителями кассационных жалоб положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Приведенный в кассационной жалобе довод об отсутствии у суда апелляционной инстанции правовых оснований для перехода к рассмотрению обособленного спора по правилам, предусмотренным для рассмотрения дела судом первой инстанции, судебной коллегией отклоняется, поскольку при рассмотрении обособленного спора по существу судом первой инстанции вопрос о привлечении  к участию в споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Эглонса Даниелса.

Исходя из правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» (далее - постановление от 30.06.2020 № 12), судебный акт считается принятым о правах и обязанностях лица, не участвующего в деле, когда данным судебным актом непосредственно затрагиваются его права и обязанности, в том числе создаются препятствия для реализации его субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора.

В силу положений статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело (часть 1). 

Независимо от доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет, не нарушены ли судом первой инстанции нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции (часть 6).

В соответствии с пунктом 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при наличии оснований, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции рассматривает дело по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

В настоящем случае, в ходе судебного разбирательства суд апелляционной инстанции суд пришел к выводу о наличии обстоятельств, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для безусловной отмены определения, поскольку  непривлечение Эглонса Даниелса к участию в деле, лишило данное лицо процессуальной возможности представить суду соответствующие доказательства и не позволило арбитражному суду полно, всесторонне и объективно исследовать фактические обстоятельства дела и дать им надлежащую правовую оценку, как следствие перешел к рассмотрению обособленного спора по правилам, установленным для суда первой инстанции, учитывая, что компания  передала квартиру в залог гражданину Латвии Эглонсу Даниелсу в счет обеспечения обязательств по договору займа от 28.09.2018 № 1, обжалуемый судебный акт, действительно, затрагивает права и интересы не привлеченного к участию в деле лица.

В силу пункта 4 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принятие судом решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле, в любом случае является основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции.

Таким образом, Эглонс Даниелс, как залогодержатель имущества, в отношении которого вынесен судебный акт, является заинтересованным лицом по вышеуказанному обособленному спору, поскольку состоявшийся судебный акт о признании сделки недействительной повлиял на объем прав залогодержателя в части прекращения ипотеки на указанное имущество.

Вышеуказанная правовая позиция о необходимости привлечения залогодержателя к участию в деле в качестве заинтересованного лица в рамках обособленных споров об оспаривании сделок должника, предметом которых является имущество, находящееся в залоге, нашла свое отражение в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.04.2006 № 10327/05, подтверждена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениями статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2023 по делу № А40-50939/17 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                 Н.Н. Тарасов

 

Судьи:                                                                                             П.М. Морхат

 

                                                                                                          В.З. Уддина