ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8(87934) 6-09-16, факс: 8(87934) 6-09-14

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А63-5505/2020

г. Ессентуки

28 декабря 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 26 декабря 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 28 декабря 2022 года. 

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Бейтуганова З.А., судей: Белова Д.А., Джамбулатова С.И., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании представителя конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ТехноСтавПрицеп» ФИО2 – ФИО3 (по доверенности), ФИО4 (лично) и его представителя ФИО5 (доверенность от 15.12.2022) (до перерыва),  ФИО6 (лично), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ТехноСтавПрицеп» ФИО2 на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 26.09.2022 по делу № А63-5505/2020, принятое по заявлению конкурсного управляющего должником о признании сделки должника недействительной и применении последствий недействительности сделки, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ТехноСтавПрицеп» (ОГРН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

руководитель ООО «ТехноСтавПрицеп» в порядке статьи 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» обратился в суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом). 

Определением суда от 21.04.2020 указанное заявление принято, возбуждено производство по делу № А63-5505/2020 о несостоятельности (банкротстве) ООО «ТехноСтавПрицеп». 

Определением суда от 11.05.2021 (резолютивная часть определения оглашена 26.04.2020) процедура наблюдения в отношении ООО «ТехноСтавПрицеп» прекращена, в отношении должника введена процедура внешнего управления, внешним управляющим утвержден ФИО2. 

Решением Арбитражного суда Ставропольского края от 11.05.2021 (резолютивная часть объявлена 26.04.2021) общество с ограниченной ответственностью «ТехноСтавПрицеп» признано несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства, арбитражным управляющим утвержден ФИО2.

Сведения о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликованы арбитражным управляющим в порядке, установленном статьей 28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в периодическом издании – газете «Коммерсантъ» №81(7043) от 15.05.2021. 

04 августа 2021 года конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Ставропольского края с заявлением о признании недействительным договора залога движимого имущества № 1 от 29.09.2020, заключенного между ООО «ТехноСтавПрицеп» и ФИО6.

Определением от 26.10.2021 суд привлек ПАО КБ «Центр Инвест» в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора. 

Определением суда от 12.04.2022 судом принято уточнение требований, согласно которым конкурсный управляющий просил суд признать недействительным договор залога движимого имущества № 1 от 29.09.2020, заключенный между ООО «ТехноСтавПрицеп» и ФИО6; признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства Toyota Land Cruiser 150 (Prado), 2018 года выпуска, Vin JTEBR3FJ30K091555, заключенный между ФИО6 и ФИО4 и применить последствий недействительности сделки в виде обязания ФИО4 вернуть в конкурсную массу ООО «ТехноСтавПрицеп» спорный автомобиль.

10 июня 2022 года из Промышленного районного суда предано по подсудности дело по заявлению ФИО4 о признании его добросовестным приобретателем автомобиля марки Toyota Land Cruiser 150 (Prado), 2018 года выпуска. 

Определением суда от 17.06.2022 суд назначил рассмотрение ФИО7 о признании его добросовестным приобретателем в судебное заседание для совместного рассмотрения с обособленным спором по заявлению конкурсного управляющего о признании недействительным договора залога движимого имущества № 1 от 29.09.2020, заключенного между ООО «ТехноСтавПрицеп» и ФИО6, о признании недействительным договор купли-продажи транспортного средства Toyota Land Cruiser 150 (Prado), 2018 года выпуска, заключенного между ФИО6 и ФИО4 

От ФИО4 поступили дополнения к заявлению о признании добросовестным приобретателем и ходатайство, согласно которому он просил суд исковое заявление о признании его добросовестным приобретателем транспортного средства марки Toyota Land Cruiser 150 (Prado), 2018 года выпуска, Vin JTEBR3FJ30K091555, переданное по подсудности из Промышленного районного суда города Ставрополя, рассматривать в качестве дополнений к возражениям, изложенным в ранее направленном отзыве на заявление, и приобщенному к материалам настоящего обособленного спора. 

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 26.09.2022 в удовлетворении заявленных требований отказано. Судебный акт мотивирован тем, что оснований для признания сделки недействительной не имеется.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «ТехноСтавПрицеп» обратился в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт. Апеллянт ссылается на то, что суд не учел, что спорная сделка заключена без одобрения управляющего, следовательно, сделка является ничтожной. Кроме того, в результате заключения оспариваемой сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, должник отвечал признакам неплатежеспособности. Также ответчик не является добросовестным приобретателем, поскольку не проявил достаточную степень добросовестности по установлению факта законности владения спорными объектами третьим лицом.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ТехноСтавПрицеп» ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

ФИО4 и ФИО6 возражали против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, просили определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем, на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена 22.11.2022 в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации был объявлен перерыв до 26.12.2022. Соответствующая информация размещена на официальном интернет-портале Федеральных арбитражных судов в разделе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru/).

После объявленного перерыва в судебном заседании представитель конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ТехноСтавПрицеп» ФИО2 поддерживает доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

ФИО4 и ФИО6 возражали против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, просили определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва, заслушав представителей лиц, участвующих в настоящем обособленном споре, и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Ставропольского края от 26.09.2022 по делу № А63-5505/2020 подлежит отмене, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ОООО «Ресо-Лизинг» (лизингодатель) и ООО «ТехноСтавПрицеп» заключен договор лизинга от 17.05.2018 № 1869СТ-ТСП/01/2018, по условиям которого общество приобрело у лизинговой компании автомобиль Toyota Land Cruiser 150 (Prado), 2018 года выпуска по цене 2 895 000 рублей. 

В соответствии с пунктом 2.1 договора имущество передается лизингополучателю во временное владение и пользование (лизинг) на срок до 31.05.2021. 

По условиям договора лизинга имущество передается в собственность лизингополучателя по истечении срока действия договора или до его истечения при условии выполнения лизингополучателем всех обязательств перед лизингодателем, предусмотренных договором. 

Согласно пункту 9.2 приложения к договору лизинга (условия договора) лизингодатель вправе в одностороннем порядке расторгнуть договор, в том числе, в случае возбуждения в отношении лизингополучателя в суде дела о несостоятельности (банкротстве), ухудшения его финансового положения. Договор считается расторгнутым по истечении 10 дней с момента получения уведомления стороной о расторжении договора. 

Получив информацию о введении в отношении общества процедуры наблюдения, ООО «Ресо-Гарантия», руководствуясь указанными выше положениями договора, направило ООО «ТехноСтавПрицеп» уведомление о расторжении договора от 15.06.2020, в котором предложило исполнить один из предложенных вариантов закрытия лизинговой сделки: доставить имущество на место, предварительно согласованное с сотрудниками лизингодателя и передать его по акту приема-передачи или произвести выкуп имущества путем уплаты лизингодателю суммы закрытия лизинговых платежей в общей сумме (с учетом аванса) - 630 955 рублей и получить имущество в собственность. 

На основании указанного выше уведомления о расторжении договора, 25.09.2020 ООО «Ресо-Лизинг» составили акт изъятия автомобиля Toyota Land Cruiser 150 (Prado), 2018 года. 

22 сентября 2020 года между ООО «ТехноСтавПрицеп» и ФИО6 заключен договор займа денежных средств на сумму 635 050 рублей, которые должником направлены на погашение суммы закрытия платежа по уведомлению о расторжении договора лизинга. 

В обеспечение исполнения обязательств по договору займа от 22.09.2020 № 1, между должником и ФИО6 заключен договор залога автомобиля Toyota Land Cruiser 150 (Prado), 2018 года. 

В связи с погашением обязательств по договору лизинга, между ООО «Ресо-Лизинг» и ООО «ТехноСтавПрицеп» № 1869СТ-ТСП/01/2020 от 29.09.2020 заключен договор купли-продажи автомобиля Toyota Land Cruiser 150 (Prado), 2018 года. 

23 октября 2020 года по акту приема передачи предмета залога спорный автомобиль передан должником ФИО6, вместе с оригиналом ПТС.

Полагая, что договор залога является мнимой сделкой, в нарушение положений части 2 статьи 64 Закона о банкротстве не было получено одобрение временного управляющего, сделка совершена при наличии признаков злоупотребления правом, с причинением вреда имущественным правам кредиторов, ссылаясь на положения статей 10, 168, 170 ГК РФ, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением об оспаривании договора залога транспортного средства и последующего договора купли-продажи автомобиля.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции не учел следующего.

Частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) установлено, что дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Материалами дела подтверждается, что оспариваемая сделка совершена 29.09.2020, определением суда от 18.05.2020 (дата объявления резолютивной части) в отношении должника введена процедура наблюдения, следовательно, спорный договор совершен после введения в отношения должника процедуры наблюдения.

Согласно разъяснениям Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенным в пункте "д" Информационного письма от 14.04.2009 № 129 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами положений абзаца второго пункта 1 статьи 66 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", предусмотренные пунктом 2 статьи 64 Закона о банкротстве сделки, которые были совершены органами управления должника без согласия временного управляющего, являются оспоримыми.

В силу пункта 2 статьи 64 Закона о банкротстве органы управления должника могут совершать исключительно с согласия временного управляющего, выраженного в письменной форме, за исключением случаев прямо предусмотренных настоящим Законом сделки или несколько взаимосвязанных между собой сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения прямо либо косвенно имущества должника, балансовая стоимость которого составляет более пяти процентов балансовой стоимости активов должника на дату введения наблюдения.

При этом в соответствии с абзацем 3 пункта 2 статьи 64 Закона о банкротстве сделки, связанные с получением и выдачей займов (кредитов), выдачей поручительств и гарантий, уступкой прав требования, переводом долга, а также с утверждением доверительного управления имуществом должника, органы управления должника в процедуре наблюдения могут совершать исключительно с согласия временного управляющего, выраженного в письменной форме.

С учетом изложенного, ввиду того, что договор залога заключен в обеспечение исполнения обязательств по договору займа от 22.09.2020 № 1, указанный договор подлежал согласованию с временным управляющим.

Таким образом, для признания оспоримой сделки на основании ст. 64 Закона о банкротстве необходимо установить наличие письменного согласия временного управляющего, выраженного в письменной форме.

В нарушение указанной нормы Закона о банкротстве согласия временного управляющего в письменной форме на совершение перечисленных выше сделок получено не было (доказательств обратного не предоставлено).

В соответствии с п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу статьи 174.1. Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная с нарушением запрета или ограничения распоряжения имуществом, вытекающих из закона, в частности из законодательства о несостоятельности (банкротстве), ничтожна в той части, в какой она предусматривает распоряжение таким имуществом (статья 180).

Учитывая изложенное, совершенные сделки ввиду отсутствия согласия на их совершение временного управляющего являются ничтожными по причине не соответствия их требованиям законодательства - пункту 2 статьи 64 Закона о банкротстве.

Кроме того, имеются основания для признания спорной сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно положениям ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление Пленума № 63) указано, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в том числе, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: 

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; 

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с пунктом 6 Постановления № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

То, что на момент совершения сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества следует из определения Арбитражного суда города Ставропольского края от 21.05.2020 (резолютивная часть от 18.05.2020), которым в отношении должника введена процедура наблюдения. 

Согласно указанного определения кредиторская задолженность ООО «ТехноСтавПрицеп» составляет 174 596 527,36 рубля перед: АО «Агентство инвестиционного развития» в размере 54 078 423,84 руб. по инвестиционному соглашению № 3 от 27.11.2018; ООО Рынок «Московский» в размере 45503,07 руб. по договору аренды от 02.04.2019 № 04/2019-1; ООО «Нацлизинг» в размере 11672717,58 руб. по договору купли-продажи оборудования от 16.05.2019 № НЛК/КРД-09629/КП, по договорам финансовой аренды (лизинга): оборудования № НЛК/ГДК-06575/ДЛ от 26.04.2017, № НЛК/КРД-07567/ДЛ от 06.04.2018; № НЛГ/ГДК-06492/ДЛ от 16.03.2017; ФКУ ИК-1 УФСИН России по Ставропольскому краю в размере 2 738 046,39 рубля по договору подряда № 4 от 21.01.2019; ООО «ЮгТехЦентр» в размере 1 450 000 рублей по договору № 146 от 20.08.2019; ФКУ ИК-2 УФСИН России по Ставропольскому краю в размере 1 811 913,82 рубля по договорам подряда от 30.01.2019 № 1 и от 13.05.2019 № 78; ООО «Крым Тайм» в размере 572 933,56 рубля ввиду неосновательного обогащения путем ошибочного перечисления денежных средств по платежным поручениям от 22.08.2018 №142 и № 143; ООО «ТехноСтавПрицеп» в размере 1 735 013,73 рубля перед предпринимателем ФИО8 по договорам поставки № 092 от 17.12.2018 и № 095 от 09.01.2019; Межрайонной ИФНС № 12 по Ставропольскому краю составляет 1 800 000 рублей ООО «Ставприцеп-Инвест» в размере 98 691 975, 37 рубля ввиду ненадлежащего исполнения обязательств по оплате за поставленный товар - комплектующие к транспортным средствам.

Указанное свидетельствует о наличии у должника на дату заключения договора признаков неплатежеспособности.

Согласно пункту 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником, а также лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В соответствии со статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» аффилированные лица - это физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.

В соответствии с пунктом 2 статьи 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также:

-руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника;

-лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи;

-лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что ФИО6 являлся заместителем директора по АХЧ должника, что подтверждено личной карточкой работника. Кроме того, согласно приказов о выполнении дополнительной работы в связи с совмещением должностей № 1 от 31.03.2021, № 2 от 16.04.2021, ФИО6 временно назначался на должность директора должника.

Указанное свидетельствует о наличии признаков аффилированности между ответчиком и должником.

Кроме того, согласно объяснений ФИО9 от 16.09.2022 данных оперуполномоченному ОУР ОП № 1 Управления МВД России по г. Ставрополю старшего лейтенанту полиции ФИО10, фактическим руководителем должника являлся ФИО6, а после его ареста фактическое руководство должником осуществляли его близкие родственники.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об осведомленности ответчика относительно финансового положения должника, что очевидно свидетельствует о направленности сделки на причинение вреда имущественным интересам кредиторов.

Вышеуказанные обстоятельства очевидно свидетельствуют о том, что должник не руководствовался интересами своих кредиторов и преследовал цель вывода ликвидного имущества. В силу чего, в действиях ответчика в рассматриваемом случае отсутствуют признаки добросовестности и усматривается цель причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Кроме того, проанализировав бухгалтерские документы, суд не установил факт поступления денежных средств от ФИО6 по договору займа на счет предприятия. Доказательств выдачи займа в наличной форме также не представлено, факт получения займа не отражен в бухгалтерской документации должника. Доказательств обратного в настоящий обособленный спор не представлено.

Ссылка на то, что спорные денежные средства были перечислены напрямую в лизинговую компанию, судом не принимается, поскольку в данном случае договор займа заключен между должником и ответчиком, следовательно, денежные средства подлежали поступлению на счет должника. Также суд исходит из того, что договор займа не содержит положений, возлагающих на ответчика обязанность в счет выдачи займа перечислить денежные средства лизинговой компании.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что спорный договор залога являлся безвозмездным.

Также суд исходит из того, что между ООО «ТехноСтавПрицеп» и ФИО6 заключен договор займа денежных средств на сумму 635 050 рублей. В обеспечение исполнения обязательств по договору займа от 22.09.2020 № 1, между должником и ФИО6 заключен договор залога автомобиля Toyota Land Cruiser 150 (Prado), 2018 года.

В связи с неисполнением обязательств по возврату займа, 23 октября 2020 года по акту приема передачи предмета залога спорный автомобиль передан должником ФИО6, вместе с оригиналом ПТС. Следовательно, спорный автомобиль отчужден ответчику по стоимости 635 050 рублей.

При этом, из материалов дела следует, что ответчиком спорный автомобиль сдан в автосалон «Автомир», который оценил его и в последующем реализовал его ФИО4 за 3 450 000 руб.

Таким образом, реальная стоимость транспортного средства составляет 3 450 000 руб., в то время как ответчик получил спорное транспортное средство по договору залога за 635 050 рублей. С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что спорное транспортное средство отчуждено по существенно заниженной стоимости, а следовательно, конкурсная масса должника недополучила денежные средства от реализации спорного транспортного средства.

При таких обстоятельствах, в результате совершения указанной сделки, имущественным правам кредиторов причинен вред, поскольку из владения должника, обладающего признаками неплатежеспособности в пользу аффилированного лица, по заниженной стоимости и при отсутствии доказательства встречного предоставления выбыл ликвидный актив, что привело к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований за счет денежных средств, полученных от его реализации.

Исследовав представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции исходит из того, что  оспариваемая сделка является безвозмездной; совершена при наличии у должника признаков неплатежеспособности и между заинтересованными лицами; на основании оспариваемой сделки из собственности должника выбыл ликвидный актив; при заключении сделки преследовалась цель - вывод имущества должника с целью избежать обращения взыскания на имущество по долгам должника.

Таким образом, установлена совокупность условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно, сделка была совершена при наличии у должника признаков неплатёжеспособности с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника, в связи с чем, суд приходит к выводу о признании договора залога движимого имущества № 1 от 29.09.2020 недействительным.

Кроме того, суд также исходит из наличия оснований для признания оспариваемой сделки недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно рекомендациям, изложенным в пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», если при заключении договора стороной было допущено злоупотребление правом, данная сделка признается судом недействительной на основании пункта 2 статьи 10 и статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В целях реализации указанного выше правового принципа абзацем 1 пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. В частности злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Закон не предоставляет судебную защиту лицу, действия которого направлены на извлечение преимущества из своего недобросовестного поведения (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Формальное соблюдение требований законодательства не является достаточным основанием для вывода об отсутствии в действиях лица злоупотребления своими правами.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Применительно к настоящему спору для установления факта недействительности сделки на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) обеих сторон оспариваемой сделки, а также то обстоятельство, что обе стороны сделки действовали исключительно с намерением причинить вред должнику и его кредиторам, а не в соответствии с обычно применяемыми правилами.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (часть 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (часть 3 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (часть 5 статьи 166 ГК РФ).

Если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.07.2011 № 3990/11 по делу № А10-1176/2010 указано, что заключение должником сделки, направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности имеющей своей явной целью уменьшение активов должника, путем отчуждения принадлежащего ему ликвидного имущества заинтересованному лицу, является злоупотреблением гражданскими правами (часть 1 статьи 10 Гражданского Кодекса Российской Федерации).

Так из материалов дела следует, что сделка заключена между заинтересованными лицами в период неплатежеспособности должника, доказательств оплаты по договору не представлено.

При таких обстоятельствах, поскольку цель причинения вреда имущественным правам кредиторов подтверждена, так как на момент совершения сделки должник обладал признаками неплатежеспособности, и сделка была совершена безвозмездно в отношении заинтересованного лица, то имеются основания для признания договора залога движимого имущества № 1 от 29.09.2020 недействительным на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В свою очередь, рассматривая требования управляющего о признании договора купли-продажи от 01.04.2021 недействительным и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ФИО4 транспортного средства, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021, при отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок возможна ситуация, когда создается лишь видимость вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзия последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по выводу активов во избежание обращения взыскания со стороны кредиторов. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем бенефициара данной сделки, он принимает решения относительно данного имущества. Таким образом, цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица. Такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Следовательно, существенное значение для правильного рассмотрения данного обособленного спора, исходя из заявленных оснований оспаривания, имеют обстоятельства, касающиеся установления наличия (отсутствия) факта притворности последовательных сделок купли-продажи, реальности передачи фактического контроля над объектами недвижимости конечному покупателю, для чего необходимо определить намерения сторон: соответствовала ли их воля волеизъявлению, выраженному во вне посредством оформления документов, формально свидетельствующих о совершении не одной, а нескольких сделок.

Так управляющий ссылается на то, что договоры залога движимого имущества                      № 1 от 29.09.2020 и договор купли-продажи от 01.04.2021,  заключенный между ФИО6 и ФИО4 являются взаимозависимыми. Вместе с тем, с указанным выводом согласиться нельзя, поскольку стороны указанных сделок не являются аффилированными лицами.

Договор купли-продажи от 01.04.2021 является реальным, поскольку спорное транспортное средство используется ФИО4 по назначению, также ответчик несет бремя содержания спорного имущества, страховые платежи, штрафы.

В качестве доказательств несения расходов на содержание спорного транспортного средства в материалы дела представлен страховой полис от 02.04.2022, согласно которому страхователем спорного транспортного средства является ФИО4, лицами, допущенными к управлению транспортным средством являются: ФИО4 и ФИО11

Кроме того, из материалов дела следует, что ФИО4 приобрел автомобиль в автосалоне «Автомир», по объявлению о продаже автомобиля Toyota Land Cruiser 150 (Prado), 2018 года, стоимостью 3 450 000 рублей (том 3, л.д. 63), с привлечением денежных средств, вырученных от продажи собственного автомобиля и кредитных средств банка ПАО КБ «Центр-Инвест», что подтверждается кредитным договором № 

<

***> от 31.03.2021. Кроме того, во исполнение обязательств по кредитному договору ответчиком заключен договор залога автотранспортного средства № 

<

***>-13 от 09.04.2021.

Также на момент приобретения спорного транспортного средства обременений в отношении автомобиля не имелось.

Кроме того, стоимость транспортного средства определена автосалоном «Автомир» с учетом проведенной оценкой, следовательно, стоимость, по которой имущество отчуждено, является реальной. Доказательств обратного не представлено, оценка на дату отчуждения имущества не проводилась.

Таким образом, поскольку спорное имущество отчуждено ФИО4 по рыночной стоимости, сделка является возмездной, имущество приобретено с привлечением кредитных средств и средств, вырученных от продажи ранее имеющегося автомобиля, стороны договора не являются заинтересованными лицами, имущество используется по назначению покупателем, то суд приходит к выводу о том, что договоры залога движимого имущества № 1 от 29.09.2020 и договор купли-продажи от 01.04.2021 не являются взаимозависимыми. Так с учетом имеющихся в материалах дела доказательств ФИО4 в силу положений статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации является добросовестным приобретателем.

Следовательно, оснований для признания договора купли-продажи от 01.04.2021 недействительным не имеется. Доказательств обратного материалы дела не содержат.

В связи с чем, в удовлетворении требований управляющего в указанной части подлежит отказать.

Пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой подлежит возврату в конкурсную массу.

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Учитывая, что спорное имущество реализовано ответчиком – ФИО6 добросовестному приобретателю – ФИО4, то в качестве последствия признания сделки недействительной надлежит взыскать с ФИО6 в конкурсную массу должника стоимость транспортного средства, определенной договором купли-продажи от 01.04.2021, в размере 3 450 000 руб.

Применяя последствия недействительной сделки в виде возврата в конкурсную массу стоимости имущества, которая определена соглашением сторон, суд апелляционной инстанции исходит из того, что в материалах дела отсутствуют относимые, допустимые и достоверные доказательства, свидетельствующие об иной стоимости транспортного средства.

Поскольку конкурсный управляющий и иные заинтересованные лица не представили доказательства занижения цены сделки; не заявили в ходе рассмотрения спора в суде апелляционной инстанции мотивированное ходатайство о назначении судебной экспертизы, не заявили о готовности финансировать расходы на проведение экспертизы, тем самым приняли на себя соответствующие риски (статья 9 АПК РФ), суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что в качестве последствия недействительной сделки в конкурсную массу должника подлежат взысканию денежные средства в размере стоимости имущества, определенного соглашением сторон в договоре купли-продажи от 01.04.2021 в размере 3 450 000 руб.

При этом, апелляционный суд отмечает, что в случае наличия доказательств предоставления ФИО6 займа по договору и при отсутствии доказательств возврата должником заемных средств, ФИО6 не лишен возможности обратиться к должнику с соответствующим требованием.

В соответствии с пунктами 3 и 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для изменения или отмены решения арбитражного суда первой инстанции являются нарушение или неправильное применение норм материального и процессуального права; несоответствие выводов, изложенных в судебном акте, обстоятельствам дела.

Поскольку суд первой инстанции неправильно применил нормы материального права и пришел к выводам, не соответствующим фактическим обстоятельствам дела, определение суда от 26.09.2022 подлежит отмене.

В связи с отменой обжалованного судебного акта, суд апелляционной инстанции в соответствии с полномочиями, предусмотренными пунктом 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимает новый судебный акт о частичном удовлетворении заявления о признании сделки недействительной.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и являющихся безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

В абзаце четвертом пункта 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что заявление об оспаривании сделки по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве уплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины по обособленному спору подлежат отнесению на стороны.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 26.09.2022 по делу № А63-5505/2020 отменить.

Принять новый судебный акт.

Заявление конкурсного управляющего ФИО2 о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности удовлетворить частично.

Признать недействительной сделкой договор залога движимого имущества № 1 от 29.09.2020, заключенный между ООО «ТехноСтавПрицеп» и ФИО6.

Применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО6 денежных средств в размере 3 450 000 рублей в конкурсную массу должника - общества с ограниченной ответственностью «ТехноСтавПрицеп».

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительной сделкой договора купли-продажи от 01.04.2021 транспортного средства - Toyota Land Cruiser 150 (Prado), 2018 года выпуска, Vin JTEBR3FJ30K091555, заключенный между ФИО6 и ФИО4 отказать.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего о применении последствия недействительности сделки в виде возврата транспортного средства марки (модели) Toyota Land Cruiser 150 (Prado), 2018 года выпуска, Vin JTEBR3FJ30K091555 в конкурсную массу должника отказать.

Взыскать с ФИО6 в доход федерального бюджета 6 000 рублей государственной пошлины за рассмотрение заявления и 3 000 руб. государственной пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

З.А. Бейтуганов

 

Судьи

Д.А. Белов

С.И. Джамбулатов