АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА 

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082  

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции  

Нижний Новгород Дело № А39-4708/2023 20 февраля 2025 года  

Резолютивная часть постановления объявлена 06.02.2025. 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе: председательствующего Белозеровой Ю.Б., судей Елисеевой Е.В., Ионычевой С.В., 

при участии представителя 

ФИО1: ФИО2 по доверенности 29.12.2023  

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу  

ФИО1 

на определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 03.05.2024 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 29.08.2024 по делу № А39-4708/2023  

по заявлению о включении в реестр требований кредиторов задолженности в сумме 6 420 280 рублей 80 копеек в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Саранский завод «Промтеплопанель» 

и у с т а н о в и л : 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Саранский завод «Промтеплопанель» (далее – должник, завод) в Арбитражный суд Республики Мордовия обратился ФИО1 (далее – заявитель, кредитор) с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 6 420 280 рублей 80 копеек.  

Заявление основано на положениях статей 71, 100 Федерального закона 

от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 807, 809, 810 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивировано наличием у должника неисполненных обязательств по возврату займа и уплате процентов за пользование займом по договорам от 17.10.2019, 01.11.2019, 23.04.2020 и 29.12.2021.  

Суд первой инстанции определением от 03.05.2024, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 29.08.2024, признал требование ФИО1 к должнику в сумме 6 420 280 рублей 80 копеек обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты).  

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит их изменить, включив требования заявителя в третью очередь реестра требований кредиторов должника.  

В кассационной жалобе заявитель ссылается на неправильное применение судами норм материального права и несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.  

Кассатор указывает, что займы предоставлены должнику личными средствами кредитора, имеющего соответствующую финансовую возможность, а не подконтрольного общества; договоры займа являются реальными сделками, в материалах дела содержатся доказательства передачи денег кредитором путем перечисления на счет должника. Таким образом, требования ФИО1 к должнику являются правомерными, оснований считать заключенные между должником и заявителем договоры займа притворными сделками, прикрывающими компенсационное финансирование неплатежеспособного должника, не имеется.  

Заявитель считает, что на момент предоставления им денежных средств должник не находился в состоянии имущественного кризиса, поскольку дело о банкротстве завода возбуждено 05.07.2023, то есть значительно позднее выдачи займов. При этом Арбитражным судом Республики Мордовия в судебных актах, вынесенных по разным обособленным спорам в деле о банкротстве завода, указаны разные даты возникновения имущественного кризиса, в оспариваемом определении – 17.10.2019, в определениях  

от 15.05.2024 и 28.03.2024 – 21.02.2021 и начало 2023 года. По мнению кредитора, в период заключения договоров займа должник не отвечал признакам неплатежеспособности, на счетах организации имелось достаточно средств для ведения производственной деятельности и стабильной работы предприятия.  

ФИО1 отмечает, что отсутствие с его стороны действий по взысканию спорной задолженности не свидетельствует о предоставлении компенсационного финансирования или нахождении должника в состоянии имущественного кризиса. Такое поведение кредитора соответствует принципу автономии воли и свободы экономической деятельности участников гражданского оборота, из которого следует право каждого определять правовую форму инвестирования, в частности посредством внесения взносов в уставный капитал подконтрольной организации или выдачи ей займов.  

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе и поддержаны представителем в судебном заседании.  

Представитель ФИО1 в заседании суда округа поддержал доводы кассационной жалобы.  

Уполномоченный орган представил отзыв на кассационную жалобу, в которой указал на законность и обоснованность судебных актов. Кредитор полагает, что судом правильно установлены признаки неустойчивого финансового положения должника на дату получения займов, наличие которых подтверждено значительным количеством судебных актов о взыскании с завода задолженности и данными бухгалтерской отчетности, содержащей сведения о том, что должник на протяжении длительного периода  

не мог обходиться без заемных средств. Кроме того, компенсационное финансирование должника ФИО1 выражено в отказе от принятия мер к истребованию задолженности.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте слушания жалобы, явку представителей в заседание суда округа не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.  

Законность обжалованных судебных актов проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, предусмотренном статьями 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Как установили суды, ФИО1 со дня создания организации является одним из двух участников должника.  

Между ФИО1 и заводом заключен договор займа от 17.10.2019 

 № 17/10/1-19, по условиям которого заявитель обязался предоставить должнику денежные средства в сумме 2 000 000 рублей на срок до 31.12.2021, а должник – возвратить сумму займа в установленный срок из кассы или с расчетного счета. Проценты за пользование займом определены в размере 5 процентов годовых.  

Денежные средства по договору перечислены ФИО1 должнику 22.10.2019 в размере 2 000 000 рублей.  

Кроме того, 01.11.2019 между ФИО1 и должником заключен договор займа № 01/11 -19, согласно которому займодавец предоставляет заводу 1 000 000 рублей на срок до 31.10.2020, а заемщик обязуется возвратить указанную сумму из кассы. По условиям договора проценты на сумму займа не начисляются.  

Сумма займа перечислена ФИО1 должнику двумя платежами 26.11.2019 и 13.12.2019.  

ФИО1 и должник 23.04.2020 заключили договор займа № 23/04-20, в соответствии с которым заводу предоставляются денежные средства в сумме 1 750 000 рублей, а заемщик обязуется возвратить сумму займа до 31.12.2021 из кассы или с расчетного счета. Проценты на сумму займа начисляются в размере 5 процентов годовых.  

Займодавец перечислил должнику сумму займа 24.04.2020. Также между заявителем и должником 29.12.2021 заключен договор займа  

 № 29/12-21, по условиям которого заводу предоставляются денежные средства в сумме  

1 000 000 рублей, которые должны быть возвращены в срок до 31.10.2022 из кассы заемщика. Проценты на сумму займа не начисляются.  

ФИО1 перечислил должнику денежные средства в установленном договором размере 29.12.2021.  

Общая сумма неисполненных должником перед заявителем обязательств по договорам займа по состоянию на 14.08.2023 составляет 6 420 280 рублей 80 копеек из которых: 5 750 000 рублей основного долга, 670 280 рублей 80 копеек процентов.  

Определением Арбитражного суда Республики Мордовия от 05.07.2023 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «Регион-инструмент» о признании завода несостоятельным (банкротом).  

Определением суда от 16.08.2023 (резолютивная часть от 15.08.2023) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден  

ФИО3 

Ссылаясь на наличие неисполненного обязательства и введение в отношении должника процедуры наблюдения, ФИО1 обратился в суд с заявление о включении требований в реестр требований кредиторов должника.  

Исследовав материалы дела, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, заслушав представителя заявителя, суд кассационной инстанции не нашел оснований для отмены судебных актов в силу следующего.  

Установление размера требований кредиторов в период проведения процедуры наблюдения должника осуществляется в порядке, определенном статьей 71 Закона о банкротстве.  

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», разъяснено, что проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.  

Указанные разъяснения подлежали применению судами на момент вынесения обжалуемых судебных актов.  

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.  

Заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. Займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и порядке, определенных договором. (статьи 809, 810 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу об обоснованности требований заявителя.  

Судебные инстанции установили, что заключенные между должником и 

ФИО1 договоры займа являются реальными сделками, заемные денежные средства переданы заявителем должнику путем перечисления на расчетный счет.  

Вместе с тем, суды заключили, что в рассматриваемом споре имеются основания для понижения очередности удовлетворения требований кредитора в связи с предоставлением контролирующим лицом должнику компенсационного финансирования в состоянии имущественного кризиса.  

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц от 29.01.2020  

(далее – Обзор от 29.01.2020), требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.  

В пункте 3.1 Обзора от 29.01.2020 раскрыта ситуация, когда очередность удовлетворения требования кредитора, являющегося контролирующим должника лицом, понижается, если финансирование оформлено договором займа.  

Внутреннее финансирование должно осуществляться добросовестно и не нарушать права и законные интересы иных лиц.  

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.  

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования, в частности с использованием конструкции договора займа, те есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям – оно подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.  

Очередность удовлетворения требования кредитора, аффилированного с лицом, контролирующим должника, может быть понижена, если этот кредитор предоставил компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица  

(пункт 4 Обзор от 29.01.2020). 

Из разъяснений пункта 3.2 Обзора от 29.01.2020 следует, что компенсационное финансирование может быть предоставлено путем отказа от принятия мер к истребованию задолженности, в том числе по договору займа.  

Невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом, или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.  

Судом первой инстанции установлено, что на момент выдачи заявителем займов у должника имелись неисполненные обязательства, правомерность которых подтверждена судебными актами о взыскании задолженности.  

Кроме того, в реестр требований кредиторов должника определением Арбитражного суда Республики Мордовия от 16.01.2024 включено требование акционерного общества «Актив Банк» в общей сумме 100 267 399 рублей 09 копеек, в том числе: сумма просроченного основного долга – 82 128 462 рубля 48 копеек, сумма текущих процентов – 341 477 рублей 09 копеек, сумма просроченных процентов – 7 511 315 рублей 37 копеек, сумма начисленной неустойки на просроченный основной долг - 8 783 881 рублей 08 копеек, сумма неустойки на просроченные проценты - 1 502 263 рублей 07 копеек.  

Указанное требование основано на неисполнении заводом обязательств по договору кредитной линии от 02.04.2021 № 20-КЛ-21, а также по договорам поручительства  

от 02.04.2018 № 19-П/1-18, от 12.04.2018 № 65-П/1-18 и от 02.04.2018 № 131-П/1-18, заключенным во исполнение обязательств общества с ограниченной ответственностью «Промышленный центр» по кредитным договорам от 17.03.2016 № 19-КЛ-16,  

от 30.04.2015 № 65-К-15 и от 22.09.2015 № 131-К-15. 

Также, определением Арбитражного суда Республики Мордовия от 28.03.2024, измененным постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 31.10.2024,  

в реестр требований кредиторов должника включено требование индивидуального предпринимателя ФИО4 в размере 113 695 163 рубля  

73 копейки, в том числе 108 709 835 рублей 70 копеек основного долга и 4 985 328 рублей 03 копейки процентов, основанное на неисполнении должником обязательств по кредитным договорам от 03.08.2021 № 133/21, от 10.09.2020 № 178/20, от 27.02.2018  

 № 21/18, от 15.02.2021 № 35/21, от 28.02.2020 № 46/20, от 28.02.2020 № 47/20 и от 28.02.2020 № 48/20. 

Согласно определению суда от 01.12.2023 в реестр требований кредиторов должника включено требование уполномоченного органа на общую сумму 8 555 953 рубля  

91 копейка, которое включает: 7 871 526 рублей 45 копеек основного долга, 638 751 рублей 46 копеек пеней, 45 676 рублей штрафа. Требование уполномоченного органа мотивировано наличием у должника неисполненных обязательств по уплате налогов и обязательных платежей, в числе которых налог на добавленную стоимость за 3 квартал 2021 года, 2, 3, 4 кварталы 2022 года, 1 и 2 кварталы 2023 года и налог на доходы физических лиц за 9 месяцев 2022 года, 2022 год, 1 полугодие 2023 года.  

Судами первой и апелляционной инстанций установлено, что после истечения предусмотренного договорами срока возврата займов (31.10.2020, 31.12.2021 и 31.10.2022) ФИО1 не предпринимал мер, направленных на взыскание с завода задолженности, и обратился с заявлением о включении требований в реестр только 20.09.2023 после введения в отношении должника наблюдения.  

Проанализировав условия заключенных должником и ФИО1 договоров займа, суды пришли к выводу о несоответствии их обычным условиям подобного рода сделок; два из четырех заключенных сторонами договоров не предусматривают начисление процентов за пользование займом.  

Заявитель, являясь участником должника, не мог не знать о наличии у завода неустойчивого финансового положения и неисполненных обязательств в период действия договоров займа, имел возможность выбора способа финансирования должника и несет связанные с этим риски.  

При таких обстоятельствах, суды заключили, что действия ФИО1 по предоставлению должнику займов и их длительному невостребованию в условиях наличия неисполненных обязательств перед кредиторами было обусловлено намерением  

заявителя предоставить заводу возможность продолжать осуществление предпринимательской деятельности и отсрочить банкротство организации, не извещая об этом кредиторов.  

Совокупность указанных обстоятельств свидетельствует о предоставлении заявителем должнику компенсационного финансирования и принятии на себя рисков возникновения банкротства организации.  

Кредитор не раскрыл цели привлечения должником заемных средств у участника общества, достоверно располагающего сведениями о его финансовом состоянии, помимо осуществления финансирования деятельности завода. При этом наличие у организации свободных активов для ведения нормальной хозяйственной деятельности не подтверждено.  

Принимая во внимание изложенное, суды пришли к обоснованному выводу о том, что интересы ФИО1 в процедуре банкротства должника не могут быть противопоставлены интересам независимых кредиторов, поэтому правомерно признали требования заявителя подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.  

 Доводы кассатора о реальности заемных отношений сторон и наличии у него финансовой возможности предоставления займа собственными средствами не опровергают совокупности установленных судом обстоятельств, свидетельствующих о том, что предоставление и длительное невостребование займов является компенсационным финансированием.  

Ссылка ФИО1 на наличие у него права выбора формы финансирования подконтрольного лица не влечет вывода о неправомерности принятых судебных актов, поскольку данное право не должно быть направлено на уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве должника и противопоставлено интересам его кредиторов. В связи с этим ФИО1 не может наравне с независимыми кредиторами должника участвовать в распределении конкурсной массы.  

Материалы дела исследованы судами двух инстанций полно, всесторонне и объективно, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам спора и нормам права. Иная оценка исследованных судами доказательств и установленных фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.  

Оснований для отмены принятых судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.  

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению. 

Расходы по уплате государственной пошлины в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на заявителя.  

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа  

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 03.05.2024 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 29.08.2024 по делу № А39-4708/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 Председательствующий Ю.Б. Белозерова 

 Судьи Е.В. Елисеева 

 С.В. Ионычева