Дело № А38-5208/2017

город Владимир

22 апреля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 апреля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 апреля 2024 года.

 

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Волгиной О.А., 

судей Кузьминой С.Г., Рубис Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания Завьяловой А.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции заявление общества с ограниченной ответственностью «Спарта» и ФИО1 о процессуальном правопреемстве,

 

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, 

 

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Тайгер» (далее – Общество) в Арбитражный суд Республики Марий Эл обратилось общество с ограниченной ответственностью «Спарта» (далее – ООО «Спарта») с заявлением, в котором просило произвести замену конкурсного кредитора общества с ограниченной ответственностью «Азимут» (далее –                         ООО «Азимут») путем исключения его из реестра требований кредиторов и включения в реестр требований кредиторов ООО «Спарта» с суммой требования                    33 208 009 руб. 11 коп. 

Определением от 23.12.2022, оставленным без изменения 

постановление

м Первого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2023, суд в удовлетворении заявления отказал, в связи с отсутствием доказательств приобретения по договорам цессии права требования и экономической целесообразности совершения сделок по приобретению задолженности Общества, находящегося в процедуре банкротства. 

Постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 04.07.2023 определение Арбитражного суда Республики Марий Эл от 23.12.2022 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2023 по делу № А38-5208/2017 отменены; обособленный спор о процессуальном правопреемстве по заявлению ООО «Спарта» направлен в Арбитражный суд Республики Марий Эл на новое рассмотрение и предложено дать надлежащую оценку представленным доказательствам с учетом позиции ООО «Спарта», а также возражений, заявленных ООО «Азимут» и иными участниками спора.

Определением от 01.08.2023 заявление ООО «Спарта» о процессуальном правопреемстве в деле о банкротстве Общества принято к рассмотрению.

В ходе повторного рассмотрения спора в Арбитражный суд Республики Марий Эл обратился ФИО1 с заявлением о замене                       ООО «Спарта» на него в правоотношениях по спору о правопреемстве                        ООО «Азимут» на ООО «Спарта».

Арбитражный суд Республики Марий Эл определением от 08.11.2023 отказал в удовлетворении заявления ФИО1 о процессуальном правопреемстве; прекратил производство по обособленному спору по заявлению ООО «Спарта» о процессуальном правопреемстве в реестре требований кредиторов должника в отношении требований ООО «Азимут» в размере 33 208 009 руб.                   11 коп. 

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель апелляционной жалобы указывает на рассмотрение настоящего спора в отсутствие конкурсного управляющего, участие которого являлось обязательным.

С точки зрения заявителя апелляционной жалобы,  заявление ООО «Спарта» и ФИО1 о процессуальном правопреемстве подлежало удовлетворению. При этом полагает, что суду следовало критически отнестись к показаниям ФИО2, осужденного ранее за мошенничество.

 Заявитель апелляционной жалобы также считает, что ООО «Азимут», ФИО2, ФИО3 в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не заявляли о фальсификации договоров цессии               от 29.03.2022, заключенного между ООО «Азимут» и ООО «Дом-Технологии»,              от 02.04.2022 № 1, заключенного между ООО «Дом-Технологии» и ООО «Спарта», от 01.07.2023, заключенного между ООО «Спарта» и ФИО1

ФИО1 также ссылается на  не рассмотрение судом первой инстанции его ходатайств о фальсификации доказательств, об истребовании доказательств и привлечении к участию в деле третьих лиц.

С точки зрения заявителя апелляционной жалобы, заявление о процессуальном правопреемстве принято в незаконном составе суда, поскольку не рассмотрено ходатайство ФИО1 об отводе судьи.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе и дополнении к ней.

ФИО3 в отзыве письменно и его представитель в судебном заседании устно указали на необоснованность доводов апелляционной жалобы; просили оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

ООО «Азимут» в отзыве указало на необоснованность доводов апелляционной жалобы; просило оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения; заявило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие своего представителя.

ФИО1 заявил ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие.

Проверив законность и обоснованность определения Арбитражного суда Республики Марий Эл от 08.11.2023 в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав доводы апелляционной жалобы и материалы дела, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии безусловного основания для отмены оспариваемого судебного акта, предусмотренного пунктом 1 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которому основанием для отмены определения в любом случае является рассмотрение дела арбитражным судом в незаконном составе.

Судом апелляционной инстанции установлено, что ФИО1 в письменных пояснениях  от 23.10.2023 на странице 2 в абзаце четвертом содержится ходатайство об отводе судьи со ссылкой на пункт 5 части 1 статьи 21 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (том 4, лист дела 4 оборотная часть), которое не было рассмотрено судом в порядке, предусмотренном статьей 25 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; мотивированное определение по заявлению не принято.

Указанное нарушение в силу пункта 1 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае является безусловным основанием для отмены судебного акта и перехода к рассмотрению дела апелляционным судом по правилам суда первой инстанции на основании части 6.1 статьи 268 того же Кодекса.

Поскольку из материалов дела установлено наличие безусловных оснований для отмены судебного акта, предусмотренных пунктом 4 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции определением от 08.11.2023 перешел к рассмотрению настоящего обособленного спора по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции. 

ФИО1 в письменных пояснениях поддержал заявленные требования, настаивал на их удовлетворении.

В ходе рассмотрения заявления ФИО1 заявлено ходатайство об истребовании от Управления Федеральной налоговой службы по Республике Марий Эл правовое обоснование (сведения) по следующим вопросам: какими нормами законодательства Российской Федерации руководствовался регистрирующий орган при анализе оснований для внесения записи о недостоверности сведений в отношении ООО «Азимут»; было ли известно на основании официальных данных, размещенных в «Картотека арбитражных дел», об ООО «Азимут» в рассмотрении дела № А38-5208/2017; как налоговый орган характеризует ООО «Азимут».

По смыслу частей 1 и 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, доказательства представляются лицами, участвующими в деле; суд вправе удовлетворить ходатайство об истребовании доказательств в случае невозможности участвующего в деле лица получить такое доказательство самостоятельно. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

Решение вопроса о необходимости удовлетворения ходатайства участвующего в деле лица об истребовании доказательств осуществляется арбитражным судом в каждом конкретном деле исходя из его фактических обстоятельств, что является проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29.10.2020 № 2481-О).

Рассмотрев ходатайство ФИО1 об истребовании доказательств, с учетом необходимости и относимости их с предметом заявленных требований, целесообразности представления этих документов для рассмотрения требований, суд апелляционной инстанции отказывает в его удовлетворении. Суд апелляционной инстанции считает возможным рассмотреть заявление по имеющимся в деле доказательствам.

От ФИО1 поступили ходатайства о привлечении ФИО4, ФИО5 и ФИО6 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора.

От учредителя общества с ограниченной ответственностью                         ООО «Спарта» ФИО4 также поступили ходатайство о привлечении его к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

От ФИО5 поступило ходатайство о привлечении его к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, пользуются процессуальными правами и несут процессуальные обязанности стороны, за исключением права на изменение основания или предмета иска, увеличение или уменьшение размера исковых требований, отказ от иска, признание иска или заключение мирового соглашения, предъявление встречного иска, требование принудительного исполнения судебного акта.

По смыслу названных норм третьими лицами являются предполагаемые субъекты материальных правоотношений, взаимосвязанных со спорным правоотношением, которое является предметом судебного разбирательства, привлекаемые или вступающие в начавшийся между сторонами процесс с целью защиты своих субъективных прав либо охраняемых законом интересов.

Предусмотренный Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации институт третьих лиц призван обеспечить судебную защиту всех заинтересованных в исходе спора лиц и не допустить принятия судебных актов о правах и обязанностях этих лиц без их участия. Целью участия в деле третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, является предотвращение неблагоприятных для них последствий.

Таким образом, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, привлекаются арбитражным судом к участию в деле, если судебный акт, которым закончится рассмотрение дела в суде первой инстанции, может быть принят об их правах и обязанностях, то есть данным судебным актом будут непосредственно затрагиваться их права и обязанности, в том числе создаваться препятствия для реализации их субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора.

Реализация заинтересованным лицом права на вступление в процесс третьим лицом не является безусловной и зависит от конкретных обстоятельств дела. Суд вправе удовлетворить ходатайство о вступлении в дело третьего лица только в том случае, если установит, что судебным актом могут быть затронуты его права или обязанности по отношению к заявителю или ответчику.

Определением от 20.03.2024 суд апелляционной инстанции привлек к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4 и ФИО5

Между тем, суд апелляционной инстанции не находит оснований для привлечения ФИО6 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. Указанные ФИО1 обстоятельства не являются безусловным основанием для привлечения ФИО6  в дело в качестве третьего лица без самостоятельных требований на предмет спора, поскольку такое право появляется только у лиц, о чьих правах и обязанностях может быть принят судебный акт. При этом доказательств того, что судебный акт может быть принят о правах                    ФИО6, материалы дела не содержат. Сам ФИО6 не изъявил желание участвовать в рассмотрении обособленного спора в качестве третьего лица. Само по себе наличие заинтересованности в исходе дела не может быть положено в обоснование необходимости вступления его в дело в качестве третьего лица без самостоятельных требований.

ФИО4 поддержал заявленные требования ФИО1 о процессуальном правопреемстве и фальсификации договоров цессии от 28.12.2021 и от 27.01.2022.

ФИО1 также заявлено ходатайство о фальсификации договоров уступки права требования от 28.12.2021 с ФИО7 и от 27.01.2022 с ФИО2

В силу части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при наличии заявления стороны о фальсификации доказательств и одновременного наличия возражения другой стороны об исключении данного доказательства из числа доказательств по делу суд обязан принять предусмотренные законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации данного доказательства, в том числе суд вправе назначить экспертизу, истребовать другие доказательства или принять иные меры.

Заявление о фальсификации доказательства имеет своей целью исключение соответствующего доказательства из числа доказательств по делу, и фактическое понуждение стороны, представившей доказательство, основывать свои доводы и возражения относительно предмета и основания иска на иных доказательствах.

По смыслу положений абзаца второго пункта 3 части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации наличие заявления о фальсификации доказательства не является безусловным основанием для назначения судебной экспертизы с учетом того, что достоверность доказательства может быть проверена иным способом, в том числе путем его оценки в совокупности с иными доказательствами в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, процессуальный закон не исключает возможности проверки судом заявления о фальсификации не только экспертным путем, но и другими способами.

При оценке доказательств суд апелляционной инстанции будет оценивать упомянутые доказательства в порядке положений статей 64, 67, 68 и 71  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При изложенных обстоятельствах заявление ФИО1, которое также поддержал ФИО4, о фальсификации договоров уступки права требования от 28.12.2021 с ФИО7 и от 27.01.2022 с ФИО2, удовлетворению не подлежит.

Кроме того, ФИО1 заявил ходатайство об отложении настоящего спора до утверждения нового конкурсного управляющего Общества и предоставления им правовой позиции, а также для предоставления лицами, участвующими в деле, письменных пояснений по заявленным требованиям и ходатайству о фальсификации, отзыву ФИО4, ознакомления с письменными пояснениями и подготовки в суд возражений, в связи с истребованием доказательств, а также до рассмотрения кассационных жалоб ФИО1

Согласно части 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

В случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными (часть 3 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, отложение рассмотрения дела является не обязанностью, а правом суда, предоставленным законодательством для обеспечения возможности полного и всестороннего рассмотрения дела.

Рассмотрев данное ходатайство, суд апелляционной инстанции не усматривает предусмотренных статьей Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для его удовлетворения, поскольку указанные в ходатайстве об отложении судебного разбирательства обстоятельства не могут являться сами по себе уважительной причиной, препятствующей рассмотрению заявления, если они были надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства. В данном случае лица, участвующие в споре, извещены надлежащим образом о дате и времени рассмотрения заявления и имели достаточно времени для представления письменных пояснений (возражений) и дополнительных документов в обоснование своей позиции. Определением Арбитражного суда Республики Марий Эл от 27.11.2023 по делу № А38-5208/2017, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 04.03.2024 конкурсным управляющим Общества утвержден ФИО8, который представил в суд апелляционной инстанции позицию по настоящему спору от 18.03.2024 № 61. Оснований для истребования доказательств судом апелляционной инстанции не установлено. Обжалование судебных актов, принятых в рамках иных обособленных спорах, не является препятствием для рассмотрения настоящего заявления по существу.

ООО «Азимут» в отзыве возразило против заявленных требований, просило в их удовлетворении отказать, производство в части правопреемства в отношении недействующих обществ прекратить. Кроме того, просил рассмотреть заявление              в отсутствие своего представителя.

Конкурсный управляющий Общества ФИО8 в отзыве указал на необоснованность заявленных требований, просил производство по заявлениям ФИО1 и ООО «Спарта» о процессуальном правопреемстве прекратить; рассмотреть заявления в его отсутствие.

ФИО5 заявление ООО «Спарта» и ФИО1 о процессуальном правопреемстве оставил на усмотрение суда; просил отнестись критически к доводам ФИО2, ФИО8, ФИО3 и ФИО9, порочащие ФИО5 Кроме того, просил вынести в отношении                     ФИО2, ФИО8, ФИО3 и ФИО9 частное определение о недопустимости распространения в отношении ФИО5 клеветы и порочащих сведений.

Рассмотрев заявленное ФИО5 ходатайство о вынесении частного определения, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для его удовлетворения ввиду отсутствия предусмотренных статьей 188.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для вынесения частных определений.

В силу статьи 188.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при выявлении в ходе рассмотрения дела случаев, требующих устранения нарушения законодательства Российской Федерации государственным органом, органом местного самоуправления, иным органом, организацией, наделенной федеральным законом отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностным лицом, адвокатом, субъектом профессиональной деятельности, арбитражный суд вправе вынести частное определение.

Из содержания данной нормы следует, что вынесение частного определения направлено на устранение нарушений законности органами публичной власти, должностными и иными лицами, при этом принятие указанного судебного акта осуществляется по результатам рассмотрения дела.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 28.07.2009 № 16-Г09-24, от 16.06.2009 № 47-Г09-12, частное определение суд выносит по своей инициативе при выявлении случаев, требующих устранения нарушения законодательства Российской Федерации государственным органом, органом местного самоуправления, иными органами, организациями и лицами. Лица, участвующие в деле, не вправе требовать вынесения частных определений и могут лишь обратить внимание суда на наличие обстоятельств, свидетельствующих о необходимости вынесения частного определения.

В связи с установленными судом обстоятельствами, результатами рассмотрения дела ходатайство арбитражного управляющего о вынесении частного определения в отношении ФИО1 надлежит оставить без удовлетворения, поскольку оно заявлено без учета положений статьи 188.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, судом апелляционной инстанции обстоятельств для удовлетворения ходатайства ФИО5 по результатам рассмотрения заявления не установлено.

Заявления рассмотрены в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие  представителей лиц, участвующих в деле, извещенных о месте и времени судебного заседания в порядке статей 121 (части 6) и 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как усматривается из материалов дела, решением от 30.11.2017 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден ФИО10.

Предметом заявлений ООО «Спарта» и ФИО1 являются требования о замене конкурсного кредитора ООО «Азимут» его правопреемником                         ООО «Спарта» с суммой требования 33 208 009 руб. 11 коп. и замене                              ООО «Спарта» на ФИО1

В соответствии с частью 1 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. 

Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса. 

Право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона (пункт 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты (пункт 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

По смыслу статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор может передать другому лицу только существующее право требования. 

К поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора (пункт 1 статьи 365 Гражданского кодекса).

Замена выбывшей стороны ее правопреемником в арбитражном судебном процессе возможна в том случае, если правопреемство произошло в материальном правоотношении, что должно подтвердить в соответствии со статьями 65, 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимыми и допустимыми доказательствами лицо, заявившее о правопреемстве. 

Необходимым условием процессуального правопреемства является замена стороны в материальном правоотношении, то есть процессуальное правопреемство означает переход процессуальных прав и обязанностей от одного субъекта соответствующего материального правоотношения к другому, что влечет занятие правопреемником процессуального статуса правопредшественника.

В рассматриваемом случае заявления ООО «Спарта» и ФИО1 основаны на договорах уступки прав требования от 29.03.2022, от 02.04.2022 и                   от 01.07.2023.

В силу части 1 статьи 388, части 2 статьи 389.1 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону или договору. Требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное.

Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка) (часть 3 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. 

В силу статей 432, 382 и 384 Гражданского кодекса Российской Федерации существенными условиями соглашения об уступке права требования являются: предмет договора, объем и условия передаваемого обязательства. 

ООО «Спарта» и ФИО1 обратившись с заявлениями о замене конкурсного кредитора ООО «Азимут» путем исключения его из реестра требований кредиторов и включения в реестр требований кредиторов                            ООО «Спарта» с суммой требования 33 208 009 руб. 11 коп., ссылаясь на то обстоятельство, что право требования к должнику было уступлено ООО «Азимут» в пользу ООО «Дом-Технологии», а впоследствии ООО «Спарта», а от                           ООО «Спарта» ФИО1 на основании последовательно заключенных договоров цессии от 29.03.2022, 02.04.2022 и 01.07.2023.

ООО «Спарта» в материалы обособленного спора представлены копия договора цессии от 29.03.2022, согласно которому ООО «Азимут» уступает                 ООО «Дом-Технологии» требование к Обществу в размере 33 208 009 руб. 11 коп., установленное определением Арбитражного суда Республики Марий Эл                           от 19.04.2019 по делу № А38-5208/2017; копия договора цессии от 02.04.2022 № 1, согласно которому ООО «Дом-Технологии» уступает ООО «Спарта» право требования долга в размере 33 208 009 руб. 11 коп. с должника, установленного определением Арбитражного суда Республики Марий Эл от 19.04.2019 по делу          № А38-5208/2017. Впоследствии, по требованию суда заявитель представил в дело подлинник договора цессии от 02.04.2022 № 1. 

ФИО1 в материалы  обособленного спора представил оригинал договора цессии (уступки прав требования) от  01.07.2023, согласно которому  ООО «Спарта» уступает ФИО1 право требования денежной суммы в размере 33 208 009 руб. 11 коп. с должника, установленного определением Арбитражного суда Республики Марий Эл от 19.04.2019 по делу № А38-5208/2017; копии договора цессии от 29.03.2022, договора цессии от 02.04.2022 № 1.

Между тем, подлинный экземпляр первоначального договора цессии от 29.03.2022, заключенного между ООО «Азимут» и ООО «Дом-Технологии», не был представлен ни ООО «Спарта», ни ФИО1

В соответствии с частями 8 и 9 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации письменные доказательства представляются в арбитражный суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии.

Подлинные документы представляются в арбитражный суд в случае, если обстоятельства дела согласно федеральному закону или иному нормативному правовому акту подлежат подтверждению только такими документами, а также по требованию арбитражного суда.

Арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств (пункт 6 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Следовательно, в остальных случаях суд вправе руководствоваться копией документа, при условии, что никто из лиц, участвующих в деле, не оспаривает ее подлинность. 

Вместе с тем, ООО «Азимут» настаивает на том, что не заключало с                   ООО «Дом-Технологии» каких-либо сделок, в том числе договора цессии от 29.03.2022. Более того, указало, что по состоянию на 29.03.2022 спорное требование к Обществу было уступлено ФИО3 и ФИО2 по договорам уступки прав требования от 27.01.2022, в связи с чем не могло быть уступлено ООО «Дом-Технологии».

На отсутствие у ООО «Азимут» каких-либо взаимоотношений с                          ООО «Дом-Технологии» и ООО «Спарта» также указал директор ООО «Азимут» в письменных пояснениях от 07.09.2022.

При этом, в отношении ООО «Дом-Технологии» 28.05.2021 внесена запись о недостоверности сведений о юридическом лице и 07.04.2022 данное юридическое лицо исключено из ЕГРЮЛ как недействующее.

В свою очередь, бывшим директором ООО «Дом-Технологии»                     ФИО11 дана противоречивая позиция относительно заключения между ООО «Азимут» и  ООО «Дом-Технологии» договора цессии от 29.03.2022. Так, в пояснениях от 10.10.2022 ФИО11 указывал, что ООО «Дом-Технологии» договор цессии от 29.03.2022 с ООО «Азимут» и договор цессии от 02.04.2022 не заключались и не подписывались. Однако, впоследствии в письменных пояснениях от 21.11.2022 ФИО11 подтвердил факт заключения ООО «Дом-Технологии» договор цессии от 29.03.2022 с ООО «Азимут» и договор цессии от 02.04.2022, пояснив, что ранее никаких заявлений и документов в суд не направлял. 

Таким образом, при наличии такой противоречивой позиции, при отсутствии допроса данного лица в качестве свидетеля, у которого отбирается предупреждение об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, суд апелляционной инстанции не принимает во внимание пояснения  ФИО11 относительно наличия правоотношений с ООО «Азимут» и ООО «Спарта».

Принимая во внимание, что ООО «Азимут», как цедент, отрицает совершение уступки права требования к должнику по договору от 29.03.2022, учитывая наличие сведений об уступке спорного требования к Обществу                  ФИО3 и ФИО2 по договорам уступки прав требования от 27.01.2022, суд предлагал  ООО «Спарта» и ООО «ФИО1 представить подлинник договора от 29.03.2022, указав, что в случае его непредставления вопрос будет рассмотрен по имеющимся в деле доказательствам, однако данный документ на обозрение суда не представлен.

Оценив представленную в материалы копию договора цессии от 29.03.2022  в совокупности с иными доказательствами и установленными судом вышеназванными обстоятельствами, принимая во внимание, что ООО «Азимут», как цедент, отрицает совершение уступки права требования к должнику по договору от 29.03.2022, учитывая наличие сведений об уступке спорного требования к Обществу ФИО3 и ФИО2 по договорам уступки прав требования от 27.01.2022, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что представленная в материалы дела копия договора цессии от 29.03.2022 в отсутствие оригинала указанного документа и при наличии сомнений в действительности данного документа, не является надлежащим и допустимым доказательством по делу.

Кроме того, суд апелляционной инстанции учитывает, что условиями пункта 2.1 договора от 29.03.2022 согласовано, что вознаграждение цедента за уступку и порядок оплаты сторонами определяется по дополнительному соглашению. При этом дополнительного соглашения также в материалы дела не представлен. Доказательств оплаты ООО «Дом-Технологии» ООО «Азимут» по совершенной сделке не представлено. Указанное также свидетельствует об отсутствии доказательств заключения сторонами рассматриваемой сделки.

Таким образом, факт совершения ООО «Азимут» сделки по уступке                    ООО «Дом-Технологии» права требования к должнику по договору цессии                      от 29.03.2022 не доказан, поскольку надлежащих доказательств, свидетельствующих о переходе права требования, в материалы дела не представлено.

Принимая во внимание отсутствие доказательств наличия у                          ООО «Дом-Технологии» имущественного права требования к должнику в размере                                 33 208 009 руб. 11 коп., установленного определением Арбитражного суда Республики Марий Эл от 19.04.2019 по делу  № А38-5208/2017, принадлежащего первоначальному кредитору (ООО «Азимут»), суд апелляционной инстанции приходит к выводу о недоказанности перехода данного права требования к последующим кредиторам ООО «Спарта» и ФИО1 в результате сделок уступки права требования от 02.04.2022 и от 01.07.2023.

При этом, вопреки позиции ФИО1, отсутствие со стороны                      ООО «Азимут», ФИО2, ФИО3 заявлений о фальсификации договоров цессии от 29.03.2022, заключенного между ООО «Азимут» и                       ООО «Дом-Технологии», от 02.04.2022 № 1, заключенного между  ООО «Дом-Технологии» и ООО «Спарта», от 01.07.2023, заключенного между ООО «Спарта» и ФИО1, не препятствует суду произвести оценку доказательств при наличии соответствующих и мотивированных возражений стороны на предмет их достоверности, поскольку в силу части 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Поскольку представленная в материалы дела копия договора цессии от 29.03.2022 не отвечает принципам достоверности и допустимости доказательств, оспаривается                         ООО «Азимут» (первоначальным кредитором и цедентом), заявителями оригинал договора цессии от 29.03.2022 не представлен, что позволило суду апелляционной инстанции прийти к выводу о недоказанности факта переходе права требования к должнику от ООО «Азимут» к ООО «Дом-Технологии» по договору цессии                      от 29.03.2022, и к последующим кредиторам ООО «Спарта» и ФИО1 по договорам уступки права требования от 02.04.2022 и от 01.07.2023.

Довод ФИО1 о том, что он приобрел лишь право требования к должнику, основанием возникновения которого является вступившее в законную силу определение от 19.04.2019, в связи с чем необходимость передачи оригиналов первоначальных договоров цессии отсутствовала и их отсутствие не свидетельствует об отсутствии передаваемого права, отклоняется судом апелляционной инстанции ввиду несостоятельности. В данном случае,                ФИО1 (цессионарий), приобретая права требования, действуя с должной осмотрительностью, разумно и добросовестно, что предполагается обычаями гражданского оборота, должен был убедиться в действительности приобретаемого им требования и наличии у ООО «Спарта» имущественного права требования к должнику в размере 33 208 009 руб. 11 коп. Соответственно, цессионарий                  (ООО «Спарта», а впоследствии ФИО1)  должен располагать необходимыми доказательствами, подтверждающими действительность права (требования). В любом случае, в обоснование отсутствия таких доказательств им должны быть приведены разумные объяснения с указанием причин объективного характера, чего  сделано не было. Более того, договор цессии между ООО «Спарта» и ФИО1 датирован 01.07.2023, то есть уже после принятия Арбитражным судом Волго-Вятского округа резолютивной части постановления от 27.06.2023, по результатам рассмотрения кассационной жалобы ООО «Спарта» на судебный акт об отказе в процессуальном правопреемстве, соответственно ФИО1, являясь кредитором должника, обладал сведениями о судебном споре  по вопросу наличия у ООО «Спарта» спорного права требования к должнику. 

При изложенных обстоятельствах, оснований для признания требований ООО «Спарта» и ФИО1 обоснованными отсутствуют.

Вместе с тем, судом апелляционной инстанции установлено, что                         ООО «Спарта» исключено из Единого государственного реестра юридических лиц 11.07.2023 по решению регистрирующего органа.

Арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что организация, являющаяся стороной в деле, ликвидирована (пункт 5 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 статьи 49 Гражданского кодекса Российской Федерации правоспособность юридического лица возникает с момента внесения в единый государственный реестр юридических лиц сведений о его создании и прекращается в момент внесения в указанный реестр сведений о его прекращении.

Ликвидация юридического лица влечет его прекращение без перехода в порядке универсального правопреемства его прав и обязанностей к другим лицам (часть 1 статьи 61 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно части 2 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц влечет правовые последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам.

В силу части 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 6 статьи 22 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» ликвидация юридического лица считается завершенной, а юридическое лицо - прекратившим свою деятельность после внесения об этом записи в единый государственный реестр юридических лиц.

Принимая во внимание, что ООО «Спарта» 11.07.2023 исключено из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа, производство по заявлению ООО «Спрарта» подлежит прекращению в силу пункта 5 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации прекратили производство по заявлению.

В свою очередь, требования ФИО1 подлежит оставлению без удовлетворения.

Утверждения ФИО1 и ФИО12 о том, что договоры уступки права требования от 28.12.2021 с ФИО7 и от 27.01.2022 с                     ФИО2 сфальсифицированы, являются ничтожными в силу статей 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, не принимается судом апелляционной инстанции, поскольку указанные договоры цессии не являются предметом настоящего спора, в связи с чем реальность правоотношений сторон по указанным договорам не подлежит оценке в рамках настоящего спора. Указанные обстоятельства подлежат исследованию в рамках иного обособленного спора. Основанием для отказа в удовлетворении настоящих требований послужило отсутствие доказательств наличия у ООО «Дом-Технологии» имущественного права требования к должнику в размере 33 208 009 руб. 11 коп., принадлежащего первоначальному кредитору (ООО «Азимут»), и перехода данного права требования к последующим кредиторам ООО «Спарта» и ФИО1 в результате сделок уступки права требования от 02.04.2022, 01.07.2023, а не наличие договоров уступки права требования от 28.12.2021 и от 27.01.2022. 

Утверждение ФИО1 о том, что ООО «Азимут» является недействующей фирмой-однодневкой, которая не ведет финансово-хозяйственную деятельность и не пользуется банковским счетом, суд апелляционной инстанции не принимает во внимание, поскольку данное обстоятельство не имеет правового значения для рассмотрения вопроса. Требование ООО «Азимут» включено в реестр требований кредиторов должника определением от 19.04.2019, которое не отменено и не изменено.

Довод ФИО1 о необходимости критически отнестись к пояснениям ФИО2, ФИО3, а также довод ФИО5 о необходимости критически отнестись к доводам ФИО2, ФИО8, ФИО3 и ФИО9 подлежат отклонению, поскольку пояснения указанных лиц исследовались судом апелляционной инстанции наряду с другими доказательствами, представленными в материалы дела. 

При этом, поведение ФИО5, равно как наличие (отсутствие) личных отношений между ФИО5 и лицами, участвующими в споре, не подлежит оценке судом, поскольку не имеют отношения к рассматриваемому спору.

Наличие в отношении ФИО2 вступившего в законную силу обвинительного приговора Ново-Савинского районного суда города Казани от 07.12.2020 по уголовному делу № 1-22/2020, не являющегося преюдициальным для настоящего спора, а также наличие договоров уступки права требования от 28.12.2021 с ФИО7 и от 27.01.2022 с ФИО2, не являющихся предметом спора, сами по себе не свидетельствуют о необходимости относиться к показаниям названных лиц критически.

Иные доводы заявителя рассмотрены судом апелляционной инстанции и отклоняются ввиду несостоятельности.

На основании пункта 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции в части или полностью и принять по делу новый судебный акт.

В силу абзаца 2 части 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на отмену решения арбитражного суда первой инстанции указывается в постановлении, принимаемом арбитражным судом апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы.

В пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» разъяснено, что по результатам рассмотрения дела по правилам, установленным Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, арбитражный суд апелляционной инстанции согласно пункту 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выносит постановление, которым отменяет судебный акт первой инстанции с указанием обстоятельств, послуживших основаниями для отмены судебного акта (часть 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), и принимает новый судебный акт. Содержание постановления должно соответствовать требованиям, определенным статьями 170 и 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Учитывая допущенное судом при принятии определения нарушение норм процессуального права, являющееся основанием для отмены судебного акта (осуществлен переход рассмотрения заявления для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции), определение Арбитражного суда Республики Марий Эл от 08.11.2023 по делу № А38-5208/2017 подлежит отмене на основании пункта 1 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и принятию нового судебного акта об удовлетворении заявленных требований.

Подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб на определение по данной категории дел не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 269, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Марий Эл от 08.11.2023 по делу                                        № А38-5208/2017 отменить.

Отказать в удовлетворении заявления ФИО1 о процессуальном правопреемстве.

Прекратить производство по обособленному спору по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Спарта» о процессуальном правопреемстве в реестре требований кредиторов ООО «Тайгер» в отношении требований                      ООО «Азимут» в размере 33 208 009 руб. 11 коп.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Марий Эл.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

 

Председательствующий судья

О.А. Волгина

 

Судьи

 

С.Г. Кузьмина

 

Е.А. Рубис