АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6014/23 

Екатеринбург

27 сентября 2023 г.

 

Дело № А60-51601/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 20 сентября 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 сентября 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шершон Н. В.,

судей Морозова Д. Н., Столяренко Г. М.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 20.04.2023 по делу № А60-51601/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.07.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняла личное участие Кристиан Т.А.

 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 12.11.2021 ФИО2 (далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО3

Финансовый управляющий обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной цепочки сделок, совершенных между должником ФИО2 и ФИО1, между ФИО1 и ФИО4, по отчуждению шлакоблочного бокса № 45, площадью 20,9 кв.м, расположенного в ГСК «Весна» по адресу: 

<

...> (далее – гаражный бокс); применении последствий недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.04.2023, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.07.2023, заявление финансового управляющего удовлетворено. Признаны недействительными сделками договор купли-продажи от 08.05.2021, заключенный между ФИО2 и ФИО1, договор купли-продажи от 24.07.2021, заключенный между ФИО1 и ФИО4; применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО4 возвратить гаражный бокс в конкурсную массу. 

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратилась с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции от 20.04.2023 и постановление суда апелляционной инстанции от 18.07.2023 отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. ФИО1 настаивает на том, что она не является заинтересованным по отношению к должнику лицом, поскольку их брак с должником расторгнут 12.02.2013, следовательно, она, как бывшая супруга, не относиться к числу заинтересованных к должнику лиц в силу пункта 3 статьи 19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Полагает, что судами неверно применены положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не соглашаясь при этом с выводом судов о безвозмездности сделки, а также о причинении вреда имущественным интересам кредиторов. Считает, что суд апелляционной инстанции  необоснованно не принял представленное ФИО1 в качестве доказательства возмездности договора купли-продажи автомобиля письмо покупателя о том, что денежные средства ей (покупателем) были переданы лично должнику. Кроме того, по мнению кассатора, процессуальная замена судьи, рассматривающего настоящий спор в суде апелляционной инстанции, на другого судью непосредственно перед судебным заседанием, является нарушением части 2 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определение о замене судьи опубликовано на сайте суда 12.07.2023 в 15 час. 58 мин., то есть уже после того как судебное заседание состоялось.

Проверив законность обжалуемых определения Арбитражного суда Свердловской области от 20.04.2023 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.07.2023 в порядке, установленном статьями 284 - 287Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 08.05.2021 между должником ФИО2 (продавец) и его бывшей супругой ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи, по условиям которого должник передал в собственность покупателя недвижимое имущество – гаражный бокс, по цене 70 000 руб. (пункты 1.1, 2.1-2.3 договора). Переход права собственности зарегистрирован 12.05.2021. 

Впоследствии, 24.07.2021 между ФИО1 и ФИО4 заключен договор купли-продажи, на основании которого право собственности на гаражный бокс перешло к ФИО4 – матери ФИО1; цена сделки 70 000 руб. Переход права собственности зарегистрирован 27.07.2021. 

Финансовый управляющий ФИО3, оспаривая вышеуказанные договоры, указал, что они представляют собой единую взаимосвязанную сделку, направленную на безвозмездное отчуждение ликвидного имущества должника, отвечающую признакам недействительности сделки по основанию статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Удовлетворяя заявленные требования, суды исходили из следующего.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Закона о банкротстве (статья 61.1 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо совершена при наличии одного из иных указанных в данном пункте условий. Предполагается также, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и/или увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Кроме того, гражданский кодекс исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также притворных сделок, то есть сделок, совершенных с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

При рассмотрении настоящего спора суды первой и апелляционной инстанций установили, что заявление о признании должника ФИО2 банкротом принято к производству определением арбитражного суда от 08.10.2021, оспариваемые договоры совершены 08.05.2021 и 24.07.2021, то есть в пределах периодов подозрительности, предусмотренных пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судами установлено, что на дату совершения оспариваемых сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности, поскольку у него имелись просрочки исполнения кредитных обязательств, в частности, перед акционерным обществом «Райффайзенбанк», имелись неисполненные обязательства по кредитному договору перед акционерным обществом «Тинькофф Банк», непогашенная задолженность по коммунальным платежам, плате за обслуживание жилья и взносам в региональный фонд капитального ремонта многоквартирных домов, что следует из заявления самого должника о собственном банкротстве, а также данных реестра требований кредиторов.

Судами также установлено, что ФИО1 является бывшей супругой должника, ФИО4 – матерью ФИО1

Исследовав вопрос о возмездности сделок, суды заключили, что взамен отчужденного объекта недвижимости должник не получил какого-либо встречного предоставления. Доказательств получения должником оплаты по договору в соответствии с его условиями в материалы дела не представлено.

Ответчики в обоснование возмездности сделок сослались на то, что гаражный бокс изначально был приобретен должником на денежные средства ФИО1, которые она выручила от реализации автомобиля Пежо 307 (2003 года выпуска) и передала должнику. 

Судами при исследовании материалов спора установлено, что 10.04.2019  должник со своего счета перевел (перевод с карты на карту) продавцу гаража ФИО5 денежную сумму 122 000 руб. Судом также установлено, что в соответствии с представленными документами должник в анализируемый период (2018-2019 годы) осуществлял трудовую деятельность в Эксплуатационном локомотивном депо Смычка – СП Свердловской Дирекции тяги – СП Дирекции тяги – филиала ОАО «РЖД» и получал регулярный доход в виде заработной платы, позволяющий аккумулировать необходимую сумму, что подтверждает пояснения должника о том, что спорный гараж был приобретен им за счет собственных доходов (накоплений с заработной платы). 

Документального подтверждения передачи ФИО1 денежных средств должнику (в наличной либо безналичной форме), осуществления зачета встречных требований, ответчиками не представлено. Как заключено судами, в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства, на основании которых можно было бы прийти к выводу о том, что на покупку гаража были использованы денежные средства, вырученные ФИО1 от продажи автомобиля Пежо 307. При этом судами отмечено, что указанный автомобиль ранее, 01.02.2016, был продан должником бывшей супруге ФИО1 по договору купли-продажи за 100 000 руб., при этом доказательств передачи денег в уплату за автомобиль также не представлено.

Судами установлено, что далее, после перехода к ФИО1 права собственности на гаражный бокс последняя оперативно произвела его последующее отчуждение в пользу своей матери ФИО4 по цене 70 000 руб., однако доказательств оплаты по договору купли-продажи от 24.07.2021 не имеется. Целесообразность и необходимость приобретения ФИО4 гаражного бокса у своей дочери ответчиками не раскрыты, равным образом не раскрыта финансовая возможность ФИО4 в совершении покупки объекта недвижимости. Ссылки на наличие между ФИО1 и ФИО4 неких заемных отношений ничем не подтверждены.

Совокупность установленных по спору обстоятельств позволила судам первой и апелляционной инстанций заключить о наличии в рассматриваемом случае осознаваемой и преследуемой всеми участниками сделок цели, направленной на вывод ликвидного имущества из имущественной сферы должника и причинение тем самым вреда имущественным правам иных кредиторов, и достижение данной цели, поскольку в результате совершения последовательных сделок из собственности должника выбыло имущество без какой-либо оплаты за него или иного встречного предоставления, а кредиторы утратили возможность получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. В связи с этим суды обоснованно констатировали наличие необходимых условий для признания оспариваемых сделок недействительными по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также правильно применили последствия недействительности договоров купли-продажи от 08.05.2021 и 24.07.2021 в виде обязания ФИО4 возвратить гаражный бокс в конкурсную массу ФИО2

По результатам рассмотрения кассационной жалобы ФИО1, изучения материалов дела, суд округа считает, что судами первой и апелляционной инстанций все приведенные сторонами рассматриваемого спора доводы и доказательства исследованы и оценены, обстоятельства, имеющие существенное значение для его правильного разрешения, определены верно, нормы законодательства о банкротстве, регулирующие институт конкурсного оспаривания сделок, применены судами обеих инстанций правильно, выводы судов о применении нормы права соответствуют установленным ими обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта, не допущено.

Довод заявителя кассационной жалобы о том, что она не является заинтересованным по отношению к должнику лицом, поскольку их брак с должником расторгнут 12.02.2013, следовательно, она, как бывшая супруга, не относится к числу заинтересованных к должнику лиц в силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве, судом округа отклоняется.

Так, делая вывод об аффилированности сторон сделок, суды установили, что брак супругов ФИО6 расторгнут 12.02.2013. Вместе с тем, судами установлено, что у ФИО2 и ФИО1 имеется совместный несовершеннолетний ребенок, более того, учтены пояснения ответчиков ФИО1, ФИО4, а также самого должника, что с 2018 года должник и ФИО1 вновь проживали вместе, вели совместное хозяйство.

При этом согласно сложившейся на уровне Верховного Суда Российской Федерации устойчивой практике, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической, но и фактической, без наличия формально-юридических связей между лицами (в частности, зарегистрированного брака), что  верно учтено судами при анализе установленных по спору обстоятельств.

Доводы ответчика ФИО1 о том, что гаражный бокс в ее пользу  отчужден возмездно в счет возврата ранее предоставленных ею должнику денежных средств, являлись предметом изучения судов обеих инстанций, которые по результатам исследования и оценки приведенных сторонами аргументов и представленных ими доказательств признали обозначенные обстоятельства недоказанными и не усмотрели оснований для вывода о возмездности сделки. По сути, данные доводы кассатора выражают ее несогласие с выводами судов о фактических обстоятельствах спора, основанными на расхожей с ней оценке доказательственной базы по спору. Вместе с тем, переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Довод ответчика ФИО1 о том, что суд апелляционной инстанции  необоснованно не принял представленное ею письмо покупателя автомобиля Пежо 307 о том, что денежные средства были переданы покупателем лично должнику, также отклоняется за необоснованностью.

Как разъяснено в пункте 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», поскольку арбитражный суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по независящим от него уважительным причинам.

К числу уважительных причин, в частности, относятся: необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании дополнительных доказательств, о назначении экспертизы; наличие в материалах дела протокола, аудиозаписи судебного заседания, оспариваемых лицом, участвующим в деле, в части отсутствия в них сведений о ходатайствах или об иных заявлениях, касающихся оценки доказательств.

Признание доказательства относимым и допустимым само по себе не является основанием для его принятия арбитражным судом апелляционной инстанции.

Отклоняя ходатайство ФИО1 о принятии дополнительных доказательств, суд апелляционной инстанции учел продолжительность рассмотрения спора в суде первой инстанции - 10 месяцев, личное активное участие ответчика ФИО1 в судебном разбирательстве, отсутствие со стороны заявителя обоснований объективной невозможности представить все необходимые доказательства по делу на стадии его рассмотрения в суде первой инстанции, в том числе заблаговременно обратиться к покупателю автомобиля за соответствующими пояснениями. Оснований полагать, что апелляционным судом допущены нарушения положений статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд округа не усматривает.

Доводы кассатора о процессуальном нарушении со стороны суда апелляционной инстанции, выразившимся в осуществлении за день до судебного заседания замены судьи по делу, судом округа также отклоняются. 

Положения статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусматривают возможность замены судьи в случаях заявленного и удовлетворенного самоотвода или отвода судьи, либо длительного отсутствия судьи, арбитражного заседателя ввиду болезни, отпуска, пребывания на учебе, нахождения в служебной командировке. Поскольку арбитражное процессуальное законодательство не устанавливает каких-либо ограничительных сроков для замены судьи, предусматривая в качестве гарантии прав и законных интересов участников процесса лишь правило о том, что в случае замены судьи в процессе рассмотрения дела судебное разбирательство должно быть произведено с самого начала; в данном случае замена судьи произведена за день до судебного заседания, о чем вынесено соответствующее определение, и оснований полагать, что правило части 5 статьи 18 названного Кодекса в данном случае не соблюдено, не имеется, суд округа полагает, что приведенный довод не может быть положен в основание отмены постановления суда. Публикация текста судебного акта на следующий день является технической особенностью программы и не свидетельствует о допущенном судом процессуальном нарушении. 

Материалы дела и доводы кассатора не содержат доказательств, позволяющих поставить под сомнение объективность, независимость и беспристрастность состава суда.

Таким образом, учитывая, что нарушений норм материального и/или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не выявлено, определение Арбитражного суда Свердловской области от 20.04.2023 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.07.2023  являются законными и обоснованными и отмене по приведенным кассатором доводам не подлежат.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 20.04.2023 по делу № А60-51601/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.07.2023 по тому же делу у оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       Н.В. Шершон 

 

Судьи                                                                                    Д.Н. Морозов 

 

                                                                                              Г.М. Столяренко