ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-37844/2017

г. Саратов

23 апреля 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена  «17» апреля 2019  года

Полный текст постановления изготовлен  «23» апреля 2019  года

 

Двенадцатый  арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Макарова И.А., 

судей Пузиной Е.В.,  Самохваловой А.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием средств аудиозаписи апелляционную жалобу ФИО2 

на определение Арбитражного суда Волгоградской области от 01 марта 2019 года по делу №А12-37844/2017, (судья Долгова М.Ю.)

по заявлению публичного акционерного общества «БАНК УРАЛСИБ» о признании сделки недействительной и применении последствия недействительной сделки

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (ИНН 

<

***>; место жительства: 

<

...>; данные о рождении: ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения - г. Кусары Азербайджанская ССР; СНИЛС: 

<

***>),

при участии в судебном заседании: представителя публичного акционерного общества «БАНК УРАЛСИБ»- ФИО4, действующей на основании доверенности от 18.12.2018; 

 

УСТАНОВИЛ:

16.10.2017 в Арбитражный суд Волгоградской области (далее - суд) поступило заявление ФИО3 (далее ФИО3, Должник) о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 18.10.2017 вышеуказанное заявление принято судом к рассмотрению, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 01.11.2017 ФИО3 (далее - должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена    процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО5

Определением от 11.01.2019 ФИО5 отстранен от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО3

Определением от 28.01.2019 финансовым управляющим ФИО3 утвержден ФИО6

В суд поступило уточненное в порядке ст. 49 АПК РФ заявление конкурсного кредитора ПАО «БАНК УРАЛСИБ», обладающего более 10% от реестра требований кредиторов должника, о признании недействительной сделки – брачного договора от 09.10.2017, заключенного между ФИО3 и ФИО2 и применении последствий недействительности сделки: взыскании с ФИО2 половины действительной стоимости квартиры (1 893 552,64 руб.), исходя из кадастровой стоимости квартиры указанной в брачном договоре. 

Определением суда от 01.03.2019 заявление ПАО «БАНК УРАЛСИБ» удовлетворено. 

ФИО2, с указанным судебным актом не согласилась, обратился с апелляционной жалобой и просит отменить определение Арбитражного суда Волгоградской области от 01 марта 2019 года по делу №А12-37844/2017.

Апеллянт указывает на то, что: 1) квартира является единственным жильем для ФИО2; 2) при продаже ФИО2 квартиры в пользу ФИО7 по договору  от 13.07.2018 в качестве подтверждения прав ФИО2 на отчуждение имущества предоставлялся не брачный договор, а договор о приобретении квартиры  от 10.09.2015 и нотариально заверенное согласие ФИО3 на продажу супругой совместной собственности, следовательно брачный договор никаких юридических последствий не имеет, прав третьих лиц не нарушает, недействительным быть признан не может.

Представитель ПАО «БАНК УРАЛСИБ» возражала против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, просила определение Арбитражного суда Волгоградской области от 01 марта 2019 года по делу №А12-37844/2017 оставить без изменения.

В письменном отзыве на апелляционную жалобу финансовый управляющий ФИО6 также просил оставить определение Арбитражного суда Волгоградской области от 01 марта 2019 года по делу №А12-37844/2017 без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства путем направления определения, выполненного в форме электронного документа, в соответствии со статьей 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступ.

В соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ при неявке в судебное заседание иных лиц, участвующих в деле и надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд рассматривает дело в их отсутствие.

Судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных и не явившихся в судебное заседание.

Законность и обоснованность принятого определения проверяются арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке и по основаниям, установленным статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив и исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В силу статьи 32 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, 26.06.2004 между ФИО3 и ФИО2 зарегистрирован брак.

09.10.2017 ФИО3 и ФИО2 заключили брачный договор, по условиям которого совместно нажитое в период брака имущество: квартира № 80, находящаяся по адресу: г. Волгоград, ул. им ФИО8, д. 8 «б», будет считаться единоличной собственностью ФИО2; после заключения брачного договора право совместной собственности на данное имущество прекращается; ФИО2 вправе распоряжаться данным имуществом по своему усмотрению, вправе производить его отчуждение в любое время и в любой форме без согласия ФИО3

Данная квартира была отчуждена ФИО2 по договору купли-продажи от 13.07.2018 в пользу третьего лица - ФИО9. ФИО9 квартира была приобретена с использованием кредитных средств ПАО «Сбербанк России», находиться в залоге у банка.

04.09.2018 брак между супругами ФИО3 и ФИО2 прекращен на основании совместного заявления супругов от 31.07.2018.

Полагая, что брачный договор заключен в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и при злоупотреблении правом, конкурсный кредитор ПАО «БАНК УРАЛСИБ» обратился с заявлением о признании брачного договора недействительным и применении последствий недействительной сделки.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

При наличии указанных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве условий информированность другой стороны сделки о преследуемой должником цели и намерение со стороны должника причинить вред имущественным правам кредиторов предполагаются.

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно абзацам второму-пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, независимо от того, на имя кого конкретно из супругов оно приобретено, зарегистрировано или учтено.

Статьями 40, 42 СК РФ предусмотрено, что брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения. Брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 настоящего Кодекса), установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов. 

Заявление о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом) принято арбитражным судом к производству 18.10.2017, оспариваемый брачный договор заключен 09.10.2017, то есть в период одного месяца до возбуждения дела о банкротстве – период подозрительности, определенный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом, на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные, подтвержденные  решением Тракторозаводского районного суда г. Волгограда от 25.01.2017 денежные обязательства перед кредитором КБ «Транснациональный банк» (ООО) в размере 11 010 805,25 руб.

Названные обстоятельства свидетельствует о том, что на момент заключения брачного договора ФИО3 обладал признакам неплатежеспособности и имел неисполненные денежные обязательства перед кредиторами.

На момент заключения брачного договора ФИО2 состояла в браке с ФИО3 и, соответственно, в силу статьи 19 Закона о банкротстве являлась заинтересованным лицом по отношению к должнику. Это свидетельствует о ее презюмируемой законом осведомленности о совершении спорной сделки в условиях неплатежеспособности супруга и с целью причинить вред имущественным правам добросовестных кредиторов.

При этом согласно условиям брачного договора в отношении спорной квартиры был установлен режим раздельной собственности, вследствие чего данное имущество, независимо от источников его приобретения, стало личной собственностью ФИО2, что позволило последней продать данное имущество после возбуждения дела о банкротстве должника.

Довод апелляционной жалобы об отсутствии у оспариваемого брачного договора фактических юридических последствий оценивается апелляционной коллегией критически.

Действительно, сам по себе брачный договор на регистрацию не представлялся и не являлся основанием для оформления права собственности на имущество за ФИО2

Вместе с тем, квартира изначально была оформлена на ФИО2 на основании договора купли-продажи от 10.09.2015 с ООО «Премиум Плюс», что однако не свидетельствует о правовом режиме единоличной собственности ФИО2 на нее, поскольку квартира была приобретена в период брака с ФИО3

В соответствие с правовой позицией, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 05.12.2017 № 306-КГ17-10913, указание в договоре в качестве приобретателя недвижимого имущества одного из супругов само по себе не свидетельствует о приобретении имущества в его личную собственность, и несмотря на то, что государственная регистрация перехода прав на основании договора производится на того супруга, который выступил покупателем, другой супруг также является полноправным собственником имущества, на которое распространяется режим общей совместной собственности супругов. Нормами Закона о регистрации, предусмотрена возможность государственной регистрации возникновения, перехода и прекращения права общей совместной собственности супругов на недвижимое имущество по заявлению одного из супругов, то есть при наличии на то соответствующего волеизъявления (пункт 3 статьи 24 указанного Закона). Однако обязанности зарегистрировать право собственности второго супруга или право общей совместной собственности перед совершением им сделки в отношении принадлежащего супругам имущества, законодательство на них не возлагает, предусмотрев вместе с тем при совершении одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, необходимость получения нотариально удостоверенного согласия на то другого супруга.

Аналогично, не требовалось и совершения каких-либо отдельных регистрационных действий после заключения брачного договора и изменения супругами режима совместной собственности на раздельную (Определение Конституционного суда РФ от 21.10.2008 № 703-О-О).

Кроме того, следует учитывать, что соответствующий брачный договор был представлен самим Должником при инициировании дела о банкротстве и для анализа финансового управляющего, что свидетельствует о том, что ФИО3 расценивал его как юридически обязывающий и исключающий спорную квартиру из его конкурсной массы.

Действительно, при заключении ФИО2 13.07.2018 договора купли-продажи квартиры с ФИО9 на регистрацию был представлен не брачный договор, а письменной нотариально удостоверенное согласие ФИО3 на продажу квартиры, как совместного имущества супругов.

Вместе с тем, данное обстоятельство, с учетом вышеприведенных выводов суда, не может свидетельствовать об отсутствии оснований для признания брачного договора недействительным как сделки, затрагивающей права конкурсных кредиторов. Доказательств расторжения брачного договора не имеется. Представление в регистрирующий орган письменного согласия ФИО3 на продажу квартиры, как совместного имущества супругов, а не брачного договора могло быть направлено, в том числе, на создание соответствующих препятствий к последующему обжалованию сделки по доводу об отсутствии у нее правовых последствий.

Доводу ФИО2 о том, что квартира № 80, находящаяся по адресу: г. Волгоград, ул. им ФИО8, д. 8 «б» являлась единственным жильем должника и его семьи, и на нее не могло быть обращено взыскание как на единственное жилье, судом первой инстанции дана надлежащая подробная оценка с учетом документально подтвержденного обстоятельства наличия у ФИО3 иной квартиры, в которой он зарегистрирован и проживает, и обстоятельства расторжения бывшими супругами Н-выми брака.

Со своей стороны суд апелляционной инстанции считает необходимым обратить внимание не очевидную необоснованность довода о недопустимости оспаривания сделки, как нарушающего право ФИО2 на единственное жилье, поскольку, как указано выше, по договору купли-продажи от 13.07.2018 ФИО2 распорядилась квартирой, продав ее третьему лицу - ФИО9, тем самым отказавшись от права владения и пользования квартирой. Доказательств проживания в квартире после отчуждения ФИО2 не представлено.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, суд пришел к выводу о том, что целью заключения супругами Н-выми брачного договора было именно недопущение обращения взыскания на имущество, лишение кредиторов должника права на удовлетворение требований за счет имущества должника, что является основанием для признания брачного договора недействительной сделкой в порядке пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки выводов суда.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции считает необходимым изменить обжалуемое определение в части последствий недействительности сделки.

Применяя последствия, суд исходил из: 1) установленного факта продажи ФИО2 квартиры и, как следствие, невозможности ее возврата в натуре; 2) отсутствия возражений лиц относительно соответствия рыночной стоимости квартиры ее кадастровой оценке.

При этом, суд первой инстанции взыскал с ФИО2 половину кадастровой стоимости квартиры, то есть с учетом необходимости раздела совместной собственности супругов в связи с расторжением их брака.

Вместе с тем, в соответствие с разъяснением пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан" по смыслу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве для включения в конкурсную массу общего имущества, перешедшего супругу должника по результатам изменения режима собственности внесудебным соглашением о разделе имущества, последний обязан передать все полученное им общее имущество финансовому управляющему должником. При уклонении супруга от передачи полученного финансовый управляющий вправе требовать отобрания этого имущества у супруга применительно к правилам пункта 3 статьи 308.3 ГК РФ. Соответствующее требование рассматривается в деле о банкротстве должника. В случае отчуждения супругом имущества, подлежащего передаче финансовому управляющему, он обязан передать в конкурсную массу денежные средства в сумме, эквивалентной полной стоимости данного имущества (если в реестр требований кредиторов должника включены, помимо прочего, общие долги супругов), или в сумме, превышающей то, что причиталось супругу до изменения режима собственности (если в реестр требований кредиторов включены только личные долги самого должника).

Поскольку доказательств включения в реестр требований кредиторов должника общих долгов супругов не имеется и с учетом обстоятельства отчуждения квартиры ФИО9 по договору от 13.07.2018, ФИО2 обязана передать в конкурсную массу денежные средства в сумме, превышающей то, что причиталось супругу до изменения режима собственности.

Квартира продана ФИО2 в пользу ФИО9 по договору купли-продажи от 13.07.2018 за 3 680 000 руб.

При этом, с учетом приобретения квартиры ФИО9 в условиях привлечения кредитных средств ПАО «Сбербанк России» и установления залога в пользу Банка, что по обычной практике кредитных организаций предполагает предварительную оценку стоимости имущества, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для признания цены квартиры в размере 3 680 000 руб. не соответствующей ее рыночной стоимости.

С учетом данного обстоятельства и приведенного разъяснения пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 48, суд апелляционной инстанции полагает, что в качестве применения последствий с ФИО2 в конкурсную массу Должника подлежит взысканию 1 840 000 руб., то есть половина цены продажи квартиры.

С учетом изложенного, обжалуемого определение следует изменить в части применения последствий недействительности сделки. 

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Волгоградской области от 01 марта 2019 года по делу №А12-37844/2017 изменить в части применения последствий недействительности сделки, изложив в следующей редакции: 

«Взыскать с ФИО2 в конкурсную массу ФИО3  1 840 000 рублей».

В остальной части оставить определение Арбитражного суда Волгоградской области от 01 марта 2019 года по делу №А12-37844/2017 без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в кассационном порядке в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции, принявший определение.

 

Председательствующий судья                                                              И.А. Макаров

 

 

Судьи                                                                                                    Е.В. Пузина 

 

 

                                                                                                     А.Ю. Самохвалова