ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-104408/2019

15 ноября 2022 года

г. Санкт-Петербург

/сд.3

Резолютивная часть постановления объявлена     08 ноября 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  15 ноября 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Сотова И.В.

судей  Будариной Е.В., Морозовой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1

при участии:  

от ГУП «ТЭК СПб»: представителя ФИО2 по доверенности от 14.10.2022

от ФИО3: представителя ФИО4 по доверенности от 11.10.2021

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-19485/2022)  ГУП «ТЭК СПб» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.05.2022 по делу № А56-104408/2019/сд.3, принятое по заявлению внешнего управляющего ФИО5 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Доверие» 

ответчик: ФИО3 

 

установил:

23.09.2019 в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) поступило заявление  ГУП «ТЭК СПб» о признании ООО «Доверие»  несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 27.09.2019 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Доверие».

Определением арбитражного суда от 13.02.2020 заявление ГУП «ТЭК СПб» признано обоснованным, в отношении ООО «Доверие» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6.

Соответствующее сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ» №33 от 22.02.2020.

Определением арбитражного суда от 02.10.2020  в отношении ООО «Доверие» введена процедура внешнего управления сроком на 18 месяцев, внешним управляющим утверждена ФИО5.

09.10.2021  в арбитражный суд поступило заявление внешнего управляющего ФИО5, в котором она просила  признать недействительными платежи, совершенные ООО «Доверие» в пользу ФИО3 (далее – ответчик) в сумме 4 400 000 руб., и взыскать указанные денежные средства с ответчика в конкурсную массу должника.

Определением арбитражного суда от 24.05.2022 в удовлетворении заявления отказано.

При этом решением арбитражного суда от 03.06.2022 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО5, член Союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «ДЕЛО».

В апелляционной жалобе ГУП «ТЭК СПб» просит определение от 24.05.2022 отменить, заявление удовлетворить, ссылаясь на совершение оспариваемых платежей в пользу аффилированного лица без предоставления встречного исполнения и с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

В суд от конкурсного управляющего должником поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в ее отсутствие.

В судебном заседании апелляционного суда представитель ГУП «ТЭК СПб» поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда первой инстанции отменить.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как сослался внешний управляющий, должником в пользу ФИО3 совершены перечисления денежных средств в общем размере 4 400 000 руб., а именно: 30.06.2016 в сумме 500 000,00 руб. с назначением платежа «перечисление денежных средств по договору займа №7 от 29.06.2016»;  30.09.2016 в сумме 100 000,00 руб. с назначением платежа «перечисление аванса по заработной плате за сентябрь 2016»; 30.09.2016 в сумме 100 000,00 руб. с назначением платежа «перечисление под отчет на хоз. расходы»; 28.12.2016 в сумме 500 000,00 руб. с назначением платежа «перечисление дс по договору займа №8 от 28.12.2016»; 28.12.2016 в сумме 500 000,00 руб. с назначением платежа «перечисление дс по договору займа №8 от 28.12.2016»; 16.01.2017 в сумме 100 000,00 руб. с назначением платежа «перечисление расходам, под отчет»; 16.01.2017 в сумме 30 000,00 руб. с назначением платежа «перечисление аванса по заработной плате»; 19.01.2017 в сумме 150 000,00 руб. с назначением платежа «перечисление премии за январь 2017»; 22.02.2017 в сумме 50 000,00 руб. с назначением платежа «перечисление премии за февраль 2017»; 09.03.2017 в сумме 150 000,00 руб. с назначением платежа «перечисление премии за март 2017»; 04.05.2017 в сумме 200 000,00 руб. с назначением платежа «перечисление премии за май 2017»; 20.06.2017 в сумме 500 000,00 руб. с назначением платежа «перечисление премии за июнь 2017»; 27.06.2017 в сумме 200 000,00 руб. с назначением платежа «перечисление премии за июнь 2017»; 08.09.2017 в сумме 200 000,00 руб. с назначением платежа «перечисление премии за сентябрь»; 11.10.2017 в сумме 100 000,00 руб. с назначением платежа «перечисление премии за сентябрь 2017»; 15.12.2017 в сумме 150 000,00 руб. с назначением платежа «перечисление премии за ноябрь»; 29.03.2018 в сумме 100 000,00 руб. с назначением платежа «оплата труда за март 2018»; 14.08.2018 в сумме 150 000,00 руб. с назначением платежа «оплата труда за август 2018»; 14.06.2019 в сумме 150 000,00 руб. с назначением платежа «оплата труда за июнь 2019»; 28.06.2019 в сумме 250 000,00 руб. с назначением платежа «оплата труда за июнь 2019»; 07.06.2020 в сумме 100 000,00 руб. с назначением платежа «оплата труда за июнь 2018, отпускные»; 07.06.2020 в сумме 30 000,00 руб. с назначением платежа «оплата труда за июнь 2018, отпускные»; 24.10.2020 в сумме 100 000,00 руб. с назначением платежа «оплата труда за октябрь».

Управляющий, полагая, что указанные платежи совершены должником в пользу заинтересованного лица в отсутствие равноценного встречного предоставления и с целью причинения вреда кредиторам, ввиду наличия у должника на момент их совершения признаков банкротства (прекращения исполнения обязательств перед кредиторами) и осведомленности об этом ответчика, а также сославшись на пункты 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности конкурсным управляющим наличия совокупности обстоятельств, необходимых для признания сделки должника недействительной по заявленным основаниям.

Апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

Частью 1 статьи 223 АПК РФ и пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве установлено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а кроме того - по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

При этом, как предусмотрено пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Также, в силу  положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

 Как следует из пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление № 63), для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь                 в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Исходя из пункта 6 Постановления № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно: сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Вместе с тем, для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 7 Постановления № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции также являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При этом, согласно пункту 9 Постановления № 63, при соотношении норм п. 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве следует исходить из того, что  в предмет доказывания в рамках настоящего спора в силу указанных норм и разъяснений по сделкам (платежам), совершенным в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, входит неравноценность, а совершенным за три года до принятия заявления о признании банкротом - одновременно совершение сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, сам факт причинения вреда в результате совершения сделки, а также осведомленность другой стороны сделки об указанной цели должника. Недоказанность хотя бы одного из обстоятельств, подлежащих установлению, влечет отказ в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной по заявленным основаниям (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

В этой связи суд отмечает, что в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2019 N 304-ЭС15-2412(19), положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего, то есть квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, уменьшение конкурсной массы в той или иной форме, а в целях определения того, повлекла ли сделка вред, поведение должника может быть соотнесено с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и в своей выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота. 

Так, если сделка, скорее всего, не могла быть совершена таким участником оборота, в первую очередь, по причине ее невыгодности (расточительности для имущественной массы), то наиболее вероятно, что сделка является подозрительной. И напротив, если есть основания допустить, что разумным участником оборота могла быть совершена подобная сделка, то предполагается, что условий для ее аннулирования не имеется.

Необходимо также учитывать, что кроме стоимостных величин при квалификации сделки во внимание должны приниматься и все иные обстоятельства ее совершения, указывающие на возможность получения взаимной выгоды сторонами, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся убедительным и обоснованным (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 N 305-ЭС18-8671(2)).

При этом, в силу правовых подходов, сформулированных в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.07.2020 № 310-ЭС18-12776(2), гражданское законодательство основывается на презюмируемой разумности действий участников гражданских правоотношений.

Разумность стороны гражданско-правового договора при его заключении и исполнении означает проявление этой стороной заботливости о собственных интересах, рациональность ее поведения исходя из личного опыта данной стороны, в той ситуации, в которой она находится, существа правового регулирования заключенной ею сделки и сложившейся практики взаимодействия таких же участников гражданского оборота при сходных обстоятельствах.

В данном случае ответчик, возражая против удовлетворения заявленных управляющим требований, указал, что должник состоял с ним в трудовых отношениях в период с 01.11.2015 по 30.09.2020 включительно, что подтверждается приказом от 01.11.2015 №59/07 о приеме на работу, от 30.09.2020 №35 об увольнении.

В спорный период должник осуществлял деятельность по управлению многоквартирными домами, в том числе 39 многоквартирными домами, расположенными в Ленинградской области и 152 домами, расположенными в г. Санкт-Петербурге, что подтверждаются сведениями Государственной информационной системой жилищно-коммунального хозяйства по состоянию на 01.04.2022.

В этой связи, как сослался ответчик, он по поручению генерального директора ООО «Доверие» осуществлял мероприятия, направленные на сохранение за последним  статуса управляющей организации в отношении 73 многоквартирных домов, в том числе проводил разъяснительную работу между собственниками указанных домов, представлял собственникам сведения и документы, касающиеся работы ООО «Доверие», принимал участие непосредственно в общих собраниях с документальным оформлением общих собраний, что (участие ответчика в таких собраниях) подтверждается представленными в материалы дела соответствующими протоколами.

По итогам работы ФИО3 за ООО «Доверие» сохранился статус управляющей организации, вследствие чего ФИО3 была назначена премия, выплата которой осуществлялась платежами в период с 19.01.2017 г. по 11.10.2017 с назначением платежа «Перечисление премии за январь 2017 - июнь 2017 г.»

Факт и размер поступлений подтверждается ведомостями поступлений в банк и в кассу, представленных платежным агентом ООО «Доверие» - ООО «Расчетный центр».

Кроме того, ответчик указал, что он за счет собственных средств осуществлял расходы в интересах ООО «Доверие»; вместе с тем, подлинники документов, подтверждающих факт несения расходов и их размер, были сданы ответчиком в бухгалтерию ООО «Доверие» с составлением соответствующих авансовых отчетов, в связи с чем ФИО3 были осуществлены переводы от 30.09.2016 г., от 16.01.2017 г. с основанием «Перечисление под отчет на хоз. расходы», «Перечисление расходам, под отчет». 

Также судом установлено, что согласно квитанциям к  приходно-кассовым ордерам ответчиком в кассу должника были возвращены денежные средства в сумме 500 000 руб. перечисленные по договору займа № 8 от 28.12.2016, при том, что представленные ответчиком документы, подтверждающие возвращение в кассу должника спорных денежных средств, ни кредитором, ни конкурсным управляющим не оспорены, заявлений об их фальсификации в порядке статьи 161 АПК РФ ими не подано. 

При этом, как верно указал суд, платеж, перечисленный 30.06.2016 по договору займа № 7, совершен за пределами трехгодичного срока подозрительности, в связи с чем не может быть оспорен ни по одному из оснований, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве.  

В части платежей от 16.01.2017 на общую сумму 130 000,00 руб., от 09.07.2017 на сумму 150 000,00 руб., от 11.10.2017 на сумму 100 000,00 руб., от 15.12.2017 на сумму 150 000,00 руб., от 29.03.2018 на сумму 100 000,00 руб., от 14.06.2019 на сумму 150 000,00 руб., от 28.06.2019 на сумму 250 000,00 руб., от 07.06.2020 на сумму 100 000,00 руб., от 07.06.2020 на сумму 30 000,00 руб., от 24.10.2020 на сумму 100 000,00 руб. суд первой инстанции правомерно отказал ввиду недоказанности факта их совершения. При этом апелляционный суд отмечает, что несмотря на предложения суда как первой инстанции, так и апелляционной, ни управляющим, ни подателем жалобы не конкретизированы оспариваемые платежи (реквизиты, суммы и т.д.) в полном объеме. 

Доводы (пояснения, возражения) ответчика применительно к доказанным (подтвержденным) платежам (о наличии оснований для их совершения) подателем жалобы документально не опровергнуты.

Кроме того, в нарушение статьи 65 АПК РФ заявителем не представлено безусловных доказательств того, что на момент совершения оспариваемых платежей должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества,  при этом само по себе наличие задолженности перед  отдельным кредитором не является достаточным основанием для вывода об осведомленности получателя денежных средств о неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемого платежа. Равно образом, не доказан управляющим и сам факт причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения оспариваемых сделок, а также наличие цели причинения вреда, что исключает вывод о признании оспариваемых платежей недействительными сделками по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Помимо прочего, как верно указал суд первой инстанции,  спорные платежи относятся (совершены) к обычной хозяйственной деятельности сторон, что исключает оспаривание таких сделок на основании пункта 1 статьи 61.2 в отсутствие доказательств того, что размер обязательств превышает  один процент стоимости активов должника (пункт 14 Постановления № 63).

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о  недоказанности совокупности условий, необходимых для признания оспариваемых сделок должника недействительными, в связи с чем, правомерно отказал в удовлетворении заявления.

Апелляционным судом не установлено нарушений судом первой инстанции норм материального и процессуального права; обстоятельства, имеющие значение для дела, выяснены в полном объеме; выводы суда, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют эти обстоятельствам. 

Таким образом определение арбитражного суда первой инстанции является законным и обоснованным, апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.05.2022 г. по делу № А56-104408/2019/сд.3 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ГУП «ТЭК СПб» - без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.В. Сотов

 

Судьи

 

Е.В. Бударина 

Н.А. Морозова