СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Набережная  реки Ушайки, дом 24, г. Томск, 634050, http://7aas.arbir.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город  Томск                                                                                         Дело № А45-21246/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 марта 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 26 марта 2021 года.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего                                         Кудряшевой Е.В.,

судей                                                                         Зайцевой О.А.,

ФИО1, 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Гребенюк Е.И.,с использованием средств аудиозаписи в режиме веб-конференции (онлайн-заседание), рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 (№ 07АП-11448/17 (67)), конкурсного управляющего АО «Строй-Инверсия» ФИО3 (№ 07АП-11448/17 (68)), общества с ограниченной ответственностью «Нанс Финанс» (№ 07АП-11448/17 (69)), общества с ограниченной ответственностью «ПИК «Сибстройкоммерс» в лице конкурсного управляющего ФИО4 (№ 07АП-11448/17 (77)) на определение от 17.12.2020 Арбитражного суда Новосибирской области (судья – Красникова Т.Е.) по делу № А45-21246/2017 о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Строй-Инверсия» (адрес: 630073, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>): 1) по заявлению ФИО2 о включении требования в размере 49 751 103, 20 рублей в реестр требований кредиторов должника; 2) по заявлению общества с ограниченной ответственностью «НАНС ФИНАНС» к АО ФСК «Новосибирская», ООО ПИК «Сибстройкоммерс» и ФИО2 о признании недействительными соглашения о переводе долга от 01.03.2011, подписанного между АО ФСК «Новосибирская», ООО ПИК «ССК» и ООО СМК «Электро-Стиль» и соглашения о зачете от 22.09.2011, подписанного между АО ФСК «Новосибирская» и ООО СМК «Электро-Стиль»; признании недействительными дополнительного соглашения № 1 от 23.12.2013 к договору об участии в долевом строительстве от 20.06.2012 № 9, дополнительного соглашения № 1 к договору об участии в долевом строительстве от 25.06.2012 № 10, а также актов приема-передачи векселей от 20.12.2013.

К участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено: АО ФСК «Новосибирская».

В судебном заседании приняли участие: 

от конкурсного управляющего должником: ФИО3 (лично), ФИО5 (доверенность от 25.01.2021);

от ООО «Нанс Финанс»: ФИО6 (доверенность от 11.01.2021);

от ЗАО «Зенон Эстейт»: ФИО7 (доверенность от 20.08.2018), ФИО8 (доверенность от 01.02.2021);

от ФИО2: ФИО9, ФИО10 (доверенность от 25.02.2021), ФИО11 (доверенность от 13.05.2019);

от АО ФСК «Новосибирская»: ФИО12 (доверенность от 01.02.2021).

Суд

УСТАНОВИЛ:

решением от 16.07.2018 Арбитражного суда Новосибирской области в отношении акционерного общества «Строй-Инверсия» (далее – АО «Строй-Инверсия», должник) открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (далее – конкурсный управляющий ФИО3).

10.09.2018 в арбитражный суд поступило заявление  ФИО2 (далее – ФИО2) о включении требования в размере 49 751 103,20 рублей в реестр требований кредиторов должника.

Определением от 22.05.2019 Арбитражного суда Новосибирской области, удовлетворено заявленное требование.

Постановлением от 25.07.2019 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А45-21246/2017 определение от 22.05.2019 Арбитражного суда Новосибирской области оставлено без изменения. 

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 05.03.2020 определение от 22.05.2019 Арбитражного суда Новосибирской области и постановление от 25.07.2019 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А45-21246/2017 отменены, дело направлено  на новое  рассмотрение в Арбитражный суд Новосибирской области.

При  направлении  заявления  на новое  рассмотрение суд кассационной инстанции указал на необходимость проверить обстоятельства  по оплате  ДДУ в части представления векселей, добросовестность векселедержателя, исследовать доказательства законности  владения  векселями, наличие  обязательства, лежащего в основе выдачи векселей; дать оценку обстоятельствам аффилированности заявителя  по отношению  к должнику с учетом особенностей рассмотрения требований аффилированных с должником лиц с выработанной судебной практикой (Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020)).

При новом рассмотрении заявления ФИО2, в лице представителя, поддержал заявленное требование в полном  объеме, просил  включить  в реестр  требований  кредиторов сумму основного долга 31 321 189,40 рублей  и процентов  за  пользование денежными средствами в сумме 31 432 353,51 рублей в соответствии с пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 30.12.2004 214-ФЗ «Об участии в долевом  строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные  акты Российской  Федерации» (далее – Закон о долевом участии).

Определением от 30.09.2020 в одно производство для совместного рассмотрения с требованием ФИО2  объединено заявление  ООО «Нанс Финанс» о признании недействительными сделок, а именно: 

- соглашения о переводе долга от 01.03.2011, подписанного между АО ФСК «Новосибирская», ООО ПИК «ССК» и ООО СМК «Электро-Стиль» и соглашения о зачете от 22.09.2011, подписанного между АО ФСК «Новосибирская» и ООО СМК «Электро-Стиль»; 

- дополнительного соглашения № 1 от 23.12.2013 к договору об участии в долевом строительстве от 20.06.2012 № 9, дополнительного соглашения № 1 к договору об участии в долевом строительстве от 25.06.2012 № 10, а также актов приема-передачи векселей от 20.12.2013.

При новом рассмотрении определением от 17.12.2020 (резолютивная часть от 25.11.2020) Арбитражный суд Новосибирской области включил в  реестр требований кредиторов должника требование ФИО2  в размере  13 058 530 рублей основного долга, 10 530 431,92 рубля процентов  за пользование денежными средствами с отнесением  в третью очередь  удовлетворения, как обеспеченное  залогом  имущества должника; требование ФИО2 в части основного долга  в размере 3 579 245 рублей, проценты за пользование денежными средствами в сумме  933 081,66 рубля признал обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований включенных в реестр в очередности предшествующей распределению ликвидационной квоты; в остальной  части  отказал; заявление ООО «Нанс Финанс» о признании недействительными сделок удовлетворил; признал недействительными соглашение о переводе долга от 01.03.2011, подписанное между АО ФСК «Новосибирская», ООО ПИК «ССК» и ООО СМК «Электро-Стиль», соглашение о зачете от 22.09.2011, подписанное между АО ФСК «Новосибирская» и ООО СМК «Электро-Стиль»,  дополнительное соглашение № 1 от 23.12.2013 к договору об участии в долевом строительстве от 20.06.2012 № 9, дополнительное соглашение № 1 к договору об участии в долевом строительстве от 25.06.2012 № 10, акты  приема-передачи векселей от 20.12.2013.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2, конкурсный управляющий ФИО3, ООО «Нанс Финанс» обратились с апелляционными жалобами, в которых просят его отменить и принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств по делу, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, неправильное применение норм материального и процессуального права.

В апелляционной жалобе ФИО2 указывает на необходимость включения в реестр требований кредиторов должника его требований в размере 14 234 389 рублей основного долга и 19 691 519,64 рублей процентов и в размере 3 579 245 рублей основного долга, 933 081,66 рубля процентов с отнесением в третью очередь, как обеспеченные залогом имущества должника. С позиции заявителя, факт аффилированности ООО ПИК «ССК» и АО ФСК «Новосибирская» через ФИО13 не свидетельствует о создании фиктивной задолженности. Считает вывод суда, что перевод долга был осуществлен без какого-либо встречного предоставления, противоречащим материалам дела. Полагает, что сама по себе аффилированность ФИО2 с ООО «ИТК» и ООО «Сибирь-Консалтинг» не может подтверждать мнимость соглашений. Апелляционная жалоба мотивирована тем, что векселя были оплачены реальными денежными средствами; принудительное взыскание по векселям или отказ от такового не зависели от воли ФИО2; размер активов общества на момент выдачи векселей значительно превышал сумму выданных векселей; выдача займа в пользу ООО «ИТК» была отображена в документах бухгалтерской отчетности ООО «Сибирь-Консалтинг»; произведенная в 2016 году ФИО2 оплата была произведена во исполнение условий договоров долевого участия и не может быть признана компенсационным финансированием. Считает неправомерной ссылку на постановление суда округа от 22.08.2019.

В своей апелляционной жалобе конкурсный управляющий ФИО3 считает, что требования ФИО2 в размере 13 058 530 рублей основного долга, 10 530 431, 92 рубля процентов подлежат удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. Так как ФИО2 является аффилированным лицом, у которого имеются признаки контролирующего должника лица. Требование кредитора об установлении залогового статуса удовлетворению не подлежит, так как ФИО2 был пропущен пресекательный срок на обращение с соответствующим заявлением. Кредитор неправомерно заявил о включении процентов в двойном размере. На момент обращения в суд первой инстанции договор долевого участия не был расторгнут.

В апелляционной жалобе ООО «Нанс Финанс» также указывает на аффилированность ФИО2 с должником, фактическое участие в бизнесе связано с прямым причинением застройщику и его независимым кредиторам убытков. Также полагает, что размер процентов начислен в двойном размере. ФИО2 пропустил срок для признания его залоговым кредитором. 

До судебного заседания в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) поступили отзывы от конкурсного управляющего ФИО3, ООО «Нанс Финанс», конкурсного управляющего АО ФСК «Новосибирская» на апелляционную жалобу ФИО2, в котором выражают несогласие с доводами; отзыв от ФИО2 на апелляционные жалобы конкурсного управляющего ФИО3 и ООО «Нанс Финанс»; отзыв на апелляционные жалобы от конкурсного управляющего ООО ПИК «ССК» ФИО4 с ходатайством об отложении судебного заседания в связи с направлением апелляционной жалобы с ходатайством о восстановлении срока. 

11.02.2021 судебное заседание было отложено по ходатайству конкурсного управляющего ООО ПИК «ССК» ФИО4 

До судебного заседания поступили отзывы на апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО ПИК «ССК» ФИО4, в которых ООО «Нанс Финанс» и конкурсный управляющий должником ФИО3 полагают недопустимым восстановление срока для подачи. 

Поступившая апелляционная жалоба конкурсного управляющего ООО «ПИК «Сибстройкоммерс» ФИО4 (№ 07АП-11448/17 (77)) на определение от 17.12.2020 Арбитражного суда Новосибирской по делу № А45-21246/2017 принята апелляционным судом определением от 24.02.2021 к совместному рассмотрению с ранее поданными жалобами.

Ходатайство конкурсного управляющего ООО «ПИК «Сибстройкоммерс» ФИО4 о восстановлении пропущенного срока на подачу апелляционной жалобы, мотивировано тем, что ООО ПИК «Сибстройкоммерс» не было привлечено к участию в данном обособленном споре; в адрес конкурсного управляющего не поступало ни одного извещения из арбитражного суда первой инстанции.

Рассмотрев ходатайство о восстановлении пропущенного срока на подачу апелляционной жалобы, с учетом заявленных возражений, суд апелляционной инстанции, находит его, не подлежащим удовлетворению, в связи со следующим.

Согласно части 3 статьи 223 АПК РФ определения, которые выносятся арбитражным судом при рассмотрении дел о несостоятельности (банкротстве) и обжалование которых предусмотрено настоящим Кодексом и иными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), отдельно от судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, могут быть обжалованы в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение десяти дней со дня их вынесения.

Частью 2 статьи 259 АПК РФ предусмотрено, что по ходатайству лица, обратившегося с апелляционной жалобой, пропущенный на подачу жалобы срок может быть восстановлен арбитражным судом апелляционной инстанции при условии, что ходатайство подано не позднее чем через шесть месяцев со дня принятия решения и арбитражный суд признает причины пропуска срока уважительными.

Согласно пункту 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» (далее – Постановление № 12) в силу части 2 статьи 259 АПК РФ арбитражный суд апелляционной инстанции восстанавливает срок на подачу апелляционной жалобы, если данный срок пропущен по причинам, не зависящим от лица, обратившегося с такой жалобой.

Для лиц, извещенных надлежащим образом о судебном разбирательстве, такими причинами могут быть признаны, в частности, причины, связанные с отсутствием у них по обстоятельствам, не зависящим от этих лиц, сведений об обжалуемом судебном акте, а также связанные с независящими от лица обстоятельствами, в силу которых оно было лишено возможности своевременно подготовить и подать мотивированную жалобу (например, введение режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации на всей территории Российской Федерации либо на ее части).

При указании заявителем на эти причины как на основание для восстановления срока суду следует проверить, имеются ли в материалах дела доказательства надлежащего извещения заявителя о судебном разбирательстве в суде первой инстанции. Если лицо не извещено о судебном разбирательстве надлежащим образом, суд рассматривает вопрос о наличии оснований для восстановления срока на подачу апелляционной жалобы с учетом того, что данный срок исчисляется с даты, когда это лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав или законных интересов обжалуемым судебным актом.

Процессуальный срок на апелляционное обжалование решения арбитражного суда от 17.12.2020, исчисленный по правилам статьи 113  АПК РФ, истек 31.12.2020.

Апелляционная жалоба конкурсного управляющего ФИО4 подана 10.02.2021, то есть с пропуском срока, установленного частью 1 статьи 259 АПК РФ.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации», если после направления истцу или ответчику соответствующего судебного акта в суд от организации почтовой связи поступила информация, указанная в пунктах 2 или 3 части 4 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд проверяет, соответствует ли адрес, по которому лицу направлен один из названных выше судебных актов, сведениям о его месте нахождения.

При рассмотрении вопроса о надлежащем извещении арбитражный суд исходит из презумпции надлежащего выполнения федеральным государственным унитарным предприятием «Почта России» обязанностей по доставке почтовой корреспонденции, пока не доказано иное.

Бремя доказывания того, что судебное извещение не доставлено лицу, участвующему в деле, по обстоятельствам, не зависящим от него, возлагается на данное лицо (статьи 9, 65 АПК РФ, статья 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункты 67, 68 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как следует из материалов дела, определением от 14.08.2020 Арбитражный суд Новосибирской области принял заявление ООО «НАНС ФИНАНС», назначил судебное заседание на 30.09.2020, предложил участникам спора представить в суд письменный отзыв на заявление (т 1 (12), л.д. 1-3). 

15.08.2020 определение было направлено в адрес ООО «ПИК «Сибстройкоммерс» с почтовым идентификатором – 63097650171227 – по адресу 630024, 

<

...>., судебный акт был вручен 26.08.2020, то есть после утверждения конкурсным управляющим ООО ПИК «Сибстройкоммерс» ФИО4 определением от 17.08.2020 по делу № А45-7014/2011 (т.1 (12), л.д.4).

Также ООО «Нанс Финанс» направляло заявление об оспаривании сделки в адрес ООО «ПИК «Сибстройкоммерс», которое было получено им 20.08.2020 (т.1 (12), л.д.14).

При решении вопроса о восстановлении пропущенного срока подачи жалобы суду следует оценивать обоснованность доводы лица, настаивающего на таком восстановлении, в целях предотвращения злоупотреблений при обжаловании судебных актов и учитывать, что необоснованное восстановление пропущенного процессуального срока может привести к нарушению принципа правовой определенности и соответствующих процессуальных гарантий (пункт 32 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках»).

Таким образом, ООО «ПИК «Сибстройкоммерс» в лице конкурсного управляющего ФИО4 был надлежаще извещен о судебном заседании по рассмотрению заявления.

Электронная версия определения суда от 17.12.2020 была размещена в сети «Интернет» 18.12.2020, в связи с чем, у подателя апелляционной жалобы с этой даты имелась возможность ознакомиться с судебным актом.

В силу части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

Таким образом, риск последствий не реализации лицом, участвующим в деле, процессуальных прав при отсутствии обстоятельств, объективно препятствующих их реализации, возложен на данное лицо.  

Установленный частью 1 статьи 259 АПК РФ срок для апелляционного обжалования является законной гарантией реализации права на судебную защиту и иных лиц, участвующих в деле, а не только лица, обращающегося в арбитражный суд с апелляционной жалобой.

Предусмотренный срок на обжалование судебных актов арбитражного суда не может рассматриваться как нарушение конституционного права на судебную защиту, поскольку обусловлен необходимостью гарантировать правовую определенность в спорных правоотношениях.

Произвольный подход к законно установленным последствиям пропуска данного срока приведет к нарушению предусмотренного частью 1 статьи 19 Конституции Российской Федерации и опосредованного положениями статьи 7 АПК РФ принципа равенства всех перед законом и судом, и как следствие применительно к данной ситуации, к нарушению принципов равноправия сторон и состязательности (статьи 8, 9 АПК РФ).

Учитывая изложенное, апелляционный суд приходит к выводу о том, что конкурсный управляющий ФИО4 не доказал наличия независящих причин, в связи с которыми в установленный законом срок для обжалования судебного акта у  него не было возможности для оформления и подачи апелляционной жалобы, в связи с чем ходатайство о восстановлении срока на подачу апелляционной жалобы удовлетворению не подлежит. 

Поскольку в восстановлении пропущенного срока на подачу апелляционной жалобы судом отказано, апелляционный суд прекращает производство по данной жалобе.

До судебного заседания поступили письменные пояснения от конкурсного управляющего должником ФИО3, в которых он поддерживает ранее изложенную позицию.

05.03.2021 через систему Мой Арбитр от ФИО2 поступили письменные пояснения с ходатайством о приобщении копий следующих дополнительных доказательств:

1.      вексель № 053 от 01.04.2011 номинальной стоимостью 582 400,00 рублей;

2.      вексель № 054 от 01.04.2011 номинальной стоимостью 1 003 950,00 рублей;

3.      вексель № 055 от 01.04.2011 номинальной стоимостью 825 700,00 рублей;

4.      акт приема-передачи векселей от 01.04.2011;

5.      соглашение о зачете встречных однородных требований от 29.04.2011;

6.      товарная накладная № 17 от 29.04.2011;

7.      счет-фактура № 28/1 от 29.04.2011 на сумму 1 420 395,60 рублей;

8.      товарная накладная № 18 от 29.04.2011;

9.      счет-фактура № 28/2 от 29.04.2011 на сумму 12 672,54 рублей;

10.  товарная накладная № 19 от 29.04.2011;

11.  счет-фактура № 28/3 от 29.04.2011 на сумму 191 317,16 рублей;

12.  соглашение о новации в вексельное обязательство от 01.04.2011;

13.  договор купли-продажи ценных бумаг (вексель № 054 номинальной стоимостью 1 003 950 рублей) между ЗАО ФСК «Новосибирская» (Продавец)  и ФИО14 (Покупатель) от 04.04.2011;

14.   договор об участии в долевом строительстве № 120 от 25.01.2010, заключенный между ООО ПИК «Сибстройкоммерс» (Застройщик) и ФИО14 (Участник);

15.   соглашение об уступке прав требования от 26.10.2010 по договору об участии в долевом строительстве № 120 от 25.01.2010;

16.   договор об участии в долевом строительстве № 73 от 26.11.2009, заключенным между ООО ПИК «Сибстройкоммерс» (Застройщик) и ФИО15 А. (Участник);

17.  выписка из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости от 05.03.2021 № КУВИ-002/2021-19290389;

18.  договор купли-продажи ценных бумаг (вексель № 055 номинальной стоимостью 825 700 рублей) между ЗАО ФСК «Новосибирская» (Продавец) и ФИО16 (Покупатель) от 04.04.2011;

19. акт приема-передачи векселей от 04.04.2011 между ЗАО ФСК «Новосибирская» (Продавец) и ФИО16 (Покупатель); 

20. дополнительное соглашение № 1 от 16.04.2010 к Договору об инвестиционной деятельности № 23/3-Т от 02.11.2004; 

21.  соглашение от 21.02.2011, заключенное между ООО ПИК «Сибстройкоммерс» и ФИО16;

22.  соглашение от 01.06.2005 о передаче правомочий по договору об инвестиционной деятельности № 23/3-Т от 02.11.2004, заключенное между ООО «Стройком» и ФИО16;

23.  выписка из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости от 05.03.2021 № КУВИ-002/2021-19289777;

25.  договор купли-продажи ценных бумаг (вексель № 053 номинальной стоимостью 582 400 рублей) между ЗАО ФСК «Новосибирская» (Продавец) и ФИО17, ФИО18 (Покупатели) от 04.04.2011;

26.  акт приема-передачи векселей от 04.04.2011 между ЗАО ФСК «Новосибирская» (Продавец) и ФИО17, ФИО18 (Покупатели);

27.  договор об участии в долевом строительстве № 11 от 04.08.2009, заключенный между ООО ПИК «Сибстройкоммерс» (Застройщик) и ФИО17, ФИО18 (Участники);

28.  дополнительное соглашение № 1 от 25.10.2007 к Договору об инвестиционной деятельности № 24/3-Т от 18.10.2004;

29.  выписка из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости от 05.03.2021 № КУВИ-002/2021-19291149;

30.  выписка из Единого государственного реестра недвижимости о зарегистрированных договорах участия в долевом строительстве от 25.02.2021;

31.  акт приема-передачи векселей от 31.12.2013 от ЗАО ФСК «Новосибирская» в ООО СФ «Кировская» (№ 0000001);

32.  акт приема-передачи векселей от 31.12.2013 от ЗАО ФСК «Новосибирская» в ООО СФ «Кировская» (№ 0000002);

33.  соглашение о зачете встречных однородных требований от 31.12.2013 между ЗАО ФСК «Новосибирская» и ООО СФ «Кировская»;

34.  запрос от 10.02.2021 в ООО ПИК «Сибстройкоммерс»;

35.  запрос от 10.11.2020 ФИО13;

36.  запрос от 02.02.2021 ФИО13;

37.  ответ на запрос от 10.02.2021 ФИО2 

Указанные документы приобщены к материалам дела в целях наиболее полного и всестороннего исследования обстоятельств обособленного спора, в связи с чем рассмотрение апелляционных жалоб было отложено.

Оригиналы документов после их обозрения судом были возвращены представителям ФИО2 в судебном заседании апелляционной инстанции.

Дополнительные доказательства: заявление ФИО16 в ООО ПИК «ССК» о платеже по простому векселю (№ 055 номинальной стоимости 825 700 рублей) от 11.04.2011; - соглашение о зачете встречных однородных требований от 13.04.2011, подписанное между ООО ПИК «ССК» и ФИО16 в сумме 825 700 рублей, также приобщены судом апелляционной инстанции к материалам дела.

Также в порядке статей 81, 262 поступили возражения на письменные пояснения от АО ФСК «Новосибирская», в которых указывает на то, что данные документы не могут являться достаточными доказательствами по делу; возражения от конкурсного управляющего ФИО3, который также считает, что представленные документы свидетельствуют об убыточности сделки для АО ФСК «Новосибирская» и её экономической нецелесообразности; возражения от АО «Нанс Финанс» с указанием на возможную фальсификацию представленных документов. От АО «Нанс Финанс» поступило заявление о фальсификации представленных документов, которое кредитор просил рассмотреть как возражения на приобщенные документы.

Ходатайство ФИО19 о привлечении ФИО16 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, рассмотрено судом апелляционной инстанции и в его удовлетворении отказано на основании части 3 статьи 266 АПК РФ.

На основании статьи 18 АПК РФ, произведена замена состава суда, в связи с отпуском судей Сбитнева А.Ю., Фроловой Н.Н., рассмотрение дела после замены в составе суда, начато с самого начала на основании статьи 18 АПК РФ.

В судебном заседании представители конкурсного управляющего ФИО3, АО ФСК «Новосибирская», ООО «Нанс Финанс», ЗАО «Зенит Эстейт» просили отказать в удовлетворении апелляционной жалобы ФИО19, изменить судебный акт – понизив очередность удовлетворения требований ФИО19, без указания его статуса как залогового кредитора, не включать в требование проценты в двойном размере; представители ФИО19 настаивали на удовлетворении его апелляционной жалобы, возражали против удовлетворения остальных.

Иные лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания  на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

При рассмотрении жалобы суд апелляционной инстанции руководствуется пунктом 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 20 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», согласно которому, если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ. Отсутствие в данном судебном заседании лиц, извещенных надлежащим образом о его проведении, не препятствует суду апелляционной инстанции в осуществлении проверки судебного акта в обжалуемой части.

Возражений против проверки судебного акта в обжалуемой части к началу рассмотрения апелляционной жалобы не поступило.

Поэтому в части установленного судом первой инстанции размера процентов за пользование денежными средствами в сумме 933 081 рубля 66 копеек, законность и обоснованность  судебного акта не проверяется. 

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на неё, заслушав участников процесса, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам. 

Как установил суд первой инстанции, между строительной компанией (застройщик) и ООО «Электро-Стиль», «Сибирь-консалтинг» (участник) заключен договор об участии в долевом строительстве от 11.11.2010 № 2, от 26.04.2011 № 4, от 20.06.2012 № 9 от 25.06.2012 № 10 (далее - договоры долевого участия), в соответствии с которыми застройщик обязуется своими силами или с привлечением других лиц построить книжный магазин с офисными помещениями (кадастровый номер  54:35:064225:49), передать участникам офисные помещения.

В качестве подтверждения исполнения участниками строительства обязательств по оплате цены договоров долевого участия в материалы дела представлены платежные документы, акт зачета взаимных требований от 24.11.2011, соглашение о зачете встречных однородных требований от 16.09.2015, акт приема-передачи векселя от 20.12.2013 № 0000002, акт приема-передачи векселя от 20.12.2013 № 0000001, соглашение о зачете от 29.10.2012.

Соглашениями от 26.09.2011, от 06.08.2011, от 06.08.2015, от 06.08.2015 (далее - соглашения) право требования из договора долевого участия в полном объеме уступлено обществами «Электро-Стиль», «Сибирь-консалтинг» в пользу ФИО2

В дальнейшем (18.06.2015) из строительной компании в результате реорганизации было выделено общество «Строй-Инверсия», которому по разделительному балансу переданы, в том числе, книжный магазин с офисными помещениями (кадастровый номер 54:35:064225:49), а также все права застройщика по договорам участия в долевом строительстве, заключенным в отношении помещений в указанном здании.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 16.08.2017 возбуждено производство по делу о банкротстве общества «Строй-Инверсия». Определением суда от 01.12.2017 в отношении должника введена процедура наблюдения. Решением суда от 16.07.2018 общество «Строй-Инверсия» признано банкротом, открыто конкурсное производство.

ФИО2, ссылаясь на переход к нему на основании соглашений права требования о передачи застройщиком участнику долевого строительства офисных помещений, вытекающих из договора долевого участия, обратился в арбитражный суд с заявлением о включении требования в размере 31 321 189,40 рублей  основного долга и процентов за пользование денежными средствами в сумме 18 429 913,80 рублей в реестр требований кредиторов общества «Строй-инверсия», как обеспеченного залогом имущества должника.

В обоснование заявленного требования о недействительности сделок ООО «Нанс Финанс» указывало на то, что 11.11.2010 между АО ФСК «Новосибирская» и ООО СМК «Электро-Стиль» (произведена  процессуальная замена  на ФИО2, а деятельность ООО СМК «Электро-Стиль», ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, согласно данным из ЕГРЮЛ прекращена 22.10.2018) заключен договор об участии в долевом строительстве № 2 нежилых помещений площадью 203,24 кв. м. в здании книжного магазина (кадастровый номер 54:35:064225:973) по ул. Покрышкина в городе Новосибирске стоимостью 8 231 574 рублей (цифры с учетом последующих изменений).

ООО «Электро-Стиль» оплатило 6 644 214 рублей (ФИО2 в дальнейшем оплатил 786 240 рублей и 801 120 рублей).

Факт оплаты суммы 6 644 214 рублей подтверждается соглашением о переводе долга перед первоначальным дольщиком и актом зачета взаимных требований между ними.

Так, соглашением от 01.03.2011 задолженность ООО ПИК «ССК» перед ООО СМК «Электро-Стиль» в размере 6 644 214 рублей переведена на АО ФСК «Новосибирская» (правопредшественник АО «Строй-инверсия»), и соглашением о зачете от 22.09.2011 указанный долг прекращен (вместе с прекращением однородного требования по оплате нежилых помещений).

Задолженность между ООО ПИК «ССК» (должник) и ООО СМК «Электро-Стиль» (кредитор), часть из которой переведена на застройщика, установлена по делу №А45-18168/2008, иск подан 20.10.2008, мировое соглашение заключено 20.12.2008, срок уплаты всей суммы долга установлен до 30.04.2009.

01.03.2011 долг, подтвержденный судебным актом, частично переведен на аффилированное лицо (АО ФСК «Новосибирская»), после перевода долга стороны не инициировали процессуальное правопреемство (в целях получения исполнительного листа на взыскание просроченной задолженности), следовательно, не имели реального намерения получения долга.

Суд первой инстанции, признавая сделки недействительными, исходил из того, что внутрикорпоративный займ необоснованно связывается с представленными  в дело  векселями, при отсутствии реальности выданных векселей. Требование ФИО2  в части включения в реестр требований кредиторов суммы основного долга в размере 8 039 200 рублей в части оплаты по ДДУ № 9 от 20.06.2012, № 10 от 25.06.2012,  не подлежит  удовлетворению, поскольку им не подтверждена  оплата в указанном  размере  надлежащими  доказательствами. Однако должник АО «Строй-Инверсия» имеет перед заявителем кредитором ФИО2 задолженность (неисполненные денежные обязательства), размер которой подтвержден оформленными и зарегистрированными в установленном порядке договорными отношениями, а также документами, подтверждающими сумму денежных средств, уплаченных по договору застройщику в период 2011, 2012, 2014 годы. Платежи, произведенные в 2016 году, после  реорганизации должника, в период наличия у ФИО2  статуса  акционера  следует  квалифицировать как прямое  корпоративное  финансирование должника под видом  увеличения стоимости ДДУ. Такое  требование  подлежит  понижению в реестре  требований  кредиторов. 

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный спор  и оценив представленные в дело доказательства по правилам главы 7 АПК РФ, пришел следующим выводам.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ, пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

Из разъяснений, изложенных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», следует, что проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Таким образом, с учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. При этом целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности.

Критерии достаточности доказательств (стандарт доказывания), позволяющие признать требования обоснованными, устанавливаются судебной практикой. В делах о банкротстве к кредиторам, заявляющим свои требования, предъявляется, как правило, повышенный стандарт доказывания. В то же время предъявление высокого стандарта доказывания к конкурирующим кредиторам считается недопустимым и влекущим неравенство ввиду их ограниченной возможности в деле о банкротстве доказать необоснованность требования заявляющегося кредитора.

Вместе с тем, лица, будучи связанными тесными корпоративными связями, как правило, лучше осведомлены о действительном финансовом положении предприятия, по сравнению с «внешними» кредиторами, что, безусловно, предполагает у них больших объем дискреции например, на создание формально идеальных гражданско-правовых отношений, для целей последующего включения задолженности в реестр требований общества-банкрота либо совершения цепочки взаимосвязанных сделок итоговым результатом которых является получением конечным бенефициаром какой-либо материальной выгоды (выведение активов, их перераспределения), в том числе за счет залогового имущества.

Этим объясняется предъявление к аффилированным с должником лицам экстра повышенного стандарта доказывания, предполагающим необходимость исключения таким кредитором любых сомнений в реальности правоотношений и правомерности в связи с этим предъявления к должнику требования.

Не редки случаи применения аффилированными лицами иных формально-легальных способов (гражданско-правовых инструментов) извлечения максимальной выгодны из экономически нецелесообразного к функционированию юридического лица.

Такие способы, по сути, представляют собой совокупность юридически значимых действий, направленных на выведение (перераспределение) активов должника либо на минимизацию собственных имущественных потерь.

Указанное обычно сопровождается составлением всей необходимой первичной документации, что в условиях аффилированности вовлеченных лиц не является затруднительным, осуществлением формального исполнения в рамках разработанной заинтересованными лицами схемы своих действий, либо корректировкой ранее совершенных действий под реализуемую ими картину гражданско-правовых отношений.

Для таких случаев характерны обстоятельства отсутствия финансовой возможности исполнения обязательств по заявленным к включению требованиям, транзитного характера платежей, осуществленных в рамках сделок, возможного использования аффилированными лицами для расчетов денежных средств самого должника (его правопредшественника), принятие мер по нивелированию своего негативного воздействия от руководства юридического лица в условиях его имущественного кризиса.

Эти и другие обязательства связанные с установлением действительного наличия требования (реальность правоотношений их содержание, правовая природа обязательства, мотивы вступления в правоотношения), подлежат установлению и оценки судами при рассмотрении требований аффилированных лиц к должнику применительно к правилам статей 71, 168, 170 АПК РФ.

Поэтому именно на аффилированном с должником кредиторе лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно мнимости сложившихся правоотношений с должником. Он должен исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения сделки, положенной в основу требования, при этом не может ограничится минимальным комплектом документов (договор, платежные документы о перечислении, передачи денежных средств внутри группы).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о несостоятельности сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые  указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно статье 61.5 Закона о банкротстве оспаривание сделок должника может осуществляться в отношении наследников и в иных случаях универсального правопреемства в отношении лица, в интересах которого совершена оспариваемая сделка, таким образом, может быть оспорена сделка, совершенная правопредшественником должника.

Исходя из разъяснений, данных в абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы 3.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно пункту 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Основополагающие принципы российского права связаны с обеспечением процессуального равенства сторон, соблюдением права на защиту, законностью принятия решения, а также предполагают недопустимость злоупотребления правом. В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права (пункт 2 статьи 10 ГКРФ).

Таким образом, способом защиты прав и законных интересов указанных лиц является квалификация соответствующей сделки как ничтожной и отказ суда соответствующему лицу в защите его права.

На дату совершения сделки перевода долга, первоначальный должник и новый должник являлись аффилированными лицами через ФИО13 (в ООО ПИК «ССК» и ЗАО ФСК «Новосибирская» ФИО13 имел доли более 50%), указанный долг переведен на нового должника без какого-либо встречного представления, то есть, безусловно в ущерб правам и законным интересам застройщика, который бесплатно принял обязательство оплатить долг своего аффилированного лица в пользу ООО СМК «Электро-Стиль».

Никакого экономического смысла безвозмездно обременять застройщика обязательством перед дольщиком не было, за исключением умышленного перевода долга (фиктивного) и освобождения тем самым участника строительства от оплаты помещений, указанные операции совершены за счет должника (необоснованное обременение долгом и изъятие имущества) и кредиторов (лишение объекта погашения долга).

По сути, именно данная убыточная сделка стала необходимым элементом оплаты и получения ООО СМК «Электро-Стиль» прав требований, впоследствии уступленных в пользу ФИО2

Сделка совершена правопредщественником должника, поэтому подлежит оспариванию в рамках дела о банкротстве.

При этом, ФИО2, являясь акционером должника с 20.11.2015 не оспаривал содержание передаточного акта от 18.06.2015, где отсутствовали сведения об оплате долга данными векселями.

В подтверждение возмездности перевода долга ООО ПИК «ССК» на АО (ЗАО) ФСК «Новосибирская» ФИО2 в суд апелляционной инстанции было представлено соглашение о зачете встречных однородных требований на сумму 1 624 385,30 рублей, по которому обязательства ООО ПИК «ССК» по оплате за перевод долга погашаются за счет погашения обязательств АО (ЗАО) ФСК «Новосибирская» перед ООО ПИК «ССК» по оплате поставленных материалов. 

Соглашение о зачете встречных однородных требований от 29.04.2011 между ООО ПИК «Сибстройкоммерс» (сторона 1) и ЗАО ФСК «Новосибирская» (сторона 2), подписан ФИО13 как с одной, так и с другой стороны.

В подтверждение наличия обязательств по оплате поставленных материалов, представлены товарные накладные от 29.04.2011 на передачу материалов и счета-фактуры. 

Однако в товарных накладных в реквизитах АО (ЗАО) ФСК «Новосибирская» указан расчетный счет № 

<

***>, открытый в КРАБ «Новосибирсквнешторгбанк». Согласно сведений об открытых (закрытых) счетах, полученных конкурсным управляющим АО (ЗАО) ФСК «Новосибирская» у налогового органа, данный расчетный счет был закрыт 29.10.2009, то есть за 1,5 года до даты (29.04.2011), которой датированы представленные товарные накладные, что говорит о невозможности составления товарных накладных в указанные даты. 

Товарные накладные подписаны со стороны ООО ПИК «ССК» и со стороны АО (ЗАО) ФСК «Новосибирская ФИО13

Представленный ФИО2 договор подряда от 11.05.2011, заключенный между АО (ЗАО) ФСК «Новосибирская» и ООО СФ «Кировская» на сумму 47 591 710, 34 рублей бывшим руководителем ФИО13 конкурсному управляющему АО ФСК «Новосибирская» не передавался. 

Среди всех договоров подряда, имеющихся в Инспекции государственного строительного надзора НСО, копии которых были направленны конкурному управляющему по его запросу, отсутствует.

Денежные средства, как частичное исполнение данного договора, с расчетного счета АО (ЗАО) ФСК «Новосибирская» в адрес ООО СФ «Кировская» не перечислялись.

Изложенное позволяет прийти к выводу, что договор подряда от 11.05.2011 на сумму 47 591 710, 34 рублей между АО ФСК «Новосибирская» и ООО СФ «Кировская» не заключался. Соответственно соглашение о зачете встречных однородных требований от 31.12.2013 и акты приема-передачи векселей от 31.12.2013 не могут быть признаны допустимыми доказательствами по делу.

Определением от 02.09.2019 по делу № А45-40831/2017 Арбитражный суд Новосибирской области обязал ФИО13 передать конкурному управляющему документы, в том числе договоры, соглашения, контракты, заключенные АО ФСК «Новосибирская» с юридическими и физическими лицами за весь период деятельности организации. Данное определение суда ФИО13 не исполнено. Более того, при рассмотрении заявления об истребовании документов ФИО13 заявлял об отсутствии у него документов датированных до 2015 года, так как срок хранения таких документов истек и документы у него не сохранились. 

В связи с этим судебная коллегия критически относится к представленным ФИО2 документов.

Представленные ФИО2 дополнительные доказательства не свидетельствуют о целевом использовании застройщиком денежных средств, поступивших в оплату по соглашению о переводе долга на строительство объекта недвижимого имущества, расположенного по адресу: 

<

...> стр. Данный объект недвижимости в последующем был передан вместе со всеми обязательствами участников долевого строительства должника по передаточному акту от 18.06.2015. Из передаточного акта следует, что по договору об участии в долевом строительстве № 2 от 11.11.2010 при создании АО «Строй-Инверсия» был зафиксирован размер дебиторской задолженности кредитора ФИО2 на сумму 1 293 028,38 рублей.

Вопреки доводам апелляционной жалобы ФИО2 (с учетом письменных пояснений), дополнительные доказательства не подтверждают его доводы о реальности оплаты по договору долевого участия № 2 от 11.11.2010.

Так, ссылка на приобретение 04.04.2011 ФИО16 у ЗАО ФСК «Новосибирская» по договору купли-продажи ценных бумаг векселя № 055 номинальной стоимостью 825 700 рублей, затем использование его для оплаты по договору об инвестиционной деятельности № 23/3-Т от 02.11.2014 за двухкомнатную квартиру № 69 в строящемся ООО ПИК «ССК» жилом доме по адресу – г. Новосибирск, ул. Телевизионная, д.15, противоречит пункту 4 дополнительного соглашения № 1 от 16.04.2020 в договору об инвестиционной деятельности, согласно которому участник уже совершил предварительную оплату основного договора в размере 825 700 рублей.

Соответственно, суд апелляционной инстанции относится критически к дополнительно представленным документам: заявлению ФИО16 в ООО ПИК «ССК» о платеже по простому векселю (№ 055 номинальной стоимости 825 700 рублей) от 11.04.2011; - соглашению о зачете встречных однородных требований от 13.04.2011, подписанному между ООО ПИК «ССК» и ФИО16 в сумме 825 700 рублей 

Так, ссылка на приобретение ФИО14 (покупатель) у ЗАО ФСК «Новосибирская» по договору купли-продажи ценных бумаг вексель № 054 номинальной стоимости 1 003 950 рублей его использование для оплаты по договорам об участии в долевом строительстве № 120 от 25.01.2010 и № 72 от 26.11.2009, противоречит пункту 2.4 ДДУ № 73 от 26.11.2009 и пункту 2.3 ДДУ № 120 от 25.01.2020, из которых следует, что участник оплатил цену договоров в день их подписания, то есть 26.11.2009 и 25.01.2010. То же следует из соглашения об уступке прав требования по договору об участии в долевом строительстве № 120 от 25.01.2010, подписанного сторонами 26.10.2010, где в пункте 5 указано, что участник долевого строительства подтверждает, что на момент подписания настоящего соглашения он оплатил цену договора в полном объеме.

Соглашением от 26.10.2010 об уступке прав требований по договору об участии в долевом строительстве № 120 от 25.01.2010 перевод долга на нового участника долевого строительства не предусматривался, что свидетельствует об уплате цены договора до 26.10.2020 до приобретения векселей.

Аналогичный пакет документов представлен в отношении ФИО17, ФИО18

Между тем, обстоятельства, связанные с подписанием ФИО14, ФИО16, ФИО17, ФИО18, договоров купли продажи векселей, после того, как они уже совершили предварительную оплату по договорам долевого участия, не имеют экономического смысла. Составленные и подписанные впоследствии документы, свидетельствуют о том, что руководителями аффилированных юридических лиц создавалась видимость задолженности, что, вопреки утверждению ФИО2, не может подтверждать возможность возникновения негативных последствий, связанных с возникновением на стороне физических лиц какой-либо задолженности, поскольку документы, подтверждающие произведенный расчет, были подписаны ранее, и прошли государственную регистрацию.

Кроме того, суд апелляционной инстанции учитывает, что акт приема-передачи от 01.04.2011 между ООО ПИК «Сибстройкоммерс» (сторона 1) и ЗАО ФСК «Новосибирская» (сторона 2), согласно которому сторона 2 приняла четыре векселя: вексель № 053 от 01.04.2011 номинальной стоимостью 582 400,00 рублей; вексель № 054 от 01.04.2011 номинальной стоимостью 1 003 950,00 рублей; вексель № 055 от 01.04.2011 номинальной стоимостью 825 700,00 рублей; вексель № 056 от 01.04.2011 номинальной стоимостью 1 137 938,29 рублей, подписан ФИО13 как с одной, так и с другой стороны.

Представленные ФИО2 документы (векселя) по договору генерального подряда противоречат ранее вынесенным судебным актам под данному делу, которыми ранее было установлено, что ООО СФ «Кировская» (подрядчик) не имел строительных материалов и оборудования, необходимых для выполнения работ, поэтому не могло исполнить свои обязательства по договору генерального подряда.

Учитывая, что в материалы дела не представлены документы  подтверждающие наличие встречного  обязательства у должника  перед первоначальным должником, что бы подтвердило возмездный характер соглашения о переводе долга на должника, суд первой инстанции обоснованно пришел  к выводу, что сделка перевода  долга является  безвозмездной, совершена  в ущерб   кредиторам и должнику, является   ничтожной  в силу  статьи 10 ГК РФ.

Таким  образом, требование ФИО2 в части   включения  в реестр  требований  кредиторов  суммы  основного долга в размере 6 644 214 рублей в части оплаты по ДДУ № 2 от 11.11.2010 не подлежит  удовлетворению, поскольку им не подтверждена  оплаты в указанном  размере  надлежащими  доказательствами.

Также,  в обоснование   заявления  о признании сделок  недействительными заявитель  указывает на то, что 20.06.2012 между АО ФСК «Новосибирская» и ООО «Сибирь-консалтинг» (произведена  процессуальная  замена  на ФИО2) заключен договор об участии в долевом строительстве № 9 нежилых помещений площадью 316,58 кв.м. в здании книжного магазина (кадастровый номер 54:35:064225:973) по ул. Покрышкина в городе Новосибирске стоимостью 13 017 770 рублей (цифры с учетом последующих изменений).

23.12.2013 дополнительным соглашение № 1 к названному договору стороны, в том числе, установили, что оплата цены договора производится путем передачи застройщику векселя на предъявителя, предусматривающего оплату со стороны векселедателя ЗАО «ИТК» ИНН 

<

***> в сумме 3,5 млн. рублей.

Платежными поручениями и зачетом встречных однородных требований в пользу застройщика произведена оплата в размере 9 517 770 рублей.

Оставшаяся часть стоимости нежилых помещений оплачена векселем: по акту приема-передачи от 20.12.2013 ООО «Сибирь-консалтинг» передан АО ФСК «Новосибирская» вексель: серия I номер 0000002, векселедержатель ЗАО «ИТК» 

<

***>, номинальная стоимость 3 500 000 рублей, дата составления векселя 20.12.2013, срок платежа не ранее 30.10.2014.

25.06.2012 между АО ФСК «Новосибирская» и ООО «Сибирь-консалтинг» (правопреемник участника  долевого строительства ФИО2) заключен договор об участии в долевом строительстве №10 нежилых помещений площадью 115,94 кв.м. в здании книжного магазина (кадастровый номер 54 35:064225:973) по ул. Покрышкина в городе Новосибирске стоимостью 4 539 200 рублей (в дальнейшем стоимость увеличена до 4 996 200 рублей).

23.12.2012 дополнительным соглашением № 1 к вышеуказанному договору стороны установили, что оплата цены договора производится путем передачи застройщику векселя на предъявителя, предусматривающего оплату последнего со стороны векселедателя ЗАО «ИТК» ИНН 

<

***> в сумме 4 539 200 рублей.

20.12.2013 по акту приема-передачи от 20.12.2013 ООО «Сибирь-консалтинг» передан АО ФСК «Новосибирская» вексель (серия I номер 0000001, векселедержатель ЗАО «ИТК» 

<

***>, номинальная стоимость 4 539,2 млн. рублей, дата составления векселя 20.12.2013, срок платежа не ранее 30.10.2014) в счет оплаты нежилых помещений по договору долевого участия в строительстве.

Указанные сделки по изменению способа оплаты и передачи векселей являются мнимыми, направленными на создание видимости реального расчета за имущество, по следующим основаниям.

Пунктом 8 постановления Пленума Верховного суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как разъяснено в пункте 86 вышеуказанного Постановления № 25 мнимая сделка это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Таким образом, к признакам мнимой сделки относятся: 

- заведомое намерение сторон сделки не создавать реальные последствия её исполнения, при этом, например, может быть выполнено полное (частичное) фактическое исполнение такой сделки, однако в дальнейшем переданное имущество изымается у приобретателя по договору или за исполненным сохраняется фактический контроль продавца.

- противоправная цель совершения такой сделки, например, сокрытие имущества от обращения взыскания на него по долгам продавца, создание искусственной задолженности или искусственности исполнения обязательства и т.д.

Наличие указанных признаков подтверждается юридически значимыми обстоятельствами: условиями, предшествующими совершению сделки, существующими в момент совершения сделки и после ее совершения, действиями сторон по исполнению (неисполнению) такой сделки и реальностью соответствующих актов.

Рассматриваемые векселя выданы 20.12.2013 ЗАО «ИТК» ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***> (векселедатель).

В силу статьи 4 Закона РСФРСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и об ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» указанное общество на дату выдачи и до момента реорганизации в ООО «ИТК» и ФИО2 (владел 30% долей в уставном капитале общества) являлись аффилированными лицами.

Правопреемник (с 13.11.2014) векселедателя ООО «ИТК» ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***> также имело с ФИО2 безусловную аффилированность в силу 100% участия в уставном капитале общества, оба лица представляли (и представляют сейчас) группу лиц (в силу вышеназванного закона и статьи 9 Закона о защите конкуренции).

Аналогичным образом ООО «Сибирь-консалтинг» (первоначальный дольщик) ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>, также имело с ФИО2 аффилированность, так как последний является 100% участником в уставном капитале и его руководителем.

Таким образом, первоначальный дольщик ООО «Сибирь-консалтинг», оплативший стоимость нежилых помещений двумя векселями, векселедержатель и его правопреемник (ЗАО «ИТК» и ООО «ИТК») являлись полностью подконтрольными ФИО2 юридическим лицами, данное лицо имело возможность определять волю последних, совершение ими юридически значимых актов (равно как и уклонение от их совершения).

Поскольку ФИО20 в дальнейшем стал акционером правопреемника ЗАО ФСК «Новосибирская» - АО «Строй-инверсия», в силу акционерного соглашения (участником которого являлся и является также ФИО13), имеются основания полагать, что ФИО2 и ФИО13 являлись фактически аффилированными лицами, имеющими общие экономические связи и интересы.

Следовательно, АО ФСК «Новосибирская», его директор ФИО13, дольщик ООО «Сибирь-Консалтинг», векселедатели (ЗАО «ИТК» и ООО «ИТК»), а также ФИО2 представляли собой единую аффилированную группу лиц.

Устанавливая способ оплаты цены договоров - деньги заменены векселями, АО ФСК «Новосибирская» через ФИО13 и ООО «Сибирь-консалтинг» изначально исходили из того, что погашение вексельной задолженности не будет производиться, в результате чего данные ценные бумаги изначально имели полное обесценение.

Указанные векселя ни первичным, ни последующим векселедателем не оплачены, никаких действий по требованию их оплаты и их оплате не предпринимались.

Согласно передаточному акту, составленному 18.06.2015 при реорганизации АО ФСК «Новосибирская», оплаченная по названным договорам долевого участия цена прямо указана в акте как неоплаченная, соответствующая дебиторская задолженность уступлена в пользу АО «Строй-инверсия», таким образом, застройщик публично в юридически значимом документе подтвердил наличие на стороне дольщика непогашенного долга. То есть  векселя  не были  учтены  должником  при составлении акта  в 2015 году.

В дальнейшем указанные ценные бумаги в оригиналах конкурсным управляющим АО «Строй-инверсия» и АО ФСК «Новосибирская» не передавались, фактическая и правовая судьба указанных ценных бумаг неизвестна.

30.10.2018 срок давности принудительного взыскания задолженности по обоим векселям истек, в результате чего рассматриваемые ценные бумаги получили безусловное 100% обесценение.

Более того, объективно указанные векселя как средства платежа не были покрыты денежным обеспечением, то есть, не могли быть исполнены векселедателем.

Формально показатель валюта баланса общества-векселедателя (строки 1600, 1700) превышал в рассматриваемые периоды номинал выданных векселей.

Однако, анализ динамики и структуры баланса отражает отсутствие у общества-векселедателя ликвидности, необходимой для исполнения вексельного обязательства по предъявлении, что подтверждает довод о безденежности выданных векселей.

По состоянию на 31.12.2014, последний имел денежные средства в размере 1 308 000 рублей, на 31.12.2015 и 01.01.2016 - 2 711 000 рублей, на 31.12.2016 и 01.01.2017 - 1 205 000 рублей, на 31.12.2017 и 01.01.2018 - 0 рублей, на 31.12.2018 - 11 000 рублей.

Мнимая сделка в части установления оплаты векселями и мнимая сделка по оплате ими могла стать результатом предварительного сговора лиц, контролирующих обе стороны, а именно: ФИО13 и ФИО2, на указанных лицах лежит ответственность и соответствующие последствия совершения юридически ничтожных сделок.

Сама по себе фиктивная оплата векселями явилась следствием недобросовестного поведения дольщика ФИО2, который как фактический бенефициар первоначального дольщика, первоначального векселедержателя и его правопреемника, знал или должен был знать о действительном кредиторе векселедержателе, о наличии вексельной задолженности, о неоплате векселей и об отсутствии реальной возможности их оплатить, действия по исцелению фиктивности оплаты не предприняты.

Совершение указанных мнимых сделок повлекло за собой неоплату нежилых помещений, поскольку  судьба  необеспеченных векселей не известна, не было и нет их оплаты, однако есть требование о возврате неоплаченного долга.

В подтверждении довода  о наличии основания выдачи векселей (на сумму 3 000 000 рублей и 4 539 200 рублей) ФИО2 представил копию договора процентного займа от 30.04.2013. Указанным  договором предусмотрена выдача займа ООО «Сибирь-Консалтинг» в пользу ЗАО «ИТК» в размере 10 500 000 рублей под 15% годовых, срок  возврата займа  установлен до 31.12.2014.

Также представлено платежное поручение о перечислении денежных средств в пользу ФИО2 (по поручению заемщика). Из его пояснений следует, что частичное погашение займа выполнено выдачей названных векселей.

Однако выдача займа в сторону ЗАО «ИТК» не отражена в документах бухгалтерской отчетности ООО «Сибирь-Консалтинг».

Согласно пункту 19 ПБУ 4/99, пункту 41 Положения по бухгалтерскому учету «Учет финансовых вложений» ПБУ 19/02, утвержденного Приказом Минфина России от 10.12.2002 № 126н, заемные обязательства со сроком погашения свыше 12 месяцев отражаются на счете 1170, менее указанного срока - на счете 1240. Следовательно, выдача рассматриваемого займа подлежит учету на 1170 счете.

Поскольку утверждается, что заем 10,5 млн. рублей в части погашен на сумму 8 039 200 рублей, остаток на конец 2013 должен был составить не менее 2 460 800 рублей (без учета процентов).

Между тем в сроке 1170, в период с 2013 года по настоящее время стоит 0.

Если же заем ошибочно учитывать в строке 1240, то последний (в части остатка) также не отражен.

Так, в строке 1240 на начало 2013 года указано 34,376 млн. рублей, на конец 2013 года сумма не изменилась 34,376 млн. рублей, по состоянию на 31.12.2014 указано 35,651 млн. рублей.

Также получение займа не отражено в бухгалтерской отчетности ЗАО «ИТК» и его правопреемника ООО «ИТК».

Так, в строке 1410 (долгосрочные заемные обязательства) за весь период отчетности указанных организаций стоит 0.

Также в строке 1510 (краткосрочные заемные обязательства) у ЗАО «ИТК» на конец 2013 стоит 0, у ООО «ИТК» за все годы стоит 0.

Кроме того, не представлено доказательств экономической целесообразности оформления займа на ЗАО «ИТК» с учетом его фактической выдачи аффилированному лицу (Козлов), экономическая выгода для заемщика не обоснована со стороны заявителя.

С учетом аффилированности заимодавца, заемщика и ФИО2, перечисление последнему 10,5 млн. рублей займа представляет собой безвозмездное внутригрупповое перераспределение денежных средств без цели их реального возврата.

Об этом свидетельствует изложенная схема: ЗАО «ИТК» - ООО «ИТК» заем, по сути, не получало, и по факту не возвращало.

Выдача займа также не отражена в документах бухгалтерской отчетности ЗАО «ИТК» и ООО «ИТК».

Таким образом, внутрикорпоративный займ необоснованно связывается с представленными  в дело векселями. Указанное, позволяет  сделать вывод об отсутствии реальности выданных векселей.

Соглашение о переводе долга от 01.03.2011, подписанное между АО ФСК «Новосибирская», ООО ПИК «ССК» и ООО СМК «Электро-Стиль», соглашение о зачете от 22.09.2011, подписанное между АО ФСК «Новосибирская» и ООО СМК «Электро-Стиль», дополнительное соглашение № 1 от 23.12.2013 к договору об участии в долевом строительстве от 20.06.2012 № 9, дополнительное соглашение № 1 к договору об участии в долевом строительстве от 25.06.2012 № 10, акты  приема-передачи векселей от 20.12.2013 являются недействительными по основанию  мнимости.

Таким образом, требование ФИО2 в части включения в реестр  требований  кредиторов  суммы  основного долга в размере 8 039 200  рублей в части оплаты по ДДУ № 9 от 20.06.2012, № 10 от 25.06.2012,  не подлежит удовлетворению, поскольку заявителем не подтверждена оплата в указанном размере надлежащими доказательствами. 

Поскольку дополнительными соглашениями № 1 от 23.12.2013 к договору об участии в долевом строительстве от 20.06.2012 № 9, и № 1 к договору об участии в долевом строительстве от 25.06.2012 № 10 предусмотрено изменение способа  оплаты по ДДУ путем передачи векселей, также  акты  приема передачи подтверждают передачу векселей, то оспариваемые дополнительные соглашения и акта от 20.12.2013 подлежат признанию недействительными, поскольку предусматривают сделки по передаче  векселей,  признанные  судом,  мнимыми.

Довод ФИО2 о пропуске срока исковой  давности при подаче заявления об оспаривании сделок был правомерно отклонен судом первой инстанции, так как о наличии документов ООО «Нанс Финанс» узнал не ранее 10.09.2018, когда оспариваемые документы были представлены  в материалы  дела при подаче заявления о включении в реестр требований кредиторов должника первоначально. 

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимой сделки, то есть сделки, совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). 

К требованию о признании мнимой сделки недействительной применим трехлетний, а не годичный срок исковой давности (пункт 1 статьи 181 Гражданского кодекса).

Предъявленный кредитором иск призван оградить имущество должника от посягательств контролирующего должника лица по мнимым договорам, претендующего на получение договорной цены за счет конкурсной массы, сохранить данную массу для удовлетворения требований реальных кредиторов.

Таким  образом,  срок  исковой  давности  для  кредитора начал течь с 10.09.2018 и на момент  обращения  в суд  с настоящим  заявлением  не истек (11.08.2020).

Также в обоснование  денежного требования ФИО2 были представлены  доказательства  оплаты по ДДУ, произведенные в период после выделения АО «Строй-инверсия» на основании дополнительных соглашений: № 3 от 11.04.2016 к ДДУ № 2 от 11.11.2010 (доплата 810 120 рублей), № 3 от 11.04.2016 к ДДУ № 4 от 26.04.2011 (доплата 824 220 рублей), № 3 от 11.04.2016 к ДДУ № 9 от 20.06.2012 (доплата  1 247 880 рублей, № 3 от 11.04.2016 к ДДУ №10 от 25.06.2012 (доплата  457 000 рублей).

Согласно пункту 2 Обзора, утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

Так, ФИО2 в 2016 году оплачено в пользу должника 3 579 245 рублей по дополнительным соглашениям к ДДУ.

Указанные платежи совершены в период нахождения должника в условиях финансового кризиса, ФИО2 являлся контролирующим должника лицом, требования  такого лица  подлежат понижению.

22.08.2010 постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа по делу № А45-21246/2017 установлено следующее.

Участник строительства ФИО21, являясь акционером общества «Строй-инверсия», до введения в отношении должника процедур банкротства требований о возврате денежных средств не предъявлял, о наступлении у подконтрольного ему юридического лица кризисной финансовой ситуации знал, мотивы своих действий (бездействия) суду не раскрыл, в связи с чем, при рассмотрении аналогичного спора, суд кассационной  инстанции пришел  к выводу, что требование вытекает из корпоративных отношений, поскольку заявитель является не только акционерном общества «Строй-инверсия», но и участником долевого строительства, следовательно, имея статус контролирующего должника лица, он не мог не знать о наличии у должника просрочки по исполнению обязательств по передаче помещений участникам долевого строительства, денежных обязательств перед мэрией города Новосибирска по уплате арендных платежей, что свидетельствует о потенциальной неспособности должника к исполнению обязательств.

Таким образом, судебным актом кассационного суда преюдициально установлено, что один из заявителей в деле  о банкротстве ФИО21, являясь участником долевого строительства и акционером должника АО «Строй-Инверсия» (владеет 182 обыкновенными акциями), является контролирующим  должника  лицом.

Между тем, заявитель Козлов также является участником долевого строительства и акционером АО «Строй-Инверсия» и владеет 166 обыкновенными акциями компании, является совместно с ФИО21 участником акционерного соглашения от 03.03.2017, ранее представленного в материалы данного обособленного спора, участники которого обязались солидарно с другими участниками акционерного соглашения действовать в управлении должником.

Следовательно, ФИО2 обладает теми же признаками, как и кредитор ФИО21, имел фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия, в силу чего также обладает признаками контролирующего должника лица.

Должник на момент  внесения  денежных средств по дополнительным  соглашениям находился в состоянии имущественного кризиса, размер недофинансирования правопреемника на дату создания АО «Строй-инверсия» для достройки указанного объекта составлял не менее 51 035 578,60 рублей (стоимость достройки за минусом неоплат дольщиков и авансовых платежей), без учета денежных средств, необходимых для оплаты подключений к объектам инфраструктуры в размере 8 993 040,78 рублей, а всего размер недофинансирования составил не менее 60 028 619,40 рублей.

С учетом  изложенного, платежи произведенные в 2016 году, после  реорганизации должника, в период  наличия  у заявителя  статуса  акционера  следует  квалифицировать как прямое  корпоративное  финансирование должника под видом  увеличения стоимости ДДУ. Такое  требование  подлежит  понижению в реестре  требований  кредиторов.  

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что требование ФИО2  в части  основного долга  в размере 3 579 245  рублей, проценты за  пользование денежными средствами в сумме  933 081,66 рубля подлежат удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требования включенных в реестр  в очередности  предшествующей  распределению  ликвидационной квоты.

Доводы о правомерности начисления процентов в сумме  933 081,66 рубля в апелляционных жалобах не заявлены, поэтому суд апелляционной инстанции на основании части 5 статьи 268 АПК РФ не вправе по собственной инициативе выходить за пределы заявленных требований.

Суд апелляционной инстанции соглашается с доводами апелляционных жалоб конкурсного управляющего должником и ООО «Нанс Финанс» о том, что требование ФИО2 в размере 13 058 530 рублей не может быть установлено как обеспеченное залогом имущества должника, исходя из следующего.

Согласно статье 142 Закона о банкротстве кредитор может заявить о статусе у него залогового кредитора в пределах двухмесячного срока с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства.

Сообщение о признании должника банкротом было опубликовано 20.07.2018, соответственно, срок на подачу истек 20.09.2018.

Заявление ФИО2 было подано 21.01.2019, то есть через 4 месяца после закрытия реестра (20.09.2018).

Пропуск срока предъявления залогового требования в реестр требований кредиторов влечет за собой утрату предоставляемого такому лицу специальных прав залогодержателя.

Указание суда первой инстанции на возможность применения к спорным отношениям параграфа 7 Закона о банкротстве основан на неправильном толковании норм права, так как отношения возникшие между кредиторами и должником в данном случае урегулированы общими правилами Закона о банкротстве. В настоящем споре отсутствует строительство многоквартирного жилого дома (парковочного комплекса) за счет участников строительства по договорам об участии в долевом строительстве.

Банкротство должника осуществляется по общим правилам, так как объектом строительства является нежилое здание без жилых помещений, все дольщики инвестировали в объект (торговые, складские помещения и офисы) с целью извлечения прибыли.

Требование ФИО2 основано на договоре долевого участия, предусматривающего передачу нежилого помещения площадью, трансформируются в денежные требования (абзац 2 пункта  34 Постановления Пленума ВАС РФ № 35 от 22.06.2012) и не является требованием участника строительства.

По общему правилу, коль скоро требование заявлено с опозданием, оно удовлетворяется за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр (пункт 4 статьи 142 Закона о банкротстве).

Положения названного пункта означают, что требование опоздавшего залогодержателя удовлетворяется преимущественно из суммы, вырученной от продажи предмета залога и оставшейся после погашения требований, включенных в реестр, то есть преимущественно перед иными зареестровыми требованиями.

То есть его преимущество возникает только перед зареестровыми требованиями. Данный правовой подход приведен в определении Верховного Суда РФ от 01.04.2019 № 304-ЭС17-1382 (8)). 

Давая оценку представленным ФИО2 доказательствам оплаты  по ДДУ в виде  платежных поручений, подтверждающих перечисление денежных средств в период 2011, 2012, 2014 годах в общем  размере  13 058 530 рублей, которые  внесены   первоначальному  застройщику ЗАО ФСК «Новосибирская», правопредшественниками заявителя  до момента выделения АО «Строй-инверсия», суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Решением единственного акционера ЗАО ФСК «Новосибирская» было реорганизовано путем выделения акционерного общества «Строй-Инверсия».

В соответствии с пунктом 4 статьи 58 Гражданского кодекса Российской Федерации при выделении из состава юридического лица одного или нескольких юридических лиц к каждому из них переходят права и обязанности реорганизованного юридического лица в соответствии с передаточным актом.

Из передаточного акта и приложения № 3 к передаточному акту следует, что права и обязанности по договору долевого участия № 13 от 26.11.2012 перешли к вновь созданному акционерному обществу «Строй-инверсия».

В связи с этим произошла замена стороны застройщика по договору с ЗАО ФСК «Новосибирская» на АО «Строй-инверсия» (должник).

Должник в установленный договорами срок не передал ФИО2 объекты долевого участия, тем самым нарушив условия договоров.

Между тем, ФИО2 юридически аффилирован по отношению к АО «Строи-инверсия» через акционерный статус в обществе (166 акций – 16,6 % от общего количества).

С ведома и согласия ФИО2 произошло выделение АО «Строй-инверсия», которому переданы активы заведомо меньше необходимых для достройки здания книжного магазина. Обстоятельства реорганизации в части несправедливого распределения активов, убыточности сделки для должника и его кредиторов установлены в рамках дела А45-40831/2017. 

Вступая в формальные права акционера должника, ФИО2 не преследовал цели достройки здания книжного магазина, а имел намерение перераспределить собственные риски банкротства застройщика на третьих лиц (независимых дольщиков).

В ущерб правам и законным интересам должника и независимых дольщиков, пытался признать право собственности на частично оплаченные нежилые помещения. 

13.02.2019 кредитор ФИО2 направил должнику АО «Строй-Инверсия» уведомление об одностороннем отказе от договоров в связи с нарушением сроков передачи объекта и потребовал возвратить уплаченную по договору стоимость объектов, а также проценты за пользование денежными средствами, уплаченными в счет цены договоров.

Учитывая избранную ФИО2 гибридную модель финансирования застройщика, в результате которой половина помещений не оплачивается, изымается бесплатно с использованием фиктивных схем, участием ФИО2 в доведении должника до состояния банкротства, предпринимаемые попытки легализации фиктивной оплаты, вывода имущества должника в свою пользу, подтверждает доводы апелляционных жалобы о том, что ФИО2 пытался переложить риски банкротства на независимых кредиторов (дольщиков).

Таким образом, ФИО2, избрав модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, может претендовать на удовлетворение своего требования в части основного долга в размере 13 058 530 рублей в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, поскольку его требование не должно конкурировать с требованиями независимых кредиторов.

С позиции заявителей апелляционных жалоб, для возникновения правовых последствий (начисления процентов в двойном размере), ФИО2 должен был доказать факт надлежащего расторжения договора участия в долевом строительстве до даты закрытия реестра (21.09.2018). При этом, для иных кредиторов, требования которых также основывались на аналогичных договорах, но отказ был подан до закрытия реестра, соответственно была установлена одинарная ставка процентов.

Как следует из материалов дела, 10.09.2018 в арбитражный суд поступило заявление ФИО2 о включении требования в реестр требований кредиторов должника, однако на тот момент договор участия в долевом строительстве не был расторгнут.

Уведомление о расторжении было направлено в адрес должника 13.02.2019 (идентификатор – 63301031025666). При этом, в адрес должника поступил только 1 лист без подписи заявителя.

В силу пункта 1 статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, требование первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода требования. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие, связанные с требование права, в том числе, права на проценты.

Таким образом, первоначальный кредитор ООО «Сибирь-Консалтинг» не мог уступить новому кредитору (ФИО2) большее количество прав, чем имел сам.

Кроме того, по сведениям ЕГРЮЛ ФИО2 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя в 2014-2017 годы. Учитывая, что он являлся индивидуальным предпринимателем на момент заключения соглашений об уступке прав требований по договорам долевого участия и на момент принятия обжалуемого определения, то не могут быть применены к нему требования законодательства, относящиеся к гражданину.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необоснованности заявленного требования об установлении процентов в размере 10 530 431, 92 рубля за пользование денежными средствами, исходя из следующего.

По смыслу статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В рассматриваемом случае, при наличии вышеуказанной специфики корпоративных взаимоотношений между заявителем и должником, с учетом того, что ФИО2 имел возможность влиять на решения по управлению должником, с учетом того, что последующая неплатежеспособность должника вызвана, в том числе  косвенным влиянием неэффективного управления последним, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что заявление требования о включении в реестр суммы задолженности по процентам в порядке статьи 395 ГК РФ, являющимся по своему правовому содержанию мерой ответственности за несвоевременное исполнение обязательства, следует расценивать как «иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав». При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции отказывает в удовлетворении данного требования.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для отмены определения от 17.12.2020 Арбитражного суда Новосибирской области в части включения в реестр требований кредиторов должника акционерного общества «Строй-Инверсия» требования ФИО2 в размере 13 058 530 рублей основного долга, 10 530 431, 92 рубля процентов за пользование денежными средствами с отнесением в третью очередь удовлетворения, как обеспеченное залогом имущества должника, как принятое при несоответствии выводов суда обстоятельствам дела, повлекшее неправильное применение норм материального права (пункты 3,4 части 1 статьи 270 АПК РФ).

В отмененной части принять новый судебный акт, которым требование ФИО2 в части основного долга в размере 13 058 530 рублей основного долга, признать обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требования включенных в реестр в очередности предшествующей распределению ликвидационной квоты. В удовлетворении остальной части отказать.

В остальной обжалуемой части определение от 17.12.2020 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-21246/2017 оставить без изменения.

В соответствии со статьей 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации при прекращении производства по апелляционной жалобе (в данном случае, при прекращении производства по апелляционной жалобе конкурсного управляющего ООО ПИК «ССК» ФИО4) государственная пошлина возвращается лицу, уплатившему ее в бюджет.

Руководствуясь статьями пунктом 1 части 1 статьи, частью 3 статьи 265, статьями 258, 268, 271, пунктом 2 статьи 269, пунктами 3 и 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

ПОСТАНОВИЛ:

отказать обществу с ограниченной ответственностью «ПИК «Сибстройкоммерс» в восстановлении срока на подачу апелляционной жалобы на определение от 17.12.2020 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-21246/2017. Производство по апелляционной жалобе общества с ограниченной ответственностью «ПИК «Сибстройкоммерс» - прекратить.

Определение от 17.12.2020 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-21246/2017 отменить в части включения в реестр требований кредиторов должника акционерного общества «Строй-Инверсия» требования ФИО2 в размере 13 058 530 рублей основного долга, 10 530 431 рубля 92 копеек процентов за пользование денежными средствами с отнесением в третью очередь удовлетворения, как обеспеченное залогом имущества должника.

            В отмененной части принять новый судебный акт, которым требование ФИО2 в части основного долга в размере 13 058 530 рублей основного долга, признать обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требования включенных в реестр в очередности предшествующей распределению ликвидационной квоты. 

            В удовлетворении остальной части отказать.

В остальной обжалуемой части определение от 17.12.2020 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-21246/2017 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «ПИК «Сибстройкоммерс» из федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 рублей, уплаченную по платежному поручению № 119 от 02.03.2021.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства  в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца  со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

 

             Председательствующий                                                                Е.В. Кудряшева 

 Судьи                                                                                              О.О. Зайцева

                                                                                                                      Н.А. ФИО1