АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 кассационной инстанции по проверке законности 

и обоснованности судебных актов арбитражных судов, 

вступивших в законную силу 

«

Дело № А14-17651/2020

г. Калуга

31» октября 2025 года

Резолютивная часть постановления оглашена «30» октября 2025 года Постановление изготовлено в полном объеме «31» октября 2025 года  

Арбитражный суд Центрального округа в составе:  

председательствующего судьи Попова А.А., судей Нарусова М.М.,  

 ФИО1, при ведении протокола судебного  

заседания помощником судьи Васиной В.В. (до перерыва, объявленного в судебном  

 заседании, ФИО2),  

при участии в судебном заседании: 

от ООО «Вега» представителя ФИО3 (доверенность от 09.01.2025),  

от администрации Панинского городского 

поселения Панинского муниципального представителя ФИО4 района Воронежской области (доверенность от 14.01.2025),  

рассмотрев в открытом судебном заседании путём использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Воронежской области кассационную жалобу администрации Панинского городского поселения Панинского муниципального района Воронежской области на решение Арбитражного суда Воронежской области от 17.01.2025 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.04.2025 по делу № А14-17651/2020,  

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Вега» (далее - ООО «Вега», истец) обратилось в арбитражный суд с иском к администрации Панинского городского поселения Панинского муниципального района  

Воронежской области (далее - администрация, ответчик) о взыскании 871 708 руб. 54 коп., в том числе 630 805 руб. 43 коп. неосновательного обогащения в виде понесённых расходов на ликвидацию истцом места несанкционированного размещения твёрдых коммунальных отходов (ТКО) за период с 24.09.2020 по 30.09.2020, 240 903 руб. 11 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 20.10.2020 по 16.12.2024 с последующим начислением процентов по день фактической уплаты неосновательного обогащения (с учётом уточнения размера исковых требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Исковые требования мотивированы тем, что истец, ввиду неисполнения ответчиком своей обязанности по ликвидации места несанкционированного размещения ТКО, в силу прямого указания норм действующего законодательства был вынужден самостоятельно проводить данные работы. Затраты, понесённые ООО «Вега» в результате совершения данных действий, являются неосновательным обогащением администрации, на размер которого подлежат начислению проценты за пользование чужими денежными средствами.  

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 29.11.2022 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Министерство природных ресурсов и экологии Воронежской области (далее - Минприроды ВО) и Министерство жилищно-коммунального хозяйства и энергетики Воронежской области (далее - Министерство ЖКХЭ ВО) (далее - третьи лица).  

Решением Арбитражного суда Воронежской области от 17.01.2025, с учётом определения об исправлении опечатки от 10.01.2025, оставленным без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.04.2025, исковые требования удовлетворены полностью, с администрации в пользу ООО «Вега» взыскано 871 708 руб. 54 коп., в том числе 630 805 руб. 43 коп. неосновательного обогащения, 240 903 руб. 11 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 20.10.2020 по 16.12.2024, а также 17 171 руб. расходов по уплате государственной пошлины по иску за счет срёдств казны муниципального образования Панинское городское поселение Паниского муниципального района Воронежской области. Также взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами начиная с 17.12.2024 по дату фактической уплаты суммы неосновательного обогащения администрацией, исходя из значений ключевой ставки ЦБ РФ, действующих в соответствующие периоды.  

Ответчик обратился в Арбитражный суд Центрального округа с кассационной жалобой, в которой просил отменить решение и постановление судов и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований. По мнению кассатора, в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие факт вывоза истцом ТКО с места его несанкционированного размещения, объём перемещённых отходов, размер реальных затрат истца. Ответчик полагает, что в настоящем случае требовалось проведение рекультивации земельных участков путём захоронения отходов, а не удаление несанкционированной свалки ТКО. Администрация дополнительно указало на то, что заявленное истцом требование должно быть квалифицировано в качестве требования о взыскании убытков, в связи с чем правовых оснований для  

удовлетворения заявленных исковых требований в части взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами у судов не имелось.  

В судебном заседании суда округа представитель администрации поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, просил оспариваемые судебные акты отменить, по делу принять новый судебный акт, которым в удовлетворении исковых требований отказать.  

Представитель истца возражала против доводов кассационной жалобы, просила оспариваемые судебные акты оставить без изменения.  

Третьи лица, надлежащим образом извещённые о времени и месте рассмотрения жалобы, своих представителей в суд округа не направили. Дело рассмотрено в отсутствие представителей неявившихся лиц в порядке, предусмотренном статьёй 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

В судебном заседании суда кассационной инстанции 16.10.2025 в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв до 14 час. 30 мин. 30.10.2025, после которого рассмотрение кассационной жалобы было продолжено.  

Проверив в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения судами норм материального и процессуального права, соответствие выводов арбитражных судов о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражений на неё, Арбитражный суд Центрального округа пришёл к выводу о наличии правовых оснований для отмены судебных актов и направления дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

Как следует из материалов дела, на основании соглашения об организации деятельности по обращению с ТКО на территории Воронежской области от 22.10.2018, заключенного с Департаментом жилищно-коммунального хозяйства и энергетики Воронежской области, ООО «Вега» с 01.01.2020 является региональным оператором по обращению с ТКО на территории Панинского и Бутурлиновского межмуниципальных кластеров.  

13.08.2020 Центрально-Черноземное межрегиональное управление Росприроднадзора уведомило истца об обнаружении на территории Панинского муниципального района места несанкционированного размещения ТКО (свалки).  

Несанкционированная свалка, о которой управление Росприроднадзора в письме от 13.08.2020 сообщило региональному оператору, находится в Панинском муниципальном районе Воронежской области в пределах кадастрового квартала 36:21:8200004 на земельных участках с кадастровыми номерами: 36:21:8200004:135, 36:21:8200004:127 и 36:21:8200004:128, содержание которых находится в ведении администрации.  

Указанное обстоятельство установлено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Воронежской области от 06.05.2024 по делу № А14-18236/2020, оставленным без изменения постановлениями Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.07.2024 и Арбитражного суд Центрального округа от 22.11.2024 (определением Верховного Суда Российской Федерации от 04.05.2024 № 310-ЭС23-3760 отказано в передаче кассационной жалобы администрации на выше указанные судебные акты в судебном заседании  

Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации), которое в силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеет преюдициальное значение при рассмотрении настоящего дела.  

Региональным оператором произведён осмотр земельного участка, занятого несанкционированной свалкой ТКО, по итогам которого было установлено, что площадь её территории составляет 40 000 кв.м., общий объём около 30 000 куб.м., свалка расположена по адресу (координатам): на въезде в р.п. Панино со стороны с. Георгиевка (координаты системы «ГЛОНАСС»: 51.648337, 40.101099).  

Накопление, сбор, транспортирование, обработка, утилизация, обезвреживание и захоронение ТКО осуществляются в соответствии с Правилами обращения с твёрдыми коммунальными отходами, утверждёнными постановлением Правительства Российской Федерации № 1156 от 12.11.2016 «Об обращении с твёрдыми коммунальными отходами и внесении изменения в постановление Правительства Российской Федерации от 25.08.2008 № 641» (далее - Правила № 1156).  

Согласно пункту 17 Правил № 1156, если собственник земельного участка в течение 30 дней со дня получения уведомления регионального оператора не обеспечил ликвидацию места несанкционированного размещения твёрдых коммунальных отходов самостоятельно и не заключил договор с региональным оператором на оказание услуг по ликвидации выявленного места несанкционированного размещения ТКО, региональный оператор в течение 30 дней после отправления уведомления собственнику земельного участка ликвидирует место несанкционированного размещения ТКО. В этом случае региональный оператор вправе обратиться в суд с требованием о взыскании понесённых расходов.  

Во исполнение требований выше указанных Правил № 1156 ООО «Вега» 17.08.2020 направило в адрес администрации уведомление об обнаружении несанкционированной свалки.  

18.08.2020 ответчику направлен договор на оказание услуг по ликвидации выявленного места несанкционированного размещения ТКО.  

Стоимость услуг по договору определена истцом в локально-сметных расчётах а именно:  

- приложение № 1 к договору - сбор и транспортирование ТКО с места несанкционированного размещения на специализированный полигон региональным оператором, стоимость услуг - 19 864 600 руб.;  

- приложение № 1.1 к договору - транспортирование ТКО с места несанкционированного размещения на специализированный полигон региональным оператором, при условии самостоятельной организации сбора ТКО в бункеры-накопители объемом 8 куб.м., стоимость услуг - 16 845 000 руб.  

Ответчику предложено выбрать и подписать один из представленных вариантов смет, однако в адрес ООО «Вега» подписанный администрацией договор не возвращён.  

Поскольку в установленные сроки мероприятия по ликвидации свалки не проведены администрацией, 24.09.2020 ООО «Вега» самостоятельно приступило к ликвидации несанкционированной свалки.  

В подтверждение проведения работ по ликвидации свалки в период с 24.09.2020 по 30.09.2020 истцом представлены односторонний акт осмотра,  

путевые листы № 1125 от 24.09.2020, № 1126 от 24.09.2020, № 1131 от 25.09.2020, № 1132 от 25.09.2020, № 1144 от 28.09.2020, № 1145 от 28.09.2020, № 1151 от 29.09.2020, № 1152 от 29.09.2020, № 1159 от 30.09.2020, № 1160 от 30.09.2020, справка от ООО «Автомониторинг-Сервис», договор № 3 с ООО «Дорожник», фотоматериалы.  

На основании указанных документов истцом был составлен локальный сметный расчёт уборки места несанкционированного размещения отходов, согласно которому сумма расходов по частичной ликвидации несанкционированного размещения свалки ТКО в рассматриваемый период составила 630 805 руб. 43 коп.  

Ссылаясь на наличие на стороне администрации как лица, осуществляющего полномочия собственника в отношении земельных участков, на которых располагается свалка ТКО, неосновательного обогащения, возникшего в связи с уклонением администрации от самостоятельной ликвидации данной салки и уклонением от возмещения во внесудебном порядке понесённых истцом расходов по ликвидации несанкционированной свалки, ООО «Вега» обратилось в арбитражный суд с иском по настоящему делу.  

Разрешая спор по существу и удовлетворяя исковые требования, суды двух инстанций руководствовались статьёй 395, пунктами 1, 2 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, подпунктом 2 пункта 2 статьи 13, статьёй 42 Земельного кодекса Российской, пунктом 14 части 1 статьи 15 Федерального закона Российской Федерации № 131-ФЗ от 06.10.2003 «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», статьёй 51, пунктом 2 статьи 7 Федерального закона Российской Федерации № 7-ФЗ от 10.01.2002 «Об охране окружающей среды», статьёй 22 Федерального закона Российской Федерации № 52-ФЗ от 30.03.1999 «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», пунктами 1, 2 статьи 13 Федерального закона Российской Федерации № 89-ФЗ от 24.06.1998 «Об отходах производства и потребления» (далее - Закон № 89-ФЗ), разъяснениями, закреплёнными в пункте 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 7 от 24.03.2016 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление Пленума № 7), Правилами № 1156, и исходили из того, что организация мероприятий по охране окружающей среды в границах муниципального образования, независимо от формы собственности на землю, равно как и участие в организации деятельности в области обращения с отходами, являющимися результатом жизнедеятельности местного сообщества, в отсутствие правообладателей земельного участка, на котором расположена несанкционированная свалка отходов на территории муниципального образования, относятся к компетенции органа местного самоуправления, в рассматриваемом случае - администрации. Суды сделали вывод о том, что при ликвидации спорной несанкционированной свалки в отсутствие заключенного администрацией с ответчиком договора ООО «Вега» действовало правомерно и именно ответчик обязан компенсировать затраты, понесённые истцом, в связи с чем с него подлежат взысканию неосновательное обогащение и начисленные на эту сумму проценты за пользование чужими денежными средствами.  

Рассматривая кассационную жалобу, судебная коллегия исходит из следующего.  

В абзацах 2 и 3 пункта 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 13 от 30.06.2020 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» (далее - постановление Пленума № 13) разъяснено, что суд при принятии постановления самостоятельно определяет характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами по делу, а также нормы законодательства, подлежащие применению, и может не применить законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле (пункт 12 части 2 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). С учетом этого при определении пределов рассмотрения дела суд кассационной инстанции не связан правовым обоснованием доводов кассационной жалобы и возражений, представленных сторонами, и не ограничен в выводах, которые он делает по результатам проверки.  

Из разъяснений, изложенных в абзацах 3 и 4 пункта 32 постановления Пленума № 13, следует, что иная правовая квалификация существующих правоотношений не является переоценкой доказательств, поскольку представляет собой применение норм права к уже имеющимся в деле доказательствам.  

Определением Конституционного Суда Российской Федерации № 1119-О от 21.05.2015 разъяснено, что в силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности только истец определяет, защищать ему или нет свое нарушенное или оспариваемое право (часть 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), какое исковое требование и в связи с чем предъявлять в суд (пункты 4 и 5 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), к кому предъявлять иск (пункт 3 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) и в каком объёме требовать от суда защиты (часть 5 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Соответственно, суд обязан разрешить дело по тому иску, который предъявлен истцом. Предъявление истцом требования по его выбору в соответствующем объёме может свидетельствовать о реализации им права на судебную защиту.  

Под основанием иска понимаются фактические обстоятельства, на которых истец основывает свои требования к ответчику, под предметом иска - материально-правовое требование истца к ответчику (пункты 4 и 5 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 25 Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 46 от 23.12.2021 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции»).  

Вместе с тем, в силу положений части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 25), пункта 3 постановления Пленумов № 10/22, пункта 27 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019, правовая квалификация спорного правоотношения, а также процессуальных действий, совершаемых в ходе рассмотрения судебного дела, относятся к исключительной прерогативе (компетенции) арбитражного суда.  

Следовательно, арбитражные суды обязаны правильно квалифицировать спорные правоотношения, определить предмет доказывания по делу, сформулировать круг юридически значимых обстоятельств, подлежащих установлению по делу и правильно распределить бремя их доказывания.  

Из содержания искового заявления, процессуальной позиции истца следует, что отыскиваемые у администрации денежные средства ООО «Вега» квалифицирует в качестве неосновательного обогащения, образовавшегося на стороне ответчика.  

Из содержания оспариваемых судебных актов следует, что суды согласились с такой правовой квалификацией заявленного требования, предложенной истцом.  

Суды, определив основную сумму взыскания в качестве неосновательного обогащения, указали на необходимость её отыскания за счёт средств казны муниципального образования.  

Однако из содержания пункта 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 13 от 28.05.2019 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации» следует, что взыскание неосновательного обогащения с казённого учреждения (коим в настоящем деле выступает администрация) не производится за счёт казны публично-правового образования, поскольку казенные учреждения, являясь юридическими лицами и выступая в суде в качестве истца и ответчика, отвечают по своим обязательствам находящимися в их распоряжении денежными средствами и обеспечивают исполнение денежных обязательств, указанных в исполнительном документе, в соответствии с БК РФ (пункт 1, подпункт 8 пункта 3 статьи 50, пункт 4 статьи 123.22 ГК РФ, пункты 8, 9 статьи 161 БК РФ).  

Правила статьи 161 Бюджетного кодекса Российской Федерации, регламентирующие правовое положение казенных учреждений, согласно пункту 11 указанной статьи распространяются на органы государственной власти (государственные органы), органы местного самоуправления (муниципальные органы) и органы управления государственными внебюджетными фондами с учетом положений бюджетного законодательства Российской Федерации, устанавливающих полномочия указанных органов, поэтому исполнение исполнительных документов по денежным обязательствам этих органов также осуществляется в порядке, предусмотренном главой 24.1 названного кодекса.  

Поскольку от имени Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные права и обязанности органы государственной власти, органы местного самоуправления в пределах их компетенции (пункт 1 статьи 125 ГК РФ), то выплата неосновательного обогащения публично-правового образования должна осуществляться не за счёт средств федеральной казны, а непосредственно с того органа, которому переданы полномочия по управлению этим имуществом.  

Финансовое обеспечение деятельности федеральных казенных учреждений, казенных учреждений субъекта Российской Федерации, муниципальных казенных учреждений осуществляется исключительно за счет средств соответствующего бюджета (статья 6, пункт 2 статьи 161 Бюджетного кодекса Российской Федерации). Сами они, являясь юридическими лицами и выступая в суде в  

качестве истца и ответчика, отвечают по своим обязательствам находящимися в их распоряжении денежными средствами. Поэтому взыскание производится непосредственно с соответствующего казенного учреждения в пользу лица, предъявившего иск.  

В пункте 13 постановления Пленума № 13 разъяснено, что порядок исполнения судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации установлен бюджетным законодательством и не может быть произвольно определен судом при изложении резолютивной части судебного акта.  

Положения главы 24.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации разграничивают полномочия органов, исполняющих судебные акты об обращении взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, и устанавливают различный порядок их исполнения. На финансовые органы - Минфин России, финансовый орган субъекта Российской Федерации, финансовый орган муниципального образования - возложено исполнение судебных актов по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного в результате действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, а также иных судебных актов, предусматривающих взыскание средств за счет казны соответствующего публично-правового образования.  

Имущественные требования подлежат удовлетворению с выступающих самостоятельно в суде в качестве ответчиков казённых учреждений, осуществляющих свою деятельность за счет средств соответствующего бюджета бюджетной системы Российской Федерации и обеспечивающих исполнение денежных обязательств (пункты 2, 8, 9 статьи 161 Бюджетного кодекса Российской Федерации), а также с главных распорядителей бюджетных средств, в чьем ведении находятся эти учреждения, поэтому в резолютивной части судебных актов не содержится указания о взыскании денежных сумм за счет казны публично-правового образования.  

Таким образом, руководствуясь вышеизложенными разъяснениями, взыскание неосновательного обогащения надлежит осуществлять непосредственно с представляющей муниципальное образование администрации как органа общей компетенции за счёт бюджетных средств, а не за счёт средств казны муниципального образования.  

За счёт средств казны муниципального образования подлежат взысканию вред (убытки), причинённые в результате действий (бездействия) органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов.  

Из содержания пункта 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с обращением с твёрдыми коммунальными отходами, утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 13.12.2023, следует, что расходы регионального оператора, которые он понёс в результате самостоятельно устранения несанкционированной свалки и при надлежащем исполнении условий пункта 17 Правил № 1156 об информировании орган местного самоуправления об обнаружении места несанкционированного размещения отходов, подлежат возмещению именно в качестве убытков.  

При этом такие правовые понятия как «неосновательное обогащение» и «убытки» являются различными по своему содержанию, что опосредует и  

различный предмет доказывания по соответствующему судебному спору, а также различный порядок распределения между сторонами бремени доказывания по делу.  

В оспариваемых судебных актах судами не приведено нормативного обоснования необходимости квалификации спорных правоотношений в качестве требования, направленного на взыскание именно неосновательного обогащения, а не убытков, как на это указано в приведённом пункте Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации.  

На основании статей 16 и 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причинённый гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием. Вред возмещается за счёт соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.  

Под убытками, которые согласно пункту 2 статьи 15 и статье 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат возмещению в случае причинения вреда, понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).  

По смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.  

Согласно разъяснениям, приведённым в пункте 5 постановления Пленума № 7, при установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается. Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.  

Из приведенных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что вред возмещается за счёт казны по общим правилам внедоговорной (деликтной) ответственности, но при наличии специальных оснований, связанных с публичным статусом причинителя вреда и характером его деятельности, по сути - в связи с ненадлежащим исполнением публичных обязанностей органами публичной власти, должностными лицами.  

Таким образом, суд округа приходит к выводу о том, что, ошибочно квалифицировав спорное правоотношение в качестве кондикционного, которое фактически имеет характер деликтного, суды неправильно определили предмет доказывания по настоящему спору. В частности в настоящем случае региональный оператор, фактически требующий возмещения убытков, должен был доказать не только сам факт реального несения затрат на ликвидацию несанкционированной свалки, но и обосновать их состав и необходимость, в целях подтверждения наличия причинной связи между неправомерным бездействием администрации и возникшими убытками (достоверно обосновать размер отыскиваемых убытков). При этом между противоправным поведением причинителя вреда и убытками общества, должна существовать прямая (непосредственная) причинная связь.  

В пункте 1 письма Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 11.10.2019 № 08-25-53/24802 «О направлении разъяснений по вопросу регулирования деятельности в области обращения с ТКО» разъяснено, что региональные операторы в рамках установленного единого тарифа на услугу регионального оператора обеспечивают только обращение с ТКО, которые соответствуют понятийному аппарату Федерального закона «Об отходах производства и потребления», а также учтены в нормативах накопления ТКО.  

Ликвидация выявленного места несанкционированного размещения ТКО не относится к регулируемым видам деятельности в области обращения с ТКО, поскольку не входит в список видов такой деятельности, приведенных в части 1 статьи 24.8 Закона № 89-ФЗ, который является исчерпывающим.  

Таким образом, сбор, транспортирование и оплата размещения отходов на полигоне при ликвидации места их несанкционированного размещения - это дополнительные расходы регионального оператора, не учитываемые в тарифе.  

Порядок расчёта понесенных расходов на ликвидацию несанкционированного размещения отходов законодательством Российской Федерации не урегулирован, а, следовательно, такие расходы определяются организацией самостоятельно с учётом фактически понесёенных ею необходимых и достаточных затрат для ликвидации места несанкционированного размещения отходов.  

При этом в состав таких расходов не подлежат включению затраты, уже учтённые в рамках тарифного регулирования (пункты 28 - 37 Основ ценообразования), как и затраты, не связанные непосредственно с ликвидацией несанкционированного места размещения ТКО.  

В подтверждение расходов, связанных с ликвидацией в спорный период несанкционированной свалки, истец ссылался на локальный сметный расчёт уборки места несанкционированного размещения отходов, основанный на путевых листах, выставленных счетах по договору № 31 от 30.07.2020, заключённому с ООО «Дорожник» на оказание услуг дорожно-строительной техники и автотранспорта, услуг дорожных рабочих.  

Однако из материалов дела не усматривается, что истец представлял какие-либо первичные документы, акты оказания услуг по вывозу свалки отходов, о передаче отходов на утилизацию на полигон ТКО, документацию для транспортирования и передачи отходов с указанием количества транспортируемых отходов, позволяющие достоверно определить объём вывезенных отходов при ликвидации свалки и, соответственно, стоимость фактически выполненных истцом  

работ, в материалы дела не представлены платёжные документы, подтверждающие оплату услуг привлечённых третьих лиц либо несения собственных затрат истцом.  

С учетом изложенного, локальный сметный расчёт стоимости уборки места несанкционированного размещения отходов, представленный истцом, нельзя признать в качестве документа, достоверно подтверждающего реальное несение истцом затрат на выполнение соответствующих работ (размер убытков истца).  

Таким образом обстоятельства, влияющие на итоговые выводы о наличии либо отсутствии причинно-следственной связи между понесенными региональным оператором фактическими затратами (перечень которых определён исключительно локальным сметным расчёетом истца), а также о доказанности факта несения этих затрат, судами не выяснялись.  

Также судами удовлетворено требование о взыскании с администрации процентов за пользование чужими денежными средствами, что не может быть признано правомерным ввиду ошибочной квалификации судами спорных правоотношений.  

Так, согласно пунктам 1, 2 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.  

Если убытки, причинённые кредитору неправомерным пользованием его денежными средствами, превышают сумму процентов, причитающуюся ему на основании пункта 1 настоящей статьи, он вправе требовать от должника возмещения убытков в части, превышающей эту сумму.  

Согласно пункту 41 постановления Пленума № 7 сумма процентов, установленных статьёй 395 ГК РФ, засчитывается в сумму убытков, причинённых неисполнением или ненадлежащим исполнением денежного обязательства (пункт 1 статьи 394 и пункт 2 статьи 395 ГК РФ).  

Из приведённых норм действующего законодательства и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации следует, что проценты за пользование чужими денежными средствами не подлежат начислению на размер отыскиваемых убытков.  

При таких обстоятельствах выводы судов обеих инстанций по настоящему делу о наличии оснований для удовлетворения иска в полном объёме являются преждевременными, что не позволяет признать принятые по делу судебные акты соответствующими части 4 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а установленные в статье 2 Кодекса задачи правосудия решёнными.  

Поскольку судами не применены подлежащие применению нормы материального права, а обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, установлены не в полном объёме, решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда на основании частей 1 и 2 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отмене с передачей дела на новое рассмотрение в Арбитражный суд Воронежской области (пункт 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

При новом рассмотрении дела суду следует устранить отмеченные недостатки, с учётом содержания мотивировочной части настоящего постановления (часть 2 статьи 287, пункт 15 части 2, часть 2.1 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 35 постановления Пленума № 13), дать правильную квалификацию спорным правоотношениям, определить круг обстоятельств, подлежащих установлению, предпринять меры для полного и всестороннего исследования доказательств и установления обстоятельств дела, при необходимости предложив лицам, участвующим в деле, в соответствии с частью 2 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представить дополнительные доказательства в подтверждение своих доводов и возражений, правильно распределить между сторонами бремя доказывания, применить подлежащие применению нормы материального права, дать надлежащую правовую оценку доводам сторон и разрешить спор в соответствии с нормами действующего законодательства по существу, приняв законное и обоснованное решение.  

С учётом того, что оспариваемые судебные акты отменены и дело передано на новое рассмотрение в суд первой инстанции, вопрос о распределении между сторонами судебных расходов подлежит новому разрешению по итогам повторного рассмотрения дела.  

С учётом изложенного, руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьями 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Воронежской области от 17.01.2025, с учётом определения об исправлении опечатки от 10.01.2025, и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.04.2025 по делу № А14-17651/2020 отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Воронежской области.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий судья А.А. Попов 

Судьи М.М. Нарусов  

 ФИО1