Арбитражный суд Московской области

   107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва 

http://asmo.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело №А41-73857/20

31 марта 2021  года

г. Москва

Резолютивная часть решения объявлена 17 марта 2021 года.

Полный текст решения изготовлен 31 марта 2021 года.

Арбитражный суд Московской области в составе судьи Поморцевой Н.А. при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Магомедовой Р.З.,  рассмотрел в судебном заседании  исковое заявление 

ПАО "РОССЕТИ МОСКОВСКИЙ РЕГИОН" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к ООО "Фряновский завод электрических аппаратов" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о расторжении договора и возмещении затрат

при участии в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле, согласно протоколу судебного заседания от 17.03.2021 г.

УСТАНОВИЛ:

Публичное акционерное общество "Россети Московский регион" (исполнитель , сетевая организация) обратилось в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью "Фряновский завод электрических аппаратов" (заказчик) со следующими требованиями:

- признать договор об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям №В8-14-302-11669(913191) от 16.01.2015, заключенный между ПАО «Россети Московский регион» (Истцом) и Обществом с ограниченной ответственностью «Фряновский завод электрических аппаратов» (Ответчиком) расторгнутым, с даты вступления решения суда по данному делу в законную силу;

- взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Фряновский завод электрических аппаратов» в пользу ПАО «Россети Московский регион» 509 090,77 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 13 182 руб.

Представитель истца в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, в порядке ст. 123 АПК РФ, в том числе публично, путем размещения информации в картотеке арбитражных дел на сайте http://kad.arbitr.ru/. 

Дело рассмотрено в соответствии со ст.ст. 121-124, 153, 156  Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее также АПК РФ) в отсутствие представителя истца, извещенного надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела.

В судебном заседании представитель ответчика против удовлетворения исковых требований возражал, заявил о пропуске срока исковой давности, судом в порядке ст.159, ст. 66 АПК РФ  удовлетворено ходатайство ответчика и приобщено к материалам дела дополнительное соглашение от 16.01.2015г.

Рассмотрев представленные в материалы дела доказательства, выслушав доводы представителя ответчика, арбитражный суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, между ПАО «Россети Московский регион» (прежнее наименование – ПАО «МОЭСК») и Обществом с ограниченной ответственностью «Фряновский завод электрических аппаратов» заключен 16.01.2015 года договор № В8-14-302-11669(913191) об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям  энергопринимающего устройства Заявителя, для электроснабжения базы отдыха, расположенной по адресу: 141137, Московская область, Щелковский р-н, д. Большие Петрищи, кадастровый номер 50:14:0010306:262. Максимальная мощность присоединяемых энергопринимающих устройств: 80 кВт.

Пунктом 5 договора установлено, что срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению составляет 6 месяцев со дня заключения настоящего договора.

В соответствии с пунктом 10 Договора плата за технологическое присоединение составила 852 134,78 руб.

Согласно п. 11 Договора внесение платы за технологическое присоединение осуществляется заявителем в следующем порядке:

- 15% в размере 127 820,22 руб. в течение 15 дней со дня заключения настоящего договора;

- 30 % в размере 255 640,43 руб. в течение 60 дней со дня заключения настоящего договора;

- 45 % в размере 383 460,65 руб. в течение 15 дней со дня фактического присоединения;

- 10 % в размере 85 213,48 руб. в течение 15 дней со дня подписания акта об осуществлении технологического присоединения.

В целях выполнения мероприятий по технологическому присоединению со стороны Истца требовалось строительство ВЛ-10 кВ от опоры №59 отп. На КТП-134 ВЛ-10 кВ направлением, КРН-1-ТП-69 ф. 41 от РУ-10 кВ на ПС 35/10/6 кВ Фряново (№30) до границ участка Ответчика, протяженность ВЛ-400 м, сечение провода определить проектом.

Для выполнения взятых на себя обязательств по Договору, Истец заключил с Обществом с ограниченной ответственностью «ЛЭП-энергоремонт» договор строительного подряда № 745-ЛЭП от 09.02.2015 на выполнение комплекса работ по титулу: «Строительство ВЛЗ-10 кВ от оп. 59 ВЛЗ-10 кВ КТП-134 на КРН-1-ТП-69 фид. 41 ПС №30 «Фряново». Московская область. Щелковский район, д. Большие Петрищи».

Работы по вышеуказанному договору строительного подряда, по утверждению истца,  выполнены. Стоимость выполненных работ составила 489 218,77 руб.

Как указал Истец, Ответчик свои обязательства по Договору, предусмотренные п. 8, в том числе, мероприятия, предусмотренные п. 11 Технических условий, не выполнил, оплату по Договору не произвел, что привело к невозможности завершить работы по технологическому присоединению.

В соответствии с пунктом 6 Договора Сетевая организация надлежащим образом выполнила свою часть Технических условий, и обеспечила Ответчику возможность осуществления технологического присоединения по Договору.

Кроме того, сетевая организация выдала Ответчику Технические условия, стоимость подготовки и выдачи Технических условий составляет 19 872 руб. рассчитанная на основании Распоряжения Комитета по ценам и тарифам Московской области от 20.12.2013 г. №154-Р.

Ввиду неисполнения Ответчиком обязательств по оплате, Сетевая организация направила в адрес Ответчика соглашение о расторжении договора об осуществлении договора об осуществлении технологического присоединения энергопринимающих устройств к электрическим сетям №В8-14-302-11669(913191) от 16.01.2015. 

Вышеуказанное соглашение вручено нарочно - 25.02.2020, однако до настоящего времени в адрес Сетевой компании подписанное со стороны Ответчика Соглашение не поступало.

02.03.2020 за исх. №23-4/106 Ответчику направлена претензия о возмещении фактически понесенных затрат со стороны Сетевой организации, до настоящего времени ответ на претензию не получен, оплата за технологическое присоединение не осуществлена.

17.03.2020 за исх. №23-6/139 в адрес Ответчика направлено Уведомления об одностороннем расторжении договора об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям № В8-14-302-11669(913191) от 16.01.2015.

23.03.2020 за исх. №22 Ответчик ответил отказом.

Поскольку обязательства по Техническим условиям Ответчик не исполнил, оплату по Договору до настоящего времени не произвел, Истец обратился в суд с настоящим иском.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее – Закон об электроэнергетике), Правилами технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее – Правила № 861), суд приходит к выводу об отсутствии оснований к удовлетворению требований в связи со следующим.

Из характера обязательств исполнителя и заказчика по договору о технологическом присоединении следует, что к правоотношениям по технологическому присоединению применимы как нормы главы 39 Гражданского кодекса Российской Федерации, так и общие положения об обязательствах и о договоре (раздел III названного Кодекса).

В силу статьи 783 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) к договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде, если это не противоречит статьям 779 - 782 ГК РФ, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

Согласно пункту 3 статьи 450 ГК РФ в случае одностороннего отказа от исполнения договора полностью или частично, когда такой отказ допускается законом или соглашением сторон, договор считается соответственно расторгнутым или измененным.

Как установлено пунктом 2 статьи 452 ГК РФ, требование о расторжении договора может быть заявлено стороной в суд только после получения отказа другой стороны на предложение расторгнуть договор либо неполучения ответа в срок, указанный в предложении или установленный законом либо договором, а при его отсутствии - в тридцатидневный срок.

Если основанием для расторжения договора послужило существенное нарушение договора одной из сторон, другая сторона вправе требовать возмещения убытков, причиненных расторжением договора (пункт 5 статьи 453 ГК РФ).

Согласно подпункту "в" пункта 16 Правил от 27.12.2004 г. и подпункту "в" пункта 12 Правил от 09.06.2007 г., к существенным условиям договора технологического присоединения относится право заявителя (ответчика) в одностороннем порядке расторгнуть договор при нарушении сетевой организацией сроков технологического присоединения, указанных в договоре.

Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются также в случаях, предусмотренных договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.

Из характера обязательств исполнителя и заказчика по договору о технологическом присоединении следует, что к правоотношениям по технологическому присоединению применимы как нормы главы 39 Гражданского кодекса Российской Федерации, так и общие положения об обязательствах и о договоре (раздел III названного Кодекса).

В силу статьи 783 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) к договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде, если это не противоречит статьям 779 - 782 ГК РФ, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

Согласно пункту 1 статьи 719 ГК РФ подрядчик вправе не приступать к работе, а начатую работу приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок (статья 328 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 328 ГК РФ в случае не предоставления обязанной стороной предусмотренного договором исполнения обязательства либо при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что такое исполнение не будет произведено в установленный срок, сторона, на которой лежит встречное исполнение, вправе приостановить исполнение своего обязательства или отказаться от исполнения этого обязательства и потребовать возмещения убытков.

Из материалов дела следует, что заказчиком не осуществлялись обязательства по оплате, ни обязательства, закрепленные в пункте 11 Технических условий, ответчиком  не исполнялись,  представитель ответчика не отрицал в судебном заседании, необходимость в присоединении для заказчика отпала.

Если заказчик (ответчик) не исполняет свою обязанность по предварительной оплате работ (услуг), исполнитель (сетевая организация) получает право по своему выбору отказаться от выполнения работ (услуг) по договору и потребовать возмещения убытков, либо приостановить исполнение своих обязательств.

Учитывая неполучение истцом от ответчика оплаты услуг по договору технологического присоединения, при наличии встречного права на приостановление соответствующих работ, исполнение истцом и принятие от подрядчика в рамках договора строительного подряда работ, не может быть признано разумным и предусмотрительным действием.

Таким образом, законодательство закрепляет единственное специальное основание для одностороннего расторжения договора технологического присоединения - нарушение сетевой организацией сроков технологического присоединения, указанных в договоре.

Отказывая в удовлетворении требований сетевой организации о взыскании с ответчика расходов, сложившихся, как следует из текста искового заявления, из стоимости подготовки и выдачи технических условий – 19 872, 00 руб., подрядных работ-489218,77 руб.), суд исходит из следующего.

Технологическое присоединение энергопринимающих устройств к электрическим сетям представляет собой комплекс мероприятий и осуществляется на основании возмездного договора, заключаемого сетевой организацией с обратившимся к ней лицом (заявителем). По условиям такого договора сетевая организация обязана реализовать мероприятия, необходимые для осуществления такого технологического присоединения (в том числе разработать технические условия), а заявитель обязан помимо прочего внести плату за технологическое присоединение (пункт 4 статьи 23.1, пункт 2 статьи 23.2, пункт 1 статьи 26 Закона об электроэнергетике, подпункт «е» пункта 16, пункты 16(2), 16(4), 17, 18 Правил технологического присоединения).

Затраты на проведение мероприятий по технологическому присоединению, в том числе расходы сетевой организации на обеспечение коммерческого учета электрической энергии (мощности), строительство и (или) реконструкцию необходимых для технологического присоединения объектов электросетевого хозяйства, включаются в расходы сетевой организации, учитываемые при установлении тарифов на услуги по передаче электрической энергии и (или) платы за технологическое присоединение. При этом не допускается включение расходов сетевой организации, учтенных при установлении тарифов на услуги по передаче электрической энергии, в состав платы за технологическое присоединение и расходов, учтенных при установлении платы за технологическое присоединение, в состав тарифов на услуги по передаче электрической энергии.

Сетевая организация указывает, что стоимость подготовки и выдачи Технических условий составляет 19 872, 00 руб. рассчитанная на основании Распоряжения Комитета по ценам и тарифам Московской области от 20.12.2013 г. №154-Р.

Согласно пункту 5 статьи 453 ГК РФ если основанием для изменения или расторжения договора послужило существенное нарушение договора одной из сторон, другая сторона вправе требовать возмещения убытков, причиненных изменением или расторжением договора.

Согласно пункту 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

В пункте 2 данной статьи указано, что убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 ГК РФ.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В рамках настоящего дела истец просил взыскать с ответчика расходы в размере 19 872, 00 руб. за подготовку и выдачу технического условия на присоединение мощности, подготовленного в ходе исполнения указанного выше договора (л.д.24).

Истец, рассчитывая плату за подготовку и выдачу заказчику технических условий по договору, ссылается на Распоряжение Комитета по ценам и тарифам Московской области от 20.12.2013 г. №154-Р (ставка для расчета платы за подготовку Сетевой организацией технических условий – 207 руб./кВт (без НДС)).

При доказанности факта причинения убытков размер возмещения должен быть установлен судом с разумной степенью достоверности (пункт 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Доказательства, обосновывающие размер фактических расходов, обязана представить в суд сетевая компания (статья 65 АПК РФ).

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 23 Обзора судебной практики N 1 (2018) и Определении от 24.03.2017 N 304-ЭС16-16246, ставка тарифа не может корректно отражать издержки сетевой компании по оказанию услуг конкретному лицу, так как она рассчитана из плановых величин расходов на технологическое присоединение на период регулирования, что неравнозначно фактическим затратам. В то же время расходы сетевых компаний на технологическое присоединение ограничиваются тарифным органом до экономически обоснованных величин, поэтому расходы, подлежащие возмещению сетевой компании, не должны превышать стоимость услуг, рассчитанную с применением ставки тарифа.

Между тем затраты истца определены лишь из утвержденной ставки тарифа и устанавливаемой при технологическом подключении мощности, доказательств, подтверждающих несение истцом фактических затрат истца по подготовке и выдаче технических условий, не представлено.

Следовательно, в рассматриваемом случае расходы определены сетевой организацией расчетным путем и поэтому по своей правовой природе не подпадают под предусмотренными статьей 15 ГК РФ к возмещению расходами на восстановление нарушенного права. 

Кроме того, стандартизированные ставки платы за технологическое присоединение рассчитываются на основании средних величин экономически обоснованных расходов, определенных регулирующим органом на одно присоединение (пункты 24, 25 Методических указаний N 1135/17).

Таким образом, действительные расходы сетевой организации на технологическое присоединение могут не покрываться установленной регулирующим органом для этих целей ставкой.

Расходы сетевой организации на подготовку и выдачу технического условия (подпункт "а" пункта 18 Правил), не включаемые в состав платы за технологическое присоединение, составляют выпадающие доходы сетевой организации, связанные с технологическим присоединением к электрическим сетям, и включаются регулирующим органом в тариф на услуги по передаче электрической энергии (пункт 87 Основ N 1178).

В то же время расходы сетевых компаний на технологическое присоединение ограничиваются тарифным органом до экономически обоснованных величин, поэтому расходы, подлежащие возмещению сетевой компании, не должны превышать стоимость услуг, рассчитанную с применением ставки тарифа.

Следовательно, объем обязательств потребителя императивно регламентирован пунктом 1 статьи 782 ГК РФ, который не предусматривает применение к фактическим расходам исполнителя по договору возмездного оказания услуг правил об определении размера убытков, установленных в пункте 5 статьи 393 ГК РФ.

В такой ситуации сетевая организация вправе притязать только на сумму строго доказанных ею фактических расходов, понесенных в связи с исполнением договора до момента получения от потребителя заявления об отказе от его исполнения. При недоказанности фактического несения расходов в их взыскании сетевой организации следует отказать.

Пунктами 1 и 2 статьи 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Реализация такого способа защиты как возмещение убытков предполагает применение к правонарушителю имущественных санкций, а потому возможна лишь при наличии общих условий гражданско-правовой ответственности.

Лицо, требующее возмещения причиненных ему убытков, должно доказать наступление вреда, противоправность действий причинителя вреда, причинно-следственную связь между виновными (противоправными) действиями причинителя вреда и фактом причинения вреда, а также размер вреда, подтвержденный документально. 

Требование о взыскании убытков может быть удовлетворено только при установлении совокупности всех указанных элементов ответственности.

При этом в отсутствие хотя бы одного из указанных условий обязанность лица возместить причиненный вред не возникает.

Таким образом, в нарушение ст. 65 АПК РФ доказательства наличия полного состава правонарушения, включающего наступление вреда и его размер, вину причинителя вреда, противоправность поведения причинителя вреда и причинно-следственную связь между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями, истцом не представлены.

Аналогичная правовая позиция изложена в определениях Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.03.2011 N ВАС-2350/11, от 19.04.2011 N ВАС-4192/11.

При таких обстоятельствах основания для удовлетворения заявленных истцом требований о взыскании расходов  у суда не имеется, поскольку доказательств того что такие расходы понесены в материалы дела не представлено.

Кроме того, суд полагает, что заключение сетевой организацией договора строительного подряда от 09.02.2015 №  745-ЛЭП на сумму  - 489218,77  руб., дата начала работ: 09.02.2015, окончание работ: 19.04.2015, представленная суду по данному договору справка о стоимости выполненных работ от 12.10.2015 в качестве подтверждения фактических расходов сетевой организации, и заявленных истцом в порядке ст. 15 ГК РФ (убытки) связанных с исполнением обязательств по договору технологического присоединения подлежат отклонению, учитывая срок выполнения мероприятий, согласованный сторонами договора, а также срок действия технических условий к данному договору.

Учитывая изложенное, суд полагает, что истцом вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено в материалы дела (что следует из приложений к иску, поданному через электронной ресурс «Мой Арбитр») доказательств, подтверждающих несение им заявленных к взысканию убытков, в материала дела  не представлен акт приемки, платежное поручение об оплате договора строительного подряда от 09.02.2015 №  745-ЛЭП на сумму  - 489218,77  руб.

Кроме того, Ответчик, возражая против удовлетворения исковых требований, указал на пропуск срока исковой давности.

В силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ, пропуск исковой давности является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Из пункта 2 статьи 199, пунктов 1 и 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что по общему правилу течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. 

По обязательствам с определенным сроком исполнения течение исковой давности начинается по окончании срока исполнения. 

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Срок исполнения нарушенных Ответчиком обязательств по оплате расходов на техническое присоединение, предусмотренных пунктом 11 Договора окончился 17 марта 2015 года.

Согласно пункту 11 Договора внесение платы за технологическое присоединение должно было осуществляться Ответчиком четырьмя платежами в размере 15%, 30%, 45% и 10 % размера платы за технологическое присоединение по Договору, установленного пунктом 10 Договора.

Срок исполнения первого платежа в размере 15% окончился 31 января 2015 года, срок исполнения второго платежа в размере 30% - 17 марта 2015 года.

Срок выплаты третьего в размере 45% и четвертого в размере 10% платежей не наступил.

Согласно Дополнительному соглашению от 16 января 2015 года к Договору Истец на услуги по Договору должен был предоставлять Ответчику первичные учетные документы в сумме оказанных услуг, а Ответчик в установленные разделом III Договора сроки оплачивать их.

Документы, подтверждающие предоставленные Истцом и принятые Ответчиком услуги (работы), а также факт выплаты сумм в размере предъявленных «фактических затрат» Истцом в материалы дела не предоставлены.

Таким образом, срок исковой давности по требованиям о взыскании истек 17 марта 2018 года.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее - Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015г. № 43), течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ), и изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

В силу правовой позиции, изложенной в абзаце 3 пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015г. № 43, срок исковой давности, пропущенный юридическим лицом, а также гражданином - индивидуальным предпринимателем по требованиям, связанным с осуществлением им предпринимательской деятельности, не подлежит восстановлению независимо от причин его пропуска.

Пунктом 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015г. № 43 разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ), и если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Ввиду того, что требования о взыскании убытков не подтверждены истцом и заявлены сетевой организацией после истечения срока исковой давности, то указанные требования также удовлетворению не подлежат.

Расходы по государственной пошлине в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Десятый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме). 

Судья                                                               Н.А. Поморцева