АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

 

 

Именем Российской Федерации

 

Р Е Ш Е Н И Е

Дело  № А19-7771/2023

г. Иркутск

25 марта 2024 года

Резолютивная часть решения объявлена 11 марта 2024 года. Полный текст решения изготовлен 25 марта 2024 года.

 

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Тах Д.Х., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению

ФИО2, действующей в интересах акционерного общества «Сатурн» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; адрес: 665813, 

<

...>),

к ФИО3 (г. Иркутск),

ФИО4 (г. Ангарск Иркутской обл.),

ФИО5 (г. Иркутск),

о солидарном взыскании убытков в размере 305 568 504 руб.,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчиков:

общество с ограниченной ответственностью «АмикС» (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>; адрес: 665813, 

<

...>),

ФИО6,

ФИО7,

 

при участии в судебном заседании 22 февраля 2024 года представителя ФИО8, ФИО6 по доверенностям от 15.01.2024 № 38АА4312175, от 15.01.2024 №38АА4305324 – ФИО9 (предъявлены паспорт, диплом), представителя ответчиков ФИО10, по доверенностям 38АА 4041309 от 21.04.2023, 38АА 4041308 от 21.04.2023, 23АВ3419800 от 20.04.2023 (предъявлено удостоверение адвоката), представителя финансового управляющего должника ФИО11 Бебеля А.В. по доверенности от 05.12.2022 ФИО12 (предъявлен паспорт, диплом),

с учетом объявленного в судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) перерыва до 14 часов 20 минут 11 марта 2024 года, после которого судебное заседание продолжено в том же составе суда, в присутствии представителя истицы и третьего лица ФИО6 ФИО9, представителя ответчиков ФИО10,

установил:

ФИО6, являющаяся акционером и действующая в интересах акционерного общества «Сатурн», обратилась в Арбитражный суд Иркутской области с исковым заявлением к ФИО3, ФИО4, ФИО5 о взыскании солидарно убытков в размере 305 568 504 руб. (с учетом уточнений в порядке статьи 49 АПК РФ).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчиков были привлечены ФИО2, общество с ограниченной ответственностью «АмикС», ФИО6, ФИО7.

Определением суда от 22.01.2024 ходатайство ФИО8 о вступлении в дело в качестве соистца удовлетворено в связи с наличием права на присоединение к групповому иску; прекращено производство по делу в отношении ФИО6; произведена замена истца по настоящему делу на Ласточкину (ранее ФИО15) Ирину Владимировну.

Определением суда от 11.03.2024 отказано в удовлетворении ходатайства финансового управляющего должника ФИО11 ФИО13 о вступлении в дело соистцом, поскольку в соответствии с действующим на момент обращения в суд с рассматриваемым ходатайством законодательством акционер ФИО11 правом на обращение в суд с иском не обладает.

Представитель истицы в судебном заседании иск поддержал.

Представитель ответчиков иск оспорил по праву и по существу, поддержал изложенные в отзыве, письменных объяснениях, доводы.

Третье лицо – ФИО6 – поддержал правовую позицию истицы, ранее представил отзыв на иск.

Иные участвующие в деле лица, надлежащим образом извещенные о дате и времени судебного разбирательства, в судебное заседание не явились, отзывы на иск не представили.

Представитель ответчиков заявил о фальсификации доказательств, в том числе, авансового отчета № 37 от 23.06.2021, командировочного удостоверения от 14.06.2021.

Суд предупредил представителя ответчиков об уголовной ответственности по статье 306 Уголовного кодекса Российской Федерации за заведомо ложный донос, о чем у представителя ответчиков отобрана подписка. 

Представитель истицы исключил из числа доказательств те доказательства, в отношении которых заявлено о фальсификации (авансовый отчет № 37 от 23.06.2021, командировочное удостоверение от 14.06.2021). Соответствующая подписка приобщена к протоколу судебного заседания от 11.03.2024.

Поскольку неявка иных третьих лиц в судебное заседание, уведомленных надлежащим образом, не является препятствием для рассмотрения дела, дело в порядке части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассматривается в их отсутствие.

Исследовав представленные доказательства, выслушав сторон, суд установил следующее.

Как усматривается из материалов дела, акционерное общество «Сатурн» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) (ранее – закрытое акционерное общество «Сатурн») зарегистрировано 05.05.1993 Отделом регистрации Администрации Ангарского муниципального образования. С 01.10.2014 по настоящее время ведение реестра владельцев ценных бумаг АО «Сатурн» осуществляет АО ВТБ Регистратор.

В акционерном обществе «Сатурн» функции единоличного исполнительного органа (генерального директора) осуществляли:

- в период с 27.02.2008 по 27.05.2020 - ФИО3;

- в период с 27.05.2020 по 31.05.2022 - ФИО5

ФИО4 в указанный период являлась членом Совета директоров и с 12.04.2021 года (протокол заседания Совета директоров № 3) по настоящее время - Председателем Совета директоров Общества.

Одновременно ФИО4, ФИО3 и ФИО5 являлись и до настоящего времени являются участниками ООО «АмикС» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), а ФИО4 также и генеральным директором ООО «АмикС», что подтверждается сведениями из единого государственного реестра юридических лиц.

 

1. 15 марта 2012 года АО «Сатурн» в лице Генерального директора ФИО3 и ООО «АМИКС» в лице Генерального директора ФИО4 заключён договор аренды недвижимого имущества (далее - Договор аренды). По указанному договору собственником АО «Сатурн» (арендодатель) в аренду ООО «АмикС» (арендатор) передан торговый центр строительных материалов - двухэтажное здание общей площадью 14827,7 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...> строение 1/13, на срок аренды -10 лет.

Пунктом 4.1. Договора аренды установлен размер арендной платы 253 000 руб. в месяц или 17,06 руб. за кв.м.

Пунктом 4.2. Договора аренды предусмотрено ежегодное повышение арендной платы по соглашению сторон.

16.12.2019 года генеральный директор ФИО3 подписал Дополнительное соглашение №3 к Договору аренды, согласно которому размер арендной платы был изменён с 01.01.2020 и составил 321 400 руб. в месяц или 21,68 руб. за кв.м.

31.12.2020 года генеральный директор ФИО5 подписал Дополнительное соглашение № 4 к Договору аренды об установлении размера арендной платы 353 540 руб. в месяц или 23,84 руб. за кв.м.

28.03.2022 года генеральный директор ФИО5 подписал Дополнительное соглашение №5 к Договору аренды, согласно которому арендная плата повышена с 01.05.2022 года до 595 100 руб. в месяц или 40,13 руб. за кв.м.

26.05.2022 года ФИО5 подписал Дополнительное соглашение №6 к Договору аренды, в соответствии с которым арендная плата снижена с 01.07.2022 года до 520 100 руб. в месяц или 35,07 руб. за кв.м.

В обоснование иска в данной части ФИО8 указано, что Договор аренды заключен на крайне невыгодных условиях для АО «Сатурн», поскольку цена аренды значительно ниже рыночной; при увеличении общей суммы годовой арендной платы на 385 680 руб. налог на имущество за торговый центр, уплачиваемый АО «Сатурн» в 2021 году, увеличился на 772 730 руб., что в два раза превышает сумму увеличения арендной платы; само повышение арендной платы единоразово более чем на 240 000 руб. указывает на необоснованно низкую стоимость аренды в течение предшествующего срока действия Договора аренды, в том числе в период почти двух лет управления Обществом генеральным директором ФИО5

Со слов истицы, фактически повышения арендной платы до уровня рыночных цен не производилось за все время действия Договора аренды; генеральные директоры ФИО3 и ФИО5 не использовали возможность, предоставленную им законодательством и Договором аренды для установления выгодной для арендодателя ставки арендной платы, и действовали не в интересах Общества.

ФИО8 также указала, что пунктом 3.4. Договора аренды установлено, что капитальный ремонт объекта производится за счёт арендодателя, то есть при такой низкой арендной плате собственник обязался ремонтировать здание для Арендатора за свой счёт.

Истица сослалась на отсутствие экономической целесообразности для передачи имущества посреднику - ООО «АмикС», который, в свою очередь, передавал его в субаренду и извлекал выгоду. Так, в это же время АО «Сатурн» осуществлял аналогичный вид деятельности - предоставление объектов в аренду, имел для этого трудовые ресурсы, экономические возможности, коммерческий интерес. Здание, переданное в аренду ООО «АМИКС», расположено на том же земельном участке, принадлежащем АО «Сатурн», что и остальные объекты Общества, не удалено от другого его имущества, поэтому не было трудностей в самостоятельном управлении торговым центром без привлечения арендатора-посредника.

 

2. 31 декабря 2020 года АО «Сатурн» в лице Генерального директора ФИО5 и ООО «АмикС» в лице Генерального директора ФИО4 заключён Договор аренды №1/1, согласно которому в аренду ООО «АмикС» передан земельный участок с торговыми павильонами площадью 10339 кв.м. по цене 239 451 руб. в месяц или 1,93 руб. за 1 кв.м.

Истица указала, что рыночная цена арендной платы – 200 руб. за 1 кв.м.

 

Вышеуказанные договоры аренды квалифицируются истицей как сделки с заинтересованностью члена Совета директоров АО «Сатурн» ФИО4, являющейся генеральным директором ООО «АмикС» - стороны в сделке. Информация о даче согласия на совершение сделки с заинтересованностью Советом директоров или Общим собранием акционеров Общества отсутствует, соответствующее требование от ФИО4, или ФИО3, или ФИО5 не поступало, и извещения в адрес акционеров не направлялись.

В обоснование иска указано, что в нарушение ст. 81, п. 1 ст. 82, п. 1 ст. 83, ст. 77 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – Закон об акционерных обществах), п.п. 26 п.11 Устава АО «Сатурн» лица, заинтересованные в сделке - заключении договора аренды, не поставили вопрос для принятия решения Советом директоров/Общим собранием акционеров о согласии на заключение договоров аренды с ООО «АмикС» и определении размера арендной платы.

По мнению ФИО8, в результате недобросовестных действий ответчиков:

- ООО «АмикС» получало доходы от сдачи в субаренду вышеуказанного имущества АО «Сатурн» и распределяло прибыль между своими участниками, хотя акционеры АО «Сатурн» не получали дивиденды, которые могли бы получить;

- АО «Сатурн» потеряло доход от сдачи в аренду собственного имущества по рыночным ценам, что сказалось на невозможности проводить ремонт и осуществлять надлежащее содержание зданий, сооружений;

- АО «Сатурн» были причинены убытки в связи с заниженной стоимостью арендной платы по договорам аренды с ООО «АмикС».

Согласно расчету истицы, убытки, причиненные Обществу, включают:

1) упущенную выгоду Общества за 2020 год в сумме 102 767 448 руб.;

2) упущенную выгоду Общества за 2021-2022 годы в сумме 202 801 056 руб. Итого: 305 568 504 руб.

В качестве обоснования рыночной цены объектов недвижимости (торгового центра и частей земельного участка) представлены сведения оценщика ООО «Оценка» ФИО14

По мнению ФИО8, убытки причинены Обществу в результате виновных действий генерального директора ФИО3, генерального директора ФИО5 и члена Совета директоров ФИО4 При этом ФИО3 и ФИО5 после прекращения полномочий генерального директора оставались членами Совета директоров АО «Сатурн», но вопрос об изменении арендной платы для ООО «АмикС» не поднимали.

Ревизионная комиссия в составе председателя ФИО15, членов комиссии ФИО16, ФИО17 пришла к следующему заключению: проверка финансово-хозяйственной деятельности Общества по имеющимся документам показала, что убытки Общества в 2021 году в размере 12477 тыс. руб. возникли в результате неэффективного управления недвижимым имуществом, а также не проявления Обществом должной осмотрительности при выборе контрагентов.

В отношении договора аренды нежилого помещения от 15.03.2012, договора аренды земельного участка № 1/1 от 31.12.2020 рекомендовано указанные договоры расторгнуть, заключить новые договоры напрямую с арендаторами торгового центра и земельных участков.

 

Оспаривая заявленные истицей требования, ответчики указали на недоказанность их вины, размера ущерба и причинно-следственной связи между действиями ответчиков и причиненными убытками:

- сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, не требует обязательного предварительного согласия на ее совершение в силу ст. 83 Закона об акционерных обществах;

- договоры аренды согласовывались всеми членами Совета директоров АО «Сатурн», которые также являются участниками ООО «АмикС»;

- корпоративный контроль над обоими обществами (АО «Сатурн» и ООО «АмикС») осуществляет также ФИО6; указанные общества являются взаимозависимыми; ФИО6 известно и о заключенных договорах и о размере арендной платы; иск подан с целью реализации плана ФИО6 по разжиганию корпоративного конфликта, который имеет место между акционерами ФИО3, ФИО4 и ФИО5 с одной стороны, и фактическим бенефициаром Общества ФИО6 с другой. В этой связи ответчики сослались на доктрину «снятия корпоративной вуали», и необходимость применения принципа «эстоппель»;

- ответчиками заявлено о пропуске срока исковой давности.

Кроме того, ответчиками заявлено о фальсификации доказательств: письмо, адресованное генеральному директору АО «Сатурн» ФИО18 от 05.04.2023; исковое заявление о взыскании убытков, причиненных АО «Сатурн» единоличным исполнительным органом и членом Совета директоров от 11.04.2023; расчет упущенной выгоды (убытков) АО «Сатурн» в связи с установлением заниженного размера арендной платы для ООО «АмикС» от 11.04.2023.

Судом сторонам сообщено, что данное заявление в качестве заявления о фальсификации доказательств по спору рассмотрению не подлежит, поскольку данные документы являются процессуальными, а не доказательствами по делу, на основании которых судом должны быть установлены определенные обстоятельства и даны выводы по существу спора. Так, в случае признания подписания иска неуполномоченным лицом или несоблюдения обязательного досудебного порядка урегулирования спора иск подлежит оставлению без рассмотрения на основании (пункты 7, 2 части 1 статьи 148 АПК РФ соответственно). В этой связи в судебном заседании заявление рассматривалось как ходатайство об оставлении иска без рассмотрения. Возражений от сторон не поступило.

Представитель ответчиков поддержал ходатайство об оставлении иска без рассмотрения.

В судебном заседании представитель истицы ходатайствовал об объявлении перерыва в судебном заседании с целью подготовки позиции относительно ходатайства ответчиков об оставлении иска без рассмотрения.

Ходатайство об объявлении перерыва судом отклонено, представителю истицы предоставлена возможность высказать позицию устно.

Судом не усмотрено оснований для оставления иска без рассмотрения: даже в случае подписания иска неуполномоченным лицом, несоблюдения досудебного порядка урегулирования спора ввиду подписания уведомления о намерении обратиться в суд с настоящим иском не первоначальной истицей ФИО6, последующие действия по иску были поддержаны путем участия в судебных заседаниях представителей истиц на основании выданной нотариальной доверенности на имя адвоката Коркиной А.П., представителя ФИО9, а уведомление о намерении обратиться в суд с иском было опубликовано на официальном сайте АО «Сатурн» в сети Интернет.

Исследовав и оценив представленные доказательства каждое в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 71 Закона об акционерных обществах члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), а равно управляющая организация или управляющий при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и управляющая организация или управляющий, несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами (пункт 2 статьи 71 Закона об акционерных обществах).

В соответствии со статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Ответственность, предусмотренную пунктом 1 настоящей статьи, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании (пункт 2 статьи 53.1 ГК РФ).

В силу пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно, и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В случае совместного причинения убытков юридическому лицу лица, указанные в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, обязаны возместить убытки солидарно (пункт 4 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Ответственность единоличного исполнительного органа и участника общества, как лица, входящего в состав высшего органа управления общества - общего собрания, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Исходя из положений статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, и ее применение возможно при наличии определенных условий. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинно-следственную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками, вину причинителя вреда.

Российское гражданское законодательство не устанавливает общего положения о презумпции недобросовестности и неразумности участника правоотношения. Равно не устанавливает презумпции наличия в действиях руководителя организации состава правонарушения.

Дела о взыскании убытков с органов управления обществом имеют ряд особенностей, а именно: только недобросовестность или неразумность действия (бездействий) органов юридического лица является основанием для привлечения к ответственности в случае причинения убытков юридическому лицу.

Вина в данном случае рассматривается как непринятие объективно возможных мер по устранению или недопущению отрицательных результатов своих действий (бездействий), диктуемых обстоятельствами конкретной ситуации. Вина, как элемент состава правонарушения при оценке действий (бездействий) органов юридического лица отдельно не доказывается, поскольку подразумевается при доказанности недобросовестности или неразумности действий (бездействия) органов юридического лица. Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. Противоправность в корпоративных правоотношениях состоит в нарушении лицом обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно.

В пунктах 1 - 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62) разъяснено, что истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) единоличного исполнительного органа, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В силу толкования правовых норм, приведенных в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 года № 12771/10, при рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей,

Таким образом, обязанность доказывания наличия оснований для привлечения руководителя общества к ответственности лежит на заявителе (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 4 Постановления № 62 добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

Таким образом, привлечение к ответственности руководителя юридического лица зависит от того, действовал ли он при исполнении возложенных на него обязанностей разумно и добросовестно, то есть проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения полномочий единоличного исполнительного органа. Руководитель не может быть признан виновным в причинении обществу убытков, если он действовал исходя из обычных условий делового оборота, либо в пределах разумного предпринимательского риска.

Суд отмечает, что в силу пункта 8 Постановления № 62 удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. В этой связи все доводы относительно отсутствия сведений об оспаривании заключенных сделок, недействительности сделок, срока исковой давности в один год, с учетом того, что данные сделки относятся к оспоримым, правового значения для рассмотрения настоящего спора не имеют.

Убытки в рассматриваемой ситуации являются деликтными, а не вытекающими из заключенных договоров, в связи с чем, как уже указано выше, доказыванию подлежит именно следующая совокупность обстоятельств: противоправность поведения ответчиков (их неразумность и недобросовестность), наличие и размер понесенных убытков, а также причинно-следственная связь между противоправностью поведения ответчиков и наступившими убытками, вина причинителя вреда.

По результатам судебного разбирательства суд пришел к выводу об отсутствии всей совокупности обстоятельств для привлечения ответчиков к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков.

Так, судом в опровержение доводов истицы о наличии у ответчиков корпоративного контроля не только в АО «Сатурн», но и в ООО «АмикС» установлено, что указанные общества являются взаимозависимыми, аффилированными не только по отношению к ответчикам, а вообще находятся под единым корпоративным управлением.

Сторонами не оспорено, что участниками общества «АмикС» являлись: ФИО4 (доля в уставном капитале общества 1/6; директор общества), ФИО7 (1/6), ФИО5 (1/6), ФИО19 (1/6), ФИО3 (1/6), ФИО20 (1/6) (на момент рассмотрения настоящего спора состав участников общества изменен).

Согласно сведениям АО ВТБ Регистратор, большинство акций общества «Сатурн» распределены следующим образом: ФИО7 – 50117, ФИО4 – 99227,50, ФИО6 – 198443, ФИО3 – 102397,50, ФИО5 – 99211.

Из представленных в материалы дела доказательств следует и сторонами не оспорено, что ранее ФИО6 являлся акционером общества «Сатурн» (9500 голосующих акций или 16,6%).

В последующем 09.06.2008 данные акции реализованы ФИО19, которая согласно сведениям из органов Службы ЗАГС является падчерицей ФИО6 (дочерью бывшей супруги ФИО6 ФИО21). При этом ФИО19 неоднократно выдавала нотариальные доверенности ФИО6 на представление ее интересов как акционера АО «Сатурн» (15.06.2010 сроком действия 3 года), 02.07.2019 сроком действия 10 лет – как участника и акционера юридических лиц, в том числе, но не исключительно: ООО «Техмаш», ООО «Торгсервис», ООО «АмикС», исполнять функции генерального директора ООО «Техмаш», полным правом распоряжения принадлежащим ФИО19  имуществом.

09.01.2014 ФИО19 продала свои акции ФИО6 (сестре ФИО6, первоначальной истице по настоящему спору). При этом ФИО6 выдавались доверенности на имя брата ФИО6 для представления ее интересов как акционера общества «Сатурн» (доверенности от 15.05.2014 сроком на 3 года, 29.04.2016 сроком три года, 18.05.2020 сроком на 5 лет).

Согласно представленным в материалы дела многочисленным протоколам заседания Совета директоров АО «Сатурн», общих собраний акционеров, на заседаниях присутствовал и членом Совета директоров являлся именно ФИО6

Ответчики указали, что на собраниях ООО «АмикС» интересы участников ФИО19, ФИО20 также представлял ФИО6, в подтверждение чего представлены протоколы общих собраний участников от 20.06.2018, 18.06.2021.

Третьим лицом ФИО6 в порядке статьи 161 АПК РФ сделано заявление о фальсификации данных протоколов. В обоснование заявления указано, что ФИО6 не принимал участия в работе данных собраний, не представлял интересы ФИО19 и ФИО20

В судебном заседании 22.01.2024 представителю третьего лица ФИО6 разъяснены уголовно-правовые последствия, установленные статьей 306 УК РФ, о заведомо ложном доносе, соответствующая расписка приобщена к протоколу судебного заседания.

Представитель ответчиков отказался исключить доказательства, в отношении которых третьим лицом заявлено о фальсификации, из числа доказательств по делу; уголовно-правовые последствия фальсификации доказательств, установленные статьей 303 УК РФ, ответчикам были разъяснены и понятны.

Исходя из смысла ст. 161 АПК РФ, с учетом положений ст. 303 УК РФ, фальсификация доказательств представляет собой совершение лицом, участвующим в деле, или его представителем умышленных действий, направленных на искажение действительного содержания объектов, выступающих в гражданском, арбитражном или уголовном деле в качестве доказательств. Фальсификация доказательств предполагает сознательное искажение представляемых доказательств, производимое путем их подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл и содержащих ложные сведения. Закрепление в процессуальном законе правил, регламентирующих рассмотрение заявления о фальсификации доказательства, направлено на исключение оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу. Сами эти процессуальные правила представляют собой механизм проверки подлинности формы доказательства, а не его достоверности (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 22.03.2012 № 560-О-О).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце втором пункта 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции», в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат рассмотрению заявления, мотивированные наличием признаков подложности доказательств, то есть совершением действий, выразившихся в подделке формы доказательства: изготовление документа специально для представления его в суд (например, несоответствие времени изготовления документа указанным в нем датам) либо внесение в уже существующий документ исправлений или дополнений (например, подделка подписей в документе, внесение в него дополнительного текста).

В силу части 3 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не подлежат рассмотрению по правилам названной статьи заявления, касающиеся недостоверности доказательств (например, о несоответствии действительности фактов, изложенных в документе).

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что заявление третьего лица не свидетельствует о фальсификации доказательств в смысле статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а рассматривается судом как довод о недостоверности данных доказательств.

Вместе с тем основания полагать необоснованными озвученные ответчиками доводы о связи ФИО6 с участниками общества «АмикС» ФИО20 и ФИО19 отсутствуют.

О связи ФИО6 с участником общества «АмикС» ФИО20 также свидетельствует тот факт, что первоначальной истицей ФИО6, сестрой ФИО6, к иску приложены документы, предоставленные директором общества «АмикС» участнику ФИО20

Кроме того, со слов ответчиков, ФИО20 является родной тетей (сестрой матери) ФИО6 и ФИО6 Указанное не оспорено.

С момента первоначального получения статуса акционера общества и после формального отчуждения акций аффилированным с ним лицам и до настоящего времени, даже минуя ограничения, установленные пунктом 3 статьи 213.30 Закона о банкротстве, с учетом завершения 02.12.2019 процедуры банкротства ФИО6                                (дело № А19-27825/2017), именно ФИО6 участвует в корпоративной жизни и ООО «АмикС», и АО «Сатурн», принятии всех корпоративных и финансово-хозяйственных решений общества, является представителем формального акционера ФИО6 на общих собраниях акционеров.

Таким образом, применяя доктрину «снятия корпоративной вуали», суд признает ФИО6 фактическим бенефициаром не только АО «Сатурн», но и через падчерицу ФИО19 и тетю ФИО20 общества «АмикС» в момент заключения и исполнения договоров аренды.

При этом суд отмечает, что сам ФИО6 также участвовал в распределении дивидендов общества «АмикС», поскольку представленные истицами доказательства (отчеты о движении денежных средств общества «АмикС» за 2020, 2021, 2022 годы) свидетельствует о распределении прибыли в обществе между участниками; согласно выданной ФИО19 ФИО6 нотариальной доверенности от 02.07.2019 (сроком действия 10 лет) ФИО6 предоставлено право принимать участие,  в том числе, в обществе «АмикС», в распределении прибыли, получать пропорционально своей доле в уставном капитале долю прибыли (дивиденды), подлежащую распределению среди участников.

08.07.2022 Советом директоров общества «Сатурн» принято решение о расторжении договора аренды с обществом «АмикС» с 31.12.2022.

26.08.2022 Советом директоров АО «Сатурн» создана рабочая группа, на заседаниях которой решались вопросы перевода работников из ООО «АмикС» в АО «Сатурн», определялись и обсуждались материальные затраты по данному вопросу.

При таких обстоятельствах для всех акционеров общества «Сатурн» и участников общества «АМИКС» было достоверно известно об аффилированности указанных лиц, а все действия, связанные с возникновением, изменением и прекращением правоотношений между обществами не только не скрывались от их бенефициаров, но и являлись следствием совместных решений всех участников корпоративного управления обществами.

Тот факт, что ФИО6 в обход установленных Законом о банкротстве ограничений принимал участие в управлении обществами, свидетельствует о том, что между контролирующими деятельность обществ «АмикС» и «Сатурн» лицами наличествовали дружеские и доверительные отношения.

Следовательно, два общества – и «АмикС», и «Сатурн» - в период заключения и исполнения договоров аренды контролировались одной группой лиц, в которую входили не только ответчики, но и ФИО6

После отказа от иска первоначальной истицы ФИО6, сестры ФИО6, с устным пояснением ее представителя ФИО22 в судебном заседании о ее осведомленности относительно втягивания в корпоративный конфликт, в котором она не желала принимать участие, с заявлением о вступлении в дело соистцом обратилась ФИО8, ранее ФИО15, кандидатуру которой в качестве члена Совета директоров АО «Сатурн» и председателя ревизионной комиссии предложил ФИО6, и которая с 26.04.2023 состоит в браке с ФИО6

ФИО8 акционером общества «Сатурн» не является; с 23.06.2022 является членом Совета директоров АО «Сатурн».

В силу абзаца второго пункта 4 статьи 65.3 ГК РФ члены коллегиального органа управления корпорации имеют право получать информацию о деятельности корпорации и знакомиться с ее бухгалтерской и иной документацией, требовать возмещения причиненных корпорации убытков (статья 53.1), оспаривать совершенные корпорацией сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 настоящего Кодекса или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также требовать применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации в порядке, установленном пунктом 2 статьи 65.2 настоящего Кодекса.

В силу пункта 5 статьи 71 Закона об акционерных обществах, общество или акционер (акционеры), владеющие в совокупности не менее чем 1 процентом (в настоящее время с учетом введения ограничений – не менее чем 5%) размещенных обыкновенных акций общества, вправе обратиться в суд с иском к члену совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличному исполнительному органу общества (директору, генеральному директору), временному единоличному исполнительному органу общества (директору, генеральному директору), члену коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и к управляющей организации (управляющему) о возмещении причиненных обществу убытков в случае, предусмотренном абзацем первым пункта 2 настоящей статьи.

Статья 65.3 ГК РФ, в том числе абзац второй пункта 4, которым предусмотрено право предъявления требования о взыскании причиненных обществу убытков членом коллегиального органа управления корпорации, введена Федеральным законом от 05.05.2014 № 99-ФЗ, норма вступила в силу и действует с 01.09.2014, тогда как положения пункта 5 статьи 71 Закона об акционерных обществах, в редакции Федерального закона от 05.01.2006 № 7-ФЗ, согласно которому правом на предъявление требования о взыскании убытков обладают только акционеры и само общество), действует с 01.07.2006.

В связи с наличием коллизии между нормами ГК РФ и Закона об акционерных обществах, суд полагает необходимым и возможным руководствоваться правилом lex posterior derogat legi priori («последующий закон отменяет предыдущий»), в связи с чем ФИО8 привлечена в дело соистцом.

Позиция суда также подтверждается при толковании пункта 1 статьи 93.1 Закона об акционерных обществах.

Таким образом, ФИО6, лишившись возможности поддержания исковых требований через сестру ФИО6 после ее отказа от иска, продолжил поддерживать требование посредством привлечения нынешней супруги ФИО8

Вместе с тем суд полагает необходимым применить по аналогии положения  пункта 6 Обобщения судебной практики по корпоративным спорам о предоставлении информации хозяйственными обществами, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 15.11.2023, в совокупности с пунктом 7 статьи 49 Закона об акционерных обществах.

В случаях обращения в суд членов совета директоров с требованием о предоставлении информации (документов) акционерного общества за период, предшествующий их избранию в коллегиальный орган акционерного общества, суды отказывают в предоставлении такой информации (документов), если указанные лица не обосновали, что запрашиваемые документы и информация необходимы им для принятия взвешенного решения по вопросам повестки дня заседания Совета директоров или для исполнения ими своих обязанностей членов Совета директоров.

В соответствии с пунктом 7 статьи 49 Закона об акционерных обществах  акционер вправе обжаловать в суд решение, принятое общим собранием акционеров с нарушением требований указанного Федерального закона, иных правовых актов Российской Федерации, устава общества в случае, если он не принимал участия в общем собрании акционеров или голосовал против принятия такого решения и указанным решением нарушены его права и законные интересы.

Следовательно, несмотря на наличие у ФИО8 как у члена коллегиального органа управления АО «Сатурн» возможности обращения в суд с настоящим иском, в связи с чем она и допущена в дело, в удовлетворении требования о взыскании убытков на основании действий, совершенных ответчиками задолго до того, как ФИО8 приступила к управлению корпорацией, надлежит отказать. Договоры аренды заключены до появления ФИО8 в корпорации (15.03.2012, 31.12.2020), до момента привлечения ее к принятию управленческих решений в корпорации; следовательно, против заключения договоров ФИО8 не голосовала и никоим образом не высказывалась, а требование о взыскании убытков предъявила не сразу после обнаружения по итогам ревизии (30.05.2022), а после отказа ФИО6 от иска; ранее к групповому косвенному иску не присоединилась и сама инициатором спора не выступила.

При ином подходе любое последующее изменение персонального состава органов управления корпорации позволит «новому» лицу в обход норм о сроке исковой давности обратиться в арбитражный суд.

Такая возможность будет противоречить и существу правового подхода, подлежащего применению по аналогии, выраженному в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», в соответствии с которым по смыслу статьи 201 ГК РФ переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления.

Относительно самого факта наличия убытков суд приходит к следующим выводам.

Как указано выше, в обоснование иска указано, что ревизионная комиссия в составе председателя ФИО15, членов комиссии ФИО16, ФИО17 пришла к следующему заключению: проверка финансово-хозяйственной деятельности Общества по имеющимся документам показала, что убытки Общества в 2021 году в размере 12477 тыс. руб. возникли в результате неэффективного управления недвижимым имуществом, а также не проявления Обществом должной осмотрительности при выборе контрагентов.

Проверка проводилась в 2022 году по итогам 2021 года.

Вместе с тем согласно отчету ревизионной комиссии АО «Сатурн» от 02.02.2021, председателем которой также являлась ФИО2 проверка финансово-хозяйственной деятельности Общества показала, что Общество в 2020 году значительно повысило свою эффективность.

При этом суд отмечает, что в отчете ревизионной комиссии от 02.02.2021 содержится информация о договоре аренды с ООО «АмикС», номер государственной регистрации договора в отчете ревизионной комиссии совпадает с номером, указанным Управлением Росреестра по Иркутской области на договоре – 38-38-02/021/2012-627.

В этой связи суд полагает доводы истицы как председателя ревизионной комиссии непоследовательными и противоречивыми.

Кроме того, согласно протоколу годового общего собрания акционеров АО «Сатурн» от 27.06.2022 (собрание проведено 23.06.2022), которым также была утверждена членом Совета директоров ФИО15, председательствующим на собрании выступал ФИО6, представивший общему собранию годовой отчет, годовую бухгалтерскую (финансовую) отчетность, отчет о финансовых результатах отчетного 2021 года. Согласно краткому содержанию выступления ФИО6, продажи от аренды в 2021 году выросли по сравнению с 2020 годом на 22%.

Поскольку договор аренды заключен на длительный срок и прошел государственную регистрацию, равно как и дополнительные соглашения к нему, суд полагает необоснованным довод о сокрытии факта заключения договора.

В материалы дела представлены многочисленные заключения о результатах проверки финансово-хозяйственной деятельности ЗАО «Сатурн» (2012, 2013, 2015, 2016 годы) за подписью ревизора ФИО21, которая в период с 29.10.1998 по 10.01.2019 являлась супругой ФИО6

В соответствии с представленными заключениями, бухгалтерская отчетность общества за указанные годы, несмотря на наличие заключенного договора аренды, отражает достоверно во всех существенных аспектах финансовое положение Общества и результаты его финансово-хозяйственной деятельности; представленные годовые отчеты содержат достоверные данные, правовые нарушения порядка заключения отдельных договоров отсутствуют.

Доводы о том, что ФИО21 не могла подписывать заключения в связи с нахождением за пределами Российской Федерации, своего подтверждения в ходе судебного разбирательства не нашли.

Согласно пояснениям ответчиков, кандидатура ревизора АО «Сатурн» ФИО21 ежегодно предлагалась для утверждения на годовых общих собраниях акционеров Общества ее бывшим супругом ФИО6, который лично голосовал на собраниях за ее утверждение. ФИО6, являясь Председателем Совета директоров Общества, ежегодно получал в АО «Сатурн» финансово-хозяйственные документы и передавал их ревизору ФИО21, после чего предоставлял в Общество подготовленные ФИО21 заключения и отчеты. Оснований не доверять передаваемым ФИО6 документам у членов Совета директоров и акционеров Общества не имелось. Вопросы фактического нахождения ФИО21 на территории РФ никогда не поднимались и не обсуждались на Совете директоров, более того, ФИО6 скрывалась информация о ее возможном выезде за пределы РФ, так как всегда ФИО6, представляя ее кандидатуру, указывал на трудоустройство ФИО21 в подконтрольных ему компаниях.

Вместе с тем суд отмечает, что факт проведения ревизионной проверки ревизором по документам удаленно не является основополагающим обстоятельством считать данные заключения недействительными.

Кроме того, ревизионная комиссия коллегиальным органом управления корпорации не является; ее заключения носят предположительный и рекомендательный характер и для цели установления факта причинения убытков корпорации и причин возникновения таких убытков не являются; данные обстоятельства с учетом предъявленных требований подлежат установлению судом.

Из материалов дела усматривается, что истицей заявлены требования о взыскании убытков за 2020-2022 годы, при этом сдаваемое в аренду подконтрольному обществу здание и земельный участок использовались для целей торговой деятельности. В указанный период действовали ограничительные меры в связи с распространением коронавирусной инфекции на территории Российской Федерации; согласно имеющимся в материалах дела доказательствам часть помещений простаивала.

В этой связи суд полагает недоказанным факт причинения убытков корпорации именно виновными действиями ответчиков.

Доводы истицы об обязанности сторон повышать арендную плату ежегодно, как на то указано в пункте 4.2. договора, судом отклонен, поскольку такое повышение осуществляется по соглашению сторон, как прямо предусмотрено договором. Таким образом, происходит реализация принципа свободы договора (статья 421 ГК РФ); условия об обязательности ежегодного повышения арендной платы договор не содержит.

Суд также отклоняет довод истицы о том, что при заниженном размере арендной платы, условие пункта 3.4. договора о проведении капитального ремонта арендодателем за свой счет является экономически не выгодным, поскольку данное условие согласуется с общим правилом, установленным пунктом 1 статьи 616 ГК РФ. Кроме того, в силу статьи 210 ГК РФ именно на собственнике лежит бремя содержания принадлежащего ему имущества.

Относительно довода истицы о том, что заключенные договоры являются сделками с заинтересованностью и совершены в отсутствие их одобрения, суд отмечает, что согласно положениям статей 83, 84 Закона об акционерных обществах сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, не требует обязательного предварительного согласия на ее совершение, и отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной.

Договоры аренды торгового центра строительных материалов, земельного участка, заключенные между обществами «АмикС» и «Сатурн», не оспорены, недействительными не признаны. В рамках настоящего спора данные требования не заявлены, в связи с чем не подлежат оценке судом, и на требование о взыскании убытков в силу пункта 8 Постановления № 62 не влияют.

Суд полагает, что заключенные подконтрольными одной группой лиц обществами сделки не выходили за пределы обычной хозяйственной деятельности.

Из пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено недопущение осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

С учетом установления судом факта, что бенефициаром общества «Сатурн» (как и общества «АмикС»), является ФИО6, принимающий как непосредственное участие в управлении корпорации посредством выданной доверенности от имени сестры ФИО6, так и участие в обществе «АмикС» от имени своей родной тети ФИО20, а также от имени пачерицы ФИО19, суд пришел к выводу о наличии признаков злоупотребления правом.

Как указано выше, суд полагает, что ФИО6, лишившись возможности поддержания исковых требований через сестру ФИО6 после ее отказа от иска, продолжил поддерживать требование посредством привлечения нынешней супруги ФИО8

О наличии заключенных договоров ФИО6, как контролирующее лицо обществ, активно принимающее участие в управлении обеих корпораций, на протяжении долгих лет не мог не знать.

Из противоречивой позиции нынешней супруги ФИО6 ФИО8 (члена Совета директоров АО «Сатурн» и председателя ревизионной комиссии) следует, что проверка финансово-хозяйственной деятельности Общества показала, что Общество в 2020 году значительно повысило свою эффективность, однако по итогам 2021 года убытки Общества в 2021 году в размере 12477 тыс. руб. возникли в результате неэффективного управления недвижимым имуществом, а также не проявления Обществом должной осмотрительности при выборе контрагентов. При этом в иске идет ссылка на договоры, заключенные в 2012, 2020 году.

Ранее, на протяжении долгих лет, корпорации управлялись группой лиц, между которыми были доверительные отношения; в данную группу также входит ФИО6

В этой связи суд полагает обоснованными доводы ответчиков о том, что отчет ревизионной комиссии от 30.05.2022 подготовлен с целью инициирования спора и разжигания корпоративного конфликта в обществе ФИО6, что в силу статьи 10 ГК РФ недопустимо.

Суд находит действия супругов ФИО23 противоречивыми и исходит из необходимости применения к спорной ситуации принципа «эстоппель» и правила venire contra factum proprium (никто не может противоречить собственному предыдущему поведению).

Проанализировав представленные сторонами доказательства, исследовав и оценив доводы сторон, установив обстоятельства спора, суд пришел к выводу об отсутствии всей совокупности обстоятельств для привлечения контролирующих лиц корпорации (ответчиков) к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков.

Так, суд полагает, как минимум, не установлены: противоправность в действиях (бездействии) ответчиков, причинно-следственная связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками, а также вина ответчиков.

Кроме того, суд пришел к выводу о наличии признаков злоупотребления правом, что само по себе является основанием для отказа в удовлетворении иска.

Ответчиками заявлено о пропуске срока исковой давности.

Согласно статье 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (пункт 1). По обязательствам с определенным сроком исполнения течение исковой давности начинается по окончании срока исполнения. По обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, срок исковой давности начинает течь со дня предъявления кредитором требования об исполнении обязательства, а если должнику предоставляется срок для исполнения такого требования, исчисление срока исковой давности начинается по окончании срока, предоставляемого для исполнения такого требования (пункт 2).

Суд отмечает, что истицей фактически оспариваются не договоры по признакам оспоримости, а заявлено требование о взыскании убытков за период 2020-2022 годы.

Согласно пункту 10 Постановления № 62 течение срока исковой давности по требованию участника применительно к статье 201 ГК РФ начинается со дня, когда о нарушении со стороны директора узнал или должен был узнать правопредшественник такого участника юридического лица.

Первоначальной истицей иск предъявлен 11.04.2023.

Поскольку судом установлено, что и первоначальная истица, и вступившая в дело ФИО8 являются формальными истицами, за которыми стоит бенефициар ФИО6, который знал о наличии договоров аренды, для целей расчета срока исковой давности не имеет значения ни дата вступления ФИО8 в органы управления корпорации, ни дата составления отчета ревизионной комиссии.

Суд пришел к выводу о пропуске срока исковой давности за период до 11.04.2020, что само по себе является основанием для отказа в удовлетворении иска в данной части.

В целях процессуальной экономии, недопущения несения сторонами дополнительных необоснованных судебных расходов, с учетом достаточности в материалах дела доказательств для отказа в удовлетворении иска, судом отказано в удовлетворении ходатайства истицы о назначении по делу комплексной судебной экспертизы.

Иск не обоснован и удовлетворению не подлежит.

Всем существенным доводам сторон судом дана соответствующая оценка, что нашло отражение в данном решении; иные доводы и пояснения несущественны и на выводы суда не влияют.

В соответствии с абзацем шестым подпункта 1 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации по делам, рассматриваемым в арбитражных судах, государственная пошлина при подаче искового заявления имущественного характера, подлежащего оценке, при цене иска свыше 2 000 000 рублей уплачивается в размере 33 000 рублей плюс 0,5 процента суммы, превышающей 2 000 000 рублей, но не более 200 000 рублей.

Согласно части 1 статьи 103 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по искам о взыскании денежных средств цена иска определяется исходя из взыскиваемой суммы.

При цене иска, равной 305 568 504 рубля, размер государственной пошлины составляет 200 000 рублей. Истица присоединилась к групповому косвенному иску после отказа первоначальной истицы ФИО6 от иска; ФИО8 расходов по уплате государственной пошлины не понесла, в связи с чем с нее на основании статьи 110 АПК РФ подлежит взысканию в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 200 000 рублей.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражных судов в сети «Интернет» по адресу: https://kad.arbitr.ru/.

По ходатайству указанных лиц копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 167 - 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении иска отказать.

Взыскать с ФИО8 (СНИЛС 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 200 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Иркутской области.

 

Судья                                                                                                Д.Х. Тах