﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1710/20 

Екатеринбург

03 июля 2020 г.

Дело № А76-42901/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 25 июня 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 03 июля 2020 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Сирота Е.Г.,

судей Черемных Л.Н., Абозновой О.В.,

при ведении протокола помощником судьи Билокурой А.А. рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Центр коммунального сервиса» (ИНН: 7456027298, ОГРН: 1157456004683; далее – общество «ЦКС», заявитель) на постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.12.2019 по делу № А76-42901/2018 Арбитражного суда Челябинской области.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании, проведенном с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда,  приняли участие представители:

общества «ЦКС» – Митусова Н.А. (доверенность от 28.01.2020 № 719);

Управления Федеральной антимонопольной службы по Челябинской области (ИНН: 7453045147, ОГРН: 1027403895310; далее – Челябинское УФАС России) – Володина К.А. (доверенность от 13.01.2020 № 10).

Челябинское УФАС России обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с иском к обществу «ЦКС» и обществу с ограниченной ответственностью «Чистый город» (ИНН: 7452121331, ОГРН: 1157452000793; далее – общество «Чистый город») о признании недействительными электронного аукциона на оказание услуг по транспортированию твердых коммунальных отходов для регионального оператора в Сосновском муниципальном районе Челябинской области (извещение от 28.08.2018 № 2100700000218000001) и заключенного по результатам аукциона договора от 08.10.2018 № Ф.2018.463910, а также о применении последствий недействительности сделки в виде прекращения сделки на будущее время.

На основании норм статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «ЭКО» (далее – общество «ЭКО»), Министерство экологии Челябинской области (далее –Министерство экологии).

Определением суда первой инстанции от 21.10.2019 производство по делу в части применения последствий недействительности сделки в виде прекращения сделки на будущее время прекращено.

Решением суда от 21.10.2019 в удовлетворении требований отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.12.2019 решение отменено, требования удовлетворены: электронный аукцион на оказание услуг по транспортированию твердых коммунальных отходов для регионального оператора в Сосновском муниципальном районе Челябинской области (извещение от 28.08.2018 № 2100700000218000001),                     а также договор от 08.10.2018 № 2018.463910, заключенный по результатам аукциона, признаны недействительными.

В кассационной жалобе общество «ЦКС» просит отменить постановление суда апелляционной инстанции, решение суда первой инстанции оставить в силе. Заявитель жалобы считает, что у Челябинского УФАС России не имеется полномочий для предъявления в арбитражный суд требований, основанных на нормах статей 449, 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку в настоящем случае у антимонопольного органа отсутствуют как защищаемое законом право, так и возможность его восстановления, кроме того, не доказано нарушение публичных интересов.

Как полагает общество «ЦКС», судом апелляционной инстанции неверно применена статья 449 Гражданского кодекса Российской Федерации;  не учтено, что контракт исполнен, в связи с чем невозможно восстановление чьих-либо прав и законных интересов признанием недействительными аукциона и заключенного по результатам этого аукциона договора.

По мнению заявителя, суд апелляционной инстанции пришел к неверному выводу, что территория Сосновского муниципального района Челябинской области подлежала разделению на три лота, а отсутствие такого разделения свидетельствует о нарушении пунктов 9, 10 Правил проведения торгов, по результатам которых формируются цены на услуги по транспортированию твердых коммунальных отходов для регионального оператора, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 03.11.2016 № 1133 (далее – Правила № 1133), содержит признаки нарушения статьи 17 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции), Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон о контрактной системе).

Общество «ЦКС» считает, что выводы суда апелляционной инстанции о наличии нарушений положений Закона о контрактной системе, выразившихся в неясных условиях контракта, что привело к невозможности для потенциальных участников определить весь объем транспортных затрат, к отсутствию надлежащего экономического обоснования цены контракта, основаны на неверном толковании норм материального права и не подтверждены надлежащими доказательствами. Как отмечает кассатор, антимонопольным органом лишь после обращения в суд инициировано дело о нарушении антимонопольного законодательства № 2-05-17/79 по признакам нарушения статьи 17 Закона о защите конкуренции, которое в свою очередь содержит доводы, аналогичные исковому заявлению в рамках настоящего дела. В ходе рассмотрения настоящего спора в материалы дела не было представлено доказательств, свидетельствующих о том, что в результате действий организатора торгов имело место или могло быть допущено ограничение конкуренции, а соответствующие выводы суда апелляционной инстанции являются необоснованными.

Обществом «ЦКС» также представлены письменные дополнения к кассационной жалобе, в которых заявитель обращает внимание на следующее. 

По мнению заявителя, положения Закона о контрактной системе применяются к торгам, проводимым региональным оператором, только в части применения порядка проведения электронного аукциона, соответственно, у антимонопольного органа отсутствуют полномочия по контролю в сфере закупок применительно к региональному оператору. Указывая на то, что доводы антимонопольного органа основаны на нарушениях положений Закона о контрактной системе, в числе которых неясные условия контракта, а сам Закон к деятельности регионального оператора в части контроля со стороны антимонопольного органа не применим, кассатор считает, что право на иск у истца отсутствует.

Также кассатор ссылается на то, что заказчиком при формировании предмета аукциона не было допущено нарушений закона. Приведенные антимонопольным органом нарушения Закона о контрактной системе не доказаны. Неясностей в аукционной документации и проекте контракта допущено не было. Так, общество «ЦКС» отмечает, что требование антимонопольного органа о том, что транспортирование ТКО с территории Сосновского муниципального района должно было осуществляться посредством деления территории на 3 лота,  не соответствует Правилам № 1133 и экономически нецелесообразно. Сведения об объемах, подлежащих транспортированию отходов, содержатся в пункте   9 раздела III аукционной документации, согласно которому установлена планируемая масса ТКО в размере 7765,23 т за 6 месяцев фактического оказания услуг. Ссылки антимонопольного органа на наличие в аукционной документации противоречивых сведений относительно сроков действияконтракта и срока оказания услуг опровергаются пунктами 9.3–9.4 контракта, где срок начала оказания услуг определен с момента вступления в действие единого тарифа на услугу регионального оператора; услуги оказываются в течение 6 месяцев. Далее, заявитель указывает, что общество «Чистый город» представило надлежащую банковскую гарантию. Сведения о местах накопления отходов отражены в приложении № 2 к Техническому заданию (раздел III документации). Заявитель жалобы обращает внимание на то, что функция по выявлению мест накопления отходов и поддержанию актуальным соответствующего перечня в силу условий договора относится на регионального оператора, а не на исполнителя. При этом из условий контракта усматривается, что ведение реестра мест накопления ТКО осуществляется органом местного самоуправления на основании сведений, предоставленных региональным оператором, а на исполнителя указанные функции не возлагаются. Далее, кассатор указывает, что на регионального оператора согласно пункту 5 Правил № 1133 не распространяются нормы Закона о контрактной системе в части изменения и расторжения контракта, в связи с чем место передачи ТКО может быть изменено региональным оператором.   Установка оборудования зависит от технических данных используемых исполнителем мусоровозов, что свидетельствует о невозможности изначально согласовать указанные сведения.  Сведения о предельно допустимом значении уплотнения ТКО являлись бы ограничением участников, поскольку данные коэффициенты зависят от типа мусоровозов, степени их износа.   Пункт 3.3. контракта, содержащий ссылки на санитарные правила и нормы, устанавливает исключительно периодичность вывоза и не возлагает на перевозчика обязанности по транспортированию ТКО от зданий и помещений.

Помимо этого, заявитель в обоснование довода о том, что при установлении судами факта исполнения сделки, признание недействительными торгов, по результатам которых она была заключена, и самого контракта не приведет к восстановлению чьих-либо прав, ссылается на пункт 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2005 № 101 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с признанием недействительными публичных торгов, проводимых в рамках исполнительного производства», судебную практику.

В отзыве на кассационную жалобу Челябинское УФАС России просит оставить оспариваемое постановление без изменения.

Проверив законность обжалуемого постановления суда апелляционной инстанции, суд кассационной инстанции не находит оснований для его отмены.

Из материалов дела следует и судами при рассмотрении спора установлено, что общество «ЦКС» на основании соглашения от 05.03.2018, заключенного с Министерством экологии, является региональным оператором по обращению с твердыми коммунальными отходами на территории Челябинского кластера Челябинской области.

Общество «ЦКС» 28.08.2018 разместило на сайте www.zakupki.gov.ru извещение № 2100700000218000001 и документацию о проведенииаукциона в электронной форме на право заключения контракта на оказание услуг по транспортированию твердых коммунальных отходов для Регионального оператора на территориях Сосновского муниципального района Челябинской области. Начальная (максимальная) цена контракта составила21 776 795 руб. 44 коп.

В соответствии с протоколом рассмотрения единственной заявки на участие в аукционе от 18.09.2018 для участия в аукционе подана заявка  обществом «Чистый город», признанная аукционной комиссией соответствующей аукционной документации. 

Между обществом «ЦКС» и обществом «Чистый город» заключен контракт от 08.10.2018 № Ф.2018.463910 на оказание услуг по транспортированию твердых коммунальных отходов в Сосновском муниципальном районе Челябинской области.

В ходе осуществления антимонопольным органом государственного контроля за соблюдением антимонопольного законодательства и изучения размещенной ответчиком аукционной документации Челябинское УФАС России пришло к выводу о допущенных региональным оператором нарушениях нормативных требований, которые привели к нарушению порядка проведения торгов и выбора исполнителя, что затрагивает права и законные интересы неопределенного круга лиц.

В этой связи Челябинское УФАС России обратилось в арбитражный судс рассматриваемым иском о признании недействительными аукциона и заключенного ответчиками по итогам аукциона контракта, а также о применении последствий недействительности сделки.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что поскольку оспариваемый контракт, заключенный на спорном аукционе, исполнен сторонами, нельзя признать его недействительным, поскольку невозможно восстановить права неопределенного круга лиц в случае признания  аукциона недействительным.

Отменяя решение суда первой инстанции и удовлетворяя исковые требования, суд апелляционной инстанции  пришел к выводу, что  допущенные заказчиком нарушения являются нарушением антимонопольного законодательства, которые выразились в ограничении конкуренции путем допущения при оформлении конкурсной документации  некорректных и неправомерных формулировок, повлекших невозможность участия потенциальных участников аукциона в торгах. Допущенные организатором торгов нарушения привели к включению в договор затрат, не связанных с оказанием данных услуг, и, соответственно, к невозможности потенциальных  участников торгов снизить начальную цену контракта. При указанных обстоятельствах данные нарушения влекут возможность наступления негативных последствий, предусмотренных частью 4 статьи 17 Закона о защите конкуренции, ввиду ограничения состава участников торгов.

В соответствии с пунктом 4 статьи 447 Гражданского кодекса Российской Федерации торги (в том числе электронные) проводятся в форме аукциона, конкурса или в иной форме, предусмотренной законом. Выигравшим торги на аукционе признается лицо, предложившее наиболее высокую цену, а по конкурсу - лицо, которое по заключению конкурсной комиссии, заранее назначенной организатором торгов, предложило лучшие условия.

В силу пунктов 1, 2 статьи 449 названного Кодекса торги, проведенные с нарушением правил, установленных законом, могут быть признаны судом недействительными по иску заинтересованного лица в течение одного года со дня проведения торгов. Торги могут быть признаны недействительными в случае, если: кто-либо необоснованно был отстранен от участия в торгах; на торгах неосновательно была не принята высшая предложенная цена; продажа была произведена ранее указанного в извещении срока; были допущены иные существенные нарушения порядка проведения торгов, повлекшие неправильное определение цены продажи; были допущены иные нарушения правил, установленных законом.

Признание торгов недействительными влечет недействительность договора, заключенного с лицом, выигравшим торги, и применение последствий, предусмотренных статьей 167 настоящего Кодекса.

Компетенция антимонопольного органа в сфере государственных закупок определена Законом о защите конкуренции.

В соответствии со статьей 23 Закона о защите конкуренции антимонопольный орган осуществляет в том числе следующие полномочия: возбуждает и рассматривает дела о нарушениях антимонопольного законодательства; выдает в случаях, указанных в названном Федеральном законе, хозяйствующим субъектам обязательные для исполнения предписания; обращается в арбитражный суд с исками, заявлениями о нарушении антимонопольного законодательства, в том числе с исками, заявлениями о признании недействительными полностью или частично договоров, не соответствующих антимонопольному законодательству.

В силу пункта 3 части 22 статьи 99 Закона о контрактной системе при выявлении в результате проведения контрольным органом в сфере закупок плановых и внеплановых проверок, а также в результате рассмотрения жалобы на действия (бездействие) заказчика, уполномоченного органа, уполномоченного учреждения, специализированной организации, оператора электронной площадки или комиссии по осуществлению закупок нарушений законодательства Российской Федерации и иных нормативных правовых актов о контрактной системе в сфере закупок контрольный орган в сфере закупок вправе обращаться в суд, арбитражный суд с исками о признании осуществленных закупок недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации.

Таким образом, Челябинское УФАС России, являясь государственным органом, осуществляет публичные функции, проявлением которых в числе прочего является предъявление иска о признании недействительным контракта, применении последствий недействительности сделки.

Предъявление иска в публичных интересах направлено на устранение нарушений закона в определенной сфере в целях соблюдения участниками правоотношений единых правил поведения. Статус антимонопольного органа и указанная цель обращения в суд исключают постановку вопроса о достижении таким обращением восстановления субъективных прав антимонопольной службы.

Таким образом, вопреки доводу общества «ЦКС», Челябинское УФАС России, обращаясь в арбитражный суд с настоящим иском, действовало в рамках своих полномочий.

Согласно части 2 статьи 24 Закона о контрактной системе конкурентными способами определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей) являются конкурсы (открытый конкурс, конкурс с ограниченным участием, двухэтапный конкурс, закрытый конкурс, закрытый конкурс с ограниченным участием, закрытый двухэтапный конкурс), аукционы (аукцион в электронной форме (далее также - электронный аукцион), закрытый аукцион), запрос котировок, запрос предложений. В соответствии с частью 5 статьи 24 Закона о контрактной системе заказчик выбирает способ определения поставщика (подрядчика, исполнителя) в соответствии с положениями настоящей главы. При этом он не вправе совершать действия, влекущие за собой необоснованное сокращение числа участников закупки.

Как следует из пункта 2 части 29 статьи 34 Закона о контрактной системе Правительство Российской Федерации вправе определить требования к формированию лотов при осуществлении закупок отдельных видов товаров, работ, услуг.

В силу пункта 8 Постановления Правительства РФ от 03.11.2016 N 1133 "Об утверждении Правил проведения торгов, по результатам которых формируются цены на услуги по транспортированию твердых коммунальных отходов для регионального оператора" (далее - Правила N 1133) организатор аукциона обязан провести аукцион, сформировав лоты в соответствии с пунктом 9 Правил N 1133. В отношении каждого лота проводится отдельный аукцион.

Согласно пункту 9 Правил № 1133 услуги по транспортированию твердых коммунальных отходов (далее – ТКО) на определенной территории в зоне деятельности регионального оператора выделяются в отдельный лот. В целях формирования лотов территория, в отношении которой региональный оператор обязан провести аукцион, разбивается не менее чем на три лота (территории).

Под территорией подразумевается территория муниципального образования, что свидетельствует о необходимости проведения электронных аукционов по транспортированию ТКО в отношении каждого муниципального образования.

Как следует из пункта 2.1.13 соглашения об организации деятельности по обращению с ТКО на территории Челябинского кластера Челябинской области от 05.03.2018, являющегося неотъемлемой частью документации об отборе при проведении конкурсного отбора регионального оператора, обязанностью регионального оператора является формирование цены на услуги по сбору и транспортированию ТКО для регионального оператора по результатам торгов на территории Копейского городского округа, Сосновского муниципального района, Южноуральского городского округа, в соответствии с подпунктом «б» пункта 3 Правил № 1133.

Исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции пришел   к обоснованному выводу, что при проведении закупки на оказание услуг по транспортированию ТКО для регионального оператора в Сосновском муниципальном районе Челябинской области (извещения № 2100700000218000001) заказчиком неправомерно сформирован лот в части объединения указанной территории в одну закупку без учета требования о делении указанной территории на три лота (территории) в нарушение пунктов 9, 10 Правил № 1133,  что также свидетельствует о наличии нарушения части 1 статьи 17 Закона о защите конкуренции, части 5 статьи 24, пункта 2 части 29 статьи 34 Закона о контрактной системе.

Далее. Согласно подпункту «б» пункта 12 Правил № 1133 документация об аукционе наряду с информацией, указанной в статье 64 Закона о контрактной системе, должна содержать сведения о количестве (объеме или массе) твердых коммунальных отходов в зоне деятельности регионального оператора с разбивкой по видам и классам опасности отходов и с учетом сезонной составляющей.

Вместе с тем в приложении № 3 к техническому заданию указаны сведения о массе, видах и классах отходов, тогда как сведения об объеме отходов, а также разбивка отходов с учетом сезонной составляющей отсутствует в документации о закупке в нарушение подпункта «б» пункта 12 Правил № 1133.

При этом при расчете стоимости оплачиваемых услуг учитывается именно объем, а не масса ТКО (пункт 4.4 проекта контракта).

Исходя из этого, судом апелляционной инстанции установлено, что отсутствие сведений об объеме подлежащих транспортированию отходов не позволяет сделать вывод об оказании или неоказании услуг в полном объеме и рассчитать затраты участникам закупки.

Проанализировав пункты 9.3, 3.7, 3.13 и 3.26 проекта контракта, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии противоречивых условий исполнения контракта в части срока начала оказания услуг, так как в ряде положений указано, что услуги по подготовке реестра мест накопления ТКО, графика транспортирования ТКО и перечня мусоровозов оказываются с момента заключения контракта, что противоречит пункту 3.13 проекта контракта, в котором срок оказания услуг предусмотрен не ранее утверждения единого тарифа, что свидетельствует о несогласованности условий контракта в нарушение пункта 2 статьи 42 Закона о контрактной системе.

Далее, суд апелляционной инстанции, исходя из условий пункта 13.4.5 проекта контракта, установил, что срок действия банковской гарантии должен превышать срок действия контракта не менее чем на 1 (один) месяц.

В пункте 9.2 контракта № Ф.2018.463910 определена дата окончания действия контракта, а именно 31.07.2019.

Общество «Чистый город» представило в качестве обеспечения исполнения контракта банковскую гарантию от 28.09.2018№ 18777-447-269955, выданную публичным акционерным обществом «БИНБАНК», не соответствующую требованиям пункта 13.4.5 проекта контракта и заключенного контракта, поскольку согласно пункту 1.4 гарантии она действует до 31.07.2019 (включительно), то есть не превышает срок действия контракта не менее чем на 1 месяц, однако заказчик в нарушение частей 6, 7 статьи 45 Закона о контрактной системе не отказался от принятия банковской гарантии и заключил контракт с ненадлежащим обеспечением исполнения контракта.

Следующее нарушение законодательства выразилось в следующем. В соответствии с частью 2 статьи 34 Закона о контрактной системе при заключении контракта указывается, что цена контракта является твердой и определяется на весь срок исполнения контракта, а в случаях, установленных Правительством Российской Федерации, указываются ориентировочное значение цены контракта либо формула цены и максимальное значение цены контракта, установленные заказчиком в документации о закупке. В контракт включаются обязательные условия о порядке и сроках оплаты товара, работы или услуги, о порядке и сроках осуществления заказчиком приемки поставленного товара, выполненной работы (ее результатов) или оказанной услуги в части соответствия их количества, комплектности, объема требованиям, установленным контрактом, а также о порядке и сроках оформления результатов такой приемки (пункт 1 части 13).

Согласно пункту 4.4 проекта контракта стоимость услуг исполнителя за расчетный период определяется по формуле: S = Sобщ / Vобщ * М / К, где: S – стоимость услуг исполнителя за расчетный период, руб.; S общ – стоимость услуг исполнителя в соответствии с пунктом 4.1 контракта, руб.; Vобщ – общий объем ТКО, образующихся в зоне деятельности исполнителя в соответствиис приложением № 2 к контракту за период, указанный в пункте 4.2 контракта, рассчитанный с применением указанного в территориальной схеме среднего коэффициента плотности, кубических метров; М – общая масса ТКО, транспортированных исполнителем в соответствии с контрактом в места передачи ТКО в течение расчетного периода, тонн по данным ОРО, указанного в приложении № 3 к контракту; К – средний коэффициент плотности в соответствии с нормативами накопления ТКО, утвержденными в установленном порядке.

Между тем порядок определения среднего коэффициента плотности  в территориальной схеме, равно как и в документации о закупке, не указан, а в приложении № 2 к проекту контракта не указан общий объем ТКО, как того требует пункт 4.4 проекта контракта, (а указана только масса отходов).

Суд апелляционной инстанции выяснял данный вопрос, и из пояснений заказчика следует, что для определения общего объема ТКО необходимо М (общая масса ТКО) разделить на среднюю плотность и умножить на 1000, тогда как указанная формула также отсутствует в документации о закупке.

С учетом изложенного сведения о значении среднего коэффициента плотности, а также общего объема ТКО, равно как и порядок определения указанных величин, в документации о закупке отсутствует, в связи с чем  суд апелляционной инстанции признал доказанным факт нарушения  пункта 1 части 13 статьи 34 Закона о контрактной системе.

Согласно подпункту «е» пункта 25 Правил обращения с твердыми коммунальными отходами, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 12.11.2016 № 1156 (далее – Правила № 1156), существенным условием договора на оказание услуг по транспортированию твердых коммунальных отходов является способ коммерческого учета количества твердых коммунальных отходов.

Коммерческий учет осуществляется: 

– расчетным путем исходя из: нормативов накопления ТКО, выраженных в количественных показателях объема; количества и объема контейнеров для накопления ТКО, установленных в местах накопления;

– исходя из массы ТКО, определенной с использованием средств измерения (подпункт «а» пункта 5 Правил коммерческого учета объема и (или) массы твердых коммунальных отходов, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 03.06.2016 № 505).

Таким образом, количество и объем контейнеров имеют существенное значение для коммерческого учета ТКО, осуществляемого расчетным путем.

Между тем соответствующая информация в аукционной документации отсутствует.

В пункте 4.4 проекта контракта указана формула определения стоимости фактически оказанных услуг без учета нормативов накопления твердых коммунальных отходов, выраженных в количественных показателях объема, и количества и объема контейнеров для накопления твердых коммунальных отходов, установленных в местах накопления твердых коммунальных отходов, что противоречит подпункту «а» пункта 5 указанных Правил № 505.

Также судом установлено, что согласно пункту 3.2 проекта контракта в приложении № 1 к проекту контракта (техническое задание документации о закупке) определены конкретные места накопления ТКО, адреса источников образования отходов. В пункте 3.2 проекта контракта предусмотрено, что сведения о количестве (объеме и (или) массе) твердых коммунальных отходов, в том числе крупногабаритных отходов, подлежащих транспортированию в соответствии с Территориальной схемой и указанные в соглашении об организации деятельности по обращению с твердыми коммунальными отходами на территории Челябинского кластера Челябинской области от 05 марта 2018 года, указаны в Приложении N 1 к настоящему Контракту, которое является его неотъемлемой частью.

Однако в соответствии с пунктом 2.3 контракта исполнитель оказывает услугу на всей территории зоны деятельности исполнителя вне зависимости от наличия либо отсутствия в территориальной схеме мест сбора и накопления отходов. Кроме того, из пунктов 3.7–3.9 контракта следует, что на исполнителя возложена обязанность по подготовке и направлению региональному оператору реестра мест накопления отходов (по мере выявления расхождений), по согласованию реестра с региональным оператором, по поддержанию его в актуальном состоянии и по внесению изменений. В пункте 3.8 проекта контракта указано, что в случае несоответствия сведений по местам сбора и накопления отходов, количеству и объему контейнеров, содержащихся в согласованном с региональным оператором реестре мест накопления, с данными территориальной схемой, исполнитель оказывает услугу в соответствии с реестром мест накопления.

Оценив указанные пункты контракта, суд апелляционной инстанции верно указал, что в нарушение частей 1, 4 статьи 64, части 2 статьи 33 Закона о контрактной системе, подпункта «в» пункта 12 Правил № 1156, данные условия носят противоречивый характер и не позволяют участнику торгов определить требования заказчика к порядку вывоза отходов. Так, из проекта контракта не представляется возможным установить места накопления ТКО, из которых должны транспортироваться отходы: с МНТКО, указанных в техническом задании в соответствии с территориальной схемой либо на всей территории зоны деятельности исполнителя вне зависимости от наличия либо отсутствия в территориальной схеме мест сбора и накопления ТКО.

Согласно пункту 13 технического задания местами передачи твердых коммунальных отходов, в том числе крупногабаритных отходов являются полигон ТБО - Деревня Урефты и полигон ТБО - Деревня Полетаево. Вместе с тем, в пункте 3.4 проекта контракта указано, что место передачи ТКО (далее - Полигон) может быть изменено региональным оператором в соответствии с территориальной схемой на основании уведомления. Изменения, указанные в уведомлении, обязательны для исполнителя с момента, указанного в уведомлении регионального оператора. Соответственно, проект контракта предусматривает не только изменение мест накопления ТКО, но и места нахождения полигонов, на которые вывозятся ТКО, что также свидетельствует о неопределенности условий исполнения проекта контракта в нарушение пункта 1 части 1, части 4 статьи 64, части 2 статьи 33 Закона о контрактной системе и не позволяет определить транспортные затраты участников закупки с учетом надлежащего исполнения всех заявленных заказчиком условий контракта.

Таким образом, с учетом того, что проект контракта предусматривает не только изменение мест накопления ТКО, но и места нахождения полигонов, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что определить окончательную цену контракта с учетом необходимых затрат при увеличении объема услуг также будет являться затруднительным для исполнителя. 

Помимо этого, согласно подпункту 4 пункта 3.15 проекта контракта исполнитель осуществляет транспортирование ТКО мусоровозами, имеющими функционирующую надлежащим образом систему видеонаблюдения с установленными спереди и сзади мусоровоза устройствами видеофиксации с отображением на видеозаписи достоверных даты и времени записи, находящейся в режиме записи в течение всего времени нахождения мусоровоза на маршруте. В соответствии с пунктом 5.1.20 проекта контракта исполнитель обязан обеспечить безопасное и надежное (исключающее возможность потери данных, включая средства копирования) хранение информации средств навигации (трекинга), фото- и видеофиксации в течение не менее чем 6 месяцев (в том числе по окончании срока действия контракта).

Учитывая, что в пунктах 5.1.12, 5.1.18–5.1.19 проекта контракта на исполнителя возложена обязанность по установке и обслуживанию указанного оборудования, однако не предусмотрено количество и характеристики оборудования, которое должно быть передано исполнителю, суд апелляционной инстанции  пришел к выводу, что данное условие также не позволяет потенциальному участнику закупки сформировать цену контракта с учетом всех необходимых расходов.

Кроме того, учитывая пункты 3.11, 3.12, 3.3 проекта контракта, апелляционный суд установил, что исполнитель должен самостоятельно приобрести и предоставить контейнеры и осуществить их маркировку, так как в проекте контракта не указано, что указанное оборудование предоставляется и маркируется заказчиком. Кроме того, в проекте контракта также не указано количество и объем контейнеров, которые исполнитель должен предоставить дополнительно в случае, указанном в пункте 3.3 проекта контракта.

Данные условия контракта признаны судом не соответствующими фактическим обстоятельствам, изложенным заказчиком, что свидетельствует о неясности условий исполнения контракта в нарушение пункта 1 части 1, части 4 статьи 64, части 2 статьи 33 Закона о контрактной системе и не позволяет потенциальному участнику закупки сформировать цену контракта с учетом всех необходимых расходов исходя из условий исполнения контракта.

Кроме того, положения пункта 25 Правил № 1156 предусматривают в качестве существенного условия договора предельно допустимое значение уплотнения ТКО. Однако в проекте контракта отсутствуют сведения о предельно допустимом значении уплотнения ТКО, что противоречит пункту 25 Правил N 1156. При этом условиями пункта 3.5 контракта установлено, что уплотнение определяется на основании документации на мусоровоз, то есть ставится в зависимость от технической возможности специализированной техники. Таким образом, фактически контракт не содержит допустимых значений, а содержание пункта 3.5 контракта не свидетельствует о соблюдении условий, предусмотренных пунктом 25 Правил № 1156.  

Апелляционный суд  также  указал, что  установление в проекте контракта условия о вывозе ТКО в соответствии с СанПиН 2.1.2.2645-10 (ежедневно) противоречит условиям исполнения контракта, так как обязанностью исполнителя является транспортирование ТКО с контейнерных площадок, а пункт 8.2.4 СанПиН 2.1.2.2645-10 устанавливает требования к хранению отходов в контейнерах, располагающихся в жилых зданиях и помещениях. Кроме того, время вывоза ТКО в проекте контракта не установлено, сведения о согласованной периодичности вывоза ТКО с местными учреждениями санитарно-эпидемиологической службы также не указаны.

Оценив в совокупности доказательства, представленные в материалы дела, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что допущенные заказчиком нарушения: незаконное формирование лота; указание в проекте контракта условий, которые противоречат положениям законодательства; включение в договор на услуги по транспортированию отходов затрат, не связанных с оказанием данных услуг (маркировка, приобретение неизвестного количества и характеристик контейнеров, составление реестра мест накопления ТКО, неясность существенных условий договора), привели к  тому, что потенциальные участники закупки не смогли снизить цену контракта до экономически обоснованной реальными затратами ввиду неясности условий исполнения контракта.  По этой причине ни один хозяйствующий субъект не принял участие в рассматриваемом аукционе. В свою очередь указанное обстоятельство могло привести к формированию тарифов для граждан с учетом формирования «завышенной» цены на услуги по транспортированию ТКО.

В рассматриваемой ситуации ввиду несоблюдения установленного порядка формирования цены (несоблюдения порядка проведения торгов) на услуги по транспортированию ТКО для регионального оператора по заключенному договору цена не будет экономически обоснованной и, соответственно, не может быть включена в состав затрат при утверждении единого тарифа для регионального оператора.

Таким образом, указанные обстоятельства свидетельствуют об обоснованности исковых требований Челябинского УФАС России о признании недействительными аукциона и заключенного по его итогам контракта.

Довод заявителя жалобы о том, что поскольку оспариваемый контракт, заключенный на спорном аукционе, уже исполнен сторонами, нельзя признать его недействительным, поскольку невозможно восстановить права неопределенного круга лиц, равно как невозможно применить последствия недействительности сделки, судом кассационной инстанции отклоняется.

Признание торгов и, как следствие, договоров, заключенных с лицами, выигравшими торги, недействительными не поставлено в зависимость от факта исполнения сделки, имеющего значение при рассмотрении судами требования о применении последствий недействительности оспоримой сделки. Отказ в заявленном в настоящем деле иске по мотиву исполнения сделок, заключенных по результатам торгов, означал бы воспрепятствование заинтересованному лицу защитить нарушенные права предусмотренным законом способом, который это лицо избрало (определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.01.2016 № 301-ЭС15-12618).

Суд кассационной инстанции также учитывает, что в обжалуемом судебном акте не содержится выводов о применении последствий недействительности сделки (договора).

Довод ответчика о том, что Челябинское УФАС России не представило доказательств нарушения публичных интересов, судом кассационной инстанции отклоняется.

В пункте 18 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд от 28.06.2017 указано, что государственный (муниципальный) контракт, заключенный с нарушением требований Закона о контрактной системе и влекущий, в частности, нарушение принципов открытости, прозрачности, ограничение конкуренции, необоснованное ограничение числа участников закупки, а следовательно, посягающий на публичные интересы и (или) права и законные интересы третьих лиц, является ничтожным.

Посягающей на публичные интересы является, в частности, сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом (пункт 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Закон о контрактной системе предусматривает особые процедуры осуществления закупок товаров, работ, услуг для государственных и муниципальных нужд, что направлено на защиту публичных интересов в сфере таких закупок.

В данном случае защищаются публичные интересы, связанные с необходимостью исполнения законодательства о контрактной системе, а также иных нормативно-правовых актов, связанных с порядком проведения торгов по транспортированию ТКО.

Таким образом, поскольку в рассматриваемом случае судами установлены нарушения норм Закона о защите конкуренции, Закона о контрактной системе при проведении аукциона обществом «ЦКС», факт нарушения публичного интереса, в защиту которого обратилось Челябинское УФАС России, также подтвержден. 

Доводы общества «ЦКС», изложенные в кассационной жалобе об отсутствии нарушений пункта 1 части 3 статьи 34 Закона о контрактной системе, норм статьи 17 Закона о защите конкуренции, положений Правил № 1156 и сводящиеся, по существу, к повторению утверждений, исследованных и отклоненных судом апелляционной инстанции, фактически направлены на переоценку установленных судом апелляционной инстанции обстоятельств и имеющихся в деле доказательств и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом обстоятельств дела и иное толкование положений закона не означает допущенной судом апелляционной инстанции при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с нормами статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом кассационной инстанции также не установлено. 

С учетом изложенного постановление суда апелляционной инстанции подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.12.2019 по делу № А76-42901/2018 Арбитражного суда Челябинской области оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Центр коммунального сервиса» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий						Е.Г. Сирота 

Судьи						Л.Н. Черемных

                                             					 О.В. Абознова