ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-21957/2024

Дело № А40-231100/20

г. Москва

09 июля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 27 июня 2024 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 09 июля 2024 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи: Мартыновой Е.Е.,

судей: Верстовой М.Е., Гузеевой О.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Широковой О.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу 

ИП ФИО1

на решение Арбитражного суда г. Москвы от 21.02.2024г. по делу № А40-231100/20

по иску ИП ФИО1 (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>)

к АО МОСКОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ БАНК (ИНН 

<

***> , ОГРН 

<

***>)

третьи лица: 1) ООО "НИКТРАНС", 2) ПАО "ПРОМСВЯЗЬБАНК" (ОГРН: 

<

***>, ИНН:

<

***>)

о взыскании денежных средств в размере 15 712 957 руб. 32 коп.

при участии в судебном заседании представителей :

от истца: ФИО1 лично, по паспорту;

от ответчика: ФИО2 по доверенности от 16.04.2024;

от третьих лиц: не явились, извещены;  

 

У С Т А Н О В И Л:

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – ИП ФИО1, истец) обратилась в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к акционерному обществу Московский областной банк (далее – АО «Мособлбанк», Банк, ответчик) о взыскании денежных средств в размере 15 712 957 руб. 32 коп. (с учетом уточнений исковых требований, принятых судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «НикТранс» (далее – ООО «НикТранс»).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 25.10.2021 (с учетом определения от 09.02.2022 об исправлении допущенной в решении опечатки на стр. 3 абз. 8.), оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2022, исковые требования удовлетворены частично: с АО «Мособлбанк» в пользу ИП ФИО1 взыскана сумма неосновательного обогащения в размере 10 000 000 руб., в удовлетворении остальной части требований отказано. Также постановлением суда апелляционной инстанции в порядке статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации прекращено производство по апелляционной жалобе акционерного общества Банк «Северный морской путь» (АО «СМП Банк»).

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 12.07.2022 решение Арбитражного суда города Москвы от 25.10.2021 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2022 по делу № А40-231100/20 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено публичное акционерное общество «Промсвязьбанк» (далее – ПАО «Промсвязьбанк»).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 21.02.2024 по делу № А40-231100/20 в удовлетворении заявленных исковых требований отказано в полном объеме.

Не согласившись с принятым судебным актом, истец обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда первой инстанции и вынести по делу новый судебный акт, которым удовлетворить исковые требования в полном объеме. 

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель ответчика возражал против требований апелляционной жалобы, просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения. Представил письменный отзыв на апелляционную жалобу, который приобщен к материалам настоящего дела.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) в отсутствие надлежаще извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы представителей третьих лиц.

Протокольным определением от 27.06.2024 апелляционный суд также отказал в удовлетворении ходатайства истца о назначении по делу повторной судебной экспертизы. 

В силу части 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

Отказывая в удовлетворении ходатайства о назначении повторной судебной экспертизы в суде апелляционной инстанции, судебная коллегия считает необходимым отметить, что положения статьи 82 АПК РФ не носят императивного характера, а предусматривают рассмотрение ходатайства и принятие судом решения о его удовлетворении, либо отклонении. При этом удовлетворение ходатайства о проведении экспертизы является правом, а не обязанностью суда.

Вопрос о необходимости проведения экспертизы, повторной экспертизы, согласно статьям 82 и 87 АПК РФ относится к компетенции суда, разрешающего дело по существу, удовлетворение ходатайства о проведении дополнительной или повторной экспертизы является правом, а не обязанностью суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора. 

С учетом совокупности представленных в дело доказательств, исходя из предмета спора, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для назначения по делу повторной судебной экспертизы, поскольку имеющихся в материалах дела доказательств достаточно для правильного разрешения спора.

Из материалов дела следует, что в процессе рассмотрения дела судом первой инстанции назначалась экспертиза, результаты которой положены в основу принятого по делу судебного акта.

Суд апелляционной инстанции с учетом собранных по делу доказательств, фактических обстоятельств дела и содержания имеющегося в деле экспертного заключения по результатам судебной экспертизы не усматривает оснований для удовлетворения ходатайства о назначении повторной судебной экспертизы. 

Несогласие с выводами эксперта и результатом оценки судом доказательств не является достаточным основанием для назначения повторной судебной экспертизы по правилам части 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Таким образом, апелляционный суд считает возможным рассмотреть дело по имеющимся доказательствам.

Девятый арбитражный апелляционный суд, изучив материалы дела, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив все доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ, не находит оснований для отмены судебного акта по следующим основаниям. 

Как следует из материалов дела, 28.08.2018г. между ответчиком и третьим лицом был заключен договор цессии № 7217, по условиям которого ответчик передает, а третье лицо принимает на себя право требования к ООО ТПК «ИНВЕСТСЕРВИС» в общей сумме 27 240 634 руб. 45 коп.

При этом, третье лицо обязано уплатить ответчику денежные средства в размере 27 240 634 руб. 45 коп.

Как следует из искового заявления, ИП ФИО1 ссылается на то, что третье лицо осуществило частичное перечисление денежных средств на счета ответчика в общей сумме 15 900 000 руб. 00 коп.

В последующем договор цессии № 7217 цедентом был расторгнут, акт приема-передачи между сторонами не подписан, переход права требования считается несостоявшимся, однако вопрос о возврате ответчиком ранее полученных сумм не урегулирован, денежные средства не возвращены.

15.10.2020г. между ООО «Никтранс» и истцом заключен договор уступки права требования, согласно которому истец приобрела право требования к ПАО «Московский областной банк» ранее уплаченных ООО «Никтранс» денежных средств по договору № 7217.

Истец полагает, что поскольку отсутствуют документы, подтверждающие наличие возврат ответчиком денежных средств, а также доказательства, свидетельствующие об отсутствии задолженности, то в данном случае имеет место неосновательное обогащение в размере 15 712 957 руб. 32 коп.

По результатам исследования совокупности доказательств и обстоятельств по заявленным исковым требованиям, суд первой инстанции пришел к выводу об отказе истцу в иске исходя при этом из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

Из содержания данной статьи следует, что для возникновения обязательства вследствие неосновательного обогащения необходимо наличие одновременно двух обстоятельств: факт неосновательного получения (сбережения) ответчиком имущества или денежных средств, а также то, что неосновательное обогащение ответчика имело место за счет истца.

При этом наличие указанных обстоятельств в совокупности должно доказать лицо, обратившееся в суд с соответствующими исковыми требованиями.

Для возникновения обязательства из неосновательного обогащения необходимо наличие трех условий: имело место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение произведено за счет другого лица (потерпевшего); приобретение или сбережение имущества произошло в отсутствие сделки или иных оснований.

Решающее значение для квалификации обязательства по статье 1102 ГК РФ имеет не характер поведения приобретателя (правомерное или противоправное), а отсутствие установленных законом или сделкой оснований для приобретения или сбережения имущества.

Согласно п. 4.2. договора цессии, в случае неисполнения ООО «НикТранс» обязательства, предусмотренного п. 2.2.1. договора, выразившегося в неоплате любого из последующих платежей согласно графику, содержащемуся в приложении №2 к настоящему договору, после внесения первого платежа в размере 10 000 000 руб. 00 коп., банк вправе предъявить ООО «НикТранс» требование об уплате неустойки (пени), а ООО «НикТранс» обязуется уплатить неустойку (пеню) в размере 10 000 000 руб. 00 коп.

При ненадлежащем исполнении ООО «НикТранс» обязательства, предусмотренного п. 2.2.1. настоящего договора, выразившегося в оплате цены цессии с нарушением установленных графиком сроков, банк вправе предъявить ООО «НикТранс» требование об уплате неустойки (пени), а ООО «НикТранс» обязуется уплатить неустойку (пеню) в размере, указанном в требовании об уплате неустойки (пени).

Неустойка (пеня) начисляется на сумму просроченного обязательства, предусмотренного п. 2.2.1 настоящего договора, за каждый календарный день просрочки его исполнения, начиная со дня, следующего за установленным настоящим договором днем его исполнения.

Размер неустойки (пени) определяется из расчета двойной ключевой ставки Банка России, действующей на установленную в договоре уступки прав (требований) дату исполнения неисполненного или ненадлежащего исполненного обязательства, предусмотренного п. 2.2.1 настоящего договора, деленной на фактическое количество дней в текущем году.

Суммы неустоек (пеней и/или штрафов) ПАО МОСОБЛБАНК вправе удержать при окончательных расчетах по договору, в том числе в случае прекращения договора по основанию, предусмотренному п. 1.8 договора (п.4.6. договора).

В соответствии с п. 1.8. договора цессии, в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения ООО «НикТранс» своего обязательства, предусмотренного п. 1.5 договора, ПАО МОСОБЛБАНК вправе в одностороннем порядке отказаться от исполнения договора путем направления ООО «НикТранс» соответствующего уведомления одним из способов, предусмотренных пунктом 5.3 договора договор в указанном в настоящем пункте случае прекращается с даты, указанной в уведомлении, и действуют условия договора об открытии кредитной линии и договоров, заключенных в обеспечение исполнения должником своих обязательств по договору об открытии кредитной линии.

Правомерность и обоснованность одностороннего отказа банком от исполнения договора цессии подтверждается обстоятельствами и материалами дела, и подтверждается, в том числе тем, что между ИП ФИО1 и ООО «НикТранс» был заключен договор цессии уступки права требования от 15.10.2020, на котором как раз основаны требования истца к ответчику на сумму 15 712 957 руб. 32 коп., ранее уплаченных ООО «НикТранс» по договору цессии, которую якобы банк не возвратил после отказа в одностороннем порядке от исполнения договора цессии.

Однако, после расторжения договора цессии в связи с отказом банка в одностороннем порядке от его исполнения, ООО «НикТранс» осознавая, что в этом случае он потеряет и денежные средства в сумме 10 000 000 руб., которые в соответствии с условиями договора цессии (п.4.2., п.4.6.) правомерно удержаны Банком в качестве неустойки и права требования к должнику ООО ТПК «ИНВЕСТСЕРВИС», обращается к Банку и на основании достигнутого между сторонами соглашения, между Банком и ООО «НикТранс» 26.12.2019 были заключены новые договоры цессии (уступки прав (требований)) №7218 и №7219, в соответствии с которыми банк передает (уступает), а ООО «НикТранс» принимает права (требования) к ООО ТПК «ИНВЕСТСЕРВИС» (должник) по договору об открытии кредитной линии с лимитом выдачи №7217 от 21.04.2017, заключённому между банком и должником, а также права (требования) по договорам (соглашениям), заключенным в обеспечение исполнения обязательств должника перед банком по договору об открытии кредитной линии с лимитом выдачи №7217 от 21.04.2017.

При этом, в соответствии с договором цессии №7218 от 26.12.2019 года (п.1.5.), за уступленные права ООО «НикТранс» обязуется оплатить банку денежные средства в сумме 11 527 677 руб. 13 коп., а по договору цессии №7219 от 26.12.2019г. (п.п.1.5., 1.6.), ООО «НикТранс» обязуется оплатить Банку денежные средства в сумме 15 712 957 руб. 32 коп. в следующем порядке:

- денежные средства, в размере 10 000 000 руб. 00 коп., подлежащие возврату Банком в пользу ООО «НикТранс» на основании соглашения № 1 от 05.12.2019 к договору цессии (уступки прав (требований)) № 7217 от 28.08.2018, подлежат зачету банком в счет оплаты ООО «НикТранс» уступаемых по настоящему договору прав;

- денежные средства, в размере 5 712 957 руб. 32 коп., подлежащие возврату банком в пользу ООО «НикТранс» на основании уведомления от 11.06.2019 № 2309 об отказе от исполнения договора цессии № 7217 от 28.08.2018, подлежат зачету банком в счет оплаты цессионарием уступаемых по настоящему договору прав.

Стороны подтвердили, что ознакомлены с условиями и порядком проведения такого зачета и против него не возражают.

Судом первой инстанции правильно установлено, что в действиях ООО «НикТранс» усматривается закономерная экономическая целесообразность на подписание генеральным директором ФИО3 новых договоров цессии №7218, №7219, что в итоге и было сделано.

При этом, заключению указанных договора цессии №7218, договора цессии №7219 предшествовало заключение между сторонами 05.12.2019 соглашения №1 к договору цессии (уступки прав (требований)) №7217 от 28.08.2018, на которое и делается ссылка в договоре цессии №7219, в соответствии с которым сумма неустойки (пени) в размере 10 000 000 руб. 00 коп., удержанная Банком с ООО «НикТранс» 11.06.2019 в соответствии с п. 4.2. договора уступки прав (требований) №7217, подлежит возврату банком ООО «НикТранс» в течение 5 рабочих дней с даты подписания настоящего соглашения путем перечисления денежных средств в безналичном порядке на счет ООО «НикТранс», указанный в разделе «Реквизиты и подписи Сторон» настоящего соглашения. Стороны дополнительно обговорили, что возврат указанной в настоящем пункте суммы денежных средств может быть произведен и иным не запрещенным законодательством Российской Федерации способом, в том числе путем зачета взаимных требований.

Учитывая наличие между сторонами встречных взаимных требований, а именно банка перед ООО «НикТранс» на сумму 10 000 000 руб. на основании соглашения и ООО «НикТранс» перед Банком на сумму 10 000 000 руб. на основании договора цессии №7219, стороны пришли к соглашению, что указанная сумма (10 000 000 руб.) подлежит зачету банку в счет оплаты ООО «НикТранс» уступаемых банком прав по договору цессии №7219.

Таким образом, суд первой инстанции правильно пришел к выводу, что Банк возвратил ООО «НикТранс» ранее правомерно удержанную им сумму в размере 15 712 957 руб. 32 коп., путем ее зачета в счет погашения обязательств ООО «НикТранс» перед Банком по договору цессии (уступки прав (требований)) № 7219, а соответственно, признаки неосновательного обогащения в действиях Банка отсутствуют и оснований для удовлетворения исковых требований ИП ФИО1 не имеется.

При этом, соглашение и договоры цессии №7218, №7219 от 26.12.2019 необходимо рассматривать не как отдельные сделки, а как взаимосвязанные между собой, исходя из их системной связи.

Как следует из правовой позиции, изложенной в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», основными критериями взаимосвязанности сделок является преследование единой хозяйственной цели при их заключении и непродолжительный период между совершением нескольких сделок.

Согласно соглашению, сумма неустойки в размере 10 000 000 руб., ранее правомерно удержанная Банком в соответствии с условиями договора цессии №7217, подлежит возврату Банком ООО «НикТранс».

При этом в соглашении специально оговаривается, что возврат данной суммы может быть произведён любым не запрещённым законодательством способом, в том числе путём зачёта взаимных требований.

В п. 1.6. договора цессии №7219 от 26.12.2019 прямо указано, что оплата цены договора производится в следующем порядке: денежные средства в размере 10 000 000 руб. 00 коп., подлежащие возврату Банком в пользу ООО «НикТранс» на основании соглашения № 1 от 05.12.2019 к договору цессии (уступки прав (требований)) № 7217 от 28.08.2018, подлежат зачету Банком в счет оплаты ООО «НикТранс» уступаемых по настоящему Договору прав.

Таким образом, суд первой инстанции правильно пришел к выводу, соглашение и договоры цессии №7218 и №7219 фактически преследуют единую хозяйственную цель (невзыскание с ООО «НикТранс» ранее удержанных пеней с целью их последующего зачета в счет оплаты по вновь заключенным договорам цессии), и все сделки заключены в короткий промежуток времени, в течение декабря 2019 года.

Поскольку генеральный директор ООО «НикТранс» ФИО3 на основании своих нотариально удостоверенных письменных пояснений от 15.04.2021. подтвердил факт заключения соглашения, то следует вывод о том, что договоры цессии №7218 и №7219 также были им подписаны и заключены.

Если учесть условия платежа по договору цессии №7219, то следует вывод о том, что соглашение заключалось с целью принять в оплату указанного договора суммы возвращенной пени. Именно поэтому стороны при заключении соглашения предусмотрели в нем условие о возврате пеней путем проведения зачета взаимных требований (п.2 соглашения). Данное условие является нетипичным для договоров, не предполагающих зачет и свидетельствует о том, что соглашение о возврате пеней изначально было обусловлено наличием иного договора, в котором содержалось встречное обязательство ООО «НикТранс» по отношению к ответчику. Таким договором и был договор цессии №7219, согласно п. 1.6. которого обязательство ответчика по соглашению о возврате пеней и обязательство ООО «НикТранс» по уплате части стоимости уступаемых прав (требований) прекратились зачетом.

Сам факт заключения соглашения о возврате пеней, которое истец и ООО «НикТранс» считают действительным и заключенным, свидетельствует о действительности и заключённости договоров цессии №7218, 7219. 

В отсутствие договоров цессии №7218, 7219 соглашение о возврате пеней не имеет никакого экономического смысла и означает, что на основании этого соглашения ответчик принял на себя обязательство по уплате денежных средств в размере 10 000 000 руб. в отсутствие какой-либо хозяйственной цели и встречного представления со стороны ООО «НикТранс».

В соответствии с пунктом 75 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25), сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы.

Ничтожность соглашения приводит к отсутствию обязательства по возврату пени и не позволяет взыскать с Банка сумму удержанной пени в размере 10 000 000 руб.

Соглашение, которое, исходя из обстоятельств дела, как раз недействительно в силу его ничтожности, поскольку является сделкой дарения между коммерческим организациями, что прямо запрещено законом, не может служить основанием для взыскания с банка суммы неосновательного обогащения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации, согласно пункту 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25.

Из этого следует, что ООО «НикТранс», будучи добросовестной и разумной стороной, не мог заключить ничтожный договор дарения, осознавая, что требование, основанное на ничтожной сделке в любом случае не может быть удовлетворено, согласно пункту 1 статьи 167 ГК РФ.

Суд первой инстанции правильно пришел к следующему выводу, что у казанные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о том, что договоры цессии №7218, №7219 были надлежащим образом заключены и являются действительными, в связи с чем требования истца не подлежат удовлетворению.

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследовании выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Арбитражным процессуальным законодательством установлены критерии оценки доказательств в качестве подтверждающих фактов наличия тех или иных обстоятельств. Доказательства, на основании которых лицо, участвующее в деле, обосновывает свои требования и возражения должны быть допустимыми, относимыми и достаточными.

Признак допустимости доказательств предусмотрен положениями статьи 68 АПК РФ. В связи с изложенным, суд первой инстанции правильно посчитал утверждения истца о том, что 15 712 957 руб. 32 коп. - неосновательное обогащение, голословно и документально не доказано. Так, в данном случае отсутствует неосновательное обогащение со стороны ответчиков.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции правильно отмечает следующие обстоятельства, в ходе судебного разбирательства, с целью установления подлинности подписи, проведена судебная экспертиза (заключение эксперта №4185/06-3-23 от 22.09.2023), которая установила, что в нижней правой части 6 листа договора цессии (уступки прав (требований)) №7218 от 26.12.2019, заключенного между ПАО Московский областной банк, в лице председателя правления ФИО4, и ООО «Никтранс», в лице генерального директора ФИО3, в разделе «цессионарий», слева от слов «/ФИО3/»;

- в акте приема-передачи (приложение №1 к договору цессии (уступки правь (требований)) №7218 от 26.12.2019), в разделе «Генеральный директор», слева от слов «/ФИО3/»;

- в графике уплаты цены цессии (приложение №2 к договору цессии (уступки прав (требований)) №7218 от 26.12.2019), в разделе «Генеральный директор», слева от слов «/ФИО3/»;

- на сшивке договора цессии (уступки прав (требований)) №7218 от 26.12.2019 и приложений №1 и №2 к нему, справа от слов «ФИО5.»;

- в нижней правой части 5 листа договора цессии (уступки прав (требований)) №7218 от 26.12.2019, заключенного между ПАО Московский областной банк, в лице председателя правления ФИО4, и ООО «Никтранс», в лице генерального директора ФИО3, в разделе «цессионарий», слева от слов «/ФИО3/»

- в акте приема-передачи (приложение №1 к договору цессии (уступки прав (требований)) №7218 от 26.12.2019), в разделе «Генеральный директор», слева от слов «/ФИО3/»;

- на сшивке договора цессии (уступки прав (требований)) №7218 от 26.12.2019 и приложения №1 к нему, справа от слов «ФИО3»,

Выполнены самим ФИО3.

Экспертиза проведена с соблюдением установленного процессуального порядка, лицом, обладающим специальными познаниями для разрешения поставленных перед ним вопросов и имеющим длительный стаж экспертной работы, экспертному исследованию был подвергнут необходимый и достаточный материал. Основания полагать иное, суду не представлено.

Поскольку документально подтвержден и исходя из обстоятельств дела доказан факт того, что ООО «НикТранс» в лице генерального директора ФИО3 подписывал договоры цессии (уступки прав (требований)) №7218, №7219 от 26.12.2019 и знал о их заключенности, а также был осведомлен, в соответствии с их условиями, о том, что Банком произведен возврат спорной суммы путем ее зачета в счет погашения обязательств ООО «НикТранс» перед Банком по договору цессии (уступки прав (требований)) №7219 от 26.12.2019, у ООО «НикТранс» не имелось правовых оснований для передачи ИП ФИО1 прав требования с банка спорной суммы и заключения договора цессии от 15.10.2020.

Заключенный 15.10.2020 между ООО «НикТранс» и ИП ФИО1 договор цессии не породил для истца каких-либо соответствующих правовых последствий, в том числе и в виде взыскания спорной суммы неосновательного обогащения, а следовательно, оснований для обращения в суд с иском не имелось, заявленные требования удовлетворению не подлежат.

Таким образом, исходя из совокупности имеющихся в материалах дела доказательств и установленных обстоятельств, суд первой инстанции пришел к выводу о подтверждении факта того, что в связи с отказам Банка в одностороннем порядке от исполнения договора цессии (уступки прав (требований) №7217 от 28.08.2018 по причине неисполнения ООО «НикТранс» своих обязательств по оплате, Банк возвратил ООО «НикТранс» фактически оплаченную им по указанному договору цессии (уступки прав (требований) №7217 от 28.08.2018 спорную сумму в размере 15 712 957 руб. 32 коп. путем ее зачета в счет исполнения обязательств ООО «НикТранс» перед Банком по договору цессии (уступки прав (требований)) №7219 от 26.12.2019, а соответственно, признаки неосновательного обогащения в действиях банка отсутствуют и оснований для удовлетворения исковых требований ИП ФИО1, основанных на договоре цессии уступки права требования от 15.10.2020, заключенного между ней и ООО «НикТранс», не имеется.

Доводы истца, ООО «НикТранс», результаты экспертизы №А40-231100/20/экс., проведенной при первоначальном рассмотрении дела, о том, что договор цессии №7218 и договор цессии №7219 генеральным директором ФИО3 не подписывались и подписи в указных договорах выполнены не им (ФИО3), а другим лицом, опровергаются следующими доказательствами и обстоятельствами по делу:

Банком представлены и имеются в материалах дела копии приходного кассового ордера №268 от 09.09.2020 года на сумму 500 000 руб., приходного кассового ордера №221 от 27.12.2019 на сумму 1 000 000 руб., а также выписка по лицевому счету Банка №

<

***>.

Так, в приходном кассовом ордере №221 от 27.12.2019г. года в графе «источник поступления» указано: «авансовый платеж за ООО «Ник Транс» по предстоящему договору цессии», в приходном кассовом ордере №268 от 09.09.2020 года в графе «источник поступления» указано: «платеж за ООО «Ник Транс» по Договору цессии (уступки прав (требований)) №7218 от 26.12.2019 года. Получатель денежных средств - ПАО МОСОБЛБАНК.

Указанный в приходных кассовых ордерах лицевой счет №

<

***>, а также выписка по лицевому счету №

<

***> подтверждает внесение наличных денежных средств через кассу Банка в ДО на «Большой Семеновской», так как в соответствии с условиями договоров цессии №7218, №7219 (разделе 6 Место нахождения, банковские реквизиты, печати и подписи сторон) денежные средства при поступлении оплаты как раз и должны зачисляться именно на указный счет.

Внесение за ООО «НикТранс» авансового платежа по предстоящему договору цессии третьим лицом (ФИО6) согласно приходному кассовому ордеру №221 от 27.12.2019 подтверждает намерение ООО «НикТранс» на заключение договоров цессии, которые в итоге и были заключены, так как в последующем, согласно приходному кассовому ордеру №268 от 09.09.2020 года была произведена фактическая оплата третьим лицом (ФИО7) за ООО «НикТранс» по договору цессии №7218 от 26.12.2019 года, к тому же по прошествии значительного периода времени после его заключения (спустя 9 месяцев).

Если бы договоры цессии №7218, №7219 не подписывались генеральным директором ООО «НикТранс» ФИО3 и не заключались, то оснований для внесения денежных средств в счет оплаты по указанным договорам цессии, тем более третьими лицами не имелось.

Осведомленность третьих лиц-плательщиков за ООО «НикТранс» о факте заключения договоров цессии №7218, №7219, оплата по которым произведена по прошествии значительного периода времени после заключения (9 месяцев), указание в назначении платежа именно этой цели, правильность заполнения с точным указанием реквизитов договора цессии №7218, подтверждают в своей совокупности заключение указанных договоров цессии и их подписание генеральным директором ФИО3

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу, что указанные документы подтверждают оплату по договору цессии №7218 и договору цессии №7219, что свидетельствует об их подписании и заключении генеральным директором ООО «НикТранс» ФИО3

Судом первой инстанции правильно дана оценка доводам истца как не состоятельным и подлежащим отклонению о том, что приходные кассовые ордера не могут являться надлежащими доказательствами по делу по тому основанию, что ФИО6 и ФИО8 являющиеся вносителями денежных средств никогда сотрудниками ООО «НикТранс» не являлись, поскольку действующим законодательством (статьей 313 ГК РФ) предусмотрено принятие исполнения за должника третьим лицом, в том числе в случае допущенной должником просрочке исполнения денежного обязательства, а ООО «НикТранс» как раз и допущена просрочка в связи с нарушением графика погашения по договору цессии №7218, являющегося взаимосвязанным с договором цессии №7219 и Соглашением по ранее указанным доводам.

Кроме того, поскольку после заключения договоров цессии №7218, №7219 производилось их фактическое исполнение третьими лицами- плательщиками за ООО «НикТранс» путем внесения платежей по приходным кассовым ордерам, к тому же, по прошествии значительного периода времени с даты их заключения (спустя 9 месяцев) и со ссылкой на указанные договоры и о которых ООО «НикТранс» не мог не знать, то данные действия были направлены на сохранение сделок, подтверждали и давали основания Банку, как добросовестной стороне сделок, полагаться на их заключенность, а следовательно, последующий довод ООО «НикТранс» о неподписании договоров цессии указывает на противоречивое и недобросовестное поведение (правило «эстоппель» (правовой запрет), которое является основанием для отклонения данного довода и отказа в признании их (договоров цессии) неподписанными и незаключенными, согласно пункту 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25.

Суд первой инстанции критически отнесся к представленному истцом заключению специалистов, поскольку оно сделано по заказу истца и за соответствующее вознаграждение. Эксперт, составивший указанное заключение не был предупрежден судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Исходя из обстоятельств дела в действиях ООО «НикТранс» усматривается недобросовестное поведение при осуществлении своих гражданских прав, связанных с заключением и исполнением спорных договоров.

Так, в силу пункта 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», если сторона приняла от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердила действие договора, она не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор является незаключенным (пункт 3 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кроме того, согласно пункту 5 статьи 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Как следует из правовой позиции, изложенной в пункте 70 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25, сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Из приведенных положений закона и актов их толкования суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что лицо, подтвердившее своим поведением заключение и действительность договора, при возникновении спора о его исполнении не вправе недобросовестно ссылаться на незаключенность либо недействительность этого договора. Данное положение, если иное не установлено законом, применимо и к возражениям относительно несоблюдения формы сделки или порядка ее совершения.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как уже было отмечено ранее, поскольку после заключения договоров цессии №7218, №7219 производилось их фактическое исполнение третьими лицами -плательщиками за ООО «НикТранс» путем внесения платежей по приходным кассовым ордерам, к тому же, по прошествии значительного периода времени с даты их заключения (спустя 9 месяцев) и со ссылкой на указанные договоры и о которых ООО «НикТранс» не мог не знать, то данные действия были направлены на сохранение сделок, подтверждали и давали основания Банку, как добросовестной стороне сделок, полагаться на их заключенность и действительность, а следовательно, последующий довод ООО «НикТранс» о неподписании договоров цессии указывает на противоречивое и недобросовестное поведение, которое является основанием для отказа в признании их (договоров цессии) незаключенными и недействительными по принципу «эстоппель».

Судом первой инстанции правильно дана оценка доводам ООО «НикТранс», ИП ФИО1 о том, что соглашение является логичной и экономически целесообразной сделкой, и не может быть квалифицирована как договор дарения, поскольку, заключена ответчиком с целью избежания негативных репутационных последствий и дополнительных расходов, в случае судебного спора, инициированного ООО «НикТранс» к Банку о возврате удержанной им неустойки в виду ее несоразмерности нарушенному обязательству необоснован, поскольку если бы ООО «НикТранс» инициировал судебное разбирательство по взысканию с Банка неустойки в размере 10 000 000 руб., которая, по его мнению, несоразмерна нарушенному обязательству, то требования были бы основаны на договоре цессии №7217 от 28.08.2018 года, подписание и заключение которого сторонами не оспаривается.

Неустойка в размере 10 000 000 руб. была правомерно удержана Банком в соответствии с п. 4.2. договора цессии №7217 от 28.08.2018 года, в связи с неисполнением ООО «НикТранс» своих обязательств по оплате. Данное условие соответствует статье 330 ГК РФ, согласно которой, условиями договора может быть предусмотрено взимание неустойки за неисполнение или ненадлежащие исполнение должником своих обязательств.

Довод ИП ФИО1 о том, что соглашение является соглашением о новации, которым стороны определили судьбу денежных средств, уплаченных ООО «НикТранс» в размере 16 200 000 руб., а именно банк обязался вернуть 10 000 000 руб. судом первой инстанции признан не обоснованым в виду того, что данный довод не соответствует ни позиции истца, ни третьего лица - ООО «НикТранс».

По правилам пункта 1 статьи 414 ГК РФ обязательство прекращается соглашением сторон о замене первоначального обязательства, существовавшего между ними, другим обязательством между теми же лицами, предусматривающим иной предмет или способ исполнения (новация).

В пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.12.2005 № 103 по обзору практики применения арбитражными судами статьи 414 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается новацией тогда, когда воля сторон определенно направлена на замену существовавшего между ними первоначального обязательства другим обязательством.

Из соглашения не усматривается замены первоначального обязательства другим обязательством и воля сторон на это, поэтому оно не является новацией. Данное Соглашение заключалось исключительно с целью последующего заключения договоров цессии №7218, №7219 и принятия в их оплату суммы возвращенной пени. Именно поэтому стороны при заключении соглашения предусмотрели в нем условие о возврате пеней путем проведения зачета взаимных требований (п.2 соглашения).

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции и отклоняя доводы апелляционной жалобы, Девятый арбитражный апелляционный суд принимает во внимание, что приведенные в апелляционной жалобе доводы не нашли правового и документального обоснования, и в связи с чем не могут являться основанием к отмене судебного акта.

Довод апелляционной жалобы ИП ФИО1 об отсутствии в материалах дела доказательств повторного обращения ООО «НикТранс» для заключения договоров цессии №7218 и 7219 от 26.12.2019 является несостоятельным, поскольку противоречат действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

Согласно ст. 82 АПК  РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

Факт того, что ООО «НикТранс» в лице генерального директора ФИО3 подписывал договоры цессии (уступки прав (требований)) №7218, №7219 от 26.12.2019, дополнительное соглашение № 1 от 05.12.2019 к договору цессии № 7217 от 28.08.2018 и знал об их заключенности, а также был осведомлен, в соответствии с их условиями, о том, что Банком произведен возврат спорной суммы путем ее зачета в счет погашения обязательств ООО «НикТранс» перед Банком по договору цессии (уступки прав (требований)) №7219 от 26.12.2019 документально подтвержден и доказан проведенной в рамках рассматриваемого дела судебной экспертизой (заключением эксперта №4185/06-3-23 от 22.09.2023).

Экспертиза была проведена с соблюдением установленного процессуального порядка, лицом, обладающим специальными познаниями для разрешения поставленных перед ним вопросов и имеющим длительный стаж экспертной работы, экспертному исследованию был подвергнут необходимый и достаточный материал. У Банка оснований не доверять или подвергать сомнениям судебное экспертное заключение №4185/06-3-23 от 22.09.2023 года не имеется.

Кроме того поскольку после заключения договоров цессии №7218, №7219 производилось их фактическое исполнение третьими лицами - плательщиками за ООО «НикТранс» путем внесения платежей по приходным кассовым ордерам, к тому же, по прошествии значительного периода времени с даты их заключения (спустя 9 месяцев) и со ссылкой на указанные договоры и о которых ООО «НикТранс» не мог не знать, то данные действия были направлены на сохранение сделок, подтверждали и давали основания Банку, как добросовестной стороне сделок, полагаться на их заключенность и действительность.

Указанные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о том, что договоры цессии № 71218, 7219 были надлежащим образом заключены и являются действительными.

В соответствии с договором цессии № 7218 от 26.12.2019 года за уступленные права ООО «НикТранс» обязуется оплатить банку денежные средства в сумме 11 527 677 руб. 13 коп.

А по договору цессии № 7219 от 26.12.2019г. ООО «НикТранс» обязуется оплатить Банку денежные средства в сумме 15 712 957 руб. 32 коп. в следующем порядке:

- денежные средства, в размере 10 000 000 руб. 00 коп., подлежащие возврату Банком в пользу ООО «НикТранс» на основании соглашения № 1 от 05.12.2019 к договору цессии (уступки прав (требований)) № 7217 от 28.08.2018г., подлежат зачету банком в счет оплаты ООО «НикТранс» уступаемых по настоящему договору прав;

- денежные средства, в размере 5 712 957 руб. 32 коп., подлежащие возврату банком в пользу ООО «НикТранс» на основании уведомления от 11.06.2019 № 2309 об отказе от исполнения договора цессии № 7217 от 28.08.2018, подлежат зачету банком в счет оплаты цессионарием уступаемых по настоящему договору прав.

При этом, заключению указанных договоров цессии №7218 и №7219 предшествовало заключение между сторонами соглашения №1 от 05.12.2019г. к договору цессии (уступки прав (требований)) №7217 от 28.08.2018г. (далее – Соглашение № 1), на основании которого у Банка возникло денежное требование перед ООО «НикТранс» в размере 10 000 000 руб. (п. 2 соглашения № 1 и п. 4.2 договора цессии № 7217 от 28.08.2018).

Также Стороны дополнительно указали, что возврат указанных денежных средств может быть произведен и иным, не запрещенным законодательством Российской Федерации, способом, в том числе путем зачета встречных однородных требований.

Таким образом, стороны, подписывая договоры цессии (которые являлись возмездными), знали условия и порядок оплаты путем зачета встречных однородных требований между Банком и ООО «НикТранс». В действиях ООО «НикТранс» имелась экономическая целесообразность на подписание генеральным директором ФИО3 новых договоров цессии №7218, №7219, что в итоге и было сделано.

Банк при заключении спорных договоров действовал правомерно и добросовестно, признаки неосновательного обогащения в действиях Банка отсутствуют. 

Кроме того, Соглашение № 1 и договоры цессии №7218, №7219 от 26.12.2019 необходимо рассматривать не как отдельные самостоятельные сделки, а как взаимосвязанные между собой, исходя из их системной связи.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», основными критериями взаимосвязанности сделок является преследование единой хозяйственной цели при их заключении и непродолжительный период между совершением нескольких сделок.

Согласно соглашению, сумма неустойки в размере 10 000 000 руб., в соответствии с условиями договора цессии №7217, подлежала возврату Банком ООО «НикТранс». При этом в Соглашении № 1 специально оговаривается, что возврат данной суммы может быть произведён любым не запрещённым законодательством способом, в том числе путём зачёта встречных однородных требований.

В п. 1.6. договора цессии №7219 от 26.12.2019 прямо указано, что оплата цены договора производится в следующем порядке: денежные средства в размере 10 000 000 руб. 00 коп., подлежащие возврату Банком в пользу ООО «НикТранс» на основании соглашения № 1 от 05.12.2019г. к договору цессии (уступки прав (требований)) № 7217 от 28.08.2018г., подлежат зачету Банком в счет оплаты ООО «НикТранс» уступаемых по настоящему Договору прав.

Таким образом, соглашение № 1 и договоры цессии №7218 и №7219 фактически преследуют единую хозяйственную цель (невзыскание с ООО «НикТранс» ранее удержанных пеней с целью их последующего зачета в счет оплаты по вновь заключенным договорам цессии), и все сделки заключены в короткий промежуток времени, в течение декабря 2019 года.

Поскольку генеральный директор ООО «НикТранс» ФИО3 на основании своих нотариально удостоверенных письменных пояснений от 15.04.2021 подтвердил факт заключения соглашения, то следует вывод о том, что договоры цессии №7218 и №7219 также были им подписаны и заключены.

Если учесть условия платежа по договору цессии №7219, то следует вывод о том, что Соглашение № 1 заключалось с целью принять в оплату указанного договора суммы возвращенной пени. Именно поэтому стороны при заключении соглашения предусмотрели в нем условие о возврате пеней путем проведения зачета взаимных требований (п. 2 соглашения). Данное условие является нетипичным для договоров, не предполагающих зачет и свидетельствует о том, что соглашение о возврате пеней изначально было обусловлено наличием иного договора, в котором содержалось встречное обязательство ООО «НикТранс» по отношению к ответчику.

Таким договором и был договор цессии №7219, согласно п. 1.6. которого обязательство ответчика по соглашению о возврате пеней и обязательство ООО «НикТранс» по уплате части стоимости уступаемых прав (требований) прекратились зачетом.

Сам факт заключения соглашения о возврате пеней, которое истец и ООО «НикТранс» считают действительным и заключенным, свидетельствует о действительности и заключённости договоров цессии №7218, 7219.

В отсутствие договоров цессии №7218, 7219 Соглашение № 1 о возврате пеней не имеет никакого экономического смысла и означает, что на основании этого соглашения ответчик принял на себя обязательство по уплате денежных средств в размере 10 000 000 руб. в отсутствие какой-либо хозяйственной цели и встречного представления со стороны ООО «НикТранс».

Ввиду вышеуказанного, договоры цессии №7218, №7219 являются возмездными и дополнительное соглашение № 1 от 05.12.2019 года к договору цессии № 7217 от 28.08.2018 заключалось исключительно с целью последующего заключения договоров цессии № 7218, № 7219 и принятия в их оплату суммы возвращенной пени. Именно поэтому стороны при заключении соглашения предусмотрели в нем условие о возврате пеней путем проведения зачета взаимных требований (п. 2 соглашения).

Таким образом, оценив все имеющиеся доказательства по делу, арбитражный апелляционный суд считает, что обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Нарушений норм процессуального права арбитражным апелляционным судом не установлено. И у арбитражного апелляционного суда отсутствуют основания для отмены или изменения решения Арбитражного суда г. Москвы.

Руководствуясь ст.ст. 176, 266-269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

В удовлетворении ходатайства о назначении повторной судебной экспертизы ИП ФИО1 отказать.

Решение Арбитражного суда г. Москвы от 21.02.2024г. по делу № А40-231100/20 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.

 

Председательствующий судья                                                                  Е.Е. Мартынова

 

Судьи:                                                                                                          М.Е. Верстова 

 

                                                                                                                      О.С. Гузеева