493/2023-72104(4) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тюмень Дело № А03-9949/2017  

Резолютивная часть постановления объявлена 18 декабря 2023 года  Постановление изготовлено в полном объеме 21 декабря 2023 года  

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе: председательствующего И.М. Казарина, судей Н.Б. Глотова,  ФИО1 

при ведении протокола помощником судьи Лапиной А.А. рассмотрел в судебном  заседании с использованием режима веб-конференции посредством сервиса «Картотека  арбитражных дел» кассационную жалобу ФИО2 на определение  Арбитражного суда Алтайского суда от 11.09.2023 (судья Камнев А.С) и постановление  Седьмого арбитражного апелляционного суда от 02.11.2023 (судьи Сбитнев А.Ю.,  Иванов О.А., Фролова Н.Н.) по делу № А03-9949/2017 о несостоятельности (банкротстве)  ФИО2 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), принятые  по заявлению должника об исключении требования публичного акционерного общества  «Сбербанк России» в размере 8 990 065,74 рублей из реестра требований кредиторов  должника.  

В судебном заседании в режиме веб-конференции посредством использования  информационной системы «Картотека арбитражных дел» приняли участие представители:  ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 28.04.2023, публичного акционерного  общества «Сбербанк России» - ФИО4 по доверенности от 13.02.2023.  

Суд установил: 

05.07.2023 в Арбитражный суд Алтайского края поступило заявление ФИО2 (далее – ФИО2, должник) об исключении требования публичного  акционерного общества «Сбербанк России» (далее – ПАО Сбербанк, банк), возникшее из  кредитных договоров № 

<

***> от 19.05.2014 и № 2216/86440793/060/16/1  от 07.04.2016, всего на сумму 8 990 065,74 рублей из реестра требований кредиторов  должника.  

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 11.09.2023, оставленным  

без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от  02.11.2023, в удовлетворении заявления отказано.  

Не согласившись с принятыми судебными актами, должник обратился  с кассационной жалобой, в которой просит отменить их, принять новый судебный акт,  которым исключить требования ПАО Сбербанк из реестра требований кредиторов, а  также исключить из мотивировочной части определения Арбитражного суда Алтайского  края от 11.09.2023 выводы об отсутствии разногласий в части размера требований  ПАО Сбербанк, о неприменимости к рассматриваемому спору положений пункта 4 статьи  139 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее – Закон о банкротстве) и пункта 5 статьи 61 Федерального закона от 16.07.1998   № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (далее – Закон об ипотеке), о  специальном характере норм Закона о банкротстве, имеющих приоритет над нормами  Закона об ипотеке и Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном  производстве» (далее – Закон об исполнительном производстве).  

По мнению должника, поскольку стоимость жилого дома площадью 447,4 кв. м  и земельного участка площадью 1184 кв. м, расположенных по адресу: 

<

...>, определены ФИО2 и ПАО Сбербанк в размере  20 306 700 рублей и 2 256 300 рублей соответственно, то в силу пункта 5 статьи 61 Закона  об ипотеке и пунктов 2, 3 статьи 2 Федерального закона от 23.06.2014 № 169-ФЗ «О  внесении изменений в статьи 31 и 61 Федерального закона «Об ипотеке (залоге  недвижимости)» после распределения выручки от реализации предмета ипотеки  обязательства ФИО2 перед ПАО Сбербанк, возникшие из кредитных договоров №  

<

***> от 19.05.2014 и № 2216/86440793/060/16/1 от 07.04.2016,  прекращены, в связи с чем требования банка подлежат исключению из реестра требований  кредиторов в полном объеме.  

Вместе с кассационной жалобой поступило ходатайство должника о направлении  в Конституционный суд Российской Федерации запроса о проверке конституционности  пункта 4 статьи 139 Закона о банкротстве, которые не учитывают положения пункта 5  статьи 61 Закона об ипотеке, что приводит к существенно различающимся последствиям в  случае реализации жилого помещения, переданного в ипотеку, в рамках исполнительного  производства и в рамках дела о банкротстве  

В отзыве на кассационную жалобу ПАО Сбербанк указал, что доводы кассационной  жалобы дублируют заявление должника и его апелляционную жалобу; Закон о  банкротстве, регулирующий отношения, связанные с реализацией залогового имущества и  погашение требований залоговых кредиторов в процедуре банкротства гражданина,  содержит специальные нормы, имеющие приоритет по отношении к нормам Закона об  исполнительном производстве и Закона об ипотеке; предусмотренные пунктом 5 статьи 61  Закона об ипотеки основания для прекращения обязательств применительно к  обстоятельствам настоящего дела отсутствуют.  

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы  

кассационной жалобы в полном объеме; представитель ПАО Сбербанк возражал против  удовлетворения кассационной жалобы.  

Иные лица, участвующие в деле, не явились. Учитывая надлежащее извещение  участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания,  кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном  частью 3 статьи 284 АПК РФ.  

В отношении ходатайства ФИО2 о направлении запроса в Конституционный  Суд Российской Федерации суд округа не нашел правовых оснований для его  удовлетворения.  

Согласно части 3 статьи 13 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации (далее – АПК РФ), если при рассмотрении конкретного дела арбитражный суд  придет к выводу о несоответствии закона, примененного или подлежащего применению  в рассматриваемом деле, Конституции Российской Федерации, суд обращается  в Конституционный Суд Российской Федерации с запросом о проверке  конституционности этого закона.  

В соответствии со статьей 101 Федерального конституционного закона от 21.07.1994   № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» суд при рассмотрении дела  в любой инстанции, придя к выводу о несоответствии Конституции Российской  Федерации закона, примененного или подлежащего применению в указанном деле,  обращается в Конституционный Суд Российской Федерации с запросом о проверке  конституционности данного закона.  

Таким образом, суд вправе направить соответствующий запрос и приостановить  производство по делу, если с учетом рассматриваемых обстоятельств дела придет к  выводу о несоответствии Конституции Российской Федерации закона, примененного или  подлежащего применению в указанном деле. Обращение в Конституционный Суд  Российской Федерации с запросом о проверке конституционности закона является правом  арбитражного суда в случае возникновения у него, а не у стороны, участвующей в деле,  сомнений в соответствии примененного или подлежащего применению закона  Конституции Российской Федерации.  

В настоящем случае отсутствует необходимость для направления такого запроса,  поскольку фактически ФИО2 в кассационной жалобе ссылается на отсутствие в  пункте 4 статьи 139 Закона о банкротстве минимальной цены продажи имущества, что не  свидетельствует о ее несоответствии Конституции Российской Федерации.  

Кроме того, положения пункта 4 статьи 139 Закона о банкротстве не подлежат  применению при разрешении настоящего обособленного спора.  

Также должником не указано препятствий для самостоятельного обращения в  Конституционный Суд Российской Федерации в порядке статьи 96 Федерального  конституционного закона от 21.07.1994 № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской  Федерации».  

Изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 274, 286 АПК РФ  правильность применения судами норм материального и процессуального права, исходя  из доводов кассационной жалобы, суд округа пришел к выводу об отсутствии оснований  для отмены обжалуемых судебных актов.  

Как следует из материалов дела, 19.06.2017 в Арбитражный суд Алтайского края  поступило заявление ПАО Сбербанк о признании ФИО2 несостоятельной  (банкротом); определением суда от 26.06.2017 возбуждено производство по делу о  банкротстве в отношении должника.  

Определением суда от 27.09.2017 в отношении ФИО2 введена процедура  реструктуризации долгов гражданина; финансовым управляющим утвержден ФИО5; требования ПАО Сбербанк включены в реестр требований  кредиторов ФИО2, из которых требования, возникшие из кредитных договоров №  

<

***> от 19.05.2014 и № 2216/86440793/060/16/1 от 07.04.2016, всего на  сумму 14 034 065,74 рублей, обеспечены залогом жилого дома площадью 447,4 кв. м и  земельного участка площадью 1184 кв. м (кадастровый номер 22:63:040522:41),  расположенных по адресу: 

<

...>.  

Решением суда от 22.01.2018 введена процедура реализации имущества гражданина,  финансовым управляющим утвержден ФИО5  

В результате торгов посредством публичного предложения жилой дом и земельный  участок, расположенные по адресу: 

<

...>,  проданы; 06.05.2019 заключен договор купли-продажи; стоимость реализованного  имущества составила 6 305 000 рублей.  

После распределения выручки от реализации жилого дома и земельного участка  остаток задолженности перед ПАО Сбербанк, возникшей из кредитных договоров   № 

<

***> от 19.05.2014 и № 2216/86440793/060/16/1 от 07.04.2016,  составил 8 990 065,74 рублей.  

Полагая, что обязательства перед банком прекращены на основании пункта 5 статьи  61 Закона об ипотеке, ФИО2 обратилась в суд с заявлением об исключении  требования банка из реестра требований кредиторов.  

Отказывая в удовлетворении заявления должника, суд первой инстанции со ссылкой  на пункт 6 статьи 16, пункт 5 статьи 18.1, пункт 2.1 статьи 138 Закона о банкротстве  указал на отсутствие правовых оснований для исключения требования ПАО Сбербанк из  реестра требований кредиторов, поскольку не удовлетворенные за счет стоимости  предмета залога требования кредитора удовлетворяются в составе требований кредиторов  третьей очереди, не обеспеченных залогом. Также судом первой инстанции отмечено, что  торги по продаже имущества должника проведены в соответствии со статьей 138 Закона о  банкротстве, положение о порядке реализации залогового имущества и сами торги никем  не оспорены.  

Апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции, а также указал на  

отсутствие в настоящем случае оснований для прекращения обеспеченных ипотекой  обязательств на основании пункта 5 стать 61 Закона об ипотеке.  

Суд округа не усматривает оснований для отмены состоявшихся судебных актов. 

В соответствии с абзацем первым пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве  требования кредиторов включаются в реестр требований и исключаются из него  арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании  вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не  определено настоящим пунктом.  

Исключение требования кредитора из соответствующего реестра является  исключительной мерой, реализуемой в случае установления судом обстоятельств,  безусловно свидетельствующих о необоснованности нахождения требований кредитора  в реестре требований кредиторов должника.  

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», возможность исключения  требования из реестра требований кредиторов реализуется в исключительных случаях,  в частности, в результате отмены в предусмотренном процессуальном законодательством  порядке судебного акта, на основании которого требование было включено в реестр  требований кредиторов.  

При этом к числу условий для исключения требования кредитора из реестра  относятся обстоятельства, свидетельствующие об отсутствии оснований для дальнейшего  нахождения данного требования в реестре требований кредиторов должника и влекущие  возможность такого исключения. Суд, рассматривая заявление об исключении требования  кредитора из реестра, проверяет правомерность нахождения данного требования в реестре  после возникновения оснований, в связи с которыми заявитель просит данное требование  исключить.  

Как обосновано отмечено судами первой и апелляционной инстанций, в  соответствии с абзацем шестым пункта 5 статьи 18.1 Закона о банкротстве продажа  заложенного имущества в соответствии с настоящей статьей влечет за собой прекращение  залога в отношении конкурсного кредитора, по требованию которого обращено взыскание  на предмет залога.  

Согласно абзацу восьмому пункта 5 статьи 18.1 Закона о банкротстве  не удовлетворенные за счет стоимости предмета залога требования конкурсного  кредитора по обязательствам, которые были обеспечены залогом имущества должника,  удовлетворяются в составе требований кредиторов третьей очереди.  

Аналогичная норма содержится в абзаце четвертом пункта 2.1 статьи 138 Закона  о банкротстве.  

В пункте 31 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.06.2012   № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о  

банкротстве» разъяснено, что при полном или частичном погашении требований  кредиторов правило абзаца первого пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве об  исключении требований кредиторов из реестра исключительно на основании судебных  актов не применяется, арбитражный управляющий (реестродержатель) вносит в реестр  сведения о погашении требований самостоятельно, причем данное правило применяется  во всех процедурах банкротства.  

В связи с этим судами первой и апелляционной инстанций обоснованно указано на  то, что в случае удовлетворения требований залогового кредитора за счет реализации  заложенного имущества в процедуре банкротства, арбитражным управляющим  самостоятельно (не на основании судебного акта) вносятся в реестр сведения о частичном  погашении требований, а требования исключаются из состава требований, обеспеченных  залогом, и включаются в состав требований третьей очереди реестра, не обеспеченных  залогом. При наличии разногласий по вопросу размера частично погашенных требований,  изменения статуса залогового кредитора такие разногласия рассматриваются судом в  порядке статьи 60 Закона о банкротстве.  

Из материалов дела следует, что в результате распределения вырученных от  продажи заложенного имущества денежных средств финансовым управляющим внесены  сведения о частичном погашении требования ПАО Сбербанк, непогашенное требование в  размере 8 990 065,74 рублей включено в состав третьей очереди реестра требований  кредиторов, не обеспеченных залогом.  

Поскольку возражений по размеру частично погашенных требований ПАО Сбербанк  и изменению его статуса залогового кредитора в непогашенной части должником не  заявлено, судом апелляционной инстанции обоснованно указано на отсутствие  доказательств наличия каких-либо разногласий в части размера требований кредитора  ПАО Сбербанк, порядка их удовлетворения.  

В связи с этим доводы кассационной жалобы в указанной части подлежат  отклонению.  

Ссылка ФИО2 на положения пункта 5 статьи 61 Закона об ипотеке судом  кассационной инстанции не принимается.  

В силу пункта 5 статьи 61 Закона об ипотеке если предметом ипотеки, на который  обращается взыскание, является принадлежащее залогодателю – физическому лицу жилое  помещение, переданное в ипотеку в обеспечение исполнения заемщиком – физическим  лицом обязательств по возврату кредита или займа, предоставленных для целей  приобретения жилого помещения, обязательства такого заемщика – физического лица  перед кредитором-залогодержателем прекращаются, когда вырученных от реализации  предмета ипотеки денежных средств либо стоимости оставленного залогодержателем за  собой предмета ипотеки оказалось недостаточно для удовлетворения всех денежных  требований кредитора-залогодержателя, с даты получения кредитором-залогодержателем  страховой выплаты по договору страхования ответственности заемщика и (или) по  

договору страхования финансового риска кредитора.  

В настоящем случае реализованное имущество должника было передано в залог  банку по договорам ипотеки от 16.06.2014 № 22/8644/0154/021/14И01 и от 07.04.2016  

 № 22/8644/0793/060/16З01 в обеспечение исполнения ФИО2 обязательств по  возврату кредитов, предоставленных для погашения текущей задолженности перед  коммерческими банками и для приобретения объекта незавершенного строительства и  земельного участка по адресу: 

<

...> 19г.  

Кроме того, не имеется сведений о получении ПАО Сбербанк страховой выплаты по  договору страхования ответственности заемщика и (или) по договору страхования  финансового риска кредитора.  

С учетом изложенного продажа в ходе процедуры банкротства заложенного  имущества не влечет прекращение обязательств ФИО2 перед банком, возникших  из кредитных договоров № 

<

***> от 19.05.2014 и  

 № 2216/86440793/060/16/1 от 07.04.2016, поскольку отсутствуют все предусмотренные  пунктом 5 статьи 61 Закона об ипотеке условия.  

В связи с этим судом апелляционной инстанции обоснованно указано на отсутствие  оснований прекращения обеспеченных ипотекой обязательств, предусмотренных пунктом  5 статьи 61 Закона об ипотеки, применительно к обстоятельствам настоящего дела.  

Ссылки кассатора на положения статей 57, 58 Закона об ипотеке подлежат  отклонению, поскольку указанные нормы регулируют порядок проведения публичных  торгов в ходе исполнительного производства.  

При этом в настоящем случае реализация имущества осуществлялась в процедуре  банкротства в соответствии с требованиями положений Закона о банкротстве.  

Заложенное имущество было реализовано в соответствии со статьей 138 Закона о  банкротстве на основании Положения о реализации залогового имущества, утвержденного  залоговым кредитором. Ни указанное положение, ни сами торги не были оспорены  должником.  

Также судами первой и апелляционной инстанций обоснованно отмечено, что нормы  Закона о банкротстве, регулирующие вопросы реализации залогового имущества и  погашения требований кредиторов в процедуре банкротства гражданина, имеют  приоритет перед нормами Закона об ипотеке.  

При этом суд округа отмечает, что Закон о банкротстве не исключает применение  положений пункта 5 статьи 61 Закона об ипотеке для целей признания обязательств  заемщика по возврату кредита или займа перед кредитором-залогодержателем  прекратившимися.  

Однако в настоящем случае все необходимые условия для применения положений  пункта 5 статьи 61 Закона об ипотеке отсутствуют.  

Фактически доводы, изложенные в кассационной жалобе, повторяют позицию  должника, приведенную в судах первой и апелляционной инстанций, которой дана  

подробная и мотивированная оценка, и не свидетельствуют о нарушении судами норм  права.  

Нарушений норм процессуального права, которые в силу статьей 288 АПК РФ  являются основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции  не установлено.  

Учитывая изложенное, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289  АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа  

постановил:

определение Арбитражного суда Алтайского края от 11.09.2023 и постановление  Седьмого арбитражного апелляционного суда от 02.11.2023 по делу № А03-9949/2017  оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда  Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия,  в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.  

Председательствующий И.М. Казарин 

Судьи Н.Б. Глотов  

 ФИО1