АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4286/22 

Екатеринбург

29 июля 2022 г.

  Дело № А47-17480/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 июля 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 июля 2022 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Новиковой О.Н., Кудиновой Ю.В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу обществас ограниченной ответственностью «НБК» (далее – общество «НБК»)на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 10.03.2022по делу № А47-17480/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.05.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа,в судебное заседание в суд округа не явились, явку своих представителейне обеспечили.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 16.03.2021 по заявлению ФИО1 (далее – должник) возбуждено производство по делу о признании его несостоятельным (банкротом). 

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 07.04.2021 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО2, которая 09.03.2022 обратилась в суд с ходатайством о завершении процедуры банкротства должника.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 10.03.2022, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.05.2022, процедура реализации имущества должника завершена с освобождением должника от обязательств перед кредиторами, в том числе теми, чьи требования не заявлены в процедуре реализации имущества гражданина.

В кассационной жалобе общество «НБК» просит определение от 10.03.2022 и постановление от 11.05.2022 отменить в части освобождения должника от исполнения обязательств перед ним и в указанной части не освобождать должника от обязательств перед обществом «НБК», ссылаясь на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. По мнению заявителя, суды не оценили поведение должника, который, имея на дату заключения кредитных договоров с публичным акционерным обществом «Сбербанк России» (далее – Сбербанк) (которым право требования долга по кредитным договорам уступлено обществу «НБК») кредитные обязательства перед акционерным обществом «Банк Русский Стандарт» (далее – Банк Стандарт), их наличие от Сбербанка сокрыл, не указал в анкете, подписав которую, подтвердил точность и верность предоставляемой им информации, из чего следует, что должник действовал недобросовестно при получении кредита, что привело к неоправданному увеличению кредиторских долгов и является основанием для неосвобождения должника от соответствующих обязательств.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 16.03.2021 по заявлению ФИО1 возбуждено дело о его банкротстве. 

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 07.04.2021ФИО1 признан банкротом с введением в отношении его имущества процедуры реализации, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО2, из отчета которой о своей деятельности следует, что реестр требований кредиторов должника сформирован на общую сумму 1 583 331 руб. 67 коп. (кредиторы третьей очереди), 

Финансовым управляющим проведена инвентаризация имущества должника, по результатам которой имущество должника не выявлено, с целью выявления имущества должника финансовым управляющим сделаны запросы в регистрирующие органы, по полученным от которых сведениям какое-либо имущество у должника отсутствует, и в связи с отсутствием у должника имущества требования кредиторов управляющим не погашены, а текущие расходы на проведение процедуры банкротства составили 12516 руб. 75 коп. 

Согласно представленному управляющим анализу финансового состояния должника, должник неплатежеспособен, денежных средств для погашения расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющему достаточно, процедуру реализации имущества необходимо завершить, и, исходя из заключения финансового управляющего о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и (или) преднамеренного банкротства, названные признаки у должника отсутствуют.

В связи с завершением всех мероприятий в процедуре банкротства управляющий обратился в суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника с приложением отчета о своей деятельности и других необходимых документов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества должника суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности наличия всех необходимых и достаточных оснований для завершения реализации имущества ФИО1 на основании статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Судебные акты в части завершения процедуры реализации имущества ФИО1 лицами, участвующими в деле, не обжалуются и судом кассационной инстанции в соответствующей части не пересматриваются.

Возражая против освобождения должника от обязательств, кредитор общество «НБК» ссылался на злоупотребление должником правом, выразившееся в сокрытии при получении кредита сведений о наличии долговых обязательств перед иными кредиторами, повлекшем последовательное наращивание кредиторской задолженности и принятие должником неисполнимых обязательств. 

Разрешая в связи с завершением процедуры реализации имущества ФИО1 вопрос о наличии либо отсутствии оснований для освобождения последнего от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, суды исходили из следующего.

По общему правилу, ординарным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При применении процедуры банкротства завершение расчетов с кредиторами влечет освобождение гражданина-банкрота от дальнейшего исполнения требований кредиторов и, как следствие, от их последующих правопритязаний (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве), что позволяет такому гражданину выйти законным путем из создавшейся финансовой ситуации и вернуться к нормальной экономической жизни без долгов.

Такой подход к регулированию потребительского банкротства ставит основной его целью социальную реабилитацию гражданина.

Между тем, поскольку институт банкротства - это крайний, экстраординарный способ освобождения от долгов, так как в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им, названная цель ориентирована исключительно на добросовестного гражданина, призвана к достижению компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств.

Реабилитационная цель института банкротства граждан должна защищаться механизмами, исключающими недобросовестное поведение граждан.

В пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - постановление Пленума № 45) разъяснено, что целью пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28, статьи 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, управляющим и кредиторами; эти нормы направлены на недопущение сокрытия должником обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на максимально полное удовлетворение требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих в деле о банкротстве, или иначе воспрепятствовать рассмотрению дела, а, если должник обязан представить документы в суд (управляющему), суды при рассмотрении вопроса о добросовестности поведения должника должны учитывать наличие документов в распоряжении гражданина и возможность их получения (восстановления), а, если при рассмотрении дела о банкротстве будет установлено, что должник не представил необходимые сведения суду (управляющему) при имеющейся у него возможности (представил заведомо недостоверные сведения), это может повлечь неосвобождение должника от обязательств (абзац 3 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Предусмотренные Законом о банкротстве обстоятельства, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (пункты 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве), все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом суд должен установить, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

В абзаце четвертом пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что освобождение гражданина от обязательств не допускается, в том числе, в случае, если гражданин предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита.

Задача суда при разрешении вопроса об освобождении должника от исполнения требований кредиторов состоит в установлении истинных намерений при вступлении в правоотношения с кредиторами, объективных мотивов возникновения обстоятельств, приведших к невозможности исполнения должником принятых на себя обязательств.

В соответствии с пунктом 28 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 № 51 «О рассмотрении дел о банкротстве индивидуальных предпринимателей» (далее - постановлении Пленума № 51), при установлении признаков преднамеренного (фиктивного) банкротства, иных обстоятельств, свидетельствующих о злоупотреблении должником правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие заведомо не исполнимых обязательств, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации сокрытие (умышленное уничтожение) имущества, и т.п.), суд вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение к данному должнику правила об освобождении от исполнения обязательств (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзац 17, 18 статьи 2 и статья 213.30 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеизложенных разъяснений постановления Пленума № 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

Таким образом, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств. При этом, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. Кроме того, при определении добросовестности поведения должника суду следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность.

Также при рассмотрении вопроса об освобождении должника от принятых на себя обязательств необходимо учитывать, что банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством разработки стандартных форм кредитных анкет-заявок для заполнения их потенциальным заемщиком на стадии обращения в кредитную организацию с указанием сведений о его имущественном и социальном положении, ликвидности предлагаемого обеспечения и т.п., а также проверки предоставленного им необходимого для получения кредита пакета документов.

Одновременно банки вправе запрашивать информацию о кредитной истории обратившегося к ним лица на основании Федерального закона от 30.12.2004 № 218-ФЗ «О кредитных историях» в соответствующих бюро. По результатам проверок в каждом конкретном случае кредитная организация принимает решение по вопросу о выдаче денежных средств.

В случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, предоставленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей применения положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

При этом последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности путем получения денежных средств в различных кредитных организациях может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств, только в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, кредитные обязательства в других кредитных организациях и т.п.) либо предоставления заведомо недостоверной информации.

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, проверив наличие оснований для неосвобождения должника от обязательств, учитывая, что надлежащие и достаточные доказательства, свидетельствующие о наличии предусмотренных действующим законодательством обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, отсутствуют, к уголовной (административной) ответственности за неправомерные действия при банкротстве должник не привлекался, судебными актами по настоящему делу факты непредставления ФИО1 управляющему необходимых сведений (предоставление заведомо недостоверных сведений) не установлены, тогда как должник, напротив, добросовестно раскрыл всю имеющуюся информацию, в том числе в своем заявлении о признании его банкротом указал на наличие задолженности перед кредиторами с приложением соответствующих подтверждающих документов, анализ финансового состояния должника свидетельствует об отсутствии признаков преднамеренного и (или) фиктивного банкротства, а какие-либо иные доказательства, свидетельствующие о наличии обстоятельств, являющихся основанием для неосвобождения должника от исполнения обязательств, не представлены, и доказательства того, что при возникновении или исполнении обязательств, на которых кредитор основывает свои требования в настоящем деле о банкротстве, ФИО1 действовал незаконно, умышленно сокрыв информацию или предоставив заведомо недостоверную информацию в целях получения кредитов, заведомо не имея цели погасить их, также отсутствуют, при том, что банк как профессиональный участник кредитного рынка при заключении кредитного договора имеет широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, не только из предоставленной должником кредитной анкеты-заявки по стандартной форме, но и посредством проверки предоставленного для получения кредита пакета документов, запроса информации о кредитной истории обратившегося к ним лица, ввиду чего заемщик предполагал, что банк будет проверять достоверность предоставленной им информации, в том числе посредством изучения его кредитной истории, и таким образом, заведомо недобросовестное поведение должника в данном случае не усматривается, а кредитор доказательства иного не представил и не обосновал, как, с учетом доступа банка к кредитным историям заемщиков, указание должником в анкете сведений о наличии иных кредитных обязательств явилось бы препятствием для выдачи ФИО1 кредита, при том, что кредиты привлекались должником спустя значительные периоды (Банк Стандарт – 18.10.2007, 02.09.2011 и 16.09.2013, а Сбербанк - 02.12.2012), и, согласно пояснениям должника частично направлялись на покрытие его личных нужд, а в части – на создание собственного бизнеса, и выполнение обязательств по ним не удалось в связи с потерей трудоустройства должником, зарегистрированным с 22.03.2021 в качестве безработного и занятым поиском работы, тогда как нетрудоустройство должника и наличие при этом долгов в связи с принятыми на себя обязательствами сами по себе не могут свидетельствовать о недобросовестном, противоправном поведении должника, направленном на умышленное уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами, при том, что иное не доказано, суды пришли к выводам о доказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для освобождения ФИО1 по результатам процедуры банкротства от дальнейшего исполнения обязательств кредиторов в целях последующего восстановления его платежеспособности, в то время как надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие данные обстоятельства, и, свидетельствующие о наличии оснований для неосвобождения должника от исполнения обязательств, не представлены.

Таким образом, при вынесении судебных актов в обжалуемой части суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела наличия в данном случае всех необходимых и достаточных оснований для освобождения ФИО1 от исполнения обязательств, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права, являлись предметом оценки судов и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 10.03.2022по делу № А47-17480/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.05.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «НБК» –без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

ПредседательствующийЮ.А. Оденцова 

СудьиО.Н. Новикова 

Ю.В. Кудинова