АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ  

Именем Российской Федерации 

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А53-22718/16

26 декабря 2017 г.

г. Ростов-на-Дону

 

Резолютивная часть решения объявлена 19 декабря 2017 г.  Полный текст решения изготовлен 26 декабря 2017 г.  

Арбитражный суд Ростовской области в составе судьи Жигало Н. А. при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело № А53-22718/16 по иску общества с  ограниченной ответственностью «РУСМАШ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП  304615513800304, ИНН 

<

***>)  

третье лицо: индивидуальный предприниматель ФИО3  (ОГРНИП 312505305500019, ИНН 

<

***>).  

о взыскании компенсации в сумме 100 000 руб., судебных расходов 

при участии: от истца: представитель не явился. 

от ответчика: индивидуальный предприниматель ФИО2,  от третьего лица: представитель не явился,  

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «РУСМАШ» обратилось в  арбитражный суд Ростовской области с исковым заявлением к индивидуальному  предпринимателю ФИО2 с требованием о взыскании  компенсации в сумме 100 000 руб., расходы на проведение экспертизы в суме 20 000 руб.,  расходы на покупку товара в сумме 468 руб., почтовые расходы в сумме 79 руб. (с учетом  принятых уточнений в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации).  

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 28.10.2016г. исковые  требования общества с ограниченной ответственностью «РУСМАШ» удовлетворены  частично. С индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу  общества с ограниченной ответственностью «РУСМАШ» взыскано 8 333,33 руб. -  компенсации за незаконное использование товарного знака № 473042, 1666 руб. в  возмещение затрат на проведение исследования продукции, 38,98 руб. расходов на  покупку товара, 6,58 руб. почтовых расходов, а также 333,20 руб. в возмещение расходов  

на оплату государственной пошлины.. В остальной части исковых требований было  отказано.  

Постановлением арбитражного суда апелляционной инстанции от 23.12.2016г.  решение Арбитражного суда Ростовской области от 28.10.2016 по делу № А53-22718/2016  оставлено без изменения, апелляционная жалоба без удовлетворения.  

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 11.07.2017г. решение  Арбитражного суда Ростовской области от 28.10.2016 по делу № А53-22718/2016 и  постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2016 по тому  же делу отменено. Дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд  Ростовской области.  

Истец, извещенный надлежащим образом о месте и времени судебного  разбирательства, в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее также АПК РФ), явку представителя в судебное заседание  не обеспечил. Ранее в лице своего представителя поддерживал исковые требования,  направил в адрес суда ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя.  

Ответчик в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых  требований по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление, завил о  несоразмерности заявленного размера компенсации в связи с незначительной стоимостью  товара - 500 руб., сообщил, что случай продажи был единичным, поскольку данный товар  спросом не пользовался и был закуплен в количестве 1 штуки.  

Индивидуальный предприниматель ФИО3, извещенный  надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства в порядке статьи 123  АПК РФ, явку представителя в судебное заседание не обеспечил. Ранее направлял отзыв  на иск, в котором сообщил, что считает исковые требования обоснованными, просит иск  удовлетворить.  

В судебном заседании в порядке статьи 163 АПК РФ объявлен перерыв до  19.12.2017.  

После перерыва судебное заседание продолжено. 

Ответчик возражал против удовлетворения заявленных исковых требований.  

Дело рассматривается в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации в отсутствие представителя истца и третьего лица.  

Исследовав материалы дела, выслушав пояснения представителя ответчика, суд  установил, что Определением Верховного Суда РФ от 11.07.2017 г. решение суда первой  инстанции от 28.10.2016 по делу № А53-22718/2016 и постановление Пятнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 23.12.2016 были отменены, дело направлено на  новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

 Отменяя судебные акты нижестоящих инстанций ВС РФ указал на то, что суды не  дали оценку обоснованности и мотивированности доводов ответчика, произвольно  определили размер компенсации, разделив сумму вознаграждения по лицензионному  договору на 12 месяцев, способом не предусмотренным ни подпунктом 2 пункта 4 статьи  1515 ГК РФ, ни подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, не мотивированно снизив  размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом.  

 При новом рассмотрении суду следовало установить круг обстоятельств,  подлежащих доказыванию по настоящему делу, дать надлежащую оценку доводам и  возражениям лиц, участвующих в деле, а также представленным по делу доказательствам,  определить размер компенсации в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от  характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и  справедливости, и, с учетом подлежащих применению норм материального и  процессуального права, принять законный и обоснованный судебный акт.  

Согласно материалам дела, ООО «РУСМАШ» является правообладателем  товарного знака: свидетельство Федеральной службы по интеллектуальной  

собственности, патентам и товарным знакам на товарный знак № 473042 (Класс МКТУ  12).  

03.06.2016 года в магазине «Идеал», расположенном по адресу: 

<

...>, в котором осуществляет предпринимательскую  деятельность ИП ФИО2, с целью извлечения прибыли осуществлялась реализация  автоматического натяжителя цепи «ПИЛОТ» для автомобилей ВАЗ (АНЦ «ПИЛОТ»), на  упаковке которого имеются изображения, сходные до степени смешения с товарным  знаком № 473042 (Класс МКТУ 12).  

Согласно заключению эксперта № 02-08/23.16 от 03.08.2016 представленный для  экспертного исследования автоматический натяжитель цепи «Пилот» не изготовлен на  ООО «РУСМАШ», данный товар имеет технические признаки контрафактности.  

Разрешение на использование объектов интеллектуальной собственности,  принадлежащих ООО «РУСМАШ», путем заключения соответствующего договора,  предусмотренного ст. 1235 ГК РФ, ответчик не получал. Следовательно, ответчик  незаконно осуществил продажу (распространение) спорного товара, на котором  использованы изображения, сходные с товарным знаком правообладателя.  

Согласно договору о предоставлении неисключительной лицензии на право  использования товарных знаков по свидетельствам № 473042, № 561554 от 01.03.2016  стоимость права использования товарного знака № 473042 составляет 100 000 рублей.  Таким образом, согласно пп 2. п. 4 ст. 1515 ГК РФ компенсация за использование  товарного знака ( № 473042), в двукратном размере по данному делу составляет 200 000  рублей.  

Согласно позиции истца, в результате незаконного использования чужого  товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара или  сходных с ним обозначений для однородных товаров ответчик причинил компании- правообладателю имущественный ущерб в виде упущенной выгоды, которая состоит из  стоимости лицензионной продукции, в невозврате затрат, осуществленных на  приобретение прав на данный товарный знак, рекламу товарного знака, производство  легальной продукции, содержащей обозначение товарного знака, других  производственных затрат, связанных с воспроизведением и распространением легальной  продукции, содержащей обозначение товарного знака.  

Как заявляет истец, спорная продукция произведена не на заводах, принадлежащих  компании ООО «РУСМАШ».  

Истец просит взыскать с ответчика компенсацию в размере 100 000 руб. 

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца с  настоящим иском в суд.  

Изучив материалы дела, обозрев подлинные письменные доказательства, суд  пришел к выводу о том, что исковые требования подлежат удовлетворению частично в  сумме 10 000 руб.  

В силу пункта 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации  гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат  интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель),  вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не  противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться  исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство  индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.  

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим  лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства  индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).  

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной  деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за  

исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата  интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их  использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое  использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и  влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за  исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности  или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия  допускается настоящим Кодексом.  

Согласно пункту 1 статьи 1482 Гражданского кодекса Российской Федерации в  качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные,  объемные и другие обозначения или их комбинации.  

Товарный знак служит средством индивидуализации производимых товаров,  позволяет покупателю отождествлять маркированный товар с конкретным  производителем, вызывает определенное представление о продукции.  

По смыслу статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя  которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит  исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229  данного Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на  товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи. К таким  способам отнесено, в частности, использование исключительного права на товарный для  индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак  зарегистрирован, путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках,  упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются,  демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский  оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой  целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;  

 Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его  товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых  товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого  использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Гражданского  кодекса Российской Федерации).  

 В соответсвии с п. 4 ст. 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему  выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:  

 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по  усмотрению суда исходя из характера нарушения;  

 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен  товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного  знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно  взимается за правомерное использование товарного знака.  

 В пункте 43.4 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009  N 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части  четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если  правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере  стоимости права использования произведения, объекта смежных прав или товарного  знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно  взимается за правомерное их использование, то при определении размера компенсации за  основу следует принимать вознаграждение, обусловленное лицензионным договором,  предусматривающим простую (неисключительную) лицензию, на момент совершения  нарушения.  

Исходя из указанных норм правообладателю предосталвено право выбора способа  опредления копменсации либо в произвольном размере от 10 000 руб. до 5 000 000 руб.,  либо в размере двукратной стоимости использования товарного знака или двукратном  размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак.  

 В рассматриваемом случае стоимость товара «Автоматический натяжитель цепи»,  на котором незаконно размещен товарный знак, составляет 468 руб., в материалы дела  предоставлены доказательства реализации товара в количестве 1 штуки, следовательно,  двукратная стоимость товара составит 936 руб.  

 В связи с незначительностью данной суммы истец воспользовался методом  определения размера компенсации исходя из двукратной стоимости права использования  товарного знака, которая заявлена в размере 200 000 руб., впоследствии самостоятельно  уменьшена истцом до 100000 рублей.  

 Обосновывая данный размер компенсации, истец предоставил договор № 2 от  01.03.2016, заключенный между ООО «Русмаш» и предпринимателем ФИО3, по условиям которого стоимость неисключительной лицензии  на право использования товарных знаков № 473042, № 561554 в отношении всех товаров  12 класса МКТУ для ФИО3 составляет по 100 000 руб. за каждый товарный знак  сроком в течение 1 года.  

 Согласно выпискам из ЕГРЮЛ и ЕГРИП индивидуальный предприниматель  ФИО3 является одновременно учредителем ООО «Русмаш»,  размер его вклада в уставный капитал общества составляет 17000 рублей при размере  уставного капитала 50000 рублей, то есть доля ФИО3 в уставном капитале  общества составляет более 20% уставного капитала.  

В силу положений статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и  ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" стороны  лицензионного договора № 2 от 01.03.2016 являются аффилированными лицами.  

Таким образом, в данном случае факт аффилированности лиц лицензионного  договора мог повлиять на установленный в этом договоре размер лицензионного  вознаграждения. Аналогичная правоприменительная практика приведена в постановлении  Суда по интеллектуальным правам от 24.05.2017 по делу № А45-20577/2015.  

 Судом установлено, что истец не заключал иных лицензионных договоров в  отношении спорного товарного знака, следовательно, установить соответствует ли  определенная лицензионным договором № 2 от 01.03.2017 цена неисключительной  лицензии рыночной цене данного права по материалам дела не представляется  возможным. Истец не подтвердил соответствие свободному рынку определенной в  договоре цены неисключительной лицензии.  

 В определениях от 18.09.2017, от 11.10.2017 суд предлагал истцу и третьему лицу  представить расшифровку видов экономический деятельности по зарегистрированным  ОКВЭД, цели получения лицензии, пояснения о виде ее использования в деятельности  предпринимателя, доказательства фактического использования, в том числе,  подтверждение факта выпуска аналогичных или иных изделий, использования спорного  товарного знака, отчеты об объемах выпуска, данные о продажах (договоры, ТН, ТТН,  оплата), пояснить, как определена стоимость лицензии, каковы были параметры  стоимости лицензии.  

 Истцом в материалы дела представлены договоры ИП ФИО3 с ООО  «Механика» и ИП ФИО4, товарные накладные и акты оказания услуг по аренде  выставочной площади и стенда на выставке.  

 Из указанных сделок следует, что фактически лицензиат ИП ФИО3 не  использовал и не мог прямо использовать в своей непосредственной деятельности  полученное право на товарный знак, как несоотносимое с видами экономической  деятельности предпринимателя.  

 В соответствии с зарегистрированными кодами ОКВЭД предприниматель вправе  заниматься деятельностью по аренде и управлению собственным или арендованным  недвижимым имуществом, как основным видом деятельности. В качестве  дополнительных указаны полиграфическая деятельность, торговля канцелярскими и  писчебумажными товарами, операции с невидимым имуществом, деятельность в области  фотографии, туристических агентств, туристических информационных услуг,  экскурсионных туристических услуг, услуг связанных с бронированием, других  персональных услуг.  

 Указанные виды экономической деятельности также не предполагают возможным  использование полученного права в соответствии с зарегистрированными классами  МКТУ и перечнем товаров и/или услуг по товарному знаку РУ 473042.  

 Так, спорный товарный знак зарегистрирован по 12 классу МКТУ - аксессуары  тормозные; амортизаторы для автомобилей; амортизаторы подвесок; валы карданные;  двигатели, в том числе их составные части, в частности натяжители цепи двигателя;  коробки передач для наземных транспортных средств; крепления для ступиц колес;  муфты сцепления для наземных транспортных средств; оси; передачи зубчатые для  наземных транспортных средств; преобразователи крутящего момента для наземных  транспортных средств; приспособления противоугонные для транспортных средств;  пружины амортизационные; рессоры подвесок; рули; сигнализации противоугонные;  сигнализация заднего хода; стеклоочистители для ветровых стекол; ступицы колес;  сцепления для наземных транспортных средств; тормоза; торсионы; трансмиссии для  наземных транспортных средств; цепи для автомобилей; цепи приводные для наземных  транспортных средств.  

 Указанные виды ОКВЭД предпринимателя и МКТУ товарного знака различны,  не совпадают ни в каких их частях и исключают использование переданного права в  пределах и на условиях ограниченной регистрации такого права.  

 Согласно п. 3.2 лицензионного договора № 2 от 01.03.2016 лицензиат обязан  обеспечить соответствие качества изготавливаемых товаров, на которых он помещает  лицензионный товарный знак, требованиям к качеству, устанавливаемым техническими  регламентами на изготавливаемые товары и всем иным требованиям государственных  органов Российской Федерации.  

 В соответствии с п. 3.4. качество товаров, изготавливаемых лицензиатом, должно  быть не ниже качества товаров лицензиара.  

 В соответствии с условиями п. 5.2. договора лицензиат гарантирует добросовестное  использование товарного знака при осуществлении экономической деятельности и  качественное изготовление товара по лицензии.  

 Пунктом 3.5. согласовано, что проверка может производиться на предприятии  лицензиата, либо в порядке, определяемом по соглашению между лицензиаром и  лицензиатом.  

 Между тем, из предоставленных доказательств следует, что совершение таких  действий для лицензиата не являлось и не является возможным.  

 Указанное обстоятельство не может быть безразличным для сторон спорного  договора, поскольку связано не только с охраной прав на товарный знак, но и прав и  обязанностей, возникающих в связи с его использованием, поддержанием имиджевой  составляющей, свойственной продукции, маркируемой таким товарным знаком.  

 Однако представленные истцом договоры предпринимателя ФИО3 с  третьими лицами противоречат условиям лицензионного договора и исключают  возможность реализации прав лицензиара (правообладателя) и обязанности лицензиата по  обеспечению качества товара, маркируемых спорным товарным знаком, проверку и  контроль их соответствия качеству продукции ООО «Русмаш».  

 Представитель истца и третьего лица в судебных заседаниях пояснил, что Новиков  С.В. использует товарный знак на деталях, которые ООО «Русмаш» не изготавливает и не  реализует. Из представленных товарных накладных следует, что предприниматель  Новиков С.В. приобрел у ООО «Механика», а также реализовал предпринимателю  Митюкову О.В. товар «приводная звездочка cummis ISF 2.8 Foton» (т.2 л.д.32-41), но не  продукции, аналогичную изготавливаемой истцом. При этом представленные истцом  доказательства однозначно не подтверждают факт нанесения на данный товар либо его  упаковку спорного товарного знака.  

 Цель охраны права на товарный знак имеет и публично-правую природу, т.к.  преследует не только цель защиты правообладателя, но и защиты потребителя от  продукции, имеющей такую маркировку, но не происходящей от того производителя,  которого она обозначает.  

 В общемировой и российской практике изготовление, например, запчастей для  автотранспортных средств (как заявляемых истцом и третьим лицом в настоящем случае)  возможно не вследствие передачи права на товарный знак производителя, например, ГАЗ,  ВАЗ, Мерседес и др., а на основании подрядных и производных сделок, франчайзинговых  сделок, правовая природа которых обеспечивает контроль качества изделия и права  потребителя на его соответствие качеству, заявляемому производителем.  

 В спорном случае такая цель не обеспечивается и не преследуется истцом и  третьим лицом.  

 В указанных условиях и в обстоятельствах отсутствия иных любых доказательств  действительной стоимости такой лицензии, представленный истцом лицензионный  договор № 2 от 01.03.2016 не является относимым и допустимым доказательством  стоимости права использования спорного товарного значка.  

 Определяемая в таком договоре цена права не отражает его действительной  стоимости и устанавливается волей одних и тех же бенефициаров, в связи с чем не  является значимой в той мере, в которой предполагает ее учет в соответствии с нормой п.  2. ч. 4 ст. 1515 ГК РФ.  

 В связи с чем, указанная единичная сделка не является надлежащим  доказательством действительной стоимости права.  

 Информация об иных обычно заключаемых ООО «Русмаш» лицензионных  договорах, предусматривающих простую (неисключительную лицензию), на момент  совершения нарушения истцом не представлено.  

 В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской  Федерации, изложенной в пункте 2 постановления от 13.12.2016 № 28-П "По делу о  проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и  подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с  запросами Арбитражного суда Алтайского края", положения подпункта 1 статьи 1301,  подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ признаны не  соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 19  (части 1 и 2), 34 (часть 1) и 55 (часть 3), в той мере, в какой в системной связи с пунктом 3  статьи 1252 ГК РФ и другими его положениями они не позволяют суду при определении  размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения  индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской  деятельности одним действием прав на несколько объектов интеллектуальной  собственности, определить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий  размер компенсации ниже минимального предела, установленного данными  законоположениями, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по  установленным данными законоположениями правилам с учетом возможности ее  снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков  (притом что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их  

превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства  конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено  индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов  интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с  нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской  деятельности и не носило грубый характер.  

 Учитывая системную связь подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ с пунктом 3  статьи 1252 ГК РФ, аналогичный подход должен применяться как к размеру компенсации,  определяемому по усмотрению суда, так и к двукратной стоимости товаров, на которых  незаконно размещен товарный знак, или двукратной стоимости права использования  товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах  обычно взимается за правомерное использование товарного знака.  

 При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела,  установленного законом, по своей инициативе. Сторона, заявившая о необходимости  такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры.  Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с  учетом требований разумности и справедливости должно быть мотивировано судом и  подтверждено соответствующими доказательствами.  

 Данная правовая позиция сформирована в определении Судебной коллегии по  экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации № 305- ЭС16-13233 от  21.04.2017.  

 Истцом при обращении с настоящим иском был избран вид компенсации,  взыскиваемой на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, следовательно,  снижение размера компенсации ниже двукратной стоимости товаров, на которых  незаконно размещен товарный знак, или двукратного размера стоимости права  использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых  обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака,  возможно только при наличии мотивированного заявления предпринимателя,  подтвержденного соответствующими доказательствами.  

 Ответчик заявляет о необходимости снижения размера компенсации ниже  минимального предела, установленного законом.  

Пункт 3 статьи 1252 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации  определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от  характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и  справедливости.  

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской  Федерации, изложенной в пункте 2 постановления от 13.12.2016 № 28-П "По делу о  проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и  подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с  запросами Арбитражного суда Алтайского края" суд не вправе снижать размер  компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей  инициативе.  

Таким образом, независимо от выбранного способа расчета суммы компенсации ее  размер может быть снижен судом по своей инициативе не ниже минимального размера, а  по заявлению стороны ниже минимального размера компенсации соответствующего вида.  При этом, при заявлении требований на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК  РФ минимальным является размер компенсации 10 000 руб., а при заявлении требований  на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ минимальным является  двукратный размер стоимости товара, на котором незаконного размещен товарный знак (в  

рассматриваемом случае 980 руб.) или двукратная стоимость права использования  товарного знака (в рассматриваемом случае 200 000 руб.).  

 В судебных заседаниях ответчик неоднократно заявлял о снижении компенсации,  предоставил документы, подтверждающие факт приобретения контрафактного товара в  количестве 1 единицы (т.2 л.д.3), которая и была реализована истцу. При этом  материалами дела не подтверждается, что ответчик является изготовителем данного  товара. Ответчик пояснил, что ввиду схожести маркировок заблуждался относительно  легальности приобретенного, а, впоследствии, реализованного истцу товара. Иных  случаев продажи аналогичного товара не было, поскольку данный товар в настоящее  время не пользуется потребительским спросом. Доводы предпринимателя материалами  дела не опровергаются и истцом не оспариваются.  

 Учитывая, что суд не принимает во внимание для определения цены использования  права лицензионный договор № 2 от 01.03.2016, как единичный договор, заключенный с  аффилированным лицом, не подтверждающий реальную рыночную стоимость права  использования товарного знака, суд исходит из предельных размеров компенсации,  установленных подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ от 10 000 руб. до 5 000 000  руб.  

 Суд полагает возможным и необходимым снизить размер компенсации до 10 000  руб. – минимального размера, предусмотренного подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК  РФ.  

Суд полагает, что избранный истцом вид компенсации не ограничивает право суда  снижать размер компенсации, исчисленной в порядке, предусмотренном подпунктом 2  пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, поскольку согласно правовой позиции Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении Президиума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.11.2012 N 8953/12, размер  компенсации за неправомерное использование объекта интеллектуальной собственности  должен определяться исходя из необходимости восстановления имущественного  положения правообладателя. Это означает, что он должен быть поставлен в  имущественное положение, в котором находился бы, если бы объект интеллектуальной  собственности использовался правомерно.  

Пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусматривается одна мера гражданско-правовой  ответственности - компенсация, взыскиваемая вместо убытков, которая лишь  рассчитывается разными способами (пункты 1 и 2 названной статьи), ввиду чего  выработанные в упомянутом постановлении подходы применимы и к практике взыскания  компенсации, рассчитанной согласно подпункту 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ. Суд при  соответствующем обосновании не лишен возможности взыскать сумму такой  компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием  (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  02.04.2013 N 16449/12).  

Правовая природа компенсации в гражданском правоотношении следует  принципам возмездности и эквивалентности и направлена не на наказание  правонарушителя, а на восстановление нарушенного права правообладателя в целях  сохранения их баланса. Взыскание значительных сумм, явно не соответствующих  последствиям допущенного нарушения права, ведет к нарушению цели правового  регулирования нормы статьи 1515 ГК РФ.  

Судом учитывается, что в настоящем деле имеются обстоятельства, указанные в  Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2016 г. N  28-П "По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1  статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской  Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края», а именно:  правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые, использование  

объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам,  с нарушением этих прав не является существенной частью его предпринимательской  деятельности, не носит грубый характер (продавцу не было заведомо известно о  контрафактном характере реализуемой им продукции).  

Ответчик ранее не допускал аналогичных нарушений, в том числе и в отношении  прав истца.  

С учетом незначительной степени вины ответчика, характера и последствий  нарушения, отсутствия доказательств и расчетов убытков истца вследствие действий  ответчика, незначительной цены товара, возможности предъявления истцом требований  не только к конечному продавцу товара, но и к производителю и перепродавцам товара,  исходя из принципов справедливости и соразмерности компенсации последствиям  нарушения, а также с учетом того, что ответчиком реализован лишь один экземпляр  товара, суд полагает возможным удовлетворить требование о взыскании компенсации  частично, в сумме 10 000 руб.  

В остальной части в удовлетворении исковых требований надлежит отказать. 

 Истец просит взыскать с ответчика расходы на проведение исследования  продукции в сумме 20 000 руб., расходы на покупку товара в сумме 468 р., почтовые  расходы 79 руб.  

Согласно правовой позиции, содержащейся в пункте 2 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах  применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела"  (далее - постановление от 21.01.2016 N 1), к судебным издержкам относятся расходы,  которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц,  заинтересованных лиц в административном деле (статья 94 ГПК РФ, статья 106 АПК РФ,  статья 106 КАС РФ).  

Перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не  является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом,  заявителем в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления,  административного искового заявления, заявления в суд, могут быть признаны судебными  издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на  обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют  требованиям относимости, допустимости. Например, истцу могут быть возмещены  расходы, связанные с легализацией иностранных официальных документов, обеспечением  нотариусом до возбуждения дела в суде судебных доказательств (в частности,  доказательств, подтверждающих размещение определенной информации в сети  "Интернет"), расходы на проведение досудебного исследования состояния имущества, на  основании которого впоследствии определена цена предъявленного в суд иска, его  подсудность.  

При удовлетворении требования о взыскании компенсации суд определяет ее  размер не произвольно. Истец должен представить доказательства, обосновывающие  расчет суммы компенсации (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации). Ответчик же вправе оспаривать как сам факт нарушения, так и  размер требуемой истцом компенсации. Суд оценивает представленные сторонами  доказательства (статья 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации) и на их основе принимает решение о размере подлежащей взысканию суммы  компенсации, руководствуясь принципами разумности и справедливости, исходя из  характера нарушения и иных значимых обстоятельств (пункт 43.3 Постановления от  26.03.2009 N 5/29).  

С учетом изложенного удовлетворение на основании представленных сторонами  доказательств требований истца о взыскании компенсации в размере, меньше чем  изначально заявленный, является частичным удовлетворением иска по смыслу абзаца  

второго части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации и влечет отнесение судебных расходов на лиц, участвующих в деле,  пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.  

Иными словами, при определении размера компенсации, подлежащей взысканию,  суд учитывает конкретные обстоятельства, которые определяются на основе принципа  состязательности сторон по результатам оценки представленных сторонами  доказательств, что предусматривает активную роль лиц, участвующих в деле, по  доказыванию / опровержению не только факта наличия / отсутствия правонарушения как  такового, но и факторов, влияющих на определение размера подлежащей взысканию  компенсации.  

Следовательно, в условиях, когда в законе указан минимальный и максимальный  размер компенсации, а также предусмотрено право суда определять конкретный размер  компенсации исходя из конкретных обстоятельств дела на основе состязательности  судопроизводства, истец, заявляя исковые требования в максимальном размере, в силу  статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации фактически  несет риск наступления последствий совершения им процессуальных действий, который  может заключаться в отнесении на истца судебных расходов пропорционально размеру  необоснованно заявленной компенсации.  

Таким образом, основополагающим для рассмотрения вопроса о возмещении  судебных расходов при частичном удовлетворении имущественного требования является  заложенный в абзаце 2 части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации принцип отнесения судебных расходов на лиц, участвующих в  деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.  

Как разъясняется в пунктах 20 и 21 Постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения  законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" при  неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих оценке,  судебные издержки присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных  судом исковых требований, а ответчику - пропорционально той части исковых  требований, в которой истцу отказано (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ,  статья 110 АПК РФ).  

Положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении  (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ,  статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении:  

иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку  требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о  компенсации морального вреда);  

иска имущественного характера, не подлежащего оценке (например, о пресечении  действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения);  

требования о взыскании неустойки, которая уменьшается судом в связи с  несоразмерностью последствиям нарушения обязательства, получением кредитором  необоснованной выгоды (статья 333 ГК РФ);  

требования, подлежащего рассмотрению в порядке, предусмотренном КАС РФ, за  исключением требований о взыскании обязательных платежей и санкций (часть 1 статьи  111 указанного кодекса).  

Иск о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный  знак имеет имущественный характер и подлежит оценке. Таким образом, к нему  применяется правило о пропорциональном распределении судебных расходов.  

Сумма затрат истца на проведение исследования продукции в размере 20 000  рублей, покупку товара в сумме 468 рублей, почтовых расходов в сумме 79 рублей  

материалами дела подтверждена и ответчиком не оспаривается, в связи с чем они  признаются судом подлежащими распределению в указанном порядке.  

В силу части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, согласно которой судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле,  пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований, судебные расходы  подлежат взысканию в следующем размере: 2 000 руб. за проведение исследования  продукции, 46,80 руб. расходы на покупку товара, 7,90 руб. почтовые расходы, 1000 руб.  расходов по уплате государственной пошлины.  

Поскольку истцом была оплачена государственная пошлина только в размере 2000  рублей, а впоследствии сумма иска увеличена до 100 000 рублей, государственная  пошлина в размере 2 000 рублей подлежит взысканию с истца в доход федерального  бюджета.  

Руководствуясь статьями 110, 167-176 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, арбитражный суд  

Р Е Ш И Л:

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2  (ОГРНИП 304615513800304, ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной  ответственностью «РУСМАШ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 10000 руб.  компенсации за незаконное использование товарного знака № 473042, 1000 руб. в  возмещение расходов на оплату государственной пошлины, 2054,70 руб. судебных  издержек, в том числе, 2000 руб. в возмещение затрат на проведение исследования  продукции, 46,80 руб. расходов на покупку товара, 7,90 руб. почтовых расходов.  

В остальной части исковых требований отказать. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «РУСМАШ» (ИНН  

<

***> ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную  пошлину в сумме 2000 руб.  

Решение суда по настоящему делу вступает в законную силу по истечении  месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае  подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в  законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной  инстанции.  

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном  порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты  принятия решения через суд, принявший решение.  

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в кассационном  порядке в Суд по интеллектуальным правам в течение двух месяцев со дня вступления в  законную силу решения через суд, принявший решение, при условии, что оно было  предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд  апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи  апелляционной жалобы.  

 Судья Жигало Н. А.