АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10 апреля 2024 года

Дело №

А56-16934/2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Александровой Е.Н., Воробьевой Ю.В., 

при участии ФИО1 (удостоверение адвоката № 78/291),  конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Альциона» ФИО2 (паспорт), от публичного акционерного общества «Вымпел-Коммуникации» представителей ФИО3 (доверенность от 18.01.2024) и ФИО4 (доверенность от 07.02.2023), 

рассмотрев 04.04.2024 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.09.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2023 по делу № А56-16934/2021/сд.2,

у с т а н о в и л:

Публичное акционерное общество «Вымпел-Коммуникации» (далее - ПАО «ВымпелКом») обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Альциона», адрес: 194156, Санкт-Петербург, Сочинская ул., д. 2А, лит. А, каб. 25А, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), несостоятельным (банкротом). 

Определением суда от 02.04.2021 указанное заявление принято к производству, возбуждено дело о банкротстве Общества. 

Определением от 20.05.2021 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО5. 

Решением от 18.11.2021 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2. 

Конкурсный управляющий ФИО2 23.11.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными следующих сделок должника и адвоката адвокатской консультации № 33 «Исаакиевская» ФИО6:

- договора от 15.01.2019 об оказании юридических услуг и представительстве и платежа от 05.08.2019 на 900 000 руб.;

- договора от 24.01.2019 об оказании юридических услуг и представительстве, а также платежей от 28.06.2019 на 472 220 руб. и от 29.06.2019 на 400 000 руб.; 

- трех договоров от 25.01.2019 об оказании юридических услуг и представительстве, а также платежей от 28.06.2019 на 590 000 руб., от 29.06.2019 на 523 100 руб., от 02.07.2019 на 500 000 руб., от 31.12.2019 на 500 000 руб. и от 27.01.2020 на 500 000 руб.;

- двух договоров от 01.03.2019 об оказании юридических услуг и представительстве, а также платежей от 25.09.2019 на 950 000 руб., от 02.10.2019 на 950 000 руб., от 31.12.2019 на 500 000 руб.

Кроме этого управляющий просил применить последствия недействительности указанных сделок в виде взыскания с ФИО6 6 785 320 руб. в конкурсную массу должника.

Определением суда первой инстанции от 01.09.2023, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2023, заявление удовлетворено. 

В кассационной жалобе ФИО6, ссылаясь на несоответствие выводов судов первой и апелляционной инстанций фактическим обстоятельствам дела, а также на нарушение судами норм материального и процессуального права, просит отменить указанные определение и постановление, принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении заявления отказать. 

По мнению подателя жалобы, выводы судов о наличии у Общества на даты заключения спорных сделок признаков неплатежеспособности, о завышении стоимости юридических услуг ошибочны. 

ФИО1 ссылается на принцип свободы договора, объем работы и сложность рассмотренных дел, на отсутствие совокупности оснований, позволяющих признать оспариваемые следки недействительными по статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и по пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

ФИО1 считает, что суды не приняли во внимание его довод о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности на обращение с рассматриваемым заявлением.  

В отзыве конкурсный управляющий ФИО2, считая обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, просит оставить их без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 без удовлетворения.

В судебном заседании ФИО1 доводы кассационной жалобы поддержал, конкурсный управляющий ФИО2 и представитель ПАО «ВымпелКом» возражали против ее удовлетворения. 

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, однако своих представителей в заседание кассационной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, Общество (доверитель) и ФИО1 (адвокат) в январе по марте 2019 года заключили семь оспариваемых договоров: по одному от 15.01.2019, от 24.01.2019, три от 25.01.2019, два от 01.03.2019.

По договорам от 15.01.2019, 24.01.2019, двух от 25.01.2019 и от 01.03.2019 адвокат обязался участвовать в качестве представителя доверителя в арбитражных разбирательствах по делам № А56-137044/2018, А56-134894/2018, А56-134015/2018, А56-136075/2018 и А56-17797/2019), в которых доверитель выступает истцом, а доверитель обязался оплачивать услуги в порядке и на условиях, установленных этими договорами.

Суть споров - взыскание с ПАО «ВымпелКом» штрафа за непредставление документов.  

Кроме того, по одному договору от 25.01.2019 и одному договору от 01.03.2019 ФИО1 обязался по поручению Общества изучить предоставленные ему договорную документацию и информацию, провести их юридический анализ, оценить целесообразность заключения доверителем в будущем договоров уступки права требования (договоров цессии) в отношении должников (юридических и физических лиц), консультировать доверителя о перспективах судебного взыскания уступленной задолженности, участвовать в качестве представителя доверителя при переговорах с кредиторами (цедентами) относительно заключения доверителем в будущем договоров уступки права требования (договоров цессии), а в случае принятия доверителем решения о заключении договора - составлять проекты договоров уступки права требования ,(договоров цессии), уведомлений в адрес должника о состоявшейся уступке.

Согласно выписке по счету Общества с июня 2019 по январь 2020 года в пользу адвоката перечислено 6 785 320 руб. 

Полагая, что данные перечисления совершены в отсутствие равноценного встречного предоставления, с целью причинения и фактического причинения  вреда имущественным правам кредиторов должника, управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и части 1 статьи 170 ГК РФ договоров от 25.01.2019 и от 01.03.2019 по изучению и проведению юридического анализа договорной документации и информации.

Суд первой инстанции, придя к выводу, что перечисления денежных средств ответчику в отсутствие равноценного встречного предоставления свидетельствуют о наличии у участников спорных правоотношений цели причинения вреда кредиторам и подозрительности сделок (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), удовлетворил заявленные требования.

Суд апелляционной инстанции согласился с позицией суда первой инстанции.

Проверив законность обжалуемых судебных актов и обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе и отзывах на нее, Арбитражный суд Северо-Западного округа счел необходимым отметить следующее.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Исходя из положений пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванного противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в преддверии банкротства. Подобные сделки могут быть признаны недействительными по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки; недоказанность хотя бы одного из которых является основанием для отказа в признании сделки недействительной по данному основанию (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Предполагается, что другая сторона сделки знала о ее совершении с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической, но и фактической.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

В рассматриваемом случае оспариваемые договоры заключены и платежи совершены с января 2019 по январь 2020 года, то есть с учетом даты возбуждения производства по делу о банкротстве Общества (02.04.2021) в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суды критически оценили довод ответчика о реальности правоотношений, поскольку достоверные доказательства оказания ФИО1 должнику юридических и консультационных услуг по оспариваемым договорам ни на  6 785 320 руб. ни на иную сумму в материалы дела не представлены.

Как указал апелляционный суд, предметом оспариваемых договоров, за исключением одного договора от 25.01.2019 и одного договора от 01.03.2019, являлось участие адвоката в качестве представителя доверителя – должника в судебных разбирательствах по делам № А56-134015/2018, А56-134894/2018, А56-135677/2018, А56-136070/2018, А56-135075/2018, А56-134074/2018, А56-134044/2018, А56-137042/2018, А56-17797/2019 и А56-47575/2019 по взысканию в его пользу с ПАО «ВымпелКом» неустойки (штрафа) за непредставление документов, право на получение которой ему было передано от общества с ограниченной ответственностью (далее - ООО) «РусКом», а по двум договорам ответчик обязался провести юридический анализ договорной документации и информации, оценить целесообразность заключения доверителем в будущем договоров уступки прав требования в отношении должников, консультировать доверителя о перспективах взыскания такой задолженности, составить проекты договоров уступки прав и т.п.

Применительно к конкретным обстоятельствам настоящего дела суды первой и апелляционной инстанций отметили однотипность споров между должником и ПАО «ВымпелКом» (взыскание неустойки за нарушение обязательств по предоставлению документации), однако стоимость участия в заседаниях по делу варьировалась (50 000 руб., 590 000 руб., 950 000 руб.), при этом установленная в договорах цена явно превышала рыночную стоимость услуг, если учесть однотипность рассматриваемых споров. 

ФИО1 не раскрыл и не обосновал причин и принципов ценообразования по спорным сделкам.

Кроме того, суд первой инстанции установил, что размер вознаграждения ФИО1 существенно увеличился с июня 2019 года - после получения должником денежных средств от ПАО «ВымпелКом» во исполнение ПАО «ВымпелКом» принятых в пользу должника судебных актов, тогда как с марта по июнь 2019 года ответчику выплачивалось по 50 000 руб., что следует из выписки по счету Общества. 

В этой связи суд кассационной инстанции полагает необходим отметить следующее.

        Согласно информационной базе «Картотека арбитражных дел» ООО «РусКом» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском о взыскании ПАО «ВымпелКом» 45 780 000 руб. штрафа за нарушение сроков передачи документов, предусмотренного пунктом 5.4 договора от 01.11.2015 № 01/11/15 (дело № А56-137044/2018).

В связи с заключением договора цессии от 25.12.2018 № 001 суд первой инстанции определением от 26.02.2019 произвел в порядке статьи 48 АПК РФ процессуальное правопреемство, заменив ООО «РусКом» на Общество.

Решением суда первой инстанции от 08.04.2019 по делу № А56-137044/2018, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 28.06.2019, иск удовлетворен частично; с ПАО «ВымпелКом» в пользу Общества взыскано 22 890 000 руб. неустойки; в удовлетворении остальной части иска отказано.

        Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 20.09.2019 решение от 08.04.2019 и постановление от 28.06.2019 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином судебном составе, обращено внимание судов на недачу ими надлежащей оценки доводам ПАО «ВымпелКом» о злоупотреблении правом со стороны Общества, нерассмотрение вопроса о применении статьи 10 ГК РФ при оценке поведения ООО «РусКом» и Общества, непроверку наличия оснований для отказа истцу в защите права.

Суд кассационной инстанции учел, что ПАО «ВымпелКом» представило доказательства чрезмерности неустойки и аргументы относительно необоснованности выгоды кредитора: неисполнение обязательства по представлению документов не привело к неблагоприятным последствиям для Общества и управляющей организации, в чьих интересах заключен договор от 01.11.2015; наличие или отсутствие документов, указанных в пункте 3.7 договора от 01.11.2015, не повлияло на исполнение иных обязательств сторон по договору, что подтверждено сторонами; ответственность установлена за нарушение информационной обязанности, имеющей вспомогательный характер; поскольку ООО «РусКом» не предъявляло требования о предоставлении документов, оно не рассматривало их отсутствие как влекущее какие-либо негативные последствия для себя; размер требований (45 780 000 руб.) в 55,8 раза превышает годовую стоимость оказанных по договору от 01.11.2015 услуг, а размер взысканной неустойки (22 890 000 руб.) - в 27,9 раза, что очевидно отклоняется от обычных условий договора в гражданском обороте; размер штрафа явно несоразмерен последствиям нарушения обязательства; взыскание штрафа в значительном размере ведет к неосновательному обогащению истца.

        При новом рассмотрении решением суда первой инстанции от 18.02.2020, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 17.06.2020, иск удовлетворен частично; с ПАО «ВымпелКом» в пользу Общества взыскано 9 046 800 руб. неустойки; в удовлетворении остальной части иска отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 03.09.2020 решение от 18.02.2020 и постановление от 17.06.2020 в части размера взысканной неустойки изменены. С ПАО «ВымпелКом» в пользу Общества взыскан 1 000 000 руб. штрафа за нарушение сроков передачи документов, начисленного на основании пункта 5.4 договора от 01.11.2015 за период с 02.01.2016 по 07.10.2016; в удовлетворении остальной части иска Обществу отказано.

Основанием для изменения судебных актов и уменьшения размера неустойки с 9 046 800 руб. до 1 000 000 руб. послужил вывод суда кассационной инстанции о том, что неустойка в определенном судами размере исчислена без учета установленного судами факта непричинения Обществу убытков в связи с неисполнением ПАО «ВымпелКом» обязательства, а это противоречит основополагающим принципам разумности и справедливости, в нарушение положений статьи 333 ГК РФ не привело к установлению баланса прав и законных интересов кредитора и должника. Превращение института неустойки в способ обогащения кредитора недопустимо и противоречит ее компенсационной функции.

         В обоснование чрезмерности неустойки ПАО «ВымпелКом» сослалось на массовость споров, тождественных рассматриваемому, инициированных ООО «РусКом», впоследствии уступившим права требования Обществу (дела № А56-136075/2018, А56-136074/2018, А56-134015/2018, А56-136070/2018, А56-135677/2018, А56-134894/2018, А56-137042/2018, А56-17797/2018); указало, что для Общества неустойка по указанным делам, составившая в общей сложности более 200 000 000 руб., является способом обогащения.

По аналогичным спорам с участием ПАО «ВымпелКом» и Общества в результате последовательного снижения судом кассационной инстанции заявленной суммы неустойка была снижена до 14 495 700 руб., экономический эффект, который Общество получило от уступки права требования неустойки с ПАО «ВымпелКом», вместо ранее заявленных 200 000 000 руб. составил в 13 раз меньше, притом что Общество в пользу ФИО1 выплатило более 6 000 000 руб., на что и обратил внимание суд первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора.

Суд кассационной инстанции также соглашается с тем, что основные выплаты в пользу ФИО1 в размере более 50 000 руб. были произведены после исполнения ПАО «ВымпелКом» судебных решений при первоначальном рассмотрении.

В последующем по всем ранее рассмотренным делам ПАО «ВымпелКом» заявило о повороте исполнения решений, которыми с него в пользу Общества была взыскана неустойка.

Суммы, полученные от ПАО «ВымпелКом» по судебным актам, которые впоследствии был изменены, по ним произведен поворот исполнения, Обществом были израсходованы, что явилось основанием для обращения ПАО «ВымпелКом» с заявлением о признании Общества несостоятельным (банкротом).

        В настоящем обособленном споре обращает на себя внимание факт перечисления в пользу ФИО1 более 6 000 000 руб., в пользу директора Общества ФИО7 более 7 500 000 руб., имевший место в период получения от ПАО «ВымпелКом» денежных средств и оспаривания со стороны ПАО «ВымпелКом» судебных актов о взыскании с него неустойки; в последующем именно невозможность исполнения судебных актов о повороте решений и стала причиной банкротства Общества. 

 Кроме того, ФИО1 ранее представлял интересы ООО «РусКом» во взаимоотношениях с ПАО «ВымпелКом», после заключения с Обществом договоров уступки права требования штрафов с ПАО «ВымпелКом» с адвокатом были заключены оспариваемые договоры, по которым он обязался представлять доверителя в десяти арбитражных разбирательствах, в которых Общество будет участвовать в качестве истца.

        Суд первой инстанции обратил внимание, что предметом договоров, заключенных ФИО1 с Обществом, также являлось взыскание неустойки с ПАО «ВымпелКом» за аналогичное нарушение (непредставление документации), но стоимость услуг составляла 50 000 руб. за одну инстанцию (договор от 18.01.2019) в отличие от договоров от 25.01.2019 (590 000 руб.) и от 01.03.2019 (950 000 руб.).

Суды также сослались на то, что после отмены в августе 2019 года судебных актов о взыскании неустойки с ПАО «ВымпелКом» должник перечислил ответчику в счет оплаты услуг за представительство интересов по судебным делам, рассмотрение которых не было завершено, аналогичную перечисленной до августа 2019 года сумму - свыше 3 000 000 руб.

 По заявлению конкурсного управляющего ФИО2 в рамках дела № А56-16934/2021 был рассмотрен обособленный спор «уб.1» о взыскании с бывшего генерального директора должника ФИО7 в возмещение убытков 7 787 847 руб. 30 коп.

Определением суда первой инстанции от 03.06.2022, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.09.2022, с ФИО7 в конкурсную массу Общества взыскано 7 787 847 руб. 30 коп. 

При рассмотрении обособленного спора «уб.1» суды установили, что с 14.06.2019 по 18.11.2021 ФИО7 являлся генеральным директором Общества, имел доступ к счету Общества № 30101810500000000653, с которого неоднократно снимал наличные денежные средства, отчетные документы в бухгалтерию не предоставлял, также осуществлял оплату личных расходов банковской картой. 

Конкурсный управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением об истребовании у ФИО7 бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей (обособленный спор «истр.2»).

Определением от 01.04.2022, оставленным без изменения постановлениями Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.06.2022 и Арбитражного суда Северо-Западного округа от 15.09.2022, заявление удовлетворено, суд обязал ФИО7 передать конкурсному управляющему бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности должника; в случае неисполнения определения взыскал с ФИО7 в конкурсную массу Общества судебную неустойку.

        При рассмотрении обособленного спора «истр.2» суды установив, что  ФИО7, который с 14.06.2019 являлся генеральным директором Общества, а также единственным участником должника, не передал конкурсному управляющему документацию должника и не принял исчерпывающих мер по восстановлению утраченной документации должника, удовлетворили заявление.

Довод ФИО7 об утрате документации из-за переезда организации и повреждения компьютера был отклонен судами при рассмотрении обособленного спора № А56-16934/2021/истр.1 (заявление об истребовании документов должника в процедуре наблюдения), поскольку ответчик не представил доказательства, свидетельствующие о факте утраты и невозможности восстановления документации.

       В этой связи суд кассационной инстанции согласен с выводами о мнимости договоров от 25.01.2019 и 01.03.2019, предметом которых являлся анализ документации на предмет целесообразности приобретения прав требования к третьим лицам, поскольку ни ФИО1, ни ФИО7 не представили доказательств, подтверждающих оказание услуг, а ограничились ссылкой на фактическое отсутствие у них  документов.

       В заседании кассационной инстанции конкурсный управляющий ФИО2 пояснил, что договоры, по которым размер вознаграждения и выплаты составили 50 000 руб., не оспариваются.

 Ввиду изложенного, суды пришли к правомерному выводу о том, что резкое увеличение размера выплат ответчику после поступления средств от ПАО «ВымпелКом», продолжение выплат в пользу указанного лица, несмотря на отмену кассационным судом в конце августа 2019 года судебных актов, свидетельствуют о наличии единой сделки, оформленной несколькими договорами на оказание юридических услуг с целью вывода средств под видом оплаты оказанных услуг и, как следствие, о причинении вреда кредиторам, в том числе ПАО «ВымпелКом», в условиях обращения последнего с ходатайством о повороте исполнения судебных актов.

Оснований считать факт увеличения выплат с июня 2019 года соответствующим нормальной практике отношений сторон по оказанию юридических услуг, обусловленным получением средств от ПАО «ВымпелКом» и достижением положительного результата от защиты интересов должника в суде не имеется, если учесть продолжение выплат после отмены ряда судебных актов, в том числе по основанию, связанному с непринятием во внимание судами первой и апелляционной инстанций доводов о чрезмерности штрафов по серийным спорам и недоказанностью негативных последствий непередачи документов должнику, что очевидно не соответствует нормальному поведению сторон, при котором заказчик оплачивает в полном объеме услуги исполнителя с учетом незавершения их оказания ввиду направления дел на новое рассмотрение, а установление в договорах конкретных сроков выплат независимо от даты завершения судебных разбирательств изложенное не опровергает с точки зрения обычного и ожидаемого поведения сторон в сложившейся ситуации, поскольку фактически больше свидетельствует о преследовании сторонами цели вывести средства, чем цели оплатить оказанные услуги.

Совокупность приведенных доводов, отсутствие рациональных экономических и организационных объяснений позволили судам прийти к выводу о том, что в результате совершения оспариваемых договоров и платежей ответчик получил существенную нетипичную выгоду (которую бы он никогда не получил при нормальном развитии отношений), подлинная воля сторон при заключении оспариваемых договоров не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при их совершении, платежи в пользу ответчика в оспариваемый период произведены в целях противоправного вывода денежных средств из имущественной массы должника.

Поскольку расходные операции совершены с целью вывода принадлежащих Обществу денежных средств, независимо от того, имелись ли у должника на дату их совершения или в результате их совершения признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества, недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделок (как одна из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможности квалификации их как подозрительных.

ФИО1, получив оплату за услуги, которые в действительности не были оказаны, не мог не знать, что встречное предоставление должнику с его стороны отсутствует. Указанное формирует презумпцию осведомленности ответчика о наличии противоправной цели - причинить вред имущественным правам кредиторов должника.

Изложенное подтверждает доказанность управляющим предусмотренной пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве совокупности обстоятельств, свидетельствующих о совершении платежей в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, и наличии оснований для удовлетворения заявления.

Довод ФИО1 о том, что конкурсным управляющим пропущен срок исковой давности подлежит отклонению, так как возможность оспаривания сделок возникла с момента введения в отношении должника конкурсного производства (12.11.2021 дата оглашения резолютивной части). Поскольку рассматриваемое заявление подано (направлено почтой) конкурсным управляющим в арбитражный суд 14.11.2022 (первый рабочий день), то есть в пределах одного года, то срок исковой давности им не пропущен.

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ.

Оснований для переоценки выводов судов, установленных ими фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств у суда кассационной инстанции в силу статьи 286 АПК РФ не имеется.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.09.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2023 по делу № А56-16934/2021/сд.2 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

 

Председательствующий

Н.Ю. Богаткина

Судьи

 

Е.Н. Александрова

Ю.В. Воробьева