ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП- 49536/2023

г. Москва                                                                                        Дело № А40- 267915/22

16.08.2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09.08.2023

Постановление изготовлено в полном объеме 16.08.2023

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ж.Ц. Бальжинимаевой,

судей С.А. Назаровой, Ю.Л.Головачевой, 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу АО «БУКА» на определение Арбитражного суда города Москвы от 26.06.2023 о признании требования АО «БУКА» подлежащим удовлетворению в очерёдности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, вынесенное в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «КРИ», 

с участием представителей, согласно протоколу судебного заседания, 

 

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 16.02.2023 в отношении ООО «КРИ» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО2

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.06.2023 во включении в реестр требовании кредиторов должника ООО «КРИ» требования АО «БУКА» было отказано, суд определил учесть требование АО «БУКА» в размере 3 453 776,86 руб. в очерёдности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Не согласившись с вынесенным судом первой инстанции определением в части очередности удовлетворения требования, АО «БУКА» обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе апеллянт указывает на то, что суд первой инстанции безосновательно применяет к АО «БУКА» требования, основанные на аффилированности АО «БУКА» и ООО «КРИ», при этом, не приводя законных доводов такой аффилированности, как юридической, так и фактической. Также апеллянт указывает на то, что выдача займа не являлась компенсационным финансированием, несла в себе конкретные предпринимательские цели. На дату выдачи средств ООО «КРИ» по информации АО «БУКА» и по информации, подтвержденной самой ООО «КРИ» в Инвестиционном проекте, не находилось в неблагоприятной финансовой ситуации, по сути компенсационное финансирование и не требовалось. Займ выдавался на обычных для рынка условиях и не являлся для АО «БУКА» ни необоснованным финансовым вложением, ни существенным и требующим дополнительного обеспечения - в разрезе экономических показателей АО «БУКА». Доказательства выдачи АО «БУКА» займов с целью компенсации негативных результатов его воздействия на хозяйственную деятельность должника либо сокрытия кризисной ситуации от кредиторов, транзитного характера перечислений с целью создания искусственной задолженности, не представлены.

К апелляционной жалобе приложены новые документы (приложение 2-2.8), в приобщении которых отказано протокольным определением, поскольку в  нарушение ч. 2 ст. 268 АПК РФ апеллянт не обосновал невозможность их представления в суд первой инстанции. 

Представитель АО «БУКА» поддержал апелляционную жалобу по доводам, изложенным в ней.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 В материалы дела от временного управляющего должника поступил отзыв, который приобщен к материалам дела протокольным определением.

            Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

            Поскольку лицами, участвующими в деле, не заявлены возражения о пересмотре судебного акта в части очередности удовлетворения требования АО «БУКА», суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность определения Арбитражного суда города Москвы в обжалуемой части.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения представителя, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, задолженность перед АО «БУКА», предъявляемая к включению в реестр требований кредиторов ООО «КРИ», образовалась в связи заключением между кредитором (займодавцем) и должником (заемщиком) договора процентного займа от 16.09.2021 г. и подтверждена решением Арбитражного суда г. Москвы от 27.02.2023 г. по делу №А40-271955/22-156-2080.

Поскольку указанная задолженность не была погашена АО «БУКА» обратилось в суд с требованием о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника.

Суд первой инстанции, руководствуясь положениями Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц», утвержденного Президиумом Верховного суда РФ 29.01.2020, признал требование АО «БУКА» в размере 3 453 776,86 руб. подлежащим удовлетворения в очерёдности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Суд апелляционной инстанции, соглашается с такими выводами суда первой инстанции ввиду следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о банкротстве через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством. 

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела,  в соответствии с выписками из Единого государственного реестра юридических лиц установлена аффилированность АО «БУКА» и ООО «КРИ».

Так, учредителем/участником ООО «КРИ» с долей 22,5 % является ООО «Оливин-Ит», в свою очередь учредителем/участником последнего выступает АО «БУКА» с долей 99 %.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об аффилированности кредитора и должника. Доказательств обратного в материалы дела представлено не было.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556(2), действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Кроме того, тот факт, что заинтересованное по отношению к должнику лицо является его заимодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства.

Таким образом, в случае заемного финансирования необходимо исследовать правовую природу заявленного требования для определения допустимости его включения в реестр, обстоятельства выдачи денежных средств, а также степень влияния кредитора-учредителя на управление делами общества.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства.

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д. (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017).

Исходя из конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), признав за спорным требованием статус корпоративного.

В соответствии с п. 3. 1 «Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020) контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (п. 1 ст. 2 ГК РФ). 

При этом согласно правовой позиции, изложенной в пункте 3.3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор), разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (пункт 1 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (пункт 1 статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункт 1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации) и т.п.). 

Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа.

При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции невостребования задолженности по договорам займа и/или их расторжения, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства

По смыслу Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 года (далее - Обзор), очередность удовлетворения требования кредитора, аффилированного с лицом, контролирующим должника, понижается до очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Как установлено судом первой инстанции  и следует из материалов дела,  заем были предоставлены денежные средства в размере 3 216 250 рублей (с учетом дополнительных соглашений об увеличении суммы займа) с целью реализации инвестиционного предложения от 04.04.2021 г. и исполнения меморандума о намерениях от 29.04.2021 г. 

Вместе с тем, ввиду предоставления значительных денежных средств, стороны не использовали реального механизма обеспечения обязанности заемщика по возврату денежных средств, а именно не были заключены ни договоры залога в отношении имущества заемщика и/или третьих лиц, ни договоры поручительства.

Доказательства того, что согласованные заявителем условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (ст. 65 АПК РФ), в материалы дела не представлены.

Бремя доказывания обратного в соответствии с п. 3.4 указанного Обзора судебной практики от 29.01.2020 лежит на заявителе. Неустраненные аффилированным лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.

Как установлено  решением Арбитражного суда города Москвы от 27.02.2023 по делу №А40-271955/22 16 сентября 2021 года АО «БУКА» (далее – Истец, Заимодавец) и ООО «КРИ» (далее – Ответчик, Заемщик) был заключен Договор процентного займа (далее - Договор), в соответствии с которым Заимодавец обязуется передать в собственность Заемщика денежную сумму в качестве займа, а Заемщик обязуется вернуть указанную сумму займа и уплатить за нее проценты в сроки и в размере в соответствии с положениями Договора.

В соответствии с п. 1.1. Договора, Заимодавец передает в собственность Заемщика сумму в размере 1 800 000 рублей.

Согласно п. 1.1. Договора, Заемщик обязуется вернуть сумму займа в срок до 15 сентября 2022 года.

10 января 2022 года Сторонами заключено Дополнительное соглашение №1 к Договору (далее - Дополнительное соглашение №1) об увеличении суммы займа.

В соответствии с п. 1 Дополнительного соглашения №1 от 10 января 2022 года, Заимодавец передает в собственность Заемщика дополнительную сумму в размере 416 250 руб., а Заемщик обязуется вернуть ее в срок до 15 сентября 2022 года и уплатить за нее указанные в договоре проценты.

31 марта 2022 года Сторонами заключено Дополнительное соглашение №2 к Договору (далее - Дополнительное соглашение №2) об увеличении суммы займа.

В соответствии с п. 1 Дополнительного соглашения №2 от 31 марта 2022 года, Заимодавец передает в собственность Заемщика дополнительную сумму в размере 1 000 000 руб., а Заемщик обязуется вернуть ее в срок до 15 сентября 2022 года и уплатить за нее указанные в договоре проценты.

Истец передал ответчику денежные средства на общую сумму 3 216 250 руб., что подтверждается платежным поручением № 3242 от 24.09.2021, платежным поручением № 185 от 19.01.2022, платежным поручением № 1084 от 06.04.2022

Согласно исковому заявлению, заемные денежные средства ответчиком не возвращены. 

Исходя и условий договора предоставление денежных средств должнику существенно отличается от разумного общепринятого стандарта заемных отношений с условиями платности, своевременности возврата денежных средств, обеспеченности обязательства, не имело экономической целесообразности, не было обусловлено получением соответствующей прибыли, было фактически убыточным.

Как следует из картотеки арбитражных дел, с исковым заявлением к должнику кредитор обратился 08.12.2022, т.е. после подачи заявления ООО «ДИС-3» о признании ООО «КРИ» несостоятельным (банкротом) (05.12.2022).

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что выдача займов была обусловлена необходимостью продолжения хозяйственной деятельности общества.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что доказательства того, что согласованные заявителем условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (ст. 65 АПК РФ), в материалы дела не представлены.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3) наличие обязательств должника, которые не были исполнены и впоследствии включены в реестр требований кредиторов, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения договора.

Поскольку заявитель и должник аффилированы между собой, заявитель не мог не знать о том, что должник находится в ситуации имущественного кризиса, т.е. существует реальная угроза не возвращения должником займа. 

Однако кредитор в течение продолжительного времени не требовал оплаты от должника. 

Наиболее вероятной причиной подобных действий является использование лицом, контролирующим должника и заявителя, преимуществ своего положения для выведения должника из состояния имущественного кризиса. Для достижения данной цели фактически осуществлено перераспределение активов подконтрольных обществ. Поэтому требование заявителя об услуг по договорам, по сути, является требованием о возврате компенсационного финансирования, и к нему применим соответствующий режим удовлетворения.

По смыслу Обзора очередность удовлетворения требования кредитора, аффилированного с лицом, контролирующим должника, понижается до очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что требование подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты). 

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о принятии судом первой инстанции оспариваемого определения с учетом правильно установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, полно, всесторонне и объективно исследованных доказательств, с учетом правильного применения норм материального и процессуального права.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не нашли своего подтверждения при рассмотрении апелляционной жалобы, по существу сводятся к переоценке законных и обоснованных, по мнению суда апелляционной инстанции, выводов суда первой инстанции, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение, влияли на обоснованность и законность определения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Неправильное применение норм материального права и нарушения норм процессуального права, которые могли бы послужить основанием для отмены и принятого по делу судебного акта в соответствии с ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом апелляционной инстанции не установлены.

Руководствуясь статьями 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации  

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 26.06.2023 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

 

Председательствующий судья:                                                Ж.Ц. Бальжинимаева 

 

Судьи:                                                                                 С.А. Назарова

 

Ю.Л.Головачева