АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ 

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99 

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011, тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761 http://www.irkutsk.arbitr.ru 

Именем Российской Федерации 

Р Е Ш Е Н И Е

 

г. Иркутск Дело № А19-24669/2022  24.05.2023 г.  

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 23.05.2023 года.  Решение в полном объеме изготовлено 24.05.2023 года.  

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Рыковой Н.В., при ведении  протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,  рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ОБЩЕСТВА С  ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ЧАСТНОЕ ОХРАННОЕ ПРЕДПРИЯТИЕ  «ОХРАНА» (ОГРН 

<

***>, ИНН: 

<

***>, 665830, ИРКУТСКАЯ ОБЛАСТЬ,  АНГАРСК ГОРОД, КВ-Л 72, 7, ПОМ.2)  

к ГАРАЖНО-СТРОИТЕЛЬНОМУ КООПЕРАТИВУ «ТУРИСТ» (ОГРН: 

<

***>,  ИНН: 

<

***>, 665813, ИРКУТСКАЯ ОБЛАСТЬ, АНГАРСК ГОРОД, КВ-Л 108)  

о взыскании 266 525 руб., при участии в судебном заседании: 

от истца: ФИО2 – представитель по доверенности, паспорт, диплом;  от ответчика: ФИО3 – представитель по доверенности, удостоверение адвоката;  

установил:

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ЧАСТНОЕ  ОХРАННОЕ ПРЕДПРИЯТИЕ «ОХРАНА» (далее – истец, охрана) обратилось в  Арбитражный суд Иркутской области с исковым заявлением о взыскании с ГАРАЖНО-СТРОИТЕЛЬНОМУ КООПЕРАТИВУ «ТУРИСТ» (далее – ответчик, кооператив)  основного долга за оказанные услуги в сумме 258 653 руб., пени в размере 7 872 руб., а  также пеней, начисленных по день фактической уплаты задолженности.  

В судебном заседании 17.05.2023 объявлялся перерыв до 23.05.2023. Истец заявленные требования поддержал. 

Ответчик иск оспорил, указал на неправомерное начисление платы за мониторинг  чрезвычайных ситуаций, тогда как такая услуга не оказывалась.  

Исследовав имеющиеся в деле доказательства, арбитражный суд установил.  

Как следует из материалов дела, между кооперативом (заказчик) и охраной  (исполнитель) 01.11.2021 подписан договор на мониторинг ЧС № 19-21, по условиям  которого заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязанности по  мониторингу чрезвычайных ситуаций и оказанию дополнительных услуг на весь срок  действия договора, в свою очередь заказчик обязуется оплачивать стоимость оказанных  услуг.  

Во исполнение условий договора охрана в период с ноября 2021 года по апрель  2022 года оказала кооперативу услуги на общую сумму 517 306 руб., в подтверждение чего  представила акты от 30.11.2021 № 1, от 31.12.2021 № 2, от 31.01.2022 № 3, от 01.02.2022 № 1,  от 10.03.2022 № 3.  

Оказанные услуги кооперативом оплачены в размере 135 000 руб., о чем составлен  и подписан сторонами акт сверки взаимных расчетов по состоянию на 01.03.2022.  

22.02.2022 письмом № 2/2022 кооператив уведомил охрану о наличии намерения  расторгнуть договор, просил составить окончательный расчет и соглашение о расторжении  договора.  

В ответ на данное уведомление охрана направила кооперативу письмо с двумя  вариантами расчета, предложила выбрать один вариант и сообщить о своем выборе.  

В ответ на указанное сообщение кооперативом произведена оплата оказанных услуг  в размере 123 653 руб.  

Поскольку, как полагает истец, оказанные услуги в полном объеме ответчиком не  оплачены, охраной 03.06.2022 в адрес кооператива направлена претензия с требованием  оплатить имеющуюся задолженность в размере 258 653 руб.  

Требования истца ответчиком оставлены без ответа и удовлетворения, что  послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с иском о взыскании  основного долга и неустойки.  

Оценив доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на  всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле  доказательств в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, арбитражный суд пришел к следующим выводам.  

По своей правовой природе договор от 01.11.2021 № 19-21 является договором  возмездного оказания услуг, отношения по которому регулируются нормами главы 39  Гражданского кодекса Российской Федерации.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской  Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию  заказчика оказать услуги (совершать определенные действия или осуществлять  определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.  

Согласно пункту 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации  договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих  случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.  

К числу существенных условий договора возмездного оказания услуг относится  согласование сторонами предмета договора: совершения исполнителем определенных  действий или осуществление определенной деятельности.  

Оценив условия подписанного между сторонами договора, суд приходит к выводу  о согласовании сторонами его существенных условий, в связи с чем, данный договор  является заключенным.  

Пунктом 1 статьи 781 Гражданского кодекса Российской Федерации  предусмотрена обязанность заказчика оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке,  которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.  

По смыслу статей 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации оплате  подлежат фактически оказанные услуги.  

Предъявляя требование о взыскании с заказчика стоимости оказанных услуг,  исполнитель должен доказать факт оказания услуг и их стоимость.  

По общему правилу сдача результата работ (оказание услуг) и приемка его  заказчиком оформляется актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из  сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом, и акт подписывается другой  стороной.  

В подтверждение факта оказания услуг истцом представлены акты от 30.11.2021   № 1, от 31.12.2021 № 2, от 31.01.2022 № 3, от 01.02.2022 № 1, от 10.03.2022 № 3.  

Разногласия сторон относительно существа заявленного иска сводятся к  различному толкованию условий договора, касающихся порядка определения стоимости  оказываемых услуг.  

Так, истец полагает, что заключенный сторонами договор предполагает оказание  двух видов услуг: мониторинга ЧС и дополнительных услуг, связанных приобретением,  установкой и обслуживанием оборудования, необходимого для оказания услуг охраны.  При этом услуги мониторинга ЧС оплачиваются кооперативом ежемесячно в размере  45 000 руб., дополнительные услуги – исходя из стоимости приобретенного оборудования,  зафиксированной в соответствующем реестре.  

Ответчик, оспаривая доводы охраны, указал, что как таковые услуги мониторинга  ЧС истцом не оказывались, поскольку данная услуга, по сути, и представляет собой охрану  кооператива, которая осуществляется посредством специального оборудования  (видеокамер, шлагбаума и т.д). Следовательно, услуга мониторинга ЧС отдельной оплате  не подлежит. При подписании договора, первичных документов и акта сверки ответчик  исходил из того, что оплачиваемая им сумма ежемесячно сумма в 45 000 руб. входит в  общую стоимость услуг охраны.  

Как следует из пункта 1.1 договора, заказчик поручает, а исполнитель принимает на  себя обязанности по мониторингу чрезвычайных ситуаций и дополнительных услуг на  весь срок действия договора, а именно:  

• Определение концепции выявления и локализации чрезвычайных ситуаций  на территории и по желанию заказчика;  

• Закупка, монтаж, техническое обслуживание и ремонт системы  видеонаблюдения и записи, пожарной и охранно-пожарной сигнализации и их элементов,  проведение пусконаладочных работ, а также оборудования для контроля въезда (выезда)  на (с) территории заказчика. Приложение № 1 (реестр);  

• Диспетчеризация охранно-пожарной сигнализации, камер видеонаблюдения  и взаимодействие с охраной и официальными органами;  

• Консультирование по вопросам правомерной защиты от противоправных  посягательств;  

• Программирование брелоков; • Блокировка брелоков должников; • Работа с поломщиками шлагбаума. В силу пункта 2.2 договора исполнитель обязан: 

• производить закупку оборудования на основе концепции своевременно и с  учётом резерва на сменные комплектующие для оперативного ремонта системы за свой  счёт;  

• производить своевременную установку и монтаж необходимого  оборудования с учётом сезонности работ;  

• производить техническое обслуживание системы по сезонности; 

• вести периодическое видеонаблюдение за объектом заказчика с целью  выявления чрезвычайных ситуаций (разведение огня, повреждение имущества заказчика,  нарушение общественного порядка, вывал мусора в неотведённых местах, нахождение на  территории посторонних лиц без необходимости и т.п.);  

• вести круглосуточную видеозапись проблемных мест согласно концепции со  сроком хранения до 5 дней и при необходимости предоставлять её заинтересованным  лицам и правоохранительным органам;  

• в случае выявления ситуаций, требующих реагирования, вызывать  соответствующие структуры: охрану, полицию, пожарную службу, медицинскую помощь  и т.д.;  

• обеспечить дистанционную работу со шлагбаумом: аварийное открывание  шлагбаума в случае отключения электроэнергии, а также замену стрелы в случае поломки  в разумные сроки;  

• обеспечить проезд кооператива информационными табличками по работе  шлагбаума;  

• вести продажу и программирование брелоков только членам кооператива не  имеющих задолженности перед кооперативом;  

• отключать брелоки членам кооператива в соответствии со списками  должников, предоставленных заказчиком, и подключать обратно после погашения  задолженности;  

• вести юридическую работу с лицами, виновными в порче имущества  исполнителя самостоятельно.  

Пунктом 1 статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации  предусмотрено, что при толковании условий договора судом принимается во внимание  буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия  договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими  условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой  настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена  действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во  внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору  переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон,  обычаи, последующее поведение сторон.  

Из буквального содержания вышеперечисленных условий договора следует, что  помимо приобретения, установки и обслуживания оборудования, необходимого для  оказания услуг охраны, договор предполагает оказание иных услуг, связанных с  наблюдением за объектом, консультированием заказчика, вызовом необходимых служб в  экстренных ситуациях и так далее. При этом, в чем именно заключается ежемесячная  (исходя из позиции истца) услуга мониторинга как самостоятельная, в договоре не  указано.  

На вопрос суда и ответчика относительно этого обстоятельства и того, какие  конкретно услуги входят в услугу «мониторинг», истец каких-либо пояснений не дал.  

Как следует из пункта 1.1 договора и пояснений истца, услуги охраны, касающиеся  закупки, монтажа, технического обслуживания и ремонта системы видеонаблюдения,  сигнализации, оборудования для контроля въезда (выезда) на (с) территории заказчика,  отражаются в реестрах.  

В пункте 1.6 договора стороны предусмотрели, что сумма реестра является суммой  договора. Стоимость всего договора рассчитывается путём сложения сумм, указанных в  реестре приложения № 1 на дату получения уведомления о намерении расторгнуть договор  (пункт 3.3 договора). Сумма договора не может превышать 500 000 руб. в год,  увеличивается только по письменному запросу заказчика (п.1.7 договора).  

Из буквального толкования данного условия договора не следует, что в сумму  договора включаются какие-либо суммы, помимо зафиксированных в реестре.  

По расчету истца, начисляющего помимо стоимости реестра ежемесячную услугу  мониторинга в размере 45 000 руб., сумма договора превысила указанный в пункте 1.7  договора предел, однако письменного согласия заказчика в материалы дела не  представлено.  

При этом в ходе рассмотрения дела ответчик неоднократно пояснял, что при  заключении договора предполагал, что ежемесячно оплачиваемая им сумма в 45 000 руб.  включает в себя общую стоимость услуг охраны, что согласуется с пунктом 1.7 договора и  тем фактом, что за полгода спорного периода согласно реестру (без ежемесячных услуг  мониторинга) предъявлено к оплате 258 653 руб.  

Согласно пункту 3.1 договора, стоимость услуги мониторинга с ведением  диспетчеризации составляет 45 000 руб. на период погашения основной суммы договора  по реестру, которая, в свою очередь, окончательно рассчитывается после получения  уведомления о расторжении договора (п.3.3 договора).  

Из данного условия договора не усматривается, что услуга мониторинга  стоимостью 45 000 руб. подлежит оплате в данном размере ежемесячно.  

Из представленных актов от 30.11.2021 № 1, от 31.12.2021 № 2, от 31.01.2022 № 3,  содержащих выписки из реестров, следует, что помимо стоимости услуг по установке  видеокамер, иного оборудования, информационных баннеров в реестр включены услуги  сторожей, при этом в дополнение к этому ежемесячно истцом начислены услуги  мониторинга в размере 45 000 руб.  

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного  поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).  

С учетом указанной в договоре фиксированной его стоимости на год, а также  условий договора, предусматривающих ежемесячную обязанность заказчика оплачивать  стоимость приобретенного исполнителем оборудования, услуг по его монтажу и  обслуживанию, а также услуг сторожей, суд приходит к выводу о недоказанности истцом  согласования услуги мониторинга как самостоятельной, подлежащей оплате ежемесячно в  сумме 45 000 руб.  

При этом суд отклоняет ссылку истца на подписанные заказчиком акты от  30.11.2021 № 1, от 31.12.2021 № 2, от 31.01.2022 № 3, акт сверки с учетом различного  толкования сторонами условий договора и неоднозначного, некорректного оформления  первичной документации исполнителем.  

Так, в материалы дела истцом представлен акт от 10.03.2022 № 3 на сумму 14 516  руб. за услуги мониторинга с указанием стоимости услуг по реестру на 10.03.2022 в  размере 259 153 руб.  

При этом в ходе судебного разбирательства на неоднократные вопросы суда истец в  судебном заседании 23.05.2023 окончательно определился с позицией и пояснил, что  стоимость услуг по мониторингу за март 2022 года составляет 45 000 руб., по реестру на  01.03.2022 - 258 653 руб., после указанной даты закупка оборудования и монтаж не  производились.  

Истец также неоднократно указывал, что поступающая от заказчика оплата  разносится им в счет погашения задолженности по оплате услуг мониторинга, при расчете  стоимости услуг мониторинга за март 2022 года (с 01.03.2022 по 10.03.2022 согласно акту  от 10.03.2022 № 3) в размере 14 516 руб. им учтена общая сумма оплат. Однако на  10.03.2022 от ответчика поступило 135 000 руб., которые уже учтены сторонами, как  следует из акта сверки по состоянию на 01.03.2022. Следующий платеж поступил от  ответчика лишь 21.03.2022, следовательно, не мог быть учтен при формировании акта от  10.03.2022 № 3.  

Из представленного акта сверки следует, что на 01.03.2022 у ответчика имеется  задолженность в сумме 303 653 руб. Согласно акту от 10.03.2022 № 3 стоимость услуг  мониторинга с 01.03.2022 по 10.03.2022 составляет 14 516 руб. Путем арифметических  расчетов, исходя из представленных самим истцом документов, на 10.03.2022  задолженность ответчика должна составлять 318 169 руб. (303 653 руб. + 14 516 руб.),  

однако в материалы дела представлен счет № 17, который выставлен 10.03.2022 на сумму  318 669 руб.  

Счет от 30.04.2022 № 68 за апрель 2022 года выставлен на сумму 45 000 руб., однако  в ходе судебного заседания 23.05.2023 после неоднократных вопросов суда относительно  имеющихся противоречий истец пояснил, за апрель 2022 год услуги подлежат оплате в  меньшем объеме, так как исполнителем прекращено оказание услуг досрочно в связи с  непоступлением платежей.  

Поскольку из 3 раздела договора, предусматривающего порядок оплаты услуг  исполнителя, буквально и однозначно не следует обязанность заказчика оплачивать услугу  мониторинга ежемесячно, суд приходит к выводу о том, что стоимость данной услуги в  45 000 руб. зафиксирована сторонами на весь период действия договора, что прямо  следует из содержания п.3.1 и п.3.3 договора.  

Рассчитывая сумму основного долга, истец исходил из фактического оказания услуг  по мониторингу ЧС в период с ноября 2021 года по апрель 2022 года и стоимости  приобретенного на сумму 258 653 руб. оборудования, зафиксированного в актах от  30.11.2021 № 1, от 31.12.2021 № 2, от 31.01.2022 № 3, от 01.02.2022 № 1. При этом  поступившую за весь период от кооператива оплату в размере 258 653 руб. истец учел в  счет погашения задолженности по оплате услуг по мониторингу ЧС, рассчитав ее, исходя  из ежемесячной фиксированной платы в 45 000 руб. за ноябрь, декабрь 2021 года, январь,  февраль, март 2022 года (итого 225 000 руб.) и оставшуюся сумму распределил на  соответствующее количество дней апреля, посчитав не оплаченными услуги по реестру, то  есть по приобретению оборудования в размере 258 653 руб.  

Стоимость услуг по реестру в размере 258 653 руб. зафиксирована в актах  30.11.2021 № 1, от 31.12.2021 № 2, от 31.01.2022 № 3, от 01.02.2022 № 1, подтверждена  истцом первичными документами о приобретении оборудования у третьих лиц и  ответчиком не оспорена.  

Согласно пункту 3.3 договора, стоимость всего договора рассчитывается путём  сложения сумм, указанных в реестре приложения № 1 на дату получения уведомления о  намерении расторгнуть договор.  

22.02.2022 кооператив направил в адрес охраны уведомление № 2/2022 о намерении  расторгнуть договор по инициативе заказчика на основании п.4.3 договора.  

В соответствии с пунктом 4.3 договора, для его расторжения инициатор направляет  уведомление о намерении расторгнуть договор, исполнитель делает расчёт окончания  срока договора и суммы договора и уведомляет инициатора, инициатор расторжения  письменно уведомляет исполнителя о выборе способа расторжения договора, исполнитель  

составляет соглашение о расторжении договора с указанием способа расторжения  договора.  

В ответ на данное письмо охрана предоставила расчёт окончания срока договора  (п.4.4 договора): 258.653 р.: 45.000р. * 12 = 69 месяцев, где – 258 653р. - стоимость  договора по реестру выполненных работ; 45 000р. – ежемесячный платёж; 12 -  коэффициент. Итого, договор будет считаться оконченным через 69 месяцев, начиная с  ноября 2021 года. Компенсация досрочного расторжения (п.4.2 договора): для досрочного  расторжения договора необходимо сделать единоразовое полное погашение суммы  задолженности по реестру и ежемесячных неоплаченных платежей. На 01 марта 2022 года  эта сумма составляет 303 653 руб.  

Не согласившись с предложенными вариантами, полагая, что с февраля 2022 года  услуги фактически не оказывались, кооперативом 21.03.2022 произведен платеж на сумму  123 653 руб. (258 653 руб. (стоимость реестра) – 135 000 руб. (частичная оплата).  

Таким образом, сторонами не достигнуто соглашение о расторжении договора в  порядке пункта 1 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации, вместе с тем  оказание услуг фактически прекращено.  

Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с  условиями обязательства и требованиями закона (статья 309 Гражданского кодекса  Российской Федерации). Односторонний отказ от исполнения обязательства и  одностороннее изменение его условий не допускается (статья 310 Гражданского кодекса  Российской Федерации).  

С учетом доказанности факта оказания услуг по реестру на сумму 258 653 руб.  (акты от 30.11.2021 № 1, от 31.12.2021 № 2, от 31.01.2022 № 3, от 01.02.2022 № ) и наличии у  ответчика обязанности оплатить услуги мониторинга в размере 45 000 руб., суд приходит к  выводу о правомерности исковых требований охраны о взыскании с кооператива  основного долга в сумме 45 000 руб., с учетом произведенной частичной оплаты в размере  258 653 руб. в силу статей 309, 310, 779, 781 Гражданского кодекса Российской  Федерации. В удовлетворении остальной части исковых требований о взыскании  основного долга суд отказывает.  

Рассмотрев требование о взыскании неустойки в размере 7 872 руб., суд установил  следующее.  

Согласно пункту 3.2 договора оплата услуг по настоящему договору производится  заказчиком ежемесячно на счёт или в кассу предприятия, на основании акта выполненных  услуг, до 15 числа следующего за отчётным месяца.  

Согласно статье 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой  (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма,  которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего  исполнения обязательства.  

Вместе с тем, условия договора от 01.11.2021 № 19-21 не предусматривают условия  о начислении неустойки за просрочку оплаты оказанных услуг; из расчета предъявленной  к взысканию суммы следует, что истцом фактически исчислены проценты за пользование  чужими денежными средствами по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской  Федерации. В связи с этим, исковые требования охраны в данной части рассматриваются  судом как требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными  средствами.  

В случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их  возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер  процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в  соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не  установлен законом или договором (статья 395 Гражданского кодекса Российской  Федерации).  

В связи с неисполнением ответчиком в установленный договором срок  обязательства по оплате истец за период с 01.07.2022 по 15.11.2022, согласно  представленного в материалы дела расчета, начислил ответчику проценты за пользование  чужими денежными средствами в сумме 7 852 руб.  

Представленный расчет ответчиком не оспорен, является арифметически верным. 

Вместе с тем, поскольку судом удовлетворены исковые требования о взыскании  основного долга в сумме 45 000 руб., проценты за пользование чужими денежными  средствами подлежат начислению на данную сумму, с учетом заявленного истцом  периода, и взысканию с ответчика в размере 1 369 руб. 73 коп., исходя из следующего  расчета:  

01.07.2022 – 24.07.2022: 24 дня х 9,5%/365 = 281 руб. 10 коп.;  25.07.2022 – 18.09.2022: 56 дней х 8%/365=552 руб. 33 коп.;  

19.09.2022 – 15.11.2022: 58 дней х 7,5%/365= 536 руб. 30 коп. 

В удовлетворении остальной части требования суд отказывает.  

Разрешая вопрос о распределении расходов по оплате государственной пошлины,  суд приходит к следующему.  

Согласно пункту 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу  

которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае,  если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в  деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.  

В соответствии со статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации размер  государственной пошлины по заявленным требованиям составляет 8 173 руб.  

Истцом при подаче искового заявления уплачена государственная пошлина в  размере 8 173 руб., что подтверждается платежным поручением от 16.11.2022 № 312.  

При указанных обстоятельствах в соответствии с частью 1 статьи 110  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате  государственной пошлины подлежат отнесению на стороны пропорционально  удовлетворенным требованиям и взысканию с ответчика в пользу истца в размере 1 421  руб. 93 коп., исходя из расчета 46 369 руб. 73 коп. х 8 173 руб. / 266 525 руб.  

Руководствуясь статьями 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, арбитражный суд  

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично. 

Взыскать с ГАРАЖНО-СТРОИТЕЛЬНОГО КООПЕРАТИВА «ТУРИСТ» в пользу  ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ЧАСТНОЕ ОХРАННОЕ  ПРЕДПРИЯТИЕ «ОХРАНА» основной долг в сумме 45 000 руб., проценты за  пользование чужими денежными средства в размере 1 369 руб. 73 коп., расходы по уплате  государственной пошлины в размере 1 421 руб. 93 коп.  

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказать.  

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в  течение месяца со дня его принятия.  

Судья Н.В.Рыкова 

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 18.04.2022 1:50:00

 Кому выдана Рыкова Наталья Викторовна