СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

634050, г. Томск, ул. Набережная реки Ушайки, 24

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Томск                                                                                                    Дело № А27-11881/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 27 марта 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 29 марта 2019 года. 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего                                                                            М. Ю. Кайгородовой,

Судей                                                                                                           Н. В. Марченко,

                                                                                                                      Д. Г. Ярцева

при ведении протокола судебного заседания помощником  ФИО1  с применением средств аудиозаписи, рассмотрев апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Росэнерготранс» и акционерного общества «Группа «СвердловЭлектро» на решение Арбитражного суда Кемеровской области от 10 января 2018 года по делу № А27-11881/2017 (судья Е.В. Исаенко)

по иску акционерного общества «Сибирьэнергоремонт», г. Кемерово (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к акционерному обществу «Группа «СвердловЭлектро», г. Екатеринбург (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании 1 623 503,20 рублей,

третьи лица:

1) АО «Барнаульская генерация» (Барнаульская ТЭЦ-2), г. Барнаул (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>);

2) ООО «КЭР-Инжиниринг», 

<

...>, а/я 83 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>);

3) АО «Сибирский ЭНТЦ», 

<

...> (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>);

4) Общество с ограниченной ответственностью «Росэнерготранс», г. Екатеринбург, площадь Первой пятилетки (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>);

при участии в судебном заседании:

от истца: представителя  ФИО2, действующего  по доверенности № 19/СибЭМ от 31.03.2017 года, паспорт;

от ответчика: не явился, извещен;

от третьих лиц

АО «Барнаульская генерация» : не явился. извещен;

ООО «Росэнерготранс» : не явился, извещен;

ООО «КЭР-Инжиниринг» : не явился, извещен;

АО «Сибирский ЭНТЦ»: не явился, извещен;

У С Т А Н О В И Л:

Акционерное общество «Сибирьэнергоремонт» (далее – общество ) обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с иском к акционерному обществу «Группа СвердловЭлектро» (далее – АО «Группа СВЭЛ») о взыскании стоимости товара ненадлежащего качества 1 475 912 рублей, 147 591рублей 20 копеек штрафа за поставку товара ненадлежащего качества.

Исковые требования, со ссылкой на статьи 309, 395, 475, 506, 518, 521 Гражданского кодекса Российской Федерации, мотивированы поставкой товара ненадлежащего качества.

 Товар – сухой токоограничивающий реактор РТСТУ 6,3-1600-0,22 У3, заводской № 1210069, производства ООО «Росэнерготранс» (далее – товар, оборудование, реактор), вышел из строя менее, чем через год после ввода его в эксплуатацию при первом же режиме короткого замыкания, в период гарантийного срока.

Покупатель в одностороннем порядке отказался от договора и потребовал возвратить стоимость товара и договорный штраф. 

Претензия  покупателя осталась без удовлетворения.

В качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации привлечены организации, задействованные в процессе проектирования камеры под реактор (акционерное общество «Сибирский ЭНТЦ») и монтажа и пуско-наладки спорного оборудования (общество с ограниченной ответственностью «КЭР-Инжиниринг»), а также конечный приобретатель, осуществлявший его эксплуатацию (акционерное общество «Барнаульская генерация» в лице Барнаульской ТЭЦ-2).

Решением Арбитражного суда Арбитражного суда Кемеровской области от 10 января 2018 года иск удовлетворён. 

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Росэнерготранс», лицо, не участвующее в деле, обратилось с апелляционной жалобой, в которой просило привлечь ООО «Росэнерготранс» к рассмотрению дела в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, а также отменить решение суда первой инстанции, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований.

Также  ответчиком АО «Группа СвердловЭлектро», была  подана апелляционная жалоба, в которой общество просило решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований, ссылаясь на недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, неправильное применение норм материального права.

Также подана апелляционная жалоба ответчиком АО «Группа «СвердловЭлектро», в которой общество просит решение суда отменить, и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований, ссылаясь на недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, неправильное применение норм материального права.

В обоснование апелляционных жалоб ее податели указывают, что в ходе судебной экспертизы не были исследованы все вопросы, которые необходимо было исследовать для установления действительной причины выхода из строя реактора; имеющееся в материалах дела заключение эксперта является неполным и необоснованным, и не могло быть положено в основу принятого решения. 

Кроме того, ответчик указывает, что в вопросах, касающихся взаимосвязи нарушений условий эксплуатации с последствиями в виде выхода реактора из строя, отсутствие относимой информации, погрешности методик не помешали эксперту прийти к однозначному выводу об отсутствии причинно-следственной связи.

 При этом в вопросе о наличии конструктивных недоработок и нарушения технологии производства отсутствием объекта для исследования и достаточных данных эксперт пренебрёг и смог прийти к выводу о заводском дефекте как причине выхода реактора из строя.

Таким образом, решение суда, принятое с нарушением статьи 476 Гражданского кодекса Российской Федерации на основе заключения эксперта, выводы которого основаны на поверхностном исследовании, а также на исследовании данных, не относящихся к предмету спора, и носят описательный, вероятностный характер, является незаконным и необоснованным. 

Как указано заявителем в апелляционной жалобе, что ООО «Росэнерготранс» является изготовителем товара – реактора сухого токоограничивающего РТСТУ 6,3-1600-0,22УЗ, с заводским номером 1210069.

Определением от 13.03.2018 Седьмой арбитражный апелляционный суд перешёл к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, привлёк к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «Росэнерготранс».

Постановлением от 19.04.2018 Седьмого арбитражного апелляционного суда решение от 10.01.2018 Арбитражного суда Кемеровской области отменено, по делу принят новый судебный акт. Исковые требования удовлетворены. С общества «Группа «СВЭЛ» в пользу общества «СибЭР» взыскано 1 475 912 руб. основного долга, 147 591,20 руб. штрафа за поставку товара ненадлежащего качества, 29 235 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины, 117 486 руб. судебных расходов на проведение судебной экспертизы. Обществу «Росэнерготранс» с депозитного счёта апелляционного суда возвращено 130 000 руб., перечислявшиеся в качестве оплаты за проведение повторной экспертизы.

         Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 28.08.2018, изготовленном в полном объёме, постановление от 19.04.2018 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А27-11881/2017 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Седьмой арбитражный апелляционный суд.

Суд кассационной инстанции указал, что ряд вопросов не вынесено на экспертное обсуждение, судом апелляционной инстанции преждевременно сделан вывод об условиях хранения товара, не внесен в предмет доказывания вопрос о соблюдении покупателем условий гарантийного обязательства ,в частности, установленных правил хранения и эксплуатации товара, кроме того, суд апелляционной инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства общества «Росэнерготранс» о проведении по делу повторной (дополнительной) экспертизы.

10.09.2018 Седьмой арбитражный апелляционный суд определением апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Росэнерготранс» и акционерного общества «Группа СвердловЭлектро» на решение Арбитражного суда Кемеровской области от 10 января 2018 года по делу № А27-11881/2017 принял к производству.

ООО «Росэнерготранс» является изготовителем товара – реактора сухого токоограничивающего РТСТУ 6,3-1600-0,22УЗ, с заводским номером 1210069.

Данный товар был поставлен в рамках договора № 0643-09 от 01.09.2009 в адрес ЗАО «Группа «СВЭЛ» (в настоящее время АО «Группа «СВЭЛ», ответчик).

Далее указанный товар был поставлен ответчиком в адрес истца, что подтверждается товарной накладной РЭТ_Г_2012_07_0040 от 26.07.2012.

Рассматривая дело по правилам первой инстанции, истец заявленные исковые требования поддержал в полном объёме.

Ответчик заявленные требования не признал. 

Заслушав стороны, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб и отзывов на них, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии с требованиями статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции пришел к  выводам об обоснованности заявленных исковых требований.  

           Из материалов дела видно, истец является универсальным правопреемником ОАО «Сибирьэнергоинжиниринг».           

         Указанное общество реорганизовано в форме присоединения к истцу, в связи с чем, в ЕГРЮЛ 31.03.2017 внесена запись о прекращении его деятельности.

           Между правопредшественником истца (покупатель) и ответчиком (поставщик) заключен договор поставки №424 от 5.05.2012 (далее – договор), в соответствии с которым поставщик обязался передать в собственность покупателя – токоограничивающие реакторы, а покупатель принять и оплатить товар.

           В спецификации к договору был согласован товар «Токоограничивающий реактор РТСТУ 6-1600-0,22 УЗ (расположение фаз ступенчатое (угловое), номинальный ток 1 600 А, номинальное напряжение сети 6.3 кВ, номинальное индуктивное сопротивление 0.22 ОМ, частота 50 Гц, ток термической стойкости 31.5 кА, время короткого замыкания 3 сек, ток электродинамической стойкости 80 кА, потери на фазу 8.4 кВт (при 115°С), число фаз в комплекте 3, класс нагревостойкости F, удельная длина пути утечки изоляции по ГОСТ 9920-89 не менее 2.25 см/кВ, диапазон температуры окружающей среды -45/+40°С, охлаждение естественное воздушное, угол между выводами 90 градусов, метал обмоток алюминий, масса комплекта 1920 кг)» по цене 2 951 824 руб. Грузополучатель: Барнаульская ТЭЦ-2 ОАО «Кузбассэнерго».

         Согласно п.2.1.1 Руководства по эксплуатации ОЭТ.464.001 РЭ реактор предназначен для ограничения токов короткого замыкания в электрических сетях и обеспечения сохранения уровня напряжения в электроустановках в случае короткого замыкания.

         Во исполнение договора товар передан 30.07.2012.

          Товар оплачен полностью.

28.12.2013 проведены пусковые испытания реактора.

28.02.2014 реактор введен в эксплуатацию.

26.01.2015 произошла авария, реактор не выдержал режим короткого замыкания и вышел из строя.

         05.02.2015 составлен акт осмотра на Барнаульской ТЭЦ-2 с участием представителей ЗАО «Группа СвердловЭлектро», Барнаульская ТЭЦ-2 ОАО «Барнаульская генерация», УКС в г. Барнауле ОАО «Сибирьэнергоинжиниринг», ООО «КЭР-Инжиниринг».

         Установлено, что причиной отключения масляного выключателя МВ-13А явилось трехфазное короткое замыкание на землю внутри корпуса электродвигателя на участке от коробки «брио» до выводных концов обмоток вследствие старения изоляции силового кабеля.

        Причиной отключения ТГ ст.№8 явилось междуфазное короткое замыкание на сухом токоограничивающем реакторе рабочего питания №8 РТСТУ 6,3-1600-0,22 УЗ вследствие заводского дефекта.

        По согласованию с поставщиком реактор направлен для разбора и проверки на завод-изготовитель.

        12.03.2015 на заводе составлен акт расследования №151-02 с участием представителей ООО «Росэнерготранс» (завод-изготовитель), Барнаульская ТЭЦ-2 ОАО «Барнаульская генерация», ОАО «Сибирьэнергоинжиниринг».

       В акте отражено следующее. 

         По результатам проведения электромагнитных расчетов выявлено искажение магнитного поля от близко расположенных металлоконструкций (стены камеры). Искажение магнитного поля привело к взаимодействию реактора и металлоконструкций с наведенным на них магнитным полем и последующему перемещению отводов под действием токов КЗ, перетиранию изоляции, и дальнейшему замыканию отводов на обмотку реактора. Повреждены отводы, которые расположены наиболее близко к металлоконструкциям. В результате рассмотрения монтажных чертежей ректора в камере (152R008-00UMD-2362-ED) и габаритного чертежа реактора (1ЭТ.684.14.02.090.01 ГЧ) выявлено несоответствие в монтажном чертеже в части наличия армирующей сетки и болтов из стали в бетонном фундаменте реактора.

         Представители Барнаульской ТЭЦ-2 от подписи отказались, сославшись на несогласие с заведомо подготовленным содержанием акта.

          Согласно п.6.1 договора для товара поставщик гарантирует ресурс 60 месяцев с даты поставки товара.

         Если в период эксплуатации товара или в период пуска в эксплуатацию, в течение действия гарантийного срока, выявятся скрытые недостатки товара, которые не могли быть выявлены при приемке товара или технической документации, то поставщик обязуется дополнительно устранить все обнаруженные дефекты путем обеспечения допоставки, исправления либо замены дефектного товара или ее частей (п.6.2 договора).

        В случае поставки некачественного товара, поставщик обязан уплатить покупателю штраф в размере 10% от стоимости товара ненадлежащего качества (п. 7.4 договора).

       Претензионный порядок предусмотрен п. 8.2 договора.

         Истец направил ответчику письмо от 13.04.2015 с  предложением вернуться к обслуживанию условий гарантийного ремонта поврежденного реактора.

          14.05.2016 было направлено уведомление о расторжении договора с требованием возвратить стоимость товара ненадлежащего качества, а также уплатить штраф, повторная претензия была направлена 20.04.2017.

       Указанные претензии удовлетворены не были, в связи с чем, общество обратилось  в арбитражный  суд с настоящим иском.

В соответствии с п. 1 ст. 476 Гражданского кодекса Российской Федерации  продавец отвечает за недостатки товара, если покупатель докажет, что недостатки товара возникли до его передачи покупателю или по причинам, возникшим до этого момента.

В отношении товара, на который продавцом предоставлена гарантия качества, продавец отвечает за недостатки товара, если не докажет, что недостатки товара возникли после его передачи покупателю вследствие нарушения покупателем правил пользования товаром или его хранения, либо действий третьих лиц, либо непреодолимой силы (п. 2 ст. 476 ГК РФ).

Таким образом, наличие нарушений при монтаже реактора может свидетельствовать об отсутствии гарантийных обязательств продавца, но не лишает покупателя права доказывать факт возникновения недостатков товара до его передачи покупателю.

В обоснование апелляционных жалоб её податели указали, что в ходе судебной экспертизы не были исследованы все вопросы, которые необходимо было исследовать для установления действительной причины выхода из строя реактора; имеющееся в материалах дела заключение эксперта является неполным и необоснованным, и не могло быть положено в основу принятого решения.

Кроме того, ответчик указывает, что в вопросах, касающихся взаимосвязи нарушений условий эксплуатации с последствиями в виде выхода реактора из строя, отсутствие относимой информации, погрешности методик не помешали эксперту прийти к однозначному выводу об отсутствии причинно-следственной связи.

При этом в вопросе о наличии конструктивных недоработок и нарушения технологии производства отсутствием объекта для исследования и достаточных данных эксперт пренебрёг и смог прийти к выводу о заводском дефекте как причине выхода реактора из строя.

Истец и третье лицо АО «Барнаульская генерация» представили в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отзывы на апелляционные жалобы, просят в удовлетворении апелляционных жалоб отказать, принятый судебный акт оставить без изменения, ссылаясь на его законность и обоснованность. Также считают, что ходатайство о проведении повторной или дополнительной экспертизы удовлетворению не подлежит.

Третьим лицом , ООО «Росэнерготранс»  в суде апелляционной инстанции заявлено ходатайство о назначении  повторной судебно - технической экспертизы по делу, производство которой просил поручить Уральскому энергетическому институту при Федеральном государственном автономном образовательном учреждении высшего образования «Уральский федеральный университет имени первого Президента России ФИО3» и истребовании дополнительных документов по делу.

Выслушав мнение сторон, суд апелляционной инстанции  определением от 29 октября 2018 года назначил по делу дополнительную судебно-техническую экспертизу в комиссионном составе экспертов:

- эксперта Уральского энергетического института при Федеральном государственном автономном образовательном учреждении высшего образования «Уральский федеральный университет имени Первого Президента России ФИО3» ФИО4 

- эксперта общества с ограниченной ответственностью «Научно-исследовательский институт судебных экспертиз горной промышленности» ФИО5.

Оснований для назначения повторной экспертизы суд апелляционной инстанции не усмотрел, поскольку  сомнений в обоснованности заключения эксперта ФИО5, проводившего первоначальную экспертизу и непосредственно  исследовавшего спорный реактор у суда не возникло.

Кроме того, как видно из указаний кассационной инстанции ,  перед экспертом не поставлен ряд вопросов, разрешения которых может повлиять на решение по делу. 

Судом апелляционной инстанции были сформированы следующие вопросы:

1. Влияет ли на возникновение режима короткого замыкания в спорном реакторе замена крепёжных болтов из нержавеющей стали на болты из ферромагнитной стали?

2. Могут ли испытания реактора эксплуатирующей организацией выявить дефекты, заложенные изготовителем спорного реактора при намотке провода?

3. Какие значения электротехнических параметров должен иметь токоограничивающий реактор, установленный в цепях турбогенератора № 8 Барнаульской ТЭЦ-2 и соответствовали ли электротехнические параметры реактора РТСТУ 6.3-1600-0,22 УЗ, заводской № 1210069, производства ООО «Росэнерготранс» этим значениям?

4. Соответствуют ли электротехнические параметры реактора требованиям к нему, заложенным в проекте схемы выдачи мощности Барнаульской ТЭЦ-2, или в проекте обоснования установки реакторов в цепях турбогенераторов Барнаульской ТЭЦ-2? Если не соответствуют, то какое влияние на работу реактора в штатном и в аварийном режимах могли оказать такие несоответствия?

5. Были ли обеспечены установленные заводом-изготовителем и нормативными документами условия хранения токоограничивающего реактора при хранении с момента доставки на Барнаульскую ТЭЦ-2 до монтажа, при предпусковых испытаниях, при монтаже в реакторной камере?

6. Могло ли повлиять на работу реактора включение его в работу позднее 24 часов после измерения сопротивления изоляции обмоток?

7. Были ли какие либо нарушения при монтаже реактора?

8. Были ли обеспечены установленные заводом-изготовителем условия работы реактора с момента его ввода в эксплуатацию?

9. Превышал ли ударный ток короткого замыкания ток динамической стойкости реактора? Если да, то какое влияние это превышение могло оказать на работу реактора в штатном и в аварийном режимах?

10. Превышала ли величина периодической составляющей тока короткого замыкания ток термической стойкости реактора? Если да, то какое влияние это превышение могло оказать на работу реактора в штатном и в аварийном режимах?

11. Превышено ли время протекания периодического тока короткого замыкания через реактор 3 с? Если да, то какое влияние это превышение могло оказать в штатном и в аварийном режимах?

12. Было ли короткое замыкание дуговым и наблюдались ли возгорания изоляции при коротком замыкании и перенапряжения на токоведущих частях при коротком замыкании?

13. Был ли превышен тепловой импульс токов коротких замыканий по фазам? Если да, то какое влияние это превышение могло оказать на работу реактора в штатном и в аварийном режимах?

14. Было ли сообщено реактору сверхнормативное количество теплоты? Если да, то какое влияние это количество теплоты могло оказать на работу реактора в штатном и в аварийном режимах?

15. Какова причина междуфазного короткого замыкания на реакторе?

Сторонам разрешено участие (Акционерному обществу «Сибирьэнергоремонт» и акционерному обществу «Группа СвердловЭлектро» ) при производстве экспертизы.

В соответствии с частью 2 статьи 84 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  в случае, если по результатам проведённых исследований мнения экспертов по поставленным вопросам совпадают, экспертами составляется единое заключение. В случае возникновения разногласий каждый из экспертов, участвовавших в проведении экспертизы, даёт отдельное заключение по вопросам, вызвавшим разногласия экспертов.

Эксперты ФИО4 и ФИО5 дали  отдельные заключения.

Согласно ч. 1 ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что само по себе заключение эксперта не обладает для суда заранее установленной силой и свои выводы суд делает по совокупности представленных доказательств. 

Суд апелляционной инстанции, изучив экспертные заключения № 134 от 25 декабря 2018 года (эксперт ФИО5),  экспертное заключение  эксперта ФИО4, во взаимосвязи с имеющимися в деле доказательствами,  принимает в качестве доказательства, как научно обоснованное, достоверное  заключение № 134 от 25 декабря 2018 года эксперта ФИО5, поскольку оно не имеет противоречий, последовательно, логично и согласуется с иными доказательствами по делу.

Так, эксперт ФИО5 указал, что те или иные повреждения  всех фаз реактора  РТСТУ 6,3-1600-0,22 УЗ заводской номер 1210069, вероятнее всего вызваны конструктивными недоработками реактора , а также возможными нарушениями технологии производства при его изготовлении. 

Вызванный в суд апелляционной инстанции эксперт ФИО5 подтвердил данные выводы, пояснив что термин «вероятнее» он употребил в связи с тем, что может быть несколько причин конструкторских недоработок, с точностью сказать какая из них он не может, но он осматривал реактор, был на заводе, разговаривал с мастерами и конструкторами, тот  мастер который собирал сгоревшую часть реактора уволился, и с ним не удалось поговорить, но, вероятнее всего был положен неровно угол обмотки, что и привело к тому, что реактор не выдержал нагрузки напряжения. 

Эксперт ФИО5 также пояснил, что на Барнаульской ТЭЦ-2 было установлено два одинаковых реактора в одинаковых камерах.

По доводу апеллянтов  о вводе реактора в эксплуатацию не через 24 часа, а через 2 месяца после пусковых испытаний,  эксперт ФИО5 пояснил, что это никак не могло повлиять на условия эксплуатации реактора. Пусковые испытания аналогично приёмо-сдаточным (отраженным в паспорте реактора) предполагают измерение индуктивного сопротивления, потерь реактора и измерение сопротивления его обмоток омметром. Нормальная работа реактора в штатном режиме в течение 11 месяцев с момента пуска до первого, выведшего его из строя, режима короткого замыкания, подтверждает, что непроведение еще одной дополнительной проверки перед пуском в эксплуатацию не могло явиться причиной его разрушения при режиме короткого замыкания.

По доводу апеллянтов  о влиянии монтажных металлоконструкций на работу реактора эксперт ФИО5  пояснил следующее.

 В соответствии со специальной литературой по данному вопросу расстояние от оси реактора до монтажных металлоконструкций в штатном режиме работы реактора влияет только на величину добавочных потерь (т. е., может вести к повышению температуры самих металлоконструкций и температуры в реакторной камере), магнитное поле реактора не искажает. Однако, проведённые измерения в аналогичной реакторной камере с таким же образом установленным идентичным реактором, показали, что превышения температуры нет.

За относительно малый период эксплуатации (11 мес.), даже при наличии повышения температуры, оно не могло бы привести к порче изоляции реактора.

В режиме короткого замыкания в монтажных металлоконструкциях создаются динамические усилия, единственным последствием которых может явиться расшатывание данных металлоконструкций.

Поскольку реактор сгорел при первом же режиме короткого замыкания, то такое влияние исключено.

Эксперт ФИО5 также отметил, что им установлены и описаны в экспертном заключении обстоятельства, указывающие, что действительной причиной выхода реактора из строя явились его конструктивные недоработки и возможные нарушения в процессе изготовления.

Эксперт ФИО5 также отметил, что в фотоматериалах, сделанных при размотке заводом-изготовителем реактора, видны участки повреждённой изоляции, где-то обмотанные, а где-то просто заклеенные изолирующей лентой, что является нарушением технологии изоляции. На оставшемся таком же, работающем в аналогичных условиях, реакторе наблюдаются подвижки обмотки, выпадение межслоевых клиньев, реек, что свидетельствует о неточном расчёте, и, как следствие, динамических усилиях, возникающих в витках реактора в режиме короткого замыкания, о ненадёжности системы крепления изоляции. В процессе выпадения межслоевых клиньев и реек могло произойти механическое повреждение изоляции обмоток. Из фотографий по результатам осмотра на Барнаульской ТЭЦ-2 видно, что повреждены были две фазы реактора (А и Б), фотографии разбора на заводе сделаны только одной фазы (А), сохранена только обмотка одной из фаз, что может свидетельствовать о незаинтересованности завода в раскрытии информации о характере повреждений на несохранённых частях реактора.

При осмотре установлены следы термических повреждений (выгорание изоляции витков обмотки) не вблизи монтажных металлоконструкций, а внутри реактора, в срединных витках. Если металлоконструкции действительно оказывали бы существенное воздействие на реактор, то выгорели бы ближние к ним (металлоконструкциям) витки.

Эксперт ФИО5  также указал, что значения параметров реактора в соответствии с договором поставки № 424 от 05.05.2012 и проектом, выше предусмотренных ТУ ОЭТ.517.002 в части значений класса напряжения, тока электродинамической стойкости, тока термической стойкости, номинальных потерь на одну фазу. Требования к времени короткого замыкания, установленные заводом-изготовителем в ТУ 0ЭТ.517.002 (примечание 1 к таблице 5), не соответствуют п. 2.12.5 ГОСТ 14794-79.

По доводу о неполном исследовании условий эксплуатации реактора эксперт  ФИО5 пояснил, что данные о токах, характеризующие работу реактора в текущем режиме являются оперативными и хранятся 3 месяца, в связи с чем, им были исследованы аналогичные текущие данные, нарушений не установлено, обстоятельств, указывающих на наличие таких нарушений в период эксплуатации реактора, не выявлено. Прочие условия эксплуатации оценены в том числе по результатам обследования аналогичного реактора, нарушений не установлено.

Ответчиком  не представлено доказательств об использованных при изготовлении спорного реактора материалов со ссылкой на истечение срока их хранения, следовательно, данные доводы апеллянтов отклоняются судом апелляционной инстанции за необоснованностью. 

Также эксперт ФИО5 пояснил, что применение болтов из ферримагнитной стали в качестве крепёжных элементов к основанию фундамента не влияет на возникновение режима короткого замыкания в спорном реакторе, а допущенные при монтаже нарушения, на которые ссылается апеллянт , не могли повлиять на выход реактора из строя. 

 Поскольку  условия хранения и транспортировки, установленные заводом-изготовителем,  могли быть нарушены на любом из  этапов доставки,  а с момента доставки  на Барнаульскую ТЭЦ-2 до монтажа нет фото- и видеоматериалов, способных подтвердить или опровергнуть предположения о правильности хранения,  суд апелляционной инстанции  отклоняет доводы апеллянтов о неправильном хранении реактора.

Более того, доказательств неправильного хранения реактора ни ответчиком, ни третьим лицом не представлено.

Убедительными представляются доводы истца о необходимости обратить внимание на то обстоятельство, что были  куплены 2 реактора и хранились они в одинаковых условиях, при этом один из реакторов вышел из строя , а другой работает до сих пор. 

Данные  факты  опровергают доводы апеллянтов о ненадлежащем хранении.

Третье лицо ООО «Росэнерготранс» в судебном заседании пояснило, что остатки спорного реактора находятся на заводе-изготовителе без ограждения, не укрытые, к ним не ограничен доступ каких-либо лиц. Представитель третьего лица пояснил, что эксперт ФИО4 не являлся для осмотра объекта экспертизы.

Представитель третьего лица АО «Барнаульская генерация» пояснил, что эксперт ФИО4 не являлся для осмотра камеры реактора на Барнаульской ТЭЦ-2.

В ходе проведения экспертизы экспертом ФИО5  с участием представителей лиц, участвующих в деле, проведены осмотры места установки реактора на Барнаульской ТЭЦ-2, его оставшейся части на заводе-изготовителе в г. Екатеринбурге.

            Заключение  эксперта ФИО4 суд апелляционной инстанции отклоняет по следующим основаниям. 

             Так,  эксперт ФИО4 в экспертном  заключении   в ответе на 15 вопрос суда указал, что  причиной возникновения  междуфазного короткого замыкания в реакторе является протекание по нему фактического сверхнормативного  ударного тока величиной 110,65 кА, который превысил номинальный ток электродинамической стойкости 80 кА (согласно паспорту реактора) на 30 кА (превышение почти на 40 %) и превышение  периодического тока короткого замыкания 40 кА, при номинальном токе термической стойкости 31,5 кА, на 9,5 кА (превышение на 30%). 

         В суде апелляционной инстанции он пояснил, что при производстве экспертизы он  применил расчетный путь моделирования, рассчитал протекание по реактору сверхнормативного ударного тока величиной 110,65 кА. 

         Данную величину тока он  вывел рассчетным методом, взяв за основу возможный ток короткого  замыкания 14,6 кА , и получил в результате моделирования ударный ток величиной 110,65кА. 

        Также , эксперт пояснил, что тока в размере  24 кА , тем более 40 кА не могло протекать по этим цепям. 

         Между тем, при проведении данных расчетов эксперт ФИО4, как установлено  в суде апелляционной инстанции, не использовал данные осциллографа, работающего в  момент аварии в штатном аварийном  режиме, пояснив , что этих данных при производстве экспертизы у него не было. 

          Судом апелляционной инстанции были истребованы  данные осциллографа, работающего в штатном  аварийном режиме на момент аварии, на 26 января 2015 года ток протекал в размере , в том числе 28,5 кА,  что противоречит данным той формулы, которую расчетным путем вывел эксперт ФИО4 и использовал в своих выводах. 

          Эксперт ФИО5  свои выводы основывал на  данных осциллографа, которые зарегистрировали  произошедшее аварийное событие.

           Кроме того, судом апелляционной инстанции при назначении экспертизы были поставлены вопросы , касающиеся возможного протекания токов короткого замыкания до рассматриваемого режима короткого замыкания, их количество и характеристики, а также  вопрос , касающийся  превышения времени протекания периодического  тока короткого замыкания в размере 3-х секунд, т.е. те вопросы,  на которые указано в  постановлении арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 28 августа 2018 года. 

          Ответы , на данные вопросы, которые дал в заключении и разъяснил эксперт ФИО5 принимаются судом апелляционной инстанции как достоверные, поскольку они согласуются с совокупностью иных доказательств, добытых по делу.

          Ссылки ответчика на то, что эксперт ФИО5 является преподавателем, не нашли подтверждения в суде апелляционной инстанции.

          Судом апелляционной инстанции изучалась его квалификация, должность и место работы, оснований сомневаться в его профессиональной подготовки у судебной коллегии не имеется. 

          Также,  в суде апелляционной инстанции эксперт ФИО4 пояснил механизм возникновения аварии, однако, причин  поломки реактора не установил, пояснив, что параметры реактора неправильно подобраны  заказчиком.

          Между тем,  к данным пояснениям суд апелляционной инстанции относится критически, поскольку , как установлено в суде апелляционной инстанции, по имеющимся чертежам было изготовлено два однотипных реактора, и второй реактор работает до настоящего времени. 

          При этом в судебном заседании установлено, что   эксперт ФИО4 не обозревал предмет экспертизы, видел фотографии низкого качества, поэтому в основном оперировал нормативной документацией. 

           При этом эксперт ФИО4 пояснил, что  возможна причина аварии была из-за отсутствия испытаний реактора, пояснив , что протоколов испытания он не видел.

           Между тем, данные выводы не основаны на материалах дела, поскольку  в материалах дела  имеется протокол испытаний № 95-1 от 31 октября 2013 года. 

           На вопрос представителя истца (аудиозапись от 12 марта 2019 года 110 м. 05с) о том, по какому нормативу был изготовлен спорный реактор, эксперт ФИО4 пояснил, что затрудняется ответить. 

          Суд апелляционной инстанции выяснял у сторон намерения в назначении повторной экспертизы.

Стороны отказались от заявления данного ходатайства. 

Исследовав заключения и  выслушав пояснения экспертов, суд апелляционной инстанции не находит оснований для назначения повторной либо дополнительной экспертиз, поскольку пояснения эксперта ФИО5 последовательны, логичны, согласуются с иными доказательствами по делу. 

Кроме того, в суде апелляционной инстанции при повторном рассмотрении дела установлено, что две повреждённые фазы реактора, вышедшего из строя, уничтожены изготовителем.

 Следовательно, вопрос о необходимости назначения повторной экспертизы или какой-либо иной не имеет основания.

            Довод ответчика и третьего лица ООО «Росэнерготранс» о влиянии на возникновение режима короткого замыкания в спорном реакторе  замены крепёжных болтов из нержавеющей стали на болты из ферромагнитной стали, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку  примечанием проектировщика к спецификации оборудования и материалов не предусмотрено применение болтов из нержавеющей стали для крепления опорных изоляторов к каркасу камеры. 

Указанным примечанием проектировщика предусмотрено осуществить заземление электрооборудования камеры реакторов в соответствии с действующим ПУЭ (правила устройства электроустановок). 

Проектировщиком предусмотрено в общих указаниях, записанных на чертеже (Помещение камеры реактора. Ведомость рабочих чертежей основного комплекта, общие указания, от 20.07.2012, лист 1 из 5 проекта 152R008-00UMD-2362-ED), что монтаж и заземление электрооборудования камеры реакторов выполнить в соответствии с требованиями действующих «Правил устройства электроустановок» (ПУЭ). «Правила устройства электроустановок – ПУЭ», утверждённые Приказом Минэнерго России № 187 от 20.05.2003, не предусматривают крепёжных болтов из нержавеющей стали. 

Названные ПУЭ  указаны  экспертом ФИО5 в списке литературы в экспертном заключении № 134, не доверять которому у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Данные обстоятельства не отрицаются сторонами, подтверждаются письмом ООО «Росэнерготранс» от 27 октября 2015 года, представленным истцом в суд апелляционной инстанции.

Доводы ответчика о том, что реактор два месяца хранился без упаковки, и это повлияло на его качество, отклоняются судом как несостоятельные, поскольку данным доводам в экспертном заключении дана соответствующая оценка, а иных доказательств нарушения покупателем правил пользования товаром или его хранения, либо действий третьих лиц, либо непреодолимой силы ни сторонами, ни лицами, участвующими в деле, не представлено.

Таким образом, оценивая  представленные доказательства в совокупности, в том числе экспертное заключение эксперта ФИО5, данные осциллографа, результаты испытаний реактора, комиссионные акты после аварии, в том числе, акт от 02 февраля 2015 года , подписанный ответчиком, в котором установлено, что двухфазное замыкание  на сухом токоограничивающем реакторе рабочего питания №8 РТСТУ 6,3-1600-0,22 УЗ  произошло вследствие заводского дефекта, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что истцу был поставлен некачественный товар  с заводским дефектом.

Спорная авария  реактора находится в прямой причинной связи с данным заводским дефектом. 

Незначительные нарушения условий гарантии, предусмотренной договором, не повлияли на эксплуатационные характеристики товара, не являются причиной выхода его из строя, в связи с чем,  бремя доказывания причин возникновения недостатков товара возлагается на ответчика.

          Согласно п. 2 ст. 470 Гражданского кодекса Российской Федерации,  в случае, когда договором купли-продажи предусмотрено предоставление продавцом гарантии качества товара, продавец обязан передать покупателю товар, который должен соответствовать требованиям, предусмотренным статьёй 469 Гражданского кодекса Российской Федерации, в течение определённого времени, установленного договором (гарантийного срока).

В соответствии с п. 1 ст. 476 Гражданского кодекса Российской Федерации продавец отвечает за недостатки товара, если покупатель докажет, что недостатки товара возникли до его передачи покупателю или по причинам, возникшим до этого момента.

В отношении товара, на который продавцом предоставлена гарантия качества, продавец отвечает за недостатки товара, если не докажет, что недостатки товара возникли после его передачи покупателю вследствие нарушения покупателем правил пользования товаром или его хранения, либо действий третьих лиц, либо непреодолимой силы (п. 2 ст. 476 ГК РФ).

Ответчиком не доказано, что недостатки возникли по вине истца, действий третьих лиц, либо непреодолимой силы.

Следовательно, односторонний отказ истца от исполнения договора является правомерным.

Пунктом 7.4 договора предусмотрен штраф за поставку некачественного товара в размере 10 % от его стоимости.

С учётом изложенного, требования истца о взыскании стоимости товара ненадлежащего качества и штрафа за поставку товара ненадлежащего качества подлежат удовлетворению.

Оснований для применения положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации судом апелляционной инстанции не усматривается.

В соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при удовлетворении иска судебные расходы по уплате государственной пошлины и внесении оплаты за проведение судебной экспертизы подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Руководствуясь статьями 110, 258, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Седьмой арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда Кемеровской области от 10 января 2018 года по делу № А27-11881/2017   отменить.

            Принять по делу судебный акт.

            Взыскать с акционерного общества Группа  «СвердловЭлектро» в пользу акционерного общества «Сибирьэнергоремонт» 1 475 912 рублей долга, 147 591 рубль 20 копеек штрафа за поставку товара  ненадлежащего качества, 29 235 рублей  расходов по государственной пошлине по иску, 117 486 рублей судебных расходов за проведение судебной экспертизы.

               Перечислить с депозитного счета Седьмого арбитражного апелляционного суда денежные средства, полученные от общества с ограниченной ответственностью «Росэнерготранс» по платежному поручению №  4555 от 18.09.2018 года в сумме 111 000 рублей  и по платежному  поручению № 5293 от 25.10.2018 года в сумме 70 000 рублей следующим экспертным учреждениям за производство экспертизы: 

1.  в пользу   общества с ограниченной ответственностью «Научно-исследовательский институт судебных экспертиз горной промышленности» сумму в размере  90 000 рублей  по следующим реквизитам:

ИНН: 

<

***>

КПП: 420501001

БИК: 043207612

В банк получателя;   кемеровское отделение  № 8615 ПАО Сбербанк г. Кемерово

Расчетный счет № 

<

***>

Кор/счет № 30101810200000000612

2. в пользу Федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего образования «Уральский федеральный университет имени первого Президента России ФИО3» сумму в размере 99 165 рублей 22 копейки по следующим реквизитам: 

          ИНН: 

<

***>

КПП: 667001001

БИК: 046577756

В банк получателя – ПАО «СКБ-Банк» 

Расчетный счет № 

<

***>

Кор/счет № 30101810800000000756

       Постановление может быть обжаловано  в кассационном порядке  в арбитражный суд Западно-Сибирского округа в течение двух месяцев путем подачи жалобы через арбитражный суд Кемеровской области. 

      Председательствующий:                                                              Кайгородова М. Ю.

Судьи:                                                                  Ярцев Д. Г.

                                                                  Марченко Н. В.