СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, 

<

...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-9619/2020(11,12)-АК

Дело № А50-16494/2019

03 июля 2025 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 23 июня 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено  03 июля 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Плаховой Т. Ю.,

судей                               Темерешевой С.В., Чепурченко О.Н.,

при ведении протокола судебного заседания (до и после перерыва) секретарем Шмидт К.А.,

при участии до перерыва:

от конкурсного управляющего ФИО1 – ФИО2, доверенность от 01.07.2022, паспорт,

после перерыва:

конкурсный управляющий ФИО1 (лично), паспорт, его представитель – ФИО2, доверенность от 01.07.2022, паспорт,

от ответчика ФИО3 – ФИО4, доверенность от 10.06.2020, паспорт, 

от иных лиц, участвующих в деле – не явились,

(лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда), 

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы ответчика ФИО3 и конкурсного управляющего ФИО1

на определение Арбитражного суда Пермского края 

от 27 августа 2024 года

о результатах рассмотрения заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО3, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ООО «Дорожная строительная компания» (ИНН 

<

***>) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

вынесенное в рамках дела № А50-16494/2019

о признании ООО «Компания П.Р.З.К. – Автобанстрой» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

третье лицо: ООО «Компания ПРЗК» в лице конкурсного управляющего ФИО8,

установил:

определением Арбитражного суда Пермского края от 31.07.2019 заявление ООО «Грузовой порт» признано обоснованным, в отношении ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» введена процедура наблюдения. 

Решением от 28.01.2020 вышеназванный должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО9. 

Определением от 27.02.2020 конкурсным управляющим ООО «Компания П.Р.З.К. – Автобанстрой» утвержден ФИО1. 

27.02.2020 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении солидарно ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением от 16.10.2020 производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности приостановлено до окончания рассмотрения заявлений о признании сделок недействительными в рамках дела № А50-16494/2019. 

Определением суда от 24.11.2023 произведена замена судьи Устюговой Т.Н. на судью Коновалову К.А.

Определением от 06.12.2023 возобновлено производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности. 

Определением суда от 19.02.2024 к участию в рассмотрении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в качестве соответчика привлечено ООО «Дорожная строительная компания».

Определением суда от 27.03.2024 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Компания ПРЗК» в лице конкурсного управляющего ФИО8. 

С учетом последних принятых судом уточнений, конкурсный управляющий просит признать доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Дорожная строительная компания», ФИО3, ФИО5, ФИО6, ФИО7, взыскать солидарно с ООО «Дорожная строительная компания», ФИО3, ФИО5, ФИО6, ФИО7 66 273 687,60 руб. 

При этом конкурсный управляющий указано, что при определении размера ответственности он исходит из следующего:

ФИО3 и ООО «Дорожная строительная компания» подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Компания П.Р.З.К. – Автобанстрой» по основаниям, предусмотренным ст. 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве» (далее - Закон о банкротстве) (своевременно не подано заявление о признании должника несостоятельным (банкротом)), в размере 32 742 586,19 руб. солидарно. 

В случае привлечения ФИО3 и ООО «ДСК» к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным ст. 61.12 Закона о банкротстве, ФИО3, ООО «ДСК», ФИО5, ФИО7, ФИО6 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Компания П.Р.З.К. – Автобанстрой» по основаниям, предусмотренным ст. 61.11 Закона о банкротстве (искажение бухгалтерской документации, неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему документов; совершены действия, причинившие существенный вред имущественным правам кредиторов), в размере 33 531 101,41 руб. солидарно. По мнению конкурсного управляющего, именно из-за действий (бездействия) ответчиков наступило объективное банкротство ООО «Компания П.Р.З.К. – Автобанстрой». ФИО3 и ООО «ДСК» осуществлялось некачественное руководство компанией, ФИО5, ФИО7, ФИО6 осуществлялся некачественный контроль за действиями (бездействием) руководства должника. 

В случае отказа в привлечении ФИО3 и ООО «ДСК» к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным ст. 61.12 Закона о банкротстве, ФИО3, ООО «ДСК», ФИО5, ФИО7, ФИО6 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным ст. 61.11 Закона о банкротстве, в размере 66 273 687,60 руб. солидарно. 

Оснований для квалификации заявленных требований в качестве убытков конкурсный управляющий не усматривает. Вместе с тем, в случае если суд придет к выводу о том, что ответчики подлежат привлечению к ответственности в виде взыскания убытков, конкурсным управляющим представлен также расчет размера ответственности каждого из ответчиков.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 27.08.2024 (резолютивная часть от 13.08.2024) заявленные требования удовлетворены частично. Признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3, ООО «Дорожная строительная компания» (ИНН 

<

***>), ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Компания П.Р.З.К. - Автобанстрой», в пользу должника с ФИО3 и ООО «Дорожная строительная компания» взыскано 59 091 120,63 руб., с ФИО5 взыскано 100 000,00 руб. С ФИО7 в пользу должника взысканы убытки в сумме 2 504 948,14 руб. В удовлетворении остальной части требований отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий ФИО1 и ответчик ФИО3 обжаловали его в апелляционном порядке.

Ответчик в своей жалобе просит определение изменить в части, отказать в удовлетворении заявления в части привлечения ФИО3 и ООО «Дорожная строительная компания» к субсидиарной ответственности; в случае не установления судом оснований для отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, просит квалифицировать ответственность ФИО3 как убытки. Отмечает, что в качестве обоснования доводов о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности на основании п. 1 ч.2 ст. 61.11 Закона о банкротстве конкурсный управляющий ссылается на совершение должником сделок (договор уступки прав требований от 23.07.2019 с ИП ФИО10; договоры уступки права требования рот 05.08.2019 и 19.08.2019 с ИП ФИО11; перечисление денежных средств по платежным поручениям в пользу ИП ФИО7, ООО «Дорожная строительная компания», ООО «Комплексные технологии строительства», ИП ФИО12, ФИО3, договор на поставку строительных материалов от 21.05.2018 № 18-2018 с ИП ФИО13, договор поставки товарно-материальных ценностей от 24.05.2018 с ИП ФИО14), которые в рамках настоящего дела о банкротстве признаны судом недействительными по специальным основаниям (п. 1,2 ст. 61.2, ст. 61.3 Закона о банкротстве), при этом доказательств значимости и существенной убыточности совершенных сделок в материалы дела не представлено. У должника с Администрацией Юсьвинского муниципального района был заключен муниципальный контракт от 07.12.2015 № 2015.443543 на выполнение полного комплекса работ по реконструкции автомобильной дороги «Юсьва-Мелюхино» со сроком исполнения до 31.12.2017, цена контракта составляла 213 536 510,00 руб.; работы по контракту были выполнены должником в полном объеме, что подтверждается актом приемки законченных работ по объему по форме КС-11 от 18.11.2019, однако, указанный контракт оказался убыточным, сроки выполнения контракта и стоимость применяемых материалов увеличились, в связи с чем ООО «Компания П.Р.З.К. – Автобанстрой» не смогло погасить возникшую задолженность перед кредиторами, в том числе перед заявителем по настоящему делу ООО «Грузовой порт». Обращает внимание, что признанные судом недействительными сделки должника с ИП ФИО10, ИП ФИО11 являются реальными, просто исполнены с предпочтением по отношению к другим кредиторам, права должника и кредиторов восстановлены; сделки по перечислению денежных средств в пользу аффилированных лиц (ФИО3, ФИО7, ФИО15, ООО «Дорожная строительная компания») на общую сумму 25 343 821,89 руб. признаны недействительными на основании ст. 61.2 Закона о банкротстве, при этом денежные средства по этим сделкам были переданы ФИО3 для закрытия долга перед рабочими за наличные, а также контрагентам по поставке нерудных материалов (ООО «Содас» (договор поставки от 04.02.2015), ООО «СтемП» (договор поставки от 02.11.2015 № П-02/1115), ООО «Строй-Консалнтинг» (договор поставки от 26.11.2015 № 34/П), возражения к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности от 06.10.2020), то есть использованы в качестве подотчетных денежных средств в интересах должника (копии авансовых отчетов, договоров поставки, спецификации, счета-фактуры, товарные накладные и квитанции к приходному кассовому ордеру приложены к возражениям от 06.10.2020), сведения о погашении задолженности перед ООО «Строй-Консалтинг» отражены в Карточке счета 71.01 за 01.01.2016-24.10-2019, а также в бухгалтерской отчетности – бухгалтерской справе № 48 от 01.03.2018, которая передана конкурсному управляющему ФИО1 Более того, указанные контрагенты были проверены судом в рамках обжалования решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 9 по Пермскому краю в отношении должника по результатам материалов камеральной налоговой проверки (постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.11.2017 по делу № А50-8154/2017 решение МИФНС № 9 по Пермскому краю № 2377 от 05.12.2019 признано недействительным как несоответствующее НК РФ, с обязанием заинтересованного лица устранить допущенные нарушения). Апеллянт полагает, что само по себе признание вышеуказанных сделок с аффилированными и заинтересованными лицами недействительными не является безусловным основанием для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, поскольку указанные лица, в том числе ФИО3, не участвовали в указанных обособленных спорах, с учетом чего не лишены права заявлять возражения и предоставлять доказательства в рамках привлечения к субсидиарной ответственности, даже при наличии вступивших в законную силу судебных актов по результатам рассмотрения обособленных споров по признанию сделок недействительными. Указывает на предъявление конкурсным управляющим по субсидиарной ответственности суммы непогашенных реестровых и зареестровых требований кредиторов в общем размере 66 273 687,60 руб., при том, что оспорено сделок на сумму 31 321 087,45 руб., а в конкурсную массу по результатам сделок поступило 4 531 961,83 руб., разница составляет 30 420 638,32 руб. Размер ответственности не может превышать размер признанных недействительными сделок и поступивших по ним в конкурсную массу средств; с учетом признания предприятия банкротом по объективным причинам из-за убыточного муниципального контракта, суд первой инстанции должен был переквалифицировать заявление о привлечении к субсидиарной ответственности на взыскание убытков. Суд первой инстанции не учел принцип недопустимости двойного взыскания за одно и то же правонарушение, размер субсидиарной ответственности ФИО3 должен быть уменьшен на сумму уже признанных недействительными сделок должника.

Управляющий в своей жалобе просит изменить определение в части, принять по делу новый судебный акт о привлечении ФИО3, ООО «Дорожная строительная компания» к субсидиарной ответственности, солидарном взыскании с них 66 273 687,60 руб. Указывает, что неисполнение обязательств должником перед кредиторами начинается с сентября 2016 г., признаки банкротства начинают формироваться с 01.01.2017. Выводы суда о получении должником по итогам 2018 г. прибыли, формировании признаков объективного банкротства только в 2019 г. считает ошибочным, поскольку должник регулярно сдавал искаженную бухгалтерскую отчетность, о чем сделан вывод в анализе финансового состояния должника. Считает несостоятельным указание на убыточность муниципального контракта как причину объективного банкротства, отмечает непредставление ответчиками доказательств совершения ими каких-либо действий для устранения убыточности контракта, стремления заключать иные контракты, чтобы компания могла получать прибыль. Несмотря на осведомленность ФИО3 и ООО «ДСК» об убыточности контракта, они привлекали новых подрядчиков, которые не знали о такой убыточности, что свидетельствует о нарушении ответчиками прав и интересов кредиторов. Полагает, что основные суммы задолженности формируются с июня 2018 г., когда возникло объективное банкротство должника, то есть руководитель должен был обратиться в суд с соответствующим заявлением по 31.07.2018. Согласно бухгалтерскому балансу, по состоянию на 31.12.2018 у должника имеются активы в размере 174 836 тыс. руб., при этом фактически у должника имущества, позволяющего покрыть образовавшуюся кредиторскую задолженность, не имелось, основные средства (недвижимое и движимое имущество) являлись предметом залога по кредитному договору с АКБ «Фора-Банк», договору поставки нефтепродуктов с ООО «Уральская торгово-промышленная палата», договору займа с ФИО16. Отмечает сдачу должником за 2018-2019 гг. абсолютно одинаковой отчетности, поясняет, что привлеченным конкурсным управляющим специалистом была восстановлена бухгалтерская и налоговая отчетность за 2018-2019 гг., установлено расхождение отчетности за 2019 г., превышение отраженных активов фактически имеющегося имущества почти в 2,5 раза, 77,5% дебиторской задолженности состоит из аффилированных дебиторов, размер дебиторской задолженности неаффилированных к должнику лиц составляет 12 869 тыс. руб., если учитывать в качестве дебиторской задолженности только требования к неаффилированным лицам, то активы должника составляют 28 817 тыс. руб., тогда как в реестр требований кредиторов и за реестр включены требования в общей сумме 97 491 170,19 руб., то есть за счет активов должника погашение требований в полном объеме невозможно. Искажение бухгалтерской отчетности ввело кредиторов (ООО «Уралхимпласт-Амдор», ООО «ТК «Энергетик», ООО «Грузовой Порт», ООО «АвтоСнаб», ООО «Технофинанс», ИП ФИО17, ООО «Феникс-Групп», ООО «Уральская торгово-промышленная палата», ООО «АльянсСнаб», ООО «Южноуральский арматурноизоляторный завод»), включенных в реестр, в заблуждение, повлекло увеличение кредиторской задолженности и усложнение в определении даты наступления признаков объективного банкротства. Также указывает на неисполнение ООО «Дорожная строительская компания» и ФИО3 обязанности по хранению корпоративных документов. Относительно размера ответственности отмечает, что на текущий момент времени непогашенные требования кредиторов, включенные в реестр требований кредиторов, составляют 66 273 687,60 руб., именно в указанном размере ООО «Дорожная строительская компания» и ФИО3, по мнению конкурсного управляющего, подлежат привлечению к субсидиарной ответственности.

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего поступил письменный отзыв на жалобу ФИО3, с изложенными в ней доводами не согласны, в удовлетворении жалобы ответчика просит отказать.

ФИО3 представлен отзыв на апелляционную жалобу конкурсного управляющего, возражает относительно ее удовлетворения, настаивает на заявленных им доводах.

Определением от 19.11.2024 судебное разбирательство отложено на 16.12.2024, конкурсному управляющему и ответчикам предложено представить письменные пояснения о деятельности должника, ее характере и масштабах, в том числе с учетом оборотов по счетам; о причинах банкротства должника, моменте наступления его объективного банкротства, событии, которое свидетельствует об этом; актуальные сведения о размере требований кредиторов, письменные пояснения о моментах возникновения обязательств должника перед ними, о представлении налоговому органу уточненной бухгалтерской отчетности, с учетом ее восстановления, анализ финансового состояния должника, на сведения из которого имеется ссылка в апелляционной жалобе; письменные пояснения относительно исполнения судебных актов о признании сделок недействительными (кем исполнены, в каком размере), распределении данных денежных средств; сведения о наличии у должника имущества, в том числе залогового, его стоимости, мероприятиях по его реализации, размере поступивших от его продажи денежных средств; сведения о наличии у других залогодателей переданного ими в обеспечение исполнения обязательств должника имуществе, его стоимости, мероприятиях по его реализации, погашении за его счет требований залоговых кредиторов.

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего поступили пояснения с приложением дополнительных документов (бухгалтерская отчетность должника за 2019-2020 гг., финансовый анализ общества, расчет размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов).

Накануне судебного заседания (13.12.2024) от ответчика ФИО3 поступили возражения на пояснения конкурсного управляющего, в которых просит в удовлетворении жалобы конкурсного управляющего отказать, обжалуемое определение изменить в части, отказав в удовлетворении заявления в части привлечения ФИО3 и ООО «Дорожная строительная компания» солидарно к субсидиарной ответственности. В случае отсутствия оснований для отказа в удовлетворении требований просит переквалифицировать ответственность ФИО3 как убытки. К возражениям приложена копия соглашения от 17.03.2022 о передаче имущества залоговому кредитору.

Участвующий в судебном заседании представитель конкурсного управляющего доводы своей жалобы поддержал в полном объеме, настаивал на удовлетворении жалобы.

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом. В силу ст.ст.156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционных жалоб и ходатайства в их отсутствие.

Возражения против пересмотра судебного акта только в обжалуемой части не поступили. 

Определением от 16.12.2024 судебное разбирательство отложено с целью направления конкурсным управляющим и ответчиком ФИО3 представленных письменных позиций в адрес друг друга и иных участников спора, поскольку доказательства направления представленных в материалы спора процессуальных документов и приложенных к ним документов отсутствуют. 

Вопрос о приобщении приложенных к пояснениям и возражениям на них документов к материалам спора будет разрешен в следующем судебном заседании, с учетом мнения участвующих в деле лиц.

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего поступило ходатайство о приобщении доказательств отправки пояснений в адрес участвующих в деле лиц, которые приобщены судом к материалам дела. 

Участвующим в судебном заседании представителем конкурсного управляющего представлена копия расчета размера субсидиарной ответственности за неподачу заявления руководителем должника и ФИО3 о признании ООО «Дорожная строительная компания» банкротом за период с 01.08.2018 по 28.05.2019.

Указанный расчет, а также ранее поступившие в материалы дела пояснения и документы приобщены судом к материалам дела (протокольное определение от 20.01.2025).

Судом установлено, что приложенная управляющим к пояснениям, поступившим в суд 09.12.2024, бухгалтерская отчетность должника за 2019-2020 гг., нечитабельна (пустые графы). Кроме того, управляющим не в полном объеме исполнено определение от 19.11.2024, на что обращено внимание в судебном заседании 13.12.2024, однако, дополнительные пояснения не представлены.

Также коллегия судей усматривает необходимость представления конкурсным управляющим сведений о порядке определения заявленного в суде первой инстанции размере субсидиарной ответственности – 66 273 687,60 руб., поскольку из имеющихся в материалах дела реестров требований кредиторов, отчетов о деятельности конкурсного управляющего усматриваются иные совокупные размеры реестровых и текущих требований кредиторов на даты, сопряженные с датой обращения в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, их уточнения управляющим; подтвердить данный размер документально.

С учетом указанных обстоятельств, определением от 20.01.2025 судебное разбирательство отложено, у конкурсного управляющего запрошены документы и пояснения.

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего ФИО1 поступили ходатайство о приобщении к материалам дела бухгалтерского баланса за 2019-2020 гг.; письменные дополнения с приложением дополнительных документов, в также ходатайство об истребовании доказательств у Администрации Юсьвенского муниципального округа – сведений о совещаниях, связанных с обсуждением исполнения муниципального контракта № 2015.443543 от 07.12.2015; копий протоколов, иных документов, составляемых по итогам таких совещаний (при наличии).

Представителем конкурсного управляющего представлена копия ответа Администрации Юсьвенского муниципального округа от 03.02.2025 № 20-08/307 на запрос управляющего относительно документов, заявленным им к истребованию, ходатайствует об его приобщении. В связи с получением указанного ответа просит направленное ранее ходатайство об истребовании доказательств оставить без рассмотрения.

Представителем ответчика ФИО3 возражения не заявлены.

Протокольным определением от 13.02.2025 документы, поступившие по запросу суда и представленные в судебное заседание, приобщены к материалам дела, ходатайство конкурсного управляющего об истребовании доказательств оставлено без рассмотрения.

Представителями конкурсного управляющего и ФИО3 указано, что судебный акт ими обжалуется только в той части, которая указана в апелляционных жалобах: ФИО3 – в части взыскания с него и ООО «Дорожная строительная компания» денежных средств в порядке субсидиарной ответственности, управляющим в части отказа во взыскании с ФИО3 и ООО «Дорожная строительная компания» в порядке субсидиарной ответственности на основании ст. 61.11 Закона о банкротстве в заявленном управляющим размере – 66 273 687,60 руб. (то есть в части отказа во взыскании разницы между заявленным размером ответственности и фактически взысканной судом суммы). Представитель управляющего подтвердил, что определение в остальной части не обжалуется, в том числе в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности на основании ст. 61.12 Закона о банкротстве.

Кроме того, представитель управляющего пояснил, что заявлен общий размер требования ко всем ответчикам, равный 66 273 687,60 руб.; размер взыскания с ФИО5 в порядке привлечения к субсидиарной ответственности (100 000 руб.) и с ФИО7 в возмещение убытков (2 504 948,14 руб.) входят в общую сумму предъявленного требования, с учетом чего требование апелляционной жалобы будет уточнено (размер денежных средств, подлежащих взысканию с ФИО3 и ООО «Дорожная строительная компания» в порядке субсидиарной ответственности на основании ст. 61.11 Закона о банкротстве).

Также представителем управляющего указано на допущенные ошибки при указании общего размера требований кредиторов должника, отраженные в реестре требований кредиторов, отчетах о деятельности управляющего, пояснено, что действительный совокупный размер реестровых требований составляет 66 273 687,60 руб., именно в этом правильном размере и было заявлено требование о привлечении к субсидиарной ответственности; размер текущих обязательств должника ко взысканию в порядке субсидиарной ответственности не предъявлен; в настоящее время изменения в реестр требований кредиторов не внесены, документ с правильными сведениями будет представлен суду.

Представитель ФИО3 отметил, что при расчете размера реестровых требований, равном 66 273 687,60 руб., управляющим не учтено погашение требований залогового кредитора, в связи с чем, совокупный размер реестровых требований меньше указанного управляющим.

Судом предложено управляющему внимательно проверить включенные в реестр требования кредиторов, их размер, с учетом погашений в ходе процедуры банкротства, представить актуальные проверенные данные.

Определением от 13.02.2025 судебное разбирательство отложено. 

До начала судебного заседания от ответчика ФИО3 поступили дополнения по апелляционной жалобе с приложением дополнительных документов.

От конкурсного управляющего поступило ходатайство, в котором заявлено уточнение требований апелляционной жалобы, просит обжалуемое определение изменить в части, принять по делу новый судебный акт, привлечь ФИО3, ООО «Дорожная строительная компания» к субсидиарной ответственности, взыскать с них солидарно 63 678 982,33 руб. Представлены дополнительные документы (перечень расходов денежных средств, полученных от взыскания по оспоренным сделкам, отчет конкурсного управляющего о ходе процедуры от 14.02.2025, реестр требований кредиторов ООО «РОСТ» по состоянию на 14.02.2025).

Представитель ФИО3 в судебном заседании обратил внимание, что в реестре требований кредиторов должника отражено требование АО АКБ «Фора-Банк», погашенное путем предоставления отступного (порядка 18 млн. руб., полностью погашен основной долг), при этом соответствующие сведения об этом в реестр требований кредиторов конкурсным управляющим не внесены. 

Представитель конкурсного управляющего, не отрицая факт погашения долга, подтвердил, что сведения о погашении требования данного кредитора в указанном представителем ФИО3 размере в реестр не внесены, поскольку у конкурсного управляющего отсутствуют основания для этого – кредитор не обратился с соответствующим заявлением, доказательства погашения требования не представил.

Представитель ФИО3, возражая на этот довод, указал на подтверждение факта погашения основного долга соглашением об отступном, вступившим в законную силу судебным актом.

Представитель конкурсного управляющего пояснил, что в ближайшее время управляющим будет инициирован спор об исключении требования АО АКБ «Фора-Банк». 

Определением от 03.03.2025 судебное разбирательство отложено на 07.04.2025. Дата судебного заседания определена с учетом графика судебных заседаний и предстоящего отпуска судей.

Документы и пояснения, представленные по запросу суда, приобщены к материалам дела. 

До начала судебного заседания от ФИО3 поступили дополнения к апелляционной жалобе, в которых приведены дополнительные пояснения относительно размера и вида ответственности, сведения о размере погашенных требований кредиторов. Кроме того отмечено, что 18.03.2025 конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением об исключении требований залогового кредитора из реестра требований кредиторов в связи с их погашением. Просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы конкурсного управляющего в полном объеме, определение суда от 13.08.2024 изменить в части, отказать в привлечении ФИО3, ООО «Дорожная строительная компания» солидарно к субсидиарной ответственности; в случае, если суд не усмотрит оснований для отказа в удовлетворении заявления, просит переквалифицировать ответственность ФИО3 в требование о взыскании убытков. 

В отсутствие возражений участвующих в деле лиц, дополнения ФИО3 приобщены к материалам дела (протокольное определение от 07.04.2025).

Определением от 07.04.2025 судебное разбирательство отложено на 12.05.2025, у ответчика ФИО3 запрошены письменные пояснения по доводу о возникновении неплатежеспособности должника вследствие объективного обстоятельства – убыточности муниципального контракта, с обоснованием указанной убыточности, приведением расчета полученного убытка, причинах, документальным их подтверждением. Конкурсному управляющему ФИО1 в срок не позднее 28.04.2025 предложено представить в апелляционный суд актуальный реестр (с учетом результатов рассмотрения заявления об исключении из реестра требования в размере 18 625 852,80 руб. в связи с его погашением), расчет размера субсидиарной ответственности ФИО3 и ООО «Дорожная строительная компания».

В день судебного заседания (12.05.2025) от ФИО3 поступило письменное дополнение и краткое обобщение ранее изложенной позиции, просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы конкурсного управляющего, удовлетворить апелляционную жалобу ФИО3 и изменить определение суда в части, отказав в привлечении ФИО3 и ООО «Дорожная строительная компания» солидарно к субсидиарной ответственности. Считает неверным утверждение конкурсного управляющего, что ФИО3 оспаривается определение суда только в части ответственности ФИО3 и ООО «Дорожная строительная компания», поскольку из апелляционной жалобы ответчика и дополнений к ней следует, что судебный акт обжалуется целиком, отмечено отсутствие оснований для привлечения ФИО5, ФИО6, ФИО7 к ответственности, возможно, имеются основания для взыскания убытков. Приложено заключение специалиста № 106-05/25.

Участвующий в судебном заседании представитель конкурсного управляющего пояснил, что в их адрес дополнение и документы не направлялись, с их содержанием они не знакомы. 

Также в судебное заседание управляющим представлено ходатайство об уточнении заявленных в апелляционной жалобе требований, просит определение изменить в части, принять новый судебный акт о привлечении ФИО3, ООО «Дорожная строительная компания» к субсидиарной ответственности, взыскании с них солидарно 45 053 129,53 руб., с приложением реестра требований кредиторов ООО «Компания П.Р.З.К. – Автобанстрой» по состоянию на 07.05.2025, доказательств отправки ходатайства в адрес участвующих в деле лиц.

Представитель конкурсного управляющего пояснил, что определением от 07.05.2025 (резолютивная часть) удовлетворено заявление управляющего, из реестра требований кредиторов должника исключено требование ООО «ЦентрИнвестСтрой» в размере 18 625 852,80 руб., однако, указанный судебный акт ответчик ФИО3 намерен обжаловать.

С учетом указанного, в том числе необходимости времени для ознакомления с представленными конкурсным управляющий и ответчиком позициями и документами, поскольку они были представлены непосредственно в день судебного заседания, возможность ознакомления с ними у суда отсутствовала, определением от 12.05.2025 судебное разбирательство отложено на 09.06.2025.

Также судебная коллегия сочла необходимым запросить у ответчика ФИО3 итоговую позицию по настоящему спору, поскольку в тексте последних уточнений им заявлено об обжаловании определения в полном объеме, отмечено на возможное взыскание убытков, при этом в просительной части указано на изменение определения суда в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 и ООО «Дорожная строительная компания», как ранее было указано в жалобе и дополнениях. 

Вопрос о приобщении к материалам дела дополнений, ходатайства об уточнении требований, приложенных к ним документов будет рассмотрен судом в следующем судебном заседании.

До начала судебного заседания от ответчика ФИО3 поступила итоговая (консолидированная) позиция по апелляционная жалобе, просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы конкурсного управляющего, жалобу ФИО3 удовлетворить, изменить определение суда в части, отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО3, ООО «Дорожная строительная компания», ФИО5, ФИО7 к субсидиарной ответственности. 

Протокольным определением от 09.06.2025 к материалам дела приобщены дополнения, ходатайство об уточнении требований с приложенными дополнительными документами, итоговая (консолидированная) позиция по апелляционной жалобе.

С учетом поступившей позиции ответчика ФИО3, пояснений, данных представителем конкурсного управляющего в судебном заседании о проверке законности обжалуемого определения только в части субсидиарной ответственности ФИО3 и ООО «Дорожная строительная компания», апелляционный суд счел необходимым объявить в судебном заседании перерыв до 23.06.2025 с 12 час. 15 мин. с целью обеспечения явки в судебное заседание представителя ответчика ФИО3 (протокольное определение от 09.06.2025). 

О необходимости обеспечить явку в судебное заседание представитель ФИО3 был извещен по телефону, о чем составлена телефонограмма. 

Определением от 20.06.2025 произведена замена судьи Шаркевич М.С. на судью Чепурченко О.Н. После замены судьи рассмотрение спора производится сначала. 

До судебного заседания от конкурсного управляющего поступили возражения относительно представленного ФИО3 заключения специалиста № 106-05/25 от 07.05.2025; считает его недостоверным доказательством, в обоснование позиции приложены дополнительные документы (расчет стоимости работ, локальный сметный расчет, справки о стоимости выполненных работ (форма КС-3), акты приемки выполненных работ (форма КС-2) со справками). 

От ФИО3 поступил отзыв на возражения конкурсного управляющего, считает их несостоятельными. 

После перерыва судебное заседание продолжено в составе судей Плаховой Т.Ю., Темерешевой С.В., Чепурченко О.Н., секретарь судебного заседания прежний.

Поступившие позиции и документы протокольным определением от 23.06.2025 приобщены к материалам дела.

Участвующий в судебном заседании представитель ФИО3 доводы своей апелляционной жалобы поддержал в полном объеме, отметив, что судебный акт ими обжалуется только в части привлечения ФИО3 и ООО «Дорожная строительная компания» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, доводы о несогласии с определением суда в части взыскания денежных средств с ФИО5 и ФИО7 снимает, в этой части определение не обжалует. Против удовлетворения жалобы конкурсного управляющего возражает.

Конкурсный управляющий и его представитель доводы своей жалобы поддержали в полном объеме, настаивали на отмене определения в обжалуемой части, с учетом представленных уточнений. Настаивали на привлечении ФИО3 и ООО «Дорожная строительная компания» к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом и за невозможность погашения требований кредиторов в результате совершения вредоносных сделок по выведению активов должника. 

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом. В силу ст.ст.156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Возражений относительно проверки определения суда только в обжалуемой части лицами, участвующими в деле, не заявлено. 

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, ст.268 АПК РФ только в обжалуемой части.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст.71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального и процессуального права, обсудив доводы апелляционных жалоб, отзывов и пояснений, апелляционный суд пришел к следующим выводам.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу ч. 1 ст. 223 АПК РФ и п. 1 ст. 32 Закона о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Главой III.2 Закона о банкротстве установлены специальные основания и порядок для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

В силу п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пунктом 4 названной статьи к числу контролирующих должника лиц отнесены участники и руководитель должника, причем законодателем установлена презумпция их статуса контролирующих должника лиц, пока не доказано иное.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, ООО «Компания П.Р.З.К. – Автобанстрой» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) зарегистрировано при создании 26.10.2006.

Основным видом зарегистрированной деятельности должника являлось «Строительство автомобильных дорог и автомагистралей» (ОКВЭД 42.11), дополнительными видами деятельности являются 49 видов экономической деятельности.

Как следует из материалов дела, ООО «Компания П.Р.З.К. - Автобанстрой» создано по решению учредителя ФИО18 от 30.09.2006. 

Учредитель умер 01.06.2007; его доля в уставном капитале ООО «Компания «ПРЗК» в размере 100 % была включена в состав наследства.

После смерти ФИО18 учредителями «Компания П.Р.З.К. – Автобанстрой» стали его наследники: жена – ФИО5 (доля - 60%), сын – ФИО7 (доля - 20%), сын – ФИО6 (доля - 20%), которые привлечены к участию в деле в качестве ответчиков.

С момента создания общества и до 31.07.2019 (дата введения процедуры наблюдения в отношении ООО «Компания П.Р.З.К. – Автобанстрой») лицами, имеющими право без доверенности действовать от имени ООО «Компания П.Р.З.К. - Автобанстрой» (единоличный исполнительный орган) были:

- ФИО18 в период с 26.10.2006 по 09.12.2007;

- ФИО3 в период с 10.12.2007 по 30.01.2008;

- ФИО5 в период с 31.01.2008 по 15.01.2018.

Протоколом общего собрания участников Общества № 1 от 15.01.2018 президент ООО «Компания П.Р.З.К. – Автобанстрой» ФИО5 была освобождена от занимаемой должности, полномочия по управлению должника были переданы ООО «Дорожная строительная компания» (ИНН 

<

***>), для чего 18.01.2018 между ООО «Компания П.Р.З.К. – Автобанстрой» и ООО «Дорожная строительная компания» был заключен договор о передаче полномочий единоличного исполнительного органа управляющей организации.

Протоколом общего собрания участников ООО «Компания П.Р.З.К. – Автобанстрой» № 1 от 16.01.2019 полномочия управляющей организации ООО «ДСК» были продлены, 16.01.2019 между должником и ООО» ДСК» был заключен договор о передаче полномочий единоличного исполнительного органа управляющей организации (срок действия договора до 15.01.2020). 

Единственным участником ООО «Дорожная строительная компания» (100% доли в уставном капитале) и руководителем общества является ФИО3. Основным видом деятельности ООО «Дорожная строительная компания» является строительство автомобильных дорог и автомагистралей (ОКВЭД 42.11).

При этом ФИО3 является братом ФИО5, что подтверждает ФИО5 в представленном отзыве и представитель ФИО3 в устном выступлении.

Кроме того, конкурсный управляющий дополнительно отмечает, что ответчик ФИО3 ранее участвовал в управлении предприятием, являлся непосредственно контролирующим должника лицом (далее – КДЛ).

Наличие у ответчика ФИО3 статуса КДЛ подтверждает ФИО5, раскрывая сведения о том, что и до 2018 года именно ФИО3 являлся руководителем должника, а ФИО5 никаких фактических действий в реализации финансово-хозяйственной деятельности предприятия не осуществляла, вела домашнее хозяйство, воспитывала двоих сыновей.

Фактическую подконтрольность ООО «Компания П.Р.З.К. – Автобанстрой» ФИО3, реальное руководство обществом в течение всего периода после смерти ФИО18 именно ФИО3 подтвердил непосредственного ответчик ФИО3 АВ. в своих пояснениях, представленных в суд апелляционной инстнации.

Таким образом, наличие у ООО «Дорожная строительная компания» и ФИО3 статуса контролировавшего должника лиц подтверждено материалами дела и ими не оспаривается.

При таком положении ООО «Дорожная строительная компания» и ФИО3 могут быть субъектами субсидиарной ответственности по обязательствам подконтрольного им общества.

22.05.2019 в Арбитражный суд Пермского края поступило заявление ООО «Грузовой порт» о признании ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» несостоятельным (банкротом), ссылаясь на наличие задолженности у должника в размере 5 796 828,34 руб.

Определением суда от 28.05.2019 заявление принято к производству, возбуждено производство по настоящему делу.

Определением от 31.07.2019 в отношении ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» введена процедура наблюдения. 

Решением от 28.01.2020 вышеназванный должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО9. 

Определением от 27.02.2020 конкурсным управляющим ООО «Компания П.Р.З.К. – Автобанстрой» утвержден ФИО1. 

27.02.2020 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении солидарно ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за совершение действий, которые привели к невозможности полного погашения требований кредиторов (ст. 61.11 Закона о банкротстве) ввиду изъятия этими лицами из активов должника денежных средств в значительном объеме (63 867 900 руб.) в отсутствие оснований для снятия денежных средств (подтверждающие документы арбитражному управляющему не представлены). 

Заявленные требования уточнялись, с учетом последних уточнений конкурсный управляющий просил привлечь ООО «Дорожная строительная компания», ФИО3, ФИО5, ФИО6, ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскать с них солидарно денежные средства в размере 66 273 687,60 руб.

В качестве правового основания управляющим указаны ст. 61.11 Закона о банкротстве (совершение действий, которые привели к невозможности полного погашения требований кредиторов), а в отношении ООО «Дорожная строительная компания» и ФИО3 также ст.  61.12 Закона о банкротстве (неподача заявления о признании должника банкротом). 

В соответствии в п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 названного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых указанным Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

В силу п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника – унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством; названным Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (п. 2 ст.9 Закона о банкротстве).

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них. В этом случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих удовлетворение требований таких кредиторов при недостаточности конкурсной массы, является возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства. Исходя из этого законодатель в п. 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности, возложив бремя доказывания отсутствия таковой связи на привлекаемое к ответственности лицо.

Применительно к гражданским правоотношениям невыполнение руководителем организации требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица.

Согласно ст. 61.12 Закона о банкротстве и разъяснениям, данным в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее по тексту – постановление № 53), при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абз. 5,7 п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Обращаясь с заявлением по указанному основанию привлечения, конкурсный управляющий ссылался на следующие обстоятельства. 

Из представленного анализа финансового состояния ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» следует, что финансовые показатели общества стали ухудшаться после 2017 года. Анализ коэффициентов платежеспособности показывает, что на протяжении анализируемого периода ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» не располагало средствами для поддержания платежеспособности. По состоянию на 31.12.2018 активы ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» не были обеспечены собственными средствами, что свидетельствует о финансовой неустойчивости организации и полной зависимости от внешних источников финансирования. Анализ финансовой деятельности ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» за период 31.12.2015 по 31.12.2018 отражает снижение финансового результата деятельности организации, начиная с 2017 года.

По мнению конкурсного управляющего, объективное банкротство должника наступило в июне 2018 года по причине некачественного менеджмента, повлекшего возникновение финансового кризиса внутри компании, с учетом чего ответчики ООО «Дорожная строительная компания» и ФИО3 должны были обратиться в суд c заявлением о банкротстве должника не позднее 31.07.2018.

Ответчик ФИО3, не оспаривая выводы конкурсного управляющего в части определения даты объективного банкротства, в свою очередь, в качестве причины банкротства указывает убыточность деятельности предприятия в связи с исполнением муниципального контракта от 07.12.2015, заключенного с Администрацией Юсьвинского муниципального района. При этом указывает, что банкротство компании наступило по объективным причинам (невыгодный муниципальный контракт), ФИО3 осуществлял обоснованные и законные действия по урегулированию возникшей негативной ситуации (заложено все имущество, как должника, так и группы лиц в счет обеспечения исполнения обязательств), ФИО3 рассчитывал на преодоление временных финансовых трудностей, с учетом чего считает возможным взыскание убытков в общем размере 22 543 860,06 руб. (27 075 821,89 руб. – 4 531 961,83 руб.).

Рассмотрев доводы лиц, участвующих в деле, а также представленные доказательства, суд первой инстанции не усмотрел оснований для привлечения ООО «Дорожная строительная компания» и ФИО3 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве должника, исходя из следующего.

Объективное банкротство наступает в критический момент, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов становится неспособным в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей, а не в момент прекращения исполнения обязательств (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 по делу № 309-ЭС17-1801).

В соответствии с п. 29 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.

При этом согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2003 № 14-П, даже формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Ухудшение финансовой ситуации само по себе не подпадает под перечень оснований возникновения обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом.

Из материалов дела следует, что задолженность ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» перед первыми кредиторами возникла при следующих облстяотельствах:

1. между ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» и ООО «Надеждинское» заключен договор поставки от 02.02.2016, которым предусмотрена 100% предоплата товара; в период с 07.02.2016 по 23.10.2016 ООО «Надеждинское» поставило должнику товар на сумму 5 695 636 руб., однако, покупатель оплатил товар частично, задолженность составила 2 895 636 руб., за взысканием которой и договорной неустойки в сумме 906 984,03 руб. поставщик обратился в судебном порядке. 

В рамках возбужденного по иску поставщика дела № А50-22158/2018 определением Арбитражного суда Пермского края от 11.10.2018 утверждено  заключенное между сторонами мировое соглашение, по условиям которого  ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» признало задолженность в размере 3 323 677,61 руб. (2 895 636 основной долг и 407 035,11 руб. договорная неустойка) перед ООО «Надеждинское», обязалось погасить задолженность двумя платежами в сроки первый - до 15.11.2018, второй - до 25.12.2018.

В связи с неисполнением ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» условий мирового соглашения в добровольном порядке, 26.12.2018 Арбитражным судом Пермского края был выдан исполнительный лист серия ФС № 017154753.

28.01.2019 Межрайонным отделом судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств, розыску должников и их имущества УФССП России по Пермскому краю в отношении ООО «Компании П.Р.З.К.-Автобанстрой» возбуждено исполнительное производство № 58204/19/59046-ИП, в рамках которого требования исполнительного документа не исполнены.

Определением суда от 17.09.2019 требование ООО «Надеждинское» в размере 2 895 636 руб. основного долга, 407 035,11 руб. неустойки и 21 006,50 руб. судебных расходов включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника. 

2. между ООО «Компания П.Р.З.К. - Автобанстрой» и ООО «Горнодобывающая компания» заключен договор поставки нерудных строительных материалов от 23.12.2015, которым предусмотрена 100% предоплата товара; в период с 02.10.2016 по 23.10.2016 ООО «Горнодобывающая компания» поставило должнику товар на сумму 4 994 759,44 руб., однако, покупатель оплатил товар частично, задолженность составила 2 594 759,44 руб., за взысканием которой и договорной неустойки в сумме 942 461,19 руб. поставщик обратился в судебном порядке. 

В рамках возбужденного по иску поставщика дела А50-22003/2018 определением Арбитражного суда Пермского края от 16.10.2018 утверждено  заключенное между сторонами мировое соглашение, по условиям которого  ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» признало задолженность в размере 2 553 180,27 руб. (2 094 759,44 руб. основной долг, 458 420,83 руб. договорная неустойка) перед ООО «Горнодобывающая компания», обязалось погасить задолженность двумя платежами в сроки первый - до 15.11.2018, второй - до 25.12.2018.

В связи с неисполнением ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» условий мирового соглашения в добровольном порядке, 14.01.2019 Арбитражным судом Пермского края был выдан исполнительный лист серия ФС № 017154634.

30.01.2019 Межрайонным отделом судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств, розыску должников и их имущества УФССП России по Пермскому краю в отношении ООО «Компании П.Р.З.К.-Автобанстрой» возбуждено исполнительное производство № 60285/19/59046-ИП, в рамках которого требования исполнительного документа не исполнены.

Определением суда от 17.09.2019 требование ООО «Горнодобывающая компания» в размере 2 094 759,44 руб. основного долга, 458 420,83 руб. неустойки включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника. 

3. между ООО «Компания П.Р.З.К. - Автобанстрой» и ООО «Грузовой порт» договор о поставке, оказанию услуг от 06.06.2018, в соответствии с которым поставщик обязуется организовать поставку нерудно-строительных материалов с доставкой товара на склад покупателя на условиях 100% оплаты; ООО «Грузовой порт» в июне 2018г. поставил товар, оказал услуги общей стоимостью 3 990 969,25 руб.; должник услуги и товар, принятые без замечаний не оплатил, что явилось основанием для обращения за взысканием задолженности в судебном порядке.

Решением  Арбитражного суда Пермского края по делу № А50-27798/2018 от 30.11.2018 с должника в пользу ООО «Грузовой порт» взыскана задолженность в общем размере 4 622 878,20 руб. (3 990 969,25 руб. основной долг, 631 908,95 руб. договорная неустойка (с начислением до фактического погашения долга), 44 458,14 руб. расходы по оплате государственной пошлины).

29.01.2019 Межрайонным отделом судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств, розыску должников и их имущества УФССП России по Пермскому краю в отношении ООО «Компании П.Р.З.К.-Автобанстрой» возбуждено исполнительное производство № 60337/19/59046-ИП, в рамках которого требования исполнительного документа не исполнены.

Как указано ранее, 22.05.2019 ООО «Грузовой порт» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом); определением от 31.07.2019 в отношении должника введена процедура наблюдения, требование заявителя в размере 4 708 519,39 руб. основного долга и 782 308,95 руб. пени включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника (требование в части 300 000 руб. выделено в отдельное производство).

Определением суда от 09.09.2019 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование ООО «Грузовой порт» в размере 300 000 руб.

Таким образом, должник не исполнял обязательства перед кредиторами ООО «Надеждинское» и ООО «Горнодобывающая компания», возникшие, начиная с 2016г.; путем заключения мирового соглашения должник изменил срок их исполнения на ноябрь-декабрь 2018г., при этом какое-либо исполнение не произвел. 

Обязательства перед заявителем по делу о банкротстве возникли в июне 2018г.

Из судебных актов о включении требований кредиторов в реестр требований кредиторов должника следует, что должник прекратил исполнение обязательств перед ФИО16 по договору займа от 28.09.2016 с декабря 2016 г., размер неисполненных обязательств 3 773 424,66 руб.; перед ООО «Завод Железобетона» по договору поставки товара от 24.08.2017 №274 - с июля 2017 г. (448 378,40 руб.); перед ООО «УралхимпластАмдор» по договору поставки от 13.08.2018 №230/18 - с сентября 2017 г. (514 469,74 руб.); перед ООО «Группа 59» по договору поставки от 25.05.2016 № 7 - с сентября 2017 г. (1 049 350,40 руб.); перед ООО «Марк Проект» по договору подряда на составление технического проекта от 01.08.2017 №2/П.Р.З.К.-МП/2017 - с декабря 2017 г. (440 016,65 руб.); перед ООО «Технофинанс» по договору поставки нерудностроительных материалов от 26.03.2018 - с марта 2018 г. (1 186 512,32 руб.); перед ООО «ЭнергоВектор» по договору уступки прав требования от 16.02.2018 №ОТКПРЗК/16/У - с апреля 2018 г. (1 667 612,02 руб.); перед ООО «Альянс-М» по Договору поставки от 01.01.2016 №128/16 - с июля 2018г. (60 309,69 руб.); перед ИП ФИО17 по договору на услуги дорожно-строительной и специальной техники от 25.06.2018 №26-2018 - с июля 2018 г. (251 398,21 руб.); перед ООО «АвтоСнаб» по договору поставки от 17.07.2018 №56-2018 - с августа 2018 г. (183 560,00 руб.); перед ООО «Уральская торгово-промышленная компания» по договору поставки нефтепродуктов № 08/18-01ПН от 01.08.2018 - с сентября 2018 г. (3 836 179,60 руб.); перед ООО «Топливная компания «Антарес» по договору поставки нефтепродуктов № 177 от 10.05.2017 - с сентября 2018 г. (304 703,10 руб.); перед АКБ «Форабанк» (АО) по кредитному договору 

<

***> от 03.05.2017, кредитному договору 

<

***>/ВКЛот 18.12.2017 - с октября 2018 г. (46 869 330,70 руб.); перед ООО «АльянсСнаб» по договору №20-НП-18 на поставку нефтепродуктов от 07.08.2018 - с ноября 2018 г. (3 391 190,53 руб.); перед МИФНС России №9 по Пермскому краю обязательные платежи требования, решения, постановления о взыскании налога, сбора, пени, штрафа обязательства – с 2017 г. по 1 кв. 2019г. (4 429 756,97 руб.); перед  ООО «Омега» по договору поставки нерудно-строительных материалов от 18.01.2016 - с декабря 2018 г. (3 536 527,54 руб.); перед ОАО «Южноуральский арматурноизоляторный завод» по договору о возмещении затрат на потребляемую электроэнергию от 02.04.2018 - с января 2019 г. (369 407,77 руб.), перед ИП ФИО19 по договору аренды от 15.01.2016 - с апреля 2019 г. (2 208 843,09 руб.).

В рамках обособленных споров об оспаривании сделок должника судом установлено, что, начиная с сентября 2016 г., у ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» возникли просроченные обязательства перед кредиторами; на протяжении всего периода с 2016 г. по 2019 г. кредиторская задолженность должника увеличивалась. 

Исходя из периода нарушения/прекращения исполнения должником обязательств перед кредиторами, чьи требования затем включены в реестр требований кредиторов, представляется, что в указанную управляющим дату – июнь 2018г. должник действительно имел признаки неплатежеспособности.

Вместе с тем, неоплата долга кредитору по конкретному договору сама по себе не свидетельствует об объективном банкротстве должника, в связи с чем, не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения его руководителя в суд с заявлением о банкротстве. 

По данным бухгалтерской отчетности должника (форма № 2 «Отчет о прибылях и убытках») норма чистой прибыли по состоянию на 31.12.2018 была равна 1,95, то есть имела положительное значение, что свидетельствует о том, что должник получал прибыль от результатов хозяйственной деятельности; на протяжении всего анализируемого периода результатом финансово-хозяйственной деятельности ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» была чистая прибыль: по итогам 2015 г. чистая прибыль составляла 6 125 000 руб., по итогам 2016 года – 8 507 000 руб., по итогам 2017 г. – 2 058 000 руб., по итогам 2018 г. – 1 333 000 руб.

Конкурсным управляющим заявлено об искажении бухгалтерской отчетности должника, о чем свидетельствует отражение в ней одинаковых показателей за 2018 и 2019гг.; данные бухгалтерского учета превышают фактически имеющееся имущество почти в 2,5 раза. Управляющим в период конкурсного производства привлечен специалист для восстановления данных бухгалтерского и налогового учета за 2018-2019гг.; после восстановления бухгалтерской отчетности установлено, что часть дебиторской задолженности была ранее погашена либо некорректно отражена в отчетности, большая часть дебиторской задолженности представляет собой долги аффилированных к должнику лиц. 

Ответчик ФИО3 не отрицал ненадлежащее ведение бухгалтерского учета, что связано с увольнением в конце 2018г. главного бухгалтера, отсутствием у ФИО3 знаний в области бухгалтерского учета.

Согласно письменным пояснениям управляющего, по результатам восстановления данных бухгалтерского учета привлеченным специалистом выявлены расхождения в бухгалтерской отчетности за 2019г. в части отражения показателей материальных внеоборотных активов, запасов, финансовых и других оборотных активов на 101 831 тыс. руб. в сторону уменьшения. 

Материалами дела подтверждается, что показатели отчетности за 2019г. были скорректированы при подаче отчетности за 2020г.; при этом, согласно  бухгалтерскому балансу на 31.12.2020, показатели отчетности за 2018г. не изменены. 

Доказательства несоответствия этих показателей по итогам 2018г.,  отраженных в бухгалтерской отчетности за этот период,  управляющим не представлены, недостоверность данных отчета о финансовых результатах 2018г. – превышение активов над размером кредиторской задолженности, наличие чистой прибыли в размере 1 333 тыс. руб. - не подтверждена. Указание управляющего на ее недостоверность носит предположительный характер.

При таком положении суд пришел к верному выводу о том, что с учетом показателей, отраженных в анализе финансового состояния должника, данных бухгалтерской отчетности должника, указанная конкурсным управляющим дата не может быть признана достоверно подтверждающей возникновение у должника признака неплатежеспособности, как и возникновения у руководителей общества обязанности по обращению в суд с соответствующим заявлением о банкротстве.

Кроме того, судом установлено, что 07.12.2015 между Должником («Подрядчик») и Администрацией Юсьвинского муниципального района («Заказчик») был заключен Муниципальный контракт № 2015.443543.

Согласно п. 1.1. Контракта, по настоящему Контракту Подрядчик обязуется за свой риск собственными силами и/или привлеченными силами и средствами, в сроки определенные настоящим Контрактом, выполнить полный комплекс работ по реконструкции автомобильной дороги «Юсьва-Мелюхино» - участок «Юсьва-Сивашер» (км0+880-км10+720), участок «Сивашер-Мелюхино» (км10+720-км14+150), Юсьвинский район, Пермский край, далее - Объект, в соответствии с нормативными актами РФ, утвержденной заказчиком проектными документациями (шифр ОК-06/13 и шифр ОК-07/13), Ведомостью объемов работ (Приложение № 1), завершить все работы и сдать в установленном порядке Объект в эксплуатацию в сроки, определенные настоящим Контрактом, а также исполнить гарантийные обязательства, а Заказчик обязуется принять надлежаще выполненные работы Подрядчиком, и оплатить их стоимость на условиях и в сроки, определенные настоящим Контрактом.

Сроки выполнения работ (п. 2.3. Контракта) – с даты заключения Контракта до 31.12.2017.

В соответствии с п. 3.1. Контракта, цена Контракта составляет 213 536 510,00 руб., в том числе НДС 32 573 365,93 руб., согласно локальным сметным расчетам, которые являются неотъемлемой частью настоящего Контракта (Приложение 8), без последующей индексации.

В силу п. 4.2. Контракта, в период выполнения работ могут оформляться акты о приемке выполненных работ, как в целом, так и помесячно, по отдельным видам работ.

Работы по Контракту были выполнены Должником в полном объеме, что подтверждается Актом приемки законченных работ по объекту по форме КС-11 от 18.11.2019.

Как указывает ответчик ФИО3, работы в рамках Муниципального контракта № 2015.443543 от 07.12.2015 по реконструкции автомобильной дороги «Юсьва-Мелюхино» - участок «Юсьва-Сивашер» (км0+880-км10+720), участок «Сивашер-Мелюхино» (км10+720-км14+150), Юсьвинский район, Пермский край, являются социально-значимыми, финансируемые из средств регионального и местного бюджета. Указанная дорога предназначена для обеспечения связи п. Юсьва, п. Гайны и Кудымкарского муниципального района.

Суд счел, что при наличии данного муниципального контракта, исполняемого должником, добросовестный руководитель вполне мог рассчитывать на преодоление временных финансовых трудностей.

С учетом указанных доказательств и доводов участвующих в деле лиц, суд первой инстанции пришел к выводу, что объективные признаки неплатежеспособности возникли у должника с конца 2018 г. 

Как установлено судом, в Едином федеральном реестре сведений о фактах деятельности юридических лиц первое сообщение о намерении обратиться в арбитражный суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) должника опубликовано 17.04.2019. Такое заявление подано ООО «Грузовой порт» 22.05.2019.

Институт субсидиарной ответственности применяется только в случае недобросовестных действий руководителя, нарушивших интересы конкурсных кредиторов, но не может применяться в случае принятия неверных управленческих решений, находящихся в пределах обычного делового предпринимательского риска.

За неподачу заявления о банкротстве должника контролирующее лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности лишь по обязательствам, возникшим после предполагаемой даты обращения в суд. То есть ответственность наступает перед кредиторами, вступившими в правоотношения с должником в условиях его неплатежеспособности, информация о которой сокрыта его руководителем в результате неподачи заявления о признании должника банкротом.

Отсутствие сведений об обязательствах должника, возникших после даты, когда ответчики обязаны были обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника, и размере данных обязательств исключает возможность привлечения лиц, контролирующих должника к субсидиарной ответственности по данному основанию.

Как установлено ранее, после 01.01.2018 новые обязательства у должника перед кредиторами не возникли. Задолженность должника перед ОАО «Южноуральский арматурноизоляторный завод», перед ИП ФИО19 за периоды с января 2019 г. и  апреля 2019 г. соответственно возникла в рамках длящихся правоотношений по договорам, датированным 02.04.2018, 15.01.2016.

Учитывая указанные обстоятельства в их совокупности, исследовав приведенные управляющим доводы, принимая во внимание анализ финансового состояния должника, пояснения ФИО3, в том числе о принятии мер с целью исполнения муниципального контракта, дату обращения заявителя в суд с заявлением о признании должника банкротом (22.05.2019), отсутствия доказательств возникновения у должника новых обязательств, суд пришел к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных п. 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве, для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд.

Как указано ранее, конкурсный управляющий определение суда от 27.08.2024 в части отказа в привлечении ФИО3 и ООО «Дорожная строительная компания» к субсидиарной ответственности на основании ст. 61.12 Закона о банкротстве не обжалует.

Конкурсный управляющий просит привлечь ФИО3 и ООО «Дорожная строительная компания» к субсидиарной ответственности на основании подп.2 и 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, указывая на то, что ими не исполнена обязанность по передаче конкурсному управляющему документов, искажена бухгалтерская отчетность.

В соответствии с п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника – унитарного предприятия (за исключением полномочий общего собрания участников должника, собственника имущества должника принимать решения о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для исполнения обязательств должника).

Руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53) разъяснено, что в силу п. 3.2 ст. 64, абзаца четвертого п. 1 ст. 94, абзаца второго п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам ст. 308.3 ГК РФ. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном ч. 3 ст. 223 АПК РФ.

В соответствии с подп.2 и 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в том числе в ситуации, когда документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы, а также когда документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

В силу положений ст.ст. 6, 7 и 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» экономический субъект обязан вести бухгалтерский учет в соответствии с указанным Федеральным законом, если иное не установлено данным Федеральным законом; бухгалтерский учет ведется непрерывно с даты государственной регистрации до даты прекращения деятельности в результате реорганизации или ликвидации; каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом; ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

По смыслу указанных норм, ответственность руководителя должника возникает при неисполнении им обязанности по сбору, составлению, ведению, организации хранения бухгалтерской документации, не представлению либо несвоевременному представлению бухгалтерской документации, отражении в бухгалтерской отчетности недостоверной информации, что влечет за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

В п. 4 ст.61.11 Закона о банкротстве указано, что положения подп. 2 п. 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Положения подп. 4 п. 2 настоящей статьи применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов, предусмотренных законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами (п.6 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, данным в абзацах третьем, четвертом и шестом п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подп. 2 и 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подп.2 и 4 п.2 ст.61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.

Сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к ст. 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Как следует из материалов спора, функции единоличного исполнительного органа должника с 16.01.2018 до даты введения в отношении должника процедуры банкротства исполняла управляющая организация ООО «Дорожная строительная компания» (ИНН 

<

***>), генеральным директором которой является ФИО3, следовательно, применительно к ст. 61.10 Закона о банкротстве, как установлено ранее, они являлись контролирующими должника лицами.

Конкурсным управляющим указано, что, согласно балансу за 2019г., ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» сдана абсолютно одинаковая бухгалтерская отчетность за 2018 г., 2019 г. Конкурсным управляющим был привлечен специалист для восстановления данных бухгалтерского и налогового учета за 2018-2019 гг. в конкурсном производстве. После восстановления бухгалтерской отчетности установлено, что часть дебиторской задолженности была ранее погашена либо некорректно отражена в отчетности. Отчетность компании-должника содержит некорректные сведения с 2018 г. Данные бухгалтерского учета превышают фактически имеющееся имущество почти в 2,5 раза, что является существенным искажением. 

Также конкурсный управляющий обращает внимание на то, что 77,5% дебиторской задолженности состоит из требований к аффилированным по отношению к Должнику лицам: ООО «Компания П.Р.З.К.», ООО «Дорожная строительная компания», ФИО3, ФИО5, ФИО7.

Возражая против доводов конкурсного управляющего в указанной части, ответчик ФИО3 в суде первой инстанции ссылался на увольнение работников должника в конце 2018 года, в том числе, главного бухгалтера, а также отсутствие доказательств, свидетельствующих о том, что сведения о некорректной дебиторской задолженности привели к невозможности формирования конкурсной массы должника. Из представленных в материалы дела документов следует, что конкурсным управляющим ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» выполнены все мероприятия по поиску, установлению и возврату активов Должника.

По утверждению ответчика ФИО3, им переданы все документы и «1С-бухгалтерия» конкурсному управляющему в полном объёме, что не отрицается конкурсным управляющим и подтверждается актом приема-передачи от 10.03.2020; актом приема-передачи от 20.04.2020.

Более того, по месту нахождения офиса должника: 614112, 

<

...> – конкурсному управляющему был предоставлен полный доступ для возможности изъятия всех документов ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой».

Из материалов настоящего банкротного дела следует, что 29.09.2020 конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением об обязании бывшего руководителя общества с ограниченной ответственностью «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» - управляющую организацию ООО «Дорожная строительная компания» в лице генерального директора ФИО3 передать конкурсному управляющему должника первичные документы бухгалтерского учета и отчетности, в том числе, но не исключительно, счета-фактуры, акты выполненных работ, акты формы КС-2, КС-3, товарные накладные, акты сверок взаимных расчетов за 4 квартал 2018 г., 2019 г., до момента введения в отношении должника процедуры конкурсного производства, а также договоры с контрагентами, заключаемы в указанный период.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 30.11.2020 заявление конкурсного управляющего оставлено без удовлетворения, поскольку судом установлено отсутствие у ООО «Дорожная строительная компания» иной документации должника, помимо ранее переданной конкурсному управляющему должника.

Доводы о злоупотреблении ответчиками ФИО3 и ООО «Дорожная строительная компания» правом, поскольку решения о распределении чистой прибыли общества не были переданы управляющему, а представлены лишь при рассмотрении обособленного спора по оспариванию сделки по выплате заработной платы, судом первой инстанции рассмотрены и отклонены как несостоятельные, поскольку доказательств, подтверждающих умышленное сокрытие либо уничтожение документов, материалы дела не содержат.

Как верно отмечено судом, для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям конкурсному управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника либо отсутствие в ней полной и достоверной информации существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Таких доказательств управляющим не представлено. 

Конкурсным управляющим, с учетом приведенных выше разъяснений п. 24 постановления № 53 и положений ст.65 АПК РФ, не представлены объяснения относительно того, как именно отсутствие указанной им документации фактически повлияло на проведение процедур банкротства.

Из материалов дела не следует, что данные обстоятельства повлекли невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок, не позволили проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившую проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В апелляционной жалобе конкурсным управляющим указано на неисполнение ООО «Дорожная строительская компания» и ФИО3 обязанности по хранению корпоративных документов, без представления каких-либо доказательств. Управляющим в апелляционной жалобе не указано, какие именно документы о деятельности должника не сохранены ответчиками и не переданы ему, каким образом отсутствие неких документов повлияло на формирование конкурсной массы должника, на удовлетворение требований кредиторов; выводы суда о недоказанности заявленных управляющим в обоснование привлечения ФИО3 и ООО «Дорожная строительная компания» к субсидиарной ответственности по ст. 61.11 Закона о банкротстве доводов о непередаче ими управляющему документации должника не опровергнуты.

Довод о том, что контролирующее лицо должника подлежит привлечению к субсидиарной ответственности ввиду неисполнения обязанности по ведению бухгалтерского учета и отчетности, судом первой инстанции также отклонен как несостоятельный.

Ни в суд первой, ни в суд апелляционной инстанции конкурсным управляющим не представлены доказательства того, что искажение бухгалтерской документации привело к существенному затруднению проведения процедуры банкротства в отношении ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой». При этом ссылка на искажение бухгалтерской отчетности сама по себе не может являться основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

В рассматриваемом случае судом не установлено, что ответчики ФИО3, ООО «Дорожная строительная компания» предприняли целенаправленные действия по намеренному искажению бухгалтерской отчетности должника с целью ввести в заблуждение кредиторов должника относительно платежеспособности ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой», что позволило бы обществу дополнительно наращивать кредиторскую задолженность.

Недоказанность наличия причинно-следственной связи между отсутствием документации (непередача конкурсному управляющему) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов является достаточным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований о привлечении бывшего руководителя к субсидиарной ответственности.

При изложенных обстоятельствах, оснований для удовлетворения заявления в данной части у суда первой инстанции не имелось.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий настаивает на искажении ФИО3 бухгалтерской отчетности, ссылаясь на регулярную сдачу должником бухгалтерской отчетности, сдачу должником за 2018-2019 гг. абсолютно одинаковой отчетности, полагая, что данные обстоятельства подтверждают наличие предусмотренного ст. 61.11 Закона о банкротстве основания для привлечения ответчиков ООО «ДСК» и ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Судебной коллегией указанные доводы рассмотрены и отклонены. 

Как указано ранее, факт отражения в бухгалтерской отчетности за 2019г. недостоверных сведений подтвержден материалами дела (привлеченным конкурсным управляющим специалистом была восстановлена бухгалтерская и налоговая отчетность за 2018-2019 гг., установлено расхождение отчетности за 2019 г., указанные расхождения за 2019 г. были скорректированы при сдаче отчетности за 2020 г.); доказательства недостоверности показателей в отчетности за 2018 г. не представлены.

Управляющий ссылается на отражение в бухгалтерском балансе за 2018г. запасов, которые фактически были списаны в производство еще в 2018г., то есть по итогам названного отчетного периода должны быть равны 0, не подтвердив данный довод документально. 

На стадии апелляционного производства суд исследовал вопрос об искажении бухгалтерской отчетности, характере искажения, корректировке данных бухгалтерского учета, предоставлении налоговому органу уточненной бухгалтерской отчетности, с учетом ее восстановления, предложил управляющему представить соответствующие пояснения и доказательства. Во исполнение определения суда управляющим представлены пояснения, в которых по данному вопросу управляющий ограничился указанием на привлечение специалиста для восстановления данных бухгалтерского и налогового учета за 2018-2019гг. и отражение при сдаче отчетности за 2020г. иных, восстановленных сведений за 2019г., а также приложением бухгалтерской отчетности за 2019, 2020гг., которая оказалась нечитабельной.

Коллегия судей обратила внимание на данное обстоятельство, 27.01.2025 бухгалтерская отчетность в надлежащем виде представлена. Иные документы по вопросу об искажении отчетности не представлены. Устно представитель управляющего также указала на искажение и корректировку показателей за 2019г. В последующих письменных пояснениях управляющим довод об искажении отчетности за 2018г. (в частности, по запасам) не приведен; в итоговом судебном заседании представитель управляющего настаивала на искажении, в том числе отчетности за 2018г., но указать, в чем именно такое искажение заключается, не смогла, равно как не смогла указать подтверждающее это доказательство, дату его представления в суд; ответила утвердительно на вопрос суда о предположительном характере ее довода. Конкурсный управляющий, лично участвовавший в итоговом судебном заседании, никаких пояснений по этому вопросу не дал.

Таким образом, из имеющихся в деле доказательств не усматривается искажение бухгалтерской отчетности за 2018г. Доказательства списания запасов в производство в 2018г., в подтверждение довода о несоответствии действительности показателя «запасы» в отчетности за 2018г., не представлены; выводы суда не опровергнуты; основания для сомнения в достоверности отраженных в отчетности за этот период результатов хозяйственной деятельности должника по итогам данного периода (чистая прибыль 1 333 тыс. руб.) не подтверждены.

Кроме того, как верно указал суд первой инстанции, само себе несоответствие сведений в бухгалтерской отчетности действительности не достаточно для привлечения руководителя должника к ответственности; доказательства невозможности погашения требований кредиторов ввиду отражения в отчетности недостоверных сведений отсутствуют. Выводы суда первой инстанции управляющим не опровергнуты. 

По утверждению управляющего, искажением бухгалтерской отчетности должника нарушены права конкурсных кредиторов должника, поскольку они вступили в правоотношения с должником будучи введенными в заблуждение относительно его финансового положения. Между тем, данные доводы фактически приведены в обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 и ООО «Дорожная строительная компания» по ст. 61.12 Закона о банкротстве, в удовлетворении которого судом отказано; с судебным актом в этой части управляющий согласен, не обжалует его.

При таком положении коллегия судей полагает выводы суда по рассмотренным доводам управляющего верными, оснований для отмены судебного акта в этой части не усматривает.

Конкурсным кредитором также заявлено требование о привлечении ООО «Дорожная строительная компания», ФИО3, к субсидиарной ответственности на основании ст. 61.11 Закона о банкротстве со ссылкой на совершение вредоносных сделок, повлекших невозможность погашения требований кредиторов должника.

Согласно общему правилу п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пунктом 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве предусмотрен ряд презумпций, наличие которых предполагает, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в ст.ст. 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Данные презумпции являются опровержимыми.

Из разъяснений, изложенных в п. 23 постановлении № 53, следует, что установленная пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (ст. 78 Закона об акционерных обществах, ст. 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника (п. 10 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

В п.п. 16-17 постановления № 53 прямо разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов; при рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности (п. 18 постановления № 53).

Конкурсным управляющим указанное основание для привлечения к ответственности заявлено со ссылкой на совершение ответчиками действий  -сделок по выводу активов должника, которые признаны судом недействительными в рамках настоящего дела о банкротстве.

Определениями Арбитражного суда Пермского края от 12.01.2021, от 14.04.2021 признаны недействительными на основании положений п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве сделка по перечислению с расчетного счета ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» в пользу ООО «Дорожная строительная компания» денежных средств в размере 50 000 руб. (платежное поручение №556 от 05.12.2017, назначение платежа – услуги по договору №04/2017 на услуги ДСТ и СПТ от 04.09.2017 НДС не облагается), сделки по перечислению с расчетного счета ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» в пользу ООО «Дорожная строительная компания» денежных средств в общем размере 2 960 000 руб., в том числе: 2 800 000 руб. по платежному поручению №595 от 19.12.2017 с назначением платежа – оплата счета №1 от 19.12.2017 аванс по договору поставки стройматериалов №06/2017 от 08.11.2017 НДС не облагается; 160 000 руб. по платежному поручению № 94 от 02.03.2018 с назначением платежа – оплата по договору №06/2017 от 08.11.2017 за ПГС НДС не облагается. Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания в пользу должника с ООО «Дорожная строительная компания» 50 000 руб. и 2 960 000 руб. соответственно.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 06.05.2021 признаны недействительными на основании положений п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве сделки по перечислению с расчетного счета ООО «Компания П.Р.З.К. - Автобанстрой» в пользу ООО «Дорожная строительная компания» денежных средств в общем размере 3 920 000 руб., а именно: 25.04.2018 – 2 400 000 руб. с назначением платежа – оплата по договору о передаче полномочий единоличного исполнительного органа управляющей организации б/н от 16.01.2018 НДС не облагается; 28.04.2018 - 600 000 руб. с назначением платежа – оплата по договору о передаче полномочий единоличного исполнительного органа управляющей организации б/н от 16.01.2018 НДС не облагается; 11.05.2018 – 120 000 руб. с назначением платежа – оплата по договору о передаче полномочий единоличного исполнительного органа управляющей организации б/н от 16.01.2018 НДС не облагается; 25.05.2018 – 300 000 руб. с назначением платежа – оплата по договору о передаче полномочий единоличного исполнительного органа управляющей организации б/н от 16.01.2018 НДС не облагается; 18.06.2018 – 500 000 руб. с назначением платежа – оплата по договору о передаче полномочий единоличного исполнительного органа управляющей организации б/н от 16.01.2018 НДС не облагается. . Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания в пользу должника с ООО «Дорожная строительная компания» 3 920 000 руб.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 14.05.2021 признаны недействительными на основании положений п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве сделки по перечислению с расчетного счета ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» в пользу ООО «Дорожная строительная компания» денежных средств в размере 8 500 000 руб., а именно: 19.12.2017 на сумму 5 400 000 руб. с назначением платежа – оплата счета №2 от 19.12.2017 аванс по договору на услуги дорожно-строительной техники от 18.12.2017, 22.12.2017 на сумму 3 100 000 руб. с назначением платежа – оплата счета №3 от 22.12.2017 аванс по договору на услуги дорожно-строительной техники от 18.12.2017, НДС не облагается. Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания в пользу должника с ООО «Дорожная строительная компания» 8 500 000 руб.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 21.05.2021 признаны недействительными на основании положений п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве сделки по перечислению с расчетного счета ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» в пользу ИП ФИО7 денежных средств в общем размере 1 735 000 руб., а именно: 16.05.2018 – 5 000 руб. с назначением платежа – оплата по договору аренды №1 от 16.05.2018 за аренду спецтехники НДС не облагается; 18.05.2018 – 500 000 руб. с назначением платежа – оплата по договору аренды №1 от 16.05.2018 за аренду спецтехники НДС не облагается; 05.06.2018 – 150 000 руб. с назначением платежа – оплата по договору аренды №1 от 16.05.2018 за аренду спецтехники НДС не облагается; 22.11.2018 – 500 000 руб. с назначением платежа – оплата по договору аренды №1 от 16.05.2018 за аренду спецтехники НДС не облагается; 14.12.2018 – 100 000 руб. с назначением платежа – оплата по договору аренды № 1 от 16.05.2018 за аренду спецтехники НДС не облагается; 18.12.2018 – 100 000 руб. с назначением платежа – оплата по договору аренды №1 от 16.05.2018 за аренду спецтехники НДС не облагается; 29.12.2018 – 150 000 руб. с назначением платежа – оплата по договору аренды №1 от 16.05.2018 за аренду спецтехники НДС не облагается; 22.01.2019 – 230 000 руб. с назначением платежа – оплата по договору аренды №1 от 16.05.2018 за аренду спецтехники НДС не облагается. Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания в пользу должника с ИП ФИО7 1 735 000 руб.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 01.06.2022 на основании положений п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве признаны недействительными сделками:

- действия по начислению и выплате с расчетного счета общества с ограниченной ответственностью «Компания П.Р.З.К. - Автобанстрой» ФИО5 денежных средств в сумме 82 000 руб.;

- действия по начислению и выплате с расчетного счета общества с ограниченной ответственностью «Компания П.Р.З.К. - Автобанстрой» ФИО7 денежных средств в размере 815 605,14 руб.;

- действия по начислению и выплате ФИО3 с расчетного счета общества с ограниченной ответственностью «Компания П.Р.З.К. - Автобанстрой» денежных средств в размере 6 628 900 руб.;

- действия по начислению и выплате ФИО20 Врежу Анушавановичу с расчетного счета общества с ограниченной ответственностью «Компания П.Р.З.К. - Автобанстрой» денежных средств в размере 734 316,75 руб. 

Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ответчиков в пользу должника денежных средств в указанных размерах.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 05.08.2020 на основании положений ст.61.3 Закона о банкротстве признан недействительной сделкой договор уступки права требования от 23.07.2019, заключенный между ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» и ИП Сарибекяном Лёвой Горгиновичем. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ИП ФИО10 в пользу ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» 1 174 000 руб.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 21.05.2021 на основании положений ст.61.3 Закона о банкротстве признан недействительной сделкой договор уступки права требования от 05.08.2019, заключенный между ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» и ИП ФИО11 на сумму 782 994,50 руб., договор уступки права требования от 19.08.2019, заключенный между ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» и ИП ФИО11 на сумму 1 748 271,06 руб. Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ИП ФИО11 в пользу ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» 2 531 265,56 руб.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 27.08.2021 признан недействительным (мнимым) договор №18-2018 на поставку строительных материалов от 21.05.2018, заключенный между ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» и ИП ФИО13. Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО13 в пользу ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» денежные средства в размере 300 000 руб., перечисленные по платёжному поручению от 21.05.2018 №80.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 02.12.2021 признан недействительным (мнимым) договор поставки товарно-материальных ценностей от 24.05.2018, заключенный между ООО «Компания П.Р.З.К.- Автобанстрой» и ИП ФИО14. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО14 в пользу ООО «Компания П.Р.З.К. - Автобанстрой» денежные средства в размере 500 000 руб., перечисленные по платёжному поручению №119 от 25.05.2018.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 08.07.2021 на основании положений ст.61.2 Закона о банкротстве признаны недействительными сделки по перечислению с расчетного счета ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» в пользу ООО «Комплексные технологии строительства» денежных средств в обшей сумме 650 000 руб. по платежным поручениям №4 от 24.04.2018, № 67 от 18.05.2018, № 182 от 05.06.2018, № 174 от 21.03.2018. Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ООО «Комплексные технологии строительства» в пользу ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» денежные средства в размере 650 000 руб.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 02.12.2021 на основании положений ст.61.2 Закона о банкротстве признана недействительной сделкой перечисление с расчетного счета ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» в пользу ИП ФИО12 денежных средств в сумме 200 000 руб. по платежному поручению № 302 от 19.12.2018 года. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с индивидуального предпринимателя ФИО12 в пользу ООО «Компания П.Р.З.К. - Автобанстрой» денежные средства в размере 200 000 руб.

С позиции управляющего, ООО «Компания П.Р.З.К. - Автобанстрой» были заключены сделки, по которым из состава активов должника выбыло ликвидное имущество должника. При этом большинство спорных сделок заключено в период 2018-2019 гг., когда ФИО3 осуществлял руководство обществом. Целью сделок был вывод активов из общества, что установлено указанными судебными актами, в целях невозможности обращения на них взыскания по обязательствам перед кредиторами должника. Следовательно, в результате совершенных сделок был причинен существенный вред имущественным правам кредиторов должника. Вместо осуществления погашения задолженности перед кредиторами, должником производился вывод активов в значительном размере. Отчуждение активов должника в существенном размере повлекло невозможность осуществления должником своей хозяйственной деятельности. Следствием указанных сделок стала кризисная ситуация на предприятии, ее развитие и переход в стадию объективного банкротства, поскольку вследствие вывода активов должник был лишен возможности осуществлять хозяйственную деятельность и рассчитываться с кредиторами.

Судом на основании материалов дела установлено, что постановлением мирового судьи судебного участка №4 Орджоникидзевского судебного района г. Перми Пермского края от 21.11.2017 по делу №5-990/2017 ФИО5 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.7 ст.5.27 КоАП РФ, в виде дисквалификации сроком на один год. Решением Орджоникидзевского районного суда г. Перми от 15.01.2018 по делу №12-4/2018 постановление мирового судьи судебного участка №4 оставлено без изменений, частная жалоба – без удовлетворения.

Протоколом общего собрания участников ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» от 15.01.2018 №1 ФИО5 освобождена от должности президента ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» в связи с передачей функций единоличного исполнительного органа ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» управляющей организации ООО «Дорожная строительная компания».

Как установлено ранее, единственным участником и руководителем ООО «Дорожная строительная компания» являлся ФИО3

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам ст.71 АПК РФ, приняв во внимание обстоятельства, установленные в рамках вышеуказанных обособленных споров о признании сделок должника недействительными, а именно: совершение данных сделок в период наличия у общества признаков объективного банкротства, в отсутствие встречного предоставления, в целях вывода активов должника (денежных средств); учитывая, что руководство и фактический контроль за деятельностью ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» в спорный период осуществляла управляющая организация ООО «Дорожная строительная компания», генеральным директором которой является ФИО3, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по указанному основанию.

При этом доводы ФИО3 о том, что вышеуказанные спорные сделки не могли привести к объективному банкротству должника, судом первой инстанции рассмотрены и отклонены.

В соответствии п.23 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 по смыслу подп.1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные ст.61.2 (подозрительные сделки) и ст.61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве.

При этом следует учитывать, что несостоятельность должника является не только юридической, но и экономической категорией. Поэтому права кредитора несостоятельного лица на наиболее полное удовлетворение его требования за счет имущества предприятия-банкрота находятся в зависимости со значительным количеством обстоятельств (объем имущества должника, размер его активов, спрос на покупку этих активов, их действительная стоимость и другие).

Успешность хозяйственной деятельности юридического лица, его имущественный комплекс, размер впоследствии предъявленных к предприятию требований и, как правило, их количество, напрямую связано со своевременным, добросовестным, эффективным осуществлением руководителями юридического лица контроля за его деятельностью, предполагающей недопущение наступления экономического кризиса субъекта коммерческой деятельности (объективного банкротства).

Суд первой инстанции указал, что в данном случае, вместо накопления конкурсной массы для наиболее справедливого пропорционального расчета со всеми кредиторами, активы общества выводились из имущественной массы в пользу отдельных лиц, при этом признание спорных сделок недействительными достаточным основанием полагать, что причиненный в результате их совершения вред имущественным правам кредиторов должника возмещен, не является.

Суд апелляционной инстанции согласен с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения ФИО3 и ООО «Дорожная строительная компания» к субсидиарной ответственности по обязательства должника за совершение действий, приведших общество к банкротству.

Обращаясь с апелляционной жалобой, ФИО3 возражает относительно указанных выводов, настаивая на том, что признанные недействительными сделки не повлекли банкротство должника, неплатежеспособность ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» возникла вследствие убыточности муниципального контракта, то есть в силу объективного обстоятельства, на которое ответчики повлиять не могли.

Как установлено ранее, 07.12.2015 по итогам конкурсной процедуры между Должником («Подрядчик») и Администрацией Юсьвинского муниципального района («Заказчик») был заключен Муниципальный контракт № 2015.443543 на выполнение комплекса работ по реконструкции автомобильной дороги «Юсьва-Мелюхино» - участок «Юсьва-Сивашер» (км0+880-км10+720), участок «Сивашер-Мелюхино» (км10+720-км14+150), Юсьвинский район, Пермский край, в срок до 31.12.2017; согласно п. 3.1. которого цена Контракта составляет 213 536 510,00 руб., в соответствии с локальными сметными расчетам.

Локальным сметным расчетом была предусмотрена разработка грунта с погрузкой и перевозкой его на возведение земляного плотна без учета стоимости самого материала, который по проекту предоставляет сам заказчик. Добыча грунта осуществлялась должником из полигона под пожарный водоем, расположенного у д. Бурково.

Однако, для добычи грунта в указанном месте требовалась лицензия для осуществления деятельности по добыче недр, которая у должника отсутствовала. 

Постановлением Министерства природных ресурсов, лесного хозяйства и экологии Пермского края № 03-04-02/40 от 28.04.2016 должник был оштрафован за незаконную добычу недр. Данное постановление было оспорено должником в судебном порядке, решением Арбитражного суда Пермского края от 13.07.2016 по делу №А50-11127/2016 административный штраф был уменьшен до 400 000 руб.

Согласно пояснениям ответчиков, длительность процедуры оформления названной лицензии весьма значительна (порядка двух лет); ввиду отсутствия грунта  должник не мог производить строительные работы в 2016г., о чем уведомил Администрацию Юсьвенского муниципального района письмом от 10.05.2016 (исх. № 08). 

Данная ситуация обсуждалась на селекторских совещаниях в Администрации Юсьвенского муниципального округа, на совещании у бывшего председателя Правительства Пермского края ФИО21, на которых руководитель должника ФИО3 неоднократно вступал с намерением расторгнуть контракт, но на совещаниях принимались решения о проведении дополнительного аукциона на увеличение цены Контракта.

Протоколы совещаний, принятые на них решения в материалы дела не представлены. Согласно ответу Администрации Юсьвенского муниципального округа от 03.02.2023, протоколы совещаний за 2017г. отсутствуют. 

По утверждению ФИО3, отсутствие протоколов совещаний не соответствует действительности, поскольку опровергается представленной в материалы дела перепиской. В частности, ответчиком представлены направленное должником с целью разрешения создавшейся ситуации письмо председателю Правительства Пермского края от 19.12.2016 (исх. № 23), ответ на него за подписью первого заместителя председателя Правительства Пермского края № СЭД-01-80-14 от 16.02.2017, согласно которому необходимо учесть дополнительные работы и материалы, не учтенные локальным сметным расчетом.

В подтверждение убыточности муниципального контракта ФИО3 ссылается на то, что сводные сметные расчеты стоимости строительства были составлены в ценах по состоянию на 01.01.2000 с переводом (индексацией) в цены 2 кв. 2014г. (дата составления проектно-сметной документации); стоимость строительных работ не проиндексирована: по участку «Юсьва-Сивашер» - на уровень инфляции 2015-2016гг., по участку «Сивашер-Мелюхино» - на уровень инфляции 2015, 2016, 2017гг.; фактическая цена закупаемого материала превышает сметную в несколько раз.

Также локальным сметным расчетом не учтена перевозка материалов свыше 30 км – фактически перевозка материала осуществлялась из г.Перми (свыше 220км в одну сторону, плечо 440км), в соответствии со схемой завоза материала, в связи с чем были заключены договоры поставки (оказания транспортных услуг с рядом контрагентов (ООО «Омега», ИП ФИО22, ИП ФИО10, ООО «Грузовой порт», Крестьянское хозяйство ФИО23, ООО «КТС» и пр.).

Ответчиком представлено заключение специалиста № 106-05/25 от 07.05.2025, составленное ООО «Регион-Эксперт» по заказу ФИО3; объект исследования - расчет стоимости провозки ПГС и щебня по сметным расчетам, предусмотренным контрактом, и фактической стоимости перевозок. Согласно данному заключению, в локальном сметном расчете к муниципальному контракту заложена перевозка ПГС и щебня на расстояние 30 к на общую сумму 30 648 660 руб. (цена указана на 2001г. без индексации на дату заключения контракта), фактическая стоимость перевозки данных материалов по ценам, установленным поставщиками на участке «Юсьва-Сивашер» с учетом базисных цен на 2001г. с индексацией на 4 кв. 2016г. составляет 71 298 999 руб.

Ссылаясь на данное заключение, ответчики указывают на убыточность муниципального контракта только по одному виду расходов порядка 40 млн. руб.

Кроме того, по утверждению ФИО3, должник не имел возможности производить работы по устройству земляного полотна в период с июня по сентябрь 2017г. в связи с продолжительными осадками в виде дождя на территории Юсьвенского муниципального района, что подтверждается постановлением Администрации Юсьвенского муниципального района  Коми-Пермяцкого округа Пермского края от 06.07.2017 № 213, которым введен режим функционирования «Чрезвычайная ситуация» (отменен данный режим с 25.09.2017), метеорологической информацией Пермского ЦМС-филиала ФГБУ «Уральское УГМС» от 09.11.2017 № 2404 (количество осадков в указанный период составляло в среднем 159% от нормы), а также заключением Пермской Торгово-Промышленной палаты № 39, в соответствии с которым атмосферные осадки в виде дождя, произошедшие в июне-сентябре 2017г. на территории Юсьвенского района, можно признать обстоятельствами непреодолимой силы применительно к возможности выполнения работ по устройству земляного полотна по муниципальному контракту.

Из-за увеличения сметной стоимости работ и материалов, поздней оплаты заказчиком выполненных и сданных должником работ, ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» несло расходы по содержанию объекта, по оплате кредита, оплате труда работников, сроки выполнения работ по контракту затянулись до 4 лет (вместо 2 лет), что сказалось на финансовом состоянии должника.

Исследовав указанные обстоятельства, представленные в их подтверждение доказательства, коллегия судей полагает, что сами по себе они не опровергают выводы суда относительно наступления неплатежеспособности должника в результате совершения сделок по выводу активов должника.

Действительно, материалами дела подтверждается, что при исполнении муниципального контракта имели место существенные затруднения, должник возможно не получил планируемый им от выполнения контракта доход. Однако, совокупность фактических обстоятельств не позволяет прийти к выводу о том, что банкротство должника является следствием убыточности муниципального контракта, то есть объективного обстоятельства, а не в связи с неправомерными действиями контролирующих должника лиц – ООО «Дорожная строительная компания» и ФИО3

Коллегия судей не может принять представленное ответчиком заключение специалиста, как доказательства убыточности муниципального контракта (размер убытка - порядка 40 млн. руб.).

Как указано ранее, специалист взял к сравнению стоимость работ по перевозке ПГС и щебня согласно локальному сметному расчету – приложению к муниципальному контракту по состоянию на 2001г. без индексации на дату заключения контракта. Между тем, согласно пояснениям ФИО3, сводные сметные расчеты стоимости строительства были составлены в ценах по состоянию на 01.01.2000 с переводом (индексацией) в цены 2 кв. 2014г. (дата составления проектно-сметной документации), то есть не проиндексирована стоимость работ по отдельным участкам, начиная с 2015г. (за 2 и 3 года соответственно). 

Кроме того, специалист исследовал стоимость работ по муниципальному контракту без учета заключенного между должником и Администрацией Юсьвенского муниципального района муниципального контракта № 0156300039917000013-0180008-01 от 22.08.2017. 

Как установлено ранее, в связи с отсутствием соответствующей лицензии должник не мог производить строительные работы по муниципальному контракту, локальными сметными расчетами по муниципальному контракту не были предусмотрены работы по добыче и поставке грунта на объекты с других полигонов/карьеров.

Согласно письму первого заместителя председателя Правительства Пермского края от 16.02.2017 в ответ на обращение исполнительного директора ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» ФИО3, по итогам рабочего совещания, состоявшегося 10.02.2017, рекомендовано: проектировщику совместно с ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» - получить положительное заключение проверки достоверности сметной стоимости объекта реконструкции по контракту; Администрации - направить в Министерство транспорта Пермского края заявку на софинансирование неучтенных локальным сметным расчетом работ, являющихся приложением к Контракту; Министерству – в целях недопущения срывов срока окончания выполнения работ по контракту, в кратчайшие сроки разработать аукционную документацию на разработку грунтового карьера «Бурково».

11.07.2017 к муниципальному контракту от 07.12.2015 заключено дополнительное соглашение № 2, согласно которому в связи с увеличением объема работ, на основании положительного заключения о проверке достоверности определения сметной стоимости от 22.05.2017, изложен в новой редакции п. 3.1 контракта о цене контракта, которая составляет 234 890 161 руб.

Для разрешения возникшей проблемы Администрация Юсьвенского муниципального района организовала аукцион на выполнение работ по реконструкции автомобильной дороги «Юсьва-Мелюхино» - участок «Юсьва-Сивашер», участок «Сивашер-Мелюхино» в части закупки грунта для возведения земляного полотна.

 ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» приняло участие в указанном аукционе, с ним как единственным участником аукциона, заключен  муниципальный контракт № 0156300039917000013-0180008-01 от 22.08.2017.

Данный контракт в материалы настоящего спора не представлен. 

Ссылка на него имеется в обращении ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» к Главе администрации Юсьвенского муниципального района Пермского края ФИО24 от 27.11.2017 исх. № 37 о заключении дополнительного соглашения к муниципальному контракту от 07.12.2015 об изменении срока выполнения работ – до 31.08.2018 (ввиду невозможности выполнения работ в связи с продолжительными осадками в виде дождя на территории  Юсьвенского района в период с июня по сентябрь 2017г.).

То есть, вопреки утверждению ответчиков, цена контракта скорректирована путем заключения дополнительного соглашения (увеличена на 21 353 651 руб.), дополнительный аукцион был проведен, соответствующий контракт с должником заключен. С учетом рекомендаций по итогам рабочего совещания, состоявшегося 10.02.2017, даты проведения аукциона, представляется, что при разработке аукционной документации учтены все проблемные вопросы, связанные с дополнительными расходами на выполнение муниципального контракта от 07.12.2015; размер неучтенных этим контрактом работ предусмотрен контрактом от 22.08.2017. Иное ответчиками не доказано (ст. 65 АПК РФ).

Данный вывод также подтверждается тем, что должник начал выполнять работы по устройству земляного полотна на объекте только с 22.08.2017 (указано в письме должника исх. № 37 от 27.11.2017).

О невыполнении заказчиком обязательств по муниципальный контракт № 0156300039917000013-0180008-01 от 22.08.2017 ответчиками не заявлено, соответствующие доказательства не представлены.

Работы по муниципальному контракту № 2015.443543 от 07.12.2015 должником выполнены, заказчиком приняты только в ноябре 2019г. Ответчики не отрицают получение полной оплаты по данному контракту.

Ответчиком ФИО3 в суд первой инстанции представлены сведения о дополнительных расходах ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» при выполнении контракта «Юсьва», которые были вызваны из-за некачественного проекта, предоставленного Заказчиком, а также обещаниями заказчика провести дополнительный аукцион по увеличению стоимости контракта. Такие фактически понесенные расходы составили 2 036 871,26 руб., включая штраф за добычу недр без лицензии (400 000 руб.), налог на добычу недр на февраль 2018г. (38 210 руб.). 

Документы, указанные в перечне дополнительных расходов в качестве их оснований, материалы обособленного спора не содержат.

Вместе с тем, такой размер расходов не сопоставим с заявленным размером убыточности муниципального контракта (который не доказан), не является значимым, влекущим существенное ухудшение финансового состояния должника.

Доводы ответчиков о несении дополнительных расходов на содержание объекта, на оплату кредита, оплату труда работников, с учетом увеличения сроков выполнения работ по контракту до 4 лет (вместо 2 лет), что сказалось на финансовом состоянии должника, ими документально не подтверждены.

При принятии решения об участии в аукционе разумный и добросовестный руководитель юридического лица должен учесть себестоимость работ, включая содержание объекта строительства, заработную плату работников и пр.; соотнести их с ценой контракта согласно аукционной документации. Общество приняло участие в аукционе, следовательно, цена контракта соответствовала экономически обоснованному расчету его исполнительного органа, последующее изменение фактической стоимости работ ввиду объективных обстоятельств учтено при заключении дополнительного соглашения к муниципальному контракту и последующего муниципального контракта. В такой ситуации оснований полагать такие расходы как влекущие ухудшение финансового состояния должника вплоть до его неплатежеспособности не имеется.

Коллегией судей также принимается во внимание, что ответчики как лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность в сфере строительства, не могли не знать о необходимости лицензии для осуществления деятельности по добыче недр, об ее отсутствии у должника. То есть оснований полагать приостановление работ по муниципальному контракту ввиду отсутствия грунта, необходимость в этой связи приобретения грунта у других лиц, возникновение соответствующих расходов исключительно по вине заказчика не имеется; ответчики допустили как минимум грубую неосторожность, самонадеянно надеясь избежать неблагоприятных последствий добычи грунта без лицензии.

Более того, в указанной ситуации, когда возникли существенные проблемы при  исполнении муниципального контракта, в том числе по сроку выполнения работ, получении оплаты в соответствии с фактическими расходами на их выполнение и, соответственно, исполнению обязательств перед поставщиками и подрядчиками, привлеченными должником к исполнению контракта, ответчики совершили действия по выводу активов должника.

Как следует из пояснений ответчика ФИО3, исполнение контракта предполагалось за счет денежных средств, имевшихся у должника, с последующим возмещением этих расходов за счет оплаты по контракту; в связи с увеличением расходов на исполнение контракта ввиду невозможности добычи грунта у д. Бурково, его поставки другими лицами, должником были привлечены кредитные средства – 03.05.2017 заключен с АО «Фора-Банк» договор о кредитной линии 

<

***>, 18.12.2017 заключен договор о кредитной линии № 66-210/ВКЛ, общий размер кредитных средств, полученных должником по этим договорам составил 30 млн. руб. В обеспечение исполнения обязательств ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» по данным договорам имущество должника, его участников передано в залог банку (общая залоговая стоимость более 84 млн. руб., с учетом НДС), с участниками должника, его руководителем заключены договоры поручительства. С позиции ответчика ФИО3, такое поведение контролирующих должника лиц подтверждает их добросовестность, необоснованность доводов управляющего о банкротстве общества вследствие их действий. 

Заключение указанных договоров подтверждено материалами настоящего дела о банкротстве должника и никем из участвующих в деле лиц не отрицается. Также материалами дела подтверждено, что залоговое имущество было продано, за счет чего погашен основной долг перед АО «Фора-Банк» и частично санкции.

Между тем, из материалов дела следует, что должник в лице своего исполнительного органа, в ситуации наличия обязательств перед поставщиками с наступившим сроком исполнения (ООО «Надеждинское» по договору поставки от 02.02.2016 на условиях 100% предоплаты товара, за товар, поставленный в период февраль-октябрь 2016г.; ООО «Горнодобывающая компания» по договору поставки от 23.12.2015, также предусматривающим 100% предоплату за товар, поставленный в октябре 2016г.; перед ФИО16 по договору займа от 28.09.2016), возникновения проблем с исполнением контракта ввиду увеличения расходов на его исполнение, неопределенности относительно корректировки стоимости работ по договору, выплачивает участникам общества дивиденды (в том числе выплата дивидендов за 2016г. в середине 2017г.). То обстоятельство, что правомерность выплаты дивидендов не оспаривается управляющим, не означает невозможность оценки этого обстоятельства в совокупности с другими при исследовании действий ответчиков, с точки зрения их разумности. 

Данные обязательства с уже истекшим сроком должником не были исполнены, с ООО «Надеждинское» и ООО «Горнодобывающая компания» были заключены мировые соглашения, которыми фактически изменен срок исполнения должником обязательства по оплате на ноябрь-декабрь 2018г., но и в указанный срок должник не осуществил оплату своим кредиторам, не произвел ни одного платежа.  

В последующий период у должника возникли новые обязательства перед не связанными с ним кредиторами, которые им также не исполнены, в том числе по кредитным договорам. 

Само по себе заключение кредитных договоров свидетельствует о недостаточности у должника собственных денежных средств для исполнения муниципального контракта уже по состоянию на май 2017г.; последующее заключение кредитного договора 18.12.2017 подтверждает, что должник испытывал в указанный период недостаточность оборотных средств. 

Из материалов дела следует, что, начиная с мая 2018г., заказчик осуществлял платежи должнику по муниципальному контракту.

Между тем, получив кредитные средства, платежи от заказчика, должник не направил их на расчеты с привлеченными им для исполнения муниципального контракта контрагентами, обязательства перед которыми остались полностью или в значительной части не исполненными.

Вместо расчетов с ними, руководитель должника, начиная с декабря 2017г. совершает действия по перечислению денежных средств со счета должника, преимущественно в пользу аффилированных лиц, в отсутствие встречного предоставления, впоследствии признанные недействительными сделками. Всего за период декабрь 2017г.- 2019г. по недействительным сделкам выведены денежные средства должника в общем размере 31 321 087,45 руб., что сопоставимо с основным долгом перед мажоритарным кредитором должника АО «Фора-банк» либо с размером основного долга перед другими независимыми кредиторами, чьи требования не обеспечены залогом имущества должника либо контролирующих его лиц.

Указанное, вопреки позиции ответчиков, свидетельствует о том, что общий размер выведенных по недействительным сделкам денежных средств должника является значительным, влияние таких сделок на финансовое положение должника существенным. 

Ссылка ответчика на то, что сумма сделок с аффилированными лицами составляла всего 14,5% от активов должника на 2018 г., подлежит отклонению.

В период совершения данных сделок ответчики доподлинно знали размер предстоящей оплаты по муниципальному контракту, размер обязательств перед кредиторами, не могли не осознавать, что в результате выведения денежных средств должника эти обязательства не могут быть исполнены.

Фактически сделки по выводу активов должника были совершены в условиях полной определенности относительно размера подлежащих исполнению обязательств должника, с целью их неисполнения, что установлено судом в рамках обособленных споров о признании сделок недействительными.

По утверждению ФИО3, денежные средства, перечисленные со счета должника в пользу ответчиков ФИО3, ООО «Дорожная строительная компания», были сняты ФИО3 и направлены для закрытия долга перед рабочими за наличные, а также для расчетов с привлеченными исполнения муниципального контракта лицами, в частности, с ООО «Содас» по договору на поставку битума от 04.02.2015 на сумму 6 836 571,53 руб., с ООО «СтемП» по договору поставки от 02.11.2015 на сумму 9 471 650,60 руб., с ООО «Строй-Консалдинг» по договору поставки от 26.11.2015 на сумму 14 494036,30 руб. путем передачи в кассу данных обществ.

В подтверждение этих доводов ответчиком представлены документы по правоотношениям с двумя из названных лиц, а также копии авансовых отчетов за период с 28.04.2017 по 31.10.2018 об использовании ФИО3 полученных им со счета должника денежных средств «под отчет». 

Между тем, документы о наличии задолженности по оплате труда рабочих, выплате им долга наличными денежными средствами ФИО3 не представлены. Сами по себе копии авансовых отчетов таким доказательством не являются. Общая сумма подотчетных денежных средств, согласно авансовым отчетам, значительно (кратно) меньше размера полученных ответчиком по недействительной сделке (6 628 900 руб.).

Копии квитанций к приходным кассовым ордерам о поступлении денежных средств в кассу ООО «Содас» по договору на поставку битума от 04.02.2015 на сумму 6 836 571,53 руб., с ООО «СтемП» по договору поставки от 02.11.2015 на сумму 9 471 650,60 руб. датированы 15.01.2018 и 13.02.2018 соответственно. Между тем, за счет денежных средств, перечисленных со счета должника в пользу ООО «Дорожная строительная компания» по несуществующим обязательствам (что установлено вступившими в законную силу судебными актами и ответчиками не отрицается), данные операции не могли быть осуществлены, поскольку на указанные даты ООО «Дорожная строительная компания» получены денежные средства должника в существенно меньшем размере, чем передано в кассу названных обществ. Документы о правоотношениях должника с ООО «Строй-Консалдинг» по договору поставки от 26.11.2015, передаче в кассу данного общества денежных средств в сумме 14 494036,30 руб. ответчиками не представлены.

Разумные пояснения о необходимости перечисления денежных средств со счета должника на счет ФИО3, ООО «Дорожная строительная компания» для последующего их обналичивания и проведения расчетов с контрагентами должника в наличной форме ответчиками не даны, обстоятельства, препятствующие непосредственному снятию со счета должника денежных средств для их передачи рабочим, контрагентам должника ответчиками не названы, соответствующие доказательства не представлены.

С учетом указанного, доводы ответчика об использовании полученных ответчиками ФИО3, ООО «Дорожная строительная компания» по недействительными сделкам денежных средств на нужды должника подлежат отклонению как несостоятельные. 

При этом коллегия судей принимает во внимание, что при рассмотрении обособленных споров о признании недействительными сделок по перечислению со счета должника денежных средств в пользу ФИО3, ООО «Дорожная строительная компания» данными ответчиками доводы о последующем снятии денежных средств и их передаче в счет погашения задолженности перед рабочими и контрагентами не приводились, доказательства не представлялись. Вступившими в законную силу судебными актами по указанным обособленным спорам установлена недействительность платежей, осуществленных в отсутствие встречного предоставления, на основании фиктивного документооборота, цель этих сделок – причинение вреда имущественным интересам кредиторов должника. Определения суда о признании сделок недействительными не отменены, не изменены, установленные ими обстоятельства являются преюдициальными для настоящего спора.

Ссылка ФИО3 на то, что установленные в рамках этих обособленных споров обстоятельства не имеют для него преюдициального значения, отклоняются, поскольку ФИО3 являлся ответчиком либо законным представителем ответчика ООО «Дорожная строительная компания»; то обстоятельство, что он непосредственно не принял участие в судебных заседаниях по названным спорам лично или через представителя, не означает, что он  в рассмотрении споров не участвовал.

Сделка по перечислению денежных средств в пользу ФИО3 рассматривалась в рамках одного обособленного спора со сделками, ответчиками по которым выступали ФИО5, ФИО7, ФИО15, следовательно, установленные определением суда по результатам этого обособленного спора являются для него преюдициальными.

ФИО3 участвовал при рассмотрении обособленных споров о признании недействительными сделок с ИП ФИО25 и с ИП ФИО11 в качестве третьего лица, обстоятельства, установленные в рамках этих споров, также являются для него преюдициальными. Данные сделки признаны судом недействительными на основании ст. 61.3 Закона о банкротстве, при этом судом установлена реальность договорных отношений между должником и ИП ФИО10, ИП ФИО11 соответственно, отсутствие недобросовестности в действиях последних, являющихся внешними, не связанными с должником лицами. При таком положении следует согласиться с позицией ФИО3 об отсутствии оснований полагать данные сделки влекущими ответственность контролирующих должника лиц.  

В других обособленных спорах о признании недействительными сделок с ИП ФИО13, ИП ФИО14, ИП ФИО12, ООО «Комплексные технологии строительства» ФИО3 участия не принимал. Между тем, какие-либо доводы и доказательства, опровергающие выводы суда о недействительности сделок с названными лицами, им не заявлены и не представлены.

С учетом недоказанности убыточности муниципального контракта, вывод активов должника по недействительным сделкам явился причиной невозможности исполнения должником обязательств перед кредиторами, привел к неплатежеспособности общества, его банкротству. Соответствующий вывод суда первой инстанции является верным, соответствующим фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам.

При таком положении суд правомерно признал доказанным оснований для привлечения ООО «Дорожная строительная компания» и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по ст.  61.11 Закона о банкротстве.

Конкурсным управляющим указано, что все мероприятия, направленные на пополнение конкурсной массы, выполнены, поступление денежных средств в конкурсную массу возможно только за счет взыскания в порядке привлечения к субсидиарной ответственности. В этой связи конкурсный управляющий просит установить размер ответственности контролирующих лиц, взыскать с них денежные средства в конкурсную массу.

Ответчиками данные доводы не оспорены и не опровергнуты, мероприятия, за счет которых возможно пополнение конкурсной массы и погашение требований кредиторов должника, не указаны.  

Установленная п.1 ст. 61.11 Закона о банкротстве презумпция о невозможности полного погашения требований кредиторов вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, ответчиками ФИО3 и ООО «Дорожная строительная компания» не опровергнуты.

По общему правилу п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда. Причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого контролирующего должника лица.

При рассмотрении спора судом первой инстанции установлено, что фактически судебные акты о признании сделок недействительными исполнены в части, в конкурсную массу должника поступили денежные средства в сумме 4 531 961,83 руб. Определив размер ответственности ФИО5 равным 100 000 руб., взыскав в ФИО7 убытки в размере в размере 2 504 948,14 руб., не установив оснований для снижения размера субсидиарной ответственности ФИО3, ООО «Дорожная строительная компания», суд взыскал с них солидарно 59 091 120,63 руб.

Обращаясь с апелляционной жалобой, ответчик ФИО3 возражает относительно указанного размера ответственности, отмечая, что конкурсным управляющим на взыскание по субсидиарной ответственности предъявлены суммы непогашенных реестровых и зареестровых требований кредиторов в общем размере 66 273 687,60 руб., при том, что оспорено сделок на сумму 31 321 087,45 руб., а в конкурсную массу по результатам сделок поступило 4 531 961,83 руб., разница составляет 30 420 638,32 руб. С позиции апеллянта, размер ответственности не может превышать размер признанных недействительными сделок и поступивших по ним в конкурсную массу средств.

В последующем ФИО3 указал на погашение требований кредитора АО «Фора-Банк» в значительном размере, изменение в этой связи размера реестровых требований, оставшихся непогашенными, что следует учесть при определении размера субсидиарной ответственности либо убытков.  

Конкурсный управляющим в своих письменных пояснениях указывает, что полученные от реализации дебиторской задолженности (взыскание денежных средств как последствия недействительности сделок) денежные средства направлены на погашение текущих обязательств должника; текущие платежи в размер субсидиарной ответственности не включены; в настоящее время непогашенный размер требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, составляет 47 658 077,67 руб.; за вычетом размера взыскания с ФИО5 в порядке привлечения к субсидиарной ответственности (100 000 руб.), с ФИО7 в пользу должника убытков (2 504 948,14 руб.) (в этой части судебный акт не обжалуется), размер субсидиарной ответственности  ФИО3 и ООО «ДСК» составляет 45 053 129,53 руб., денежные средства в указанном размере подлежат взысканию с них в солидарном порядке.

Коллегия судей находит выводы суда о размере ответственности ФИО3 и ООО «ДСК» ошибочным, при определении размера их ответственности исходит из следующего.

Заявление о привлечении в рамках дела о банкротстве к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов является иском, направленным на возмещение убытков контролирующим лицом в ситуации, когда его неразумные и недобросовестные действия (бездействие) оказали такое негативное воздействие на имущественную сферу подконтрольной организации, что совокупный размер активов последней стал недостаточен для проведения расчетов с кредиторами, то есть данные действия (бездействие) послужили необходимой причиной банкротства (п.1 ст. 61.11 Закона о банкротстве). 

Из системного толкования абзаца второго п.3 ст. 56 ГК РФ, ст.61.11 Закона о банкротстве следует, что необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стало ее банкротство. 

Поскольку иск о привлечении к субсидиарной ответственности является способом защиты гражданско-правового сообщества кредиторов, размер ответственности по нему ограничен общей суммой требований кредиторов, оставшихся непогашенными по причине недостаточности имущества (совокупным размером требований, включенных в реестр требований кредиторов и заявленных после закрытия реестра, а также требований по текущим платежам) (п.11 ст. 61.11 Закона о банкротстве). 

Одновременно с этим в рамках дела о банкротстве кредиторы, арбитражный управляющий наделяются правом на подачу заявлений о признании сделок недействительными (ст.ст. 61.1, 61.2, 61.3, 61.9 Закона о банкротстве), целью которых является возврат имущества в конкурсную массу для пропорционального погашения требований кредиторов. Последствия недействительности сделок применяются в соответствии со ст.61.6 Закона о банкротстве. Приведенная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.11.2023 № 307-ЭС20-22591(3,4). 

Несмотря на то, что требования о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности и требования о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности, возникли из разных оснований, данные требования направлены на удовлетворение одного экономического интереса (возмещение ущерба обществу и его кредиторам) и являются солидарными, а значит, должник вправе получить исполнение только единожды (ст.323 ГК РФ, определение Верховного Суда Российской Федерации от 02.02.2024 № 305-ЭС21-10472(3)).

В рассматриваемом случае ФИО3 и ООО «Дорожная строительная компания» вменено причинение вреда кредиторам должника совершением противоправных сделок, с них как стороны по сделкам взысканы в пользу должника денежные средства. Эти же обстоятельства (совершение должником под руководством названных ответчиков убыточных сделок) положены в основу требования о привлечении их к субсидиарной ответственности. Оба требования направлены на удовлетворение одного и того же экономического интереса  кредиторов. Двойное исполнение по этим требованиям недопустимо, а предоставление исполнения по любому из них одновременно производит погашающий эффект и на другое. 

Из материалов дела следует, что права требования к ФИО3 и ООО «Дорожная строительная компания», основанные на определениях о признании сделок недействительными и взыскании с них денежных средств в порядке применения последствий недействительности сделок, реализованы управляющим посредством проведения торгов, результаты которых в установленном порядке не оспорены и недействительными не признаны, денежные средства от реализации поступили в конкурсную массу и направлены на погашение текущей задолженности. 

При продаже третьим лицам прав требований к ФИО3 и ООО «Дорожная строительная компания» должник лишился возможности возвратить полученное в конкурсную массу, поскольку данное требование в полном объеме перешло к цессионарию (п. 1 ст. 384 ГК РФ) и в таком случае пополнение конкурсной массы произошло посредством получения цены по договорам уступки права требования.

В такой ситуации ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой», получившее выручку за счет продажи права требования к ФИО3 и ООО «Дорожная строительная компания» на торгах, не вправе рассчитывать на взыскание с этих же лиц причиненного недействительными сделками ущерба (6 628 900 руб. + 15 430 000 руб. (3 920 000 руб. + 50 000 руб. + 8 500 000 руб. + 2 960 000 руб.)) в порядке привлечения к субсидиарной ответственности.

Данная правовая  позиция изложена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 02.02.2024 № 305-ЭС21-10472(3), от 23.11.2023 № 307-ЭС20-22591(3,4), от 06.02.2025 № 305ЭС20-23090(5,6). 

Следовательно, размер ответственности ООО «Дорожная строительная компания и ФИО3 составляет 22 966 572,53 руб. (45 053 129,53 руб. (заявленный размер субсидиарной ответственности этих ответчиков, определенный управляющим, исходя из размера непогашенных требований кредиторов – 47 658 077,67 руб., за вычетом 100 000 руб., взысканных с ФИО5 в порядке привлечения к субсидиарной ответственности, 2 504 948,14 руб., взысканных с ФИО7 в возмещение убытков) – 15 430 000 руб. (взысканные в порядке последствий недействительности сделок с ООО «ДСК») – 6 628 900 руб. (взысканные в порядке последствий недействительности сделки с ФИО3)).

Учитывая, что ФИО3 как генеральный директор и участник ООО «Дорожная строительная компания» определяет действия данного общества, которое являлось исполнительным органом ООО «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой», он также отвечает за убытки, причиненные незаконными сделками этого общества, в том же размере. Обязательства данных ответчиков, проистекающие из субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов ввиду совершения неправомерных действий, послуживших необходимой причиной банкротства (незаконных сделок), являются солидарными.

По смыслу п. 1 ст. 308, п. 1 ст. 384 ГК РФ, продажа требования к одному солидарному должнику означает продажу требования к другим солидарным должникам. Такой подход согласуется с правовой позицией, изложенной в Обзоре судебной практики № 5 (2107), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017.

Таким образом, с ФИО3 и ООО «Дорожная строительная компания» подлежит взысканию в конкурсную массу должника в порядке субсидиарной ответственности на основании ст. 61.11 Закона о банкротстве 22 966 572,53 руб. солидарно.

Доводы ФИО3 о том, что размер ответственности его и ООО «Дорожная строительная компания» не может превышать размер признанных недействительными сделок и поступивших по ним в конкурсную массу средств, на данный размер подлежит уменьшению размер субсидиарной ответственности по ст. 61.11 Закона о банкротстве, подлежат отклонению, поскольку совершение этих сделок явилось причиной банкротства должника, невозможности погашения требований его кредиторов, при этом требования к ФИО3 и ООО «Дорожная строительная компания» по субсидиарной ответственности и требования к иным лицам, с которых в порядке применения последствий недействительности сделок взысканы в пользу должника денежные средства, уступленные должником третьим лицам в период рассмотрения настоящего обособленного спора, являются солидарными.

При отмеченных обстоятельствах определение суда от 27.08.2024 в обжалуемой части полежит изменению на основании п. 3 ч. 1 ст. 270 АПК РФ (несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела) с приведением резолютивной части соответствующего определения согласно вышеизложенным выводам суда апелляционной инстанции.

На основании ст. 110 АПК РФ судебные расходы по оплате государственной пошлины по заявлению и апелляционной жалобе лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другой стороны. Поскольку при подаче апелляционной жалобы конкурсным управляющим была оплачена государственная пошлина в размере 3 000 руб., указанные расходы подлежат возмещению ответчиками ФИО3 и ООО «Дорожная строительная компания» как проигравшей стороной спора в пользу должника по 1 500 руб. каждый. 

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 27 августа 2024 года по делу № А50-16494/2019 в обжалуемой части изменить, изложить п. 3 резолютивной части в следующей редакции:

«Взыскать с ФИО3 и ООО «Дорожная строительная компания» (ИНН 

<

***>) в пользу ООО «Компания П.Р.З.К – Автобанстрой» в порядке привлечения к субсидиарной ответственности солидарно 22 058 900 руб.».

Взыскать с ФИО3 и ООО «Дорожная строительная компания» (ИНН 

<

***>) в пользу ООО «Компания П.Р.З.К – Автобанстрой» по 1 500 руб. с каждого в счет возмещения расходов по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

Председательствующий

Т.Ю. Плахова 

Судьи

С.В. Темерешева 

О.Н. Чепурченко