АРБИТРАЖНЫЙ СУД АЛТАЙСКОГО КРАЯ

656015, Алтайский край, г. Барнаул, проспект Ленина, 76, тел.: (3852)29-88-01

http://www.altai-krai.arbitr.ru, е-mail: a03.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А03-7350/2020

г. Барнаул

25 ноября 2020 года

Резолютивная часть решения объявлена 18 ноября 2020 года. 

Решение суда в полном объёме изготовлено 25 ноября 2020 года.

Арбитражный суд Алтайского края в составе судьи Федотовой О.А., при ведении протокола секретарем ФИО1, с использованием средств аудиозаписи, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению

акционерного общества «Бункерная компания» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) г. Архангельск Архангельской области

к обществу с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение «Новоалтайский завод энергетического оборудования» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) г. Новосибирск Алтайского края

о взыскании убытков в размере 3 328 741 руб. 80 коп., а также расходов по уплате государственной пошлины в размере 19 020 руб.,

при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, АО «Бункерная компания Архангельск» (ОГРН 

<

***>),

при участии в заседании представителей сторон:

от истца – ФИО2 по доверенности от 25.02.2020, паспорт, диплом, 

от ответчика – ФИО3 по доверенности от 01.06.2020, паспорт, диплом № 279 от 28.04.2005, 

от третьего лица – не явился, извещен надлежащим образом.

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «Бункерная компания» (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд Алтайского края (далее - суд) с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к обществу с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение «Новоалтайский завод энергетического оборудования» (далее – ответчик, ООО «НПО «НЗЭО») о взыскании убытков в размере 3 328 741 руб. 80 коп., а также расходов по уплате государственной пошлины в размере 19 020 руб.

Определением от 09.06.2020 исковое заявление принято к производству, назначено судебное заседание.

К участию в деле в порядке статьи 51 АПК РФ привлечено АО «Бункерная компания Архангельск».

Ответчик в отзыве на исковое заявление указал, что истцом не предоставлено доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями ООО «НПО «НЗЭО» и понесенными истцом убытками, не доказан факт несения убытков. Кроме того, договор, заключенный АО «Бункерная компания» с АО «Бункерная компания Архангельск», по мнению ответчика, является мнимой сделкой, совершенной с целью обогащения. 

Третье лицо в отзыве на иск поддержало правовую позицию истца, указало, что оригинал договора аренды № 011018/БКА/07 от 01.10.2020 и соглашение о зачете подписаны спустя какое-то время после его фактического заключения и исполнения, что не является нарушением. Доводы ответчика являются необоснованными, поскольку какими-либо доказательствами не подтверждаются. 

Рассмотрение дела неоднократно откладывалось в связи с истребованием дополнительных документов, а также предоставления сторонами пояснений. 

В состоявшееся 18.11.2020 судебное заседание представитель третьего лица не явился, о времени и месте рассмотрения спора извещен надлежащим образом.

Представитель АО «Бункерная компания» поддержал исковые требования, просил удовлетворить в заявленном размере.

Представитель ответчика возражал против требований истца по основаниям, изложенным в отзыве на иск и дополнениях к нему.

Выслушав представителей сторон, суд установил следующие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения спора.

15.06.2018 между АО «Бункерная компания» (покупатель) и ООО «Научно-производственное объединение «Новоалтайский завод энергетического оборудования» (поставщик) заключен договор № 55/18, в соответствии с которым поставщик обязался поставить покупателю товар, а покупатель обязался принять и оплатить товар в порядке и на условиях, предусмотренных договором, согласно спецификации, являющейся неотъемлемой частью этого договора.

Покупатель надлежащим образом исполнил принятые на себя обязательства по договору №55/18 от 15.06.2018 и своевременно осуществил полную оплату товара. Продавец, в свою очередь, принятые на себя обязательства по изготовлению и поставке товара своевременно не выполнил, просрочив поставку на 65 календарных дней, в связи с чем, покупатель был вынужден обратиться в Арбитражный суд Алтайского края с исковым заявлением о взыскании с поставщика неустойки за просрочку поставки товара.

Решением Арбитражного суда Алтайского края от 29.11.2019 исковые требования АО «Бункерная компания» удовлетворены. Судом признан факт просрочки поставки товара по договору за период с 25.10.2018 по 28.12.2018. Решение вступило в законную силу.

Поскольку ООО «НПО «НЗЭО» нарушило сроки поставки котельного оборудования на 65 календарных дней, АО «Бункерная компания» было вынуждено взять по договору аренды № 011018/БКА/07 от 01.10.2018 котельную установку у АО «Бункерная компания Архангельск» в целях недопущения нарушений своих договорных обязательств перёд контрагентами, связанных с поставкой темных нефтепродуктов, слив которых возможен только при наличии котельной установки.

Согласно пункту 1.1 договора № 011018/БКА/07 от 01.10.2018 арендодатель (АО «Бункерная компания Архангельск») передал, а арендатор (АО «Бункерная компания») принял во временное владение и пользование трансформаторную подстанцию с помещениями котельной общей площадью 125,9 кв.м. Арендная плата составила 1 563 500 руб. в месяц (пункт 3.1 договора).

01.10.2018 оборудование передано арендатору по акту приема-передачи. 

28.02.2019 оборудование возвращено АО «Бункерная компания Архангельск».

За период пользования оборудованием третьего лица, АО «Бункерная компания» произвела оплату аренды в размере 3 341 175 руб. 50 коп. (12 (месяцев) * 1 563 500 руб. = 18 762 000 руб. - стоимость аренды оборудования за 2018 год; 18 762 000 руб. / 365 дней = 51402 руб. 70 коп. - стоимость одного дня аренды оборудования; 51 402 руб. 70 коп. * 65 дней просрочки = 3 341 175 руб. 50 коп.).

Оплата арендных платежей арендодателю подтверждается соглашением о зачете встречных требований от 31.12.2018, заключенным между АО «Бункерная компания» и АО «Бункерная компания Архангельск».

Полагая, что оплата трансформаторной подстанции с помещениями котельной для АО «Бункерная компания» является убытками, понесенными по вине ООО «НПО «НЗЭО», Общество обратилось к последнему с предложением урегулирования спорной ситуации в досудебном порядке.

Ответным письмом ООО «НПО «НЗЭО» сообщило о согласии проведения переговоров, однако, впоследствии, сторонам урегулировать спорную ситуацию не удалось, что явилось основанием для обращения АО «Бункерная компания» с исковым заявлением в суд.

Возражая против требований истца, ответчик указал следующее.

Так, по мнению ООО «НПО «НЗЭО» не предоставлено доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и понесенными АО «Бункерная компания» убытками. Договор № 011018/БКА/07 от 01.10.2018, заключенный между истцом и третьим лицом, и договор № 55/18 от 15.06.2018, заключенный между истцом и ответчиком, имеют различную правовую природу, разный предмет и обстоятельства.  Согласно решению суда по делу №А03-9238/2019, должной датой поставки товара истцу является 25.10.2018, при этом, фактически, товар поставлен 29.12.2018. Договор № 011018/БКА/07 от 01.10.2018 заключен ранее установленной даты поставки товара, и действовал после его фактической поставки, что, указывает на то, что заключение такого договора с фактом поставки товара ответчиком не связано. 

Истцом не доказан факт несения убытков. В материалы дела не представлены доказательства выплат в размере заявленных требований. Приложенный к исковому заявлению акт зачета встречных требований, произведенных между АО «Бункерная компания» и АО «Бункерная компания Архангельск», не может являться допустимым доказательством, причиненных истцу убытков. Предоставив соглашение о зачете требований, АО «Бункерная компания» может ссылаться лишь на наличие дебиторской задолженности, что не отождествляется с фактом несения убытков. 

Истец предъявляет ко взысканию убытки за более поздний период, чем период их гипотетического возникновения, обоснование размера убытков договором, заключенным между юридическими лицами, прямо связанными целью своего создания, ведущими совместную деятельность, вызывает сомнения в его действительности. Согласно статье 170 ГК РФ мнимая сделка заключается без побуждения создать реальные правовые результаты, исключительно «для вида», причем обе стороны отлично это осознают. При этом мнимая сделка не является бесцельной сделкой. На самом деле цель мнимой сделки не соответствует заявленной и скрывается от внешних наблюдателей, поскольку является противозаконной. Применительно к спорным обстоятельствам, такая сделка совершена с целью получения незаконного и необоснованного обогащения.

Помимо прочего, АО «Бункерная компания» не отрицается факт того что оригиналы договора аренды №011018/БКА/07 от 01.10.2018 и соглашения о зачете встречных требований от 31.12.2018 оформлены и подписаны незадолго до обращения истца в суд с исковым заявлением о взыскании убытков, следовательно, указанные документы должны быть исключены из числа доказательств по делу. Ответчик заявил о фальсификации названных документов. 

Проанализировав доводы сторон, исследовав имеющиеся в материалах дела документы, суд пришел к следующим выводам. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. При этом размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. 

По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению. 

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Таким образом, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности в форме возмещения убытков лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинно-следственную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками, вину причинителя вреда.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, обязано доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

В процессе рассмотрения спора ООО «НПО «НЗЭО» заявило о фальсификации договора аренды от 01.10.2018 № 011018/БКА/07, акта приема-передачи оборудования от 01.10.2018, а также соглашения о зачете встречных требований от 31.12.2018. В обоснование ходатайства Общество указало, что указанные документы подписаны значительно позднее их фактического изготовления, что является недопустимым.

В состоявшемся 18.11.2020 судебном заседании, суд в соответствии со статьей 161 АПК РФ разъяснил ответчику статью 306 УК РФ и предупредил о предусмотренных ею уголовно-правовых последствиях. Суд предложил истцу в порядке статьи 161 АПК РФ исключить из числа доказательств документы, указанные в заявлении о фальсификации.

Представитель истца отказался.

Согласно пункту 3 части 1 статьи 161 АПК РФ, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры. Из приведенной нормы права следует, что назначение экспертизы является одним из способов проверки заявления о фальсификации доказательств. При этом Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации не исключает возможности проверки судом заявления о фальсификации другими способами. Выбор мер, направленных на проверку достоверности заявления о фальсификации, находится в компетенции суда.

С целью проверки заявления о фальсификации суд вынес на рассмотрение сторон вопрос об истребовании от третьего лица электронной переписки между АО «Бункерная компания» и АО «Бункерная компания Архангельск» по вопросу заключения договора аренды. 

Представитель истца пояснил, что имеет доверенность на представление интересов третьего лица и не видит необходимости в истребовании документов у третьего лица.

Суд отмечает, что АО «Бункерная компания» и АО «Бункерная компания Архангельск» не опровергли факт подписания спорных документов позднее даты из изготовления (ориентировочно в середине/конце 2019 года, либо в начале 2020 года). При этом в материалах дела имеется письмо АО «Бункерная компания» исх. № 01/1023 от 29.09.2020, согласно которому, в связи с повышенной нагрузкой на почтовый сервер, сотрудники АО «Бункерная компания» произвели чистку почтовых ящиков, в результате чего переписка с АО «Бункерная компания Архангельск» не сохранилась. 

Представитель ответчика указал, что на проведении экспертизы с целью установления давности изготовления спорных документов не настаивает. 

Исходя из принципа состязательности сторон, закрепленного в статье 9 АПК РФ, а также положений статьи 65 АПК РФ, лицо, не реализовавшее свои процессуальные права, в том числе и на представление доказательств, несет риск неблагоприятных последствий несовершения им соответствующих процессуальных действий.

Поскольку принятые арбитражным судом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства не принесли результата, истец подтвердил факт подписания спорных документов значительно позднее даты из изготовления, доказательств, опровергающих данное обстоятельство в материалы дела не предоставлено, суд пришел к выводу об обоснованности заявления ответчика о фальсификации документов и исключил их из числа доказательств по делу. 

Согласно статье 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном АПК РФ и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Поскольку АО «Бункерная компания» не предоставило в материалы дела каких-либо иных документов, подтверждающих понесенные Обществом убытки, помимо исключенных судом, оснований полагать, что требования Общества являются обоснованными, у суда не имеется. 

Относительно довода ответчика о том, что договор аренды от 01.10.2018 № 011018/БКА/07 является мнимой сделкой, суд указывает следующее.

Согласно статье 170 ГК РФ, мнимая сделка совершается лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. 

Мнимую сделку, как правило, относят к сделке с пороком воли. Основным условием для признания её недействительной является установление отличия истинной воли сторон от выраженной формально в сделке (Определения Верховного Суда РФ от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, от 01.12.2015 № 22-КГ15-9).

Как отметил Верховный Суд Российской Федерации в определении от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной и т.п. 

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Суд указывает, что поскольку договор аренды от 01.10.2018 № 011018/БКА/07 исключен из числа доказательств по делу, оценка сделки, как мнимой, судом не дается.  Каких – либо возражений по данному факту сторонами не заявлено.

Суд также считает необходимым отметить следующее.

Как указывалось ранее, в рамках заключенного договора поставки от 15.06.2018 № 55/18 ответчик 29.12.2018 поставил в адрес истца модульную котельную установку МКУ –П-3,1(1,0х1)-9Н22.П04.01.00.000 в разборном виде. Согласно рабочей документации (Н22.П04.01.00.000-ПЗ) лист № 3, Котельная представляет собой технологический комплекс, состоящий из шести транспортабельных модулей с расположенным внутри технологическим оборудованием, трубопроводами и арматурой; деталей и промежуточных элементов соединения модулей котельной между собой (проставков); дымовой трубы. 

Предполагается, что для ввода в эксплуатацию котельной установки, истцу было необходимо провести мероприятия, такие как: монтаж, наладку, подключение к инженерным сетям (электричество, вода), а также поставить на учет в надзорном органе.

Согласно предоставленному истцом в материалы дела рапорту ведущего специалиста отдела по грузовой и коммерческой работе ФИО4 от 17.04.2018, в четвертом квартале 2018 года ожидалась перевалка мазута в железнодорожных вагонах-цистернах во исполнение обязательств по договорам, имеющихся у ЗАО «Бункерная компания». 

Зная о необходимости приобретения котельного оборудования, ЗАО «Бункерная компания» в июне 2018 года заключило с ответчиком договор, крайней датой поставки оборудования по которому являлось 24.10.2018. 

Суд отмечает, что период четвертого квартала года предполагает низкие температуры, следовательно, наличие котельного оборудования для деятельности истца, в указанный период времени, было технически необходимо. 

Как указал истец, по причине просрочки ООО «НПО «НЗЭО» поставки оборудования, он был вынужден заключить договор аренды трансформаторной подстанции с помещениями котельной с АО «Бункерная компания Архангельск». Согласно предоставленной в материалы дела копии, договор заключен сторонами 01.10.2018, т.е. до предполагаемой даты поставки оборудования ответчиком  и без учета  срока на её установку. . Пользовался истец арендованным оборудованием в период с 25.10.2018 по 28.12.2018.

Учитывая, что договор аренды заключен ранее предполагаемой поставки оборудования ответчиком, суд приходит к выводу, что аренда трансформаторной подстанции с помещениями котельной у третьего лица с непоставкой оборудования ответчиком не связана. 

После поставки ответчиком котельной установки, оборудование было смонтировано ЗАО «Бункерная компания» только 12.02.2019, что подтверждается актом от 13.02.2019.

Таким образом, суд указывает, что даже при своевременной поставке ООО «НПО «НЗЭО» оборудования, АО «Бункерная компания» потребовалось бы два месяца на его монтаж, что априори предполагает необходимость пользования каким-либо иным оборудованием, либо вовсе приостановление технологического процесса. В данном случае отсутствует причинно-следственная связь между необходимостью аренды котельной установки и виновными действиями ответчика, просрочившего поставку оборудования. 

Суд полагает, что пользование АО «Бункерная компания» оборудованием третьего лица происходило и до возникновения спорной ситуации с ответчиком, поскольку истцом не предоставлено доказательств, подтверждающих осуществление деятельности по перевалке мазута без использования оборудования, предоставленного АО «Бункерная компания Архангельск». 

Так, из предоставленного в материалы дела договора поставки № 02/22-220317/43 от 22.03.2017 (т.3, л.д.11) следует, что истец занимался деятельностью по поставке топлива с  2017 года, что позволяет сделать вывод, что АО «Бункерная компания» с этого периода времени осуществляло хозяйственную деятельность  с использованием  котельного оборудования, принадлежащего  третьему лицу. 

Истец не представил доказательств, что ранее не  осуществлял деятельность по перевалке мазута без использования оборудования, арендуемого у третьего лица.    

Помимо прочего, суд отмечает, что цена аренды оборудования у третьего лица по отношению к сделке по договору поставки от 15.06.2018 г. № 55/18 чрезмерна.

Так, ответчик предоставил в материалы дела расчет, связывающий показатели арендной платы, срока полезного использования оборудования и первоначальной стоимости оборудования, из которого следует, что процентная ставка, заложенная в договоре аренды от 01.10.2018, составляет 158% годовых, что в 20 раз превышает ключевую ставку (7.50% годовых на октябрь 2018 года). Экономический расчет размера арендной платы оборудования котельной, исходя из срока возможного использования и нормы прибыли, характерной для деятельности по сдаче в аренду имущества, составляет из следующего расчета: - годовая арендная плата по данным истца: 1 563 500 х 12 = 18 762 000 руб.; - годовая амортизация оборудования (расходы для расчета показателя рентабельности) = 11 840 000/10 = 1 184 000 руб.; рентабельность продаж = (18 762 000 – 1 184 000)х100%/1 184 000 = 1490%, что более чем в 100 раз превышает показатели рентабельности по данному виду деятельности, характерному для ведения в России. Рентабельность активов = (18 762 000 – 1 184 000)х100%/11 840 000 = 149%, что в 45 раз превышает средний показатель рентабельности активов. 

Установлением чрезмерной  цены  по договору аренды может свидетельствовать о не намерении  сторон  исполнять договор аренды и злоупотреблении правом со стороны истца, что в соответствии со ст. 10 ГК РФ влечет отказ в защите нарушенного права. 

Как указывалось ранее, возмещение убытков является универсальной мерой гражданско-правовой ответственности, и применение такой меры возможно при доказанности совокупности нескольких условий: противоправности действий причинителя убытков, наличия убытков, причинной связи между противоправными действиями и убытками. При отсутствии (недоказанности) хотя бы одного из элементов отсутствуют основания удовлетворения иска о взыскании убытков.

Суд указывает, что доводы, приведенные истцом в обоснование заявленных требований, судом исследованы, оценены и не приняты ко вниманию в силу их безосновательности.

Поскольку АО «Бункерная компания» не подтвердило наличие убытков, не обосновало их размер, не доказало причинную связь между противоправными действиями ООО «НПО «НЗЭО» и понесенными убытками, оснований для удовлетворения исковых требований у суда не имеется. 

Руководствуясь статьями 110, 167-171,176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска отказать.

Взыскать с акционерного общества «Бункерная компания» государственную пошлину в доход федерального бюджета 20 624 руб.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Алтайского края в апелляционную инстанцию – Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения, либо в кассационную инстанцию – Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья                                                                                                             О.А.Федотова