﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

 

Нижний Новгород

Дело № А43-8175/2019

21 июля 2021 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15.07.2021.

Постановление в полном объеме изготовлено 21.07.2021.

 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Елисеевой Е.В.,

судей Ионычевой С.В., Прытковой В.П.

 

при участии представителя

финансового управляющего Бурнашевского Евгения Викторовича:

Мириневой А.М. по доверенности от 01.04.2021

 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу 

финансового управляющего Бурнашевского Евгения Викторовича

 

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 11.01.2021  и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 13.04.2021

по делу № А43-8175/2019

 

по заявлению финансового управляющего имуществом Исаева Сергея Владимировича – 

Бурнашевского Евгения Викторовича

о признании сделки недействительной

и о применении последствий ее недействительности,

 

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, – 

отдел опеки и попечительства Чистопольского района Республики Татарстан, 

Мухин Святослав Владиславович, а также несовершеннолетние

Мухин Никита Владиславович, Мухина Злата Владиславовна 

и Мухина Милания Владиславовна в лице их законного представителя,

 

и   у с т а н о в и л : 

 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Исаева Сергея Владимировича (далее – должник) финансовый управляющий имуществом должника Бурнашевский Евгений Викторович обратился в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи долей в праве общей долевой собственности на квартиру от 01.11.2018 в части отчуждения Исаевым С.В. 1/5 доли в праве на жилое помещение (квартиру) с кадастровым номером 16:54:050301:556 общей площадью 49 квадратных метров в пользу Исаевой Евгении Владимировны и о применении последствий недействительности сделки в виде возврата отчужденного имущества (1/5 доли в праве на жилое помещение) в конкурсную массу должника.

Заявление финансового управляющего основано на положениях пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьи 10 и пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивировано тем, что спорная сделка носит характер притворной, прикрывающей дарение имущества, совершенной в целях вывода имущества из собственности должника в ущерб имущественным интересам кредиторов.

В качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительного предмета спора, привлечены отдел опеки и попечительства Чистопольского района Республики Татарстан, Мухин Святослав Владиславович, а также несовершеннолетние Мухин Никита Владиславович, Мухина Злата Владиславовна и Мухина Милания Владиславовна в лице их законного представителя.

Суд первой инстанции определением от 11.01.2021, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 13.04.2021, отказал в удовлетворении заявления финансового управляющего.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, финансовый управляющий Бурнашевский Е.В. обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 11.01.2021 и постановление от 13.04.2021 и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В кассационной жалобе Бурнашевский Е.В. оспаривает выводы судов двух инстанций, послужившие основанием для отказа в признании сделки недействительной, и полагает, что в данном случае имеются обстоятельства для признания договора купли-продажи в оспоренной части недействительным (ничтожным), как притворного, заключенного со злоупотреблением сторонами правом с целью вывода ликвидного имущества из собственности должника.

По мнению заявителя кассационной жалобы, Исаев С.В. на момент совершения спорной сделки был привлечен к субсидиарной ответственности как руководитель общества с ограниченной ответственностью «Алабуга-моторс» по обязательствам последнего в размере 31 199 958 рублей 93 копеек и заключил договор купли-продажи с целью вывода ликвидного имущества из своей собственности во избежание обращения на него взыскания по обязательствам, связанным с субсидиарной ответственностью. Все стороны сделки являлись близкими родственниками, поэтому Исаева Е.В. могла проживать в квартире без приобретения доли в праве собственности на нее; должник в квартире не проживал и в совершении сделки лично не участвовал, выдав матери доверенность на заключение от своего имени договора купли-продажи; доверенность нотариально заверена в Москве, что косвенно подтверждает проживание Исаева С.В. в этом городе. В то же время суды необоснованно отвергли доводы финансового управляющего, приняв во внимание исключительно позицию Исаева С.В. и Исаевой Е.В.

Заявитель жалобы настаивает на недоказанности передачи Исаевой Е.В. денежных средств в сумме 550 000 рублей должнику во исполнение договора купли-продажи недвижимого имущества: Исаев С.В. не произвел даже частичного погашения задолженности по субсидиарной ответственности за счет денежных средств, предположительно, полученных от покупателя; в материалы дела не представлено доказательств наличия у Исаевой Е.В. финансовой возможности для оплаты приобретенной доли в праве собственности на квартиру, а также передачи денежных средств, полученных за счет материнского капитала, должнику. При изложенных обстоятельствах суды неправомерно применили к спорным правоотношениям пункт 5 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и не учли разъяснения, данные в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве». Указание в договоре купли-продажи на принятие одним из продавцов денежных средств не подтверждает возмездного характера сделки.

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе и поддержаны его представителем в судебном заседании.

Отдел опеки и попечительства ходатайствовал о рассмотрении кассационной жалобы без участия его представителя.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

В соответствии со статьей 153.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Республики Татарстан.

Законность определения Арбитражного суда Нижегородской области от 11.01.2021 и постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 13.04.2021 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив представленные в дело доказательства, проверив обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе, и заслушав представителя финансового управляющего должника, суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов.

Как следует из материалов дела, Исаева Валентина Александровна, Исаев Владимир Васильевич, Исаев Сергей Владимирович, Исаев Андрей Владимирович и Исаева Евгения Владимировна на основании договора на передачу жилого помещения в собственность граждан от 06.12.1993 и соглашения от 24.09.2018 являлись собственниками по 1/5 доли квартиры с кадастровым номером 16:54:050301:556 общей площадью 49 квадратных метров.

По договору купли-продажи долей в праве общей собственности на квартиру от 01.11.2018 Исаева Валентина Александровна, действующая за себя и на основании доверенности за Исаева Сергея Владимировича, Исаев Владимир Васильевич и Исаев Андрей Владимирович (продавцы) передали Исаевой Евгении Владимировне, действующей за себя и в интересах своих несовершеннолетних детей Мухина Никиты Владиславовича, Мухиной Златы Владиславовны, Мухиной Милании Владиславовны, а также Мухину Святославу Владиславовичу (покупателям) в общую долевую собственность по 4/25 долей в праве собственности на указанную квартиру кадастровой стоимостью 1 301 698 рублей 72 копейки. В пунктах 2.1 и 2.3 договора стороны согласовали цену передаваемых по договору долей в праве собственности в размере 1 000 000 рублей и указали на уплату покупателями продавцам 550 000 рублей до подписания договора и 450 000 рублей – в течение трех месяцев со дня заключения договора за счет средств материнского (семейного) капитала путем безналичного перечисления Пенсионным Фондом на расчетный счет в банке, открытый на имя Исаевой Валентины Александровны. 

Согласно данным выписки из домовой книги от 08.10.2018 в жилом помещении (квартире) зарегистрированы: Исаева Евгения Владимировна, Исаев Андрей Владимирович, Мухин Никита Владиславович, Мухина Злата Владиславовна, Мухин Святослав Владиславович и Мухина Милания Владиславовна. 

По условиям пункта 3.1.1 договора Исаев Андрей Владимирович обязался сняться с регистрационного учета в квартире течение месяца со дня заключения договора.

Договор купли-продажи 01.11.2018 удостоверен нотариально; 07.11.2018 зарегистрирован переход права собственности на долю в квартире от продавцов к покупателям. 

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 07.03.2019 принял к производству заявление Семенова Т.В. о несостоятельности (банкротстве) Исаева С.В.; определением от 08.08.2019 ввел в отношении Исаева С.В. процедуру реструктуризации долгов гражданина; решением от 09.12.2019 признал Исаева С.В. несостоятельным (банкротом) и ввел процедуру реализации имущества должника.

Посчитав, что договор купли-продажи от 01.11.2018 в части отчуждения Исаевым С.В. 1/5 доли в праве на квартиру в пользу своей сестры Исаевой Е.В. носит характер притворной сделки, совершенной в ущерб имущественным интересам кредиторов должника, финансовый управляющий Бурнашевский Е.В. оспорил законность сделки на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10 и пункта 2 стати 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъясняется, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица. 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что согласно статье 2 Закона о банкротстве под вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Спорный договор купли-продажи от 01.11.2018 заключен за 4 месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом (07.03.2019), то есть в период подозрительности, предусмотренный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Соответственно, в данном случае для признания договора купли-продажи недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве подлежит доказыванию совокупность таких обстоятельств, как причинение в результате совершения сделки вреда имущественным правам кредиторов, неплатежеспособность (недостаточность имущества) должника на дату совершения оспоренной сделки и осведомленность другой стороны сделки о таких признаках.

Суды первой и апелляционной инстанций установили, что основанием введения в отношении Исаева С.В. процедуры банкротства явилось наличие у него долга в размере 31 199 958 рублей 93 копеек, установленного вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.03.2018 по делу № А65-18623/2016, которым Исаев С.В. привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам возглавляемого им ООО «Алабуга-моторс». Следовательно, на момент совершения спорной сделки у должника имелись неисполненные денежные обязательства перед ООО «Алабуга-моторс». Исаева Е.В. является родной сестрой Исаева С.В., то есть по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве Исаева С.В. выступает заинтересованным по отношению к должнику лицом.

Признав оплату по договору купли-продажи от 01.11.2018 со стороны Исаевой Е.В. состоявшейся, суды приняли во внимание, что в договоре купли-продажи предусмотрена оплата покупателями долей в праве собственности на квартиру путем передачи продавцам 550 000 рублей до подписания договора и перечисления 450 000 рублей, полученных за счет средств материнского (семейного) капитала, на банковский счет одного из продавцов – Исаевой Валентины Александровны. Договор купли-продажи и обязательства покупателей о передаче продавцам 550 000 рублей в качестве оплаты приобретенного имущества удостоверены нотариусом.

В силу части 5 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, подтвержденные нотариусом при совершении нотариального действия, не требуют доказывания, если подлинность нотариально оформленного документа не опровергнута в порядке, установленном статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, или если нотариальный акт не был отменен в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством для рассмотрения заявлений о совершенных нотариальных действиях или об отказе в их совершении.

В рассмотренном случае финансовый управляющий не заявлял о фальсификации доказательств в порядке, предусмотренном статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; действия нотариуса по удостоверению спорной сделки не оспаривались и не признаны незаконными.

Таким образом, нотариусом при удостоверении договора купли-продажи совершены действия, направленные на подтверждение обстоятельств оплаты покупателями приобретенного имущества.

При таких условиях суды обоснованно учли обстоятельства, подтвержденные нотариусом при совершении им нотариального действия, в качестве преюдициальных, и признали удостоверенные нотариусом действия сторон спорного договора надлежащим доказательством оплаты Исаевой Е.В. приобретенной доли в праве собственности на квартиру. Кроме того, как установили суды, из выписки по банковскому счету Исаевой Валентины Александровны (матери должника) следует получение ею 450 000 рублей 19.12.2018 в качестве оплаты по договору купли-продажи.

Проанализировав представленный финансовым управляющим отчет об оценке от 19.08.2020 № 54/08-20 суды признали цену отчужденной 1/5 доли в праве собственности на квартиру соответствующей рыночной стоимости этого имущества.

Суды учли, что переход права собственности на доли в праве собственности на квартиру от продавцов к покупателям зарегистрирован в установленном законом порядке; продавцы и Исаева Е.В. являлись собственниками квартиры с 1993 года; на момент заключения договора купли-продажи на регистрационном учете в квартире состояли покупатели Исаева Е.В. и ее несовершеннолетние дети, а также Исаев А.В., который обязался сняться с регистрационного учета после заключения договора; адрес расположения квартиры соответствует адресу фактического проживания должника; все собственники одновременно передали доли в праве собственности на жилое помещение Исаевой Е.В. и ее несовершеннолетним детям, проживающим в квартире.

Финансовый управляющий не привел доказательств, подтверждающих договоренность сторон о безвозмездном характере оспоренной сделки либо о неравноценном предоставлении по ней со стороны покупателя.

При изложенных обстоятельствах, несмотря на то, что сделка по продаже должником доли в праве собственности на квартиру совершена в период подозрительности, предусмотренный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, при наличии у Исаева С.В. признаков неплатежеспособности и заинтересованности сторон, суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии доказательств причинения спорной сделкой вреда имущественным правам кредиторов.

В отсутствие такого условия, как причинение в результате совершения сделки вреда имущественным правам кредиторов, наличие у должника признаков неплатежеспособности (недостаточности имущества) и заинтересованность сторон сделки, даже будучи доказанными, сами по себе не имеют правового значения, так как не являются самостоятельными основаниями для признания сделки недействительной в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Также сама по себе реализация имущества должника не свидетельствует о причинении имущественного вреда его кредиторам, поскольку в данном случае взамен реализованного имущества продавец получил денежные средства в качестве его оплаты. Доказательств ухудшения финансового положения должника, уменьшения стоимости его активов либо увеличения размера обязательств в результате совершения спорной сделки в материалы дела не представлено.

При изложенных обстоятельствах суды пришли к правомерному выводу об отсутствии правовых оснований для признания договора купли-продажи от 01.11.2018 недействительной сделкой по правилам, предусмотренным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По правилам пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. Положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договора купли-продажи может свидетельствовать, например, совершение такой сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обеих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Аналогичные разъяснения содержатся в пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которым с целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки.

Оценив договор купли-продажи от 01.11.2018 на предмет его ничтожности ввиду злоупотребления сторонами правом, суды установили, что данный договор является возмездным, оплата приобретенных по договору долей в праве собственности на квартиру осуществлена Исаевой Е.В. в полном объеме. В материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие о занижении цены договора, а также доказательства ухудшения финансового положения должника, уменьшения стоимости его активов либо увеличения размера обязательств в результате совершения спорной сделки. 

Установив отсутствие обстоятельств, указывающих на злоупотребление сторонами правом, суды приняли во внимание, что материалами дела не подтверждается направленность действий Исаева С.В. и Исаевой Е.В. при заключении договора купли-продажи на причинение вреда имущественным интересам кредиторов должника, совершение сделки с намерением причинить вред кредиторам и нарушение иных охраняемых законом прав лиц (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу приведенной нормы притворная сделка фактически включает в себя две сделки: притворную сделку, совершаемую для вида (прикрывающая сделка) и сделку, в действительности совершаемую сторонами (прикрываемая сделка). Поскольку притворная (прикрывающая) сделка совершается лишь для вида, одним из внешних показателей ее притворности служит несовершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой. Напротив, если стороны выполнили вытекающие из сделки права и обязанности, то такая сделка притворной не является.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации недостаточно.

Соответственно, в предмет доказывания по делам о признании недействительными притворных сделок входит установление действительной воли сторон, направленной на достижение определенного правового результата, который они имели в виду при заключении договора. Установление расхождения волеизъявления с волей осуществляется судом посредством анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств (статьи 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Оценив оспоренную сделку на предмет наличия признаков ее недействительности (притворности) по основаниям, предусмотренным в пункте 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды установили, что стороны совершили действия, направленные на возникновение именно тех правовых последствий, которые предусмотрены договором купли-продажи недвижимого имущества, а именно:                     Исаева Е.В., как покупатель, произвела оплату по договору; переход права собственности от продавцов к покупателям зарегистрирован в установленном законом порядке; договор заключен с целью обеспечения жильем Исаевой Е.В. и ее несовершеннолетних детей. Тот факт, что волеизъявление сторон при совершении сделки было направлено на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю сторон, не подтвержден.

Таким образом, суды обоснованно не усмотрели у договора купли-продажи от 01.11.2018 признаков притворной сделки, прикрывающей иную волю ее участников, в частности, вывод имущества из собственности должника, и пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для признания спорной сделки недействительной (ничтожной) на основании статьи 10 и пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доводы заявителя кассационной жалобы свидетельствуют о его несогласии с установленными по делу фактическими обстоятельствами и с оценкой судами двух инстанций доказательств. Переоценка доказательств и установленных судами предыдущих инстанций фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права. Оснований для отмены судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы составляет 3000 рублей и относится на заявителя, которому при принятии его жалобы к производству была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, поэтому последняя подлежит взысканию с должника в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 11.01.2021 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 13.04.2021 по делу № А43-8175/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу финансового управляющего Бурнашевского Евгения Викторовича – без удовлетворения.

Взыскать с Исаева Сергея Владимировича в доход федерального бюджета 3000 рублей государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы.

Арбитражному суду Нижегородской области выдать исполнительный лист.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

           Председательствующий

 

Е.В. Елисеева

 

 

Судьи

 

С.В. Ионычева

В.П. Прыткова