ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-38623/2019

Дело № А40-161941/17

г. Москва

19 августа 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 августа 2019 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 19 августа 2019 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Д.Г.Вигдорчика

судей А.А.Комарова, С.А.Назаровой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Л.И.Кикабидзе,

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1 - ФИО2 на определение Арбитражного суда города Москвы от 30.05.2019 по делу № А40-161941/17, вынесенное судьей Пахомовым Е.А., об отказе финансовому управляющему ФИО2 в удовлетворении в удовлетворении заявления о признании недействительным брачного договора от 30.11.2011 г., зарегистрированного в реестре за № 16-8251, заключенного между ФИО1 и ФИО3 и применении последствий недействительности сделки,в рамках дела о банкротстве гражданина ФИО1, 

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 –ФИО4 по дов.от 08.02.2017

от ФИО3 -ФИО5 по дов.от 03.04.2019

Иные лица не явились, извещены. 

 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-161941/17-175-229Б от 20.04.2018 гражданин ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН 

<

***>, место жительства г. Москва) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, и.о. финансового управляющего утвержден ФИО2 (член СРО ААУ ЕВРОСИБ, адрес для направления корреспонденции: 

<

...>).

В Арбитражный суд города Москвы 13.03.2019, согласно штампу канцелярии, от финансового управляющего ФИО2 поступило заявление, в котором он просит признать недействительным брачный договор от 30.11.2011 г., зарегистрированный в реестре за № 16-8251, заключенный между ФИО1 и ФИО3

Рассмотрев указанное заявление, суд первой инстанции определением от 30.05.2019г. отказал финансовому управляющему ФИО2     в удовлетворении в удовлетворении заявления о признании недействительным брачного договора от 30.11.2011 г., зарегистрированного в реестре за № 16-8251, заключенного между ФИО1 и ФИО3 и применении последствий недействительности сделки.

Не согласившись с указанным определением финансовым управляющим ФИО1 - ФИО2 подана апелляционная жалоба, в рамках которой податель жалобы просит определение отменить, принять новый судебный акт. 

В обоснование требований апелляционной жалобы заявитель указывает, что выводы к которым пришел суд первой инстанции, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, судом не дана надлежащая оценка представленным доказательствам и приведенным доводам, указывая на необоснованность и недоказанность выводов суда о наличии признаков злоупотребления правом и наличии умысла причинения вреда  третьим лицам.

В судебном заседании представители ФИО1 и ФИО3 относительно доводов апелляционной жалобы возражали.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о дате и времени её рассмотрения, апелляционная жалоба рассматривалась в их отсутствие в соответствии с ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Повторно исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого определения суда первой инстанции по следующим основаниям.

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пункта 1 статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности исчисляется с момента, когда первое уполномоченное на предъявление иска лицо узнало или должно было узнать о наличии оснований для признания сделки недействительной.

Эта норма в п. 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 разъясняется следующим образом. В соответствии со ст. 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности (абз. 3 п. 3 ст. 75 Закона о банкротстве)) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных ст. 61.2 или ст. 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности. Однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В заявлении ответчик ссылался на следующие обстоятельства. Определением Арбитражного суда г. Москвы от 19.10.2017 (резолютивная часть оглашена 17.10.2017) по делу № А40-161941/2017 в отношении должника ФИО1 введена процедура     реструктуризации     долгов.     

С     заявлением     об     оспаривании     сделки     финансовый управляющий должника  обратился             в     арбитражный   суд  13.03.2019,   т.е.   с  пропуском срока исковой давности.

Как  указал суд первой инстанции, согласно пояснениям финансового управляющего о совершенной сделке ему стало известно 22.05.2018 г., после того, как представитель Должника ФИО6 выслала на электронную почту финансового управляющего копию оспариваемого договора. Кроме того, в процедуре банкротства должником не были переданы финансовому управляющему документы, сведения об имуществе должника и о совершенных сделках.

Следовательно, у финансового управляющего отсутствовала иная возможность получить документы и сведения об оспариваемой сделке. 

Суд расценил распечатку с Интернет сайтов как допустимое доказательство, поскольку в материалах дела не имеется доказательств искажения информации. В материалах дела также не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что финансовый управляющий получил сведения о совершенной сделке ранее.

В обоснование своих требований о признании брачного договора недействительным, финансовый управляющий указывает на то, что оспариваемая сделка совершена в пользу заинтересованного лица с злоупотреблением права в связи с чем финансовый управляющий Должника просит суд признать оспариваемую сделку недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве и ст. 10, 170 ГК РФ.

В соответствии с п. 13 ст. 14 Федерального закона от 29.06.2015 г. № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», пункты 1, 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора   (уполномоченного органа) в порядке,    предусмотренном   пунктами   3-5   статьи   213.32 Закона о банкротстве.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ предусмотрено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки, их сознательное, целенаправленное поведение на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475 по делу N А53-885/2014, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 14.11.2018 N Ф05-18276/2018 по делу N А40-111665/2017).

Как указано в пункте 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» с целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому     лицу   суду    необходимо установить    обстоятельства,         неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления нравом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Соответственно, согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 01.09.2015 по делу N 5-КГ15-92, презумпция добросовестности и разумности действий субъектов гражданских правоотношений предполагает, что бремя доказывания обратного лежит на той стороне, которая заявляет об этом.

В соответствии со ст. 40 Семейного кодекса РФ, брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения.

Брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (ст. 34 Семейного кодекса РФ), установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов.

Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов (ч. 1 ст. 42 Семейного кодекса РФ).

Согласно ч. 1 ст. 41 Семейного кодекса РФ, брачный договор может быть заключен как до государственной регистрации заключения брака, так и в любое время в период брака.

Таким образом, заключение брачного договора в любое время в период брака не свидетельствует о каком-либо злоупотреблении правом сторон брачного договора, как об этом указывает Финансовый управляющий.

Как следует из материалов дела, 30.11.2011 г. между ФИО1 и ФИО3           заключен брачный договор (зарегистрирован в реестре за № 16-8251), соответствии с которым нажитое имущество супругов будет находиться в режиме раздельной собственности супругов, в частности, все имущество, приобретенное супругами в период брака, является собственностью того из супругов, на чье имя оформлено и зарегистрировано это имущество.

Как указал суд первой инстанции, действующее           законодательство не запрещает заключение            договора между заинтересованными лицами. Кроме того, природа брачного договора предполагает его заключение между супругами, которые являются заинтересованными лицами в силу п. 3 ст. 19 Закона о банкротстве.

Судом отмечено, что обстоятельство, что указанное лицо, является заинтересованным лицом по отношению к Должнику, не исключает действия в их отношении презумпции добросовестности.

Таким образом, по мнению апелляционной коллегии, суд первой инстанции верно отклонил ссылку финансового управляющего на то, что ФИО3 является заинтересованным лицом по отношению к должнику, из чего финансовый управляющий делает вывод, что сам факт заключения оспариваемого брачного договора от 30.11.2011 г. между заинтересованными лицами свидетельствует о злоупотреблении правом.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что доказательств, подтверждающих факт наличия признаков злоупотребления правом, при заключении брачного договора финансовым управляющим в материалы дела не представлено.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции и отклоняя доводы апелляционной жалобы, коллегия принимает во внимание, что приведенные в апелляционной жалобе доводы не нашли правового и документального обоснования, в связи с чем они не могут являться основанием к отмене судебного акта.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Согласно п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ № 63 от 23.12.2010 г., при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

В соответствии с абз. 33-34 ст. 2 Закона о банкротстве: недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В материалах настоящего дела не имеется доказательств, подтверждающих, что ФИО3 знала или должна была знать о том, что целью должника при совершении оспариваемого брачного договора от 30.11.2011 г. является причинение вреда имущественным правам и законным интересам кредиторов, как отсутствуют и доказательства того, что сделка была совершена должником с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Доказательств того, что какое-либо имущество, перешедшее в результате брачного договора от 30.11.2011г. в личную собственность ФИО3, до заключения брачного договора принадлежало должнику и участвовало в его предпринимательской деятельности и/или являлось гарантией для кредиторов по обязательствам должника также не представлено.

В своем заявлении финансовый управляющий ссылается на то, что до заключения оспариваемого     брачного     договора     между     должником     и          ВТБ     24     (ПАО)     был заключен кредитный договор 

<

***> и получен кредит в размере 700 000,00 руб.

Факт выдачи данного кредита должнику и факт его невозврата подтвержден определением Арбитражного суда города Москвы от 06.03.2018г. по делу № А40-161941/17-175-229Б.

Однако, как верно отмечено судом первой инстанции, само по себе заключение кредитного договора не подтверждает факт неплатежеспособности должника, т.е. прекращение исполнения должником денежных обязательств, срок которых наступил.

Применительно к банкротству гражданина, п. 3 ст. 213.6 Закона о банкротстве установлено, что если не доказано иное, гражданин предполагается неплатежеспособным при условии, что имеет место хотя бы одно из следующих обстоятельств:

гражданин прекратил расчеты с кредиторами, то есть перестал исполнять денежные обязательства и (или) обязанность по уплате обязательных платежей, срок исполнения которых наступил;

более чем десять процентов совокупного размера денежных обязательств и (или) обязанности по уплате обязательных платежей, которые имеются у гражданина и срок исполнения которых наступил, не исполнены им в течение более чем одного месяца со дня, когда такие обязательства и (или) обязанность должны быть исполнены;

размер задолженности гражданина превышает стоимость его имущества, в том числе права требования;

наличие постановления об окончании исполнительного производства в связи с тем, что у гражданина отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание.

Суд первой инстанции верно отклонил ссылку финансового управляющего на определение Арбитражного суда г. Москвы от 06.03.2018г. по настоящему делу поскольку данным определением был установлен факт наличия задолженности должника по указанному кредитному договору на дату введения процедуры банкротства гражданина -19.10.2017 г.

Сведения о наличии у должника неисполненных обязательств по кредитному договору на дату совершения брачного договора от 30.11.2011 г в определении от 06.03.2018 г. отсутствуют.

Таким образом, финансовым управляющим не доказан факт неплатежеспособности Должника     на     момент     совершения     оспариваемого     брачного     договора      от     30.11.2011г.

Соответственно, не  доказана и цель причинения вреда имущественным       правам кредиторов при совершении оспариваемой сделки.

Из заявления следует, что менее чем через месяц после заключения оспариваемого брачного договора должником и ГК «Банк развития и внешнеэкономической деятельности (Внешэкономбанк) был заключен Договор поручительства № 110100/1267-ДП в качестве обеспечения обязательств ООО «БалтАгроКорм» по кредитному соглашению № 110100/1267 от 22.12.2011г., задолженность по которому, согласно определению Арбитражного суда г. Москвы от 19.10.2017г. составила 1 700 563 095,95 рублей.

Из указанного обстоятельства финансовый управляющий делает вывод о цели сокрытия имущества в преддверии заключения Договора поручительства № 110100/1267-ДП от 22.12.2011 г.

Однако данный довод не был подтвержден, в связи с чем верно отклонен судом. 

Согласно письменным пояснениям должника при заключении договора поручительства брачный договор от 30.11.2011 г. был представлен Банку.

Соответственно, принимая решение о заключении кредитного договора от 22.12.2011 г. с ООО «БалтАгроКорм» с обеспечением в виде договора поручительства от 22.11.2011 г. с ФИО1 (Должником), Внешэкономбанк исходил из состава и режима имущества ФИО1 согласно брачному договору от 30.11.2011 г. самостоятельно и сознательно оценивая степень обеспеченности кредита поручительством данного лица.

Доказательств, что должник скрыл от Внешэкономбанка факт заключения брачного договора от 30.11.2011г. при заключении договора поручительства от 22.12.2011 г. финансовым управляющим не представлено, в связи с чем довод апелляционной жалобы отклоняется коллегией.

Таким образом, суд первой инстанции верно установил, что в данном случае не доказан факт злоупотребления правом как со стороны ФИО1, так и со стороны ФИО3

В соответствии с ч. 1 ст. 170 ГК РФ, мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки мнимой оспаривающее сделку по такому основанию лицо должно доказать совокупность таких обстоятельств, как порочность воли обеих сторон сделки, отсутствие у сторон намерений создавать соответствующие правовые последствия сделки и намерений её исполнять.

В соответствии с ч. 1 ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений.

Финансовым управляющим также не представлено доказательств мнимости оспариваемой сделки.

В нарушение ст. 65 АПК РФ финансовым управляющим не представлено доказательств в обоснование своего довода о мнимости брачного договора от 30.11.2011 г., в частности не представлено доказательств порочности воли ФИО3 или что после заключения брачного договора от 30.11.2011 г. режим имущества супругов не был изменен и стороны не исполняли и не намеревались исполнять условия сделки.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

            На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 30.05.2019 по делу № А40-161941/17 оставить без изменения, а апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1 - ФИО2   – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                      Д.Г. Вигдорчик 

Судьи:                                                                                               А.А. Комаров 

                                                                                                           С.А. Назарова 

 

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.