-

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-17834/2022, 10АП-17836/2022, 10АП-18672/2022

Дело № А41-1022/16

09 декабря 2022 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 ноября 2022 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 09 декабря 2022 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Епифанцевой С.Ю.,

судей Терешина А.В., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ИФНС России № 36 по г. Москве, ФИО2 и ФИО3 на определение Арбитражного суда Московской области от 15 июля 2022 года по делу  № А41-1022/16, 

при участии в заседании:

от Ткача В.Р. - лично, по паспорту; представитель ФИО4, доверенность № 50 АБ 5760932 от 25.08.2021;

от ФИО5 - лично, по паспорту; представитель ФИО6, доверенность от 03.03.2021,

от ФИО7 - лично, по паспорту; представитель ФИО4, доверенность № 77 АГ 7248632 от 12.10.2021;

от ФИО8 - ФИО4, доверенность № 77 АГ 5735437 от 30.12.2020;

от ФИО9 - ФИО10, доверенность № 77 АГ 0337885 от 21.06.2019;

от ФИО2 - ФИО11, доверенность № 50 АБ 3837937 от 13.08.2020;

от ФИО3 - лично, по паспорту; представитель ФИО11, доверенность № 77 АГ 5086546 от 12.10.2020;

от ФИО12 - ФИО11, доверенность № 50 АБ 6168984 от 14.05.2021;

от конкурсного управляющего АО «СУ № 155» - ФИО13, доверенность от 25.10.2021;

от Управления ФНС России по г. Москве - ФИО14, доверенность № 22-18/11 от 12.01.2022, 

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 12.04.2018 акционерное общество «СУ-155» (далее – АО «СУ-155», должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника было открыто конкурсное производство, сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от14.04.2018 № 65.

Определением Арбитражного суда Московской области от 20.12.2018 Б.А. освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего АО «СУ-155», конкурсным управляющим должника утвержден ФИО15.

Определениями Арбитражного суда Московской области от 27.12.2016, 17.09.2018, 17.09.2018, 28.01.2019 в реестр требований кредиторов должника включены требования ФНС России в лице МИ ФНС России по крупнейшим налогоплательщикам № 3 (далее уполномоченный орган) на общую сумму 4 393 956 898,15 руб.

В рамках дела о банкротстве должника 11.09.2018 ФНС России в лице УФНС России по г. Москве обратилась в арбитражный суд с заявлением, в котором просило:

- признать доказанным наличие оснований для солидарного привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «СУ-155» следующих лиц: ФИО12, ФИО16, ФИО17, ФИО3, ФИО2, ФИО18, ФИО9, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО8, ФИО7, ФИО22, ФИО5, ФИО23, ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «МИНОРА ЛАЙФ» (ИНН 

<

***>), ЗАКРЫТОЕ АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО «ВИЗЕЛЬ» (ИНН 

<

***>), ЗАКРЫТОЕ АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО «ГРУППА КОМПАНИЙ СУ-155» (сокращенное наименование ЗАО «ГК СУ-155», ИНН 

<

***>), ЗАКРЫТОЕ АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО «ГРАНД ИНВЕСТ» (ИНН 

<

***>), ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ГРАНД-ИНВЕСТ» (ИНН 

<

***>), ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ЛАРЕМ» (ИНН 

<

***>), ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «МЕНЕЛАЙ» (ИНН 

<

***>), ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «МУ-2» (ИНН 

<

***>), ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «МУ-3» (ИНН 

<

***>), ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ПРИНТМАРКЕТ ТМ» (ИНН 

<

***>), ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «РИДЖЕНСИ» (ИНН 

<

***>), ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ШАТОВО» (ИНН 

<

***>), ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «БЕЛЭСКО» (ИНН 

<

***>), ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ЭВИЯ» (ИНН 

<

***>), ПОТРЕБИТЕЛЬСКИЙ КООПЕРАТИВ ПО ПРИОБРЕТЕНИЮ И УПРАВЛЕНИЮ НЕДВИЖИМОСТЬЮ «СОЦИНВЕСТ-РЕЗЕРВ» (сокращенное наименование ПК ПУН «СОЦИНВЕСТ-РЕЗЕРВ», ИНН 

<

***>), ЗАКРЫТОЕ АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО «РУССКИЙ ДОМ» (ИНН 

<

***>);

- приостановить  рассмотрение заявления ФНС России о привлечении к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами в части размера;

- привлечь к субсидиарной ответственности руководителя АО «СУ-155» ФИО18 за неисполнение обязанности по самостоятельному обращению в арбитражный суд с заявлением о признании АО «СУ-155» несостоятельным (банкротом) и взыскать с него в пользу ФНС России задолженность, возникшую в период с 01.08.2014 по 16.01.2016, в размере 11 968 154 478,90 руб.

В обоснование данного требования уполномоченный орган сослался на положения статей 9, 61.11, 61.12, 61.14 Закона о банкротстве, статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Протокольным определением суда от 06.04.2021 в порядке статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации требования уполномоченного органа в отношении ФИО12, ФИО16, ФИО3, ФИО2, ФИО9, ФИО21, ФИО8, ФИО7, Ткача В. Р., ФИО5, ООО «МИНОРА ЛАЙФ», ЗАО «ГК «СУ-155», ООО «ЛАРЕМ», ООО «МЕНЕЛАЙ», ООО «МУ-2», ООО «МУ-3», ООО «ПРИНТМАРКЕТ ТМ», ООО «РИДЖЕНСИ», ООО «ШАТОВО», ООО «БЕЛЭСКО», ООО «ЭВИЯ», ПК ПУН «СОЦИНВЕСТ-РЕЗЕРВ» в целях их правильного и полного рассмотрения выделены в отдельное производство.

Определением Арбитражного суда Московской области от 15.07.2022 заявление уполномоченного органа было удовлетворено частично, ФИО2, ФИО3 и ООО «МИНОРА ЛАЙФ» привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в части определения размера субсидиарной ответственности производство по заявлению приостановлено до момента завершения формирования конкурсной массы и расчетов с кредиторами, в удовлетворении заявления в отношении остальных лиц отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, уполномоченный орган обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции в части отказа в привлечении контролирующих АО «СУ- 155» к субсидиарной ответственности ФИО19, ФИО23 и принять в указанной части новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылается на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам, указывает на доказанность наличия оснований для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО3 обратилась в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции в части привлечении ее к субсидиарной ответственности и принять в указанной части новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылается на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам, указывает на недоказанность наличия оснований для привлечения ее к субсидиарной ответственности.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратилась в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции в части привлечении ее к субсидиарной ответственности и принять в указанной части новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылается на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам, указывает на недоказанность наличия оснований для привлечения ее к субсидиарной ответственности.

Апелляционные жалобы рассмотрены в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в обжалуемых заявителями частях в соответствии со статьями 223, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта в обжалуемых частях по следующим основаниям.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на момент совершения вменяемых заинтересованным лицом деяний, контролирующее должника лицо – лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность в силу нахождения с должником в отношениях родства или свойства, должностного положения либо иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Исходя из толкования данного пункта, перечень критериев для определения лица, как контролирующего, не является исчерпывающим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Ответственность, предусмотренную пунктом 1 настоящей статьи, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании (п. 2 ст. 53.1 ГК РФ).

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В случае совместного причинения убытков юридическому лицу лица, указанные в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, обязаны возместить убытки солидарно (пункт 4 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следовательно, контролирующим должника лицом, согласно данным нормам, могли быть не только официальные лица, но и конечные бенефициары, фактически принимавшие решения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, действующей на момент рассмотрения спора, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В пункте 2 данной статьи указано, что возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

Для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходимо доказать наличие у него статуса контролирующего должника лица, негативных последствий в виде невозможности полного погашения требований кредиторов, причинно-следственной связи действия/бездействия контролирующих лиц должника с этими последствиями.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723(2,3) по делу № А56-26451/2016 изложена правовая позиция, согласно которой при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:

1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям);

2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное – банкротное – состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки);

3) ответчик является инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Московской области от 16.04.2021, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 08.09.2021, производство по настоящему обособленному спору в части заявленных требований к ЗАО «ВИЗЕЛЬ», ООО «ГРАНД ИНВЕСТ», ЗАО «ГРАНД ИНВЕСТ» и ЗАО «РУССКИЙ ДОМ» прекращены; ФИО17 и ФИО18 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «СУ-155»; в части определения размера субсидиарной ответственности производство по заявлению приостановлены до момента завершения формирования конкурсной массы и расчетов с кредиторами.

В данной части постановлением Арбитражного суда Московского округа от 14.12.2021 г. судебные акты оставлены без изменения.

Судами при рассмотрении указанного спора было установлено, что конечным бенефициаром и лицом, имевшим фактическую возможность определять действия АО «СУ-155», являлся ФИО17 При этом, он фактически управлял всеми организациями, входившими в группу компаний «СУ-155».

Данное обстоятельство подтверждается, как его публичными выступлениями в средствах массовой информации, так и показаниями самих работников должника. Кроме того, ФИО17 на протяжении многих лет занимал должность председателя совета директоров АО «СУ-155», за что единственным из всех членов совета директоров получал заработную плату, превышающую по размеру заработные платы всех остальных сотрудников должника, в том числе и генерального директора.

Вместе с тем, суд соглашается с позицией уполномоченного органа о том, что помимо ФИО17, выгодоприобретателями от неправомерных действий последнего по руководству как должником, так и по сути всей группой компаний СУ-155, являлись его супруга и дочь.

Вышеуказанным определением суда от 16.04.2021 установлено, что признаки неплатежеспособности у должника возникли в 2011 году, а объективные признаки банкротства АО «СУ-155» - не позднее 2014 г., что подтверждается данными бухгалтерского баланса за 2012-2016 гг., указывающими на отрицательную динамику чистых активов к 2015 году.

Как следует из материалов дела ФИО3 (в период совершения должником неправомерных действий являвшаяся супругой бенефициара, ФИО17.) в 2014 (и ранее) являлась совладельцем порядка 10 организаций, в том числе:

Наименование организации

ИНН

Доляяя, %

Занимаемая должность

ЗАО «ГКСУ-155»

<

***>

1,3

 

ООО «МУ-3»

<

***>

99,99

 

В свою очередь, совладельцами ЗАО «ГК СУ-155» являются

Наименование организации

ИНН

Доля, %

ФИО17

772700487700

17,4

ФИО3

772700487877

1,3

ООО «МУ-3»

<

***>

13,8

ООО «ЛАРЕМ»

<

***>

0,9

ООО «РИДЖЕНСИ»

<

***>

2,81

 

ЗАО «ГК СУ-155» участвует в более чем в20 организаций, в том числе

 

Наименование организации

ИНН

Доля, %

АО «СУ-155»

7736003162

52,1

после 02.10.2014 ООО «Русский дом» (ранее ЗАО «Русский дом», ИНН

<

***>)

7728891813

100

ООО «ШАТОВО»

<

***>

100

 

Участниками АО «СУ-155» являются

Наименование организации

ИНН

Доля, %

ФИО17

772700487700

0,07

ООО «МУ-3»

<

***>

0,78

ЗАО «ГК СУ-155»

<

***>

52,1

ООО «РИДЖЕНСИ»

<

***>

6,9

ООО «ШАТОВО»

<

***>

17,9

АО «СУ-155» участвует в уставном капитале более 20 организаций, в том числе в ООО «СУ-155 КАПИТАЛ» (ИНН 

<

***>) с долей участия 100%,генеральным директором которого является ФИО24 (ИНН 

<

***>), работающий одновременно в ООО «СУ-155 КАПИТАЛ» и ООО «МИНОРА ЛАЙФ», (где учредителем являлась дочь ФИО3 – ФИО2), с ООО «ВЫСОТА-М» от 27.10.2009, являлась, наряду с ФИО12 и ООО «РИДЖЕНСИ» учредителем ООО «ВЫСОТА-М».

У АО «СУ-155» и у ООО «МИНОРА ЛАЙФ» открыты расчетные счета в ЗАО КБ «НС БАНК».

В ходе выездной налоговой проверки за 2012-2014 годы (решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 09.01.2017 № 21-14/3/1) Межрегиональной инспекцией установлено, что Общество, получая авансы, перечисляла деньги в виде авансов другим аффилированным организациям (в том числе ЗАО «СК «РосСтрой»), некоторые суммы возвращались обратно, а другие перечислялись ФИО3 в виде дивидендов.

Учредителем АО СК «РОССТРОЙ» 15.01.2003 выступило ЗАО «СУ-155» (33 % долей) совместно с ООО «МУ-3» (67 % долей).

АО СК «РОССТРОЙ» владело 67 % долей в ООО «МУ-3», которое, в свою очередь владело 12 % долей в ООО «МИНОРА ЛАЙФ».

Материалами дела подтверждается, что сложные корпоративные связи аффилированных компаний контролировалась близкими родственниками, в том числе ФИО3 (супруга), ФИО2 (дочерью) и ФИО17 (супруг).

29.12.2011 в адрес ФИО3 были перечислены дивиденды в сумме 1348 671143 руб., а в 2012 году с расчетного счета ООО «МУ-3», аффилированного с ФИО17 и АО «СУ-155» были перечислены дивиденды учредителю - ФИО3 в размере 2 604 717 000 руб. Сумма данных денежных средств была сформирована за счет поступлений от АО «СУ-155» по договорам, от ООО «МУ-4» по договору займа №25/05-МУ-4 от 25.05.2012 г.

В ходе проведения контрольных мероприятий (решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения 21-14/1/007 от 12.03.2019) установлено, что между АО «СУ-155» и ООО «МУ -3», контролирующими лицами которых являлись супруги Б-ны, заключены договоры уступки прав (цессии) от 16.10.2015№ 1-МУЗ и от 03.12.2015 № 2-МУЗ, предметом которых является право требования АО «СУ-155» к ФИО17 в сумме 2 914 427 598.28 руб. и 15 906 126.36 руб. соответственно. По указанному договору АО «СУ-155» уступило ООО «МУ -3» долг ФИО17

В бухгалтерском учете АО «СУ-155 долг ФИО17 в сумме 2 914 427 598.28 руб. списан в прочие расходы (счет 91.02). В прочих доходах (счет 91.01) АО «СУ-155 отражен доход от закрытия договора цессии от 16.10.2015 № 1-МУЗ в сумме 2 914 427 598.28 рублей.

Исполнение договора цессии от 16.10.2015 № 1-МУЗ произошло за счет зачета встречных требований, существовавших между АО «СУ-155» и ООО «МУ-3» на момент заключения данного договора.

По договору уступки прав (цессии) от 03.12.2015 № 2-МУЗ АО «СУ-155» уступило ООО «МУ-3» долг ФИО17 в сумме 15 906 126.36 руб. ООО «МУ-3» не исполнило договор цессии от 03.12.2015 № 2-МУЗ в срок. По данному договору за ООО «МУ-3» числится долг в сумме 15 906 126.36 руб. на 31.12.2016.

АО «СУ-155» долг в размере 2 914 427 598.28 руб. списало ФИО17 и ООО «МУ-3» путем зачета встречных требований, существовавших между АО «СУ-155» и ООО «МУ-3» на момент заключения договора от 16.10.2015 № 1-МУЗ, освободив тем самым ООО «МУ-3» от обязанности включить задолженность АО «СУ-155» в реестр требований кредиторов четвертой очереди в деле о банкротстве АО «СУ-155» и получить удовлетворение своих требований в рамках общей очередности, предусмотренной Законом о банкротстве.

Арбитражным судом города Москвы в отношении ООО «МУ-3» 07.10.2016 введена процедура наблюдения, в отношении ФИО17 19.11.2015 возбуждено дело о банкротстве, рассмотрение дела продолжается в настоящее время.

Следовательно, обязательства ООО «МУ-3» по договорам цессии исполнены не будут, договоры между АО «СУ-155» и ООО «МУ-3» заключены на выгодных для аффилированных лиц (АО «СУ-155», ООО «МУ-3», ФИО17) условиях, при неравноценном встречном исполнении.

Так же договоры уступки прав (цессии) от 16.10.2015 № 1-МУЗ и о. 03.12.2015 № 2-МУЗ, заключенные между АО «СУ-155» и ООО «МУ-3», обладают признаками подозрительных сделок в соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Определением суда от 16.04.2021 подтверждена недействительность заключенных между АО «СУ-155» и ООО «МУ-3» договоров уступки права требований (цессии) от 16.10.2015 № 1-МУЗ и от 03.12.2015 № 2-МУЗ.

Судом установлено, что исполнение договора цессии от 16.10.2015 № 1-МУЗ произошло за счет зачета встречных требований, существовавших между АО «СУ-155» и ООО «МУ-3» на момент заключения данного договора, а именно: задолженность АО «СУ-155» перед ООО «МУ-3» по другим договорам в сумме 2 914 427 598, 28 рублей.

Совершение сделок при отрицательных активах должника на протяжении нескольких лет не отвечает критериям добросовестности участников гражданских правоотношений и разумности поведения контролирующих должника лиц.

Судами в рамках настоящего обособленного спора установлено, что из оборота должника выведены активы и трансформированы в обязательство денежные средства в общем размере 36 469 067 тыс. рублей.

ФИО3 как собственник ООО «МУ-3» извлекла выгоду из незаконного, недобросовестного поведения контролирующих должника лица, действующего в противоправных целях, противоречащих принципам учреждения юридических лиц в целях добросовестного хозяйствования и извлечения прибыли).

При этом ФИО3 выплачены дивиденды в 2012-2013 гг., в сумме 4 517 825 274 руб., в 2013 - 6 715 700 руб.

КБ «НС БАНК» (ЗАО) представило в налоговый орган сведения по форме 2-НДФЛ о выплате ФИО3 дивидендов в 2011 - 31 034 400 руб., в 2012 - 33 620 615 руб., 2013 - 10 344 830 руб.

ООО «ВИРА ДВА» представило в налоговый орган, сведения по форме 2-НДФЛ о выплате ФИО3 дивидендов в 2013 - 64 000 руб.

Общий размер дивидендов, поступивших ФИО3 за период 2011-2013 гг. от данных компаний, составил 4 592 889 119 рублей, большая часть которых в размере 4 517 825 274 руб. выплачена в 2012 году от ООО «МУ-3».

Согласно карточке расчетов с бюджетом ООО «МУ-3» перечислило налоги суммы налога с дивидендов по ставке 9%: 416 279 559 руб. с датой уплаты 10.10.2012 - 10 000 000 руб., 14.11.2012 - 122 579 559 руб., 09.01.2013 - 283 700 000 руб.

Таким образом, ФИО3, в том числе в результате неправомерных транзитных операций, совершенных должником в пользу ООО «МУ-3», в результате незаконного, в том числе недобросовестного, поведения должника, извлекла выгоду в общем размере 4 592 889 119 рублей.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться, в том числе в силу нахождения с должником в отношениях родства или свойства, должностного положения.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что ФИО3 с 2013 года до середины 2015 года являлась контролирующим АО «СУ-155» лицом, в соответствии с пунктом 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве и имела возможность определять действия должника в силу нахождения с должником в отношениях родства, а также в виду получения выгоды от недобросовестного поведения бенефициара должника.

В силу положений пункта 1 постановления Пленума № 53, несмотря на наличие, у участников корпораций, иных лиц, в том числе входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, имеется запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом, в постановлении Пленума № 53 указано, что сделки могут совершаться под влиянием контролирующего лица, так и под влиянием нескольких контролирующих лиц.

В силу положений пункта 25 постановления Пленума № 53 в целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.

Согласно пункту 7 постановления Пленума № 53 предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве). В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

С учетом изложенного, суд полагает, что ФИО3 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности.

ФИО2 является дочерью ФИО17, учредителем ООО «МИНОРА ЛАЙФ» до мая 2015 года (50%), директором Департамента внешнеэкономических связей АО «СУ-155».

ООО «МИНОРА ЛАЙФ», в свою очередь, совместно с ЗАО «ГК СУ-155», КТ «СУ-№155» И КОМПАНИЯ», АО «ВИЗЕЛЪ» и иными аффилированными лицами в различных периодах являлось участником не менее 12 ЖСК через которые, в том числе в АО «СУ-155» поступали денежные средства.

ФИО2 также являлась директором австрийской компании MBG Handelsgmbh («MBG»), аффилированной АО «СУ-155» (доля участия более 50% согласно общедоступным данным, размещенным на информационном портале www.bvdinfo.com «бюро ФИО25»), участие в компании подтверждено показаниями, отраженными в допросе ФИО2 от 15.10.2015, ФИО17 от 03.02.2016.

С 2012 по дату проведения выездной налоговой проверки (решение № 21-14/1/007 от 12.03.2019) ответчик являлась держателем 19% акций аффилированного лица, ЗАО «ВИЗЕЛЬ», (учредителя ООО «СЕРПУХОВСКИЙ ЛИФТОСТРОИТЕЛЬНЫЙ ЗАВОД», которому принадлежит крупнейший в России лифтопроизводственный комплекс, построенный при финансовом участии АО «СУ-155»).

Указанными мероприятиями налогового контроля также установлено, что ответчик с 2002 по 2015 являлась держателем 50% акций аффилированного лица ЗАО «МОНБЛАН».

Через компанию ООО «МИНОРА ЛАЙФ» после вынесения налоговым органом в 2014 г. решения о приостановлении операций по счетам АО «СУ-155» в связи с неисполнением им требования об уплате налога, АО «СУ-155» осуществляло расчеты со своими контрагентами.

В период с 14.08.2014 по 03.03.2015 ООО «МИНОРА ЛАЙФ» в счет исполнения обязательств должника было перечислено более 10 миллиардов рублей.

АО «СУ-155» использовало расчетные счета ООО «МИНОРА ЛАЙФ» для минимизации поступлений денежных средств на собственные расчетные счета с целью уклонения от принудительного взыскания задолженности перед кредиторами общества по исполнительным листам.

В заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности и приложениях к нему содержится информация о том, что счета ООО «МИНОРА ЛАЙФ» использовались для обналичивания ФИО17 денежных средств. Данные денежные средства конвертировались в иностранную валюту (фунт Англии) и перечислялись ООО «МИНОРА ЛАЙФ» на счет ФИО2 в Великобритании. Например, в 2015 на расчетный счет ФИО17 от ООО «МИНОРА ЛАЙФ», в ПАО «ВТБ 24» поступило 283 837 220,30 руб. из них 13 887 722.79 руб. перечислены на расчетные счета иностранных юридических лиц в иностранных банках с расчетного счета ФИО17 за ФИО2 за аренду/бронирование недвижимости, турагентство, аренда вилл и шалле).

Согласно решением МИ ФНС России по крупнейшим налогоплательщикам № 3 от 30.06.2015   № 19-14/3/242 задолженность ООО «МИНОРА ЛАЙФ» перед АО «СУ-155» составляет 1 777 349 916,27 руб.

В расшифровках строк 1410, 1510 «Заемные средства» бухгалтерского баланса за 2014 год, представленных к письменным возражениям от 15.06.2015 № 1833, отражена задолженность АО «СУ-155» перед ООО «МИНОРА ЛАЙФ»: долгосрочная – в сумме 6 701 844 057,70 руб., краткосрочная – в сумме 674 302 842,84 руб.

Указанной проверкой установлено, что АО «СУ-155» использовало расчетные счета ООО «МИНОРА ЛАЙФ» для минимизации поступлений денежных средств на собственные расчетные счета с целью уклонения от принудительных взысканий задолженностей перед кредиторами общества по исполнительным листам.

При этом, согласно раскрытию информации об учетной политике должника, задолженность застройщика перед участниками долевого строительства за период с 2012 по 2016 гг. выросла с 6 588 734 тыс. руб. до 17 137 759 тыс. руб. Стоимость незавершенного строительства (жилых и нежилых объектов) за период с 2012 по 2016 гг. выросла с 24 802 241тыс. руб. до 56 786 722 тыс. руб. Размер основных средств должника за период с 2013 по 2016 гг. снизился с 19 005 412 тыс. руб. до 13 204 810 тыс. руб.

Указанный финансовый результат АО «СУ-155» является результатом выбранной должником стратегии ведения бизнеса, при которой средства за выполненные для должника работы не перечислялись на счет должника, в обход счета должника и перечислялись с использованием расчетных счетов, расчеты производились ООО «МИНОРА ЛАЙФ».

Как было указано выше, ФИО2 являлась директором австрийской компании MBG Handelsgmbh («MBG»). Данная компания приобрела в лизинг воздушное судно. Агентский договор от 27.12.2010 был заключен «MBG» с ООО «ИнвестПроект-М». Налоговую отчетность «MBG» на территории РФ подписывает и сдает ФИО2 в налоговый орган по месту жительства лично. Таким образом, полномочия ФИО2 не ограничивались представительскими функциями.

Согласно протоколу допроса ФИО17 от 03.02.2016 сделками с MBG Handelsgmbh («MBG») по приобретению воздушного судна занималась его дочь, ФИО2

Из обособленного спора по делу о банкротстве следует, что АО «СУ-155» имело непогашенную задолженность перед «ХетаЛюфтфайцорге Лизинг ГМБХ» вследствие неоплаты покупателем «МБГ Хандельсгмбх» (MBG HandelsgmbH) по договору купли-продажи воздушного суда, согласно которому АО «СУ-155» являлось гарантом. Из изложенного следует, что активы АО «СУ-155» использовались в личных целях бенефициаром, ФИО2

Таким образом, ФИО2 с 2013 до 2015 года являлась контролирующим АО «СУ-155» лицом, и имела возможность определять действия должника в силу нахождения с бенефициаром должника в отношениях родства. Кроме того, ФИО2 являлась выгодоприобретателем ввиду совершения неправомерных действий иными ответчиками по обособленному спору АО «СУ-155».

При анализе представленных АО «СУ-155» в ходе выездной налоговой проверки правильности исчисления, полноты удержания и своевременности уплаты (перечисления) налога на доходы физических лиц за 2014 год документов налоговым органом установлено, что ООО «МИНОРА ЛАЙФ» в 2014 году, до того как налоговым органом были вынесены решения о приостановлении операций по счетам АО «СУ-155», осуществляло перечисление заработной платы сотрудникам АО «СУ-155», а так же платежи контрагентам АО «СУ-155» за услуги и товар в основном в счет взаиморасчетов по договору займа от 19.07.2010 № 19-07/10-СУ.

По существу, имело место вложение средств с использованием заемного механизма, при котором финансирование публично не раскрывалось, что позволяло завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами видимость финансовой достаточности АО «СУ-155».

Заключение договора займов со специально созданным в этих целях участием ООО «МИНОРА ЛАЙФ», позволило скрыть докапитализацию должника нарастить подконтрольную внутригрупповую кредиторскую.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 03.07.2017 по делу №А40-159374/2015 по делу о банкротстве ООО «МИНОРА ЛАЙФ» было отказано АО СК «РОССТРОЙ» во включении в реестр требований кредиторов должника в размере 4 284 078 782,84 рублей и 2 517 371 894,38 рублей. Судом установлено, что ООО «МИНОРА ЛАЙФ» не использовало полученные денежные средства для осуществления собственной хозяйственной деятельности, а осуществляла оплату в интересах третьих лиц за АО «СУ-155». Структурируя вышеуказанным способом свои правоотношения стороны в действительности стремились получить необоснованную налоговую выгоду с одной стороны в форме исключения факта исчисления и уплаты НДС, а с другой - уменьшение налога на прибыль путем отнесения платежей по договорам займа к внереализационным расходам. Счета ООО «МИНОРА ЛАЙФ» использовались в качестве транзитных счетов для перечисления денежных средств в интересах третьих лиц. 

Кроме того, определением суда по настоящему требование кредитора ООО «СТРОИТЕЛЬНЫЕ АКТИВЫ», являющемуся правопреемником ООО «МИНОРА ЛАЙФ», к АО «СУ-155» в размере 9 670 585 956,55 руб. признаны обоснованными и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, в порядке предликвидационной квоты ввиду аффилированности лиц и наличии компенсаторного финансирования.

С учетом изложенного суд пришел к выводу, что ФИО26, как лица, получившие выгоду от недобросовестного поведения ФИО17 и в результате выбранной им модели ведения бизнеса, а также ООО «МИНОРА ЛАЙФ», как лицо, сделки с которым изменили экономическую и (или) юридическую судьбу должника, подлежат привлечению к субсидиарной ответственности.

Отказывая в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО19, ФИО23, суд исходил из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Заявителем не представлено, ни одного документального подтверждения о том, что ФИО23, как генеральный директор ЗАО «МОНБЛАН» и как председатель ЖСК, имела право в отношении АО «СУ-155» (должник) давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника.

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017№ 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве.» указано, что предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом, контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Заявителем не представлено ни одного документального подтверждения, что ФИО23 извлекла существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов.

Учитывая указанные обстоятельства, суд пришел к выводу о недоказанности наличия оснований для привлечения ФИО23 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Отказывая в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО19, суд исходил из того, что он никогда не состоял в трудовых отношениях с должником и не относился к числу лиц, имеющих право самостоятельно или совместно с заинтересованными лицами распоряжаться 50 и более процентами голосующих акций должника. Каких-либо действий, в качестве контролирующего должника лица, повлекших его несостоятельность им не совершалось. Снятие денежных средств со счета должника производилось им на основании личной доверенности ФИО17 в интересах последнего. Все поручения выполнены в полном объёме, какой либо выгоды в результате их исполнения им не получено (т. 23, л. д. 84-87). 

Суд апелляционной инстанции считает выводы суда первой инстанции обоснованными и законными.

Доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства, заявителями апелляционных жалоб в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Каких-либо новых обстоятельств, которые могли бы повлиять на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, в апелляционных жалобах не приведено.

Доводы апелляционных жалоб не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения оспариваемого определения суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Учитывая изложенное, оснований для отмены обжалуемого судебного акта в обжалуемых частях не имеется.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 15 июля 2022 года по делу №А41-1022/16 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области. 

 

Председательствующий

С.Ю. Епифанцева

Судьи

А.В.  Терешин

Н.В. Шальнева