СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-13269/2020(79)-АК

Дело №А60-10035/2020

09 сентября 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07 сентября 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 09 сентября 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Л.М. Зарифуллиной, 

судей                                 И.П. Даниловой, Л.В. Саликовой,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:

в онлайн-режиме посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от конкурсного управляющего должника ФИО2 – ФИО3, паспорт, доверенность от 09.03.2022, 

от заинтересованного лица с правами ответчика общества с ограниченной ответственностью «Чистогорье» - ФИО4, паспорт, доверенность от 30.08.2022, 

от единственного учредителя (участника) должника ФИО5 - ФИО6, удостоверение адвоката, доверенность от 02.03.2021,

от кредитора общества с ограниченной ответственностью «РНГО» - ФИО7, паспорт, доверенность от 25.04.2022, 

третье лицо - ФИО8, паспорт,

в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещенных надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего должника общества с ограниченной ответственностью «Продовольственная компания» ФИО2

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 03 июня 2022 года

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительными сделок по перечислению денежных средств должником в общей сумме 211 208 018,46 рубля в пользу общества с ограниченной ответственностью «Чистогорье» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),  

вынесенное судьей Д.Е. Пенькиным 

в рамках дела №А60-10035/2020

о признании общества с ограниченной ответственностью «Продовольственная компания» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

заинтересованное лицо с правами ответчика общество с ограниченной ответственностью «Чистогорье» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),  

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО8,

установил:

02.03.2020 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «РНГО» (далее – ООО «РНГО») о признании общества с ограниченной ответственностью «Продовольственная компания» (далее – ООО «Продовольственная компания», должник) несостоятельным (банкротом), которое определением от 20.03.2020 принято к рассмотрению, возбуждено дело о банкротстве должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.06.2020 в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле о банкротстве должника в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Банк «Зенит» (ПАО).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.06.2020 (резолютивная часть от 19.06.2020) в отношении ООО «Продовольственная компания» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО9 (далее – ФИО9), член Саморегулируемая организация Союз арбитражных управляющих «Авангард».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №112 от 27.06.2020.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 21.10.2020 (резолютивная часть от 14.10.2020) ООО «Продовольственная компания» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на ФИО9, члена саморегулируемой организации союза арбитражных управляющих «Авангард».

Сообщение об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» №196 от 24.10.2020.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.03.2022  (резолютивная часть от 25.02.2022) конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2 (далее – ФИО2), член саморегулируемой организации арбитражных управляющих «Лига».

30.04.2021 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление исполняющего обязанности конкурсного управляющего должника ФИО9 о признании сделки должника с обществом с ограниченной ответственностью «Чистогорье» (далее – ООО «Чистогорье»)  недействительной, в котором просил: 

1) признать недействительной сделкой на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также на основании пункта 2 статьи 61.2 и статьи 61.3 Закона о банкротстве  перечисление ООО «Продовольственная компания» денежных средств на общую сумму 211 208 018,46 рубля в пользу ООО «Чистогорье», в том числе перечисления в период с 28.11.2017 по 10.07.2019 денежных средств с расчетного счета № 

<

***> в АО «Тинькофф Банк» в размере 60 415 764,42 рубля; перечисления в период с 06.04.2017 по 08.06.2018 денежных средств с расчетного счета № 

<

***> в Филиале БЦ «Урал» ПАО Зенит» в размере 80 587 222,30 рубля; перечисления в период с 23.01.2019 по 06.08.2020 денежных средств с расчетного счета 

<

***> в филиале «Екатеринбургский» АО «Альфа-Банк» в размере 23 939 190,64 рублей; перечисления в период с 21.03.2017 по 07.09.2020 денежных средств с расчетного счета № 

<

***> в КБ «Кольцо Урала» в размере 46 265 841,10 рубя; 

2) применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Чистогорье» в пользу ООО «Продовольственная компания» денежных средств в размере 211 208 018,46 рубля; 

3) взыскать с ООО «Чистогорье» в пользу ООО «Продовольственная компания» проценты по статье 395 ГК РФ за период с даты совершения оспариваемых платежей по 30.04.2021 в размере 39 067 777,99 рубля;

4) продолжить начисление процентов по статье 395 ГК РФ за период с 31.04.2021 по дату фактического исполнения судебного акта о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности; 

5) взыскать с ООО «Чистогорье» расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 000,00 рублей.

Определением от 30.04.2021 указанное заявление принято к производству суда; в порядке статьи 51 АПК РФ к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО8 (далее – ФИО8). 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 03.06.2022 (резолютивная часть от 27.05.2022) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании сделки должника с ООО «Чистогорье» недействительной отказано. С ООО «Продовольственная компания» взыскано в доход федерального бюджета 6 000,00 рублей государственной пошлины.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий должника ФИО2 подал апелляционную жалобу, в которой просит определение суда от 03.06.2022 отменить в части отказа в признании недействительными платежей в сумме 7 886 391,13 рубля, совершенных в пользу ООО «Чистогорье» в период с 21.11.2019 по 07.09.2020, применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Чистогорье» в пользу ООО «Продовольственная компания» денежных средств в размере 7 886 391,13 рубля. 

Заявитель жалобы указывает на то, что судом не учтено, что согласно банковской выписке часть оспариваемых платежей на сумму 6 275 043,87 рубля совершена с назначением платежа «оплата по договору 01/10 от 01.10.2019», в то же время указанный договор в материалы дела представлен не был, сведения о наличии данного договора и равноценного исполнения по нему отсутствуют; в представленных в рамках спора УПД указан только договор №22092016 от 22.09.2016. Платежи с назначением «оплата по договору 01/10 от 01.10.2019» производились только с 19.02.2020, то есть после опубликования уведомлений о намерении обратиться с заявлением о признании должника банкротом, за месяц до возбуждения производства по делу, и продолжались уже после возбуждения производства по делу, при наличии признаков банкротства должника, основная часть платежей совершена уже после возбуждения дела о банкротстве. ООО «Продовольственная компания» и ООО «Чистогорье» являются заинтересованными лицами по признаку вхождения в одну группу лиц компании «Бест», следовательно, заинтересованному лицу на момент совершений спорных перечислений было известно о наличии задолженности перед АО «Тройка-Д Банк» и ООО «РНГО», чьи требования включены в реестр требований кредиторов должника. Денежные средства, перечисленные в адрес ООО «Чистогорье» в размере 6 275 043,87 рубля с указанным назначением платежа, перечислены в отсутствие доказательств реальности правоотношений сторон; перечисление денежных средств совершено в пользу аффилированного лица, в связи с чем, данные действия совершены в ущерб кредиторам, то есть имеются основания для признания сделок недействительными на основании пунктов 1,2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Кроме того, по мнению апеллянта, совершенные в пользу заинтересованного лица платежи имеют признаки сделки с предпочтением, предусмотренные статьей 61.3 Закона о банкротстве, в результате совершения оспариваемых платежей ООО «Чистогорье» получило предпочтительное удовлетворение своего требования по отношению к требованиям по уплате иных кредиторов, впоследствии включенных в реестр требований кредиторов должника. Применение судом первой инстанции к спорным правоотношениям пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве неправомерно. Из представленных в материалы дела документов (КПД) следует, что оплата осуществлялась с просрочкой платежа, следовательно, отсутствуют правовые основания для применения положений статьи 61.4 Закона о банкротстве и отказа в удовлетворении заявления о признании сделок недействительными. 

До начала судебного заседания от заинтересованного лица с правами ответчика ООО «Чистогорье» поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Указывает на то, что ООО «Чистогорье» является производителем безалкогольных напитков, обладает соответствующими средствами производства, персоналом, сертификатами на производимую продукцию. В доказательство отгрузки продукции ответчика в адрес должника представлены более тысячи страниц первичной документации, реестров отгрузок, книги продаж. Должник, являясь приобретателем продукции ответчика, поставлял ее в многочисленные торговые сети, о чем бывшим руководителем ФИО8 также представлены многочисленные относимые и допустимые доказательства. С учетом доказанности возмездного характера взаимоотношений должника и ответчика, раскрытия ими всей цепочки движения производимой продукции, представления суду объяснения экономических мотивов вступления в договорные отношения, усматриваемого регулярного характера платежей на протяжении всего периода сотрудничества,  оспариваемые сделки в целом и в той части, в которой они оспариваются в апелляционном суде, не отвечают признаку вредоносности, а доводы апеллянта об обратном носят предположительный характер, не подтверждены документально и не могут повлечь за собой отмены судебного акта в обжалуемой части. Характер взаимоотношений сторон, формировавшийся в течение нескольких лет, не изменился и в преддверии банкротства должника, стороны по-прежнему осуществляли экономическое взаимодействие по поставке должнику продукции ответчика и ее оплате. Платежи, имевшие место в 6-месячный период до возбуждения дела о банкротстве 20.03.2020 и после этой даты, не отличались по своему размеру и характеру от платежей, совершавшихся должником в адрес ответчика ранее, осуществлялись в счет поставок того же товара, что и ранее, в силу чего являлись для сторон обычными, соответствовали их видам декларируемой и фактически осуществляемой экономической деятельности. Бухгалтерский баланс должника, как следует из открытых, публично размещенных данных, на конец 2018 года составлял 1 172 254 000,00 рублей, на конец 2019 года -                            1 090 383 000,00 рублей. Соответственно, у ответчика не было оснований полагать, что совершение обычных, годами совершавшихся сделок по отгрузке производимой продукции и получению оплаты за нее может нарушать чьи-то права, тем более, что общий их размер за оспариваемый период в 7 886 391,13 рубль составлял значительно менее 1% от баланса должника. Апеллянтом не приведено конкретных доказательств недобросовестности ответчика, его информированности об очередности проведения расчетов, о недостаточности имущественной массы должника либо каких-то иных конкретных доказательств, которые бы свидетельствовали об этом. В постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.04.2022 №17АП-13269/2020(48)-АК по обособленному спору об оспаривании платежей должника, совершенных им в пользу ООО «Торговый дом «Напитки Урала» судом сделаны выводы, раскрывающие характер взаимоотношений должника и иных контрагентов, включая ООО «Чистогорье», которое являлось третьим лицом по обособленному спору. 

От единственного участника должника ФИО5 (далее – ФИО5) поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Указывает на то, что все платежи, которые являются в настоящий момент предметом апелляционного оспаривания, были осуществлены в пользу ООО «Чистогорье» в рамках действительных, реальных отношений по поставке товара, то есть в рамках обычной хозяйственной деятельности, без цели причинения вреда Должнику или конкурсным кредиторам. Как верно установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела коммерческое сотрудничество между ответчиком и должником было выстроено по схеме «завод» - «торговое предприятие»;  третьим лицом и ответчиком была раскрыта схема перемещения товара от ответчика к должнику. Применительно к оспариваемым платежам последним отчетным периодом являются: 31.12.2018 сумма активов равнялась                                  1 172 254 000,00 рублей, 31.12.2019 – 1 090 383 000,00 рублей, соответственно, оспариваемые платежи не превышает 1% стоимости активов должника как на 31.12.2018, так и на 31.12.2019. Материалами дела и представленными доказательствами полностью доказаны обстоятельства, подтверждающие осуществление платежей между контрагентами в рамках обычной хозяйственной деятельности и отсутствие оснований для применения положения статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Третье лицо ФИО8 в отзыве на апелляционную жалобу просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Указывает на то, что должник являлся торговым домом (эксклюзивным дистрибьютором) ООО «Чистогорье», осуществлял реализацию произведенной ООО «Чистогорье» продукции (напитков). В объеме товарооборота должника в стоимостном выражении выручка от реализации продукции ООО «Чистогорье» составляла порядка 50% (вариативность объемов продаж обусловливалась сезонными колебаниями спроса). Кроме того, такая продукция являлась локомотивом для продвижения иных реализуемых должником товаров. Третьим лицом и ответчиком представлены первичные учетные документы, отражающие цепочку поставок: реализация товара поставщиком ООО «Чистогорье» покупателю ООО «Продовольственная компания»; реализация должником полученного от ответчика товара своим покупателям: в крупные федеральные и региональные торговые сети (Ашан, Метро Кэш энд Керри, Мегамарт, Верный, Кировский, Елисей, Яблоко и др.), региональным дистрибьюторам в г. Екатеринбурге и Свердловской области, городах Перми, Тюмени, Ижевске, Сургуте, Кургане. Ответчик представил в материалы дела документы, подтверждающие факт реального осуществления производственной деятельности по розливу напитков, включая декларации и сертификаты соответствия; свидетельства на товарные знаки, которые используются при маркировке производимой продукции; акты проверок ответчика органами Роспотребнадзора; договор аренды помещений, используемых в производственных целях, в том числе для размещения оборудования, склада материалов и сырья и склада готовой продукции и т.п. Также третьим лицом и ответчиком были представлены документы, подтверждающие отражение хозяйственных операций по поставке ответчиком должнику товара в бухгалтерском и налоговом учете, включая книги покупок и продаж; третьим лицом и ответчиком была раскрыта схема перемещения товара от ответчика к должнику. Перемещение товара осуществлялось без привлечения транспортных компаний, с использованием погрузчиков ответчика и должника. Это обусловлено близким расположением (соседством) складов ответчика и должника и нецелесообразностью несения расходов на сторонний транспорт, такое перемещение оформлялось уведомлениями о поставке. Следует также учесть, что далеко не весь товар, поставленный ответчиком должнику, перемещался на склад должника, часть товара отгружалась покупателям должника напрямую со склада ответчика; такой способ позволял существенно оптимизировать транспортные издержки должника. Оспариваемые платежи осуществлялись ритмично, со ссылкой на заключенный между ответчиком и должником договор. Об этом свидетельствуют календарная последовательность и суммы соотносимых поставок товаров ответчиком в адрес должника и платежей должника в пользу ответчика. Ответчик поставлял товар, должник его оплачивал, после этого вновь следовала поставка и оплата и т.д. В спорный период (с 21.11.2019 по 07.09.2020) должник продолжал исполнять свои обязательства перед покупателями, к числу которых относятся как крупные торговые сети, так и организации с государственным участием, которым товар поставлялся по договорам, заключенным на организованных торгах. В ассортиментный перечень поставляемых должником своим покупателям товаров входили газированные и негазированные товары (они были указаны в спецификациях, являющихся приложением к заключенным с ними контрактам). Эта спецификация составлялась с учетом номенклатуры производимой ответчиком товаров. В целях обеспечения исполнения обязательств из названных договоров должник был вынужден приобретать товар у производителя такой продукции. В противном случае (в случае прекращения приобретения товаров или приостановки оплат в пользу поставщиков) должник не смог бы продолжать поставлять продукцию своим покупателям и генерировать выручку, за счет которой осуществлялись расчеты с покупателями, работниками должника и бюджетом. Поведение ответчика является добросовестным, поскольку получаемые им от ответчика платежи погашали задолженность за поставленный должнику товар, при этом, ответчик надлежащим образом исполнял свои обязанности по поставке должнику товара. За счет получаемых от должника средств ответчик приобретал материалы и сырье для производства напитков, оплачивал зарплату сотрудникам и т.д. Приостановка оплат или частичная оплата поставок со стороны должника привела бы к невозможности исполнять обязательства перед должником, поскольку ответчик не имеет иных источников финансирования, кроме выручки от реализации производимой продукции. Наличие злоупотреблений со стороны ответчика и должника при осуществлении данных платежей конкурсным управляющим не доказано, как и цель причинения вреда иным кредиторам должника за счет преимущественного удовлетворения требований ответчика. Наличие факта аффилированности сторон сделки их вхождение в одну группу компаний недостаточно для признания оспариваемых платежей недействительными. Сама по себе информированность контрагента о банкротстве должника не может рассматриваться в качестве достаточного обоснования того, что контрагент должника знал или должен был знать о признаках предпочтительного получения исполнения по текущим обязательствам. Платежи должника с указанием в назначении платежа «оплата по договору № 01/10 от 01.10.2019» на общую сумму 6 275 393,87 рубля осуществлялись и учитывались должником и ответчиком в качестве оплаты за товар, поставленный ответчиком должнику по договору поставки №220916 от 22.09.2016. Неверное указание назначения платежа обусловлено технической ошибкой казначея, который в силу невнимательности скопировал данное назначение платежа с платежного документа другой обслуживаемой им компании – ООО «Альянс-Ритейл-Екб», руководителем которого также является ФИО8 Впоследствии при формировании платежных документов для совершения очередных платежей в качестве образца бралось платежное поручение с указанием ошибочного назначения платежа. Платеж от 27.11.2019 с указанием назначения «погашение задолженности по договору транспортно-экспедиционного обслуживания от 07.10.2016 г.» в сумме 5 250,00 рублей совершен в счет оплаты услуг по перевозке товара должника в составе сборного груза, организацию перевозки которого осуществлял ответчик. Балансовая стоимость активов должника согласно анализа финансового состояния по состоянию на 01.01.2020 составляла 1 090 383 000,00 рублей; с учетом масштаба должника такой платеж является несущественным и не мог причинить убытков кредиторам должника.

От кредитора ООО «РНГО» поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит апелляционную жалобу удовлетворить. Ссылается на то, что согласно банковской выписке часть оспариваемых платежей на сумму 6 275 043,87 рубля совершена с назначением платежа «оплата по договору 01/10 от 01.10.2019», в то же время указанный договор в материалы дела представлен не был. Ни ответчиком, ни бывшим директором в ходе рассмотрения спора в суде первой инстанции длительное время не были даны пояснения относительно указанных платежей. Суммы, уплаченные с таким назначением платежа вкупе с платежами, совершенными должником со ссылкой на договор поставки №220916 от 22.09.2016, в общей сумме 203 075 985,83 рублей, превышают стоимость поставленной ответчиком должнику продукции. Согласно представленных ООО «Чистогорье» книг продаж, произведена отгрузка товара за период с 01.01.2017 по 24.09.2020 на сумму 201 948 242,00 рублей по договору поставки №22092016 от 22.09.2016. Из вышеизложенного следует, что имеет место значительное превышение суммы произведенных платежей над стоимостью поставленного товара на всю сумму перечисленных денежных средств. Ответчиком не представлены доказательства того, что суммы, уплаченные с таким назначением платежа вкупе с платежами, совершенными должником со ссылкой на договор поставки №220916 от 22.09.2016, соответствуют стоимости поставленной ответчиком должнику продукции, имеется встречное предоставление, необходимо исходить из того, что имеет место факт причинения вреда кредиторам в результате таких платежей. Платежи с назначением «оплата по договору 01/10 от 01.10.2019» производились только с 19.02.2020, то есть после опубликования уведомлений о намерении обратиться с заявлением о признании должника банкротом, за месяц до возбуждения производства по делу, и продолжались уже после возбуждения производства по делу. ООО «Продовольственная компания» и ООО «Чистогорье» являются заинтересованными лицами по признаку вхождения в одну группу лиц – группа компаний «Бест», следовательно, заинтересованному лицу на момент совершений спорных перечислений было известно о наличии задолженности перед АО «Тройка-Д Банк» и ООО «РНГО», чьи требования включены в реестр требований кредиторов должника. Денежные средства, перечисленные в адрес ООО «Чистогорье» в размере 6 275 043,87 рубля с указанием в назначении платежа «оплата по договору 01/10 от 01.10.2019», перечислены в отсутствие доказательств реальности правоотношений сторон; перечисление денежных средств совершено в пользу аффилированного лица, в связи с чем, данные действия совершены в ущерб кредиторам, то есть имеются основания для признания сделок недействительными на основании пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Отсутствуют основания для признания спорных платежей осуществленными в рамках обычной хозяйственной деятельности.  

В судебном заседании в режиме веб-конференции представитель конкурсного управляющего должника ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержала, просила определение в обжалуемой части отменить, заявленные требования удовлетворить. В остальной части судебный акт не обжалуется. 

Представитель кредитора ООО «РНГО» доводы апелляционной жалобы поддержала, просила определение в обжалуемой части отменить, заявленные конкурсным управляющим требования удовлетворить. Не возражает против проверки судебного акта только в обжалуемой части. 

Представитель заинтересованного лица с правами ответчика ООО «Чистогорье» с доводами апелляционной жалобы не согласился по основаниям, изложенным в отзыве, просил определение в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Дополнительно указав, что иных правоотношений с должником, помимо договора поставки, не было. все платежи были совершены должником за поставленную продукцию в условиях обычной хозяйственной деятельности. Ошибочное указание назначения платежа не свидетельствует об отсутствии встречного предоставления. 

Представитель единственного участника должника ФИО5 с доводами апелляционной жалобы не согласился по основаниям, изложенным в отзыве, просил определение в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Третье лицо ФИО8 с доводами апелляционной жалобы не согласился по основаниям, изложенным в отзыве, просил определение в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием к рассмотрению дела в их отсутствие.

Возражений относительно проверки законности и обоснованности судебного акта в обжалуемой части не заявлено.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в пределах доводов апелляционной жалобы в обжалуемой части в порядке, предусмотренном статьей  266 и частью 5 статьи 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом, должником в пользу ООО «Чистогорье» в период с 21.03.2017 по 07.09.2020 осуществлено перечисление денежных средств в общей сумме 211 208 018,46 рубля, в том числе:

1) с расчетного счета в АО «Тинькофф Банк» в пользу ответчика были перечислены денежные средства в размере 60 415 764,42 рубля со ссылкой в назначении платежей на оплату по договору поставки №220916 от 22.09.2016 за безалкогольные газированные напитки, за минеральную воду «Обуховская», за питьевую воду;

2) с расчетного счета в Филиале БЦ «Урал» ПАО Зенит в пользу ответчика были перечислены денежные средства в размере 80 587 222,30 рубля со ссылкой в назначении платежей на возврат денежных средств и уплату процентов о договору процентного займа б/н от 08.11.2016, оплату по договору поставки №220916 от 22.09.2016 за безалкогольные газированные напитки, минеральные напитки;

3) с расчетного счета в филиале «Екатеринбургский» АО «Альфа-Банк» в пользу ответчика были перечислены денежные средства в размере 23 939 190,64 рубля с указанием в назначении платежей на оплату по договору 01/10 от 01.10.2019, оплата по договору поставки 220916 от 22.09.2016 за безалкогольные газированные напитки, за минеральную воду «Обуховская», за питьевую воду, предоставление денежных средств по договору процентного займа б/н от 01.07.2019, погашение задолженности по договору транспортно-экспедиционного обслуживания от 07.10.2016;

4) с расчетного счета в КБ «Кольцо Урала» в пользу ответчика были перечислены денежные средства в размере 46 190 500,83 рубля с указанием в назначении платежей на оплату по договору 01/10 от 01.10.2019, оплату по договору поставки №220916 от 22.09.2016 за безалкогольные газированные напитки и возврат излишне перечисленных денежных средств.

Ссылаясь на то, что оспариваемые сделки совершены в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, на момент совершения сделок у должника имелись признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества, сделки совершены в отношении заинтересованного к должнику лица, с целью причинения вреда интересам кредиторов, сделки совершены безвозмездно, в отсутствие каких-либо правовых оснований, в результате совершения сделок причинен вред имущественным правам кредиторов, ООО «Чистогорье» было известно о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, оспариваемые сделки совершены со злоупотреблением правом, при отсутствии намерения создать реальные правовые последствия, являются притворными сделками, перечисление денежных средств совершено с предпочтением, и.о. конкурсного управляющего должника ФИО9 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании вышеуказанных сделок по перечислению денежных средств в пользу ООО «Чистогорье» недействительными применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьи 61.3 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 ГК РФ, применении последствий их недействительности.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности наличия совокупности всех условий для признания оспариваемых сделок недействительными по указанным конкурсным управляющим основаниям.

Судебный акт обжалуется только в части признания недействительными платежей в сумме 7 886 391,13 рубля, совершенных в пользу ООО «Чистогорье» в период с 21.11.2019 по 07.09.2020, в связи с чем, судебный акт в остальной части судом апелляционной инстанции не проверяется. 

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, представленные в материалы дела доказательства по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ, заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения судом норм процессуального права, не находит оснований для отмены (изменения) судебного акта в обжалуемой части в силу следующих обстоятельств. 

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

На основании пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63) разъяснено, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); действия по исполнению судебного акта, в том числе определения об утверждении мирового соглашения; перечисление взыскателю в исполнительном производстве денежных средств, вырученных от реализации имущества должника.

В соответствии абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую сторону для должника отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Как разъяснено в пунктах 8, 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 постановления Пленума ВАС РФ №63).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления Пленума ВАС РФ №63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N63, в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно части 2 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами (часть 4 статьи 71 АПК РФ).

Заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству определением арбитражного суда от 20.03.2020, оспариваемые платежи совершены в период с 21.11.2019 по 07.09.2020, то есть в пределах трехлетнего периода подозрительности, определенного пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Предъявляя требования об оспаривании платежей, и.о. конкурсного управляющего ссылался на наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент их совершения.

В частности, конкурсный управляющий указал на следующие обстоятельства.

19.12.2018 Арбитражным судом города Москвы вынесено решение по делу №А40-192234/18-172-1527, которым с должника в пользу АО «Тройка-Д Банк» взыскано 8 800 000,00 рублей основного долга, 1 710 575,35 рубля процентов, 10 878 059,18 рубля неустойки на основной долг, 639 768,20 рубля неустойки на проценты, 133 142,00 рубля в возмещение государственной пошлины, а также продолжено начисление процентов на сумму основного долга 8 800 000,00 рублей по ставке 12% годовых, начиная с 13.12.2018 по дату фактического исполнения денежного обязательства, и начисление неустойки на сумму основного долга 8 800 000,00 рублей по ставке 0,2% годовых, начиная с 13.12.2018 по дату фактического исполнения денежного обязательства. 

Решение Арбитражного суда города Москвы от 19.12.2018 по делу №А40-192234/18-172-1527 должником не исполнялось, что явилось основанием для обращения АО «Тройка-Д Банк» с заявлением о включении требования в реестр требований кредиторов должника (судебное заседание назначено на 25.01.2021). 

Согласно представленному в материалы дела расчету задолженности по кредитному договору 

<

***> от 30.12.2014 должником с 01.05.2017 не исполнялись обязательства перед АО «Тройка-Д Банк» (не производилось погашение задолженности и уплата процентов). 

Следовательно, предполагается, что с 01.05.2017 должник отвечал признаку неплатежеспособности. 

Так же в период платежей в пользу ответчика должником не исполнялись обязательства перед иными кредиторами, в том числе являющимся заявителем по делу о банкротстве ООО «РНГО», погашение требований которого не осуществлялось с 28.03.2019. 

Таким образом, 01.05.2017 должник прекратил исполнять обязательства перед АО «Тройка-Д Банк» по кредитному договору 

<

***> от 30.12.2014, а 28.03.2019 прекратил исполнять обязательства перед ООО «РНГО», а значит отвечал признакам неплатежеспособности. 

При этом, из проведенного временным управляющим анализа финансового состояния должника (копия прилагается) следует, что ООО «Продовольственная компания» уже с 2017 года имело более трети просроченной задолженности и не могла обеспечивать исполнение своих обязательств с наступившим сроком их исполнения. 

Так, с 01.01.2017 следующие показатели организации были ниже нормативных показателей, необходимых для ведения производственной деятельности: 

1) значение коэффициента абсолютной ликвидности, характеризующего платежные возможности организации в наиболее короткие сроки, составляло 0,19 при норме не менее 0,2 (на 01.01.2020 значение данного показателя было равно нулю, что свидетельствуют о тенденции к увеличению признаков неплатежеспособности организации); 

2) значение показателя обеспеченности обязательств должника его активами составляло 0,65 при норме не менее 1 (значение данного показателя менее 1 свидетельствует о том, что даже при полной распродаже всех объектов имущества по балансовой стоимости не удастся покрыть все обязательства должника); 

3) значение показателя степени платежеспособности по текущим обязательствам, характеризующего способность организации рассчитаться по своим долгам, в сроки, установленные 4 законодательством о банкротстве, составляло 6,60 при норме не более 3, а на конец анализируемого периода составило 55,47, что свидетельствует о невозможности должника по состоянию на 01.01.2017 рассчитаться по своим долгам, в сроки, установленные законодательством о банкротстве (о признаках неплатежеспособности), а так же о тенденции к увеличению признаков неплатежеспособности организации; 

4) значение коэффициента автономии (финансовой независимости), отражающего степень финансовой независимости деятельности организации, составляло 0,01 при нормальном значении более 0,5, что свидетельствует о недостаточности в ООО «Продовольственная компания» по состоянию на 01.01.2017 собственных источников финансирования хозяйственной деятельности и зависимости предприятия от сторонних кредиторов; 

5) значение коэффициента обеспеченности собственными оборотными средствами, определяющего степень обеспеченности организации собственными оборотными средствами, необходимыми для ее финансовой устойчивости, составляло 0,01 при норме более 0,1; 

6) значение показателя доли просроченной кредиторской задолженности в пассивах, характеризующего наличие просроченной кредиторской задолженности и ее удельный вес в совокупных пассивах организации, составляло 37,40% при норме не более 20% и на конец исследуемого периода составило 46,28%, что свидетельствует о прекращении исполнения должником с 01.01.2017 г. значительной части (более трети) имеющихся обязательств (о признаках неплатежеспособности) и о тенденции к увеличению признаков неплатежеспособности организации; 

7) значение показателя отношения дебиторской задолженности к совокупным активам при норме менее 0,4 составляло 0,56, что свидетельствует о не эффективной работе с дебиторами и высоких рисках невозврата долгов (фактически, как полагает исполняющий обязанности конкурсного управляющего, дебиторская задолженность компании состояла из долгов организаций входящих в группу компаний «БЕСТ», образовавшихся в результате транзитного обращения денежных средств внутри группы компаний); 

8) значение показателя нормы чистой прибыли при его нормальном значении более 0,2% составляло 0,04%, что позволяет сделать вывод о том, что уровень доходности хозяйственной деятельности предприятия по состоянию на 01.01.2017 был неудовлетворительным (убыточным). 

Таким образом, большинство показателей финансового состояния организации уже по состоянию на 01.01.2017 свидетельствовали о наличии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве, под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В рассматриваемом случае приведенные конкурсным управляющим сведения о прекращении исполнения должником обязательств перед кредиторами сами по себе не свидетельствуют о том, что у должника на момент совершения спорных платежей, совершенных в период имелись признаки неплатежеспособности.

В судебно-арбитражной практике выработан устойчивый подход относительно того, что наличие задолженности перед отдельным кредитором не свидетельствует и не может свидетельствовать о неплатежеспособности должника. 

Материалами дела о банкротстве должника при рассмотрении иных обособленных споров по заявлениям об оспаривании сделок должника подтверждено, что балансовая стоимость активов ООО «Продовольственная компания» по состоянию на 31.12.2018 равнялась 1 172 254 000,00 рублей, при этом совокупный размер обязательств должника на данный официальный отчетный период составлял 1 162 669 000,00 рублей.

В свою очередь, вся имеющаяся задолженность должника являлась текущей и в спорный период времени обеспечивалась постоянным обслуживанием.

Привлечение бизнесом кредитных (заемных) средств является стандартной практикой и не может свидетельствовать о том, что кредитование бизнеса свидетельствует о неплатежеспособности хозяйствующего субъекта. О неблагополучном финансовом положении может свидетельствовать только неспособность юридического лица обслуживать свои текущие обязательства.

Между тем, убедительных доказательств, свидетельствующих о том, что в период совершения оспариваемых сделок ООО «Продовольственная компания» не могло исполнять свои текущие обязательства, в материалах настоящего обособленного спора не имеется (статья 65 АПК РФ).

Наличие у должника на момент совершения спорных перечислений признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, недостаточности денежных средств для расчетов с кредиторами, конкурсным управляющим не доказано.

Таким образом, вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, материалами дела не подтверждено наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения спорных перечислений.

При этом, наличие признаков неплатежеспособности не является безусловным основанием для признания ее недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Для признания сделок недействительными по заявленным основаниям требуется доказать причинение вреда кредиторам должника оспариваемой сделкой, а также установить совокупность условий, для квалификации сделки в качестве недействительной, причинившей вред имущественным правам кредиторов должника и осведомленности стороны сделки о цели совершения указанной сделки.

В пункте 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 разъяснено, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом  (пункт 12 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63).

В соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаётся лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года №135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В силу статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Согласно пункту 1 статьи 45 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» сделки (в том числе заем, кредит, залог, поручительство), в совершении которых имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа общества, в том числе управляющей организации или управляющего, члена коллегиального исполнительного органа общества или акционера общества, имеющего совместно с его аффилированными лицами 20 и более процентов голосов от числа всех участников общества, а также лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания, совершаются обществом в соответствии с положениями настоящей главы.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и не полнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) их аффилированные лица: являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; владеют (каждый в отдельности или в совокупности) 20 и более процентами акций (долей, паев) юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица; в иных случаях, определенных уставом общества.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Как пояснилпредставитель ООО «Чистогорье», приобретение долей участия в ООО «Чистогорье» в 2017 году и ООО «Завод безалкогольных напитков «Бест-Ботлинг» в 2019 году было связано с расширением бизнеса группы компания «Ниагара» (г. Челябинск). До указанного момента ФИО10 не являлась участником или руководителем какого-либо общества-участника ГК «Бест».

Судом установлено, что участником ООО «Чистогорье» с 03.10.2017 является ФИО10, так же являющаяся с 13.06.2019 единственным участником ООО «Завод Безалкогольных Напитков Бест Ботлинг» (ИНН 

<

***>) – общества, участниками которого являлись ФИО11 (сын ФИО12) с 18.01.2016 по13.06.2019, ФИО13 – с 07.10.2009 по 07.11.2013. 

Адрес регистрации ООО «Чистогорье» (624000, Свердловская область, Сысертский район, 25 километр Челябинский тракт) совпадает с адресом иных организаций, входящих в группу компаний «Бест» (подтверждающие сведения сервиса Контур.Фокус прилагаются), в том числе: ООО «ЕК-Логистик» (ИНН:6685059853), ООО «Аквабаланс» (ИНН: 

<

***>), ООО «Бест Ботлинг» (ИНН: 

<

***>). 

Помимо этого, деятельностью ООО «Чистогорье», как и иных входящих в группу компаний организаций, является производство напитков, чем обеспечивается деятельность всей группы компаний (производство и реализация продуктов и напитков). 

Как следует из постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2022 по делу №А60-10035/2020, ФИО10 является единственным участником ООО «Фреш-Маркет» (доля 100%) (ИНН 

<

***>), являющегося управляющей компанией ООО «УралПродукт» (ИНН 

<

***>), участником которого с долей 96% является единственный участник ООО «Продовольственная компания» ФИО5. 

Кроме того, ФИО10 является генеральным директором ООО «Доктор Ливси», аффилированность которого по отношению к должнику установлена в судебном порядке. 

Так, в определении Арбитражного суда Свердловской области по делу №А60-10035/2020 от 17.12.2020 указано на факт вхождения ООО «Продовольственная компания» и ООО «Доктор Ливси» в одну группу компаний. 

В рамках дела №А60-741/2015 (определение Арбитражного суда Свердловской области от 26.02.2019) установлено, что общество «Бест Ботлинг», общество «Прометей» и общество «Чистогорье» образуют единую группу лиц, являются заинтересованными лицами. 

При этом, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что даже если новые бенефициары ООО «Чистогорье», связь с которыми ответчиком документально не доказана, с 2017 года на момент приобретения долей в обществе не являлись аффилированными к должнику лицами, то на момент совершения оспариваемых платежей, ООО «Чистогорье» является членом группы компаний БЕСТ.

Однако, следует отметить, что наличие признаков аффилированности между сторонами сделки само по себе также не свидетельствует о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также об отсутствии реального экономического интереса в совершении сделки.

Как следует из материалов дела, в качестве назначения платежей при осуществлении оспариваемых перечислений денежных средств в сумме                      7 886 391,13 рубля, совершенных в период с 21.11.2019 по 07.09.2020, было указано на оплату по договору поставки №220916 от 22.09.2016 за безалкогольные газированные напитки на общую сумму 1 605 747,26 рубля, оплату по договору №01/10 от 01.10.2019 на общую сумму 6 275 393,87 рубля, погашение задолженности по договору транспортно-экспедиционного обслуживания от 07.10.2016 в сумме 5 250,00 рублей.

В материалы дела представлен договор поставки №220916 от 22.09.2016, заключенный между ООО «Продовольственная компания» (покупатель) и ООО «Чистогорье» (поставщик), по условиям которого поставщик обязался поставлять должнику (покупателю) безалкогольные напитки и минеральные воды собственного производства (пункт 1.1 договора).

Согласно пояснениям представителя ООО «Чистогорье», последний является производителем безалкогольных напитков, обладает соответствующими средствами производства, персоналом, сертификатами на производимую продукцию. Должник, являясь приобретателем продукции ответчика, поставлял ее в многочисленные торговые сети.

Как пояснил бывший руководитель должника ФИО8, должник являлся торговым домом (эксклюзивным дистрибьютором) ООО «Чистогорье», осуществлял реализацию произведенной ООО «Чистогорье» продукции (напитков). В объеме товарооборота должника в стоимостном выражении выручка от реализации продукции ООО «Чистогорье» составляла порядка 50% (вариативность объемов продаж обусловливалась сезонными колебаниями спроса). Кроме того, такая продукция являлась локомотивом для продвижения иных реализуемых должником товаров. 

Поставка продукции ООО «Чистогорье» в адрес должника подтверждается представляемыми передаточными документами и сведениями из книги продаж, представленными а материалы дела (тома дела 2-10).

В подтверждение наличия правоотношений сторон в материалы дела представлены  документы, подтверждающие факт реального осуществления производственной деятельности по розливу напитков, включая декларации и сертификаты соответствия; свидетельства на товарные знаки, которые используются при маркировке производимой продукции; акты проверок ответчика органами Роспотребнадзора; договор аренды помещений, используемых в производственных целях, в том числе для размещения оборудования, склада материалов и сырья и склада готовой продукции и т.п. 

Кроме того, бывшим руководителем должника ФИО8 и ООО «Чистогорье» в материалы дела представлены документы, подтверждающие основания перечисления, а именно: первичные учетные документы, отражающие цепочку поставок: реализацию товара поставщиком ООО «Чистогорье» покупателю ООО «Продовольственная компания», реализацию должником полученного от ответчика товара своим покупателям. 

К числу таких покупателей относятся, в том числе, крупные федеральные и региональные торговые сети: Ашан (должник поставлял товар в магазины по всей России), Метро Кэш энд Керри, Мегамарт, Верный, Кировский, Елисей, Яблоко и др. Должник поставлял товар, полученный от ответчика, также и региональным дистрибьюторам в г. Екатеринбурге и Свердловской области (города Нижний Тагил, Каменск-Уральский, Асбест), Республике Башкортостан (города Уфа и Стерлитамак), городах Перми, Тюмени, Ижевске, Сургуте, Кургане. 

В свою очередь, региональные дистрибьюторы реализовывали данную продукцию своим покупателем и местным торговым сетям. 

Такая разветвленная сбытовая сеть, организованная должником, обеспечивала значительные объемы реализации продукции, производимой ООО «Чистогорье», и загрузку производственных мощностей указанного лица. 

Как пояснил бывший руководитель должника ФИО8, коммерческое сотрудничество между ответчиком и должником было выстроено по схеме «завод» - «торговое предприятие», в этом союзе задачей должника было обеспечить сбыт производимой ООО «Чистогорье» продукции, отслеживать потребности рынка в такой продукции и с их учетом (в количественном и ассортиментом отношении) формировать заявки и планы по производству той или иной продукции. Задачей ответчика было обеспечить бесперебойный производственный процесс и выпуск продукции в соответствии с заявками должника. Перемещение товара осуществлялось без привлечения транспортных компаний, с использованием погрузчиков ответчика и должника. Это обусловлено близким расположением (соседством) складов ответчика и должника и нецелесообразностью несения расходов на сторонний транспорт, такое перемещение оформлялось уведомлениями о поставке. Следует также учесть, что далеко не весь товар, поставленный ответчиком должнику, перемещался на склад должника, часть товара отгружалась покупателям должника напрямую со склада ответчика; такой способ позволял существенно оптимизировать транспортные издержки должника. Оспариваемые платежи осуществлялись ритмично, со ссылкой на заключенный между ответчиком и должником договор. Об этом свидетельствуют календарная последовательность и суммы соотносимых поставок товаров ответчиком в адрес должника и платежей должника в пользу ответчика. Ответчик поставлял товар, должник его оплачивал, после этого вновь следовала поставка и оплата и т.д. 

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно указал, что третьим лицом ФИО8 и ООО «Чистогорье» была раскрыта схема перемещения товара от ответчика к должнику.

Соответственно, в материалы дела представлены доказательства представления встречного исполнения по оспариваемым сделкам. 

О фальсификации вышеуказанных доказательств, в том числе договора поставки №22092016 от 22.09.2016, в порядке, установленном действующим законодательством, арбитражным управляющим не заявлено. 

В отношении платежей на сумму 6 275 393,87 рубля с указанием в назначении «оплата по договору №01/10 от 01.10.2019» третье лицо ФИО8 пояснил, что данные платежи осуществлялись и учитывались должником и ООО «Чистогорье» в качестве оплаты за товар, поставляемый ООО «Чистогорье» должнику по договору поставки №22092016 от 22.09.2016. Неверное указание назначения платежа обусловлено технической ошибкой казначея, который в силу невнимательности скопировал данное назначение платежа с платежного документа другой обслуживаемой им компании – ООО «Альянс-Ритейл-Екб», руководителем которого также является ФИО8 Впоследствии при формировании платежных документов для совершения очередных платежей в качестве образца бралось платежное поручение с указанием ошибочного назначения платежа. Ответственные за контроль над платежами лица как должника, так и ответчика в целях осуществлениях своих трудовых обязанностей используют бухгалтерские программы, в которые выгружаются сведения о расходных и приходных платежах из банковских программ. В таких бухгалтерских программах отражается лишь плательщик, получатель и денежная сумма, без указания назначения платежа. Поступившая сумма учитывается бухгалтером в соответствии с имеющимися у плательщика и получателя обязательствами.

Таким образом, основаниями оспариваемых платежей в общем размере               7 886 391,13 рубя, совершенных в период с 21.11.2019 по 07.09.2020 в пользу ООО «Чистогорье», являлись конкретные правоотношения сторон, что в силу положений гражданского законодательства предполагает их возмездный характер.

Доказательства того, что спорные платежи не основаны на таких правоотношениях, а денежные средства были перечислены ошибочно, не представлены.

С учетом указанного, доводы конкурсного управляющего должника о безвозмездности оспариваемых сделок являются необоснованными, опровергнуты надлежащими письменными доказательствами. 

Вопреки доводам апеллянта, судом первой инстанции на основе оценки имеющихся доказательств по делу установлено, что оспариваемые платежи были осуществлены в рамках хозяйственных правоотношений – договора поставки №22092016 от 22.09.2016. 

Оснований полагать данный вывод ошибочным у суда апелляционной инстанции в настоящее время не имеется.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что причинение вреда имущественным правам кредиторов должника в результате совершения оспариваемых сделок не установлено. 

Поскольку совокупность необходимых обстоятельств для признания оспариваемых платежей в общей сумме 7 886 391,13 рубя, совершенных в период с 21.11.2019 по 07.09.2020 в пользу ООО «Чистогорье», недействительными не доказана, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим должника требований о признании данных сделок недействительными применительно к положениям пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Кроме того, и.о. конкурсного управляющего должника указывал на то, что вышеуказанные платежи являются недействительными по общегражданским основаниям, предусмотренным статьями 10, 168, 170 ГК РФ.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 4 постановления ВАС РФ от 23.12.2010 №63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что  сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. 

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 №127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

При этом следует учитывать, что стороны такой сделки могут придать ей требуемую законом форму и произвести для вида соответствующие действия (формальное исполнение), что само по себе не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении вопроса о квалификации той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение реально совершить и исполнить соответствующую сделку.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника либо для создания искусственных оснований для получения и удержания денежных средств или имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В рассматриваемом случае, учитывая, что основаниями для осуществления спорных перечислений являлись конкретные правоотношения сторон в рамках договора поставки, оснований полагать, что оспариваемые сделки были совершены для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, волеизъявление сторон сделок не соответствовало их внутренней воле, являлись мнимыми, не имеется.

Доказательства, свидетельствующие о том, что при осуществлении оспариваемых сделок стороны действовали исключительно с намерением причинить вред другому лицу, в обход закона с противоправной целью, а также о мнимости спорных сделок, совершения их без намерения создать соответствующие правовые последствия, в материалы дела не представлены.

Суд первой инстанции правомерно не усмотрел  оснований для признания оспариваемых сделок по перечислению денежных средств со счетов должника в пользу ООО «Чистогорье» в размере 7 886 391,13 рубя, совершенных в период с 21.11.2019 по 07.09.2020, недействительными применительно и к положениям статей 10, 168, 170 ГК РФ, как совершенных со злоупотреблением правом ввиду отсутствия доказательств, свидетельствующих о том, что стороны действовали исключительно с намерением причинить вред другому лицу, в обход закона с противоправной целью, без намерения создать соответствующие правовые последствия.

При этом, и.о. конкурсного управляющего должника не доказано наличие пороков, выходящих за пределы оснований оспаривания подозрительных сделок по основаниям, установленным главой III.1 Закона о банкротстве.

При изложенных обстоятельствах, принимая во внимание недоказанность того, что взаимоотношения между сторонами носили формальный характер, причинения совершением оспариваемых сделок вреда имущественным правам кредиторов, намерения сторон причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, признаков злоупотребления правом при заключении оспариваемых сделок, мнимости правоотношений, наличия в сделках пороков, выходящих за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований для признания сделок недействительными на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ и правомерно отказал в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим должника требований.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий должника также ссылается на то, что платежи в сумме 7 886 391,13 рубя, совершенные в период с 21.11.2019 по 07.09.2020 в пользу ООО «Чистогорье», является недействительной сделкой применительно к положениям пункта 61.3 Закона о банкротстве, поскольку является сделкой, совершенной с предпочтением.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Указанная сделка может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (пункт 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 11 постановления ВАС РФ №63, если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем, наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В данном случае суду необходимо установить: заключена ли спорная сделка после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия заявления и повлекла ли она за собой предпочтительное удовлетворение требований одного кредитора перед требованиями других кредиторов должника.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 12 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63, если сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за шесть месяцев и не позднее чем за один месяц до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве она может быть признана недействительной, только если:

а) в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве;

б) или имеются иные условия, соответствующие требованиям пункта 1 статьи 61.3, и при этом оспаривающим сделку лицом доказано, что на момент совершения сделки кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

Само по себе размещение на сайте Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в картотеке арбитражных дел информации о возбуждении дела о банкротстве должника не означает, что все кредиторы должны знать об этом. Однако это обстоятельство может быть принято во внимание, если с учетом характера сделки, личности кредитора и условий оборота проверка сведений о должнике должна была осуществляться в том числе путем проверки его по указанной картотеке.

Бремя доказывания того, что сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения, лежит на оспаривающем ее лице (пункт 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пунктов 1 статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 14 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63, бремя доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки. Бремя доказывания того, что цена сделки превысила один процент стоимости активов должника, лежит на оспаривающем сделку лице.

К сделкам по принятию обязательств или обязанностей относятся, в частности, любые договоры, предусматривающие уплату должником денег, в том числе договоры купли-продажи (для покупателя), подряда (для заказчика), кредита (для заемщика), а также договоры поручительства, залога и т.п.

При определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени. К таким сделкам, в частности, с учетом всех обстоятельств дела могут быть отнесены платежи по длящимся обязательствам (возврат очередной части кредита в соответствии с графиком, уплата ежемесячной арендной платы, выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг, платежи за услуги сотовой связи и Интернет, уплата налогов и т.п.). Не могут быть, по общему правилу, отнесены к таким сделкам платеж со значительной просрочкой, предоставление отступного, а также не обоснованный разумными экономическими причинами досрочный возврат кредита.

Применительно к корпоративному законодательству Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал на то, что под обычной хозяйственной деятельностью следует понимать любые операции, которые приняты в текущей деятельности соответствующего общества либо иных хозяйствующих субъектов, занимающихся аналогичным видом деятельности, сходных по размеру активов и объему оборота, независимо от того, совершались ли такие сделки данным обществом ранее. К сделкам, совершаемым в процессе обычной хозяйственной деятельности, могут относиться сделки по приобретению обществом сырья и материалов, необходимых для осуществления производственно-хозяйственной деятельности, реализации готовой продукции, получению кредитов для оплаты текущих операций (например, на приобретение оптовых партий товаров для последующей реализации их путем розничной продажи) (абзацы третий и четвертый пункта 6 постановления от 16.05.2014 №28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью»).

 Данные разъяснения подлежат применению и при рассмотрении арбитражными судами дел о несостоятельности, если иное не предусмотрено законом или не вытекает из существа отношений.

В соответствии с данными бухгалтерской отчетности за 2019 год у ООО «Продовольственная компания» имелись активы в размере 1 090 383 000,00 рублей, следовательно, 1% составляет 10 903 830,00 рублей.

Размер оспариваемых платежей по договору поставки №22092016 от 22.09.2016, совершенных в период с 21.11.2019 по 07.09.2020 в пользу ООО «Чистогорье», не превысил 10 903 830 рублей.

Учитывая приведенные обстоятельства, принимая во внимание, что спорные платежи осуществлялись с периодичностью и в объемах, аналогичным ранее осуществляемым в адрес ответчика, суд первой инстанции обосновано квалифицировал спорные платежи как сделки, совершенные должником в процессе своей обычной хозяйственной деятельности, в связи с чем, правомерно не усмотрел оснований для признания оспариваемого перечисления денежных средств недействительной сделкой применительно к положениям статьи 61.3 Закона о банкротстве. 

Поскольку в удовлетворении требований о признании сделок недействительными отказано, суд первой инстанции обоснованно указал, что требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами также не подлежит удовлетворению.

С учетом вышеуказанного, доводы заявителя апелляционной жалобы отклоняются как необоснованные.

При этом отсутствие у конкурсного управляющего должника первичных документов, подтверждающих правоотношения сторон, не может являться достаточным основанием, свидетельствующем о безвозмездности сделки и отсутствии оснований для перечисления денежных средств.

С учетом изложенного, доводы конкурсного управляющего должника судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции норм материального и процессуального права либо о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств.

Вопреки доводам апеллянта, судом первой инстанции проанализированы все представленные в материалы дела доказательства, в т.ч. доказательства встречного предоставления и доказательства, подтверждающие наличие правоотношений по оспариваемым перечислениям денежных средств, указанным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, сделаны выводы об отсутствии вреда интересам кредиторов в результате совершения сделок, и, соответственно, оснований для удовлетворения заявленных конкурсным управляющим требований. 

Выводы, изложенные в судебном акте, обоснованы и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству, основания переоценивать выводы суда первой инстанции у судебной коллегии отсутствуют.

Судом апелляционной инстанции не установлены нарушения норм материального или процессуального права, которые в силу статьи 270 АПК РФ являются основанием для отмены или изменения определения суда первой инстанции в обжалуемой части.

С учетом изложенного, определение подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Согласно статье 59 Закона о банкротстве судебные расходы в деле о банкротстве относятся на имущество должника.

При подаче апелляционной жалобы на определение арбитражного суда подлежит уплате государственная пошлина в порядке и размере, определенном подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционных жалоб относятся на заявителя апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 АПК РФ, поскольку в удовлетворении жалобы отказано. 

Поскольку определением арбитражного апелляционного суда от 05.07.2022 конкурсному управляющему должника ФИО2 предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины по апелляционной жалобе, государственная пошлина подлежит взысканию с должника в доход федерального бюджета.  

Руководствуясь статьями 104, 110, 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 03 июня 2022 года по делу №А60-10035/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Взыскать за счет конкурсной массы должника общества с ограниченной ответственностью «Продовольственная компания» в доход федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе 3 000,00 рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Л.М. Зарифуллина 

 

Судьи

И.П. Данилова 

 

Л.В. Саликова