/

 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1551/18 

Екатеринбург

24 мая 2018 г.

 

Дело № А50-20878/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 17 мая 2018 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 мая 2018 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Вербенко Т.Л.,

судей Гайдука А.А., Сафроновой А.А.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ТехГлавСтрой» (далее – общество «ТГС», заявитель) на решение Арбитражного суда Пермского края от 31.10.2017 по делу № А50-20878/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2018 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании, состоявшемся 18.04.2018, приняла участие представитель общества «ТГС» – Иванова М.В. (доверенность от 28.02.2017).

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 18.04.2018 рассмотрение кассационной жалобы отложено на 17.05.2018.

В судебном заседании, состоявшемся 17.05.2018, приняла участие представитель Государственного казенного учреждения Пермского края «Управление капитального строительства Пермского края» (далее – учреждение «УКС Пермского края») – Голдобина И.П. (доверенность от 20.12.2017 № 04-03-1715).

Министерством строительства и архитектуры Пермского края 16.05.2018 заявлено ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы без участия его полномочных представителей. Данное ходатайство удовлетворено судом на основании положений ст. 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Общество «ТГС» обратилось в Арбитражный суд Пермского края с иском о взыскании с учреждения «УКС Пермского края» неосновательного обогащения в сумме 58 500 000 руб., возникшего в результате удержания ответчиком внесенной истцом указанной суммы в качестве обеспечения заявки для участия в электронном аукционе.

         На основании ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «РТС-ТЕНДЕР», Министерство финансов Пермского края, Министерство строительства и архитектуры Пермского края.

Решением суда от 31.10.2017 (судья Саксонова А.Н.) в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2018 (судьи Варакса Н.В., Трефилова Е.М., Щеклеина Л.Ю.) решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Общество «ТГС» обратилось в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит названные судебные акты отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований, ссылаясь на неправильное применение норм материального права и несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела.

Ссылаясь на положения гл. 23 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также ч. 1 ст. 2, ст. 44 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон о контрактной системе), заявитель жалобы указывает, что суды первой и апелляционной инстанций не приняли во внимание тот факт, что у ответчика отсутствуют правовые основания для сбережения денежных средств истца, которые в отсутствие для него негативных последствий, связанных с неисполнением обязательства по заключению контракта, подлежали возврату истцу.

Кассатор также полагает, что поскольку решением Федеральной антимонопольной службы Российской Федерации от 08.02.2017 по делу № Р-21/17 общество «ТГС» не включено в реестр недобросовестных поставщиков, а также установлен факт отсутствия в действиях последнего намерения уклониться от заключения контракта, то суды должны были руководствоваться правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 30.07.2001 № 13-П, от 21.11.2002 № 15-П, согласно которой меры государственного принуждения должны применяться с учетом характера совершенного правонарушения, его имущественного положения и иных существенных обстоятельств. Применяемые государственными органами санкции, в том числе штрафного характера должны отвечать требованиям Конституции Российской Федерации, соответствовать принципу юридического равенства, быть соразмерными конституционно защищаемым целям и ценностям, исключать возможность их произвольного истолкования и применения. Как полагает заявитель, иное толкование положений Закона о контрактной системе в части мер правовой ответственности может привести к установлению лишь формальных нарушений, исключая при этом необходимость исследовать все обстоятельства дела, дав оценку обстоятельствам, свидетельствующим о добросовестности действий истца, отсутствии его виновных действий, направленных на отказ от заключения контракта.

По мнению общества «ТГС» суды также не приняли во внимание, что действия истца при предоставлении спорной банковской гарантии носили неумышленный характер, вина истца выражалась в форме неосторожности, а также, что действиями истца имущественный вред ответчику причинен не был.

В отзыве на кассационную жалобу общество Министерство финансов Пермского края просит оспариваемые судебные акты оставить без изменения, жалобу общества «ТГС» – без удовлетворения.

Министерство строительства и архитектуры Пермского края в отзыве на кассационную жалобу с доводами кассационной жалобы не согласно, обжалуемые судебные акты считает законными и обоснованными. 

Учреждение «УКС Пермского края» в возражениях на кассационную жалобу просит оспариваемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу заявителя – без удовлетворения.

Проверив законность обжалуемых решения и постановления в порядке, предусмотренном  нормами ст. 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Как установлено судами, учреждение «УКС Пермского края» 28.11.2016 разместило в официальной информационной сети извещение о проведении электронного аукциона на выполнение строительно-монтажных работ по объекту: «Зоопарк в г. Перми» (1 очередь строительства). 

В соответствии с извещением и документацией об аукционе установлено обеспечение заявок в сумме 58 500 000 руб.; размер обеспечения исполнения контракта 292 500 000 руб. 

Согласно протоколу подведения итогов аукциона в электронной форме от 19.12.2016 общество «ТГС» признано победителем торгов. 

Заказчиком учреждения «УКС Пермского края» в единой информационной системе (http://www.rts-tender.ru/) 23.12.2016 размещен проект контракта.

 Общество «ТГС» в единой информационной системе (http://www.rts-tender.ru) 26.12.2016 разместило проект контракта, подписанный уполномоченный лицом победителя, и скан-образ банковской гарантии в качестве документа, подтверждающего предоставление обеспечения исполнения обязательств по государственному контракту. 

Заказчиком учреждения «УКС Пермского края» 29.12.2016 принято решение об отказе в принятии представленной обществом «ТГС» банковской гарантии ввиду ее несоответствия требованиям, содержащимся в аукционной документации. 

Решением Федеральной антимонопольной службы России от 11.01.2017 по делу № К-17/17 жалоба общества «ТГС» на решение учреждения «УКС Пермского края» об отказе в принятии банковской гарантии признана необоснованной. 

Федеральной антимонопольной службы России по результатам рассмотрения обращения учреждения «УКС Пермского края» принято решение от  08.02.2017 № Р-21/17 о невключении сведений об обществе «ТГС» в реестр недобросовестных поставщиков. 

Денежные средства в сумме 58 500 000 руб., внесенные обществом «ТГС» в качестве обеспечения заявки для участия в электронном аукционе под реестровым номером извещения 0156200009916000660 были перечислены оператором электронной площадки в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://www.rts-tender.ru на счет учреджения «УКС Пермского края» 09.02.2017; в последующем 05.06.2017 данные денежные средства перечислены на счет Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Пермского края. 

Общество «ТГС» направило в адрес учреждения «УКС Пермского края» претензию от 16.05.2017, содержащую просьбу в течение семи дней с момента получения претензии возвратить денежные средства в сумме 58 500 000 руб., данная претензия оставлена без удовлетворения. 

Общество «ТГС», полагая, что денежные средства, перечисленные в качестве обеспечения заявки на участие в электронном аукционе, подлежат возврату и являются неосновательным обогащением заказчика учреждения «УКС Пермского края», обратилось с иском в арбитражный суд. 

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении исковых требований, установил, что в рассматриваемом случае банковская гарантия, представленная обществом «ТГС» в качестве обеспечения исполнения контракта, не соответствовала требованиям, содержащимся в ст. 1102, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 2 ч. 13 ст. 44 Закона о контрактной системе и в документации о закупке соответственно, в связи с чем пришел к выводу об отсутствии неосновательного обогащения со стороны ответчика.

Суд апелляционной инстанции с выводами, изложенными в решении, согласился, признал их законными и обоснованными. При этом суд  указал, что при принятии решения об участии в аукционе общество «ТГС» имело возможность и должно было проанализировать и проверить правильность оформления представленных им заказчику документов об обеспечении исполнения контракта.

Проверив законность обжалуемых судебных актов, правильность применения судами норм материального и процессуального права в пределах, установленных ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия кассационной инстанции полагает судебные акты по делу подлежащими отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции в силу следующих обстоятельств.

В соответствии с п. 1 ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 данного Кодекса. 

Согласно ч. 1, 2 ст. 44 Закона о контрактной системе, при проведении конкурсов и аукционов заказчик обязан установить требование к обеспечению заявок. При этом в конкурсной документации, документации об аукционе заказчиком должны быть указаны размер обеспечения заявок в соответствии с данным Федеральным законом и условия банковской гарантии. Обеспечение заявки на участие в конкурсе или закрытом аукционе может предоставляться участником закупки путем внесения денежных средств или банковской гарантией. Выбор способа обеспечения заявки на участие в конкурсе или закрытом аукционе осуществляется участником закупок. Обеспечение заявки на участие в электронных аукционах может предоставляться участником закупки только путем внесения денежных средств.

Частью 13 ст. 44 Закона о контрактной системе предусмотрено, что возврат денежных средств, внесенных в качестве обеспечения заявок, не осуществляется, а в случае проведения электронного аукциона денежные средства, внесенные в качестве обеспечения заявок, перечисляются на счет, который указан заказчиком и на котором в соответствии с законодательством Российской Федерации учитываются операции со средствами, поступающими заказчику, или осуществляется уплата денежных сумм по банковской гарантии, в следующих случаях: 

1) уклонение или отказ участника закупки заключить контракт; 

2) непредоставление или предоставление с нарушением условий, установленных данным Федеральным законом, до заключения контракта заказчику обеспечения исполнения контракта. 

Согласно ч. 1 ст. 45 Закона о контрактной системе заказчики в качестве обеспечения заявок и исполнения контрактов принимают банковские гарантии, выданные банками, включенными в предусмотренный ст. 74.1 Налогового кодекса Российской Федерации перечень банков, отвечающих установленным требованиям для принятия банковских гарантий в целях налогообложения.

В соответствии с ч. 2 ст. 45 Закона о контрактной системе банковская гарантия должна быть безотзывной и должна содержать: 

1) сумму банковской гарантии, подлежащую уплате гарантом заказчику в установленных ч. 13 ст. 44 данного Федерального закона случаях, или сумму банковской гарантии, подлежащую уплате гарантом заказчику в случае ненадлежащего исполнения обязательств принципалом в соответствии со ст. 96 данного Закона; 

2) обязательства принципала, надлежащее исполнение которых обеспечивается банковской гарантией; 

3) обязанность гаранта уплатить заказчику неустойку в размере 0,1% денежной суммы, подлежащей уплате, за каждый день просрочки; 

4) условие, согласно которому исполнением обязательств гаранта по банковской гарантии является фактическое поступление денежных сумм на счет, на котором в соответствии с законодательством Российской Федерации учитываются операции со средствами, поступающими заказчику; 

5) срок действия банковской гарантии с учетом требований ст. 44 и ст. 96 названного Федерального закона; 

6) отлагательное условие, предусматривающее заключение договора предоставления банковской гарантии по обязательствам принципала, возникшим из контракта при его заключении, в случае предоставления банковской гарантии в качестве обеспечения исполнения контракта; 

7) установленный Правительством Российской Федерации перечень документов, предоставляемых заказчиком банку одновременно с требованием об осуществлении уплаты денежной суммы по банковской гарантии. 

В силу норм ч. 6 ст. 45 Закона о контрактной системе основанием для отказа в принятии банковской гарантии заказчиком является: 

1) отсутствие информации о банковской гарантии в предусмотренных настоящей статьей реестрах банковских гарантий; 

2) несоответствие банковской гарантии условиям, указанным в ч. 2 и ч. 3 данной статьи; 

3) несоответствие банковской гарантии требованиям, содержащимся в извещении об осуществлении закупки, приглашении принять участие в определении поставщика (подрядчика, исполнителя), документации о закупке, проекте контракта, который заключается с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем).

Основываясь на изложенных нормах права, суды установили, что в рассматриваемом случае банковская гарантия, представленная обществом «ТГС» в качестве обеспечения исполнения контракта, не соответствовала требованиям, содержащимся в законе и в документации о закупке, а именно:

– в п. 1 банковской гарантии не в полном объеме указаны обязательства подрядчика (принципала) по контракту, подлежащие обеспечению гарантом, в частности отсутствует указание на обязательство гаранта уплатить предъявленные заказчиком требования неустойки (пени, штрафы);

– в нарушение условий контракта, убытки согласно положениям гарантии возмещаются только в части непокрытой неустойкой, в свою очередь по условиям контракта все убытки, возникшие у заказчика вследствие ненадлежащего исполнения/неисполнения подрядчиком своих обязательств по контракту возмещаются в полной сумме сверх неустойки;

– в п. 3 банковской гарантии установлен срок до 03.06.2018, тогда как исходя из расчета минимальных сроков, установленных законодательством, должен быть установлен срок до 13.06.2018;

– в п. 5 банковской гарантии предусмотрено: «Изменения и дополнения, вносимые в государственный контракт, не освобождают гаранта от обязательств по настоящей банковской гарантии в случае своевременного уведомления бенефициаром гаранта об изменениях и дополнениях государственного контракта. Бенефициар уведомляет гаранта обо всех изменениях и дополнениях, вносимых в государственный контракт, в течение 10 (десяти) рабочих дней со дня вступления в силу изменений и дополнений Государственного контракта»; указание в банковской гарантии дополнительных условий для действия данного положения не отвечает требованиям документации и нормам законодательства о закупках.

На основании указанных недочетов заказчиком учреждения «УКС Пермского края» было принято решение об отказе в принятии представленной обществом «ТГС» банковской гарантии ввиду ее несоответствия требованиям, содержащимся в аукционной документации; и денежные средства в сумме 58 500 000 руб., внесенные в качестве обеспечения заявки для участия в электронном аукционе, были перечислены оператором электронной площадки на счет заказчика.

Суды первой и апелляционной инстанций признали действия заказчика учреждения «УКС Пермского края» по удержанию суммы обеспечительного платежа правомерными и отказали истцу во взыскании 58 500 000 руб. как неосновательно удержанных.

Между тем, судами не учтено следующее.

В соответствии с ч. 4 ст. 34 Закона о контрактной системе в контракт включается обязательное условие об ответственности заказчика и подрядчика (исполнителя) за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств, предусмотренных контрактом. Частью 26 данной статьи установлено, что в контракт включается условие о банковском сопровождении контракта в случаях, установленных в соответствии со ст. 35 названного Федерального закона. 

Согласно ч. 3 ст. 96 Закона о контрактной системе исполнение контракта может обеспечиваться предоставлением банковской гарантии, выданной банком и соответствующей требованиям ст. 45 данного Федерального закона, или внесением денежных средств на указанный заказчиком счет, на котором в соответствии с законодательством Российской Федерации учитываются операции со средствами, поступающими заказчику. Способ обеспечения исполнения контракта определяется участником закупки, с которым заключается контракт, самостоятельно.

Контракт заключается после предоставления участником закупки, с которым заключается контракт, обеспечения исполнения контракта в соответствии с названным Законом. В случае непредоставления участником закупки, с которым заключается контракт, обеспечения исполнения контракта в срок, установленный для заключения контракта, такой участник считается уклонившимся от заключения контракта (ч. 4, 5 ст. 96 Закона о контрактной системе).

В соответствии с положениями ст. 381.1 Гражданского кодекса Российской Федерации денежное обязательство, в том числе обязанность возместить убытки или уплатить неустойку в случае нарушения договора, и обязательство, возникшее по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 1062 названного Кодекса, по соглашению сторон могут быть обеспечены внесением одной из сторон в пользу другой стороны определенной денежной суммы (обеспечительный платеж). Обеспечительным платежом может быть обеспечено обязательство, которое возникнет в будущем. При наступлении обстоятельств, предусмотренных договором, сумма обеспечительного платежа засчитывается в счет исполнения соответствующего обязательства. В случае ненаступления в предусмотренный договором срок обстоятельств, указанных в абз. 2 п. 1 данной статьи, или прекращения обеспеченного обязательства обеспечительный платеж подлежит возврату, если иное не предусмотрено соглашением сторон.

Исходя из смысла ч. 3 ст. 96 Закона о контрактной системе, на контракты, заключаемые с 01.06.2015 распространяются общие положения ст. 381.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. Суть правовой конструкции внесения исполнителем денежных средств на указанный заказчиком счет состоит в том, что между сторонами возникает обеспечительное обязательство, в соответствии с условиями которого в случае нарушения основного обязательства обеспечительный должник (исполнитель) утрачивает право требовать от кредитора (заказчика) возврата переданных ему денежных средств в полном объеме либо в соответствующей части, а последний приобретает право зачитывать их в счет удовлетворения требований по обеспечительному обязательству. Целью внесения данных денежных средств является покрытие реального ущерба заказчика, который может возникнуть в будущем.

Также следует отметить, что если конкурсной документацией предусмотрено право заказчика удерживать сумму обеспечения заявки в случае, когда участником нарушены условия участия в закупке, такое удержание представляет собой меру ответственности за нарушение обязательств по ведению переговоров.

Положения Гражданского кодекса Российской Федерации и Закона о контрактной системе не содержат норм, согласно которым недочеты, допущенные при подаче заявки для участия в конкурсе (аукционе), являются безусловным основанием для полного удержания заказчиком денежных средств, полученных в качестве обеспечения участия в конкурсе. 

Иное понимание приводит к неосновательному обогащению заказчика (ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации) и противоречит компенсационному характеру гражданской ответственности.

К отношениям, связанным с причинением вреда недобросовестным поведением при проведении переговоров, применяются нормы гл. 59 Гражданского кодекса Российской Федерации с исключениями, установленными ст. 434.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. Сторона, которая ведет или прерывает переговоры о заключении договора недобросовестно, обязана возместить другой стороне причиненные этим убытки (п. 19, 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

Подача участником заявки для участия в конкурсе свидетельствует о принятии им условий его проведения, содержащихся в конкурсной документации, и, соответственно, о заключении заказчиком и участником соглашения, которое может быть квалифицировано как соглашение о ведении переговоров (п. 1, 2 ст. 434, п. 1 ст. 433, ст. 435, п. 3 ст. 438 Гражданского кодекса Российской Федерации). В силу п. 5 ст. 434.1 Гражданского кодекса Российской Федерации такое соглашение в том числе может устанавливать меры ответственности за нарушение предусмотренных в нем положений.

Вместе с тем судебная коллегия считает необходимым отметить, что ответственность за нарушение порядка заключения государственного контракта имеет компенсационный характер, а применяемые меры должны быть соразмерны последствиям нарушения, следовательно, решая вопрос о допустимом размере удержания, необходимо руководствоваться положениями ст. 15, п. 2 ст. 393, п. 3 ст. 434.1 Гражданского кодекса Российской Федерации: в результате удержания заказчик должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы не вступал в переговоры с недобросовестным участником.

В таком случае, если участником закупки будет доказана несоразмерность удержанной суммы таким убыткам, превышающая их часть суммы обеспечения заявки может быть взыскана в пользу соответствующего участника (ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 08.12.2017 № 39-П «По делу о проверке конституционности положений ст. 15, 1064 и 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, подп. 14 п. 1 ст. 31 Налогового кодекса Российской Федерации, ст. 199.2 Уголовного кодекса Российской Федерации и части первой ст. 54 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан Г.Г. Ахмадеевой, С.И. Лысяка и А.Н. Сергеева», меры ответственности должны не только соответствовать характеру совершенного деяния, его опасности для защищаемых законом ценностей, но и обеспечивать учет причин и условий его совершения, а также личности правонарушителя и степени его вины, гарантируя тем самым адекватность порождаемых последствий для лица, привлекаемого к ответственности, тому вреду, который причинен в результате деликта, обеспечивая баланс основных прав гражданина и общего интереса, состоящего в защите общества и государства; иное противоречит конституционному запрету дискриминации и выраженным в Конституции Российской Федерации идеям справедливости и гуманизма и несовместимо с принципом индивидуализации ответственности за правонарушения (постановления от 19.03.2003 № 3-П, от 27.05.2008 № 8-П, от 13.07.2010 № 15-П, от 17.01.2013 № 1-П и от 14.02.2013 № 4-П).

Кроме того, в соответствии с п. 31 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, решая вопрос о правомерности удержания обеспечительного платежа, суду необходимо оценить систематичность нарушений, характер допущенных нарушений при подаче заявок, их тождественность, возможность участника восполнить недостатки уже поданных заявок ввиду признания их не соответствующими требованиям аукционной документации.

В связи с изложенным суду следовало проверить возможность устранения допущенных недочетов предоставленной  банковской гарантии, оценить характер допущенного нарушения, рассмотреть спор в соответствии с положениями действующего законодательства и с учетом правовых позиций Верховного Суда Российской Федерации.

В соответствии с ч. 1, 3 ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права. Нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения, постановления.

С учетом изложенного решение суда первой и постановление суда апелляционной инстанций нельзя признать законными и обоснованными,  поскольку судами неправильно применены нормы материального права, что является основанием для отмены судебных актов  в силу ч. 1, 3 ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дело – передаче на новое рассмотрение, так как для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка всех доказательств, что невозможно в арбитражном суде кассационной инстанции в силу его полномочий, установленных ст. 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Арбитражному суду при новом рассмотрении дела в соответствии с требованиями ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации надлежит учесть изложенное в настоящем постановлении, установить баланс интересов сторон, правильно применить подлежащие применению нормы права с учетом правовой позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в Обзоре судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, в совокупности оценить представленные в дело доказательства и доводы участвующих в деле лиц, а результаты исследования и оценки отразить в судебном акте с учетом положений ст. 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст. 286–289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Пермского края от 31.10.2017 по делу № А50-20878/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2018 по тому же делу отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Пермского края.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               Т.Л. Вербенко 

 

Судьи                                                                            А.А. Гайдук

 

                                                                             А.А. Сафронова