ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-8633/2019

24 января 2022 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена     18 января 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  24 января 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Сотова И.В.

судей  Бурденкова Д.В., Рычаговой О.А.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1, 

при участии:  

от ФИО2: представитель ФИО3, по доверенности от 27.12.2021;

от финансового управляющего: ФИО4, по доверенности от 27.10.2021;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-37019/2021)  АО «Мираф-Банк» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.09.2021 по делу № А56-8633/2019, принятое по делу о несостоятельности (банкротстве) гражданки ФИО2,

установил:

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.04.2019 (далее – арбитражный суд) гражданка ФИО2 (далее - должник, ФИО2) признана несостоятельным (банкротом); в отношении должника введена процедура реализации имущества; финансовым управляющим утвержден ФИО5 (далее - ФИО5).

Указанные сведения опубликованы в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 25.03.2019 № 3603587, в газете «Коммерсантъ» 30.03.2019 №56 (77230550230).

Срок проведения процедуры реализации имущества судом неоднократно продлевался.

Финансовый управляющий ФИО5 обратился в арбитражный суд с  ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника, указав на выполнение всех мероприятий процедуры банкротства в отношении должника, и приложив отчет о своей деятельности с необходимыми документами.

Определением арбитражного суда от 30.09.2021 процедура реализации имущества в отношении гражданки ФИО2 завершена; полномочия финансового управляющего ФИО5 прекращены; ФИО2 освобождена от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации его имущества.

Не согласившись с принятым судебным актом, кредитор - АО «Мираф-Банк» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – Банк) обжаловал его в апелляционном порядке, просит определение суда отменить в части освобождения должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества, мотивируя жалобу неполным выяснением судом обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанностью имеющих значение для дела  обстоятельств, которые суд посчитал установленными; несоответствием выводов суда, обстоятельствам дела, а также нарушением судом норм материального и процессуального права. 

Податель жалобы указывает, что  19.09.2014 между Банком и должником был заключен кредитный договор № 

<

***>, в обеспечение исполнения обязательств по которому  сторонами был заключен договор залога транспортного средства от 26.09.2014 № 08-ЗА-14, по условиям которого должником в залог Банку передано транспортное средство марки Ford Explorer, 2013 года выпуска, модель КХ BDG03676, номер кузова 

<

***>, цвет кузова черный, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, а в последующем – в связи с неисполнением должником обязательств по кредитному договору - определением арбитражного суда от 22.07.2019 признано обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование АО «Мираф-Банк» в сумме 1 424 646 рублей 99 копеек, в том числе: 1 170 509 рублей 16 копеек - основной долг и проценты, 254 137 рублей 83 копейки - неустойка, при этом, требование Банка учтено как обеспеченное залогом имущества должника - автомобилем Ford Explorer - легковой, 2013 года выпуска, модель КХ BDG03676, номер кузова 

<

***>, цвет кузова черный, идентификационный номер (VIN) 

<

***>.

Апеллянт также указывает, что согласно ответу Управления ГИБДД ГУ МВД России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области от 05.04.2019, автомобиль FORD Exploler, 2013 года выпуска, который находится в залоге у                      АО «Мираф-Банк», был зарегистрирован за должником в период с 27.09.2014 по 04.09.2015. С целью получения копии договора купли-продажи автомобиля финансовым управляющим 25.06.2019 был направлен запрос в МО ГИБДД ТНРЭР N 5 ГУ МВД РФ по городу Москва. 29.07.2019 финансовым управляющим была получена копия договора купли-продажи от МО ГИБДД ТНРЭР N 5 ГУ МВД РФ по городу Москва. Для выяснения обстоятельств отчуждения залогового имущества финансовым управляющим у должника была запрошена соответствующая информация. Согласно пояснениям от 06.09.2019 и копиям документов, предоставленных должником, автомобиль был передан по доверенности ее сожителю - ФИО6 Кроме того, ФИО6 имел доверенность с правом получения денежных средств, воспользовавшись данными доверенностями он реализовал автомобиль в городе Москве, подделав подписи на договоре купли-продажи. При этом, доверенности за истечением длительного времени у должника не сохранились, в связи с чем ФИО2 обратилась к нотариусу, который выдал текст доверенности со сведениями о документе.

В этой связи Банк, ссылаясь на то, что несмотря на наличие у управляющего сведений об отчуждении должником предмета залога, управляющий  обратился в суд с заявлением о признании сделки недействительной только в мае 2020 года, после обращения кредитора АО «Мираф-Банк» о признании бездействия последнего незаконным, полагает, что к отказу в признании сделки недействительной привело позднее обращение финансового управляющего в суд.

Помимо прочего, податель жалобы указывает, что ФИО2 являлась работником АО «Мираф-Банк» с 2009 года и занимала должности заместителя начальника отдела по организации работы удаленных структурных подразделений в Петербургском филиале, главного экономиста кредитного отдела, начальника отдела сопровождения кредитных операций.

По мнению Банка, учитывая занимаемые должником должности, она не могла не знать об ухудшении финансового состояния Банка, у которого была отозвана лицензия в январе 2016 года. При этом, сделка по отчуждению спорного залогового автомобиля совершена в преддверии банкротства Банка -  04.09.2015, при том, что доверенность на право управления и распоряжения транспортным средством FORD EXPLORER, 2013 года выпуска на имя ФИО6 была выдана 23.09.2014 и не была отменена в течение всего ее пятилетнего действия, а должником не представлено доказательств того, что она прилагала усилия для поиска транспортного средства FORD EXPLORER, 2013 года выпуска.

Ввиду этого АО «Мираф-Банк» в лице конкурсного управляющего - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» полагает, что отчуждение предмета залога, который являлся обеспечением исполнения обязательств по кредитному договору, задолженность по которому взыскана решением суда, является злоупотреблением правом со стороны ФИО2

Также податель жалобы обращает внимание суда апелляционной инстанции на то обстоятельство, что на момент заключения кредитного договора № 

<

***> и договора залога № 08-3 А-14, имелось свидетельство о регистрации уведомления о возникновении залога движимого имущества - спорного автомобиля, удостоверенное нотариусом. Однако, согласно общедоступной информации с сайта Федеральной нотариальной палаты (https://www.reestrzalogov.ru), сведения о залоге транспортного средства - Ford Explorer, VIN: 

<

***> - отсутствуют. Более того, сведений в ГИБДД о наличии обременении в отношении спорного автомобиля по состоянию на 04.09.2015 - когда спорный автомобиль был снят с регистрационного учета уполномоченным органом - не имелось, а 08.09.2015 зарегистрирован за иным лицом.

В этой связи апеллянт полагает, что в данном случае ФИО2, как работник Банка, занимающая ответственную должность именно в отделе кредитования, в преддверии отзыва лицензии у Банка и его последующего банкротства могла повлиять на наличие зарегистрированного уведомления о залоге.

Финансовый управляющий и должник представили письменный отзывы на апелляционную жалобу, в которых просят определение суда оставить без изменения. 

В судебном заседании апелляционной инстанции представители финансового управляющего и должника возражали против удовлетворения апелляционной жалобы.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежаще извещенных о времени и месте судебного разбирательства.

При рассмотрении дела суд руководствуется частью 5 статьи 268 АПК РФ с учетом разъяснений, изложенных в пункте 27 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 г. N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", согласно которому, если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Возражений против проверки только в обжалуемой части (то есть за исключением завершения процедуры банкротства) к началу рассмотрения апелляционной жалобы не поступило.

С учетом изложенного, законность судебного акта проверена в апелляционном порядке в обжалуемой части.

Как следует из материалов дела, в обоснование ходатайства о завершении процедуры реализации имущества должника финансовый управляющий указал, что реестр требований кредиторов сформирован на общую сумму в размере                       10 413 371, 26 руб., из которых погашено 2 969 817, 93 руб. (28,52%), кроме того,      203 221, 45 руб. были направлены на погашение мораторных процентов в пользу залогового кредитора - ПАО «Банк «Санкт-Петербург» в порядке пункта 2.1 статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

В конкурсную массу должника за период проведения процедуры реализации имущества поступило 4 150 620, 73 руб., из которых: 351 922, 80 руб.  выдано должнику в качестве прожиточного минимума, 255 000 руб. исключены судом из конкурсной массы должника и выданы должнику для погашения расходов по оплате найма жилого помещения, 51 834 руб. исключены судом из конкурсной массы, как денежные средства, израсходованные на погребение отца – ФИО7, 74 280, 21 руб.  исключены судом из конкурсной массы как денежные средства, оставшиеся после реализации предмета залога, за вычетом включенного в реестр требования залогового кредитора, и погашения текущих платежей,                   244 544, 34 руб. были направлены на возмещение расходов финансового управляющего, из которых 215 745, 74 руб. - 7% от сделки в качестве вознаграждения финансового управляющего. Денежная сумма в размере 2 540 246, 57 руб. направлена на погашение требования залогового кредитора (основной долг), 203 221, 45 руб. были направлены на погашение мораторных процентов в пользу залогового кредитора, остальные денежные средства в размере 429 571, 36 руб. были направлены на частичное погашение кредиторской задолженности, согласно реестру требований кредиторов.

В настоящий момент должник трудоустроен в АО «ЛенОблАИЖК».

В собственности у должника имеется квартира, площадью 45 кв.м., с кадастровым номером 78:11:0006078:3055, дата государственной регистрации 04.05.2017, номер государственной регистрации 78:11:0006078:3055-78/032/2017-2, основание государственной регистрации: договор купли-продажи квартиры oт 25.04.2017 (находилось в залоге ПАО «Банк «Санкт-Петербург»).

Указанное имущество финансовым управляющим  было включено в конкурсную массу и реализовано.

Также, как следует из ходатайства финансового управляющего, 04.09.2015 должником была совершена сделка по отчуждению автомобиля марки Ford Explorer, 2013 года выпуска, модель КХ BDG03676.

 При проведении анализа указанной сделки должника, финансовым управляющим сделаны выводы о наличии признаков ее недействительности, в связи с чем  25.03.2020 в арбитражный суд было направлено заявление об оспаривании сделки. 

Вступившим в законную силу определением арбитражного суда от 09.06.2021 по делу № А56-8633/2019/сд.1 в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительным договора купли-продажи от 04.09.2015 отказано.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции, исследовав материалы дела, правильно применив нормы процессуального и материального права, сделал вывод о возможности завершения процедуры реализации имущества должника, введенной в отношении ФИО2, и об освобождении должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина. 

Апелляционный суд не усматривает оснований для отмены судебного акта в обжалуемой части и удовлетворения апелляционной жалобы.

Исходя из системного толкования статьи 223 АПК РФ и статьи 32 Закона о банкротстве,  дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 6 статьи 213.27 Закона о банкротстве требования кредиторов, не удовлетворенные по причине недостаточности имущества гражданина, считаются погашенными, за исключением случаев, предусмотренных Законом о банкротстве.

С учетом выполнения всех необходимых мероприятий в процедуре банкротства должника, суд первой инстанции сделал правомерный вывод о возможности завершения процедуры реализации имущества должника, введенной в отношении ФИО2

В указанной части апелляционная жалоба доводов не содержит. 

Кредитор - АО «Мираф-Банк» в лице конкурсного управляющего - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» считает неправомерным применение к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств, ссылаясь на недобросовестное поведение должника в части отчуждения должником по договору купли – продажи 04.09.2015 находящегося в залоге у Банка автомобиля. 

 Рассмотрев заявленные Банком доводы о неприменении к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств по указанному основанию, суд апелляционной инстанции исходит из следующего:

Согласно пункту 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина, за исключением требований, предусмотренных пунктами 4 и 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также требований, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

В силу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 АПК РФ) и целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом, с учетом разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – Постановление №45), в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, с учетом его реальных возможностей погашения, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на злостное уклонение от исполнения обязательств.

По общему правилу, закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников, направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ и обеспечение тем самым защиты интересов кредиторов. Возможность применения правил об освобождении должника от исполнения обязательств зависит от его добросовестности.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, вывод активов и тому подобное), суд, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе в определении о завершении реализации имущества гражданина указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

В настоящем деле в нарушение статьи 65 АПК РФ Банком не представлено доказательств, свидетельствующих о злоупотреблении должником своими правами или ином заведомо недобросовестном поведении должника в ущерб кредитору, финансовым управляющим при подготовке отчета таких обстоятельств также не установлено. Должник к административной или уголовной ответственности не привлекался, также из материалов дела не следует и арбитражным судом не установлен факт представления должником недостоверных сведений финансовому управляющему или кредитору. Информация, необходимая для ведения процедуры банкротства, должником предоставлялась своевременно.

Как указано выше, анализ финансового состояния должника признаков преднамеренного и фиктивного банкротства не выявил. Сокрытие или уничтожение принадлежащего должнику имущества также не установлено.

В этой связи, наличие оснований, предусмотренных пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, судом по материалам дела не установлено.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно  счел возможным завершить процедуру реализации имущества должника и применить в отношении должника правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина, предусмотренные пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, с учетом положений пунктов 5, 6 статьи 213.28  Закона о банкротстве.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции исходит из того, что  установленные судом первой инстанции обстоятельства Банк документально не опроверг; доказательств недобросовестного поведения должника в материалы дела не представил, при том, что  вступившим в законную силу определением арбитражного суда от 09.06.2021 по делу № А56-8633/2019/сд.1 отказано в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительным договора купли-продажи от  04.09.2015. 

В этой связи суд апелляционной инстанции отмечает, что Банк имел возможность в установленный срок самостоятельно оспорить указанную сделку по отчуждению должником автомобиля. 

Также, вопреки доводам подателя жалобы, отказ в освобождении должника от исполнения  обязательств не может быть обусловлен неправомерными, как ссылается Банк в данном случае, действиями (бездействием) финансового управляющего, поскольку он зависит только от констатации противоправного поведения должника, направленного на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.), однако, в данном случае подателем жалобы доказательств такого поведения не представлено. 

Апелляционным судом не установлено нарушений судом первой инстанции норм материального и процессуального права, обстоятельства, имеющие значение для дела, выяснены в полном объеме, выводы суда, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют обстоятельствам дела.

При таких обстоятельствах определение арбитражного суда первой инстанции в обжалуемой части является законным и обоснованным, апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.09.2021 г. по делу № А56-8633/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную жалобу АО «Мираф-Банк» в лице конкурсного управляющего ГК АСВ - без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.В. Сотов

 

Судьи

Д.В. Бурденков

 О.А. Рычагова