ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-48489/18

22 мая 2019 года

г. Москва

Резолютивная часть постановления объявлена  15 мая 2019 года 

Постановление изготовлено в полном объеме  22 мая 2019 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Мизяк В.П.,

судей ГараевойН.Я., Терешина А.В.,

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

при участии в заседании:

от временной администрации ООО «Центральное Страховое Общество» – ФИО2, представитель по доверенности № ВА-ЦСО/184 от 02 ноября 2018г.;

от ФИО3 – лично, представлен паспорт; ФИО4, представитель по нотариально заверенной доверенности № 77 АВ 9970976 от 08 мая 2019г., зарегистрированной в реестре за № 77/851-н/77-2019-1-1184;

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу Временной администрации ООО «Центральное Страховое Общество» на определение Арбитражного суда Московской области от 20 февраля 2019 года по делу  № А41-48489/18, принятое судьей Шевыриной П.В.,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Московской области от 27 июня 2018г. принято к производству заявление Временной администрации Общества с ограниченной ответственностью «Центральное Страховое Общество» (далее – должник ООО «ЦСО») о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ЦСО», возбуждено производству по настоящему делу.

Временная администрация ООО «ЦСО» обратилась с заявлением о признании недействительными пункта 3.2 трудового договора № ЦО0000040 от 02 апреля 2018г., заключенного между ФИО3 (далее - ФИО3) и ООО «ЦСО» (установление работнику ФИО3 в соответствии со штатным расписанием организации должностного оклада в размере 750 000 руб. в месяц), пункта 3.8 трудового договора № ЦО0000040 от 02 апреля 2018г., заключенного между ФИО3 и ООО «ЦСО» (дополнительная выплата ФИО3 выходного пособия в размере двенадцатикратного среднего месячного заработка), действий ООО «ЦСО» по начислению ФИО3 заработной платы в размере 1 005 000 руб. за период с 02 апреля 2018г. по 31 мая 2018г.; применении последствий недействительности сделок в виде:

- взыскания с ФИО3 в пользу ООО «ЦСО» денежных средств в размере 300 000 руб. (выплаченный аванс за период с 02 апреля 2018г. по 31 мая 2018г.),

- признания отсутствующими обязательств ООО «ЦСО» перед ФИО3 по выплате ей заработной платы в размере 1 005 000 руб. за период с 02 апреля 2018г. по 31 мая 2018г., начисленной во исполнение трудового договора № ЦО0000040 от 02 апреля 2018г.,

- признания отсутствующими обязательств ООО «ЦСО» перед ФИО3 по выплате ей заработной платы и иных выплат, начисленных во исполнение трудового договора № ЦО0000040 от 02 апреля 2018г.

Определением Арбитражного суда Московской области от 20 февраля 2019г. в удовлетворении заявления Временной администрации ООО «ЦСО» о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности отказано.

Не согласившись с вышеуказанным судебным актом, Временная администрация ООО «ЦСО» обратилась в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, по доводам которой следует, что выводы суда первой инстанции не соответствуют доказательствам, приобщенным к материалам дела. По доводам апелляционной жалобы следует, что сделки недействительны ввиду того, что ФИО3 не представлено встречное соответствующее заработной плате и выходному пособию исполнение. 

ФИО3 представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором поддержала выводы суда первой инстанции. В соответствии с отзывом следует, что заявитель апелляционной жалобы представлены новые доводы, которые не заявлялись и не исследовались судом первой инстанции, трудовой оклад соответствует должностным функциям, выполняемым ФИО3, соответственно, сделка не может быть признана недействительной.

Представитель временной администрации ООО «ЦСО» поддержал доводы апелляционной жалобы, просил обжалуемый судебный акт отменить.

Представитель ФИО3 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения. 

Законность и обоснованность определения суда проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 266 - 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что 02 апреля 2018г. между ФИО3 и ООО «ЦСО» в лице генерального директора ФИО5 был заключен трудовой договор № ЦО0000040, согласно которому ФИО3 была принята на работу в управление маркетинга и рекламы на должность директора по связям с общественностью с ежемесячным окладом 750 000 руб., выплачиваемым два раза в месяц 10 и 25 числа (приказ (распоряжение) о приеме работника на работу № ЦОЗП-000040от 02 апреля 2018г.).

Пункт 3.8 трудового договора закрепляет, что ФИО3 при расторжении договора по любым основаниям, в том числе в связи с ликвидацией организации (п. 1 ч. 1 ст. 81 ТК РФ), сокращением численности или штата работников организации (п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ), по соглашению сторон (п. 1 ч. 1 ст. 77, ст. 78 ТК РФ), по инициативе работника (п. 3 ч.1 ст. 77, ст. 80 ТК РФ), сверх выплат, предусмотренных действующим трудовым законодательством Российской Федерации, дополнительно выплачивается выходное пособие в размере двенадцатикратного среднего месячного заработка.

Дополнительным соглашением № 1 от 27 апреля 2018г. к трудовому договору был изменен п. 1.3. трудового договора: место работы сотрудника ФИО3 вместо: 141006, 

<

...> стр. 7 (юридический адрес ООО «ЦСО»), адрес был изменен на: 121467, 

<

...> (адрес места регистрации ФИО3).

В соответствии с п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в этом законе.

В силу разъяснений, содержащихся в п. 1 постановления Пленума ВАС РФ «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», по правилам главы III1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В силу п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

В соответствии с п. 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки. Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки. 

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения. В соответствии с п. 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Таким образом, в предмет доказывания по настоящему делу входит совокупность двух условий:

- заключение оспариваемой сделки в пределах периода подозрительности;

- факт неравноценного встречного исполнения сделки,

Принимая во внимание, что производство по делу о банкротстве ООО «ЦСО» возбуждено 27 июня 2018г, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что данные сделки относятся к периоду подозрительности, установленному п. 1 ст. 612 Закона о банкротстве.

Полагая, что данные сделки по установлению заработной платы и выходного пособия совершены при неравноценном встречном исполнении обязательств с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, руководитель Временной администрации обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности в соответствии с п. 1 ст. 612 Закона о банкротстве и ст. ст. 10, 168 ГК РФ.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции указал, что оспариваемые сделки не содержат признака неравноценного встречного исполнения, осуществление трудовых обязанностей ФИО3 в должности директора по связям с общественностью, доказательств злоупотребления при заключении указанных сделок заявителем не представлено.

Апелляционный суд не находит оснований для пересмотра выводов суда первой инстанции и удовлетворению заявления на основании следующего.

Как указывает заявитель в апелляционной жалобе, заключение с ФИО3 трудового договора после длительного сотрудничества без трудоустройства ФИО3 в штате работников общества, указывает на то, что данная сделка была необходима для прикрытия вывода денежных средств без выполнения с ее стороны каких-либо трудовых функций. Свои требования заявитель жалобы основывает на мнимости оспариваемой сделки, вместе с тем о мнимости оспариваемых сделок Временная администрация ООО «ЦСО» в суде первой инстанции не заявляла.

В соответствии с частью 7 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации новые требования, которые не были предметом рассмотрения в арбитражном суде первой инстанции, не принимаются и не рассматриваются арбитражным судом апелляционной инстанции.

По смыслу указанных разъяснений, суд апелляционной инстанции не вправе принимать во внимание новые доводы лиц, участвующих в деле, и новые доказательства в случае отсутствия оснований, предусмотренных частью 2 статьи 268 Кодекса.

Учитывая вышеизложенное, приведенные заявителем апелляционной жалобы в жалобе новые доводы о мнимости совершенной сделки в порядке статьи 268 АПК РФ не могут быть приняты во внимание, поскольку их представление нарушает требования части 3 статьи 65 АПК РФ о раскрытии доказательств до начала рассмотрения спора.

Также в опровержение довода о мнимости трудового договора, заключенного с ФИО3, в материалы дела представлены доказательства, свидетельствующие о выполнении ею трудовых  функций в отношении ООО «ЦСО». 

ФИО3 занималась анализом маркетинговых активностей ООО «ЦСО», обоснованности расходов департамента маркетинга и рекламы, проведение тендера по выбору подрядчика для разработки нового сайта с возможностями digital-продвижения для увеличения доли электронных продаж.

Ее контакты были переданы в колл-центр компании для того, чтобы все запросы от СМИ направлялись ей, о чем свидетельствует корпоративная переписка. Также для работы над новым сайтом согласно приказу от 01 марта 2018г. №44 департамент андерайтингда должен был высылать все описания страховых продуктов на почту e.ksendzenkosk-cso.ru. (корпоративная почта ФИО3). 

ФИО3 осуществляла руководство и определяла маркетинговую стратегию по продвижению общества на рынке страховых услуг, в связи с чем результативность исполнения ею трудовых функций имеет будущий перспективных характер и не может быть установлен в настоящем времени.  

Все вышеуказанное свидетельствует о том, что взаимные права и обязанности сторонами трудового договора были приняты, намерение избежать правовых последствий заключения спорной сделки, апелляционный суд не установил. 

Довод заявителя жалобы, что у генерального директора ООО «ЦСО» ФИО5 отсутствовали полномочия на подписание документов от лица общества, в том числе дополнительного соглашения №1 от 27 апреля 2018г. (л.д.63 т.1) отклоняется апелляционным судом, поскольку приказом Банка России от 27 апреля 2018г. №ОД-1107 (л.д.10 т.1) временная администрация общества была назначена с 28 апреля 2017г., соответственно, на момент заключения с ФИО6 дополнительного соглашения ФИО5 обладал полномочиями совершать действия от юридического лица как работодатель. 

Также заявитель жалобы не обосновывает довод о том, каким образом смена места работы подтверждает недействительность сделок, поскольку данное обстоятельство не изменяет факта исполнения и реальности правоотношений, возникших между обществом и ФИО6

По мнению Временной администрации ООО «ЦСО», ФИО6 не обладает соответствующим опытом работы и образованием для замещения должности с заработной платой, которая ей выплачивалась. В апелляционной жалобе указывается  на несоответствие размера заработной платы встречному исполнению ФИО6, поскольку ранее она не была задействована в страховой сфере, соответственно, предыдущий опыт работы не мог значительно повлиять при приеме ее на работу в ООО «ЦСО» и при назначении заработной платы.

Между тем, заявителем апелляционной жалобы не учтены следующие обстоятельства.

В соответствии со ст. 57 ТК РФ если в соответствии с ТК РФ, иными федеральными законами с выполнением работ по определенным должностям, профессиям, специальностям связано предоставление компенсаций и льгот либо наличие ограничений, то наименование этих должностей, профессий или специальностей и квалификационные требования к ним должны соответствовать наименованиям и требованиям, указанным в квалификационных справочниках, утверждаемых в порядке, устанавливаемом

Правительством Российской Федерации, или соответствующим положениям  профессиональных стандартов.

Занимаемая ФИО3 должность не поименована в квалификационных справочниках, на законодательном уровне требования к квалификации не установлены; таким образом, ООО «ЦСО» было вправе самостоятельно установить требования к должности директора по связям с общественностью и принять на нее работника, соответствующего иным требованиям.

Суд первой инстанции установил, что ФИО3 владеет тремя языками, имеет большой опыт работы в области маркетинга и связям с общественностью в крупных компаниях, занимающих позиции на мировом рынке (в том числе ООО «Рамблер Интернет Холдинг»).

Законодательство не требует специальных знаний и навыков для кандидата, замещающего должность в страховой организации. Более того, ФИО3 занималась пиаром и маркетингом общества, соответственно, ее опыт работы в сфере продвижения продукта и услуг преобладают над тем фактом, что ранее она не была задействована в осуществлении услуг по страхованию. Несоответствие ФИО6 замещаемой должности является оценочным утверждением, основанным на субъективной интерпретации обстоятельств дела и предположению, что деятельность общества накладывает на кандидатов дополнительные требования. 

Довод заявителя жалобы о том, что должность директора по связям с общественностью ООО «ЦСО» была создана специально для ФИО6, не может быть принят в качестве основания для отмены судебного акта.

Как усматривается из представленных документов, в связи с созданием должности директора по маркетингу и рекламе, приказами № 25 и 37 были упразднены должности директора по рекламе и консультанта по маркетингу и рекламе, которые занимал ФИО7 с окладами директора по маркетингу и рекламе в размере 25 000 руб. и консультанта по маркетингу и рекламе в размере 157 000 руб.; вновь созданная должность фактически включала в себя трудовые обязанности директора по маркетингу, директора по рекламе, директора по связям с общественностью.

При этом функционал ФИО7 не соответствовал кругу обязанностей ФИО3 Кроме того, приказом № 61 от 22 марта 2018г. о передаче функционала по направлению «Маркетинг и реклама» часть обязанностей ФИО7, предусмотренные трудовым договором, были переданы иным специалистам организации.

При анализе п. 2.2. трудовых договоров ФИО7 и ФИО3 можно отметить, что ФИО3 наделен более широким кругом обязанностей помимо маркетинга, она отвечала и реализовывала проекты по рекламе и пиару должника.

Материалами дела подтверждается и никем из сторон не опровергается тот факт, что должность директора по связям с общественностью в штате работников общества «ЦСО» не существовала до трудоустройства ФИО6, однако апелляционный суд не усматривает в данном штатном изменении злоупотребление правом, поскольку общество совместило круг обязанностей в одной должности для наиболее эффективного руководства отделом пиара и маркетинга. Доказательства того, что указанное решение было принято для  создания искусственной руководящей должности для ФИО3, не представлены. Цель данной должности - реализация быстрого и мобильного разрешения смежных вопросов, связанных с публичным образом ООО «ЦСО».

Доводы апелляционной жалобы о злоупотреблении сторон, заключивших оспариваемые сделки, также не находят подтверждения в материалах дела. 

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. 

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Однако, установление выходного пособия, двадцатикратно превышающего среднемесячный размер заработной платы, не является злоупотреблением правом и не свидетельствует о побуждении реализовать какой-либо противоправный интерес. Стороны действовали в рамках предоставленных им полномочий без намерения навредить интересам иных лиц. Заявитель жалобы не представляет доказательств, которые бы указывали на прямое и осознанное намерение сторон достичь противоправного результата, при отсутствии которых апелляционный суд, руководствуясь презумпцией добросовестности сторон, отклоняет доводы о злоупотреблении правами. 

Установление выходного пособия в размере двенадцатикратного среднего месячного заработка для ФИО3, предусмотренного п. 3.8 трудового договора, также не противоречит нормам действующего законодательства и не свидетельствует о неравноценном встречном исполнении при осуществлении трудовых обязанностей.

В соответствии со ст. 178 ТК РФ трудовым договором или коллективным договором могут предусматриваться другие случаи выплаты выходных пособий, а также устанавливаться повышенные размеры выходных пособий, за исключением случаев, предусмотренных названного кодекса.

Судебная практика как арбитражных, так и судов общей юрисдикции, исходит из возможности оспаривания соглашения о выплате «золотого парашюта» как сделки, совершенной с нарушением корпоративных процедур, только в случаях, если работник помимо выполнения трудовых функций в обществе также являлся членом совета директоров или крупным акционером и, соответственно, имел заинтересованность в сделке, а сделка была совершена без соответствующего одобрения. 

Суд первой инстанции установил, что ФИО3 не входила в органы управления должника, не являлась заинтересованным лицом по отношению к ООО «ЦСО» в соответствии со ст. 19 Закона о банкротстве.

Заявителем не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что ответчик в момент заключения трудового договора знала или могла знать об ущемлении интересов ООО «ЦСО», его кредиторов и о признаках неплатежеспособности должника.

Таким образом, пункт трудового договора, представляющего собой установление дополнительного выходного пособия по смыслу части 4 статьи 178 ТК РФ, было заключено сторонами в полном соответствии с названной статьей ТК РФ и выплата носила компенсационный характер, в связи с чем, заявителем апелляционной жалобы не доказано причинение вреда кредиторам в результате заключения оспариваемой сделки.

У апелляционного суда не имеется правовых оснований для переоценки выводов суда первой инстанции.

Оценив все имеющиеся доказательства, апелляционный суд считает, что обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального и процессуального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были оценены судом первой инстанции, и влияли бы на законность и обоснованность судебного акта.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 20 февраля 2019 года по делу  № А41-48489/18 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий

В.П. Мизяк

Судьи

ФИО8

А.В. Терешин