АРБИТРАЖНЫЙ СУД Самарской области

443001, г.Самара, ул. Самарская,203Б, тел. (846) 207-55-15

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

28 марта 2025 года

Дело №

А55-32073/2024

Резолютивная часть решения объявлена 18 марта 2025 года Решение в полном объеме изготовлено 28 марта 2025 года

Арбитражный суд Самарской области в составе судьи Венчаковой О.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Манаевым Р.Ш.,

рассмотрев 18 марта 2025 года в судебном заседании дело по иску

Первого заместителя прокурора Самарской области

к  Министерству транспорта и автомобильных дорог Самарской Области;

Индивидуальному предпринимателю ФИО1

о признании

третье лицо: Государственная инспекция финансового контроля Самарской области

при участии представителей:

от истца – ФИО2 удостоверение;

от ответчика ИП ФИО1 – ИП ФИО1 лично, паспорт, представитель ФИО3 по доверенности от 18.09.2024;

от ответчика Министерства транспорта и автомобильных дорог Самарской Области – ФИО4 по доверенности от 19.12.2024. 

от третьего лица –не явился, извещен.

УСТАНОВИЛ:

Первый заместитель прокурора Самарской области (далее – истец) обратился  в арбитражный суд Самарской области с иском к Министерству транспорта и автомобильных дорог Самарской Области и Индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчики)   в котором просит:

- признать недействительными договоры № 28-22/74 на разработку документации по планировке территории от 22.04.2022, № 28-22/75 на разработку проекта межевания территории от 22.04.2022, заключенные Министерством транспорта и автомобильных дорог Самарской области и индивидуальным предпринимателем ФИО1;

- применить последствия недействительности ничтожных сделок индивидуальному предпринимателю ФИО1 возвратить Министерству транспорта и автомобильных дорог Самарской области денежные средства, оплаченные по договорам № 28-22/74 на разработку документации по планировке территории от 22.04.2022, № 28-22/75 на разработку проекта межевания территории от 22.04.2022 в сумме 790 754 руб.

Судом привлечена к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, Государственная инспекция финансового контроля Самарской области.

В судебном заседании представитель истца поддержал исковые требования, настаивал на удовлетворении  иска в полном объеме, представил возражения на отзывы ответчиков.

Ответчики ИП ФИО1 и Министерства транспорта и автомобильных дорог Самарской Области возражали против удовлетворении исковых требований по основаниям, изложенным в отзыве на иск.

Третье лицо явку представителя в судебное заседание не обеспечило.

Рассмотрев материалы дела, проверив доводы, приведенные в заявлении, отзывах на него, заслушав представителей лиц в судебном заседании, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела и установлено арбитражным судом,  Прокуратурой области проведена проверка законности требований законодательства о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд на поднадзорной территории

Установлено, что между министерством транспорта и автомобильных дорог Самарской области (далее - министерство) и индивидуальным предпринимателем ФИО1 (далее - ИП ФИО1 ) на основании пункта 4 части 1 статьи 93 Федерального закона от 05 04 2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон № 44-ФЗ) с целью разработки документации по планировке и межеванию территории в целях определения границы полосы отвода автомобильной дороги общего пользования межмунициального значения в Самарской области «Богдановка - Зуевка -«Самара - Оренбург», расположенной в муниципальном районе Нефтегорский Самарской области, 22.04.2022 заключены 2 договора № 28-22/74, 28-22/75.

Заключив вышеуказанные договоры, министерство намерено ушло от проведения конкурентных процедур определения подрядчика в пользу заключения договоров на основании пункта 4 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ, что привело к нарушению принципа обеспечения конкуренции при осуществлении закупок и предоставлению неправомерных преференций определенному контрагенту.

Фактически договоры № 28-22/74 от 22.04.2022 (на сумму 296 533 руб. ), № 28-22/75 от 22.04.2022 (на сумму 494 221 руб. ) образуют единую сделку, направленную на реализацию единого мероприятия - на разработку проектной документации по планировке и межеванию территории в целях определения границы полосы отвода автомобильной дороги общего пользования межмунициального значения в Самарской области «Богдановка - Зуевка -«Самара - Оренбург», расположенной в муниципальном районе Нефтегорский Самарской области, искусственно раздробленную и оформленную 2 самостоятельными договорами для формального соблюдения ограничений, предусмотренных Законом № 44-ФЗ.

Отсутствие публичных процедур не привело к эффективному использованию бюджетных средств Самарской области, предполагающему, в том числе, что при составлении и исполнении бюджетов участники бюджетного процесса в рамках установленных им бюджетных полномочий должны исходить из необходимости достижения заданных результатов с использованием наименьшего объема средств (экономности).

В результате заключения министерством вышеуказанных договоров с единственным подрядчиком ИП ФИО1 получила доступ к выполнению работ по установленной цене без участия в какой-либо конкурентной борьбе, без подачи предложений о снижении цены контракта.

Из-за несоблюдения процедуры закупок нарушаются права третьих лиц - потенциальных участников закупки, с которыми контракт (договор) не заключен, вследствие предоставления преимущества определенному лицу -ИП ФИО1

Как указывает Прокуратура, изучение договоров показало, что они имеют признаки «искусственного дробления», поскольку заключены в пределах 1 календарного дня, с одним подрядчиком, а совокупность выполняемых работ является единой потребностью, стоимостное совокупное выражение которой составило 790 754 руб., что превышает предельный размер, установленный пунктом 4 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ.

Заключив вышеуказанные договоры, министерство намерено ушло от проведения конкурентных процедур определения подрядчика в пользу заключения договоров на основании пункта 4 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ, что привело к нарушению принципа обеспечения конкуренции при осуществлении закупок и предоставлению неправомерных преференций определенному контрагенту.

Дробление сторонами общего объема необходимых однородных услуг, определение цены каждого договора в пределах, не превышающих 600 тыс. руб., свидетельствует о намерении сторон уйти от соблюдения процедуры торгов, что направлено на ограничение конкуренции с целью недопущения других субъектов предпринимательской деятельности для участия в конкурентных процедурах.

Вместе с тем, в силу пункта 1 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующими в момент его заключения.

Из системного анализа норм Закона № 44-ФЗ следует, что осуществление закупок у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя) является исключительным случаем осуществления закупок Указанный способ должен применяться в тех случаях, когда невозможно применять иные способы осуществления закупок товаров (работ, услуг).

Таким образом, министерство, действуя в качестве заказчика, осуществляя публичные полномочия в соответствии с бюджетным законодательством Российской Федерации от имени публичного образования по совершению закупки, нарушило права неопределенного круга лиц в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Федеральным законом от 17.01.1992 № 2201-1 «О прокуратуре Российской Федерации» (далее-Закон № 2201-1) определено, что прокуратура Российской Федерации - это единая федеральная централизованная система органов, осуществляющих от имени Российской Федерации надзор за соблюдением Конституции Российской Федерации и исполнением законов, действующих на территории Российской Федерации.

Согласно статье 35 Закона № 2201-1 прокурор в соответствии с процессуальным законодательством Российской Федерации вправе обратиться в суд с заявлением или вступить в дело в любой стадии процесса, если этого требует защита прав граждан и охраняемых законом интересов общества или государства.

Соответствующее право прокурора на предъявление иска о признании недействительной сделки закреплено в части 1 статьи 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), в соответствии с которым прокурор вправе обратиться в арбитражный суд с иском о признании недействительными сделок, совершенных органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, государственными и муниципальными унитарными предприятиями, государственными учреждениями, а также юридическими лицами, в уставном капитале (фонде) которых есть доля участия Российской Федерации, доля участия субъектов Российской Федерации, доля участия муниципальных образований.

Прокурор, обратившийся в суд, пользуется процессуальными правами и несет процессуальные обязанности истца (часть 3 статьи 52 АПК РФ).

В пункте 74 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» отмечено, что применительно к статьям 166 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы.

Согласно ст. ст. 8, 9 АПК РФ, стороны пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

   Как следует из возражений ИП ФИО1, она добросовестно выполнила работы, предусмотренные спорными договорами, за соразмерную цену и сдала их Заказчику, который принял их без замечаний, результат работ находится в общественно-полезном использовании. Также отмечает, что инициатором заключения спорных договоров как Заказчик выступало Министерство транспорта и автомобильных дорог Самарской области, и именно в действиях Министерства Финансовой инспекцией был установлен факт нарушение конкурсных процедур, однако вся финансовая ответственность ложится на ИП ФИО1 Учитывая наличие договоров на момент выполнения работ, согласование работ заказчиком, отсутствие доказательств того, что от выполнения работ ИП ФИО1 получила какую-либо иную необоснованную выгоду помимо преференций при заключении договоров, взыскание с ИП ФИО1 стоимости фактически выполненных и принятых работ, без обеспечения возможности получения ИП ФИО1 возврата исполненного по сделке, породило бы извлечение преимуществ Министерством в пользу которого был бы осуществлен возврат, из своего недобросовестного поведения, что противоречит пункту 4 статьи 1 ГК РФ, и является недопустимым (предпоследний абзац п.12 Обзора по Закону № 44-ФЗ).

  Министерство ссылаясь на Определение Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2024 № 301-ЭС24-10122 по делу № А38-717/2023, пояснило что согласно смете на выполнение работ по разработке документации по планировке территории (приложение № 2 к договору № 28-22/74 от 22.04.2022) и смете на выполнение работ по разработке документации по планировке территории (приложение № 2 к договору № 28-22/75 от 22.04.2022) использовался Справочник базовых цен на проектные работы в строительстве СБЦП 81-2001-1 «Территориальное планирование и планировка территорий» с применением коэффициента на объёмы работ, коэффициента трудоёмкости и коэффициента инфляции, которые в итоге сформировали цену договоров.

  Таким образом, ценообразование по оспариваемым договорам имеет нормативное регулирование и оно осуществлялось министерством не произвольно.

           Иными словами, цены договоров изначально должны быть зафиксированы в узком диапазоне, что подпадает под смысл выводов, содержащихся в Определении.

           В связи с этим требование истца о необходимости обязательного применения исключительно конкурентных способов заключения договоров при   наличии   в   действующем   законодательстве   (часть   6   статьи   41 Градостроительного кодекса Российской Федерации) нормы о допустимости их подготовки отдельными документами совершенно не очевидно, так как это автоматически не означает достижение наилучшего результата за счёт предполагаемой экономии бюджетных средств, направляемых в оплату выполненных работ с сохранением качества работ. Следовательно, в контексте разъяснений, содержащихся в Определении: в условиях нормируемого ценообразования и субъектного состава участников рынка по подготовке документации по планировке территории министерство объективно не могло обеспечить цены ниже тех, которые содержались в заключённых договорах с ИП ФИО1 и оспариваемых истцом;

ИП ФИО1 не «приобрела атрибуты монополии» и тем самым не нарушила публичные интересы.

Судом отклонены доводы ответчиков по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка признается недействительной по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

По правилам пункта 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 18 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, государственный (муниципальный) контракт, заключенный с нарушением требований Закона о контрактной системе и влекущий, в частности, нарушение принципов открытости, прозрачности, ограничение конкуренции, необоснованное ограничение числа участников закупки, а следовательно, посягающий на публичные интересы и (или) права и законные интересы третьих лиц, является ничтожным.

Поскольку в данном случае торги не проводились, сделка, оформленная спорными договорами, является недействительной (ничтожной) как противоречащая требованиям Закона № 44-ФЗ, и не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью (статьи 167, 168ГКРФ).

В силу статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. В случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 названной статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены Гражданским кодексом Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность (абзац 2 пункта 74 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 06 2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы (пункт 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 06 2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В силу пункта 20 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 28.06.2017, по общему правилу поставка товаров, выполнение работ или оказание услуг в целях удовлетворения государственных или муниципальных нужд в отсутствие государственного или муниципального контракта не порождает у исполнителя право требовать оплаты соответствующего предоставления.

Согласно же пункту 22 данного Обзора, не может быть отказано в удовлетворении иска об оплате поставки товаров, выполнения работ или оказания услуг в целях удовлетворения государственных или муниципальных нужд в отсутствие государственного или муниципального контракта в случаях экстренного осуществления поставки товаров, выполнение работ или оказания услуг в связи с аварией, иной чрезвычайной ситуацией природного или техногенного характера, а также угрозой их возникновения.

Однако, указанные условия в спорном случае отсутствуют.

ИП ФИО1, являясь участником соответствующих правоотношений, знала (должна была знать), что выполняет работы вопреки предписаниям Закона № 44-ФЗ.

То обстоятельство, что ИП ФИО1 исполнила договоры, не дает оснований для получения за них оплаты Заключение 2 связанных между собой договоров, фактически образующих единую сделку, искусственно раздробленную для формального соблюдения специальных ограничений, предусмотренных действующим законодательством, с целью уйти от необходимости проведения конкурентных процедур вступления в правоотношения с заказчиком, по сути, дезавуирует его применение и открывает возможность для приобретения незаконных имущественных выгод в обход Закона № 44-ФЗ.

В силу пунктов 3, 4 статьи 1 ГК РФ, согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из незаконного или недобросовестного поведения.

С учетом изложенного, фактическое выполнение работ в отсутствие надлежащим образом заключенных контрактов (договоров) не влечет возникновения у заказчика обязанности по их оплате, поэтому уплаченные заказчиком денежные средства подрядчику являются неосновательным обогащением последнего и подлежат возврату заказчику (согласование сторонами возможности оказания услуг в обход норм Закона № 44-ФЗ не может влечь возникновения у подрядчика как субъекта, осведомленного о специфике статуса заказчика, права на соответствующую оплату).

Данные выводы согласуются с позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях Президиума от 28.05.2013 № 18045/12 по делу № А40-37822/2012 и от 04.06.2013 № 37/13 по делу № А23-584/2011, а позднее в пункте 7 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2014 № 165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными».

Аналогичные выводы также содержатся в определении Верховного Суда РФ от 19.02. 2015 № 302-ЭС15-20 по делу № А19-1916/2014, постановлении ФАС СКО от 11.09.2013 по делу № А53-36378/2012, постановлениях Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 28.06.2017 по делу № А32-33320/2015, от 17.11.2016 по делу № А32-25935/2014, от09.11.2016 по делу № А53-4382/2016, постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда по делу № A3 2-4867/2019 от 18.07.2019, оставленном без изменения постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 06.11.2019.

Кроме того, имеется сложившаяся судебная практика по искам прокурора о применении последствий недействительности ничтожных сделок в виде возложения на исполнителя обязанности вернуть денежные средства заказчику, полученные в связи с исполнением контрактов, заключенных с нарушением требований Закона № 44-ФЗ определение Верховного Суда Российской Федерации от 20 10 2021 № 306-ЭС21-19043 об отказе в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации на постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 25.06.2021 по делу № А55-21340/2020, которым оставлены без изменения определение Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2021, решение Арбитражного суда Самарской области от 20 01 2021, постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 11.08.2022 по делу № А32-52162/2021, постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 15.05.2023 по делу № А32-27487/2022, постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2024 по делу А55-26492/2023, постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.05.2024 по делу А55-26487/2023, постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 05.03.2024 по делу А55-9898/2023.

В настоящем случае спорные договоры заключены при явном несоответствии Закону № 44-ФЗ, что не может соответствовать принципам добросовестного ведения деятельности участниками гражданского оборота и соблюдения баланса публичных и частных интересов, и, как следствие, может повлечь нарушение прав неопределенного круга лиц.

Кроме того, отсутствие публичных процедур способствовало созданию преимущественного положения единственного подрядчика и лишило возможности других хозяйствующих субъектов реализовать свое право на заключение договора, в связи с чем спорные договоры являются ничтожными сделками, нарушающими установленный законом явно выраженный запрет.

В силу подпункта 5 пункта 2.2 Положения о государственной инспекции финансового контроля Самарской области, утвержденного постановлением Правительства Самарской области от 11 10 2018 № 585, на указанный орган, в том числе, возложены полномочия по осуществлению контроля за соблюдением законодательства Российской Федерации и иных нормативных правовых актов о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и в случаях, предусмотренных действующим законодательством, муниципальных нужд, полномочия органа внутреннего государственного финансового контроля по контролю в сфере закупок по вопросам, определенным Законом № 44-ФЗ.

Нарушения статей 24, 93 Закона № 44-ФЗ, допущенные при заключении министерством с ИП ФИО1 22.04.2022 договоров № 28-22/74, 28-22/75, подтверждаются также актом плановой проверки государственной инспекции финансового контроля Самарской области соблюдения министерством законодательства Российской Федерации и иных нормативных правовых актов о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд от 11.12.2023.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что требование истца являются обоснованным и подлежит удовлетворению.

Статьей 102 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что основания и порядок уплаты государственной пошлины устанавливаются в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

По требованию неимущественного характера размер подлежащей уплате в федеральный бюджет государственной пошлины составляет 50 000 (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации; далее – НК РФ), а по имущественному требованию с суммы иска 790 754  руб. размер подлежащей уплате в федеральный бюджет государственной пошлины составляет 44 537 руб.

Истец освобожден от уплаты государственной пошлины.

Поскольку иск удовлетворен, по правилам ст. 110 АПК РФ, подпункта 2 пункта 2 статьи 333.17, подпункта 1 статьи 333.22 НК РФ государственная пошлина относится на ответчиков в равных долях.

Вместе с тем, Министерство освобождено от уплаты государственной пошлины.

Таким образом, государственная пошлина в доход федерального бюджета взыскивается только с индивидуального предпринимателя ФИО1 в размере 47 269 руб. (25 000 руб. + 22 269 руб.).

Руководствуясь ст.ст. 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить.

Признать недействительными договоры № 28-22/74 на разработку документации по планировке территории от 22.04.2022, № 28-22/75 на разработку проекта межевания территории от 22.04.2022, заключенные Министерством транспорта и автомобильных дорог Самарской области и индивидуальным предпринимателем ФИО1.

Применить последствия недействительности договоров № 28-22/74 на разработку документации по планировке территории от 22.04.2022, № 28-22/75 на разработку проекта межевания территории от 22.04.2022.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН: 

<

***>) в пользу Министерства транспорта и автомобильных дорог Самарской области (ИНН: 

<

***>) 790 754 руб.

Взыскать с ФИО1 (ИНН: 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 47 269 руб.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, г.Самара с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области.

Судья

/

О.В. Венчакова