ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-31266/2021

город Ростов-на-Дону

17 мая 2024 года

15АП-4945/2024

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13 мая 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 17 мая 2024 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Новик В.Л.,

судей Ковалевой Н.В., Маштаковой Е.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Боровковой Е.С.

при участии:

от истца посредством использования системы «Картотека арбитражных дел(веб-конференция)»- представитель  ФИО1 по доверенности от 09.01.2024;

от ответчика посредством использования системы «Картотека арбитражных дел (веб-конференция)» - представитель ФИО2 по доверенности от 20.10.2021,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Фирма «Здоровье» на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 22.02.2024 по делу № А32-31266/2021 

по иску общества с ограниченной ответственностью «Фирма «Здоровье»(ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>) 

к обществу с ограниченной ответственностью «Агроберес» (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>) 

об обязании прекратить использование товарного знака и взыскании компенсации,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Фирма «Здоровье» (далее – истец, ООО «Фирма «Здоровье») обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Агроберес» (далее – ответчик, ООО «Агроберес»)  об обязании ООО «Агроберес» прекратить использование товарного знака истца «Сладкий сон» в отношении товара чайный напиток, производства ООО «Агроберес», маркированный товарным знаком «Сладкий сон», а также обязать ответчика изъять из оборота и уничтожить за свой счет товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещен товарный знак истца; о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака истца «Сладкий сон» с ООО «Агроберес» в размере 5 000 000 руб.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 16.03.2023, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.08.2022, в иске отказано.

Постановлением Суда по интеллектуальным правам от 08.12.2022 решение Арбитражного суда Краснодарского края от 16.03.2022 по делу и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.08.2022 по делу№ А32-31266/2021 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края. 

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 22.02.2024 суд обязал ООО «Агроберес» прекратить использование товарного знака истца «Сладкий сон» в отношении товара чайный напиток, производства ООО «Агроберес», маркированный товарным знаком «Сладкий сон», а также обязать ответчика изъять из оборота и уничтожить за свой счет товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещен товарный знак № 277176 «Сладкий сон». СООО «Агроберес» в пользу ООО Фирма «Здоровье» взыскано 10 000 руб. компенсации за незаконное использование товарного знака № 277176 «Сладкий сон», а также 6096 руб. расходов по оплате государственной пошлины. В остальной части иска отказано. 

Не согласившись с указанным судебным актом, ООО «Фирма «Здоровье» обжаловало его в порядке, определенном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В апелляционной жалобе заявитель указал на незаконность решения, просил отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт. 

В обоснование жалобы заявитель указывает на то, что суд первой инстанции безосновательно снизил размер компенсации до нижнего предела, установленною положениями ст. 1515 ГК РФ. Нарушение нрав истца на торговый знак «Сладкий сон» носило грубый, длящийся характер, не было прекращено даже после обращении истца с иском о защите нарушенного права и взыскании компенсации. Судом нарушены нормы процессуального нрава, выразившиеся в не рассмотрении ходатайства об истребовании доказательств, заявленного истцом, рассмотрении дела без его участия в отсутствие на то ходатайства истца.

Представитель истца в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы, просил решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, отзыв не предоставил, просил решение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ООО Фирма «Здоровье» является правообладателем товарного знака «Сладкий сон» по свидетельству Российской Федерации № 277176.

Истец указывает, что ООО «Агроберес» использует указанный товарный знак путем производства, предложения к продаже, рекламы, в том числе в сети «Интернет». Так, на упаковке предлагаемого к продаже травяного сбора (чайном напитке - товаре, однородном тому, в отношении которого предоставлена правовая охрана спорному товарному знаку), ответчик размещает словесное обозначение «Сладкий сон», идентичное товарному знаку истца. 

В обоснование указанного истец ссылается на кассовый чек от 29.04.2021, распечатку с сайта primplod.com, принадлежащего обществу «Агроберес», с сайта wildberries.ru, рекламу в интернете. 

В порядке досудебного урегулирования спора ООО Фирма «Здоровье» направило в адрес ответчика претензию с требованиями о прекращении дальнейшего производства, предложения к продаже, продажи товаров, маркированных обозначением «Сладкий сон», в отношении травяных сборов, а также выплате компенсации. 

Неисполнение ответчиком данного требования послужило истцу основанием обращения в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением. 

Исследовав материалы дела повторно, проанализировав доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, проверив в порядке статей 266 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, судебная коллегия считает, что решение суда первой инстанции не подлежит отмене.

При вынесении обжалуемого решения суд первой инстанции правомерно исходил из следующего. 

Согласно статье 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) товарные знаки являются приравненными к результатам интеллектуальной деятельности средствами индивидуализации товаров, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью). 

В силу статьи 1226 ГК РФ на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. 

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). 

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. 

Как разъяснено в пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10), согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. 

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак. 

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения. 

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства. 

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. 

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется. 

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: 

- используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; 

- длительность и объем использования товарного знака правообладателем; 

- степень известности, узнаваемости товарного знака; 

- степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); 

- наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом. 

При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара. 

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга. 

В силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. 

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. 

Как разъяснено в пункте 55 Постановления № 10, при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети «Интернет». 

Допустимыми доказательствами являются в том числе сделанные и заверенные лицами, участвующими в деле, распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет-страницы, с которой сделана распечатка, а также точного времени ее получения. Такие распечатки подлежат оценке судом при рассмотрении дела наравне с прочими доказательствами (статья 71 АПК РФ). 

Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи. 

Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется. 

Информация о распространении гражданином контрафактной продукции не является информацией о его частной жизни, в том числе информацией, составляющей личную или семейную тайну. 

Отменяя судебные акты судов первой и апелляционной инстанций по настоящему делу, суд кассационной инстанции отметил, что исходя из фонетического и семантического критериев наличие на товаре ответчика и товарном знаке истца словосочетания «Сладкий сон», не может свидетельствовать о полном отсутствии сходства обозначений. 

Суд по интеллектуальным правам отметил, что в словесных элементах графический критерий играет второстепенную роль, при этом вопрос об однородности товаров должным образом не исследован, не приняты во внимание методологические подходы, изложенные в пункте 162 Постановления № 10, согласно которым однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. 

Как разъяснено в пункте 162 Постановления № 10, для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак. 

По мнению суда кассационной инстанции, выводы нижестоящих судов об отсутствии однородности товаров и, как следствие, вероятности смешения обозначений представлены не в достаточной степени мотивированными, поскольку в их основу положено сделанное с нарушением методологических подходов заключение об отсутствии сходства сравниваемых обозначения и средства индивидуализации. Суды также приняли во внимание, что ООО «Агроберес» осуществляет производство чайных напитков в соответствии с разработанными обществом ТУ 9198-0013659223-02 с 2002 года, то есть до даты регистрации товарного знака истца. Ассортимент чайных напитков включает в себя, в том числе и чайный напиток «Сладкий сон». На представленной в материалы дела фотографии упаковки чайного напитка «Сладкий сон» производителем указан ответчик (ООО «Агроберес»). 

Выполняя указания Суда по интеллектуальным правам, суд пришел к следующим выводам. 

Согласно пункту 41 Правил № 482 обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах; обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. 

В силу пункта 42 Правил № 482 словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы. 

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно: 

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение; 

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание; 

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей. 

Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях. 

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 162 Постановления № 10, специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется. 

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. 

Индивидуализирующую функцию в составе обозначения, использованного ответчиком на упаковке производимого им товара, выполняет его доминирующий словесный элемент «Сладкий сон». 

Сравниваемые словесные элементы характеризуются наличием отличий в виде используемого шрифта, в цветовом сочетании, при помощи которого они выполнены, незначительные отличия в графическом исполнении словесных элементов не приводят к принципиально иному и различному восприятию сравниваемых обозначений в целом. 

На основании изложенного, суд пришел к выводу о том, что степень сходства используемого ответчиком обозначения и товарного знака истца высокая, а все товары, на упаковке которых ответчиком было использовано спорное обозначение, однородны товарам, для индивидуализации которых зарегистрирован товарный знак ООО Фирма «Здоровье». 

Аналогичные правовые выводы изложены в Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 21.10.2022 № С01-1785/2022 по делу № А67-10738/2021. 

Довод ответчика о том, что на его товаре присутствуют, кроме самого обозначения, иные элементы, такие как фирменное наименование «Агроберес», товарные знаки «Агроберес», «Дары тайги» и «Плоды Приморья», изображение чайника и чайных чашек, а упаковка товара выполнена из другого материала, что, якобы, исключает сходство обозначения ответчика и товарного знака истца, является несостоятельным, поскольку основан на неверном толковании ответчиком действующего законодательства, где в силу пункта 3 статьи 1484 и пункта 163 Постановления № 10 необходимо оценивать смешение именно товарного знака истца и спорного обозначения ответчика, а не товарный знак истца и дизайн упаковки товара ответчика. 

Аналогичная правовая позиция представлена в постановлениях Суда по интеллектуальным правам от 14.07.2022 по делу № А66-14363/2019, от 30.11.2021 по делу № А54-4993/2020. 

Как следует из положений пункта 3 статьи 1484 ГК РФ, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. 

Однородность признается по факту, если товары (услуги) по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения. 

При установлении однородности товаров (услуг) должны приниматься во внимание такие обстоятельства, как род (вид) товаров, их потребительские свойства и функциональное назначение (объем и цель применения), вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия их реализации (в том числе место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей, традиционный или преимущественный уклад использования товаров. 

Исходя из представленного выше положения закона, действующее законодательство устанавливает запрет на использование сходного с товарным знаком обозначения в отношении однородных товаров, для индивидуализации которых данный товарный знак зарегистрирован, а не товаров, вводимых истцом в гражданский оборот. 

Следовательно, при оценке однородности, следует анализировать товар, который реализует ответчик (чайный напиток «Сладкий сон»), с товарами, для которых зарегистрирован товарный знак истца и которые указаны в соответствующем перечне в свидетельстве на товарный знак («корни лекарственные; лекарственный фиточай; мята для фармацевтических целей; настои лекарственные; отвары для фармацевтических целей; сборы чайные; травы лекарственные; чаи травяные для медицинских целей; добавки пищевые для медицинских целей»). 

Вид товаров истца и ответчика - корни лекарственные; лекарственный фиточай; мята для фармацевтических целей; настои лекарственные; отвары для фармацевтических целей; сборы чайные; травы лекарственные; чаи травяные для медицинских целей; добавки пищевые для медицинских целей / чайный напиток в виде чайного сбора «Сладкий сон». 

Назначение товаров истца и ответчика - употребление в пищу с целью профилактики здоровья. 

Вид материала, из которого изготовлены товары истца и ответчика - измельченное растительное сырье (сбор). 

Потребительские свойства товаров истца и ответчика - как правила, подобные товары следует засыпать в заварочную емкость, залить крутым кипятком, дать настояться. 

Условия сбыта товаров истца и ответчика - согласно представленному истцом нотариальному протоколу осмотра письменных доказательств от 12.10.2021 на интернет-сайте ответчика www.primplod.com в качестве потенциальных торговых площадок указаны аптеки, санатории и базы отдыха, медицинские центры, ярмарки, магазины продуктов, сувениров и здорового питания, медовые лавки. Представленные товары в перечне товарного знака могут продаваться на аналогичных торговых площадках, в связи с чем довод ответчика о продаже товаров истца и ответчика на разных торговых площадках, является необоснованным и подлежит отклонению как несоответствующий фактическим обстоятельствам дела. 

Круг потребителей товаров истца и ответчика - лица, принимающие профилактические меры по укреплению здоровья. 

Товары истца - «корни лекарственные; лекарственный фиточай; мята для фармацевтических целей; настои лекарственные; отвары для фармацевтических целей; сборы чайные; травы лекарственные; чаи травяные для медицинских целей; добавки пищевые для медицинских целей» могут взаимодополнять или взаимозаменять товар ответчика - чайный напиток «Сладкий сон». 

Таким образом, товары, в отношении которых зарегистрирован товарный знак истца, и товар, реализуемый ответчиком, являются однородными, поскольку имеют сходные характеристики и состоят из схожих компонентов, произведенных из аналогичных материалов, что позволяет им выполнять одни и те же функции. Учитывая изложенное, товары истца и ответчика по причине их природы и назначения могут быть отнесены к одному источнику происхождения (изготовителю). 

Доводы ответчика о том, что словесное обозначение «Сладкий сон» он начал использовать задолго до того, как исключительные права на товарный знак возникли у истца, в связи с чем нарушения права истца в действиях ответчика не имеется, подлежат отклонению, поскольку как указано в абзаце 2 пункта 154 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 года № 10 лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак, не может быть отказано в защите права на товарный знак (даже в случае, если в суд представляются доказательства неправомерности регистрации товарного знака) до признания предоставления правовой охраны такому товарному знаку недействительным в порядке, предусмотренном статьей 1512 ГК РФ, или прекращения правовой охраны товарного знака в порядке, установленном статьей 1514 ГК РФ. 

В подтверждение факта нарушения исключительного права истца на товарный знак общество Фирма «Здоровье» представило следующие документы: 

- кассовые чеки от 29.04.2021, от 08.07.2021; 

- распечатка упаковки чайного напитка «Сладкий сон» с информационном блоком; - скриншоты от 07.07.2021, от 08.07.2021 с интернет-сайта www.primplod.com; 

- скриншоты от 08.07.2021 с интернет-сайта www.agroberes.com; - скриншоты от 07.07.2021 с Интернет-сайта www.wildberries.ru; 

- скриншоты поисковой выдачи от 07.07.2021 по ключевым словам «сладкий сон чай агроберес» через поисковой сервис www.yandex.ru; 

- нотариальный проток осмотра письменных доказательств от 12.10.2021. 

Согласно представленному истцом в материалы дела нотариальному протоколу осмотра письменных доказательств от 12.10.2021, а также скриншоту от 08.07.2021 Интернет-сайта www.agroberes.com, на Интернет-сайтах www.primplod.com и www.agroberes.com зафиксирована информация о реквизитах производителя, которые совпадают с реквизитами ООО «Агроберес». 

Доказательств, опровергающих данные обстоятельства, ответчик в порядке ст. 65 АПК РФ не представил. 

В соответствии с пунктом 55 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). 

Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статьи 55 и 60 ГПК РФ, статьи 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети «Интернет». 

Таким образом, скриншоты веб-сайта являются надлежащими доказательствами. 

Согласно пункту 16 статьи 2 Федерального закона от 27.07.2006 № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» владельцем сайта в сети «Интернет» признается лицо, самостоятельно и по своему усмотрению определяющее порядок использования сайта в сети «Интернет», в том числе порядок размещения информации на таком сайте. 

Вывод о том, что факт наличия информации о наименовании лица, его месте нахождения и адресе, на сайте может свидетельствовать о том, что данное лицо является владельцем сайта соответствует актуальной судебной практике Суда по интеллектуальным правам (постановление от 16.08.2022 по делу№ А40-243957/2021, постановление от 25.01.2023 по делу № А45-24800/2021, постановление от 13.01.2023 по делу № А56-37387/2022, постановление от 12.01.2023 по делу № А32-9631/2021, постановление от 29.03.2023 по делу№ А71-17868/2021, постановление от 16.03.2023 по делу № А40-142873/2022, постановление от 12.07.2023 по делу № А40-226034/2022). 

Таким образом, ответчик выступает не только администратором доменного имени primplod.com, но и владельцем указанного сайта, в связи с чем является лицом, непосредственно использующим на незаконной основе товарный знак истца. 

Поскольку ответчиком не представлены доказательства наличия у него прав на использование товарного знака № 277176 «Сладкий сон», следует признать, что изготовление товаров осуществлено без согласия правообладателя и нарушает принадлежащие ему исключительные права на товарный знак. 

В соответствии со статьей 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Гражданским кодексом Российской Федерации, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права. Предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации способы защиты интеллектуальных прав могут применяться по требованию правообладателей. 

Отсутствие вины нарушителя не освобождает его от обязанности прекратить нарушение интеллектуальных прав, а также не исключает применение в отношении нарушителя мер, направленных на защиту таких прав. 

Согласно пункту 1 статьи 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном этим Кодексом, требования: 1) о признании права - к лицу, которое отрицает или иным образом не признает право, нарушая тем самым интересы правообладателя; 2) о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия; 3) о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб; 4) об изъятии материального носителя в соответствии с пунктом 4 этой статьи - к его изготовителю, импортеру, хранителю, перевозчику, продавцу, иному распространителю, недобросовестному приобретателю; 5) о публикации решения суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя - к нарушителю исключительного права. 

Требование о прекращении нарушения либо угрозы нарушения прав может признаваться обоснованным и справедливым только тогда, когда имеет место незавершенное (длящееся) нарушение прав правообладателя (например, объект незаконно размещен на сайте) либо существует реальная угроза такого нарушения (например, совершаются действия практического характера, свидетельствующие о намерении незаконно использовать такой объект). 

Такая позиция подтверждается, в том числе, разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации в пункте 57 Постановления № 10, согласно которым, в случае нарушения исключительного права правообладатель вправе осуществлять защиту нарушенного права любым из способов, перечисленных в статье 12 и пункте 1 статьи 1252 ГК РФ, в том числе путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих исключительное право, в частности о запрете конкретному исполнителю исполнять те или иные произведения. 

Поскольку надлежащих доказательств того, что ответчик в настоящее время не использует спорное обозначение, в материалы дела не представлено, суд пришел к правомерному выводу о том, что требование истца об изъятии из оборота и уничтожении за свой счет товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещен товарный знак № 277176 «Сладкий сон» подлежит удовлетворению в полном объеме.

В данной части решение суда не обжалуется.

В соответствии с частью 4 статьи 1515 ГК РФ, правообладатель вправе требовать выплаты компенсации: 

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака. 

Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. 

При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного статьей 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

В соответствии с пунктом 61 Постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 № 10 заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере. 

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения. 

Таким образом, определение окончательного размера компенсации, подлежащей выплате в пользу истца, является прерогативой суда, который при этом исходит из обстоятельств дела и представленных доказательств, оцениваемых судом по своему внутреннему убеждению. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы. 

Ответчиком заявлено ходатайство о снижении размера компенсации, мотивированное тяжелым материальным положением, а также тем, что в настоящее время ответчик прекратил использование товарного знака истца при предложении к продаже товара. 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, содержащейся в постановлении № 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях: убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; правонарушение совершено ответчиком впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции). 

Таким образом, следует учитывать, что в соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика. 

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе, обосновывая такое снижение лишь принципами разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения. 

Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 АПК РФ доказать необходимость применения судом такой меры. 

Определение размера компенсации относится к прерогативе суда, рассматривающего спор по существу, который определяет размер компенсации в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении № 40-П, с учетом характера допущенного нарушения и тяжелого материального положения ответчика и при наличии соответствующего заявления от него суд вправе снизить размер компенсации ниже установленной подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ величины. 

При этом с целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое (то есть не может быть менее стоимости права использования товарного знака). 

Судебная коллегия Суда по интеллектуальным правам неоднократно отмечала, что снижение судом размера компенсации возможно при соблюдении критериев, приведенных в постановлении № 28-П и постановлении № 40-П, при наличии мотивированного заявления ответчика, подтвержденного соответствующими доказательствами. 

Как следует из материалов дела, ответчиком было представлено мотивированное ходатайство о снижении заявленного размера компенсации. 

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П указано, что суды не могут быть лишены возможности учесть все значимые для дела обстоятельства, включая характер допущенного нарушения и тяжелое материальное положение ответчика, и при наличии соответствующего заявления от него снизить размер компенсации ниже установленной подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ. При этом - с целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности - размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое (т.е. не может составлять менее стоимости права использования товарного знака). 

Конституционный Суд Российской Федерации указал на то, что сформулированные в постановлении № 28-П правовые позиции имеют общий (универсальный) характер в том смысле, что должны учитываться не только при применении тех же самых норм Гражданского кодекса Российской Федерации, которые стали непосредственным предметом проверки Конституционного Суда Российской Федерации, и лишь в контексте идентичных обстоятельств дела, но и в аналогичных ситуациях. Соответственно, и в случае взыскания за нарушение исключительного права на один товарный знак компенсации, определенной по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 данного Кодекса, должна быть обеспечена возможность ее снижения, если размер подлежащей выплате компенсации многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер. 

Суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе. Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 АПК РФ доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости, должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами. 

Учитывая вышеизложенные разъяснения Конституционного Суда Российской Федерации, в рассматриваемом споре приводимые ответчиком доводы не являются допустимыми основаниями для рассмотрения вопроса о снижении компенсации. Принимая во внимание характер нарушения, длительность периода использованием товарных знаков, степень вины ответчика, который не мог не знать о незаконности использования товарных знаков, однако не принял своевременных надлежащих мер к устранению нарушения, компенсация подлежит взысканию в указанном истцом размере. 

Сведения о наличии зарегистрированных товарных знаков в Российской Федерации являются открытыми, помимо реестра Роспатента. Ответчик имел возможность получить информацию из реестров посредством сети «Интернет» или направления запроса в регистрирующий орган, однако не реализовала своего права. 

ООО «Агроберес», являясь специализированным субъектом права, ведущим экономическую деятельность, совершило действия, которые нельзя характеризовать исходящими из принципа надлежащего исполнения обязательств (статья 309 ГК РФ), а также принципа добросовестности (статья 10 ГК РФ). 

Ответственность за совершение данного правонарушения наступает, в частности в случае, если общество знало или должно было знать, что использует чужой товарный знак, но не проверило, осуществляет ли он такое использование на законных основаниях. Аналогичные разъяснения содержатся в пункте 15 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности». 

На основании изложенного суд не установил оснований для снижения размера компенсации ниже минимального ее размера предусмотренного законодательством РФ. 

При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения (пункт 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

Положение о присуждении судом обоснованной суммы компенсации означает, что присуждаемая судом сумма должна быть обоснована не только в случае уменьшения требуемой истцом компенсации, но и в случае присуждения заявленной правообладателем компенсации, превышающей минимальный установленный законом размер. 

Истцом в материалы дела не представлено какое-либо обоснование размера взыскиваемой суммы, превышающей минимальный размер компенсации, подтверждающее соразмерность требуемой им максимальной установленной законом суммы компенсации допущенному нарушению, не представлены доказательства, обосновывающие размер компенсации. 

В этой связи суд счел заявленный истцом размер компенсации недоказанным. 

Вместе с тем, учитывая, что судом установлен факт нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарный знак, размер компенсации подлежит определению судом с учетом всех обстоятельств дела, которые были установлены в ходе судебного разбирательства, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения. Так, при определении размера компенсации судом учтено, что истец и ответчик являются конкурентами на одном товарном рынке. 

Судом принято во внимание, что спорное правонарушение совершено ответчиком впервые, не носило грубый, сведения об иных нарушениях ответчиком исключительных прав стороны не сообщили и судом не установлены. 

С учетом изложенных обстоятельств, принимая во внимание фактические обстоятельства дела и представленные в дело доказательства, с учетом принципов разумности, справедливости, соразмерности компенсации последствиям допущенного ответчиком нарушения, его длительности, вероятных убытков правообладателя, степени известности товарного знака, суд определил 10 000 руб. компенсации, подлежащей взысканию с ответчика. В остальной части иска суд отказал. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы в части необоснованного снижения размера компенсации, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Согласно позиции Суда по интеллектуальным правам, определение размера компенсации относится к прерогативе суда, рассматривающего спор по существу, который определяет размер компенсации в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Определение судом иного размера компенсации в пределах от 10 тысяч до 5 миллионов рублей не является снижением размера компенсации ниже установленного законом минимального предела, поэтому может осуществляться по усмотрению суда и без соответствующего довода и обоснования ответчика.

Однако размер подлежащей взысканию компенсации в указанном случае должен быть судом обоснован. Схожие разъяснения содержатся в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015.

Понятие «снижение размера компенсации» применимо только в ситуации, когда компенсация взыскивается ниже минимального предела, установленного законом (10 тысяч рублей, двукратный размер стоимости контрафактных товаров, двукратная стоимость права использования объекта интеллектуальной собственности) за каждое нарушение.

Так, суд с учетом приведенных норм материального права, оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности и взаимосвязи все приведенные доводы и представленные в материалы дела доказательства, принимая во внимание обстоятельства дела, характер допущенного ответчиком нарушения, отсутствие доказательств причинения правообладателю каких-либо убытков, стоимость товара, учитывая финансовое положение ответчика, являющегося субъектом малого предпринимательства, исходя из необходимости сохранения баланса прав и интересов сторон и принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, пришел к обоснованному выводу о том, что, размер компенсации подлежит определению исходя из минимального размера 10 000 руб.

В силу правовой позиции, изложенной в пункте 62 Постановления № 10, рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом, суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом, судом не снижен размер заявленной компенсации, а определен ее размер, что соответствует сложившейся судебной практике (Постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.08.2020 № 12АП-5636/2020 по делу № А12-41095/2019, Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.08.2020 № 13АП-15754/2020 по делу № А42-1302/2020).

Довод апелляционной жалобы о нерассмотрении ходатайства истца об истребовании доказательств опровергается определением Арбитражного суда Краснодарского края от 28.03.2023, согласно которому суд удовлетворил соответствующее ходатайство, истребовал в порядке ст. 66 АПК РФ дополнительные доказательства у Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 9 по Краснодарскому краю, а также у ООО «Вайлдберриз».

Доводы о том, что судом первой инстанции рассмотрено дело в отсутствие представителя истца подлежат отклонению как необоснованные, поскольку с учетом положений части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при неявке в судебное заседание арбитражного суда истца и (или) ответчика, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие.

По вышеизложенным основаниям апелляционная жалоба истца не подлежит удовлетворению.

Доводы апелляционной жалобы, направленные на переоценку правильно установленных и оцененных судом первой инстанции обстоятельств и доказательств по делу, не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции норм материального и процессуального права.

Иное толкование заявителем положений законодательства, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

Судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 22.02.2024 по делу№А32-31266/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий                                                           В.Л. Новик

 

Судьи                                                                                             Н.В. Ковалева

 

Е.А. Маштакова